355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » авторов Коллектив » Адептус Астартес: Омнибус. Том II (ЛП) » Текст книги (страница 199)
Адептус Астартес: Омнибус. Том II (ЛП)
  • Текст добавлен: 18 марта 2017, 11:00

Текст книги "Адептус Астартес: Омнибус. Том II (ЛП)"


Автор книги: авторов Коллектив



сообщить о нарушении

Текущая страница: 199 (всего у книги 303 страниц)

– Видели мы ваше милосердие! – огрызнулся Захирос. Все тело ныло от боли. Кости были сломаны. Доспех вспрыскивал в кровь болеутоляющее, отчего тело цепенело. И все же он мог продолжать драться. – Рабы, которых разбирают на кости и мясо. Ни один космодесантник не пойдет на такое. Тебе придется прикончить нас всех.

– Так мы и сделаем, – согласился вершитель. – Мы уже начали данный процесс.

Захирос перехватил меч и с яростным рыком прыгнул на некрона. Силовой клинок метнулся вниз, чтобы пронзить грудь противника. Это была дикая, безрассудная атака, на которую мог решиться только сущий варвар, пытающийся выиграть за счет грубой силы и свирепости.

По крайней мере, так это представлялось со стороны. Некрон вознес оба клинка, чтобы зажать меч Захироса, выдернуть его из рук, а его самого швырнуть на пол безоружным. Но вместо этого капитан уклонился, пронес свой меч вне досягаемости вершителя и вогнал локоть ему в лицо. Раздался приятный хруст, и некрон упал на спину с выбитым глазом.

Вершитель имел многотысячелетний опыт, что демонстрировал в каждом ложном движении, но Захирос обладал силой космического десантника и знал, как ею воспользоваться.

Захирос ударил мечом, целясь чуть ниже руки. Это должен был быть смертельный удар, перерубающий одним махом сердце, легкие и позвоночник. Бронированный корпус техноконструкции подразумевал, что внутри есть системы, отвечающие за исправное функционирование, которые надлежало разрушить силовому полю его меча.

Клинок вершителя оказался быстрее, чем Захирос думал, и отбил в сторону меч капитана так, что он всего лишь оставил глубокую борозду в боку нагрудника некрона. Второй же клинок вонзился прямо в грудь космодесантнику.

Некронское лезвие, тоже имевшее силовое поле, вспыхнуло фиолетовым светом в момент столкновения и отбросило Захироса через весь зал. Он ударился о край арочного прохода, ведущего прочь из помещения и тронного зала. Капитан с трудом вдохнул и почувствовал, как по груди растекается неприятное тепло, сменяющееся болью. Он зацепился за угол прохода и потянулся, чтобы пересечь его.

Он был тяжело ранен. Очень. Меч разрезал керамит и глубоко вошел в грудь. Розовая пленчатая поверхность его легкого проглядывала сквозь дыру в сросшемся реберном каркасе. Оттуда шла кровавая пена.

Захирос изучил свою новую позицию. Он находился в ярко освещенном помещении без признаков разрухи.

Вокруг центральной платформы с постаментом из черного металла, поддерживающим резной куб размером с человеческую голову, проходил ров со ртутью, а от серебряных напольных плит исходило слабое жужжание.

Когда кровь забрызгала серебро, странное чувство, прибывшее из глубин сознания, посетило Захироса. Эмоция, которую он никогда прежде не испытывал. Вместе с ней пришел и вопрос: «Готов ли я умереть?»

Был ли это страх? Тот самый, что испытывали обычные люди, когда находились при смерти? Эта идея вызывала отторжение. Император сотворил первые легионы Космического Десанта, так как нуждался в бесстрашных воинах. Они знали, что такое страх, но умели подавлять и игнорировать его. Захирос множество раз оставлял в стороне этот проблеск слабости. Но что будет, если искре страха дать разгореться? Не она ли сейчас расходилась по венам, грозя парализовать и тело, и разум?

