Текст книги "Антология фантастики и фэнтези-80. Компиляция. Книги 1-12 (СИ)"

Автор книги: Антон Демченко

Соавторы: Борис Орлов,Степан Вартанов,Олег Борисов,Алексей Вязовский,Роман Романович
сообщить о нарушении

Текущая страница: 203 (всего у книги 215 страниц)

– Да, – произнес демон, когда четверть часа спустя история была завершена. – Рассказчик из тебя паршивый.

– Ну извините.

– Можно на ты. Я разрешаю. Зови меня Лар.

– Ромка.

– Ты хоть понял, как тебя надули, парень? – поинтересовался Лар.

– Понял, – буркнул Ромка. – Случайно. Нашел формулы для Маятника, не поленился проверить.

– Это да, – согласился его собеседник. – Это верно. Но я не об этом. Ты, вообще, что дальше собираешься делать?

– Мне бы до спасателей добраться, – вздохнул Ромка. – Ну… Сюда же кто-нибудь прилетит разбираться, верно?

Заковыристое ругательство, которым ответил на его слова демон, поставило его в тупик. Лишь спустя пару секунд он осознал, что демон видит лишь то, что видит он, Ромка. И пока мальчишка сидел на суку, прислонившись спиной к стволу, привязанный поясом и упирающийся коленками в отходящий от его ветки сук, он не смотрел вниз. А теперь вот посмотрел, и так Лар впервые узнал о существовании сидящего под деревом тигра. Хотя вроде они же экстрасенсы, эти демоны?

– Ты, парень, это, – сказал Лар мрачно, – ты давай уж сразу выкладывай, что там у тебя в рукаве? Кроме этой кошки?

– Арибусы, – признался Ромка. – Три штуки.

– И что? – удивился демон. – Арибусы? Э… Это такие ящерки, я ничего не путаю? С крыльями? Длиной с ладонь.

– Ага. Только не с ладонь, а шагов пять-семь.

– Выросли, значит… Это нехорошо. – Лар помолчал. – Ладно. А мы вообще где?

– Восточная равнина. Около Керенга.

– И сколько тебе осталось? До Маятника?

– Полгода.

– Успеем, – усмехнулся Лар.

– Что успеем?

– Добраться до Столицы. С трудом, но успеем.

Некоторое время Ромка пытался переварить услышанное. Наконец, переварил.

– Пешком?! – ужаснулся он.

– А как еще?

– Лар, я же говорю, сейчас прилетят спасатели, нам только бы до них добраться… С твоей магией. Ты же демон!

– Так, – перебил его собеседник. – Во-первых, не называй меня демоном. Демонов не существует.

– А…

– Во-вторых, магии у меня нет. Забудь об этом. Магия в этом теле есть только у тебя.

– Ох, – сказал Ромка.

– В-третьих. Ты помнишь, о чем мы говорили, пока ты не посмотрел на… Знаешь, давай назовем его тигром. Пока ты не посмотрел на тигра?

– Э…

– Учись не терять нить беседы, – назидательно произнес Лар. – Я как раз говорил, что тебя надули.

– Э…

– Э?

– Ну, в смысле, я понял, что надули, и что?

– Ты понял, как тебя надули с Маятником. А сейчас ты должен понять, как тебя надули со спасателями. Объясняю. – Лар вздохнул, давая понять, что объясняет он вещи в общем-то элементарные. – Ответь мне, зачем уничтожили шхуну?

– Ну… – начал Ромка и замер. – Ох.

– Не прошло и года, – удовлетворенно констатировал Лар. – Дошло теперь?

– Из-за меня, – прошептал Ромка. – Двадцать человек… Из-за меня?

– Больше там вроде ничего особенного не было. Сначала ты не погиб, когда Кабан напал на цех летающих лодок, потом ты не погиб на дуэли… Кто-то решил тебе помочь, парень, и из общих соображений, скорее всего, это Рысь. Хотя, конечно, может быть, и нет.

– Из-за меня…

– Ну-ну, не раскисай. Вообще тебе безумно повезло. Сначала тебя накрыли невидимостью. Штурмовик был в режиме скрытого хода и активное сканирование не применял. Потом… Потом он ударил и сразу снова стал невидимкой. И удрал, потому что боевой робот красного уровня вскрыл бы его маскировку как нечего делать. И снова тебя не заметил. А потом ты разбудил меня, и теперь сканирование тебя не покажет, ты как бы стал другим. Радуйся. Ты еще не умер.

