Текст книги ""Фантастика 2024-150". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Юрий Погуляй

Глава 26

Далеко мы пролететь не успеваем. Появившийся позади линкора принца крейсер радирцев своим полным залпом разносит десантник буквально на куски, как будто совсем никаких щитов у того не было. Истребители резко бросаются врассыпную. Я сразу же следую их примеру, разворачивая свой корабль.

Куда ж лететь-то? Нашу изначальную группу сейчас утюжат полными залпами всех орудий вышедшие из гиперпрыжка радирские корабли. Основная масса флота Верона, которая должна была по первоначальному плану связать на себя силы врага, сейчас завязла в боях. И там все гораздо жестче ввиду большего количества кораблей-участников. Соваться туда подобно самоубийству, особенно учитывая состояние моего корабля.

Так, а что до групп прорыва? Из пяти атакующих «конусов», помимо нашего, смогли осуществить задумку еще две. Одна группа уже была полностью уничтожена, и пришедший из-за флагмана крейсер как раз оттуда. А вот вторая еще сражалась, хоть и находилась в критическом состоянии. Их сместили к одному из крупных радирских носителей, в сторону от основной цели плана. Черт, как же все печально. И ведь нам еще повезло, что на нашу группу так мало сил бросили. Хотя больше похоже на то, что не мало, а в самый раз, не сумев учесть меня с моей интуицией и Стаса.

Все эти размышления буквально пролетели в голове, пока я разворачивал истребитель, направляя его на вторую группу.

– Стас, идем к последней группе, пробуем с ними выжить. В одиночку вообще без шансов, – и не дожидаясь ответа, снова врубаю форсаж.

Пару секунд истребитель ускоряется в одиночестве, но затем возле него возникает еще один.

– Ты прав, Джон, но вариантов спасения я вообще не вижу, – раздается в эфире потухший голос рыжего.

Ответить я не успеваю. Чувствую опасность, и мне приходится закрутить истребитель в спираль, уходя от выстрелов крейсера. М-да, это явно не мусорщики, а совсем другой уровень подготовки и оснащения. Все корабли веронцев, прикрывавшие последний десантник, были очень быстро уничтожены. И нависшая угроза заставляет выжимать из реактора все, что можно, в попытке уйти.

Перед глазами возникает уведомление о перегрузке реактора, но я моментально сбрасываю его. Отвлекает. Справа снизу наперерез нам с рыжим начинает выдвигаться рейдер. Сразу же меняю положение своих крыльев-полумесяцев, уводя истребитель прямо на вражеский корабль. Выключаю форсаж и жду реакции противника. Тот, видя, что я иду на таран, разворачивает основные орудия в мою сторону. Жду, жду… Сигнал от интуиции, и я снова врубаю форсаж.

Из-за отсутствия части маневренных двигателей истребитель резко дергается в сторону, уходя по какой-то непредсказуемой дуге. Залп врага проходит совсем рядом, а спустя секунду я пролетаю мимо рейдера. Приходит мысль о том, что Стас-то так не сможет предугадать, но его отметка все так же горит, и сейчас он обходил вражеский корабль с другой стороны.

А впереди все еще кипит бой. Еще тройка рейдеров и семерка истребителей радирцев пытались уничтожить веронский десантник под прикрытием одного нашего рейдера и пяти истребителей. При этом они постепенно прижимали их к носителю, от которого постоянно шел массированный обстрел турелями.

– Кто главный? – пытаюсь задать я вопрос, выходя на связь с ближайшими союзными кораблями, но меня перебивают, игнорируя мой вопрос.

– Все, ну это задание в ж… Тем более на флагман уже высадились, Сарен, – хриплый бас пилота десантника полон решимости, – будем брать на абордаж носитель, там и людей меньше. – И сразу же его корабль резко ускоряется в сторону новой цели.

– Черт, Зак, задание же важнее, – пытается его образумить, по всей видимости, лидер этой группы, но ему договорить не дают.

– Да плевать, я не хочу создавать общий гроб для полусотни бойцов, – отрезает тот. Десантник стыкуется со щитом в попытке его пройти. На нем сразу же сосредоточивается огонь вражеских кораблей, но тот пока держится.