В зал вбежал вершитель. Он мог бы просто пронзить Захироса со спины, и тогда битва закончилась бы прямо здесь. Но вместо этого некрон прошел по ртути и встал между Захиросом и кубом.

Преторианец явно заботился об этом предмете, чем бы он ни был. Пусть до Хекирота было не добраться, Захирос по-прежнему мог попытаться ранить лорда Борсиды. У него все еще оставался шанс изменить ход битвы.

«Но готов ли я умереть?»

Захирос вскочил, и на пол упали кровавые сгустки. Астартес выставил перед собой меч, словно так он поддерживал его.

Вершитель принял оборонительную стойку, и теперь его парные клинки было никак не обойти, учитывая, каким слабым и медлительным стал Захирос.

Он очень хотел развернуться и бежать обратно. Это была недопустимая, богохульная мысль, но она вцепилась в него и угрожала подчинить себе его тело, как кукловод. Любым способом нужно было пересилить этот порыв, ведь другого шанса ему уже не представится. Если это страх, и он на самом деле подчинил Захироса себе, тогда не имело значения, умрет он здесь или нет.

Захирос бросился на вершителя. Некрон снова заблокировал его меч, но Астральный Рыцарь не остановился, а обрушился всей массой на противника. Остановить бегущего на полной скорости космодесантника не смог бы даже некрон, и потому вершитель упал на постамент и сбил куб на пол.

Какое-то мгновение Захирос не мог оторвать взгляда от этого куба. Начертанные на его поверхности узоры образовывали сложный лабиринт и словно принуждали следовать взглядом по бесконечным путям, стремясь найти выход. Но боль затуманила его зрение, и наваждение прекратилось.

Вершитель ударил сверху вниз обоими клинками, и левая рука капитана, угодившая между ними, сократилась точно по локоть. Острая боль сплелась с отвратительным тупым ужасом, когда конечность отвалилась, отрезанная столь аккуратно, что первая капля крови упала только секунду спустя.

Захирос потянулся вперед уцелевшей рукой, выпустив меч. Человек и некрон вцепились друг в друга мертвой хваткой, и потому клинок уже не мог помочь. Капитан коснулся резной поверхности куба и схватил его.

Захирос перекатился на спину как раз в тот момент, когда преторианец, занесший меч для удара, уже собирался погрузить его в горло космодесантника. Капитан внезапно бросился на противника с кубом в руке и врезал им прямо по вражьему черепу. Куб раскололся, и его фрагменты дождем из крошечных серебристых осколков посыпались вниз.

Потоки черной энергии коснулись вершителя и перетекли в пол. Тела Захироса и вершителя, рухнувшие в неглубокий ров со ртутью, образовали мост, по которому прошла загадочная энергия и вытекла через пролет арки.

Вершитель, казалось, застыл. Он по-прежнему держал клинки занесенными над безоружным, раненым и одноруким Астральным Рыцарем, едва ли способным дать отпор.

Пугающий бессловесный вопль поднялся со стороны тронного зала, словно сотня металлических голосов заговорила одновременно, сотрясая весь дворец. Захиросу почудилось, что этот звук эхом разносится меж шпилей Борсиды. Он представил в этот момент, что крик проходит по всей планете, как волны от землетрясения, затопляя мир-механизм своей болью, и ему стало хорошо. Оно стоило того, чтобы научить этих пришельцев истинному значению слова «отчаяние». Что ни говори, достойное деяние, маленькая победа. И теперь Захирос был готов умереть.

Вместо удара вершитель схватил космодесантника за уцелевшую руку и выволок из кубической камеры обратно через свод и брешь в тронный зал. Захирос был совершенно беспомощным и с трудом сосредоточился, но осознал, что звуки боя стихли.

Вершитель поднял Захироса, благодаря чему тот смог рассмотреть тронный зал целиком. Отделения Дахарна и Эхранта лежали, изрубленные, в центре зала, где шла самая ожесточенная схватка. Эхрант, должно быть, погиб последним, так как вокруг него валялись останки полудюжины сломанных лич-стражей. Пока Астральный Рыцарь созерцал эту жуткую картину, некоторые из павших некронов собирались заново и целыми поднимались на ноги.

