Текст книги "Старые долги (СИ)"

Автор книги: Vivian2201

сообщить о нарушении

Текущая страница: 57 (всего у книги 171 страниц)

Чувствуя нарастающую боль и треск собственных костей, Сикор открыл глаза и уставился у на обшивку потолка. Перфорированные металлические квадраты буквально разрывало весте с конструкцией судна, затягиваемого в утробу рукотворной черной дыры.

«Во всяком случае, я избежал участи доживать свои дни никому ненужным никчемным военным пенсионером, – мысленно усмехнулся адмирал, – В какой-то степени, это правильный финал. Я не стал палачом…»

Криво оскалившись, офицер сделал выдох. Однако, из его рта повалила кровавая пена, а боль окончательно затопила разум. Спустя несколько мгновений кости черепа лопнули. Тяжелый авианесущий крейсер «Колин» прожил на несколько секунд дольше. Затем громадный звездолет попросту смяло гравитацией, окончательно добив израненную машину и его экипаж.

* * *

Проведя ладонью по лицу, я фыркнул. Из носа текла кровь. Ожидаемо. Остальные участники мистерии выглядели не лучше. Собственно, почти все они уже несколько минут как лежали без сознания. Лишь Этус меня приятно удивил своей выдержкой и выносливостью.

– Я привычен к долгим и тяжелым магическим экспериментам, – пожал плечами Прайм, заметив мой заинтересованный взгляд, – Опыт, если это можно так назвать.

– Значит, нам остается помочь менее подготовленным товарищам, – хмыкнул я.

Риина, Роберт и недавно добившийся пятого мастерства и регалий магистра Роджер лежали на полу, в отведенных им частях ритуального рисунка. Живые, но полностью «сухие». Их резервы оказались полностью опустошены удивительно масштабной мистерией, которая, неожиданно для всех, оказалась крайне результативной. Во всяком случае, флотские группировки, направлявшиеся к объявившим независимость системам, фактически разбиты. Уцелевшие единичные челноки, корветы и фрегаты назвать боеспособным соединением не повернётся язык даже у самых оптимистично настроенных личностей.

Несколько хуже дела обстояли с парковочными орбитами с резервными звездолетами, находящимися на консервации, складами топлива и перевалочными станциями десантных подразделений. Там организовать столь тотальный разгром не вышло, хотя результаты, на мой взгляд, впечатляющи. Двадцать сем автономных заправочных модуля, хранивших более одного миллиарда и семисот миллионов тонн топлива. Около полутора тысяч законсервированных боевых звездолетов, включая тяжелые крейсера и дредноуты имперской постройки, а так же две из семи станции с расквартированными там бойцами десантно-штурмовых подразделений… И это на фоне фактической гибели сразу пяти полнокровных ударных эскадр, общей численностью две тысячи двести звездолетов.

Вообще, эта цифра поразила меня самого. Структура ритуала, созданного имперскими магистрами-боевиками для противодействия превосходящим флотам противника, обеспечивала «ведущего» всей полнотой информации по происходящему на месте формирования черных дыр. Собственно, даже артефакты-проекторы являлись одним из составных элементов данной мистерии.

Эффективность и расчетливая жестокость такого способа ведения войны не просто поражала, а заставляла задуматься о том с кем ещё, кроме эльдар, алкар, урук-хай и дворфов приходилось сражаться флотам древней Империи. Все эти расы, конечно, сильны, но не столь многочисленны и развиты, чтобы из-за них магистры прошлых веков ломали себе головы, создавая сложнейший ритуальный комплекс.

«Судя по всему, в современных учебниках истории полно белых пятен, скрывающих тяжелые периоды в истории Империи Дракона, – мысленно хмыкнул я, – Иначе бы по столь кошмарных космических сражениях, требующих подобных мер, было известно достаточно большому кругу лиц.»

– Если Вилье скажет, что результаты… не выдающиеся, то я плюну ему в лицо, – вырвалось у меня.