Вспышка опасности заставляет меня резко дернуться в сторону, а затем выдавить мощный импульс вперед, в очередной раз практически тормозя. Вражеский истребитель пролетает мимо, и я начинаю преследование.

– Мне двадцать пять секунд до прохода щита, прикройте, – раздается голос Зака, на что Сарен начинает снова ругаться.

Наконец-то в прицел попадает враг, и я выпускаю несколько ракет, больше пытаясь предугадать траекторию. Попадание, еще одно. На третьей ракете вражеский истребитель разлетается на куски. Один из таких элементов каким-то чудом попадает в еще один радирский корабль, заставляя того неуверенно дернуться в сторону. Это стоит ему жизнь. Преследовавший его веронский истребитель вколачивает ему в борт несколько ракет, добивая остатки энергетического щита и разрывая корпус на части.

– Пятый. Я вас всех, сволочи, уничтожу, – шипит в эфир неизвестный мне пилот под номер 2–45.

Сигнал опасности снова заставляет меня закручивать спираль, уходя от попаданий. Рывок в сторону, затем провалиться вниз и развернуться. Истребитель врага пролетает мимо, продолжая куда-то стрелять.

– У меня щит лег, но осталось всего пять секунд, – снова выходит на связь Зак. Голос на удивление спокоен.

– Понял, – сухо отвечает лидер группы, находящийся на рейдере.

– Есть, шестой. Ха, твари, выкусите, – а 2–45 продолжает буйствовать, уничтожая очередного врага. Впрочем, Стас не отставал, успев только тут разнести на куски два истребителя радирцев. Приходит мысль о том, что противников почти не осталось и надо будет думать, куда дальше прорываться. Но ничего этого не успеваю сделать.

Новый сигнал от интуиции просто бьет набатом и заставляет врубить полный форсаж, уводя истребитель как можно дальше от опасности. Удается это не полностью. Сильный удар закручивает корабль. Энергетический щит снесен напрочь, и часть обшивки – тоже. Количество уведомлений о повреждениях просто гигантское, но мне не до этого.

Отметки 2–45, как и нескольких других пилотов, исчезли. А рейдер лидера уже в виде полууничтоженного остова корабля падал на носитель. Твою мать! Чертов крейсер снова показал себя, буквально преследуя меня и уничтожая наши корабли один за другим. Хорошо, хоть отметка Стаса все еще высвечивалась.

– СА-А-АРЕ-ЕН, черт возьми! – кричит в эфир Зак, ускоряя десантирование. Его корабль сотрясается от ударов и, судя по данным, уже щеголяет несколькими пробоинам. Но десантник пристыковался, и началось вскрытие обшивки. Абордаж начался. И в этот момент мне сильно захотелось находиться там, а не на поврежденном корабле в космосе.

Рядом мелькает истребитель врага. Машинально ловлю его в прицел и нажимаю спуск, одновременно начиная погоню. Разрывные снаряды попадают в противника, но поглощаются энергетическим щитом. Вражеский истребитель проваливается вниз влево, пытаясь спрятаться за носителем. Где-то рядом Стас уничтожает еще одного радирца, который решил перейти в наступление после атаки крейсером.

Пуск ракет, но те проходят мимо, даже несмотря на попытку предугадать траекторию вражеского истребителя. А в мой только начавший восстанавливаться щит стреляют турели носителя. Но я продолжаю вести огонь по радирцу. И наконец-то последняя очередь пробивает щит и разносит один из маневренных двигателей. Истребитель дергает в сторону, но добить его у меня не получается.

Увлекшись, я чуть не попал под летящий по инерции остов союзного рейдера. Резкий форсаж вниз вправо, и туша металлолома влетает в энергетический щит носителя. Громадная масса плюс скорость делает свое дело, и защита пропадает, а остов рейдера впечатывается в корпус корабля, вминая целые отсеки.

Я анализирую это фоном, продолжая преследовать свою цель. А она резко замедлилась и дергаными движениями двинулась в сторону ворот ангара. Ангар! Черт возьми!

– СТАС! Следуй за мной, попробуем влететь в ангар носителя, – кричу я не своим голосом, включая форсаж.

– Понял!

Его истребитель резко меняет траекторию, устремляясь за мной.