Один из преторианцев, осматривавший погибших, заметил, что какой-то человек еще шевелится – им оказался боевой брат из отделения Дахарна, – направил свой посох на голову космодесантника и пустил энергетический заряд, испарив все, что находилось выше керамитового воротника.

Рабы тоже были мертвы, и Захирос сумел различить среди трупов Персиселя и Малу. Оставались только двое людей – предатели с закатившимися глазами и тупым выражением лица марионеток.

Руководивший бойней владыка Хекирот взмахнул рукой, и преторианец казнил двух верных рабов парой выстрелов в грудь. Пешки выполнили свою задачу, и теперь от них требовалось избавиться.

Хекирот повернулся к Захиросу. Властелин Борсиды не имел ни малейшей царапинки от цепного меча или болтерного огня.

– Истребление, – сказал он.

– Твоя безделушка разбита, – дерзко произнес капитан Астральных Рыцарей. Каждое слово сопровождалось струйкой крови по подбородку. – Тем, чего мы добились здесь, воспользуются мои братья, чтобы уничтожить тебя. А мы исполняем свои обещания.

Хекирот кивнул вершителю.

Последнее, что почувствовал Захирос, был клинок преторианца, вонзающийся ему в затылок, но сейчас он был готов умереть.

Орбитальная станция снабжения «Мадригал-12»
Высокая полярная орбита Убежища
Система Варв
Код кодировки: Покаяние
Только для представителей инквизиции,
сноска лорда-инквизитора Куилвена Райе
Записано медикой-обскурум Каллиам Гельветар

По завершении ритуалов духовного исцеления, без которых не обойтись после прошлого затяжного контакта, ваша покорная слуга передала сообщение в командный центр орбитальной станции. Ее дежурный в свою очередь проинформировал меня о прибытии флотской трофейной команды. В соблюдение процедуры моральной гигиены трофейщиков приняли в стыковочном отсеке станции, где они передали рабочим сервиторам неповрежденную одноместную спасательную капсулу, которая была катапультирована с истребителя-бомбардировщика типа «Громовой раскат». Маркировка указывала на космонесущую платформу «Безжалостный». Показатели жизненно важных функций субъекта внутри были в норме, и спасательный модуль решили перевезти в лазарет, куда также направили медицинских сервиторов.

Выжившей оказалась пилот истребителя флота спасения Варва, которая по показаниям приборов пребывала в коме. Ее извлекли из спасательной капсулы, но на внешние раздражители она не реагировала. Однако в ходе приготовлений к следующему аутосеансу женщина проснулась. К этому моменту ее личность установили по регистрационному номеру электротатуировки: астронавигатор третьей статьи Асфала Крэ. На мое присутствие она отреагировала с большим страхом и возбуждением и даже попыталась причинить физический вред, однако ей помешали ремни, которыми ее обвязали в качестве меры предосторожности. В результате ее успокоили приписанные ухаживать медицинские сервиторы.

Ваша покорная слуга слышала, как спасенная выкрикивает имя Иггра’нья – уже мне знакомое, поскольку оно было найдено в одной из областей сенсорного узла смежных данных.

Последующий период бодрствования охарактеризовался обрывочными и полубредовыми высказываниями. Крэ выражала уверенность, что находится в тронном зале или дворцовом сооружении, существующем внутри звезды, и стала жертвой богоподобного создания, которое вытягивает не то ее жизненную силу, не то душу. Эти заявления сопровождались колебаниями жизненных показателей, включая частоту сердечных сокращений, мозговую активность и температуру тела. Попытки причинить вред и потоки угроз продолжались. Дальнейший допрос выявил у нее убежденность в том, что ваша покорная слуга состоит при дворе божественного существа и, сверх того, обладает телом из металла.

Когда результаты медицинского обследования показали трещину у нее в черепе и кровоизлияние в мозг, медсервитору поручили провести хирургическую операцию под общей анестезией.