Знакомая фраза заставила Ромку стиснуть зубы.

– Извини. Я все понял. Нам нельзя к спасателям.

– Ага. Добьют.

– Но – пешком? Меня на первых же десяти шагах чуть не съели!

– Это решаемая проблема, – возразил Лар. – Ты ведь проходил магию в этой твоей Школе Высокого Призыва?

– Ага.

– Ну так врежь ему, чтобы искры из-под хвоста посыпались! – предложил Лар.

– Не могу. – Ромка вздохнул. Кому приятно признаваться в своей убогости.

– Это еще почему? – возмутился Лар. – Только не говори, что ты любишь животных.

– Две.

– Что – две?

– Две единицы.

– Каких еще… Не может быть!

– Я же из технозоны, – вздохнул Ромка.

– Л-ладно. – Демон надолго замолчал, затем, когда он подал голос, уверенности в нем было чуть меньше, чем хотелось бы Ромке: – Делаешь вот что…

* * *

Для проведения операции выбрали сумерки.

– Понимаешь, – говорил Лар, – я вообще-то не охотник и повадки животных знаю плохо. Но ты подумай, из общих соображений.

– Степь сгорела. Так что наземных хищников там пока не будет. Остались хищники воздушные.

В воздухе господствуют арибусы, но они охотятся днем. Почти наверняка ночью они не видят. Просто не бывает так, чтобы кто-то летал и днем и ночью, я, по крайней мере, о таком не слышал.

И почти наверняка есть еще и ночные летуны, которые не летают днем. Но вот есть ли сумеречные? Сомневаюсь, сумерки слишком коротки, чтобы специализироваться на охоте именно в это время.

Поэтому надо все успеть в то короткое время, когда уже не светло, но еще не темно…

Готовясь к «ритуальному самоубийству», как он окрестил предложенный Ларом план, Ромка еще раз мысленно поблагодарил своих случайных соседей по купе. Если бы не эта идея, насчет того, что надо выбирать лучшее доступное решение и делать его без колебаний, даже если все варианты плохие… И если бы он полгода не пытался думать и поступать как Игрок… В общем, он бы, наверное, не согласился. Но после полугода жизни по этим картежным правилам он привык. Надо – значит, надо. И все-таки…

– Это самоубийство.

– Тигры терпеливые. Могут долго сидеть.

– Да… Но может быть, как-нибудь по-другому…

– Слезь с дерева и дай ему в глаз.

– Понял.

Срубить гарой соседнюю ветку, предварительно привязав ее поясом, чтобы не упала, а осталась висеть.

Заточить.

– Лар, а ты кто? Ну, если не демон?

– Демоны – это существа из сказок. Я что, похож на добрую фею?

– А злые феи бывают?

Встать на ветке, опираясь ногой на специально оставленный сук, ступеньку на самодельном копье, прямо над лежащим под деревом тигром. Тигр косил глазом, но с места не двигался. Выжидал.

– Человек я, человек. Ну… Был когда-то.

– А почему тогда ты был в накопителе?

– Умирать не хотелось. Ты долго трепаться собираешься? Или делаешь, или нет.

– Мама!

И шагнуть в пустоту, добавляя свой вес к весу получившегося копья.

– Бегом!

Тигр не умер, он бился где-то позади. Копье, каким бы кривым и сучковатым оно ни было, выполнило главное, для чего оно создавалось, – проткнуло зверя насквозь и пригвоздило к земле. Потом сверху упал Ромка, но та же неведомая сила, которая до этого помогла ему взлететь вверх по совершенно гладкому стволу дерева, сработала и на этот раз – он успел отскочить. Впрочем, наверное, тигру просто было не до него.

Бежать было трудно, у Ромки элементарно тряслись колени. Но Лар орал, подгоняя и в красках расписывая, что бывает с отстающими, и пришлось нестись по выжженной, местами еще тлеющей степи, поднимая за собой тучу пепла.

К обломкам шхуны.

План Лара был прост и не лишен логики. Добежать до обломков. Взять что-нибудь, что может помочь в пути. И вернуться обратно, на дерево, правда, не на то, под которым валялся дохлый тигр, потому что его скорее всего начнут есть еще прежде, чем Ромка добежит. На другое.

