Текст книги "Антология фантастики и фэнтези-80. Компиляция. Книги 1-12 (СИ)"

Автор книги: Антон Демченко

Соавторы: Борис Орлов,Степан Вартанов,Олег Борисов,Алексей Вязовский,Роман Романович
сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 215 страниц)

Глава 6

А птица оказалась та еще. Рост под два метра, вес за восемь пудов, точно. Не обойти, не объехать. Могу поспорить, лет тридцать назад дед выглядел примерно так же. Только у старого природный цвет волос, как у меня, черный. А здесь… тьма его знает. Побрит наголо, и лысина отполирована, усов-бороды не вижу. Зато ряха словно из камня вырублена, квадратным подбородком орехи колоть можно, а челюстями только берцовые кости разгрызать. Руки… это даже не лопаты, это ковши какие-то… но пальцы удивительно длинные и ловкие. Интересный тип. Одет неброско, но добротно, безрукавка-рубаха-штаны, широкий кожаный пояс с массивной медной пряжкой да низкие сапоги, в общем, обычный горожанин, а вот повадки… «Мул» настоящий, хоть и в отставке. Я на таких в Ленбурге насмотрелся – солидные дядьки, если говорить языком моего соседа. Основательные. Эти если в Пустоши лезут, то наперед все возможные сведения соберут, маршрут составят, команду человек в пять-десять соберут, экипировку на всех сладят, каждый шаг и все обязанности распишут, и только потом за ворота. Они многому ходоков научили и сами, кстати, не дураки чужими схемами пользоваться. В общем, воспоминания у меня о бывших легионерах неплохие. Но то… боевые, не одну кампанию прошедшие либо в лихих местах служившие. А кто знает, в каком легионе тянул лямку мой нынешний гость? Надеюсь, не в одном из расквартированных в центральных провинциях, было бы обидно. Нет, и там наверняка есть свои профессионалы, но боевой опыт у них… да нет его. Вообще. И это плохо.

– Где служил, легионер? – Я не стал терять времени и задал вопрос, как только гость, предусмотрительно склонив голову, чтобы не разбить лоб о низкую для него притолоку, перешагнул порог моей комнаты.

– Восьмой Держащий Перевалы, – вытянувшись во весь свой немалый рост, неожиданно тихо ответил Гилд.

– О как. Северные Романы и граница с Ниеманом? – уточнил я, и бывший легионер резко кивнул.

Не ожидал, честное слово, не ожидал. Из рассказов бывших легионеров, осевших в Ленбурге, Восьмой легион почти постоянно воюет, хотя никакой войны с королевством Ниеман у нас и в помине нет. Но пограничье – оно и есть пограничье, так что легионеры Восьмого круглогодично охотятся на контрабандистов, постоянно пытающихся проторить стежки через Романские горы взамен перекрытым легионом и то и дело участвуют в стычках с ниеманскими фрайтрами,[11]11
  Фрайтр (ниеманское наречие) – дословно переводится как «вольник». Так в Ниемане называют свободных поселенцев в приграничных областях королевства. Они не платят налогов, не служат в армии, но в обмен на эти уступки фрайтры обязаны хранить и защищать границу королевства.


[Закрыть] с упорством, достойным лучшего применения, норовящими прорваться на территорию империи ради грабежа приграничных селений, а порой и близлежащих городков. В общем, с боевым опытом у легионеров Восьмого Держащего Перевалы все в порядке. Тем удивительнее эта встреча. Найти более подходящего помощника в столице, пожалуй, будет очень непросто. Впрочем, посмотрим. Может быть, я и ошибаюсь.