Между тем приготовления к следующему сеансу контактирования завершились. Психологический и физический стресс, оставшийся с прошлого раза, удалось снять при помощи повышенной дозы соматического успокоительного, а также молитв и ментальных упражнений. Сильное нервно-психическое напряжение, сопровождающее первые стадии контакта, помогла преодолеть специальная методика эмоционального успокоения. На данном этапе когитатор записал только неясные обрывки сенсорной передачи, представленные ниже.

Родители рыдают от горя и гордости одновременно. Отец дает мне в руку деревянный меч, которым я тренировался в уже забытые времена. Я покачал головой и вернул его, понимая, что не могу взять его с собой. Я ничего не могу забрать с собой. Обсидия запомнит меня тем, кем я был, ведь с сегодняшнего дня я стану совсем другим…

…Окружающий меня стальной город истекает металлической кровью, будто этот мир когда-то был естественной планетой и сейчас вспомнил об этом. Пока мы продвигаемся по тайным переходам чужеродного города, одинокий голос, рокочущий будто с неба, произносит единственное слово, да так громко, что его должен слышать весь мир. «Подчинитесь».

…Я вырезаю геносемя из горла и груди моего боевого брата, эти органы хранят в себе основу генетического шаблона нашего примарха и обуславливают улучшения тела космического десантника. И хотя оба сердца моего брата прекратили биться, он никогда не умрет, – это семя имплантируют другому рекруту, который продолжит его наследие. Потом я вспоминаю, что мы никогда не покинем этот мир, и великая печаль накатывает на меня.

В небе пронзительно вопит стая серповидных хищных птиц. С брюха каждой из них вниз капает зеленое пламя, и я чувствую смерть до того, как она наступает. Испытываю агонию раньше, чем она начинается. Нити судьбы неизбежно вьются к финальной точке жизни.

Тут неустойчивые сердечные показания заставили приостановить попытку связаться с умершим. Пока шла подготовка к возобновлению сеанса, стало известно, что астронавигатор третьей статьи Крэ умерла от обширного внутреннего и внутримозгового кровоизлияния, вызванного сильнейшим перевозбуждением. Как сообщалось, перед смертью Крэ заверяла всех, что воображаемое ею божество отнимает у нее физическую оболочку и заменяет металлической.

По моему мнению, мощный выброс неизвестной энергии привел к возникновению в соответствующем регионе варпа колебаний, которые оказали губительное влияние на сознание астронавигатора третьей статьи Крэ, пребывавшей в коме, которая явилась следствием потери истребителя, а также длительного нахождения в спасательной капсуле с момента сражения истребителей, имевшего место в самом начале битвы за Убежище.

После проведения процедур моральной и физической гигиены, необходимых для безопасной утилизации трупа астронавигатора третьей статьи Крэ, ваша покорная слуга продолжила пытаться наладить контакт, в чем наконец добилась успеха.

Глава пятая
Кодиций Валкаш

На Борсиде, как выяснилось, сменялась погода. Несмотря на свое искусственное происхождение, планета страдала от капризов природы. Капающий с неба дождь был так насыщен оксидом железа, что вода имела цвет засохшей крови.

Девятая рота вместе с остатками Шестой добралась к краю громадного каньона, смотревшегося на городском ландшафте Борсиды как глубокий разрез. Далеко внизу в серебристых порогах бушевала река из жидкого металла. Стены ущелья пронизывали проходы и системы пещер, улицы и дворцы прошлых эпох. Офицеры импровизированной ударной группировки собрались среди колонн полуразрушенного павильона с видом на каньон из черной стали.

– Нужно двигаться дальше, – сказал капитан Хабиар. – Пока мы не получим иных приказов, наша главная задача – забота о сохранении своих жизней, а противник пусть тратит силы на преследование.

– Капитан Шехерз вступил бы в бой с врагом, – вставил первый сержант Кипсала, старший среди выживших из Шестой роты.