Что именно он хотел найти, Лар не говорил, ссылаясь на импровизацию и на то, что неизвестно, насколько пострадала шхуна. Ромка, вспоминая стремительно распухающий огненный шар, в который она превратилась, полагал, что обломков будет просто не найти, Лар же резонно возражал, что видит только одну альтернативу – зарезаться гарой.

– Бегом!

Первые обломки начали попадаться уже у границы леса, Лар заставлял Ромку бегло осматривать покореженные куски металла и бежать дальше. Сумерки коротки. Надо успеть.

Наконец что-то привлекло его внимание.

– Вот эта панель!

– Панель?!

Панель была просто изогнутым куском то ли дерева, то ли искусно замаскированного под дерево пластика. Просто большой квадратный кусок обшивки.

– Бери гару, отдирай внутренний слой.

– Но Лар, зачем?!

– Давай, малыш, нет времени на объяснения!

– Я не малыш! – Орудуя гарой как гвоздодером, Ромка принялся отдирать внутренний отделочный шпон от внешней толстой доски.

– Сломаешь клинок – сдохнешь в лесу.

– Понял.

Под шпоном обнаружилась тонкая ткань серого цвета.

– Твоя задача – отделить весь кусок ткани, – заявил Лар, – и постараться ее не повредить.

– Но зачем?

– Быстрее!

Процесс отдирания шпона занял минут пять, за это время солнце почти скрылось за горизонтом.

– Бегом назад.

Подхватив непонятно зачем нужную ткань, Ромка побежал к заранее облюбованному дереву, стоящему на краю леса, в трех сотнях метров.

– Быстрее!

Влететь в лес, подбежать к дереву. Запихнуть ткань за пазуху (на ощупь она была похожа на тонкую синтетику, из которой делают влажные салфетки для рук, но только еще тоньше, и даже в сумраке видно было, что серая – ее внешним видом явно никто не интересовался), залезть на ветку…

«Ну и зачем мне эта тряпка?» – осведомился Ромка. Мысленно осведомился, поскольку вслух он в данный момент говорить не мог. Он дышал.

– Это, парень, не тряпка, – весело отозвался Лар. Или невесело, может быть, он как всегда отозвался, просто трудно человеку, только что пробежавшему кросс, слушать бодрый голос того, кто этот кросс проехал со всеми удобствами да еще кричал тебе: «Быстрее, быстрее!».

– Это гравитационный экран.

– Что?

– Ты когда-нибудь задумывался о том, как летают эти корабли?

– Вот за счет этого?

– Да. За счет этого. Причем в эту ткань встроен накопитель, так что за ночь она подзарядится, а днем полетим.

– Просто полетим? – недоверчиво переспросил Ромка.

– Нет. Не просто. – Лар вздохнул. – Я очень надеюсь, что твоих двух единиц хватит хотя бы для управления. Жалко, что ты не можешь передать мне контроль над телом… То есть можешь, но тогда тебе будет не войти во дворец… Эх.

– Нет, – вздохнул Ромка. – Я лучше сам. И потом, у тебя же нет магии?

– Ну и ладно, – фыркнул Лар. – Заодно дар свой раскачаешь. Две единицы – это позор!

– Он медленно раскачивается. Я пробовал… – возразил Ромка. – И не две, а уже две и три десятых. А…

Он замолчал.

– Дай я угадаю, – сказал Лар. – В школе ты этого стеснялся, так?

– Да. Только не стеснялся, а… В общем, все считали, что это отец, ну, то есть Тран Ситар, задачу мне усложнил…

– Тран Ситар, – задумчиво повторил Лар. – Эта сволочь все еще в лордах?

– Да. Он же бессмертный.

– Бессмертный враг самый лучший.

– Э… – протянул Ромка, поежившись. – Ты его знал?

– ХОРОШО знал. – В голосе Лара снова прорезались шипящие нотки. – И хорошо, что он еще жив. Мечты, как говорится, воплощаются в жизнь, если очень сильно захотеть.

Ромка подумал и решил, что выяснение деталей может и подождать.

– Ты говорил про раскачку. Ты прав. В Школе я маскировался, а дома… Кайл не сказал мне, что дар можно развивать… – Ромка покачал головой. – Я и не пробовал почти. То есть целенаправленно… Само развилось чуть-чуть, когда я медитировал. А это… Можно? Ну, ускорить?

– Лень, – фыркнул Лар. – Ты просто ленив, как все дети.

