Текст книги "Антология фантастики и фэнтези-80. Компиляция. Книги 1-12 (СИ)"

Автор книги: Антон Демченко

Соавторы: Борис Орлов,Степан Вартанов,Олег Борисов,Алексей Вязовский,Роман Романович
сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 215 страниц)

Глава 4

Горный лагерь сильно отличался от тех деревянных крепостиц, что ставил легион на равнине. Неудивительно: дерева для частокола здесь днем с огнем не сыщешь, но, как выяснилось, инженерные сотни годятся не только для возведения минных галерей, флешей и контрэскарпов, так что уже на пятый день нашего пребывания в небольшой долинке меж двух расходящихся отрогов горного хребта вокруг лагеря была возведена невысокая, но непреодолимая для большинства нелетающих тварей стена. Как я понимаю, в будущем она должна стать основой для замковой ограды. По крайней мере, об этом явственно говорила ширина каменной кладки, ради устройства которой половина легиона, втихую матерясь, занималась земляными работами, долбя промерзший грунт, чтобы добраться до скального основания. Больше всего лагерь в эти дни напоминал разворошенный муравейник, что было особенно хорошо видно, если смотреть сверху, например, с постов охраны, расставленных легатом на возвышениях. Там, кстати говоря, наши саперы решили расположить дозорные башни, но, думается мне, эту работу будут выполнять уже не инженеры легиона, а люди маркграфа. По крайней мере, такие слухи ходят среди офицеров. Сам я, правда, с ними до сих пор не общаюсь, но эти новости передал мне отец Иммар, удивительно легко влившийся в офицерское собрание. Впрочем, удивляться тут нечему: в прошлом священник сам возглавлял регим одного из имперских легионов, так что офицеры Четвертого Громового приняли его как своего. Да и хрен бы с ними, мне и с моими разведчиками мороки хватает… И с их трофеями.

Да, мои люди не могут пока похвастаться большим опытом в добыче и разделке тварей, особенно тех, что требуют особого подхода, но даже так три десятка человек, занимающиеся охотой, смогли забить все без исключения мешки, купленные мной в преддверии Похода. Так что вместо минимальной обработки сырья и его расфасовки для дальнейшей продажи в том же Майне мне пришлось вспоминать дедовы уроки и вплотную заняться зельеварением и алхимией, чтобы освободить мешки для сбора и хранения трофеев. Ничего сложного и дорогого я не делал, просто потому что здесь некому приобретать мощные средства, да и… в цехе зельеваров или алхимиков я не состою, так что особо с торговлей своими изделиями мне здесь не развернуться. Зато теперь эскулапы легиона могут похвастаться довольно солидным запасом лечебных зелий, а я наконец смог полностью расплатиться со своими людьми за добытые ими трофеи и заодно чуть поправить свои финансы, основательно просевшие во время жизни в Майне. Единственным недовольным в этой ситуации остался легат князь Родэ, из которого лекари вытрясли необходимые для закупки зелий средства. Эх, вот если бы удалось уговорить офицеров закупиться эликсирами для своих «мулов» – того же «кошачьего глаза», незаменимого для ночных дозоров, я наделал больше сотни флаконов… но – увы, пока это лишь мои мечты. Впрочем, в ближайшее время, может быть даже сегодня, в наш лагерь должны прибыть братья-рыцари, сопровождающие священников, а уж они-то знают цену подобным вещам и никогда не откажутся пополнить собственные запасы. В общем, как иногда говорит сосед: «Еще не вечер!» Подождем. Кстати, пока суд да дело, нужно бы прочитать моим людям пару лекций о правильной разделке тварей, а то из-за их неумеренного энтузиазма в уничтожении скверны столько отличного материала в шлак уходит, что у меня сердце кровью обливается… да и тратить время на попытки спасти хоть часть ингредиентов из основательно потрепанных тушек проклятых созданий мне, честно говоря, надоело.

– Дедовы гены, точно говорю, – буркнул сосед.

– Что, прости? – не понял я.

– Гены… ну, память предков, крови, или как вы там это называете? – пояснил дух.

– Первый раз слышу о чем-то подобном, – пожал я плечами, но, чуть подумав, договорил: – Хотя-a кое-какие артефакты, бывает, служат только в одной семье, и они всегда требуют кровной привязки. Правда, современные артефакторы ничего подобного делать не умеют. Это я точно знаю.