Тудор нас покинул уже через несколько минут, а вот разговор с Гилдом, тридцатилетним отставником-легионером, месяц назад закрывшим десятилетний контракт, затянулся на добрых три часа. Я много чего узнал о его прошлом, в том числе и причины столь теплого отношения рентера к этому спокойному, похожему на саберна[12]12
  Порода сторожевых псов, древнейшая из ныне существующих, по легенде была выведена еще до Последней войны. Саберны отличаются огромными размерами, с легкостью достигая метра в холке. Длинношерстые, чаще всего бело-рыжего окраса, эти собаки отличаются чрезвычайно флегматичным нравом и молчаливостью. Они не подают голоса даже в атаке. Несмотря на размеры и несколько грузный вид из-за длинной шерсти, саберны отличаются большой скоростью и выносливостью. Кроме того, их отличает фанатичная привязанность к семье хозяина и полное равнодушие к чужакам… за исключением детей. В случае угрозы любому ребенку саберн будет защищать его до последней капли крови.


[Закрыть] мужчине. Он действительно был близок семье моего домовладельца. Одиннадцать лет назад сын известного в столице учителя фехтования сделал предложение сестре Тудора Лиции, но за несколько дней до свадьбы девушка погибла. Практически в то же время девятнадцатилетний Гилд потерял и отца. Лишенный семьи и любимой, он подписал контракт с легионом. А потом была служба в самых беспокойных провинциях империи, охота на контрабандистов в Романах и стычки с наглеющими вольниками Ниемана. Полтора месяца назад Гилд получил предложение о заключении нового контракта, но отказался и вышел в отставку. Так тридцатилетний прим-сержант, командир первого десятка второй роты первого рéгима Восьмого легиона вновь оказался в столице империи, с туго набитым кошельком и без единого родного человека вокруг. Возможно, он о чем-то недоговаривает, но я бы и сам на его месте поступил так же, в конце концов, мы только-только встретились, а раскрывать душу перед незнакомцем – глупость. Впрочем, есть один вопрос, который меня действительно интересует больше прочих. И уж его-то я обязательно задам.

– Но почему слугой? – спросил я, выслушав историю оказавшегося довольно немногословным Гилда. – Насколько я понимаю, вы могли бы пойти по стопам вашего отца, разве нет?

– Денег не хватит, – ответил он. – Аренда невыгодна, а покупка зала мне не по карману. К тому же, как я узнал недавно, разрешение на открытие школы стоит едва ли меньше подходящего для этой цели здания.

– Думаете, я смогу платить вам достаточно, чтобы решить этот вопрос? – удивился я, и мой собеседник смутился.

– На службе мне доводилось встречаться с представителями ленбургского цеха ходоков, и я примерно представляю, какие деньги они зарабатывают на трофеях из Пустошей, – тихо произнес он, справившись с собой. – Я бы хотел присоединиться к их цеху. Думаю, в этом случае за два-три года мне удалось бы скопить достаточно для открытия школы.

– А я здесь при чем?

– Вы – ходок. Я предположил это еще во время разговора с Тудором, когда он рассказывал о постояльце, ищущем слугу на время Похода. И, увидев вас сегодня, лишь убедился в своем мнении. Такую одежду и экипировку я видел только у ходоков.

– Неужто в самом деле было так легко догадаться? – спросил я.

– Тому, кто встречался с ходоками, – вполне, – кивнул Гилд.

– Что ж, теперь я понимаю, почему вы хотите оказаться у меня на службе. Учеба.

– Именно. Я согласен на работу слуги-денщика в Походе, в обмен на обучение приемам и ухваткам ходоков.

– Пять золотых в месяц, пятая доля от трофеев, питание и проживание за мой счет, боевая экипировка за свой, – предложил я. – Исключение – эликсиры и зелья. Их я буду приобретать или готовить сам. Да, экипировку для Похода и коня пойдем выбирать вместе. Будем считать это первым уроком.

– Спасибо, мессир! – Гилд скупо, но искренне улыбнулся. – Вы не пожалеете о своем решении.

– Надеюсь, – кивнул я, поморщившись от щекотки рассмеявшегося духа. И что его так развеселило, интересно?