– Откуда я мог знать! – возмутился Ромка. – В Школе ведь были ребята с разным даром. В том числе и с довольно слабым. И я не слышал, чтобы они пытались его как-то раскачивать…

– Потому, – назидательно произнес Лар, – что они из кланов. Клан имеет доступ к океану энергии и по первому требованию передает ее своим людям. Зачем учиться, выжимая капли из природного дара, если к твоим услугам океан? Зажрались.

– А меня ты научишь?

– Научу. Завтра. Привяжись к стволу и спи. Завтра тебе понадобятся все силы…

Он еще что-то бормотал насчет того, что нормальные мальчики, отправляясь погулять, берут с собой аптечку, огнемет и запас бутербродов, но Ромка его не слышал – он уже спал.

За эту ночь Ромка просыпался несколько раз – ему снился один и тот же сон, как копье соскальзывает с тигра и тигр приходит в ярость, прыгает, наваливается и… И каждый раз оказывалось, что он сместился на ветке, и пояс, удерживающий его от падения, мешает дышать.

* * *

– Вдох. Выдох. Не спи. – Лар слегка сердит на своего ученика, уж больно тот непонятлив. Впрочем, как тот сам выразился пару часов назад, и верблюда можно научить ездить на велосипеде.

– Я пытаюсь.

Задача была непростой, ну… Непростой для Ромки. Впрочем, в порядке исключения, дело было не в его жалких двух единицах, мальчишка прекрасно сознавал, что из его группы с этим упражнением, наверное, не справился бы ни один. Может быть, кроме Мако или Векки.

Дело было в концентрации.

– Ты думаешь. Это сейчас не нужно.

– Я привык.

– Ты должен прекратить разговаривать сам с собой. Ничего нового ты все равно не услышишь.

– А я-то полагал, что мой внутренний голос может многому меня научить.

– Твой внутренний голос предлагает тебе заткнуться и выполнять упражнение.

Человек не может не мыслить – он так привык. «А не пойти ли мне погулять?» – говорит сам себе человек. Или: «Ой, что это было?» Или: «Что бы мне сегодня надеть? А надену-ка я…» Лар называл эти мысли паразитными, утверждая, что Ромка вполне может обойтись без них.

– Пойми, прежде чем что-то про себя сказать, ты уже знаешь, что ты собираешься говорить. В проговаривании нет ни малейшего смысла.

Ромка честно старался. Последние два часа он сидел на ветке и старался не думать.

– Ты напрягаешься, – сказал Лар. – Зачем?

– Я стараюсь себя контролировать, – удивленно возразил Ромка. – Чтобы не думать.

– Это – другая техника. На нее требуются годы. Пойми, парень, напряжение здесь вообще ни при чем. Тебе надо расслабиться. И когда появляется мысль, душить ее в зародыше. Не договаривать фразу про себя, понимаешь?

– Да. – Ромка вздохнул. – Хотя я не понимаю зачем.

– Если я тебе объясню, ты будешь знать, чего ждать, и это породит дополнительные мысли. Тебе же надо не думать вообще.

– Я стараюсь.

– Не старайся. Это неправильно по двум причинам. Смотри… Вон видишь соседнее дерево?

– Э… Вижу.

– Маленькая демонстрация. Готов? Сейчас я постараюсь вырвать его с корнем.

– Ты же говорил, что магии у тебя нет? – удивился Ромка.

– Смотри на дерево. Для этой демонстрации магия мне не нужна… – Лар замолчал, и Ромке ничего не оставалось, как уставиться на соседнее, довольно толстое, кстати, – дерево.

– Ну и?.. – подал он наконец голос секунд через двадцать.

– Я старался, – отозвался Лар.

– Но ведь ничего не получилось!

– Вот именно. Говоря «я постараюсь», ты даешь себе разрешение потерпеть неудачу. Дерево целехонько, но я честно старался. Понимаешь?

– Ну… да, – вздохнул Ромка. – А вторая причина? Ты сказал, что их две.

– Он еще считает! Ну ладно, – Лар вздохнул. – Вторая причина сложнее. Дело в том, что есть вещи, для которых… Как бы это сказать… Чем сильнее ты пытаешься это что-то сделать, тем меньше твои шансы.

«Нарисуй круг», – вспомнилось Ромке.

– Например, нельзя изо всех сил попытаться заснуть. Понимаешь?

– Я по… понял.

– Расслабь свои… Ну, короче, то, чем ты ПЫТАЕШЬСЯ думать.

– Угу.

– Сосредоточься на дыхании.