Вражеский корабль уже почти приблизился к полуоткрывшимся бронированным створкам ангара, когда я наконец-то достигаю его и открываю огонь. Часть ракет влетает в подбитый корабль, разнося его на куски, захваченные гравитационной установкой. А остальные уничтожают бронированные створки, иногда влетая внутрь и взрываясь там.

Опустошив весь боекомплект ракет и большую часть из снарядов, я пытаюсь стабилизировать положение относительно створок носителя, чтобы было можно залететь. Истребитель Стаса уже завис рядом. Надо торопиться, мелькает мысль, пока я начинаю увеличивать скорость.

– Джон, это безумная идея брать на абордаж носитель, – раздается слегка нервничающий голос Стаса. Ответить я не успеваю.

Снова взывает интуиция, просто крича об опасности. Плюя на всякую безопасность, я врубаю форсаж, выжимая все возможное из истребителя.

– ВНУ-У-УТРЬ! – кричу я, пока останки бронированной створки быстро приближаются. Изнутри приходит дикий страх и очень хочется зажмуриться, но нельзя. Сзади мимо проходит залп главных орудий проклятого крейсера. Сильный удар сносит щит при заходе в ангар. Не вписался. Моментально наваливается гравитация, а истребитель, еще больше ускоряясь, летит в стену. Каким-то чудом нажимаю отстрел кабины, и меня вжимает на ложе. Мгновения полета, и мощнейший удар заставляет навалиться темноту.

Очнулся я рывком. Перед глазами мигал тревожный огонь поврежденного каркаса кабины истребителя, она же спасательная капсула. И хорошо, что ее делают с большим запасом прочности, иначе вряд ли я бы выжил. Хотя даже для нее это оказалось слишком. Стенка прогнулась, слегка придавив меня. Но все же я цел, и это главное.

Попытка встать не удалась. Если еще перед грудью свободное пространство было, то вот ноги зажало сильно. Так, и как выбираться-то? И что там со Стасом, успел залететь или уйти от залпа? Надеюсь, но сейчас все же стоит сосредоточиться на своем освобождении.

Концентрируюсь и пытаюсь телекинезом вытолкнуть металл вверх, освобождая ноги. В глазах темнеет, но каркас не поддается. Еще попытка. И еще. Да что ж такое-то? Хотя на что я надеялся? Каркас выдержал такой удар, он в принципе не должен быть легко гнущимся. Тогда что делать? Черт, у меня же под ногами есть плазменный пистолет. Вот только как его достать, если все зажато? И единственная пришедшая мне в голову идея попахивает полным идиотизмом.

Спустя пару минут размышлений я так ничего другого и не придумал. Единственное, что я снова поразился, насколько мне повезло с падением, что вообще практически не пострадал. Ну, почти, ушибы и возможно легкое сотрясение не в счет. Но ведь даже не сломал ничего.

«Хватит, Джон, пудрить самому себе мозги и тянуть время. Начинай». Вздохнув, я вошел в транс. Легкое усилие, и сфера восприятия охватывает ящик с плазменным пистолетом и зажавший меня каркас. Я пытаюсь максимально прочувствовать буквально каждый миллиметр окружающего пространства.

Подхватываю телекинезом оружие, направляю его в нужную сторону, так, чтобы заряд прошел между ног и попал в перегородку. Мелькает мысль о том, что ошибка будет стоить дорого. А затем я нажимаю спуск. Плазменный сгусток дырявит кресло немного левее, чем я себе представлял, но все же частично сжигает зажавший меня металл. Легкая коррекция – и снова выстрел. Затем еще.

В итоге, изрядно понервничав и опустошив одну обойму, я смог освободить себя. Помогая телекинезом, иногда даже откровенно таща себя ужом, я все-таки смог добраться до аварийного отстрела перегородки. Она была сделана чисто механической с электронной разблокировкой и находилась как раз в ногах. Пуск, и спасательная капсула сотрясается от небольшой детонации, выкидывающей вверх крышку кабины.

Полежав немного и переводя дух, я все-таки решил не тормозить. Я ведь на вражеском корабле. Да и Стаса надо поискать. Медленно поднявшись, я стал осматриваться.

В ангаре полная разруха. Броневая плита перегородки покорежена и местами вмята от сильного удара. Энергетический щит прикрывал помещение от выхода воздуха, но на моем скафандре уже изначально было включено питание от кислородных баллонов, и выключать я его не собирался. Мало ли, вдруг отключат подачу кислорода.