– Разучились, что ли? – хмыкнул сосед.

– Можно и так сказать, – согласился я, жестом подзывая Гилда и указав ему на кувшин. Вассал моментально оказался рядом, и на мои руки, испачканные в крови тварей, которых я только что разделывал на ингредиенты, полилась холодная вода. Брр.

– Слушай, Дим, а этот медальон, что всучил тебе бараненок, он, случаем, не из тех, что привязываются кровью?

– Вроде бы нет, – ответил я, а вслух поблагодарил Гилда за помощь и вернулся в шатер, где меня ждали рабочий стол и котел для зелий. – Он тоже из древних, но, судя по всему, принадлежит к другой группе, так называемый «предмет с условием». Нет, такие артефакты тоже бывают кровными, но это уж совсем редкость несусветная.

– Точно?

– Нет, конечно! Просто предполагаю, исходя из известных фактов. Если бы артефакт был кровным, зачем могло понадобиться такое количество условий перехода права собственности на него? – пояснил я и, подумав, спросил: – А с чего вдруг такие предположения, сосед?

– Пытаюсь понять, зачем церковники подсунули нам Граммона, – ответил тот.

– Поясни, будь добр.

– Что, если Пир может контролировать эту пластину даже после передачи кому-либо? – протянул дух. – Тогда становится понятным его присутствие рядом с тобой. В конце концов, о свойствах артефакта мы знаем лишь со слов самого Пира и инквизитора, так? И где гарантия, что они сообщили нам все, что им известно об этой идиотской цацке?

– Подстраховка на случай неожиданностей вроде моей смерти от лап какой-нибудь твари, да? – подхватил я.

– Ну да, что-то в этом роде, – согласился сосед.

– А может, просто прижать этого бараненка и вдумчиво расспросить? – предложил я, на что дух коротко рассмеялся, точнее, изобразил смешок.

– О да, получить минус сто в карму и огрести проблем с Церковью. Замечательная идея, Дим. Просто великолепная. Может, сразу и Иммара допросим? Ну, чтоб два раза не огребать?

– Издеваешься, зараза, – констатировал я.

– А ты чушь не неси, и я язвить не буду, – откликнулся он.

– Да устал я, сосед. Понимаешь, устал! – Я тяжело вздохнул и почти тут же ощутил исходящую от духа волну ободрения и поддержки.

– Тебе надо проветриться, – после недолгого молчания произнес он. – Все эти интриги, лекции, тренировки, зелья… командование отрядом. Вспомни, когда в последний раз ты был на выходе, Дим?

– Две недели назад, в качестве командира пятерки, – вспомнил я.

– Вот именно. В качестве командира… – протянул дух и встрепенулся. – Точно. Тебе нужно прогуляться за трофеями в одиночку. Развеешься, отдохнешь от этой рутины, заодно и встряхнешься.

– Думаешь?

– Уверен!

Идея мне понравилась. Нет, не так. Она меня захватила настолько, что, закончив приготовление очередной порции зелий для лекарей легиона, я тут же принялся за подготовку к выходу. Гилд наблюдал за моими метаниями по шатру с удивлением, а все его попытки помочь в сборах я пресекал на корню. Когда же он понял, к чему именно я готовлюсь, мне пришлось выдержать целый бой за право отправиться на прогулку в одиночестве. Здоровяк ни в какую не хотел отпускать своего сюзерена без охраны. Пришлось рявкнуть на него… впервые за все время нашего знакомства. Со злости, я имею в виду.

В отличие от Гилда, легат Родэ, к которому я наведался за разрешением покинуть лагерь на пару суток, не стал спорить, лишь потребовал назначить заместителя на время отсутствия. Может быть, в другое время он бы и запретил мне покидать лагерь, а заодно надавал бы десяток заданий всему отряду разведчиков, чтобы жизнь медом не казалась. Но сейчас изрядно поредевший из-за оставленных в острогах гарнизонов легион вовсю готовился к появлению гостей, и дел у князя было невпроворот, так что терять время на разборки с наглым командиром разведчиков ему было не с руки. В результате утром следующего дня я закинул на спину заплечник и спокойно покинул лагерь. Вместо меня на командовании остался Миол Скала. Гилд, конечно, побурчал, но когда легионер попытался отговорить меня от выхода, первый же встал на защиту. В общем, уходил я из лагеря, оставив за спиной спорящих в голос Миола и Гилда, а на душе у меня, впервые за последние несколько недель, было легко и пусто. Выход!