Вдох. Выдох. Ромка сидел на ветке, прислонившись спиной к стволу, и смотрел куда-то в сторону горизонта. Мысли были ленивыми, сонными и…

– Сядь прямо. Я не просил тебя дрыхнуть. Спина прямая, словно тебя тянут вверх за волосы на макушке. И ни в коем случае не опускай голову.

– Угу.

– Отлипни от дерева.

– Угу.

– Дыхание ровное и неглубокое. Ты не нырять собираешься. Вдох. Выдох. Давай дальше сам.

«Вдох. Выдох. Интересно, как там, без меня… Прекратить, не думать. Вдох…»

– Сосредоточься на звуках вокруг. Только не напрягайся. Просто удели звукам часть своего внимания.

– Угу.

– Ты забыл про спину… Теперь про макушку… Теперь про дыхание…

В принципе Ромка знал все, чему сейчас учил его «демон». Техники медитации были важны, их начинали давать в первый же день обучения, но до сих пор они были лишь фоном, небольшим довеском к основным занятиям. А сейчас он не мог двигаться дальше, пока не получит результата. В буквальном смысле не мог двигаться, потому что слезать с дерева было опасно. Медитация была ключом к полету на добытом им вчера «ковре-самолете».

– Не следует анализировать звуки, – говорил Лар. – Просто… Смотри, вот твое ухо. Оно есть не что иное, как орган слуха. Оно что-то чувствует. Любой звук – просто некое раздражение органа слуха, прими к сведению, что он есть, но не цепляйся к нему. Содержание не важно, вибрация – она и есть вибрация.

– А если…

– Слова. Не используй.

– Угу.

Этот трюк Ромка тоже знал и знал, зачем он нужен – одним из важнейших отличий здешних учебников от земных книжек по, скажем, йоге, было то, что здесь рассказывали не только что делать, но и почему так, а не иначе. Сейчас Ромка пытался перегрузить свои мозги.

Объяснение, которое он вычитал в учебнике, было весьма простым. Ты сосредоточен на дыхании. Вдох – выдох. Одновременно – на позе. Спина прямая, макушка тянется к небу. Дальше – на звуках. Дальше…

– Почувствуй свою кожу. Звуки тоже не отпускай. Так, дышать не забывай.

Да, теперь еще и кожа, то есть ветер, солнце и прочие ощущения. Потом должно быть зрение, по крайней мере, так было в учебнике.

– Закрой глаза. Смотри на изнанку век – она красноватая и с узором из кровеносных сосудов. Спина прямая. Дыхание. Голову не опускать… Макушка…

Сколько дел может делать человек одновременно, даже таких простых дел, как тянуть макушку вверх или дышать неглубоко? Всего ничего. И на мысли не остается «процессора», мозг занят другими делами – все равно какими. В учебнике приводился пример хождения по канату – тоже хорошо отвлекает от паразитных мыслей. Или бой на мечах с превосходящим противником. Вариантов была масса.

– Медленно проведи внимание от середины лба, через макушку, вниз по спине…

Это упражнение тоже было в учебнике с пометкой «Не торопиться и не делать без наставника». Опасно, все, что проходит через мозг, может привести к непредсказуемым проблемам с психикой.

– Впрочем, – подумал Ромка, – вот он, наставник. И он же – проблема с психикой, кстати.

– Мысли убрать. Дыхание… Поза… Макушка…

Наставником, между прочим, Лар был хорошим. Куда там школьным учителям. Удобно, когда можно читать мысли ученика, впрочем, как оказалось, демон слышал только внутреннюю речь. Еще одна причина научиться не думать.

– Продолжая упражнение, выведи внимание из области нижней силы, проведи его сквозь ткань на ветке и верни в центр лба…

Нижняя сила – это на ширину ладони ниже пупка. Еще есть огненный вихрь, говоря по-человечески, сердце, и ледяная звезда, то есть, мозг. Точнее, та самая точка в середине лба. А еще верхняя и нижняя воронка, а еще…

– Мысли убрать.

Вдох. Выдох. Ткань на ветке шевелится безо всякого ветра, но мальчишку это совершенно не беспокоит – он занят делом.

Медитация длилась до полудня. К этому времени Ромка устал и клевал носом, а Лар – что ж, демон, по определению, не может охрипнуть. Иначе, конечно, он бы охрип.

– Я бы попил, – сказал Ромка. После нескольких часов борьбы с внутренним диалогом слова казались чем-то чужеродным. Лишним.

