Текст книги "Антология фантастики и фэнтези-80. Компиляция. Книги 1-12 (СИ)"

Автор книги: Антон Демченко

Соавторы: Борис Орлов,Степан Вартанов,Олег Борисов,Алексей Вязовский,Роман Романович
сообщить о нарушении

Текущая страница: 199 (всего у книги 215 страниц)

Стрелять Ромка любил. Из пневматики, из лука – у них в летнем лагере были спортивные луки, – из пейнтбольного ружья… Будь у него сто восемьдесят единиц или больше, он бы пострелял и сегодня, но чего нет, того нет. Ладно, обойдемся.

До начала занятия оставалось полчаса, и Ромка был на полигоне один. Он беспрепятственно снял поглотитель с третьего слева шеста, вылил из него воду, вытер изнутри полой куртки и засыпал «сахарный песок». Получилось почти до краев. Главное – не попасться, но Азманта обещала подчистить записи наблюдательных систем.

Закончив дело, он отошел в сторонку, затем, подумав, вообще убежал с полигона, нечего здесь светиться. Сделал круг вокруг пруда, полюбовался на карпов и вернулся обратно. Теперь он был третьим – Векки и Оми уже были здесь, предупрежденные заранее, и теперь, заняв свои дорожки, разминались. Свои дорожки, то есть любые, кроме третьей слева.

– Щиты! – напомнил им Ромка, и ученики, прекратив заниматься ерундой, принялись поспешно закачивать дополнительную энергию в щит перед третьей дорожкой. За десять минут туда можно было загнать уйму энергии, хватит, чтобы остановить артиллерийский снаряд.

Затем подошла Варна, немножко помогла со щитом, а потом разговорилась с Оми и очень естественно заняла дорожку рядом с ним. Потом подошли Твир и Кана, потом Мако – Ромка как раз общался с Векки, стоя на третьей слева дорожке, так что Мако не смог ее занять, а потом Ромка вернулся на пятую, и третья освободилась… Короче, у леди Сиалы не было выбора – третья дорожка, только она, и ничего, кроме нее. Заговор, если так можно выразиться, поднимает голову.

Некоторое время все ждали сигнала к началу стрельб, затем неожиданно Сиала покинула свою позицию и подошла к Ромке.

– Он не испугается, – сказала она тихо. – Я про все догадалась, спасибо, конечно. Но он…

– Не понимаю, о чем ты. – Ромка изобразил свое лучшее «покерное лицо».

Сиала фыркнула, на мгновение действительно став похожей на возмущенную лису, свой тотем, и вернулась на позицию.

– Готовы? – поинтересовался наставник Пал, худощавый, невероятно серьезный дядька, который вел у них энергетику после того случая в пещере, когда Радир обиделся. Кто угодно обидится, если его заставить топать по лестнице на высоту шестнадцатого этажа – лифт ученики сломали так тщательно, что его чинили до сих пор и обещали чинить до конца месяца.

– Начали!

Собственно, Ромкино присутствие было чистой формальностью. Но он выполнил предписываемый каноном дыхательный комплекс и направил раскрытую ладонь в сторону мишени. Типа пиф-паф. Ладно, рано или поздно, он прокачается… Если раньше не умрет от старости, конечно.

Первыми стреляли те, кто стоял справа, так что очередь Сиалы была в самом конце. Как у всех, в сторону мишени устремился маленький, с грецкий орех, комочек пламени, а затем…

Наверное, часть спектакля Ромка просто проглядел – была вспышка, а потом он лежал на земле, закрывая голову руками, а по небу летели комья земли и какие-то обломки и вязли в ставших на какое-то время видимыми магических щитах, ограждавших площадку для стрельбы. Щиты ходили волнами, как висящая свободно ткань, в которую бросают камешками.

Пейзаж качался и постоянно норовил расфокусироваться, а там, где раньше стояли мишени, что-то горело.

Он повернулся на бок и увидел, как тяжело встает Мако, как возникает вокруг него сверкающая пленка силовой защиты… И как он спотыкается, и уже безо всякой защиты падает на колени и ошалело трясет головой. Как совершенно беззвучно раскрывает рот наставник Пал и как возникшие из воздуха механические слуги ищут среди лежащих вповалку учеников пострадавших. К счастью, похоже, таковых нет.