– Шехерз мертв! – отрезал Хабиар. – Если хочешь оспорить мое командование, вынесешь этот вопрос на суд магистра ордена на Обсидии, как то велит Кодекс. До тех пор не надо говорить, что сделал бы или не сделал другой командир.

Кодиций Валкаш переводил взгляд с одного воина на другого. Они всегда недолюбливали друг друга. Капитан Девятой роты был ярым сторонником Кодекса и не любил новшеств и безрассудной агрессии, как и подобало командиру роты тяжеловооруженных отделений опустошителей. Кипсала же поддерживал воинственный настрой Шехерза, магистра флота, считая лучшей защитой нападение. Неудивительно, что Шехерз предпочитал самую прямолинейную тактику – легко было вступать в схватку, командуя боевой баржей, которая обычно оказывалась самым разрушительным оружием в конфликте. В мире-механизме, однако, все обстояло по-другому.

– Чтобы мы ни решили, надо это делать быстрее, – произнес Валкаш. – Некроны перемещаются. Разведка докладывает, что они всего в километре от нас. Они, может, и двигаются медленно, но никогда не останавливаются и знают местность лучше нас.

– Так что мы выбираем, кодиций? – спросил Кипсала, специально подчеркнув звание Валкаша, что намекало отнюдь не на глубокое уважение.

Первому сержанту хотелось встать и драться, а капитан считал необходимым продолжать отступление, вынуждая противника следовать за ними. В подобных ситуациях советом помогали библиарии ордена. Не прошло и года, как Валкаш получил звание кодиция. В таком качестве он сопровождал Астральных Рыцарей на войну впервые и хорошо знал о пробелах в своих знаниях. Но положиться было больше не на кого, так что он понимал свой долг.

– Некроны могут атаковать нас в любой момент. А здесь неподходящее место для битвы, – высказался он. – Нежелание ввязываться в бой с противником, который так этого хочет, нельзя назвать трусостью. Пусть они знают Борсиду лучше нас, но мы все равно пересечем каньон быстрее, чем тысячи их машинных воинов. Пойдем дальше.

Капитан Хабиар кивнул с видом человека, считающего дело полностью решенным. Он был старше всех в своем ордене и, когда магистра Артора Амрада только приняли в рекруты, являлся полноправным боевым братом. Во всей Галактике ни один противник не нашел бы ничего, что могло бы удивить его. Нынешнее сражение представлялось ему всего лишь одним из многих.

– Выдвигаемся, – передал по воксу Кипсала отделениям Шестой роты.

Астральные Рыцари выбрались из-за прикрытия руин на краю каньона. Под командованием капитана Хабиара находились около ста двадцати боевых братьев, переживших крушение. Ржавый дождь омывал их доспехи с бело-голубыми цветами. Большинство космодесантников относились к отделениям опустошителей Девятой роты и были вооружены лазерными пушками, ракетными установками и тяжелыми болтерами. Весьма неудобно для трудного пути через каньон, но ничего не поделаешь.

Валкаш посмотрел вниз с края обрыва. Путь лежал через бреши в металлических стенках ущелья, так что можно было спуститься и взобраться на другую сторону хотя бы пешком. Нельзя было понять, создан каньон умышленно или образовался в результате землетрясения или столкновения. Астральные Рыцари до сих пор не знали, является ли Борсида сплошной машиной или же под ее металлической оболочкой скрывается естественный планетоид. Мир-механизм по-прежнему хранил секреты.

Валкаш впервые заметил этот храм на полпути вниз, когда преодолевал узкий участок вместе с отделением Девятой роты. Строение в несколько этажей находилось на дальней стороне и открывалось только за резким изгибом каньона. Фасадом служили массивные ворота, исписанные некронскими иероглифами и рисунками древних правителей на громадных пирамидальных тронах. В отличие от окружающей местности коррозия и разрушения здания не коснулись, и оно ярко сверкало серебром под непрекращающимся дождем. Кодиций догадался, что здесь святая земля. Это природное чутье проявилось у него еще в детстве, когда он рос в благородной семье на Обсидии, и за всю жизнь никогда его не подводило.