– Сегодня ночью я исследовал окрестности, – отозвался Лар. – Метров на триста вокруг – на большее меня не хватает. К югу есть скала, и по ней стекает… Ну, это, конечно, не родник, но сгодится. Тебе ведь усиление ставили?

– Угу.

– Говорить стал меньше, это хорошо, – фыркнул Лар.

– Ставили мне усиление, – вздохнул Ромка. – Кайл ставил на третий или четвертый день. Потому что боялся, что меня в Школе отравят. Так что все в порядке, я могу пить воду из лужи.

– До воды еще нужно добраться, – возразил Лар. – Недели через две, когда я освоюсь у тебя в голове, я смогу наблюдать за окрестностями непрерывно. А пока нет, так что все хищники твои.

– Без воды я долго не протяну.

– Тогда за дело. Сядь ровно.

– Угу.

Теперь, когда Ромка мог отключать внутренний диалог аж на целую минуту, а иногда и на полторы и когда крошечный шарик магической энергии, скорее всего, плод его воображения, научился покидать его тело, проходить сквозь ткань и возвращаться, им предстояло заставить его выполнить там работу.

– Настройка, – объяснил Лар. – Сейчас ты посылаешь сигнал туда. Это невыгодно. Нам нужно, чтобы эта ткань следила за тобой, ожидая приказа.

– Там же нет ассиста.

– Пока нет. Я скажу, что надо делать.

– Ух ты! Я готов!

– Тогда сядь прямо. Вдох… Выдох…

Работа была завершена только к вечеру, причем если Лар еще что-то мог, то Ромка был уже никакой. Он едва держался на ветке и ни медитировать, ни заниматься магией больше не мог.

– Зато ты можешь двигаться, – сказал Лар, выслушав его жалобы. – Физически-то ты не устал. Садись на эту ткань.

Ромка, слабо соображая, чего от него хотят, постелил «ковер-самолет» на ветку и, придерживаясь руками за другую, проходившую рядом, уселся сверху.

– ПРЫГАЙ!!!

Вопль Лара прозвучал столь неожиданно и так не вязался с его обычной манерой говорить, почти не повышая голос, что Ромка прыгнул, благо, до земли было всего метра три.

И повис в воздухе рядом с веткой.

– Ну что же, – с удовлетворением в голосе произнес Лар, в то время как мальчишка пытался удержать равновесие на внезапно научившемся летать куске ткани. – Первый шаг сделан. Теперь… Что у тебя там?

– Лар, я сейчас грохнусь!

– О боги! Протяни руку и возьмись за ветку.

– Ох! – сказал Ромка. Ему было стыдно.

– Теперь, придерживаясь, чтобы не перевернуться, разверни ткань. Ты должен сидеть на ковре, а не на полотенце.

– Сейчас. – Развернуть ткань, на которой сидишь, оказалось совсем непросто. Больше всего это походило на балансирование в гамаке, хотя и были отличия. Отличия, кстати, явно в пользу гамака.

– Ткань слушается тебя, – с легким раздражением в голосе произнес Лар. – Научись все-таки обращать внимание на то, что творится вокруг.

Это было так обидно, что Ромка едва не навернулся со своего немудреного летательного аппарата. Но не навернулся, потому что край ткани вдруг затвердел и не позволил ему потерять равновесие.

– Ага, – пробормотал мальчишка. – Ну, тогда…

Ткань, повинуясь мысленному приказу, развернулась в удобное кресло – шезлонг. Лар, наблюдавший за Ромкиными действиями, фыркнул.

– Ты должен подобрать такой вариант, чтобы можно было и идти, и по деревьям лазить, и лететь по горизонтали, и… Э… И быстро взлететь вверх, если случайно наступишь на… Э… Спящего слона… Короче, экспериментируй.

* * *

Час спустя Ромке все же удалось добраться до скалы, по которой тонкой пленкой стекала вода, найти место, где не было скользкого мха, больше похожего на тину, и утолить жажду. Летать оказалось просто – достаточно было мысленно скомандовать «вперед», и начиналось плавное, со скоростью чуть большей, чем скорость пешехода, скольжение с медленной потерей высоты.

А можно было скомандовать «вверх» и подскочить метров на пятнадцать. Это был предел, после которого ткань могла двигаться только вниз, заряжаясь при этом заново, но с потерей энергии, как мопед с аккумулятором: пока едешь в гору, аккумулятор садится, пока под гору, заряжается.

Второй раз прыжок получался ниже первого где-то на два метра – потери, неизбежные в столь сложном деле, как левитация. Лар считал, что это очень хороший результат, в Ромкином примере с велосипедом, по его словам, потери составляли бы две третьих от заряда. Впрочем, Ромка и не спорил – он наслаждался полетом между лесными великанами. Снизиться – залезть на дерево. И снова планировать вниз. И ни один тигр тебя не достанет. А залезая на дерево, ты заряжаешь ткань – вниз-то она планировать может с любой высоты…

Хуже было с упражнением на «неожиданность», а ведь именно от него зависела Ромкина жизнь, так что Лар требовал совершенного исполнения этого упражнения. Прыжок вверх.

От взлета это отличалось тем, что мальчишка не мог знать, когда придется прыгать. «Если наступишь на спящего слона» – точнее не скажешь. Или тигра.

Тут мало было просто заорать и подскочить. Надо было смотреть, куда прыгаешь, иначе в лесу-то можно было разбить себе голову о нависающие ветки. То-то тигр удивится!

Так что в этот день Ромка ночевал рядом со скалой, опять на дереве, вымотавшийся до предела, но так и не прошедший аттестацию у своего придирчивого наставника. Сам он, впрочем, тоже особых иллюзий не питал – взлет отнимал больше времени, чем нужно тигру. Ненамного, но больше.

– Слушай, Лар, но ведь ты говорил, что можешь чувствовать мир вокруг! – вдруг воскликнул он.

– Могу, – подтвердил его мучитель.

– Но… Зачем же я… Ты что: издеваешься?!

– Успокойся, парень. Я могу чувствовать не все. От меня тоже можно спрятаться, хотя, конечно, шансы невелики. Но лучше быть готовым. Всегда лучше. Поверь.

– Верю, – вздохнул Ромка. – К чему готовым-то хоть?

– К чему угодно, – произнес демон. – В этом-то вся и соль. Надо быть готовым к чему угодно. Спи.

* * *

– Что ты сказал?! Повтори!

– Ну, Лар, – примиряюще произнес Ромка. – Я же не сам это придумал. Так говорят.

Стоял вечер, прохладный и безветренный, и мальчишка лежал в развилке ветвей на очередном дереве. Простым добавлением нескольких толстых веток и кучи веток потоньше, с листьями, развилка была превращена в удобное гнездо, здесь даже можно было не привязываться. Позади второй день Ромкиного пребывания «в изгнании» и второй день пути.

Дерево стояло на краю обрыва, плавно переходящего в пологий склон холма. Местность здесь вообще была холмистой, так что, забравшись на очередную возвышенность, можно было спокойно планировать вниз… Чем он, собственно, весь день и занимался.

Далеко внизу блестела в лучах закатного солнца река, над которой кружились большие белые птицы. Кажется, цапли. Терпко пахло какими-то цветами, а если завернуться в «ковер-самолет»… Впрочем, нет. Все равно прохладно. Лар, однако, утверждал, что, привыкнув, можно спать и на снегу.

– Ну как можно быть таким…

– А ты, значит, знаешь, как оно было на самом деле?

– Да. – Лар, похоже, уже не насмехался, он был сердит. – Но дело даже не в этом. Ты разве сам не видишь логических нестыковок в своей сказке?

Спорили об Императоре. Точнее, не спорили. Ромка так просто хотел спать, но вот из-за случайного упоминания об услышанной от уличного торговца легенде Лар начал возмущаться.

– Ты лучше расскажи свою версию, – попросил Ромка. – Я же не виноват, что чего-то не знаю.

– Вот тебе раз! – удивился Лар. – А кто виноват, если не ты?

– Ты.

– Что-о?!

– Ты ничего не рассказываешь.

Как ни странно, этот аргумент сработал. Лар помолчал, а потом другим, гораздо более спокойным голосом произнес:

– Ну ладно, извини. Я, видишь ли, слишком долго был в заточении и не ожидал, что вы ВСЕ забыли.

– Что – все?

– Ну, все. Историю.

– Мне кажется, – ответил Ромка, подумав, – что историю помнят. Кланы точно помнят. А в Школе не преподают, потому что считают, что этому детей учат дома. А я не мог спрашивать, чтобы не разрушить свою легенду.

– Что разрушить?

– Легенду. Прикрытие. Историю о том, что я – это Кайл.