– Вы не будете разочарованы, мессир, уверяю. Могу я приступить к работе с сегодняшнего дня? – проговорил мой новоявленный слуга, обводя комнату изучающим взглядом, словно прикидывая фронт работ. А сосед не унимался…

– Никаких возражений, Гилд, – пожал я плечами, мысленно дав себе слово расспросить духа о причинах его смеха.

– Тогда сейчас я поговорю с Тудором о комнате для меня, а потом займусь обедом. У него здесь неплохая кухня, кстати говоря, – произнес Гилд.

– А ты умеешь готовить? – удивился я.

– Ну, поваром на кухню имперского дворца меня вряд ли возьмут, но чем отличается припущенное от тушеного, знаю.

– И где же ты этой премудрости научился? – спросил я.

– В легионе… можно сказать, – чуть замявшись, ответил Гилд.

– А если подробнее? – решил я настоять на ответе: уж очень смущенным выглядел в этот момент мой новый слуга.

– Это было в самом начале моей службы. Наш лейтенант – большой любитель хорошей кухни, а найти на границе толкового повара, согласного работать в легионе, та еще задачка. Потому он подобрал несколько человек из новичков и отдал на полгода в учение к повару в имении своего батюшки. Там-то нас и научили с поварешками обращаться.

– Что ж, думаю, домашняя еда будет всяко лучше и дешевле трактирной, – заключил я, сделав вид, что меня ничуть не удивил короткий рассказ Гилда. Хотя на самом деле… таких историй об особенностях службы в легионе я еще не слыхал.

– Это точно, мессир, – кивнул слуга.

– Тогда так и поступим. Договаривайся с рентером о комнате, потом займешься обедом, а после сходим в бронные ряды, поглядим, чем могут похвастать здешние мастера. Да! Деньги на хозяйство… – Я порылся в одной из сумок и, достав из нее кошелек с остатками серебра, отложенного мной на дорогу в столицу, бросил его Гилду. – Держи. Кончатся – скажешь… только не шикуй особо.

– Понял. – Гилд тут же высыпал монеты на ладонь и, быстро их пересчитав, сложил в скрытый за поясом карман. – Двадцать серебряных монет. На пару недель хватит. Какое вино предпочитаете, мессир?

– Не люблю вина, – поморщился я. – Пиво или мед были бы лучше. Правда, понятия не имею, где ты достанешь мед. Ни в одном трактире его не видел.

– Найду, – улыбнулся Гилд. – Пусть вас это не волнует, мессир. Есть у меня один знакомец… точнее, у Тудора. Будет вам мед, обещаю.

– Ловлю на слове, – отозвался я. Вот и увидим, насколько он расторопен.

– Да, по поводу экипировки! – неожиданно произнес Гилд. – У меня она есть. При увольнении выкупил.

– Покажешь после переезда… и обеда, – намекнул я, и мой новый слуга, понятливо кивнув, тут же исчез из комнаты. Да, это, конечно, не дедов Шарни, но потенциал есть. Значит, будем развивать!

– Ого, какие умные слова ты выучил. Меня, как наставника, прямо гордость берет. – Нарисовался наконец!

– Ты куда пропал? – спросил я.

– Никуда. Просто размышлял, вот и не заметил, как время пролетело, – беззаботно отозвался дух. – А ты, я смотрю, времени зря не терял. Не успел обзавестись перстнем, как тут же начал обрастать подчиненными, а?

– Между прочим, я рассчитывал, что ты поучаствуешь в беседе и поможешь разобраться с этим Гилдом, – заметил я.

– Ну извини, я стараюсь не читать твои мысли без спросу. Кроме того, мне казалось, что ты уже взрослый мальчик и не нуждаешься в совете на каждом шагу, – съехидничал сосед, но тут же посерьезнел. – В самом деле, Дим. Это тебе нужен слуга и помощник в Походе, а не мне. Так что… нет, я, конечно, готов помочь тебе в любой момент, только попроси. Но не рассчитывай, что я буду вмешиваться в твои действия или водить за ручку. Сам, все сам, дорогой мой носитель.