Инеистый сезон в горах – совсем не то что на равнинах. До снежных сугробов, конечно, дело не доходит, пока не поднимешься повыше, но и без них здесь хватает своих неприятностей. Лед… пробираться по скользким и холодным скалам не просто тяжело: опасно. Одно неверное движение – и переломанное тело неудачника, рухнувшего с высоты, станет обедом для тварей, и никакая ускоренная реакция не спасет. Приходится аккуратничать и тщательно страховаться на каждом шагу, старательно выверяя любое движение. Да и соседу приходится работать на износ, отслеживая малейшие колебания Тьмы, чтобы я не попал в какую-нибудь ловушку. Хорошо еще, что здесь так мало черных пятен. По крайней мере, те две аномалии, что нам встретились за прошедшие полдня, дух опознал еще на подходе, так что мне удалось пройти мимо и не вляпаться в неприятности. Не люблю старых черных пятен. Ловушек много, тварей мало. Никакого прибытка, один адреналин, как говорит сосед.

Во время выхода, кстати, я заметил кое-что интересное. А именно – когда дух предупредил меня о приближении к очередному черному пятну, я вдруг понял, что ощущаю некую странность… с той стороны, куда указал сосед, на меня словно холодом пахнуло. В любом другом случае я, может быть, и принял бы это за обычный порыв ветра, но ветер, идущий от скальной стенки с отрицательным углом?! Такого я еще не видел… не ощущал.

Честно говоря, я даже не успел поделиться с духом своими впечатлениями, когда он вдруг радостно взвыл у меня в сознании.

– Отпуск! Требую отпуск! – веселился сосед.

– Не понял, – опешил я.

– Чего тут непонятного? – заявил дух. – Раз ты научился сам чуять тьму, я могу взять отпуск.

– Ты уверен, что я… – Предположение соседа было неожиданным.

– Проверим, – с энтузиазмом отозвался дух.

И следующие три часа я потратил на кружение вокруг очередного черного пятна. Подойти ближе, отойти дальше, обогнуть, определить расстояние… Дух не слез с меня, пока не вызнал все о моей так неожиданно прорезавшейся способности.

– Ну, до меня, конечно, тебе пока далеко, – протянул он, когда я, окончательно замотавшись и устав ползать по скалам, устроил себе небольшой привал с перекусом и горячим взваром. – Но это вопрос времени и усердия. Не будешь лениться – догонишь.

– Вот спасибо, – буркнул я, с наслаждением вытягивая гудящие ноги и прихлебывая из кружки пышущий пáром травяной сбор. – А если говорить конкретно?

– Если конкретно, то все не так уж плохо, – поведал сосед. – На расстоянии в сотню шагов ты уверенно определяешь наличие темных эманаций, направление и их силу. Чуть-чуть потренироваться – и никакая тварь к тебе незамеченной не подберется… ну, разве что кроме скальника, но их и я пока не научился определять. Хорошо маскируются, сволочи.

Новость была хорошей, но… странной. Самое главное, что я был абсолютно уверен, это чутье не было следствием приема дедовых эликсиров. Уж сведения об их воздействии я вытащил из старого сразу, как только он признался в своих махинациях и экспериментах с родным внуком. Отсюда может следовать только один вывод: эта чувствительность досталась мне от моего соседа. По крайней мере, никаких иных предпосылок к появлению такой полезной «фишки», по выражению духа, я не вижу.

Конечно, возможен еще и вариант с воздействием подаренного бараненком артефакта, но… одно из правил артефакторики противоречит этому предположению. Артефакты могут убить, лишить сознания или здоровья сотнями, если не тысячью способов, но влиять на живой организм, придавая ему новые свойства или расширяя пределы его возможностей, не способны изначально. Даже древние. Вообще оказывать подобное влияние, да и то в достаточно узких рамках, можно лишь с помощью алхимических эликсиров вроде тех, которыми меня пичкал старый. Но я даже не представляю, какой эликсир может научить разум распознавать эманации Тьмы и Света.

Вывод: спасибо духу за подарок.