– A-а, понятно.

– И еще, Лар, ты извини, конечно, но вот смотри… – Ромка вздохнул и перевернулся на спину, глядя в переплетение ветвей над головой. – Я уже, считай, вторые сутки с тобой иду. Даже чуть больше. С тобой в голове, понимаешь?

– Спасибо скажи.

– Спасибо, – искренне сказал Ромка. – Но ведь я до сих пор не имею ни малейшего представления, что это там… Ну, в голове. Ты поставь себя на мое место.

– Бедный ребенок! – усмехнулся демон. – Ладно. Что ты хочешь знать?

– Все.

После этого заявления Лар молчал секунд тридцать.

– Ты просишься ко мне в ученики? – с долей иронии спросил он наконец. – Боги, наконец-то! Шесть тысяч лет я ждал этого момента!

– Ну… А почему нет?

– Потому что ты – только не обижайся, парень, – умрешь через полгода.

Ромка вздохнул. Деликатностью Лар, похоже, не страдал. Совсем. Затем отметил, что мысль о неминуемой гибели уже почти не задевает его. Привык.

– Чему-то же успеешь научить.

– Чему-то – успею. Но это будет в ущерб основной задаче. А задача у тебя простая: идти быстро, замечать опасности, искать еду и воду… Понимаешь? И я намерен учить тебя только тому, что тебе нужно для выживания.

– Но это же глупо! – возмутился Ромка. – Вот я дойду. И что? У меня не будет ни магии, ни умения фехтовать, ничего. Как я смогу отомстить?

Лар захохотал. Он просто захлебнулся смехом, он всхлипывал и завывал…

– Перестань ржать.

– Фу, какое неуважение к старшим.

– Лар, я серьезно.

– Прости, парень. Я просто представил тебя дерущимся на дуэли с Траном. Что на простой, что на магической. Это даже не смешно, это вообще за пределами абсурда!

– А что делать? – мрачно поинтересовался Ромка. – Это ведь и твоя месть тоже. Лучшие идеи есть?

– Есть, – просто сказал Лар. – Сейчас мы с тобой должны договориться об очень важных вещах. Ты готов заключить договор с демоном?

Ромка сглотнул. Все-таки Лар, когда хотел, умел пугать, этого у него не отнимешь.

– Готов, – сказал он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – И кстати, ты же вроде не демон?

– Не демон. Но это не важно. Слушай план. Мы добираемся до Анаты. Проходим контроль – охранные системы распознают тебя как Кайла, значит, сможешь войти в императорский дворец во время любого праздника. Дворец – это запрет на магию. А потом, когда ты окажешься со стариной Траном лицом к лицу, ты передашь мне контроль над телом.

– И что будет?

– И я надеру ему задницу. Ибо, в отличие от тебя, я знаю, как это делается. Но ты должен понимать, что это – договор. Будет полным свинством, если ты его потом нарушишь. Ну как, согласен?

– Да, – просто сказал Ромка.

* * *

Луна. Звезды. Здесь было очень много звезд, гораздо больше, чем на Земле, и Луна – было в ее свете что-то по-настоящему волшебное. Словно ты в сказке. Словно здесь возможно все, а впрочем, так ведь оно и было. Это только Ромке приходится спать на ветке.

– И все-таки, Лар… Кто ты?

– Разработчик, – усмехнулся Лар. – Знаешь такое слово?

– Ну… да. Инженеры там, программисты… Только…

– Программист.

– Э… Лар? Но ведь в этом мире не работают компьютеры. Это же не технозона.

– Да. И ты за полгода ни разу не задал себе вопроса: в чем разница между мирами технозоны и магическими мирами? Почему так?

Вопрос застал Ромку врасплох. Действительно, почему?

– Я решил… – медленно подбирая слова, сказал он, – что попал в волшебный мир.

– Просто решил?

– Я был дураком, – с досадой произнес Ромка. – Я столько раз давал себе слово думать головой, и каждый раз… Расскажи. Пожалуйста.

– Ладно, – усмехнулся Лар. – Слушай… А хотя нет. Давай-ка ты мне сам скажи. Выдвинь гипотезу.

– Ну… – Ромка задумался, вспоминая все прочитанные фэнтезийные книжки. – Наверное, магия и технология не дружат. Наверное, сначала люди создают магию, а потом, когда развивается техника, они о ней потихоньку забывают, начинают считать ее сказкой… Что-то в этом роде.