– Сомневаюсь, что ему такое может прийти в голову, – усмехнулся Этус, вместе со мной заливая в рот наших товарищей восстанавливающие и общеукрепляющие зелья.

– Надеюсь, – хмыкнул я.

Что Риина, что остальные наши товарищи по недавней мистерии, пришли в себя достаточно быстро. Правда, судить о причинах резкого пробуждения было сложно. Те зелья, что мы вливали в них, отличаются омерзительным вкусом и ещё более отвратительным запахом.

– Получилось? – спросил Роберт, очнувшись.

– Да, – кивнул я, – Получилось.

Патрик закрыл глаза, словно бы к чему-то прислушиваясь, а затем покачал головой.

– Странно… Я прекрасно понимаю, что сейчас участвовал в массовом убийстве простецов, по большому счету. Хрен его знает сколько там их погибло, но… Почему-то, по этому поводу нет совершенно никаких эмоций. Будто бы я чашку кофе выпил, а не стал массовым убийцей.

– Тебя это пугает? – поинтересовался я, глядя в глаза парня.

– Удивляет, – пожал тот плечами, – Судя по всему, я становлюсь чудовищем, раз так спокойно на всё это реагирую.

– У меня подобное было после первого применения площадного боевого проклятия… «Ливень Смерти», – покачал я головой, вспомнив прошлую жизнь, – Правда, там врагом были эльдар, а не наши же простецы.

– Они уже не наши, – спокойно произнёс Этус, – Эти скоты подняли руку на тех, кто обеспечил расу самой возможностью выживания. Устроили геноцид своих же собратьев в качестве благодарность за все то хорошее, что было нами сделано… Они теперь не наши. Они враги.

– Знаю, – кивнул я, – Просто… когда-то мне думалось, что все люди – свои.

– Увы, но нет. Среди нас, как ты успел заметить, хватает гнилых тварей, – мрачно вдохнул Прайм, помогая подняться Янгу, – Чтобы наша раса выжила, от подобных ублюдков надо избавляться. Они воспитают себе подобных, идя по головам нормальных людей. И так будет поколение за поколением… А потом наша раса вымрет, потому как некому будет сражаться – останутся только трусливые мрази, способные лишь на подлость и предательство.

– Там… Экипажи выполняли приказы. Сомневаюсь, что все они ни разу не сталкивались с магами. Наверняка кто-то да успел пообщаться с нашими собратьями и составить своё мнение. Не все же они такие твари, – вздохнул Роджер.

– Не все, – кивнул я, – Но не в наших силах разбираться с каждым. К тому же, все эти матросы и офицеры отправились выполнять вполне конкретный приказ – убить магов, желающих сохранить жизнь себе и своим семьям. Сомневаюсь, что простецы долго колебались, поднимаясь на борт звездолетов, идущих не на войну, а на убийство.

Вздохнув, Янг кивнул.

– Так-то, да… Только… Я первый раз в таком участвовал. Да ещё чтобы сразу столько трупов в результате.

«Похоже, что их проняло, – сделал я вывод, – Впрочем, не удивительно. Мне и самому не по себе от результатов.»

Поговорив с каждым из участников прошедшей мистерии и убедившись, что они более-менее в норме, я отправился в центр связи. Мне требовалось поговорить с Вилье по поводу успешно выполненного задания.

«Похоже, что это было наше последнее сотрудничество с СВР Магистрата, – пришло мне на ум, – Дальше надо действовать самостоятельно и не привлекая к себе внимания.»

– Слушаю, – произнёс Лоран, когда связь была установлена.

– Мы провели операцию. Большей частью успешно. Основные силы, направлявшиеся к месту действия, разбиты. Так же нам удалось существенно проредить парковки с законсервированными звездолетами имперской постройки и ликвидировать порядка пятой части запасов топлива в центральном хранилище сектора.

Разведчик, слушая меня, становился всё более удивленным и напряженным. Судя по всему, он рассчитывал на несколько иной результат. И это при том, что сам Лоран предупредил меня о некоторых неприятных моментах в планах своего руководителя.

«Интересно, хоть кто-то в этой вселенной способен играть честно? – мысленно поморщился я, – Или это уже невозможно? Врожденная патология?»

Вилье в ответ кивнул, после чего поинтересовался:

– Как вам это удалось?

– Ритуал – «Черный Космос», – усмехнулся я, – Пришлось напрячься, но мы справились.

– Вот как… Что ж… Информацию придется проверить, но если всё так, то вам удалось куда больше, чем мы предполагали, – задумчиво протянул Лоран, после чего, осторожно подбирая слова, пояснил, – Первоначально мы надеялись на успешные диверсии, а не столь масштабное и эффектное… вмешательство, скажем так.

– Я рад, что смог вас приятно удивить.

– Думаю, – вздохнул Вильер, – Нам стоит обсудить некоторые моменты, связанные с дальнейшими событиями в этом регионе.

Спустя несколько часов у меня осталось только одно желание – придушить разведчиков Магистрата. Впрочем, произошедший разговор принёс и довольно большой объём полезной информации, которой Лоран поделился, поясняя некоторые непонятные мне моменты.

Федерация, что остальные осколки Империи, продвигая свою политику в системах нейтрального космоса, Конфедерации Независимых Колоний и Регионе Экспансии, где сейчас царит натуральная пиратская вольница и полнейший беспредел, применяют технологии социального манипулирования, которые имеют в Магистрате обозначение «Цветочные Революции». По сути, это многоступенчатый метод государственного переворота с использованием местного населения с целью дальнейшего перевода конкретного государства под внешнее управление.

Всего в этой технологии существует несколько основных этапов, первыми из которых, в порядке очередности идут формирование протестного движение, создание некоего скандального инцидента, создание политического актива, а затем – выдвижение требований и ультиматумом. В какой бы форме и под какими бы лозунгами не проистекали эти процессы, они всегда преследуют одну цель – государственный переворот и захват власти.

В качестве актива для протестного движения используется наиболее подверженная манипулированию часть населения – молодежь. Эмоционально нестабильные, не имеющие достаточного жизненного опыта для трезвой оценки ситуации, юноши и девушки легко становятся жертвами опытных политиков. Их, как правило, организуют с помощью банальных технологий сетевого бизнеса, создавая протестное движение, дают получившейся структуре громкое и красивое название, яркие лозунги и кричалки, цветастые флаги с запоминающимися символами… А затем вся эта толпа, чувствующая свою причастность к некоему социуму, который пропаганда в проплаченных СМИ начинает давать обозначение элитарного, эмоционально накачивается и натравливается на действующую власть.

Некий инцидент, не важно реальный он или сфабрикованный, используют в качестве мотива, созданное «движение» выводится на улицы. В этой толпе гарантированно будут провокаторы, что организуют столкновения с правоохранительными органами. Параллельно с этим происходит «подцепливание» к протестам самых разных социальных групп, чаще всего, финансово нестабильных, находящихся в самом низу денежной пирамиды любого общества. А «обиженные на власть и государственный строй» всегда найдутся. Это и бедняки, и нанятые бездомные, и политические конкуренты из партий, что не вошли в парламент, уволенные с насиженных мест деятели культуры… Список будет длинным. Однако, всю это разрозненную массу будет объединять лишь обида на власть и созданные манипуляторам эмоции, умело подогреваемые не замолкающими речевками, громкими и понятными всем лозунгами, не имеющими никакого отношения к реальным целям митингов…

Достаточно быстро, используя самые разные методы, толпу приводят в тревожное состояние, быстро переходящее в массовую истерию, после чего «элитарный класс» становится похож на куклу на ниточках, которой кукловод, скрытый в тени, незримо управляет. Никакие доводы разума более не подействуют. Переговоры с такой толпой бессмысленны. У неё есть цель и толпа более не видит препятствий.

Именно в этот момент появляются «лидеры». Вожаки, что обижены «тираническим режимом», представители культуры – певцы и музыканты, актеры и режиссеры, писатели и сценаристы, изгнанные с политического олимпа экс-депутаты… Используя позицию «я тоже жертва режима», они формируют у толпы ощущение единения, а затем начинают внедрять в лишенное способности логически мыслить сознание юнцов новые ценности, моральные и этические установки, убеждения и взгляды. Сразу же озвучивается «мнение» о том, что существующая власть виновата во всём без исключения. А чтобы голод и холод не заставили мозги собранной толпы начать работать, организаторы происходящего обеспечивают комфортные условия для продолжения митингов и выступлений – появляются туалеты-утилизаторы, пункты выдачи бесплатного горячего питания, устанавливаются палатки, некоторым, наиболее активным, выдаются деньги для «проведения политической деятельности». А когда к месту организации этих «площадных городков» начинают стягиваться полицейские, заведенной толпе выдают уже средства самообороны. На первое время – мелочевку для затравки, вроде арматуры, камней и бутылок с зажигательными смесями. Против спецназа МВД это всё ничего не стоит. Защитные сферы, броня и прочая экипировка позволяют таким подразделениям не обращать внимания на столь примитивные игрушки.

Именно в этот момент толпа начинает выдвигать властям требования и ультиматумы. Отдельные части собранного «контингента» принимаются за погромы, получив в руки уже более серьёзное оружие, конечно же, способное причинить вред даже закованным в броню спецназовцам. Параллельно с нагнетанием обстановки на улицах на органы власти начинается давление со стороны уже «отработанных» подобным образом соседей – других систем, с которым местные ведут некие дела, а так же крупными трансгосударственными корпорациями. Оные не забывают вдумчиво и с расстановкой, дабы не допустить двойного толкования, разъяснить свою позицию – дескать, с палачами, что устроят кровавый разгон митингов они работать не станут, выведут все инвестиции, отзовут послов, разорвут дипломатические отношения и торговые договора.

Сумма этих факторов заставляет органы власти начать «прогибаться» и её окончательно ломают, не забывая после свержения отправить под «честный народный суд», итогом которого будет некий «справедливый» приговор. А вот если происходит наоборот, то хорошо разогретая толпа используется в качестве тарана и попросту давит массой, не считаясь с потерями на полицию и военных. И чем больше будет жертв, тем лучше – это станет очередным доказательством преступности «кровавого режима».

Правда, и тут имеются хитрости.

Дабы люди в форме на стали серьёзно сопротивляться в предыдущие периоды их тоже обрабатывают простейшими приемами манипулирования, вроде выдачи горячего питания, поцелуев от красоток из толпы или наличия детей среди митингующих. Тут даже самые хладнокровные профессионалы не всегда останутся равнодушными. А в мелких системах, редко участвующих в серьёзные военных конфликтах, подобных крайне мало. Чаще всего местные гарнизоны используются исключительно для нужд «демонстрации присутствия», нежели для реального применения, а полицейские так и вовсе живут рядом с участниками митингов и многих их разгоряченных юнцов если не знают лично, то уж точно неоднократно видели. Едва ли в подобных условиях у них поднимется рука открыть огонь на поражение, даже если поступит такой приказ.

И вот… Результат. Очередной неудобный режим пал, на его место сели марионетки, продвигающие интересы конкретной страны через «прокладки» в лице организаций, «совершенно не имеющих никакого отношения к крупным странам».

Всё это Вилье мне разъяснил довольно детально, не забыв уточнить, что подобные вещи от настоящих революционных движений можно быстро отличить с помощью одного единственного фактора – идеологии. У «Цветочных Революций» её попросту нет. К слову, подобным образом их назвали за то, что цветы используются как один из элементов психологического манипулирования. Ими выкладывают места гибели «жертв режима», ими же бросают на ранних этапах митингов в полицию… Даже банально выдают участникам протестов, дабы продемонстрировать «миролюбие».

Данная технология, отработанная за полторы тысячи лет после распада Империи Дракона, не идеальна. Порой она даёт осечки. Такое происходит, когда среди обладающих властью персон попадается некто умный и начинает ломать отлаженную схему. Например, вместо задействования местных сил правопорядка подключает к решению вопроса ЧВК или каперские группировки. Иные так и вовсе поступают ещё жестче – отдают приказ спецслужбам брать заложников из числа родственников митингующих и их вожаков. Третьи совсем не церемонятся и используют при подавлении протестов атмосферную боевую авиацию – как правило, взрывы авиабомб неплохо прочищают мозги. Особенно, если половина толпы резко превращается в кровавое месиво, а оставшиеся в живых – в лишенных рук и ног инвалидов, которым на законодательном уровне запрещают ставить протезы или имплантировать выращенные конечности.

Обо всём этом Лоран рассказывал в контексте происходящего в «мятежных» системах Федерации. Там, несмотря на активную деятельность СВР Магистрата, процессы были далекими от «Цветочных Революций». Местные маги, костяк которых составляли бывшие военные, самостоятельно организовались, оперативно захватили органы власти, куда из центра уже не первый год назначали простецов, после чего, используя ресурсы собственных систем, смогли организовать оборону и замену старого государственного управления, после чего уже объявили о готовящемся плебисците. При этом, разведка Магистрата попросту не успела своевременно вмешаться в ситуацию и продвинуть в ряды мятежников своих ставленников, из-за чего процесс оказался лишен стороннего контроля. А попытки провернуть очередную «Цветочную Революцию» оказались крайне жестоко подавлены. Организаторов достаточно оперативно выловили и казнили. Потому, фактически, вся разведывательная сеть Магистрата и завербованные ею люди и алари оказались в могилах, что ударило по возможностям СВР собирать более-менее точные сведения о происходящем и как-то вмешиваться в события.

Повторно провернуть «фокусы», аналогичные привычным, уже не получалось. Новая власть, невероятно милитаризованная и агрессивная, действует жестко и не стесняется прибегать к крайним мерам, вроде расстрелов звездолетов, что пытаются войти в пространство их систем без предварительного согласование. А получить таковое ныне крайне сложно. Собственно, подобным образом местные маги и поступили в отношении простецов, которых до начала происходящих событий там проживало меньше одной сотой процента от общей численности населения.

– И что же вы хотите от меня? – поинтересовался я, глядя в глаза Лорана.

Мужчина фыркнул, после чего произнёс:

– Единственный, кого могут послушать в этом регионе – некий магистр в змеиной броне.

– Вы хотите, чтобы я стал агентом влияния?

– Скорее… нам нужна оперативно поставляемая информация. Влиять на происходящие в пограничных системах Федерации процессы у вас едва ли получится. Зато весьма эффектный магический удар по карательным эскадрам и их тыловым службам с вашим последующим появлением будет уместен. Ведь, на текущий момент, «Орден Империи» является одним из символов протестного движения магов Федерации.

– Очень плохая идея, – вздохнул я, – Едва ли местные поверят нам. Слишком уж… это… просто и нелогично. Мы для них – неизвестные. Скрывающие свои лица, индивиды, что действовали по чьей-то указке не один год. Понимаете? Даже наша деятельность в отношении ксеносов, которую мы систематически выбрасывали в информационные сети, не слишком поможет. К тому же, фактор силы не на нашей стороне. Моя организация слишком мала и на фоне нескольких десятков систем будет выглядеть каплей в море.

– В любом случае, вам стоит попробовать, – усмехнулся Вилье, – В самом худшем случае, вы ничего не теряете.

– Почти ничего, кроме заработанных годами труда и пролитой крови репутации, – покачал я головой, – Мы не станет более туда соваться. Максимум что будет сделано – передано послание о том, что мы помогли чем могли и отсрочили визит карателей. А то, что они вернутся – факт. Федерация не оставит произошедший разгром без последствий.

– Но вас же так и не нашли, – усмехнулся Лоран.

– Только благодаря параноидальным мерам безопасности, – покачал я головой.

– Что ж… Значит, мы будем искать другие варианты решения этого вопроса.

Сейчас я благодарил себя за то, что использовал обычный наёмничий бронекостюм с закрытым лицом и вокодером для искажения голоса. Иначе последствия моего отказа могли последовать незамедлительно. Причем, весьма радикальные. А так – доказать причастность собеседников к «Ордену Империи» или некое отношение ко всему этому Айзека Кларка – невозможно.

Закончив беседы с Лораном, я связался с Мииной.

– Слушаю, – ответила алари, когда связь установилась и её голограмма появилась над проектором.

– Это Кларк. Готовьтесь к началу операции «Радость». Предваительно – включите в подготовительные мероприятия сбор информации о магах, что прежде находились в СВР, СФБ, ФДР и КДР Федерации, а теперь отправились в тюрьмы. Нам необходимо найти специалистов именно подобного рода и… обработать.

Риск… Это запредельный риск получить двойного агента. Однако, пускать потенциальных членов организации, что прежде служили нашим врагам, на «Морион-Касл» я не собирался. Однако, без них провернуть всё то, что я планирую не получится. По трезвому размышлению, даже с ними шансы на успех крайне малы.

* * *

– Значит, это был Блэк, а не Кларк, – задумчиво стуча пальцами по столу, произнёс Фирлс, когда Бримсон закончила свой рассказ.

– Да, – кивнула женщина, – Потом меня неоднократно выводили из комы, проводили допросы в некоем тюремном помещении. Но где оно находится я не смогла понять. Не исключено, что это вообще какая-то планета.

– Не «Черная Жемчужина» точно, – фыркнул Грэд, – Так и не удалось выяснить что именно стало причиной конфликта между Кларком и хозяевами станции, но он покинул её, а спустя некоторое время там начались серьёзные проблемы, после которых вся система превратилась в мертвую зону. Туда даже пираты не рискуют соваться. Наши осведомители лишь смогли собрать слухи да какие-то небылицы о мутирующих простецах и магах, но подтверждения этой информации не поступало.

– Айзек мог, – хмуро произнесла Бримсон, – Этот ублюдок достаточно изворотлив, чтобы провернуть подобное. Да и с мозгами у него всё очень неплохо. А этот архив, который они с Блэком смогли вывезти с Марса…

Фирлс кивнул. По его приказу несколько экспедиций побывали на вымершей базе этих «невыразимцев», не забыв обследовать всю систему, где некогда находилась материнская планета человечества. Собранные данные напугали аналитиков, заставив их схватиться за голову. Уж очень жуткими получались выводы, полученные после вдумчивого изучения местных ноосфер.

– По поводу предполагаемой деятельности Кларка, – продолжила полукровка, заставив Фирлса выйти из задумчивости, – Если хотите его найти – идите по следам «Ордена Империи». Я успела неплохо понять ублюдка. Он ненавидит ксеносов всей душой. Я смогла стать для него исключением только в силу удачно сложившихся обстоятельств и его эмоционального состояния на определенном этапе. А потом он привел свои мозги в порядок и снова стал… прежним. Имперцем. Кларк, несмотря ни на что, верен присяге, которую дал Империи Дракона. Не знаю почему, но… учитывайте это. То, что он принялся за уничтожение простецов – легко может вписаться в его логику, если Айзек посчитает политику Федерации несущей опасность вашей расе, господин директор.

Несмотря на то, что Лана старалась держать себя в руках, то и дело её «прорывало» и с уст женщины слетали далекие от устава и норм приличия выражение. Этот факт вызывал у Грэда лишь понимающую усмешку.

– Учитывая, что ты так хорошо знаешь Кларка… Думаю, у тебя получится выйти на его след.

Несмотря на серьёзные проблемы, Фирлс смог удержаться на посту и теперь намеревался отыграться за всё. В том числе, добившись желаемого лично для себя. Потому, Бримсон, как и некоторые другие личности, отправится на «свободную охоту», действуя полностью самостоятельно, но по приказу директора КДР.

– А как быть с имперским ИИ? – спросила женщина.

– Ею занимаются другие.