А раз здесь священная земля, значит, некроны поклонялись богам. Эта мысль показалась более зловещей, чем то, что следом за Астральными Рыцарями идут ряды воинов и боевых машин. Кого могут счесть богами те, кто почитает сам себя?

– Под нами, – по воксу оповестил кто-то впереди.

С края дорожки Валкаш взглянул на реку жидкого металла. Соединенная рота прошла уже полпути ко дну каньона, а многие отделения ушли далеко вперед, прокладывая путь по виляющим каналам. Немногочисленные скауты ударной группировки также разведывали местность, и по воксу передал сообщение как раз один из них.

Поверхность реки теперь вздымалась ртутными пальцами и образовывала мерцающие плиты из текучего металла, поднимающиеся по воздуху к вершине ущелья. Вся река «испарялась» квадратами, которые постепенно собирались в крупные секции.

– Мост, – догадался Валкаш. – Капитан, некроны возводят мост! Они будут на той стороне раньше нас.

Стало ясно, что Астральные Рыцари оказались в ловушке. План отступления от некронской колонны привел к тому, что целая ударная группа застряла в каньоне, по обе стороны которого поджидали враги. Хуже положения не придумаешь.

Мост формировался блок за блоком и уже растянулся на половину пропасти.

– Отделения Бельфегара и Сехеллана! – приказал по воксу капитан Хабиар. – Занять позиции за рекой! Стрелять по мосту! Кипсала, – позвал он, – бери тактические отделения и защищай то здание!

– Вы про храм, капитан? – удивленно сказал Валкаш. – Он может быть ключевым объектом для некронов. И не лучшим местом, где стоит давать бой. Если он для них священен, лорд Борсиды, вероятно, направит все силы, чтобы вернуть его.

– А еще он – единственное пригодное к обороне строение в этой проклятой дыре, – парировал Хабиар. – Мы займем его и укрепимся. Это приказ.

Повинуясь, космодесантники торопливо форсировали реку. Блестящие потоки стремительно обегали ржавые куски упавших обломков, из-за чего трудно было найти опору. Отделения опустошителей вручную перетаскивали свое тяжелое вооружение, чтобы расположиться на противоположном берегу. Разведчики в это время уже нашли проход к серебристому храму вверх по стене ущелья.

Валкашу хватало сообразительности не вступать в открытую полемику с капитаном Хабиром, но все мысли о храме вызывали дурное предчувствие. И как псайкер, он научился доверять своим инстинктам. По меньшей мере, он мог добраться туда первым и лично оценить возможные риски.

Решив так и поступить, кодиций отделился от основной группы и стал пробираться через реку так быстро, как только мог. Он готов был поклясться, что видел в пучине лица тонущих и воздушные пузыри. Мост над головой построили уже наполовину.

За рекой Валкаш увидел в изъеденной коррозией дальней стене погребение с ржавыми телами некронов, отвергнутыми и заброшенными, и подумал о том, как давно мир-механизм бороздит Галактику. Чего добилось человечество, когда Борсиду только создали и некроны впервые заявили на нее свои права? Покинули ли тогда люди Терру в дни Рассредоточения? Существовало ли уже человечество вообще?

Отделение сержанта Кипсалы ушло дальше остальных и добралось до подступов к храму. Чем ближе подходил библиарий, тем громаднее становилось строение и тем ярче сияло посреди этого захолустья. Найденные в нише некронские оболочки казались очень древними, значит, и храм наверняка был не менее старым, однако же он выглядел так, будто его построили только вчера.

– Похоже, мы будем биться здесь, библиарий! – воскликнул сержант Кипсала, когда Валкаш вскарабкался к нему. Отделение Кипсалы состояло из нескольких выживших ветеранов шестой роты, оснащенных разными оружием и комплектами брони. Разношерстная экипировка группы напомнила о страшных потерях, которые успели понести на Борсиде Астральные Рыцари. – Мы бы избавили всех от затяжной прогулки, реши сразу дать бой здесь.

От отделения опустошителей внизу по недостроенному мосту ударил ракетный огонь. Кое-кто промахнулся, но часть ракет все же попали в цель и расцвели оранжевыми огненными цветами. Вместе с мелким дождем с темного неба посыпались металлические осколки. Двигавшиеся в авангарде колонны несколько некронов на антигравитационных платформах уже летели над переправой в сопровождении тучи скарабеев, похожей на рой металлической саранчи.

– Давайте узнаем, с чем мы тут имеем дело, – сказал Валкаш. – Я бы осмотрел все изнутри храма, прежде чем полагаться…

Кодиций замялся, почувствовав у себя под ногами какую-то дрожь. Глубоко внутри стены ущелья что-то гремело. Не то землетрясение, не то очередное оружие некронов или древняя машина.

– Мир-механизм заметил, что мы здесь, – решил сержант. – Мы будем весьма признательны, если ты предскажешь, что нас ждет в будущем, кодиций.

– Простите, но искусство предсказания мне недоступно. Я использую разум в иной форме, более прямолинейной.

– Тогда, надеюсь, ты найдешь ему применение.

Валкаш решил счесть это шуткой и отправился вслед за отделением к первой ступени основания храма, которая достигала почти трех метров в высоту, словно лестницу построили для некоей расы великанов. Каньон снова сотрясся, и по его стене покатились отколовшиеся куски. Мимо Валкаша проскакал ржавый некронский череп.

Библиарий взобрался на первую ступеньку и потянулся к следующей. Воины тактического отделения последовали за ним, прикрывая друг друга. Вход в храм выглядел громадным прямоугольником зияющей тьмы, пересекаемый серебряными столбами, как прутьями клетки.

Валкаш едва различал очертания статуй внутри, которые находились слишком далеко, чтобы до них добрался тусклый свет Борсиды. Космодесантник укрылся за столбом, решив получше все рассмотреть, пока отделение Кипсалы водило плазмаганами и болтерами, целясь во тьму.

Это оказались не статуи. Некронские конструкции, похожие на некронов-воинов, но с бронзовыми бронепластинами и высокими алебардами с клинковой частью из зеленой кристаллической породы. И там их таились тысячи. Идеально выстроенные ряды тянулись далеко во тьму.

И все же они отличались от тех чужаков, с которыми ударная группировка вела непрекращающийся бой с момента крушения. Их облик казался утонченнее, а оружие выглядело более продвинуто, чем гаусс-бластеры у воинов. Немногим далее в тенях Валкаш разглядел среди них приподнятые носилки с креслом, где сидела иная техноконструкция, еще более изысканная: с пышным головном убором и мозаичным пекторалем. У этого воинства были свои предводители, величественные и посаженные на трон. Валкашу это напомнило великолепные саркофаги некоторых первобытных рас, которые хоронили со своими царями тысячи статуй, чтобы те служили им в загробной жизни.

– Пресвятой трон, – выдохнул Кипсала, когда присоединился к библиарию у столба. – Да сколько же их здесь?

– Армия, – спокойно произнес Валкаш. – Но они спят, и нам нельзя рисковать пробудить их. Капитан, – включил он командный канал связи, – мы не можем удерживать храм. Здесь полно некронов. Если они пробудятся, мы окажемся меж двух огней.

– Ясно, – коротко ответил Хабиар.

– В их мир вторглись, – начал рассуждать сержант Кипсала. – Мы добрались до самого порога их храма. Почему они до сих пор спят?

– Это священное место, – напомнил Валкаш. – Что бы эти солдаты ни охраняли, оно важнее всего прочего на Борсиде.

Земля снова задрожала, и осколки застучали по фронтону здания и рассыпались по ступеням.

– Нужно отступать, – твердо решил Валкаш. – Лучше биться у склона каньона, чем здесь. Поспешим, братьям нужна помощь.

Когда Кипсала повел свое отделение прочь от ворот в храм, участок ущелья сместился и в дальнем конце входа сошел громыхающий оползень из изъеденного коррозией металла. Что-то огромное колотило изнутри в стены каньона, словно замурованное там животное пыталось выбраться наружу.

Между тем возведение моста над головой у Астартес завершилось, и по нему хлынули потоки некронов-воинов, боевых шагоходов и антигравитационных колесниц командиров. Опустошители массированным огнем выбили из моста отдельные секции, но скарабеи успели устранить повреждения почти одновременно с тем, как несколько подбитых некронских воинов упали в реку. Ряды некронов, начавшие собираться на противоположной стороне ущелья, намеревались начать спуск, как только все займут позиции, чтобы зажать Астральных Рыцарей на самом дне каньона, словно в тисках. Представить тактическую ситуацию хуже этой было трудно.

Когда стенка каньона снова сместилась, Валкаш побежал туда, где ему казалось безопаснее всего, – к выступающей стальной плите с ямками. Если ему суждено было здесь умереть, то он хотел, чтобы это случилось в бою с некронами, а не из-за землетрясения.

Только библиарий об этом подумал, как недалеко от него провалился стальной блок. Ветераны из отделения Кипсалы разбежались в стороны, чтобы не угодить в расширяющуюся дыру. Валкаш упал на одно колено и машинально схватился за психосиловой топор. Настроив сознание на пси-контур оружия, он почувствовал топор как продолжение тела.

Валкаш давно научился доверять своим инстинктам. Они проявились у него еще ребенком после того, как семья втайне привела его к ведунам из нижайших каст, чтобы те изгнали злых духов и вылечили его. Но у ведунов ничего не вышло. Они были лишь шарлатанами, устраивающими представления с дешевыми трюками. И когда они осознали, что инстинкты Валкаша являются проявлением некоей высшей силы, то пришли в ужас. Он всегда знал, когда должно было что-то случиться, особенно что-то плохое. Его семью тогда помиловали за сокрытие ребенка от суровых на вид людей, представлявших имперский закон, в обмен на передачу его капелланам Астральных Рыцарей.

Из воронки поднялось огромное темное нечто и издало металлический рев, показалась разъеденная коррозией рука, зазубренными пальцами ощупывающая землю. Оно было колоссальным, втрое выше космодесантника. Его очертания скрывала ржавая корка, но под ней Валкаш сумел различить сочленения и ячеистые стальные поверхности.

Рука схватилась за край плиты, на которой стоял библиарий, и Валкаш увидел, что она состоит из туловищей некронских воинов, конечностей и черепов, заменяющих элементы суставов. Настоящий ходячий мертвец по-некронски, голем из трупов, разорванных на части и наугад собранных вместе в единое чудовище. Далее возникла его голова, представлявшая собой массу спрессованных тел некронов с крупной выступающей вперед челюстью и циклопическим глазом, утопленным в металл. После из стены каньона вырвалась вторая его рука, точнее, просто пушка с громадным стволом, окруженная скоплениями тех же зеленых трубок, что питали гаусс-оружие некронов-воинов.

Инстинкты Валкаша просто выли. Их голоса раздавались у него в голове, но слов они не произносили, а только мысленно сообщали ему какие-то сведения и предупреждали об опасности. По Кодексу библиарию следовало беспрекословно подчиняться ветерану Кипсале или руководящему офицеру Хабиару. Но Астральные Рыцари вышли на него из-за силы его разума, и поэтому первоочередным долгом Валкаша было использовать его в качестве оружия наилучшим способом.

И теперь интуиция твердила, что враг наверху, а не перед ним.

– Что ты такое? – крикнул Валкаш.

Стальной гигант поднял голову и завопил. От этого звука дрожь прошла по всему ущелью. Из дыры в теле Борсиды показались другие некроны, заржавелые и давно деактивированные. Стержни вокруг пушки ярко засветились, и в стволе начала скапливаться чистая энергия.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю