355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » авторов Коллектив » Адептус Астартес: Омнибус. Том II (ЛП) » Текст книги (страница 201)
Адептус Астартес: Омнибус. Том II (ЛП)
  • Текст добавлен: 18 марта 2017, 11:00

Текст книги "Адептус Астартес: Омнибус. Том II (ЛП)"


Автор книги: авторов Коллектив



сообщить о нарушении

Текущая страница: 201 (всего у книги 303 страниц)

Глава шестая
Старший библиарий Хиалхи

– Он лжет, лорд Амрад, – заявил Хиалхи.

– Тебе это подсказывает псайкерское чутье? – спросил Амрад. В настоящее время его голос слышался по воксу довольно отчетливо благодаря тому, что высокая позиция улучшила качество связи.

– Нет, – ответил библиарий. – Это просто очевидно.

Хиалхи и его почетная гвардия забрались на самый верх не то колокольни, не то башни здания, похожего на какую-то церковь. Оно стояло на небольшом возвышении посреди низких построек, напоминавших жилые дома, хотя никаких признаков того, что внутри есть обитатели, не было. Вероятно, что из этих кварталов Борсиды недавно эвакуировали всех рабов, но в таком случае люди не оставили здесь следов пребывания. Пока Хиалхи совещался по командному каналу с магистром ордена, остальные воины его отделения стояли на страже. Недоставало только одного – брата Газина, погибшего при обследовании утилизационного склепа.

– Вскоре я побеседую с нашим новым знакомым Турахином, – продолжил Амрад. – Не могу сказать, в чем конкретно заключается его предложение и согласимся ли мы на него, но прежде я намерен выведать об этом чужаке все, что смогу. Поэтому я поручаю добыть информацию тебе, старший библиарий. И снова я прошу тебя о многом.

– А я снова благодарен, что могу исполнить свой долг, – сказал Хиалхи.

– Так тебе предписывает говорить Кодекс, но я знаю, что любой Астральный Рыцарь охотнее пошел бы на подмогу воюющим братьям, чем отправился выполнять мой приказ. Но тебе придется. Рабы сообщают, что Турахин правил из дворца династии Магадха, который Хекирот запрещает посещать некронам. Если там удастся найти полезную информацию о нашем потенциальном союзнике, то я хочу получить ее раньше, чем начну вести с ним переговоры. Так я хотя бы смогу уличить его во лжи и раскрыть его обман, если таковой имеется.

– Доверие к рабам подорвано, – возразил библиарий. – Нельзя исключать, что они снабжают нас информацией, заложенной Хекиротом.

– Нельзя, – согласился Амрад. – И в том числе поэтому я посылаю тебя, старший библиарий. Если кто из Астральных Рыцарей и способен увидеть ловушку, так это ты.

– Возможно ли отправить «Максенция» для нашей транспортировки?

– Уже в пути. Не бойся, старший библиарий, какое-то время без тебя мы протянем.

Хиалхи подошел к окну башни, откуда открывался вид на весь район. Войско Астральных Рыцарей, возглавляемое непосредственно Амрадом, включало Седьмую роту и бойцов, разлученных с собственными ротами из-за неразберихи при падении «Темпестуса». Подразделение Амрада по-прежнему находилось ближе всех к месту кораблекрушения, где среди шпилей и минаретов на горизонте высился черный столб дыма. Раскиданные по всем окрестностям отделения Седьмой прокладывали путь по улочкам некрополя, и слабые отблески стали указывали на то, что за ними в район тысячами следуют некроны. Ударная группа магистра ордена постоянно находилась в движении и маневрировала, но ее малочисленность сводила на нет тактику боевых звеньев.

Возможно, Амрад проживет до возвращения Хиалхи. Или нет. Амрад принял в расчет подобный риск и счел его приемлемым.

– Тогда пусть Император направляет вас, лорд Амрад, – попрощался библиарий.

– Император ведет тебя, – поправил Амрад. – А значит, и нас, Хиалхи.