И как стоит на огневой позиции Сиала в заляпанной грязью одежде, но все-таки вполне на своих двоих. Стоит и задумчиво смотрит в Ромкину сторону, словно решая, а не повторить ли трюк с файерболом еще раз…

Потом был час на приведение себя в порядок и обед, а потом – общий сбор. Исследование мишени, точнее, оставшейся на ее месте воронки, не дало результатов. Наставник Радир буквально обнюхал каждый комок глины и не нашел ничего. Ну конечно, водород плюс кислород равняется вода, а воды в политом заботливыми садовниками газоне и так достаточно. Так что все свелось к начальственному ору на тему «Я все равно узнаю».

– Чему вы улыбаетесь, лорд Кайл?

Задумался, отвлекся… Как всегда.

– А здорово долбануло! – честно озвучил свои мысли Ромка, но понимания у наставника Радира, ясное дело, не нашел.

А потом был финал их маленького спектакля: учеников, весь поток, построили на плацу – самом ненужном и заброшенном сооружении в Школе. Ну еще бы, кто будет заставлять Высоких Лордов заниматься строевой подготовкой? Впрочем, разумеется, плац поддерживали в идеальном состоянии. Как и все объекты в Школе Высокого Призыва.

Перед строем стояла Азманта Риз, а также три Размир – этого типа Ромка видел впервые, а представили его ни много ни мало как начальника службы безопасности Школы. Ромка вздохнул и на всякий случай скрестил пальцы. Азманта эта, вроде нормальная тетка, обещала помочь и все такое, но вот чего ждать от безопасника, непонятно.

– Высокие Лорды, – три Размир говорил медленно, таким голосом хорошо приговоры зачитывать. Медленно и весомо. – Позавчера вечером в нашей Школе произошло событие, из числа тех, которые происходить не должны. Я надеюсь на ваше сотрудничество, равно как и на понимание – ситуация действительно вышла из-под контроля…

«Дети, кто взял Бастилию? Нехорошо, отдайте».

Кстати, «три» перед его именем – это вроде титула. Только такие титулы не наследуют, а заслуживают лично. Как «доктор» на Земле. Только тут титул военный.

– Из схрона Школы похищен древний артефакт, накопитель, содержащий ха-рунг в рабочем состоянии. Вы все понимаете, какую опасность он представляет и как безответственно было бы пытаться использовать эту мерзость в стенах Школы…

«Наступила тишина, – подумал Ромка. – Все посмотрели на Штирлица».

То есть на леди Сиалу, которая за последние несколько дней продемонстрировала все основные признаки одержимой.

Ромка на Сиалу отвлекаться не стал: он смотрел на Катара и наслаждался зрелищем – не каждый день увидишь Высокого Лорда напуганным до смерти, просто лица нет на человеке. Ну как, ты готов драться с ха-ранак? А вот впредь не обижай маленьких… зверушек.

* * *

– Даю ему три часа, – сказал Ромка, обращаясь в основном к стоящей рядом Векки, и пошел ужинать. «Хорошая это штука – ужин в Школе. Серебро и фарфор, десятки блюд на выбор, и вкусно – слов нет. Вот только диета, повышающая способность учиться, входила с этим великолепием в самое жестокое противоречие. Овощи. Фрукты. Какая-то каша из листьев. Куча орехов разных сортов, из них ни одного с приемлемым вкусом. Сок из березы с мякотью, одним словом. Надоели эти натуральные соки! Дайте мне чай! Настоящий чай… в пакетике!

Фигу».

А Катар уложился в один час – он официально принес Сиале свои извинения и отозвал вызов на дуэль. Сиала сообщила Ромке эту новость лично, отловив его после ужина. Помолчала. Пробормотала что-то вроде: «Ну, в общем, ты понял», – покраснела – это Лиса-то! – и убежала.

Однокурсники, кто был в курсе, старательно делали вид, что ничего не произошло, лишь иногда позволяя себе донельзя довольные, мечтательные улыбки. Нормальные люди – эти Высокие Лорды и вполне могут действовать сообща.

Кроме Мако, которому так никто ничего и не сказал, видимо, мысль о том, что Кабан может хоть в чем-то сотрудничать с Рысью, казалась дикой крамолой не только Ромке.

* * *

– Неплохо, – заметила Векки. – Я почти поверила.

– И я, – кивнул Твир. – Странно, что до этого раньше никто… Хотя да, понятно.

Ромка через силу улыбнулся. Через силу, потому что еле стоял на ногах. Но стоял. И был доволен собой, как кот, объевшийся сметаной.

– Я гений? – с надеждой в голосе спросил он.

– Ну…

– Гений, – авторитетно кивнул Твир. – Давай покажи, что ты можешь.

Ромка принял стойку и медленно развел руки в стороны. Затем плавно, словно в китайской дыхательной гимнастике, одна рука пошла вперед, а вторая вверх. Выдох, и то, что в энергетической магии называется «укоренением».

Затем Ромка охнул и схватился за сердце.

– Недостаточно выровнены восходящий и нисходящий потоки, – произнес магический инструктор. – Повторите с вниманием на выдохе.

Ромка вздохнул, а Векки пробормотала что-то вроде: «Вот и я так поначалу». Это обнадеживало.

Он снова выполнил упражнение, сконцентрировав внимание на том, как небо вливается в ладонь его поднятой вверх руки, а земля изливает свою силу через ладонь, направленную вперед. Стоящий на столе, метрах в трех от него, гонг мелодично звякнул.

– Упражнение выполнено.

– Здорово. – Твир Аскиран радовался, словно не Ромка, а он сам только что преодолел «барьер ветра». Векки подумала и кивнула.

Ромкина идея была проста, и действительно, непонятно было, как до этого никто не додумался. Впрочем, как начал говорить, но из деликатности не закончил Твир, кроме Ромки, это просто никому не было нужно.

Все началось с вопроса, что может школьная обслуга. Подать – принести. А зажечь по приказу? А согреть воду в ванне? А… А что такое магия, как не событие, происходящее по приказу мага?

Идея эта пришла Ромке в голову вчера, а весь сегодняшний, выходной, кстати, день он воплощал ее в жизнь.

– Школа, – сказал Ромка. – Мне нужно создать систему имитации магии.

И началось.

Сначала зашла в мастерскую «на огонек» Азманта Риз. Посмотрела на обрастающий деталями агрегат, дала пару дельных советов… Кажется, она была озадачена.

– Вы не устаете удивлять меня, лорд Ситар.

– Спасибо, – сказал Ромка. – Такой вот я удивительный.

– Знаете, Школа ведь существует двенадцать веков. И до сих пор…

– До сих пор, – серьезно кивнул Ромка, – в ней не было ученика с такими УДИВИТЕЛЬНЫМИ способностями к магии.

Девушка расхохоталась.

– Нет, полагаю, не было. Как вы вообще ухитрились…

Ромка был вполне уверен, что «покерное» лицо его не подвело, однако что-то Азманта все-таки почувствовала.

– Впрочем, наверное, это не мое дело, – с виноватой ноткой в голосе произнесла она.

– Тайны, – кивнул Ромка. – Всюду тайны. Даже в Школе.

– В Школе? – удивилась наставница. – В Школе нет тайн.

– Про темную магию я вам напоминать не буду, – фыркнул Ромка. – Пришлось самому выяснять, что в ней такого запретного. Могли бы и рассказать.

– То есть вы и правда не знали?

– Не знал.

Тут беседу прервали – прямо из воздуха вывалился на стол очередной узел изготовляемого по Ромкиному заказу агрегата. Напоминал он подшипник с единственным шаром внутри и тремя кольцами, расположенными так, как обычно рисуют орбиты электронов в атомах.

Азманта присмотрелась, покрутила кольца, пробормотала, – «Нет, так не пойдет» – и вступила со школьной магической обслугой в долгую и не вполне понятную Ромке дискуссию. Одно было ясно: магию она знала просто на «отлично».

– Сейчас переделают, – удовлетворенно кивнула она наконец. – Так о чем мы говорили?

– О тайнах, – сказал Ромка. – Вот, например, почему наставник Радир относится к нам… Словом, почему он так к нам относится?

Этот вопрос заставил наставницу Азманту задуматься по-настоящему.

– Я, – сказала она наконец, – удивлена…

– Моей неосведомленности, – кивнул Ромка. – Я понимаю. Давайте помогу. Я практически не владею магией – раз. Не знаю про запрещенные разделы магии разума – два. Помогаю людям – три. И последняя капля – не знаю, почему главный наставник в детском учреждении не любит детей. Вывод? Я не тот, за кого себя выдаю. А настоящего Кайла я убил и съел. Кстати, учитывая диету, на которой я последнее время сижу, не отказался бы. Честно.

– Э… – Ошеломленная его натиском, наставница даже сделала шаг назад. – На самом деле… Ну, съели и съели. Просто Радир – это в некотором роде легенда…

– Я в некотором роде тоже, – вздохнул Ромка. – Так что там было-то?

– Был Радир, – пожала плечами девушка. – Мастер меча и магии, то ли первый боец Империи, то ли все-таки второй, после вашего отца. Но – мастер.

Ромка медленно кивнул. Чего-то в этом роде он и ожидал, уж больно легко наставник Радир гонял Векки, да и школьных ассистов тоже. Мастер, значит.

– И что?

– И у него был сын, который его должен был превзойти, – сказала Азманта. – Во всем. Собственно, Радир его и обучал. Вся эта история произошла двадцать лет назад, так что я, сами понимаете, знаю это только по пересказам, но…

Она замолчала.

«Интересно, – подумал Ромка, – каково преподавателю вот так разговаривать с учеником? Что она вообще обо мне думает? Ну, кроме того, что я съел Кайла?»

Впрочем, момент неловкости длился недолго. Азманта встряхнула головой и продолжила уже другим, сухим тоном. Просто пересказ, без переживаний.

– Он учился в этой школе и был вашим ровесником, – сказала она. – И что-то они с приятелями сделали. Что-то запрещенное и по-детски дурацкое. Не знаю что. Дети – вы уж извините меня, Высокий Лорд – совершенно не способны оценивать последствия своих поступков. Ну, да вы и сами знаете… То первый в жизни полет совершают на полувоенной гоночной модели, то взорвут чего-нибудь…

– Знаю, – по-взрослому, подражая ее тону, вздохнул Ромка. – На то мы и дети. Но потом мы вырастем, и наши дети нам отомстят.

Азманта усмехнулась.

– В случае с Тином, так его звали, никто не вырос.

– Ох.

– Да. Шалость пошла не так, и двое ребят погибли. А остальные… Кто-то покинул Школу, кто-то остался… А вот Тир покончил с собой. Совершил ритуальное самоубийство, так в старину смывали позор.

– Но… – Ромка начал было говорить и сбился. Что тут скажешь? Что одну глупость нельзя исправить другой?

– И Радир с тех пор ненавидит детей?

– Нет, – покачала головой Ромкина собеседница, – он их любит, иначе не остался бы в наставниках. Он… Думаю, правильно было бы сказать, что он ненавидит детскую несобранность. Неспособность думать… думать постоянно.

– Опять про концентрацию, – вздохнул Ромка.

– Да, в каком-то смысле. Про то, что любое твое действие должно быть осознанно, а дети… Да и взрослые тоже… Слишком часто действуют, исходя из «хочу», а не из «можно».

– Мне кажется, – осторожно сказал Ромка, – что взрослые в этом смысле хуже.

– Да, – сказала Азманта, глядя куда-то в сторону. – Вы даже не представляете, как вы правы, Высокий Лорд. Взрослые хуже. Вот только Радир вбил себе в голову, что взрослые получаются из детей и что он как учитель несет за это ответственность.

После ухода наставницы Ромка еще немного потренировался, теперь, когда у него имелась «обратная связь», дело явно сдвинулось с мертвой точки – и это было здорово. Про наставника Радира он старался не думать, хотя, если честно, получалось плохо.

Затем – кто парами, кто порознь – заглянули все ученики Ромкиной группы и несколько человек из параллельных групп тоже. Советов стало много, и установку опять пришлось переделывать.

– Я делаю движения, дыхание и визуализацию, – говорил Ромка на этот раз Варне и Сиале. – Школа проверяет, все ли я сделал правильно, и выдает мне все полагающиеся ощущения, а если и правда правильно, то еще и результат показывает. Вот смотри!

Он сделал «обертку» и лежащее под стеклянным колпаком перышко перевернулось.

– О! – сказала Варна.

– Ну… – сказала Сиала. – Да.

– Ничего, я научусь.

– А что, если сделать браслеты, и пусть они направляют… постоянно?

– Я думал об этом, – вздохнул Ромка. – Нельзя. Ничему я так не научусь – они мне всю прокачку затормозят.

– Он прав, – согласилась Варна. – Ну мы пошли. Не будем тебе мешать.

– Тем более, что сюда идут Векки и Твир.

– Вот уж, действительно, два сапога.

Лисички очень одинаково фыркнули и направились к двери. Ромка же вздохнул и переключил все внимание на бронзовый гонг. По гонгу надо было щелкнуть пузырьком пустоты, а пузырек получить за счет работы с воздухом…

– Знаешь, – сказала Векки, понаблюдав некоторое время за Ромкиными потугами, – ты делаешь ту же ошибку, что делала я когда-то.

– И я, – кивнул Твир. – Он пытается использовать мышцы.

– Подробнее, – потребовал Ромка, усаживаясь, точнее, почти падая, на стул.

– Ты напрягаешь мышцы, – сказала Векки. – Как будто они могут помочь тебе, но до этого гонга больше трех шагов. Ты не дотянешься ни рукой, ни ногой.

– Ага, – сказал Твир. – А когда мышцы напрягаются, энергия там течь не может. Потому что где напряжение – там твои мысли, а твои мысли должны быть на задаче, а не… Ну, ты понял.

– Нет. – Ромка почесал затылок, затем поерзал, повернул стул и уселся на него верхом, положив подбородок на спинку. – Насчет мысли я читал что-то такое, но так и не смог разобраться, что имеется в виду.

– Все просто, – сказала Векки. – Когда ты напрягаешь мышцы, туда уходит все твое внимание. Это я уже сказала. Это раз. А во-вторых, магия, она как ниточка. Ее легко порвать, и она остановится.

– Красиво, – буркнул Ромка. – Но непонятно.

– Да что же тут непонятного!

– Давай я, – вмешался Твир. – Мне этот фокус учитель показал. Нарисуй круг.

– Пожалуйста, – пожал плечами Ромка и изобразил в воздухе окружность. – И что?

– Вообще-то я имел в виду: на бумаге нарисуй.

– Ага. Сейчас.

Ромка взял карандаш, бумагу и нарисовал окружность. Ну… в пределах погрешности.

– Хорошо. А теперь вставай. Так. Подними стул. Нет, одной рукой. Вытяни руку в сторону. Стул держи за ножку. И второй рукой нарисуй еще один круг.

– Да… – протянул Ромка, изучая результат их совместного эксперимента. – Я понял, что напрягаться нехорошо. Спасибо.

На листе была изображена амеба.

– Значит, надо думать о мишени?

– Нет, – хором ответили Твир и Векки, посмотрели друг на друга и рассмеялись. Мельком Ромка подумал, что когда эти двое придут к власти в своих кланах, если придут, конечно, напряженность между Соболем и Ледяной Горой сильно ослабнет. Хотя, конечно, клан Векки – всего лишь сильный клан, но никак не Великий, а Соболь… – это Соболь.

– Думать надо только о форме, – сказала Векки. – А когда все будет получаться, то вообще ни о чем не думать. Делаешь форму, а как энергия движется потом, что стало с мишенью, не твое дело.

– Попробую, – кивнул Ромка, вставая. – Значит, мышцы расслаблены…

– Если ты расслабишь мышцы, ты не сможешь стоять.

– Магу стоять не обязательно.

– И вообще тебе же все равно, где тренироваться. Давай затащим эту машину к тебе в комнату и пойдем на обзорную веранду. Там воздух лучше.

– Не люблю я обзорную веранду, – вздохнул Ромка. – Тут такое дело…

Кайл связывался с ним раз в неделю, и каждый раз это происходило, когда Ромка был на обзорной – балконе вокруг второго этажа, откуда открывался красивый вид и где ученики любили дышать свежим воздухом. Или уединяться, чтобы поговорить с оставшимися в клане родными.

– Мне кажется, на веранде возможна прямая связь, – признался Ромка. Его собеседники дружно охнули.

– Ты уверен?

– Нет. Ну что за вопросы ты задаешь? Из всей Школы я единственный не могу это проверить.

– Подумаешь! Теперь можешь.

– Э… Да, правда. Ну… еще надо технику подшлифовать. А то мне все время откат по сердцу проходит. Больно. Очень.

– Ладно, – махнула рукой Векки. – Я потом проверю. Давай работай с гонгом!

* * *

Ресторан специализировался на северной кухне и балансировал, как и подобает всему северному, на грани между утонченным и жеманным. Белое здание из дерева и камня. И стекла. Оно стояло на набережной Серебрянки, частично на земле, а частично на сваях, над водой. В вечернем сумраке мягко светились окна, звучала музыка – скрипки и что-то еще, незнакомое.

Здание было новым, не старше пяти десятков лет. Именно тогда возникла мода на закрытые веранды над водой и на переплетение в архитектуре дерева и камня, пожалуй, тогда же. Нет, к архитектуре как таковой молодой человек никаких претензий не имел, но…

Но все же сам три Размир никогда в жизни не выбрал бы такое место для отдыха. Впрочем, именно в этом и заключалась игра. Старая игра, в которую они начали играть в первый же день пребывания Азманты, тогда еще свежеиспеченной выпускницы гильдии управления, в стенах Школы. Пикировка, попытки поставить друг друга в положение, не неудобное, нет. Непривычное. Несвойственное характеру человека. Обе стороны, надо сказать, получали от этого занятия несказанное удовольствие.

Хотя нет, начиналось все довольно «громко», чуть до дуэли дело не дошло. Хорошо, что не дошло. И, если честно, хорошо, что началось и продолжилось.

Пройдя через покрытую ажурной резьбой дверь – из настоящей каменной березы, вот ведь пижонство, – три Размир обвел взглядом обеденный зал, пытаясь в полумраке разглядеть нужный столик. Не разглядел, разумеется, – в неровном свете свечей, дающих больше тени, нежели что-то освещающих, и за всеми этими занавесочками, это было непросто. На танцевальном полу кружилось несколько пар, звенела посуда, играла музыка, но тихо, чтобы, не дай бог, не помешать посетителям разговаривать. В конце концов, когда вертеть головой надоело, он плюнул, жестом подозвал официанта и, назвав имя, на которое должно быть зарезервировано место, направился следом.

«Интересно, – подумал он, – как далеко зайдет наш обмен шпильками? Сначала это было игрой. Теперь же… Чем же это стало теперь?»

Азманта сидела за угловым столиком, в той части ресторана, которая была вынесена на сваях, так, что прямо за окном протекала река. Во вкусе ей точно не откажешь. Одета она была в вечернее платье, темно-зеленое, красиво дополненное нитками бус. На мгновение Размир замер, любуясь. Все-таки одно дело повседневная одежда… Хотя, надо сказать, в повседневной жизни Азманта тоже одевалась, как на светский прием.

– Вы, как всегда, вовремя, Размир.

– Благодарю вас, моя леди. Вы позволите?

Азманта фыркнула и сделала небрежный жест в сторону свободного стула. «Все, можно расслабиться и перейти на ты.

Удобные стулья, хороший вид из окна. Интересно, его посадили лицом к танцевальному полу, а Азманта смотрит на него и на реку без отвлекающих факторов. Случайность? Ну-ну».

– Ну и как тебе сегодняшний спектакль? – поинтересовалась девушка.

– О! – начал было Размир, но тут же вынужден был прерваться: подошел официант с пухлым томом, заменяющим этому заведению меню. Держался он, как и подобает официанту, пингвин пингвином. Меню было в кожаной обложке, на бумаге с золотым обрезом.

– Вы действительно полагаете, что я буду это читать? – удивился Размир. – Тут же добрых три сотни страниц!

– Триста пять, – улыбнулся официант. Снисходительно улыбнулся, как знающий человек новичку. – Если позволите, я мог бы посоветовать…

«Ну сейчас я его поставлю на место… Не успел».

– Ну уж нет, – перебила официанта Азманта. Она сидела в пол-оборота, облокотясь на стол локтем в длинной шелковой перчатке. Размир опять поймал себя на том, что пялится, задержав дыхание. – Знаю я ваши советы. Делаем так…

В течение следующих десяти минут Размир (и официант тоже) открыв рот слушали инструкции, причем, похоже, и тот и другой понимали едва ли половину сказанного.

– Я все запомнил, – с сомнением в голосе произнес полностью утративший самоуверенный вид официант, потихоньку пятясь прочь от столика.

– И не стыдно тебе? – поинтересовался Размир, провожая беднягу взглядом.

– О нет!

– Я так и думал, – кивнул молодой человек. – Кстати, не подумай плохого, я целиком и полностью доверяю твоему вкусу… Но что ты сейчас заказала? Все эти слова, они ведь были о еде, правильно?

– В этом ресторане, – Азманта заговорщически подалась вперед и как бы невзначай положила ладонь на предплечье своего собеседника, – существует легенда.

– О?

– Что это элитный гурманский ресторан.

– И ты решила ее опровергнуть?

– Посмотрим. – Азманта хихикнула, мгновенно выходя из образа светской львицы. – По крайней мере, речь, которую я произнесла, для меня писал настоящий северянин и к тому же аристократ, знакомый с их кухней не понаслышке.

Некоторое время Размир размышлял, перебирая контакты и контакты контактов, затем хлопнул себя по лбу.

– Этот мальчишка из второй группы! Твир, Соболь!

– Он самый.

Они посмеялись.

– Что ты сказала парню, что он так расстарался? – спросил Размир с интересом. – Ведь он же не сам это сочинил, он, наверное, связался с домом, с главным поваром, так?

– Все-то ты видишь насквозь, – его собеседница сморщила носик, показывая свое возмущение.

– Работа такая. Так что ты ему сказала?

– На самом деле он сам попросил об услуге, – пожала плечами девушка. – Ему нужен был портативный блокиратор магии в рамках этой их безумной авантюры.

– Э… Эту часть я пропустил.

– Ой, ты не представляешь! – Азманта проводила подозрительным взглядом проходящего мимо официанта, затем продолжила: – Он имитировал ожог лица, и половина группы Катара, с ним во главе, конечно, пыталась его вылечить.

– То есть безуспешно пыталась.

– Да. Они так пыжились… Кстати, сильная группа. Действительно сильная. Я потом покажу тебе запись.

– Да записи у меня у самого есть – я найду.

– Не-а.

Некоторое время за столом было тихо.

– Вот даже как, – произнес наконец Размир, побарабанив пальцами по столешнице, – вот оно, значит, как…

– Так было нужно, – твердо сказала Азманта. – Не сердись, пожалуйста. Просто таково было условие Рыси. Кайла. Никаких следов. И его можно понять: с его-то ограничениями дать Катару зацепку – это верная смерть.

– Радира жалко, – сказал Размир, давая тем самым понять, что инцидент исчерпан. Азманта просияла, затем изобразила сочувствие.

– Не то слово. Он ведь так и не нашел ничего.

– Что там вообще было?

– Водород плюс кислород. Я бы, если честно, и сама не догадалась, но Кайл, когда искал взрывчатку, бегал по городу с моим органайзером в кармане…

– Ты совершенно…

– Я знаю.

– Беспринципная…

– Спасибо.

– Пожалуйста. Значит, водород…

– Ага. Полный горшок изоморфных кристаллов. В смысле – накопитель. Мишень для стрельб. До краев.

На этот раз пауза была долгой.

– Знаешь, – сказал наконец Размир, – Рысь – ДЕЙСТВИТЕЛЬНО безумный клан.

– А вот и нет! – Азманта рассмеялась, и молодой человек машинально отметил ямочки у нее на щеках.

– Нет? Этого хватило бы, чтобы взорвать…

– Я смотрела записи, – перебила его Азманта. – Кайл был удивлен не меньше других, похоже, это его первый опыт обращения со взрывчатыми веществами.

– Сколько там до мишеней – шагов двадцать?

– Ага. Щиты сумел поставить только Мако, и то уже в лежачем положении. И не удержал.

– Площадка же вроде защищена… Хотя да, о чем я говорю! Защиту небось сдуло.

– Щиты выдержали. Но… едва.

– Да, интересно господа развлекаются.

– Милый ребенок, – согласилась девушка и выжидательно уставилась на своего собеседника.

– Что?

– Мако. Кайл.

– Слушай, Азманта, эти двое – враги. Они не могут не передраться. Особенно учитывая… – Он замолчал.

– Может, все-таки расскажешь? – тихо спросила она.

– Я…

– Я даже приму еще одно предложение поужинать, а?

– Женщины. Ну ладно, слушай. Тайны тут особой нет, и ты права: за два похода в ресторан…

– Полтора!

– Один и три четверти!

– По рукам.

Принесли блюда и приборы. На этот раз официантов было трое, и они держались…

«Да они нас боятся! Ну Азманта!»

– Так, – пробормотал Размир. – Пинцет, крючок, спираль, ложка. По-моему, ложка лишняя. Можно попросить лобзик и тиски?

– Все просто, – улыбнулась Азманта. – Делай, как я.

Приборами северной кухни она пользовалась легко и изящно – то ли всегда умела, то ли сделала «домашнюю работу». В который раз Размир отметил про себя, что эта девушка не терпит небрежности. Ни в чем.

Что касается него, он просто старался изо всех сил, в конце концов, как всякий офицер, он был знаком с основами полевой медицины.

– Я всегда знал, – бормотал он, орудуя непривычными инструментами, – что с севера приходят самые лучшие врачи. Но только теперь понял почему.

– И почему же?

– Северная кухня – это замечательный практикум по хирургии. Можешь съесть курицу – можешь и больных оперировать. Главное, не перепутать, куда девать отрезанные куски.

– Для этого у хирурга на лице маска.

– Да, действительно. Кстати, вкусно. Хороший выбор. Чем бы это ни было.

– Спасибо. А теперь рассказывай.

* * *

– Все просто, – сказал Размир. – И в то же время сложно. Ты ведь знаешь, что за дату мы отмечаем в этом году?

– Э… Ты имеешь в виду новый год?

– Да. Точнее, новое тысячелетие. Круглая дата. Думай.

– Угу. – Азманта задумалась. – Не говори мне, я сама.

Некоторое время они молча орудовали инструментами, затем девушка вздохнула и посмотрела на Размира.

– Ладно, – сказала она виноватым голосом. – Сдаюсь.

– Это мало кто вспомнит вот так, сразу, – пожал плечами молодой человек. – Но раз в тысячелетие Император…

– Все! – Азманта подняла руку с крючком. – Я поняла. Так. Большая Игра, верно?

– Да.

– Император кидает кланам косточку, и кто первым дойдет до цели – причем цель эта может быть где угодно, в радиусе… Э… Ну, подскажи!

– Примерно трехсот лиг от Столицы.

– Ага. И он станет новым Великим кланом.

– Да. До сих пор было шесть Игр и, соответственно, пять Великих кланов.

– Пять?

– Рысь побеждала дважды.

– Ага. И… подожди! И… для этого они строят корабли?

– Похоже на то. Быстрая переброска войск для контроля над зоной игры.

– Понятно, – сказала Азманта. – Все действительно просто. Но ты сказал, что все еще и сложно. Что сложного?

– Догадайся.

– Запросто. – Девушка отложила крючок, взяла ложку и сосредоточилась на чашке с супом. Затем замерла и кивнула: – Поняла. Они не могут взять корабли у гильдий, потому что Император запрещает привлекать посторонние ресурсы. Так? Значит…

– Не запрещает. Просто договориться с гильдиями заранее – значит всех оповестить о своих планах. И цены… Цены взлетят так, что даже Великим кланам это будет не по карману.

– Ага. И они строят корабли сами.

– И?

– И в какой-то момент они поймут, что, чем строить свои корабли, можно ведь сжечь корабли противника. Да? Я угадала?

– Да. Они уже начали. Три Танокс нашел очень интересные данные. Просто война идет, настоящая война, жертвы, разрушения – все как полагается.

«Как будто кланы умеют иначе. Впрочем, вслух это лучше не произносить».

– И когда в этот процесс будет вовлечена Школа? – поинтересовалась наконец Азманта. Вид у нее был задумчивый.

– Через два месяца максимум. Смотри. Сначала будет подготовительный этап. Собственно, он уже идет. Обмен ударами, и все такое.

– Угу. А потом будет основной этап, да? Рысь нападет на Кабана, или наоборот, и Кайл получит вызов от Мако.

– И умрет, – кивнул Размир.

– Если Мако не испугается демонов, как это случилось с Катаром.

– Мако – не Катар. Он сильнейший боевой маг потока, и он Кабан. Не испугается.

Снова появились официанты, неслышно, словно тени. Забрали тарелки с остатками еды и расставили на столе блюдца и блюдечки – десерт. Пинцеты и крючки они тоже забрали, принеся им на смену новый набор головоломок. Спицы, клещи, двойная (!) ложка…