Определенный смысл в словах духа был, и… Тьма, да я чуть не покраснел от стыда, вспомнив, как еще в начале нашего знакомства требовал, чтобы дух не мешал мне поступать так, как я сам считаю нужным, и злился, когда он начинал устраивать подробный разбор моих ошибок. А вот сейчас чуть не разозлился на него за то, что он НЕ участвовал в разговоре с Гилдом и соответственно не помог мне с выбором. Стыдно.

– Не впадай в самоуничижение, Дим. – Голос духа почему-то показался мне каким-то… усталым, что ли. – Тебе не пять лет, чтобы изображать из себя провинившегося ребенка, но и не сорок, так что до кризиса среднего возраста еще грести и грести. Понял ошибку? Молодец, значит, есть шанс, что ты ее не повторишь. А теперь давай займемся делом.

– Каким?

– У тебя появился первый подчиненный. Вот и давай думать, что нужно, чтобы этот самый подчиненный пережил свой первый выход. Да и планированием неплохо бы заняться, не находишь?

– О! – У меня нет слов. А ведь сосед прав. Каким бы толковым легионером ни был Гилд, это вовсе не значит, что он готов к походу в неосвоенные земли. А значит, его тренировки и обучение дóлжно начинать уже сейчас. Да и моя подготовка, если уж на то пошло, тоже не замыкается на подборе снаряжения.

– Что ты имеешь в виду? – насторожился дух.

– Перед выходом надо бы пополнить дневник-бестиарий, – ответил я.

– Было бы неплохо. Но денег на покупки новых карт у нас нет, знаешь? – заметил сосед.

– Зато есть деньги на выпивку. Проедемся по пограничью, той его части, с которой империя решила начать Поход, поговорим с местными ходоками и, если повезет, с братьями-рыцарями, глядишь, и узнаем что новое и интересное, как считаешь?

– Думаю, с рыцарями будет даже проще, – довольно проворчал дух. – Зря, что ли, отец Тон снабдил тебя рекомендательными письмами на все случаи жизни?

– Точно! А я-то думал, зачем мне этот ворох бумаг! – рассмеялся я под тихий стон духа:

– Безнадежен!

Глава 7

Экипировка для выхода в Пустоши сильно отличается от той, что предназначена для сражения, главным образом потому, что состоит не столько из разнообразного вооружения, сколько из вещей небоевых. Походное снаряжение приспособления для защиты дыхания, зрения или слуха, специальный инструмент для сбора трофеев – как растительных, так и извлекаемых из тварей, – сигнализация для ограждения ночных стоянок, мешки для хранения тех же трофеев, да мало ли что еще. А поскольку ходоки не единственные, кто пользуется подобными вещами, купить их можно не только в том же Ленбурге, но и в любом другом городе империи. Что уж тут говорить о столице. Единственное, что удручает, это цены. Да, в Нойгарде можно купить все что угодно, вопрос только в стоимости, а она не радует. Но ведь нам и деваться некуда. Хорошо еще, что не придется покупать новую броню и оружие для Гилда. Он продемонстрировал мне вполне приличный кожаный доспех и широкий палаш с тщательно затертым клеймом легиона и предусмотрительно измененной гардой, но вот все остальное… Я, конечно, при отъезде из Ленбурга закупился огромным количеством «расходников», как называет мой сосед те же мешки для хранения трофеев, например, но даже с учетом этого богатства у нас на руках остается максимум тройной запас расходников на каждого. А учитывая, что Поход продлится не меньше трех-четырех месяцев, этого нам будет мало. Преступно мало, я бы сказал.

В общем, пришлось растрясать кошелек и идти на поклон к столичным мастерам, алхимикам и зельеварам. Честно говоря, я даже порадовался, когда Гилд признался, что он не мастак в обращении с арбалетом. Выкладывать немалое количество золотых за второй я желанием не горел, как и закупать дополнительные болты. А вот запас гранат, тяга к использованию которых когда-то стала основанием для моего прозвища, пришлось пополнять, и это тоже неслабо ударило по кошельку. В результате к моменту выезда из Нойгарда на разведку к восточному пограничью в моем распоряжении оставалось едва ли больше шестидесяти золотых. Ну, да и тьма с ними. Пусть это будет самая большая неприятность за все грядущее путешествие.

Я оглянулся на едущего следом Гилда и невольно усмехнулся. Отставной легионер, массивный и широкоплечий, выглядел весьма и весьма впечатляюще, верхом на столь же огромном ломовике. За такое зрелище мне даже не жалко было отданных барышнику десяти золотых. Хотя, если честно, основной причиной того, что я приобрел для Гилда именно эту лошадь, была ее реакция на присутствие рядом моего скакуна. Ломовик его просто проигнорировал, тогда как другие находившиеся на торге животные реагировали на него более чем нервно, что неудивительно. Лошади вообще очень чувствительны к эманациям Тьмы, которой, несмотря на очистку, в полукровке все же было немало.

Вечер, по-летнему душный, застал нас на окраине небольшой деревеньки, редкими освещенными окнами глядящей в темноту. Под стрекот сверчков и уханье каких-то ночных птиц мы въехали на единственную улицу, и почти тут же по дворам прокатился вал собачьего лая, моментально перекрывшего обычные для деревенского вечера звуки.

– Не люблю кабысдохов, – пробурчал мой сосед.

– Почему? – лениво поинтересовался я. Пусть сегодня мы и не ставили рекордов скорости, но целый день, проведенный в седле, сказался на нас с Гилдом не лучшим образом.

– Брешут много, – буркнул он в ответ. Многозначительно, да. Кажется, сосед тоже устал, хотя, казалось бы, ему-то с чего? Это же не он себе всю задницу о седло отбил.

– Сосед, что случилось? Откуда столько негатива? – поинтересовался я.

– «Мне скучно, бес», – протянул тот. Не понял!

– Ты ничего не перепутал, бестелесный? – возмутился я.

– Неуч! Это классика! Чему тебя только в школе учили?! – теперь уже «завопил» дух, но почти тут же спохватился и умерил пыл. – А… извини. Заговорился.

– Пф! Можно подумать, ты сам понял, что сказал, – отмахнулся я.

– Что сказал – понял, а вот откуда взял – не помню, – хохотнул сосед. От его дурного настроения не осталось и следа. Как мало нужно некоторым для счастья, кто бы мог подумать. А вот мне…

– Гилд, найди старосту, пусть выделит дом для ночлега, – окликнул я слугу.

Ломовик бухнул тяжелыми копытами о деревянный настил недлинного, но широкого мостика, переброшенного через тихо журчащий заросший ручей, и порысил вперед, навстречу поднимающейся в селении суете.

Еще один день скачки позади, еще одна ночевка впереди. Если верить карте, то мы уже въехали в пограничье, точнее, во владения маркграфа Зентра, одного из влиятельнейших людей в восточных провинциях империи. Но к самому маркграфу в гости мы не пойдем, уж очень он… суровый человек, если верить слухам. А вот стоящее на его землях ландкомандорство Томарского ордена – это совсем другое дело. Туда нужно будет заглянуть обязательно, томарцы по роду службы просто обязаны знать местные Пустоши и их особенности. А вот после можно будет…

– Мессир! – Своим восклицанием Гилд сбил меня с мысли. А тут еще и дух насмешливо фыркает. Опять!

– Да?

– Второй дом от колодца по левой стороне, – подъехав вплотную, проговорил он. – Староста обещал, что там нас примут… я заплатил ему серебряк.

– Хорошо. Хозяевам дома заплатишь столько же, – кивнул я, чуть поторопив скакуна. Тот недовольно фыркнул, но послушно прибавил ход.

Ага, а это, как я понимаю, и есть нужный нам дом. Что ж, неплохо, совсем неплохо. Двухэтажный, с высокой крышей, на каменной подклети. Если здесь не живет семья с двадцатью детьми, то у нас есть все шансы хорошо отдохнуть!

Хозяева приняли нас пусть и не с восторгом, но довольно радушно. Хотя покажите мне человека, который будет вне себя от радости из-за того, что его после тяжелого дня подняли с кровати и заставили встречать незваных гостей! В общем, мы с Гилдом постарались проигнорировать недовольные взгляды звероватого вида лохматого и бородатого хозяина дома, тем более что при виде серебряной монеты, положенной на стол, недовольство исчезло из его глаз, словно и не было. А в следующую секунду вокруг нас уже хлопотала поднятая ревом мужика хозяйка дома, оказавшаяся худенькой и невысокой женщиной со взглядом испуганной лани, хрупкой и красивой, как фарфоровая статуэтка. Гилд как ее увидел, так и оторопел. Застыл столбом посреди комнаты – и ни туда ни сюда. Стоит, глазами блымает и… медленно краснеет. Вот незадача! Только влюбленного слуги мне и недоставало для полного счастья!

– Доброго вечера, ваше преосвященство. – Войдя в кабинет инквизитора, Вурм дождался, пока слуга закроет за ним дверь, и лишь после этого поприветствовал сидящего за столом хозяина дома.

– Рад видеть вас, советник, – отложив в сторону недочитанное письмо, тут же с шелестом свернувшееся в трубку, кивнул гостю протопресвитер. – Присаживайтесь. Вино?

Старый алхимик благодарно кивнул и, сделав шаг вперед, уселся в кресло, предусмотрительно поставленное у письменного стола. Предмет мебели жалобно скрипнул, но с честью выдержал немалый вес Вурма.

– Белое, с вашего позволения, – проговорил гость. Мягко звякнул колокольчик в руке хозяина дома, и в тот же момент появившийся на пороге слуга, выслушав приказ, так же молча исчез, плотно закрыв за собой дверь, чтобы вернуться через несколько минут и выставить на стол пару кубков, графин вина и закуску к нему. Сыр, мед и орехи.

Вурм окинул взглядом получившийся натюрморт и, довольно крякнув, потянулся к вину. Тихо забулькал графин, наполняя кубки, а хозяин дома все молчал. Так и не дождавшись ни слова от собеседника, старый алхимик небрежно коснулся краем своего кубка бокала инквизитора и, не чинясь, глотнул ароматную жидкость. Сыр в мед и в рот! Вурм довольно зажмурился, покосился в сторону холодно взирающего на происходящее протопресвитера и, пожав плечами, забросил в рот пару орехов. С хрустом их разгрыз и вновь глотнул вина, уже не обращая никакого внимания на хозяина кабинета.

– Хам, – не выдержал тот, залпом осушив свой кубок.

– Замечательное вино, ваше преосвященство. Нектар! – причмокнул Вурм, начисто игнорируя собеседника.

– О, да, Граммоны не зря гордятся своими виноградниками, – усмехнулся инквизитор.

Советник бургомистра перевел взгляд с хозяина дома на свой кубок, понюхал и, вздохнув, поставил его на стол.

– Да, продешевил. Не деньгами надо было брать, а вином, – протянул он и, смерив инквизитора неожиданно потяжелевшим взглядом, медленно кивнул. – Я внимательно слушаю, ваше преосвященство.

– Это хорошо. А то я было подумал, что вы совершенно не намерены отвлекаться от дегустации этого нектара, по крайней мере до тех пор, пока не опустеет графин, – еле заметно улыбнулся протопресвитер, но тут же стер с лица даже эту тень веселья. – Итак, как вы понимаете, речь пойдет о вашем внуке и его недавнем знакомце.

– И при чем же здесь юный бараненок, как назвал его Дим? – поинтересовался Вурм.

– Бараненок, да? Несколько оскорбительно, но в целом верно, – кивнул инквизитор. – Иначе его и не назовешь после того, что умудрился сотворить этот шалопай.

– Ваше преосвященство… – укоризненно взглянул на собеседника Вурм.

– Мои люди, расследуя недавние события в Ленбурге и его округе, заинтересовались спутником вашего внука, которого тот привел из Пустошей. Тем самым бароном Граммоном. И потрудились отыскать самого сударя Пира, с недавних пор проживающего у своего дядюшки, владетельного барона Триго… Скажите, Вурм, этот самый бараненок… он дарил вашему внуку медальон?

– Медальон? – Брови советника поползли вверх, но уже через секунду он вспомнил сверкнувшую искристыми разводами белую пластинку в обрамлении из золотой проволоки, которую Пир при нем надел Диму на шею. – Было дело. Древняя вещица, как бы не с ТЕХ времен.

– Вполне возможно, – покивал инквизитор. – Этот оберег хранился в семье Граммонов с очень давних пор, пока нынешний владетель Бордэс не отдал его Пиру. А тот, как мы только что выяснили, отблагодарил им вашего внука.

– И при чем здесь эта цацка? – недоуменно поинтересовался Вурм.

– Полагаю, она кого-то заинтересовала. Настолько, что юного Граммона вытащили аж в Пустоши, лишь бы завладеть этой вещью.

– Не проще было украсть? – пожал плечами советник.

– Ничуть. У этой вещи есть странное свойство. Взятая насильно, она за сутки убивает покусившегося, после чего становится абсолютно безвредной… ровно на одиннадцать месяцев. Достаточный срок, чтобы обрести нового хозяина.

– Ого! – не сдержал эмоций алхимик. – Проклятие?

– Не уверен, – покачал головой инквизитор. – Владетель Бордэс уверял, что медальон неоднократно исследовали на эманации Тьмы, но ничего не обнаружили, кроме следа многочисленных смертей на обереге. Это что-то другое.

– Та-ак, полагаете, что неизвестный… «коллекционер» знает, что медальон у моего внука? – прикинув возможные варианты, проговорил советник.

– Именно. По крайней мере, нападение на него было совершено буквально через несколько дней после того, как владетель Бордэс получил от своего сына письмо с описанием его приключений в Ленбурге.

– А эта девчонка… Расс, по-моему, ее нашли? – спросил Вурм.

– Увы и ах. Сия девица пропала, растворилась, как утренний туман под лучами солнца, – развел руками инквизитор и усмехнулся. – Так высказался один из моих следователей, весьма поэтическая натура, да. Зато он отыскал телохранителей незадачливого Пира Граммона. Точнее, их тела.

– В какой-нибудь канаве? – понимающе кивнул Вурм.

– Именно. В овраге у имперского тракта, в дне пути отсюда, – кивнул инквизитор. – И что интересно, в ливере всех троих зельевары обнаружили остатки темных подчиняющих зелий. Знакомый почерк?

– Да уж. Я бы сказал… – медленно протянул алхимик и тут же встрепенулся. – Но как злоключения этого мальчишки Пира связаны с действиями ниеманцев в Ленбурге?

– Понятия не имею, мой друг, – беспечно пожал плечами инквизитор, но тут же сменил тон, заговорив тихо и вкрадчиво: – Вообще-то у меня на примете есть пара человек, которые, как я полагаю, могут пролить свет на это дело, но они могут исчезнуть из Ленбурга в любой момент. И боюсь, мои люди просто не в силах им помешать. Их слишком мало для того, чтобы надежно перекрыть все возможные пути отступления этим шустрым господам.

– Я могу закрыть город на пару дней, – задумчиво проговорил советник, и его собеседник одобрительно кивнул.

– Благодарю. С вашей помощью мы точно возьмем их за жабры! – Инквизитор растянул губы в злой усмешке.