Глава 5

Прими решение, и мир тебя поддержит… Не помню, кто это сказал, но в моем случае изречение сработало. Стоило только выкинуть из головы всю эту муть с закручивающимися вокруг интригами и отправиться в выход, как дела тут же пошли на лад. Мало того что из проклятых предгорий я притащил богатый улов трофеев, так и в лагере, превратившемся в солидное каменное укрепление, меня ждал весьма приятный сюрприз. За время моего отсутствия количество стягов в форте заметно прибавилось, и среди них я легко отыскал цвета Томвара.

К моему удивлению, комтур Майнского командорства, насчитывавшего всего полтора десятка братьев-рыцарей, развернул целых три шатра под своим баньером. Поначалу я даже подумал, что барон вдруг решил пустить кому-то пыль в глаза, но тем же вечером понял, что ошибся. Мог бы и раньше зайти в гости, но пока привел себя в порядок, пока принял доклад Миола и разделался с некоторыми текущими делами отряда, солнце село и лагерь осветился пламенем многочисленных факелов, расставленных вдоль проходов между палатками и шатрами.

Барон Томвар и его люди встретили меня приветственными криками, здравицами и кубком, наполненным вином, так хорошо знакомым мне по давней попойке в ландкомандорстве. Пол-литра крепленого вина на голодный желудок, м-да… но деваться-то некуда, сидящие за столами рыцари и их сержанты смотрят. Пришлось пить.

Пустой кубок глухо звякнул, соприкоснувшись со столешницей из грубо сбитых досок, под довольные крики пирующих. Я поднял взгляд и уставился на улыбающуюся Энну, стоящую прямо передо мной. Мои руки сами легли на ее тонкую талию… Свет Милостивый, как же я соскучился по вкусу этих губ!

Мысль о том, что здесь вообще-то присутствует Томвар и ему может не понравиться то, что он сейчас видит, мелькнула и пропала. Энн умеет выбивать дурные мысли из моей головы, да. Разорвав поцелуй, я покосился на довольно ухмыляющегося барона, сидящего во главе центрального стола, и облегченно выдохнул. Судя по всему, сегодня меня не убьют. Уже хорошо.

Это был славный вечер, а за ним последовала ночь, великолепная настолько, что даже память немного отказывает. Смешно. Ощущения помню, а вот детали и частности смазаны, словно все происходило во сне. Но утром, выбравшись из шатра Энны, я чувствовал себя просто замечательно. Вот уж не ожидал, что настолько привяжусь к этой женщине.

– Да, она обладает какой-то запредельной притягательностью. – Голос соседа в моем разуме был каким-то тягучим и… довольным?

– Мм… соседушка, а ты ничего не хочешь мне рассказать? – спросил я, и от духа пахнуло смущением. – Что?!

– Ничего-ничего, – пробормотал он.

– Только не говори, что в этот раз ты нарушил собственную традицию и не стал прятаться в моем подсознании, – ошарашенно проговорил я. Хорошо еще, что мысленно, а не вслух.

– Я не смог, – признался сосед. – Впервые я не смог закрыться. Извини.

Честно говоря, если бы в этот момент дух воплотился в живом теле, я бы его задушил. Но что я могу сделать с ним в своем разуме?! Ничего. Ровным счетом. Оставалось только судорожно глотать воздух от ярости.

– Сейчас ты рассердишься еще больше, – тихо проговорил дух. И эти слова, неживые, почти не скрашенные эмоциями, почему-то моментально потушили мою злость, оставив лишь непонимание и… обиду?

– Слушаю. Внимательно, – произнес я.

– Я не только видел и слышал, но и ощущал все, что чувствовал ты этой ночью, – выдавил из себя сосед.

– Что «все»? – Мой мозг явно отказался воспринимать слова духа.

– Абсолютно все, – убито проговорил он. – От поцелуев до… финалов. Это… это было словно я сам был с нею.

– Твою призрачную с тремя домовыми! – А вот это я уже точно выдал вслух. Опомнился, огляделся вокруг, но не заметил поблизости лишних ушей. Правда, все же перешел на мысленную речь. – Как?

– Не знаю… – И я не почувствовал в его словах лжи.

– Так… рассказывай по порядку, – приказал я, но тут же осекся. – Нет, стоп. Сначала я должен привести себя в порядок. Поговорим позже… после тренировки и завтрака. А пока исчезни, чтобы я тебя не слышал и не ощущал. Слышишь? Исчезни!

– Извини. – Голос духа затих раньше, чем он договорил.

Новости, принесенные соседом, основательно выбили меня из колеи. Было обидно, что он подглядывал за мной… за нами с Энн этой ночью. А еще было очень неприятно, что он каким-то образом смог поучаствовать в… в общем, поучаствовать. Даже не так. Это было противно. С другой стороны, я понимаю, что сосед не виноват в происшедшем. Я чую его ложь, и он это давно знает. Именно поэтому, если он не хочет что-то говорить, то отмалчивается или переводит тему разговора, но никогда мне не лжет. В этот раз он ответил прямо: он действительно не знает, как так получилось… и ему страшно. До жути, до одури страшно. Это я смог почувствовать сквозь все его шиты.

Что ж, не могу не признать, у духа есть все основания бояться меня. Если еще вчера я был решительно против того, чтобы извлечь призрачную сущность, каким-то образом поселившуюся в моем разуме, и до этого дня всячески препятствовал дедовым изысканиям в этой области, то сейчас… я уже не так уверен в своей привязанности и дружбе с соседом.

По эмоциям ударило почти физической болью, а в следующий миг она исчезла, будто не было. Он подслушивал?! Тьма и твари! Я же велел ему скрыться в сознании и не вылезать! Какого хрена творит эта сволочь?! А?.. Тишина. Спрятался, негодяй. Ла-адно, я еще с ним разберусь. А пока… пока мне нужно привести себя в порядок.

Утро уже не казалось таким хорошим, как несколько минут назад. И ведь даже в шатер к Энне не вернешься за порцией хорошего настроения. Более того, боюсь, только увидев ее, я вспомню о соседе, и… Тьма! Да что ты будешь делать?

Тихо рыкнув от избытка эмоций, я тряхнул головой и решительно потопал к своему шатру. Умываться, тренироваться и завтракать.

Гилд, очевидно поняв, что ко мне сейчас лучше не лезть с разговорами, молча приготовил все необходимое для умывания, так же молча меня побрил и проводил до тренировочной площадки, устроенной одним из инженерных подразделений по моей просьбе. Разминку я провел в одиночестве, а потом с наслаждением погонял тройку своих разведчиков в тренировочном бою. Разлохматив пару тяжелых дубин, заменяющих в учебных поединках мой фальшион, я с наслаждением вылил на свой голый торс ведро холодной воды и, вздрогнув от продравшего до костей холода, облегченно вздохнул. Этот своеобразный душ вышиб из меня остатки злости. Но Гилду лучше поторопиться с горячей водой, пока я не околел от этого стылого горного ветра!

Ни после завтрака, ни после обеда дух так и не проявился. И как я ни прислушивался к себе ночью, вновь проведенной в компании Энны, так ни разу его и не почувствовал. Хм, может, оно и к лучшему, по крайней мере, на этот раз он смог спрятаться.

А утром, за совместным завтраком, Энн меня огорошила.

– В Пустоши? С тобой?! – Я аж поперхнулся. Вот шустрая девчонка! Маю того что смогла пролезть в экспедиционный корпус, так теперь еще и личную экскурсию в Проклятые земли ей подавай!

– Ну конечно, – улыбнулась она и хитро прищурилась. – Или ты отпустил бы меня к тварям с кем-то посторонним?

– Энна… – с укоризной покачал я головой.

– Что? – Она невинно хлопнула ресницами. – И даже ревновать не будешь?

– Энна! – уже прорычал я.

– Вот-вот. Я тоже думаю, что никто другой не сможет защитить меня от злобных тварей так, как ты. Вряд ли эти мужланы-легионеры или немытые, пропахшие конским потом рыцари закроют меня от порождений Тьмы своим телом… мм? Или, может быть… знаешь, наверное, ты прав. У Томвара в отряде есть один сержант, настоящий красавчик, да еще и следит за собой. Может быть, ты его видел? Такой белокурый юноша…

– Энна, я тебя свяжу и запру в сундуке. До самого вечера. Вон в том, он как раз подойдет тебе по размеру, – кивнул я на стоящий в углу огромный, обитый железом ларь, в котором легко уместился бы даже Миол. Стоило понять, что Энна просто издевается, и весь гнев улетучился. – А выпущу только ночью. И поверь, удрать у тебя не получится, я прослежу. А утром снова запру в сундуке. И так будет продолжаться до тех пор, пока мы не вернемся в Майн.

– Это жестоко, Димми, – промурлыкала она. – Я не люблю жестокости… но если ты та-ак ревнуешь, то могу предложить простой выход, устраивающий нас обоих.

– Совместный выход в Пустоши, – закончил я за подругу, и та довольно кивнула.

– Именно. Коротенькую такую прогулку, – проговорила она. – Ну что тебе стоит? Я обещаю быть очень послушной и не лезть без спросу в опасные места. Ну пожалуйста, Дим! Мне же перед подругами будет стыдно! Я смогла уговорить Томвара взять меня с собой в Поход, а он запирал меня в каждом лагере под охраной сержантов ордена, так что я и носа не могла высунуть за пределы форта! Подруги меня просто засмеют: поехала в Поход и не видела ни одной твари, Дим!

– Значит, обещаешь быть послушной… – задумчиво произнес я, мысленно представляя, КАК Энна вынесет мне мозг, если я ей сейчас откажу. Боюсь, в этом случае безумие придет ко мне раньше, чем закончится Поход.

– Обещаю. И во время прогулки… и после нее. Милый, я буду ОЧЕНЬ послушной, – сверкнув глазами, многозначительно произнесла Энн. Я сдался. Слабак. Бесхребетник. Подкаблучник. Дед будет ржать, как табун лошадей. С другой стороны, в ближайших окрестностях легион уже успел распугать всю нечисть, а священники должны прибыть сюда для освящения алтаря только через три дня… А, была не была!

– Один световой день. Утром выехали – к закату вернулись, – поставил я условие.

– Направление выбираю я, – тут же расцвела моя Энн в обворожительной улыбке.

– Договорились, – кивнул я, и Энна мгновенно перепорхнула со своего креслица ко мне на колени. Охотничий костюм, который она успела надеть с утра, разлетелся по углам, туда же отправилась и моя одежда… столик перед нами жалобно звякнул посудой, так что пришлось искать место поудобнее. И сосед до сих пор не прорезался. За-ме-ча-тель-но!

За стол мы вернулись лишь через час, и именно в этот момент рядом нарисовалась служанка Энны, совершенно не обращающая внимания на полураздетый вид хозяйки и мое присутствие. Затянутая в совершенно закрытое, длинное до пят платье, девушка сделала книксен.

– Некий Гилд просит мессира Дима уделить ему несколько минут, – произнесла служанка, глядя куда-то поверх наших голов. Абсолютная невозмутимость.

– Спасибо, Адда, – кивнула Энн, и служанка тут же исчезла. Да что такое, учат их, что ли, таким вот исчезновениям?! Я вздохнул, и Энна чуть печально улыбнулась. – Тебе пора, да?

– Увы, милая, – развел я руками. – Здесь я человек подневольный. Служба.

– А как же наша прогулка? – спросила она.

– Завтра, в шесть утра, – ответил я. – И поверь, даже император не сможет помешать мне бросить этот день к твоим прелестным ножкам.

– Спасибо, Дим. – Печаль исчезла из глаз Энны, словно ее и не было. И в этой улыбке, как и в ее словах, не было никакого наигрыша. Приятно.

– Не за что, солнышко, – кивнул я, вставая с табурета, но поднявшаяся следом Энн удержала меня за руку.

– Дим, у меня к тебе будет еще одна просьба. Маленькая, – чуть замявшись, произнесла она.

– Слушаю? – Я слегка напрягся, но постарался этого не показать. Спасибо духу за его шуточки, которые мне приходилось сносить с невозмутимым видом, чтобы не пугать окружающих беспричинным смехом. Помогли тренировки.

– Я бы хотела взять с собой пару знакомых, если не возражаешь, – попросила она.

– Хм… неожиданно. – Я нахмурился, но, взглянув на Энн, попытался объяснить: – Понимаешь, один я не смогу защитить троих. Придется снимать пятерку легионеров с дозора для нашего сопровождения, а это уже непросто.

– А… а если вас тоже будет трое? Ты, этот твой Гилд и… может быть, Томвар? – прикусив губу, проговорила девушка и, словно увидев что-то в выражении моего лица, торопливо добавила: – Кузена я уговорю! Честное слово!

– Ты из меня веревки вьешь, Энн, – вздохнул я. – Ладно. Если твой… постой, барон Томвар твой кузен?!

– Ну да, – кивнула она, тряхнув водопадом рыжих волос. А впрочем, теперь-то мне какая разница? Уже спалился…