Над семью холмами сгустилась тьма, будто покрывало ночи укутало Борсиду. И хотя солнце системы Варв еще проглядывало грязным пятном через полосы свинцовых облаков, дворцы, казалось, возвышаются в ночном небе на противоположной стороне планетоида.

Династия Магадха опиралась на древние традиции и богатства и владела почти всеми благами, что были ценны для некронов. Семь холмов, на которых стоял дворец, опоясывал круг из тонких позолоченных башен, образуя четко выраженную границу между роскошными владениями некронтирского рода и тускло-серой сталью близлежащей территории. Каждое крыло величественного дворца располагалось на одном из холмов и было связано с соседними посредством мостов, подвешенных на цепях из драгоценных камней и металлов.

Дворец хранил первозданный вид. Его серебро и золото слегка поблекли от времени, но он не пострадал ни от коррозии, ни от обрушений, как другие заброшенные строения, словно даже ржавь подчинялась распоряжению Хекирота, обходя это место стороной. Во тьме дворец выглядел покинутым, а не застывшим, проклятым и запретным.

– Туда, – показал Хиалхи, склоняясь над плечом брата Коделоса, пилота самолета. – Южно-восточное крыло. Покои Турахина. Спустись и облети их разок, прежде чем садиться.

Коделос надавил на штурвал «Максенция» и стал снижаться ниже уровня дворцовых минаретов, выравнивая десантно-транспортное воздушное судно, чтобы сделать круг над обозначенным зданием. То было восьмистороннее сооружение с бесчисленным множеством углов и скошенных граней, образующих сложную геометрическую фигуру с серебром и красным золотом.

– Похоже, тут чисто, – сообщил Коделос. – Внизу никакого движения.

– Тогда высаживай нас у южного входа, – приказал библиарий. – А сам оставайся над нами поблизости. Будь бдителен.

«Максенций» полетел к оговоренной точке, струями сверхнагретого воздуха поднимая клубы железной пыли. Задняя рампа опустилась, и почетная гвардия Хиалхи выпрыгнула с болтерами в руках, готовая застрелить любого некрона, который мог напасть из теней дворца.

Последним выбрался сам библиарий. Перед ним находился громадный вход в юго-восточное крыло, с двойными дверями, на которых изображались лорды династии Магадха. В центре композиции располагалась Борсида, окруженная своими правителями.

– Открывайте! – скомандовал Хиалхи.

Бурхан держал наготове свой огнемет, пока остальные члены отделения тянули на себя двери.

Однако тьма не набросилась на них. Внутри царила тишина.

Хиалхи шагнул за порог и почувствовал, как ментальная змея у него в голове напрягается для броска. Опасно было давать ей много свободы, однако в равной степени опасно было игнорировать ее.

– Рассредоточиться! – приказал библиарий. – Прочесать и зачистить помещения!

Змея у него в голове снова загремела, и он позволил ей немного развернуть свои кольца. Однако выпустить ее здесь он никак не мог, не позволяла сильная аура этого места с неизвестной историей. Чувства библиария пылали и воспринимали богатый интерьер дворца в неестественных цветах варпа, свет которого пробивался с иной стороны реальности.

Здесь ощущалось непростое прошлое, тяжким грузом давящее на варп и делающее плотнее субстанцию реального мира. Как следствие, чувствам библиария приходилось пробираться с трудом, словно по вязкой грязи. Однако во мраке Хиалхи все же различал тонкие нити, опутывающие все вокруг.

Паутина судьбы оплетала целую Галактику и напоминала громадный гобелен, на котором складывался рисунок всякого события. Что бы ни говорили безумные прорицатели варпа или эльдарские ясновидцы, никто не мог отчетливо рассмотреть этот гобелен. Можно было разобрать только отдельные нити и их переплетения.

Одна из таких нитей вилась вокруг некрона, который сидел на троне в недрах дворца и носил атрибуты династии Магадха, похожие на те, что встретились на дверных рисунках и настенных пиктограммах. За некроном тянулись отголоски образов прежних династов, похожих на него очертаниями, но в теле из крови и плоти, а не в оболочке из живого металла. Их лица расплывались, будучи затуманены временем и провалами в памяти. Хиалхи эти существа представлялись серыми и болезненными, с пораженной кожей и сгорбленной спиной, как у некронских воинов. Их ужасный вид компенсировали только золотые украшения и пышные наряды правящего класса, скрывающие разлагающиеся участки.

Смерть буквально пропитывала все их естество. Каждая нить, обмотанная вокруг некронских древних династий, вела к смерти. Еще при жизни они были одержимы и поглощены мыслями о скорой кончине.

Хиалхи знал, что стоит на перепутье истории. Прошлое и будущее полностью обволакивали юго-восточное крыло дворца Магадха.

– Вперед. И будьте осторожны, – предупредил Хиалхи. – Это место принадлежит фантому смерти.

После этих слов отделение рассеялось для разведки. Эту часть дворца построили вокруг центрального храма, посвященного не богам, как намекал весь этот мир, а самому Турахину. В прилегающих залах обнаружились механическая колыбель, в которую, должно быть, помещалась некронская техноконструкция для подзарядки или саморемонта, и нечто вроде библиотечного зала с тысячами полок, заполненными кристаллами. Боковые помещения явно использовались для совещаний: в одном из них стоял громадный стол из стали и обсидиана с картой Борсиды на нем, на которой весь городской ландшафт был отделан серебром и золотом, а ключевые позиции помечены драгоценностями.

– Это нужно заснять, – сказал библиарий.

– Уже, – ответил апотекарий Саар, разглядывающий карту.

– Здесь ничего нет, – пожал плечами брат Фелхидар.

– На виду – ничего, – поправил Хиалхи и затем вернулся к храму.

Лицо некрона на стене, вероятно, принадлежавшее Турахину до расставания с телом, величественно смотрело вниз. Сделанное из полированного серого камня, оно достигало почти самого потолка. На алтаре перед ним лежала горстка небольших кубиков из драгоценного металла, вероятно, оставленных как подношение самим Турахином, что было вполне в духе некронов.

Хиалхи встал на колени, снял керамитовые перчатки своего силового доспеха и приложил ладонь к полу. Линии на нем повторяли сложные очертания городского ландшафта Борсиды, как Хиалхи их видел с высоты летящего самолета.

И тут он почувствовал, что здесь произошло. Предательство. Захват власти. Он сумел ощутить высокомерие Турахина, подорванное переворотом Хекирота. Далее, в самой глубине веков, скрывалась память о другом предательстве. Нечто поразительных масштабов, предательство целого вида.

Они убили своих богов – это единственное, что Астральные Рыцари знали о древней истории расы некронов. И то, что почувствовал Хиалхи, было отголоском богоубийства.

Библиарий уловил слабую дрожь от стучащих по полу лапок насекомого и заметил, как маленький скарабей ползет вдоль основания стены храмового зала. Библиарий поднял его голой рукой и поднес к лицу. Крошечный робот – не больше таракана, колонии которых доставляли немало хлопот на каждом имперском боевом корабле, – перебирал крошечными лапками, стараясь высвободиться из хватки человека.

Тогда космодесантник осторожно опустил его на пол и отправился за ним, как только скарабей куда-то замельтешил. Робот пролез под небольшой боковой дверцей в помещение, которое Хиалхи принял за комнату для хранения одежды или священной утвари. Проследовав, библиарий обнаружил, что комната на самом деле является узким и низким коридором, в котором тесно пришлось бы даже обычному человеку. Закованный в броню, Хиалхи туда еле втиснулся и, царапая наплечники и пси-капюшон, пополз за механическим насекомым, к которому присоединялись и другие скарабеи, вместе образовавшие движущееся пятно блестящего металла.

Проход вывел в маленькое помещение с установленной на каждой стене колыбелью, обвешанной змеящимися кабелями и усеянной шипами, которые, по всей видимости, втыкались в разъемы на теле некрона. Быть может, помещение для дворцовой обслуги или даже для запасных тел Турахина, приготовленных на тот случай, если с его привычной оболочкой что-то случится. А если так, то он явно не успел ими воспользоваться, когда Хекирот сделал свой решающий ход.

Хиалхи вдруг почувствовал, как некая сила притягивает его разум. И это было вовсе не существо с пси-способностями, так как он постоянно высматривал на Борсиде псайкеров и ни разу никого не находил, к тому же любое проявление ведьмовства со стороны ксеносов служило бы маяком для психического взора Хиалхи. Однако это создание все же обладало разумом такой силы, что добралось до сознания Хиалхи. Оно влекло его к себе, но библиарий находился в тупике. От него требовалось проникнуть глубже во дворец. Где-то должен был быть путь.

– Брат Саар, – вызвал по воксу Хиалхи.

– Старший библиарий, где вы? – прозвучало в ответ.

– Возьми с собой двух братьев и найди три некронских тела. Сойдут и поврежденные, но по большей части они должны быть целыми. После тащите их в храмовый зал. И поторопитесь.

Почетная гвардия Хиалхи, давно привыкшая беспрекословно подчиняться его приказам, немедленно взялась за выполнение распоряжения. Он никогда не спешил высказывать свои мысли, и среди космодесантников поговаривали, что только с Артором Амрадом он разговаривал на равных. Это действительно было правдой, но причина заключалась не в том, что Хиалхи якобы считал себя выше остальных Астральных Рыцарей, – просто как библиарий он всегда должен был оставаться человеком-загадкой. Его психические силы являлись грозным оружием и без поддержания должной ментальной дисциплины, преподаваемой в орденском библиариуме, представляли для него самого и окружающих опасность не меньшую, чем для врага. По долгу службы боевые братья знали о ведьмах и колдунах, и им приходилось сталкиваться с ними во всем их зловещем разнообразии. Псайкер был самым опасным существом в Галактике, и лишь другой псайкер понимал это.

Саар не стал ничего спрашивать, когда спустя менее часа вернулся вместе с Бурханом и Масадом и приволок трех деактивированных некронов. Один относительно новый, с пятнами, но без следов коррозии. Два других были очень старыми, но целыми, причем конструкция, которую принес Бурхан, массивными наплечниками и тусклыми золотыми пластинами на туловище походила на элитного солдата.

Хиалхи приказал отделению отнести все трупы некронов в небольшую камеру, куда его привели скарабеи и где они до сих пор оставались, забравшись на потолок, словно чего-то ожидая.

– Говори, брат Бурхан, – неожиданно из коридора прозвучал голос старшего библиария.

– Да я вроде молчал, – удивился космодесантник.

– Ты ведь хочешь что-то сказать, – подталкивал его Хиалхи.

Бурхан сбросил некрона с плеча и произнес:

– Мы тут просто время тратим, идя на поводу у вашей интуиции, брат-библиарий. А наши братья между тем сражаются и погибают. Я верю только собственным глазам. Вот и все, что я хотел высказать. Но поскольку командир здесь вы, а я никакой не псайкер, то, соответственно, и держал язык за зубами.

– Вот почему я просил тебя присоединиться к моей почетной гвардии, брат, – мягко ответил Хиалхи. – Если бы я слепо реагировал на каждое предчувствие, обходясь без голоса разума, который бы меня одернул, то уже давно сгинул бы во тьме.

– Так вы прислушаетесь ко мне? – приподнял бровь Бурхан.

– Не в этот раз, – отказал Хиалхи. – Продолжаем.

Астральные Рыцари подняли некронов и уложили в настенные колыбели. Щупы вошли в разъемы на стальных телах, а кабели втянулись, когда ниши изменились под размеры техноконструкций. Некроны выглядели как обычные металлические скелеты, пригвожденные к стенам подземелья.

На какое-то мгновение наступила полная тишина. Космодесантники отошли от стен, насколько позволяло маленькое помещение.

Плиты из древнего металла заскрежетали, и Хиалхи уловил запах ржавчины и машинного масла. Пол изменил наклон и сдвинулся, разделяясь на ступени лестницы, по спирали уходящей вниз, а стены развернулись внутрь, образуя над ней арочный проход.

Бурхан повел форсункой своего огнемета в направлении явленной тьмы. Вдоль стен запульсировало слабое свечение, волнами проходящее по линиям иероглифов, вырезанным в металле, а воздух стал горячим и сухим.

Хиалхи позволил своему сознанию протянуть воображаемые пальцы к покрову, отделяющему реальность от варпа, откуда начинались нити, пересекающие плоскость времени и сплетающие ткань судьбы. Точнее, не совсем нити, так их всего лишь представлял Хиалхи. Мало кто рассуждал о фатуме как о чем-то большем, нежели просто метафора или проклятие, потому как в сознании обычных людей, не обладающих пси-способностями, он не значил ничего конкретного. Они не могли увидеть или потрогать его, прочесть его знаки или следовать им. Самое большее, они заявляли, что верят в рок, тем самым снимая с себя ответственность за собственную жизнь.

Хиалхи же в буквальном смысле видел судьбу, но не так, как любуются картиной или голографическим представлением. Сам процесс созерцания судьбы менял ее, что сближало его с искусством, а не наукой, поскольку от человека требовалось воображение, а не ясное понимание происходящего. И, как известно, космодесантники не славились воображением. Ум Хиалхи работал совсем не так, как у большинства Астартес, в связи с чем он крайне мало кому нравился. И то обстоятельство, что старший библиарий был полон странностей, но все равно преданно служил как Астральный Рыцарь, служило доказательством прекрасного воспитания, полученного им в библиариуме родного ордена.

В итоге Хиалхи выбрал одну нить и отправился по ней. Нить резонировала радостью победы, безумием и неопределенностью и была хорошо ему знакома, так как отображала его собственную судьбу. Она проходила по дворцу и устремлялась вниз, где становилась кроваво-красной от войны и насилия.

Рядом бежали другие нити, одна из которых, Хиалхи не сомневался, принадлежала самой Борсиде – холодному искусственному объекту, который эры назад создали с помощью невообразимой силы, в чем библиарий теперь еще прочнее уверился. Тысячи других различались еле-еле, как будто Вселенная едва их видела, словно у них вырезали саму их сущность, которая впечатывается в покров судьбы. Хиалхи полагал, что они принадлежат отдельным некронам, возможно, дворянам, которые вели в бой бездушные массы техновоинов. Все они были отмечены печалью и горем с примесью коварного обмана. Что же случилось с этой механической расой? Она явно не всегда была такой. Выходит, их предали, и они потеряли души, а после превратились в те древние машины, что сейчас правили миром-механизмом. Хиалхи не удалось узнать никаких подробностей, кроме того, что то событие было великой катастрофой и произошло очень и очень давно.

Нити же Астральных Рыцарей сияли ярко и гордо, тугими узлами переплетаясь с нитями некронов в недоступном для взора конфликте, уходящем в туман будущего. Порой Хиалхи мог рассмотреть нить от начала до конца и точно сказать, когда человек родился и где, и как умрет. Но такое бывало редко. Будущее распутывало любые клубки. Судьба представляла собой силу стихийную, непредсказуемую и переменчивую, ввиду чего большая часть нитей строго не закреплялась ни к одной точке, где должна была бы оборваться. Нити членов ордена и некронов Борсиды как раз уходили в неизведанную даль.

В какой-то момент библиарий уловил рядом другую нить – ту, по которой он шел с момента присоединения к операции по спасению Варва. К ней были привязаны миллиарды душ, по отдельности незначительных, но в совокупности составляющих тяжелый груз, протянувшийся светящейся линией к психическим чувствам Хиалхи. Эта была нить злого рока Варвенкаста. В не столь далеком, по меркам Вселенной, прошлом в судьбе Варвенкаста произошел резкий и страшный поворот, завязался узелок, истекающий злобой и скорбью. В скором будущем Варвенкаст встретился с Борсидой, но чем все обернулось после, было скрыто от Хиалхи, хотя он часто проходил по этой нити. Он отпустил ее, потому что знал, чем все закончилось, не мог не знать. Каким бы ни был конец, он приводил к невообразимым колоссальным разрушениям.

Фатум уводил в неисследованные глубины дворца. Историю можно было выразить посредством чувств. Она имела привкус стали и крови и походила на прикосновение к чему-то наэлектризованному. Ее нити определяли галактический узор, потому что составляли пересечения путей, где решался важный исход. Такое распутье находилось как раз под дворцом Магадха. И Хиалхи более не мог ни убегать от него, ни улетать, ни прятаться в космосе.

Астральный Рыцарь повернул свою мысленную проекцию назад, и дворец стал рассыпаться вокруг, пронося его через ткань судьбы, чтобы образовались стены, убранство залов, узкий проход и темный лестничный пролет перед ним.

– Старший библиарий? – вопросительно посмотрел на него Саар. – Ваши приказы?

– Спускаемся, – коротко сказал Хиалхи.

Подземелье оказалось одновременно и гробницей, и храмом, и тюрьмой. Глубоко в кору Борсиды уходила огромная структура из черного металла и гладких каменных поверхностей с резными сияющими контурами. Лестница вывела космодесантников в винтовой проход, кольцом проходивший внутри титанической центральной камеры, сложные углы которой образовывали сферу, до того громадную, что здесь поместился бы имперский линкор длиной два километра. Целый город можно было подвесить в этом месте. Улучшенное зрение космодесантников позволяло рассмотреть все окружающее пространство, сравнимое с ландшафтом без горизонта, дезориентирующее и чужеродное.

В середине колоссальной сферической камеры располагался куб из некронский стали, размерами сравнимый с крепостью-монастырем Астральных Рыцарей в Порт Экзальте на Обсидии. Над металлической поверхностью куба волнами проходили световые узоры, а вокруг парили лица былых глав династии Магадха, выполненные с той же страстью к гигантомании, которой отличались некроны Борсиды в искусстве изображения своих правителей. Они медленно вращались вокруг кубической усыпальницы, своими безжизненными глазами бесконечно разглядывая стены. Взор одного из идолов – некронского черепа без ротовой щели и с головным убором, с которого свисали гравированные золотые диски, – казалось, скользнул по Астральным Рыцарям, спустившимся в зал.

– Сдаюсь, – вдруг произнес брат Фелхидар, когда сошел на дорожку. – Кто-нибудь, скажите, где мы?

– В месте, которое Хекирот, несомненно, уничтожил бы, узнай о нем, – объяснил Хиалхи. – Месте, о котором Турахин не потрудился нам рассказать.

– Нам известно, что у некронов есть своя религия, – вслух стал размышлять Саар. – Ну, или была когда-то. И если у них есть храм, им не посвященный, то он перед нами.

– Однако, – добавил Хиалхи, – они говорят, что убили своих богов.

– Выходит, это гробница бога? – догадался Саар.

– Возможно. – Хиалхи поднял руку, будто определяя направление ветра, хотя движения воздуха здесь не ощущалось.

– Покажите мне врага, – хмуро проворчал Фелхидар. – Я лучше буду иметь дело с ведьмой с риском для моей души или со зверем, готовым меня растерзать, чем встречу еще хоть одну загадку.

Хиалхи подошел к самому краю дорожки и, на глаз определив, что до самой низкой точки сферы, где скопились машины с пульсирующими зелеными катушками, около километра, шагнул вниз. Все произошло так быстро, что боевые братья из его почетной гвардии ничего не смогли сделать, чтобы остановить его.

Огромное лицо некрона пронеслось мимо, но затем свободное падение замедлилось и вовсе прекратилось. Хиалхи висел прямо в воздухе в нескольких сотнях метров под кубом. Очевидно, антигравитационное поле создавали находящиеся внизу установки, благодаря чему в пространстве парили некронские идолы, куб и сам Хиалхи.

– Старший библиарий, пожалуйста, предупреждайте нас заранее, когда собираетесь выкинуть что-то подобное, – по воксу передал Саар. – Не забывайте, что никто из нас видеть будущее не умеет.

Оттолкнувшись ногой, Хиалхи полетел вверх. Он снова испытал то чувство, когда впервые ступил на Борсиду, выбираясь из-под обломков «Темпестуса». Некое лежащее в его основе чувство, сродни тихой ноте, связывающей воедино все части симфонии. Но услышать ее было практически невозможно. Он упускал ее множество раз в попытке прочесть, хотя не сомневался, что она всегда находилась где-то в глубине. Теперь же она звучала громче и отчетливее, чем когда-либо, и в такой близости от гробницы библиарию наконец удалось разобрать ее и сохранить.

Это было послание. Но переданное не посредством психической связи; на Борсиде вообще никто не обладал пси-способностями, Хиалхи был уверен. Нет, оно скорее походило на эхо силы воли, искажающей реальность вокруг, как планета влияет на гравитацию. Разве что в ее роли теперь выступал псайкер. И подобно планетной гравитации, какой бы слабой она ни была, этот отголосок воздействовал на Хиалхи, что указывало на его поистине безмерное присутствие. Библиарий прислушался к посланию и различил то, что ожидал: «Помогите».

– Бурхан, Фелхидар, прыгайте ко мне, – приказал Хиалхи. – Остальные, прикрывайте нас. Мне нужно подобраться поближе.

Двое Астральных Рыцарей спрыгнули с мостика, и секунду спустя их подхватило антигравитационное поле. Космодесантников учили действовать в условиях нулевой гравитации, но все равно ощущение, когда в один момент под ногами есть твердая почва, а в следующий ее нет, сильно дезориентировало. Совершая в воздухе плавные движения, они направились за библиарием, который поднимался к кружащей над ним голове некрона.

Ухватившись за ее край, Хиалхи оттолкнулся от черепа и полетел в сторону куба. Чем ближе он подлетал, тем больше различал некронских иероглифов, рисуемых энергией на поверхности куба. Они появлялись на секунду и исчезали, сменяясь новыми. Вполне возможно, что они излагали историю создания, которому посвящалось это место, или в них заключался трактат по философии, восхваления или же проклятия незваным гостям. Вновь Хиалхи понял, как бы ему хотелось, чтобы хоть кто-нибудь из Астральных Рыцарей мог прочесть эти знаки. Ключ к победе над некронами скрывался в их истории, бездонном прошлом, откуда начинались все нити судьбы.

Когда Бурхан и Фелхидар только добрались до идола, Хиалхи находился уже рядом с гигантским кубом и протягивал к нему руку. И, дотронувшись до него, даже через керамитовый слой своей перчатки он ощутил, как куб гудит от сдерживаемой мощи.

– Старший библиарий, – вышел на связь Саар. – Вы знаете, что внутри?

– Скоро выясню.

Иероглифы разбежались от его руки. Изнутри куба заструились лучи яркого света и разделили его поверхность на равные секции, которые стали сдвигаться и выворачиваться наизнанку, пока весь куб не раскрылся на манер громадной головоломки. Хиалхи толчком ушел в сторону, когда из открывшейся усыпальницы вырвались до боли яркий свет и масса холодного огня. И из-за резко упавшей температуры он почувствовал, как на внутренней стороне нагрудника кристаллизуются бусинки льда.

Усовершенствованные глаза Хиалхи отреагировали на свет, сузив зрачки до размера булавочных головок. Сияние явило множество технических устройств: светящиеся информационные кристаллы, расположенные вокруг извивающихся панелей живого металла. Воинство ярко-серебристых скарабеев заспешило по кристаллам, вытягивая металл в длинные усики, потянувшиеся к Хиалхи, подобно щупальцам актинии.

– Выбирайтесь! – закричал по воксу Фелхидар. – Выбирайтесь оттуда!

– Не двигаться, братья! – скомандовал библиарий.

Судьба обернула вокруг него петлю, словно ее нити собирались связать его и утащить в будущее, хотел того Хиалхи или нет. Все переплеталось именно здесь – Борсида, Варвенкаст, Астральные Рыцари и многое другое, видимое как неясно перемещающиеся вдалеке громадные пласты завтрашнего дня. Космодесантник выставил перед собой руки и позволил живому металлу оплести себя. Металл просачивался через сочленения на пальцах и запястьях, ледяными потоками протекал под наплечниками и разливался по груди. Хиалхи ощутил, как его легкие сжимаются и дыхание укорачивается.

Холод был всепроникающим. Старший библиарий сражался и в вакууме космоса, и на планетах, где никогда не светило солнце, но этот холод проник в его тело гораздо глубже. Он заполз в разъемы черного панциря-имплантата, защищающего грудную клетку и позволяющего подключать к телу силовой доспех.

А затем влез и в мозг.

Астральный Рыцарь явственно ощущал, как крошечные серебряные волокна ползают в его черепе и как чужие мысли заполняют его разум, принося беспорядочные данные, вместить которые человеческое сознание было не в состоянии. В какой-то миг он попытался избавиться от них, так как на курсе изучения каждой из его пси-дисциплин особое значение придавалось тому, как он должен каждую секунду оберегать свой разум-оружие. Однако Хиалхи подавил этот инстинкт и впустил в себя пришельца. Он закрыл глаза, а когда снова открыл, их уже заволокла тонкая серебристая пленка.

Хиалхи знал, что место, где он сейчас находится, не настоящее, если говорить с физической точки зрения. Но для чувственного восприятия оно казалось вполне реальным. Здесь можно было даже умереть.

По всей вероятности, его образовывали потоки данных, текущие по различным системам Борсиды, однако Хиалхи устраивало думать, что оно существует внутри кубической гробницы как глубочайшая камера в похожей на лабиринт тюрьме, куда его привели скарабеи и нити судьбы. Это место представлялось ему просторным и темным залом, храмом тьмы или огромной усыпальницей царя, который подчеркивал свой статус окружающей пустотой.

Единственное пятно слабого света проступало прямо посреди пола. Над головой все время двигались какие-то громадные массы, колоссальные механизмы в ядре Борсиды, питающие главное орудие на экваторе планеты и дающие энергию для ремонта и оживления некронских воинов.

Хиалхи медленно пошел на свет. На то, чтобы отвыкнуть от слепящего сияния изнутри куба, у него ушло всего одно мгновение, и теперь его авточувства постепенно увеличивали яркость. Наконец, он смог различить очертания нескладного существа, сжавшегося на полу.

То был тощий гуманоид с вытянутыми конечностями. Серая кожа его выглядела комковатой, необычайно влажной и мягкой, и всю ее поверхность покрывали шрамы и глубокие борозды. Три сучковатых пальца тянулись по полу. Отчетливо проступал позвоночник, будто существо морили голодом.

Когда Хиалхи подошел, оно подняло голову. Из-за неосторожного движения от узника отвалился кусок плоти и с хлюпаньем упал на каменный пол. Никаких органов или костей внутри не было, только влажное серое вещество, словно создание целиком состояло из податливой глины.

В скальп уходил головной убор из тусклого золота, но оправы для драгоценных камней пустовали. Над безгубым ртом располагались три овальных глаза, подобные треснувшим матовым янтарям.

– Кто ты? – спросил Хиалхи.

– Я – бог.

– Некроны убили своих богов.

Существо улыбнулось, и с лица посыпались частички глиняной плоти. Его голос напоминал шорох пыли.

– Они лгут. Нас нельзя убить. Но можно разбить.

– Я не особо люблю загадки, – произнес Хиалхи. – Я загадываю их, а не решаю. Изъясняйся понятным языком, или я уйду, и ты не получишь то, что хочешь от нас.

– Я – бог звезд, – сказало существо. – Давным-давно некронтир молили нас спасти их. Они развязали войну, которую не могли выиграть. Войну против Древних. Войну в небесах. Вашему роду не понять. Ваш род думает годами, разве нет? Как там, одним оборотом планеты вокруг звезды? Это случилось миллионы оборотов назад. Ваш род еще даже не появился, а некронтир уже тогда стояли на грани вымирания и просили нас помочь им. А мы – щедрые создания.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю