Текст книги "Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 (СИ)"

Автор книги: Вадим Денисов

– Пока радиосвязь и телевидение работали, нормально шло, сами понимаете, – ничего не заподозрил хозяин. – Потом Людмила начала вести счет дням. Настоящий календарь рисует, Лешка, принеси-ка картонку!

Вот так и узнали…

Четыре года прошло со времени нашего ухода на Платформу, а это значит, что Смотрящие могут двигать по ленте времен что угодно. Почему-то я не удивился. Точность даты и дня недели красивым цветным календарем Людмилы не гарантирована, вероятность погрешности в столь непростых условиях всегда существует. Правда, погрешность если и есть, то копеечная, они периодически сверяются с соседями, которых в округе очень и очень мало. Так что сути это не меняет.

– Соседи далеко? В многоэтажках?

– Что ты, командир, в многоэтажных почти никто не живет, давным-давно бежать начали. Если туда камень влетит, то похоронит всех сразу, и очень качественно. Люди это быстро поняли, начали разъезжаться по дачам и родственникам. Почти все панельки стоят пустые, остались самые упертые или отчаявшиеся. Так что выжившие семьи в большинстве живут в частных хозяйствах. Несколько в поселке, вверх по речке есть, знаю четыре семьи у перевала на Мамайку…

Короче, выбора у нас не было и потому приняли, как достоверную, предложенную аборигенами дату – одиннадцатое мая.

– Леша, давай к прибору, гляди за окрестностями, – решил отец.

– А трупаки?

– Заботливый какой! Иди, оболтус! Чаю не даст попить с хорошими людьми! Скоро придем. Вывезем, не украдут и за нас не похоронят, а ты смотри пока!

Лешке страшно не нравилось рисоваться фишкой, ему отчаянно хотелось уши погреть, гостей попытать! Иди, парень, служи, зря надеешься, мы о себе особо-то ничего не расскажем. А свое ты и так знаешь.

– Сколько у них бойцов могло остаться? – деловито спросил Гоб, подходя к окну.

– Бес их знает, падлюк таких… Один раз видел шестерых. Это банда Виталика Бешеного.

– Бе-эшаного?! Ой, боюсь, боюсь! Что ж ты сфинктер распахнул, бешеный? Умереть чисто не можешь… Сука, каждая сявка приочковая при удобном моменте пытается холку вздыбить… Хозяева за двери – крысы к полкам. Бешеный! Вот падла, надо же было придумать такое погоняло! – захохотал Мишка, возвращаясь за стол.

– Дислокация? – уточнил я, отмахнувшись от юмора напарника.

– В Волковке они сидят, это выше по реке, а где точно, не знаю. Недавно подтянулись из Лазаревского, там, поди, совсем плохо. По глупости в чайных домиках разместились – как же, красиво, туда все туристы ездили! Потом спустились вниз, сволота… Поначалу культурно представились, потом поддавливать начали.

– Вот и поддавили, – буркнул Мишка.

– Сомов!!!

– Быстро оставшаяся пехотня вряд ли сюда подвалит, – предположил Гоб. – Главаря выбили, какое-то время будут ждать мышками, как приказано. Потом в отношениях определяться начнут, статусы расставлять. А там всяко может получиться.

Если осталась парочка-троечка, то могут вообще не сунуться. Стрельбу они наверняка слышали, по ущелью звуки выстрелов, не заглушенные ревом бесконечно проносящегося по магистрали автотранспорта, полетят далеко. Бандиты вполне могут сообразить, что коллеги нарвались. А мы посмотрим, надо будет – поищем.

Дом как дом. В отличие от подземного бункера, жилая хата хозяев никаких особых эмоций у меня не вызвала. Чистенько, беленько, стандартно. То, что по старинке продолжают называть евроремонтом, как будто есть какой-то другой ремонт.

– Люсь, давай еще чайку! Леша, ты вот что, сначала машину во двор загони.

Раздав ценные указания, мичман продолжил рассказ, начатый им еще во дворе:

– Первый увиденный метеорит я хорошо помню. Тогда человек тридцать набежало, все пошли по поляне цепью, азартные такие! Сенсация! На телефоны снимали. В десяти метрах от крайней многоэтажки дети заметили темное пятно – с полметра, ничего впечатляющего. Дождей тогда давно не было, почва сверху подсохла, пятно взрыхленной земли выделялось отчетливо. Никакого углубления, все вровень с поверхностью. Один особо нетерпеливый мужик подошел и стал разрывать рукой. А она рыхлая! Там что-то твердое. Я еще, помню, закричал ему, чтобы не брал в руки, – тогда всякие теории ходили…

– Представляю, что нафантазировали, – поддержал его я для раскрутки.

– Ну! И НЛО, и ЦРУ… Он попробовал пальцем выковырнуть – не вышло. Мужики тут же притащили какой-то кол, с ним, понятно, справились быстро! Ну что, метеорит величиною с небольшую дыню, да и по форме похож. Теплый еще, оплавленный, в черной корке… И чистый, представляете, даже земля не налипла! Еще воняло крепко, горелым. Я стоял в пяти метрах, а дымный запах слышал. Поглазели, погалдели, позвонили, куда положено. Эмчеэсы приехали на джипе и забрали. А население как с ума сошло – все решили на продаже осколков бабла срубить! Благо то тут упадет небольшой, то там.

– Не все население, – поправила его Люся. – А наиболее жадные люди.

– И что, мало у нас таких? – огрызнулся на жену рассказчик.

– Да хватает безголовых! – махнула она рукой. – Зимой произошел первый случай отравления – тогда метеорит на небольшой высоте взорвался. Потом специалисты брали пробы снега… Сразу после прибытия у многих поисковиков резко подскочило давление, дня через три начали болеть суставы, через неделю добавились головные боли и невралгии. Вскоре жители домов по соседству стали в массовом порядке жаловаться на тошноту, головную боль, рвоту, понос и раздражение кожи. Как потом выяснилось, надышались парами мышьяка. Ядовитый камень с небес прислали! Вот тебе и продажа на электронных аукционах, вот тебе и бизнес на камнях! В общем, люди начали травиться. Как началось полтора года назад с небес сыпаться на нас, грешных, так и пошли первые случаи отравления, вплоть до смертельных.

– Как реагировали власти?

– Адекватно, Константин, это я признаю, че там, – муж вновь перехватил инициативу. – Губер в спешном порядке дал полную свободу медицине…

– Дорогой, давай расскажу, а то наврешь сейчас, – толкнула его Люся. – Не медицине, а санэпиднадзору и службам контроля: эпидемиологического, радиационного, химического, пищевого и коммунального – они еще существовали… Конечно же наши медики вместе с пожарными начали проводить мониторинг территории. Сразу привлекли волонтеров из числа гражданских. После суточного забора проб начала складываться картина реального состояния экологической обстановки…

– И что?

– Потом болиды с такой частотой начали падать, что все растерялись! Через три месяца еще не уволенные и не уволившиеся чиновники начисто утратили способность служить народу. Винить их тяжело – они просто не знали, что делать!

– Краснодар пострадал, Армавир горит, говорят, что Ставрополь вообще в руинах! – торопливо добавил муж. – Адлер от Сочи практически отрезало: крупный метеорит пробил полотно дороги. Да и еще прорехи по трассам… Эвакуировать-то людей некуда, бомбоубежищ практически нет, ликвидировали в свое время! Везде творится одно и то же, по всему миру! Правда, говорите, что вас там не задело?

– Не задело, но давайте об этом пока не будем, – напомнил я.

– Ну да, ну да…

Невообразимо! Я попытался представить самое начало вселенской катастрофы, когда постепенно и сложилась ситуация, способная свести с ума кого угодно. Даже в Великую Отечественную войну можно было вывезти людей в глубокий тыл, в Сибирь, например, где было безопасно. А тут нельзя, нет в войне с Космосом никаких тылов! Некуда драпать! Шанс попасть под удар одинаков для всех. Если ты не зарылся в землю на сотню метров, то везде может прилететь!

– Поначалу нормально шло, армия работала, МЧС суетились, медики, – дополнила вставшая с дивана Людмила, присаживаясь рядом с мужем на краешек стула. – Уже через пару недель появился опыт, практика, как это ни ужасно звучит. Я вообще не по профилю работала.

– А потом все устали, – махнул рукой мичман. – Мобилизацию давай объявлять, а для чего? Вскоре стало ясно, что большую армию призванных содержать просто невозможно – ни лагерей, ни котлового питания. Люди по сути бездельничают, злятся! Не армия была нужна, а спецы-спасатели, ремонтники квалифицированные, а их призывом не родишь… Что ни делай, а легче не становится. Каждый день что-то вылетает, все рушится. Начальство в ярости, подчиненные с ног сбиваются. Пожары не прекращаются, люди погибают, объекты разрушаются.

– Радиации вроде нет, – заметил я.

– Мы тоже контролируем фон, как же иначе, – почти спокойно сказал Степан. – Месяца три назад было незначительное повышение на несколько дней, потом рассосалось.

– На календаре отмечено, – подсказала Люся.

– В какую-то АЭС влетело, – нахмурился Гоб.

– Вообще-то станции по всему миру сразу начали заглушать…

– А химзаводы?

– В том и дело! В Невинномысске так и произошло, Михаил, весь город отравлен. Теща там жила…

– Эти облака постоянно висят? – торопливо перебил я.

Цифровой диктофон включен, лежит на столе, разговор пишется открыто, не хочется шакалить. Я им сразу сказал, что в Штабе запись будут многократно прослушивать и тщательно анализировать. Люди это понимают, не обращая на прибор никакого внимания.

– Ага, практически постоянно. Уже почти полгода.

– Звезды видели?

– Видели пару раз, а что?

– Созвездия стоят на своем месте? – выдохнул я чуть ли не самый главный вопрос, и мы с Гобом напряженно уставились на рассказчика.

– Да мы как-то внимания не обращали, а что? – смутившись, словно проспала визит президента, попыталась оправдаться хозяйка. – Не до звезд как-то.

– Подождите, мужики! – заволновался хозяин, сжав мощными кистями край столешницы. – Вы что, парни, хотите мичману втереть, что Земля могла поменять место в пространстве? Да это же просто невозможно!

– Для людей невозможно! – жахнул Гоблин, дожевывая очередную баранку.

Хозяйка тихо охнула, прикрыв рот ладошкой. Вот баран! Зачем пугать?!

– Лады, с этим мы еще будем разбираться, – я поспешил увести опасный разговор в сторону. – Получается, что на дворе ядерная зима, так?

– Метеоритная, именно так объявляли населению в последние дни работы телевидения, – грустно улыбнулась женщина. – Ужас в том, что никто, как выяснилось, ничего не просчитывал заранее.

– Сам президент признал, – чуть ли не похвастался Степан. – Нет у них математической модели, понимаешь ли! Вся наука обгадилась!

– Степа-ан!

– А американцы? – уточнил я.

– И у них нет! Фильмы про катастрофы снимали на ура и во всю мощь, а как в реальности произошло, так все эти планшетники и айфонщики скисли! Прогноза никто не смог дать! Одни ученые ожидали кромешной тьмы, другие говорили, что осядет какой-то красный туман, про парниковый эффект постоянно болтали… Бардак! А тут вон оно как, постепенно наползает… Может, круче и не будет.

– Только почему-то верится именно в худшее, товарищи: опыт подсказывает, без всяких математических моделей, – скептически бросила жена.

Вот зашибись наработали земляне к Дню П! Создали научный задел, что называется! Предположить такое было нетрудно – весь научный потенциал планеты был брошен на выжимание максимально возможного бабла за пользование интернет-сетями и сотовой связью. А еще на совершенствование способов убийства друг друга.

– Уже через два месяца бомбардировки взбесились многие страны и народы. Особо подозрительные.

– Это какие? – Сомов, ухватив коржик, вновь с интересом посмотрел на мичмана.

– Ну, Абхазия и Южная Осетия, например, Грузия, Прибалтика вся… Обе Кореи, Пакистан, а потом и Индия. Иран, само собой, Израиль и его соседи.

– Можно не перечислять, – предложил я, – все понятно.

– Эти как бы инверсионные следы поначалу многих ввели в заблуждение. Один метеорит рухнул – ничего, бывает. Кучка упала разом? Тоже объяснимо. Три кучки? Уши есть, притянем. А когда постоянно валятся? Словно это чей-то план, злой умысел! Вывод напрашивался сам собой: враги! Думали ведь как? Космический аппарат массой менее десяти тонн, входящий в неуправляемом режиме в атмосферу, может сгореть без остатка. Никакого падения обломков, ударных кратеров не случится. Как это произошло с первым челябинским метеоритом, помните? Тот, осколок которого в озеро Чебаркуль упал, неподалеку от Челябинска?

Челябинский метеорит? Да еще и первый? Что-то новенькое.

– Не помним, – признался я.

Хозяева удивленно переглянулись, словно мы пропустили что-то эпохальное, после чего Степан продолжил вновь:

– Когда первый челябинский раскололся после воздушного взрыва, осколки полетели в сторону Златоуста. Только там ничего не видели и не слышали, а обломки искали напрасно. Искала, между прочим, не только прорва наземных групп, а еще и вертушки МЧС и ФСБ, переброшенные с казахстанской границы. На следующий день народу объявили – мол, обломков не найдено, вертушки улетели. Тогда многие сомневались, что служба безопасности государства озаботилась какими-то камнями с неба… Вот если объект имел техногенное происхождение, то все понятно – это ответственность ФСБ. Некоторые заявляли, что фээсбэшники изначально были сориентированы на поиск остатков космического аппарата, миссию выполнили успешно и без лишнего шума.

Как много интересного произошло после нашего исхода!

О таком варианте Штаб, похоже, не подумал, предполагая, что люди на Земле будут подходить к решению проблем обдуманно. Вышло немного не так: полетели первые болиды, оставившие густые белые следы, – и сразу возник целый ворох подозрений. Про второй челябинский метеорит я расспрашивать не стал – какая разница.

Трудно ли наиболее озабоченным в этой ситуации предположить, что Прибалтику, как и Польшу, из космоса обстреливает Россия? Русские, дескать, примагничивают небесные камни и с помощью секретных технологий, разработанных еще в КГБ, направляют на мирных соседей. Другие какое-то время упрямо считали, что многие из падающих объектов – нормальные химические или бактериологические бомбы.

Идиотия прогресса, зашоренность вместо ожидаемого панорамного видения. Неужели люди Земли так и не смогли сплотиться перед лицом всеобщей опасности? Выходит, не смогли, не потянули.

– Некоторые не выдержали, начали задираться…

И это объяснимо. Трудно придумать лучший способ отвлечения масс. Сами сделать ничего не можем – значит, перевалим на внешнего врага.

– Потом сцепились Индия с Китаем, дошло до морских сражений, правда, успокоились они быстро. Уже перед обрушением систем связи стало ясно, что и американцы с китайцами начали разборки. Серьезные.

– До войны дошло? – спросил я без особого интереса. Какая теперь разница…

– Не знаем мы… Не докладывают. Все могло случиться, информацию взять неоткуда, – с привычной безнадежностью ответил хозяин.

Война не война – все меркнет перед Главным Страхом Судного Дня. Или целой эпохи, на которую этот День растянется. Я уже почти не сомневался, что какая-нибудь «нибиру» летит по фатальной траектории к обреченной Земле, спеша поставить точку в истории под названием «эволюция человечества». На каком-то этапе витки Смерти и единственный виток Жизни пересекутся.

– Ты про террористов и фанатиков не упомянул, – напомнила мужу Люся.

– Стоп, мужики, сорок тактов паузы… Эту тему додуть нетрудно, фанатики свое никогда не проспят. – Гоблин встал с места, не забыв сунуть в карман пригоршню баранок. – Повылезали из щелей, самое время для стервятников. Ребята, действительно, давайте перерыв сделаем, а? Дел много, надо бы поторапливаться.

– Действительно, еще наговоримся, – поддержал я друга.

– Вы можете у нас остановиться, мужчины, – неожиданно сообщила женщина, – у меня гостевой домик всегда готов.

Мы несколько замялись, услышав неожиданное предложение.

– Да у нас база в гостиничном комплексе, наверху.

– Что там за база может быть, все разрушено в руины! – возмутился мичман. – Разве что в новом VIP-корпусе – пару недель его не видел, может, он и цел. Оттуда быстро убегали, гостей вывозили вертолетами, даже машины остались на стоянках. Крутые авто.

– Что я говорил! Наверх надо было идти! – тут же возбудился Сомов. – «Крузак» двухсотый возьмем или «геленд»!

– Да заманал ты меня со своими крутышками! – заволновался я, чувствуя, что теряю позицию. – Много ты на джипах увезешь?

– На первые рейды хватит, тем более что прицеп можно пристегнуть – кто запрещает? Вот тебе и грузы, – Гоблин подмигнул и сделал успокаивающий жест ладонью. – А дальше подберем, командир, не волнуйся!

Тут в спор вмешался хозяин.

– Подбирать сразу нужно, и правильно, – рассудительно произнес он. – Брошенных машин на улицах полно, угнать не проблема, только все они недвижимые, аккумуляторы посажены, резина спущена, жидкости менять надо… Многие авто разграбили просто по-варварски, по хулиганке, стекла побили от злости. Эти бандиты потому и хотят захватить мое предприятие, что тут все дышит, живет. Лень им с нуля начинать, да и не могут сами, не хватает тямы на техническое у придурков. Зачем вам такая возня?

– Вот что… Мы на минуточку во двор выйдем, посоветоваться надо, – прерывая осточертевший мне спор, сообщил я, дергая напарника за рукав. – Вы не против? Сомов, за мной.

Военный совет в Филях длился не больше семи минут. Сначала мы с Гобом вслух озвучили все возможные засады ситуации, как всегда и поступаем на скоротечных тактических советах, а потом быстро прикинули варианты. В итоге общее мнение группы было выработано. Очень опасно ошибиться, необдуманно доверившись малознакомым людям. Однако не менее печальные последствия сулит и ошибка с излишним недоверием, когда хорошие парни, искренне ожидающие от тебя помощи и готовые честно впахаться рядом, остаются с носом. Доверимся.

Основное же объявлять им пока не буду, еще присмотримся.

– Кастет, ты видел, какой хороший прицепчик стоит за черной «калдиной», а? – нехорошо облизнулся Гоблин, когда мы уже входили в дом.

Опять он за свое! Хрен тебе, а не джип! Договаривались же на берегу – нет, все его тянет на блестящее!

Хозяева ждали.

– Предложение принимается, хозяева, у вас останемся. И спокойней, и надежней. Да и к Батумскому шоссе ближе. Только к себе заедем, надо кое-что забрать.

Здесь действительно наилучшее место для оперативного базирования. Много нюансов. Электрогенераторы, необходимые для зарядки электроники. Техническая база. В комплексе, подготовленном Штабом, есть компактное «солнышко» – панель небольших габаритов. Вот только с самим солнцем беда: пасмурно, зарядка долгая. Нестабильный источник…

Терминалу же ничего не сделается, монолит не сопрешь.

Семейство Кизимов такому повороту событий обрадовалось – это было видно по их лицам. Реально припарились люди в одиночку бедовать. А тут еще и бандюки наседают, и конца этому не видно.

– Тогда что, пошли к покойникам? – предложил Степан, глядя на нас. – Солнце хоть и не выглядывает, да никуда не делось, пробивает. Днем порой прогревает достаточно хорошо, до восемнадцати градусов. Люся, в общем, мы уедем ненадолго, а ты что-нибудь придумай по обеду, да?

– Так уже по ужину думать пора! – улыбнулась жена.

– Секундочку, хозяева, это еще не все! – поднял я правую руку. – С целью усиления огневой мощи ячейки общества командиром спецгруппы решено передать вам в пользование автомат АКС74У и один пистолет ПМ. К автомату патронов-«пятерок» мало, так что старайтесь одиночными… Трофейные гладкие стволы пока полежат в резерве – вдруг еще кто-то появится в нашей маленькой армии.

– И наливочки на вечер, Люсь!!! – заорал старший Кизим, вскакивая от радости. – Абрикосовой! Экипаж, равнение на флаг!

Ну и слава богу. Будем считать, что форт вооружен и очень опасен для врага.

– А теперь можно и тела… как там твой сынуля сказал? Оттартать, да? Пошли, парни, че тянуть с гадским делом, никто за нас, грешных, не расстарается, – закончил я.

Далеко ехать до местного кладбища нам не пришлось: грустное место находилось практически рядом, во дворе серых пятиэтажек, стоящих за супермаркетом «Золотая нива», на пересечении Ленинградской и Батумского шоссе. Сначала мичман вырулил именно на шоссе, она же федеральная трасса М27, – там мы внимательно огляделись по сторонам. Тихо на магистрали, не тревожно.

Пока объезжали здания хрущевской застройки, Степан успел меня порадовать.

– Вот что я придумал, мужики… Джипы-хреныпы… Дам-ка я вам «воровайку»! Есть одна штукенция, в ангаре стоит, это грузовик с краном-манипулятором наверху, – поспешил уточнить он для прищурившегося Гоблина, у которого в голове возникли совсем другие ассоциации.

Я тоже! Я тоже думал! Правда, недодумал немного… Самое оно! Кран в кузове – что может быть слаще для скоростного воровства!

– На какой базе?

– На отличной, Костя. «Егерь-2» газоновский, четыре на четыре, колесная база держит до четырех тонн, кран-манипулятор хороший, Amco Veba. Грузоподъемность тоже приличная, тянет триста кил на максимальном вылете. Две лебедки – спереди механика, позади электро. Двигатель дизельный Д-245. Сдвоенная кабина, пять мест в сумме. Мощный грузопассажирский автомобиль, неприхотлив, вынослив, с продолжительным сроком эксплуатации. Не скажу, что ему вообще не нужны дороги, но если их нет, то «егерь» не обидится… Не знаю, что вы собрались воровать, только «воровайка» будет в самый раз. Схватил, погрузил – и удрал! Машина практически новая.

Слово «удрал» в спиче мне понравилось больше всего.

Тут «старекс» медленно вкатил во двор, и разговоры прекратились.

А я натурально остолбенел.

Вместо ожидаемого мной заброшенного футбольного поля, превращенного в одно из обширных местных кладбищ, перед нами в тени зданий и деревьев предстал обычный тесный хрущевский дворик. В дальнем углу желтел замерший экскаватор «Беларусь», ковш со следами ржавчины опущен на землю в ожидании работы, которой, похоже, не будет уже никогда. И так нарыл нормально.

Четыре длинные траншеи, две из них пусты.

Братские могилы! Я торопливо посчитал деревянные кресты, полумесяцы и скромные постаменты. Двадцать шесть штук! И все! Вот трахома!

– Степа, блин, ничего не понимаю, поясни, – прошептал я. – Это что, все ваше кладбище? И сколько таких в округе?

– Нет, поначалу конечно же мы людей на городском кладбище хоронили. Тех, кого из-под завалов вытащили. Много. А потом вот такие канавы начали рыть, больше и не надо. Еще несколько штук по соседству. Есть одиночные во дворах.

Не сходится численность. Хоть убей.

– Не, братан, так дело не пойдет, разжевывай в пюре! – повысил голос Гоблин. – Не едет твоя телега, дядя. Не складывается: не всех же придавило… Где тогда все поселковые? Ты же сам говорил, что эвакуировать некуда!

Мичман молча открыл дверь и спрыгнул на землю. Мы следом.

– Лопаты вот там лежат… А по людям… Вот теперь я точно знаю, хлопцы, что вы хрен знает откуда к нам прибыли. Нет людей! Пропали!

– Как пропали? – Мы с Гобом офигели одновременно.

– А я что, Капица вам? Никто не знает как! – Мичман разозлился не на шутку и говорить тихо, как следовало бы по ситуации, не собирался.

Встревоженные вороны разом поднялись в серое небо, нервно захлопали крылья, черная стая зловеще повисла над крышами.

– Пропадают семьями, прямо из квартир. Договариваешься, к примеру, вечерком зайти к приятелю, приходишь – дверь заперта, никто не отвечает. Мы ждали, ломали, входили – вдруг там людям плохо стало, понимаете, да? А внутри нет никого, представляете! Полгода назад начали исчезать, пачками! И никаких объяснений! Даже сказать не могу, сколько людей исчезло… Поначалу испарялись в основном жители многоэтажек, потом уже из частных хозяйств начали пропадать, правда, реже. И так везде, во всех городах! Каждый день ждем, трясемся! Что мне вам сказать, мужики? Власти не смогли ничего пояснить, даже когда исчезла семья начальника УВД… Вот такие дела у нас творятся. Мистика, Божья Кара, Суд Небесный! Падла! Пошли закапывать, что встали!

А мы не могли сдвинуться с места.

Ментальный обмен шел как по каналу широкополосного доступа.

Это Смотрящие. Они вмешались.

– На Платформы людей вывозят, отвечаю! – тихо озвучил Гоблин, сверкая выпученными глазами.

– И не на «пятерку». А куда? – с трудом вымолвил я, вытирая вспотевший лоб платком.

– Лопаты разбирайте! – вновь заорал мичман уже издали.

Разберем, морячок, разберем… Будем закапывать остатки бывшей родной цивилизации.

Дожили.