Останки моего истребителя пробили перегородку в коридор, и хорошо, что хоть реактор не детонировал. А вот спасательная капсула при старте, скорее всего, влетела в какое-то оборудование, от чего крышку кабины и вмяло. После удара ее закрутило и отбросило к стене ангара, по пути снеся еще пару техников с гравитележкой, на которой находились боеприпасы.

Да, ангар совсем не пустовал, вот только после моих ракет, а затем импровизированного абордажа, находился в крайне печальном состоянии. Обломки и останки нескольких истребителей, поврежденное оборудование. В некоторых местах виднелись тела, погребенные под завалами или же разорванные на части, несмотря на броню. Большая часть освещения не работала, во многих местах искрили энергоканалы.

Ну, хоть взламывать дверь из ангара не надо. Хотя через останки моего истребителя придется протиснуться. Вытащив телекинезом плазменный пистолет с двумя обоймами, я быстро перезарядил свое оружие. Сорок выстрелов должно явно хватить до момента, пока я не смогу раздобыть себе что-то трофейное. Прицепив на пояс запасной баллон с кислородом и паек, я в очередной раз пожалел о том, что в летных скафандрах не предусмотрено наличие энергетического щита. Вроде готов.

Решив еще раз оглядеться в ангаре на предмет полезных вещичек, которые можно захватить с собой, я вылез из кабины на корпус спасательной капсулы. Дополнительные полметра немного, но все же расширяют обзор в ангаре. Нет, вроде все разрушено, а копаться в завалах желания не было. Да и тратить время на это глупо, и так толком не понятно, что дальше делать. С захватом носителя-то ясно, но вот что потом? Управлять им я все равно не смогу, а сам корабль находится в центре вражеского флота. Остается только надеяться, что абордажная команда сможет захватить принца и остановить эту бойню.

Нет, тут глухо. Уже решаю спускаться, как глаза внезапно цепляются за очередной обломок. Еще раз осматриваю, но толком не могу понять, что же меня так заинтересовало. Ладно, посмотрим.

Прыжок вниз, и я приземляюсь на… воздух. Да, телекинез он такой, а прыгать с двухметровой высоты на усеянный обломками пол опасно. Найдя, где удобней, я все же приземляюсь на пол и направляюсь к заинтересовавшей меня цели. Но не успеваю пройти и пяти метров, как в голове проносится догадка.

Резко срываюсь с места, практически не глядя на препятствия, и машинально помогаю себе телекинезом. Я достигаю обломков истребителя Стаса. Да, я не сразу узнал в покореженном корпусе однотипный с моим корабль, но сейчас сомнений у меня не было.

Одно крыло-полумесяц было оторвано полностью, у второго уцелела небольшая часть. Кабина вмята, погребенная под стоящим в ангаре истребителем радирцев. Отстрела спасательной капсулы, она же пилотское ложе, не было. По всей видимости, Стас каким-то чудом успел залететь в ангар, причем даже на меньшей скорости, чем я. Но вот ему не повезло попасть прямо в стоящий на пути истребитель.

Мощным импульсом телекинеза пытаюсь столкнуть обломки с кабины. Остов случайного препятствия слегка сдвигает в сторону, но ненамного. Черт, еще раз! Импульс, еще один. Звать Стаса я и не пытался, ничего он не услышит, будучи внутри корабля. Да и скорее всего он без сознания, иначе мог бы попробовать отстрелить крышку кабины.

Я начинаю злиться от безуспешных попыток сбросить обломки. Изнутри приходит ярость, и очередным мощным импульсом мне все же удается задуманное. Корпус вражеского корабля буквально вминает в месте концентрации и выбрасывает в сторону на несколько метров, еще больше раскидывая все вокруг. Получилось! На губах появляется солоноватый привкус крови, но я не обращаю внимания на это.

Две секунды, и я уже стою на корпусе истребителя Стаса. Так, и что дальше? Стрелять из плазменного пистолета не вариант, опасно. Хотя все же можно будет попробовать через сферу восприятия. Телекинезом вырвать крышку я, скорее всего, не смогу. Даже сейчас не особо понимаю, как получилось столкнуть все с кабины.

А она выглядела очень поврежденной. Мощный удар смял ее, и я очень надеюсь, что Стас не пострадал. Начинаю осматривать кабину и внезапно обнаруживаю, что с противоположной стороны есть щель, будто все-таки отстрел крышки был, но не полный. Механизм повредился? Но ведь у меня, несмотря на не менее сильный удар, все же выдержал.

Еще немного постояв, я все же решился заглянуть, гоня от себя нехорошие предчувствия. И, к сожалению, они подтвердились. Стас лежал на своем ложе без движения. Удар, который смял крышку кабины, был настолько силен, что смог раздавить грудину рыжего, прижав его к ложу и не давая вставать. Скафандр пробит, и везде видна кровь. Причем Стас пытался бороться до конца, хотя, как он это делал, я не понимаю. Изнутри металл крышки был частично оплывший, будто его пытались расплавить, а в других местах был покрыт инеем.

Но рассмотреть все подробней я не успел. Вспышка опасности заставила меня отпрыгнуть назад спиной, уходя от очереди из винтовки. Сфера восприятия развернулась сама собой, и небольшим импульсом телекинеза я откорректировал кувырок назад, чтобы не зацепить торчащие части оборудования.

Новый сигнал опасности, и я прыгаю в сторону от прилетевшей эми-гранаты, прячась за остовом злополучного истребителя. Вспышка, и перед глазами идет рябь. Еще больше усиливаю сферу восприятия, и первый высунувшийся враг ловит плазменный сгусток в голову. Импульс под ноги выбрасывает меня вверх. Еще один в спину, и я буквально устремляюсь в сторону второго врага. Удар ноги опрокидывает опешившего противника, а выстрел в корпус добивает. Мне удается рассмотреть распластавшееся тело техника радирцев в легком скафандре и с пистолетом в руках.

Второй враг тоже оказался техником с аналогичным вооружением. Так, мой плазменный пистолет явно мощнее, поэтому пока обойдусь им. Их, скорее всего, направили сюда на ремонт, и вряд ли они ожидали меня тут встретить. Абордажная команда Зака высадилась с другой стороны носителя, и основные бои идут там. А я пока могу попробовать как можно незаметней прорваться в рубку. Там уже и свои могут подтянуться.

Хорошо, двинули. Уже выходя из ангара, я оборачиваюсь на останки истребителя Стаса и тихо произношу:

– Спи спокойно, рыжий. Не знаю, кто ты на самом деле, но для меня ты был другом. И вполне возможно, что мы скоро встретимся.

Глава 27

Далеко я уйти не успеваю, буквально до следующей перегородки. Да, мой истребитель-то смог разрушить дверь в ангар, открыв доступ к коридору. Но вот на остальные перегородки это, естественно, не повлияло. И никакого оборудования для взлома у меня не было, поэтому мой захватнический поход в сторону рубки закончился через тридцать метров. М-да. И что теперь делать?

Начав ходить перед закрытой перегородкой, я рассуждал. Перекрыть кислород они мне, конечно, могут, но запас есть, а тянуть до бесконечности они не будут. Радирцы точно знают, что я здесь, ввиду потери связи с техниками. И это при условии, что камеры почему-то не работают, что маловероятно. То есть они будут готовы и владеют ситуацией, так что мне тут сидеть в ожидании неизвестно чего бессмысленно. Надо каким-то образом вскрывать перегородки. Только как без оборудования? Стрелять из плазменного пистолета? Так не хватит боеприпасов, и потом сражаться надо будет чем-то.

Хотя… Ведь можно действительно стрелять, но не из пистолета. В ангаре куча ракет, да и просто запасных пушек с боеприпасами для них. Только это все времени займет много, но тут уже поделать нечего. А значит, решено, лучше пытаться что-то сделать, чем сидеть сложа руки.

Разворачиваюсь и иду назад в ангар. Раздается звук резко поднявшейся перегородки и одновременно приходит сигнал об опасности. Моментально скольжу в боевой транс, сфера восприятия уже раскрыта. Под перегородку летит эми-граната, но я, не разворачиваясь, а только чувством биолокации отбрасываю ее назад телекинезом. Вспышка за спиной освещает пространство, и следом я наконец-то разворачиваюсь, устремляясь вперед в новый коридор.

А в нем находится пятерка врагов в тяжелой абордажной броне. И первый же выстрел в голову ближайшего показывает, что вдобавок все они оснащены энергетическими щитами. В голове мелькает мысль о том, что я попал, но сразу же ее отбрасываю. Не время для паники.

За вторым выстрелом следует еще один, а затем еще. Щит у ближайшего врага исчезает, но противники уже очнулись от вспышки гранаты. Рывком с усилением телекинезом сближаюсь с одним из врагов и плечом впечатываюсь в тяжелую броню, буквально снося того в соседа. Не обращаю внимания на волну боли, начинаю стрелять плазменным сгустком вдогонку, оплавляя шлем врага. Броня выдерживает, но дезориентированный боец опрокидывается на своего напарника.

А я уже выталкиваю себя вверх, уходя от очередей из двух винтовок. Последний радирец не стрелял, боясь зацепить своих. Импульс в спину выталкивает меня вперед, и я буквально трусь шлемом пилотского скафандра о потолок. Ноги влетают в энергетический щит противника, на уровне головы, и не ожидающий этого враг слегка отступает назад, задирая ствол винтовки вверх.

Но я уже падаю ему за спину и сразу же скольжу влево, прячась за его силуэтом от огня врагов. Второй стреляющий по инерции попадает несколькими выстрелами в радирца, но почти сразу прекращает и пытается сместиться в сторону ближе к стене, чтобы союзник не закрывал меня. Третий, не стреляющий, поступает аналогичным образом, но только к другой стене. А двое последних все еще пытаются встать.

Выстрел в упор пробивает энергетический щит у второго, и мне сразу же чудом удается отклониться назад, уходя от удара прикладом. Два других сразу же открывают огонь, так что мне приходится направить импульс телекинеза в спину, буквально прижимаясь к врагу, не давая ему навести на меня винтовку. Ствол плазменного пистолета упирается опешившему врагу в живот. Выстрел. Боец пытается меня оттолкнуть винтовкой, но я усиливаю давление телекинезом, толкая его назад. Еще один выстрел, а левая рука нашаривает на поясе эми-гранату.

Два стоящих врага резко двинулись навстречу, пытаясь зажать в клещи. Мой третий выстрел наконец-то пробивает броню, сжигая внутренности. Противник еще пытается меня оттолкнуть по инерции, не осознавая под действием стимуляторов о наличии дыры в своем животе. А я левой рукой активирую эми-гранату, кидая ее за спину моему импровизированному щиту.

Перестаю давить телекинезом, напротив, отталкиваясь от противника. Мощный совокупный толчок чуть не уносит дальше необходимого, и я с трудом удерживаю равновесие. Ребра отдают болью. Закрываю глаза, но даже сквозь прикрытые веки проявляется ослепляющий белый свет, проникающий через шлем из-за сбоя систем. Враги дезориентированы, впрочем, частично и я. Не открывая глаза и больше полагаясь на свою биолокацию, скольжу вперед.

Мощным импульсом сношу бойца с раной в животе, толкая его на правого врага, а сам рвусь в сторону левого. Вспышка опасности заставляет распластаться в прыжке вперед, пропуская над головой очереди ослепленных врагов. Причем они добивают своего же бойца, так что тело заваливает на ноги правого противника. Но я уже падаю сверху на двух почти вставших бойцов, придавливая их своим телом и частично телекинезом. Выхватываю чужой плазменный нож и вгоняю его в шлем пытавшегося сбросить меня радирца. Тело обмякает, еще больше мешая бойцу, погребенному под этой бронированной тушей.

Вспышка опасности, и я откатываюсь в сторону, уходя от новой очереди правого бойца. Тот на удивление быстро отбросил тело своего коллеги и сейчас опустошал обойму винтовки, несмотря на то, что рядом находилось двое его союзников.

Я же, прикрытый лежащими фигурами врагов от огня, уже целился в левого бойца. Три выстрела подряд пробивают энергетический щит. И снова противник в этот момент восстанавливается от импульса гранаты, так что мой очередной выстрел приходится не в него, а в винтовку, сжигая ту напрочь и частично повреждая броню на ладонях. Враг еще пытается стрелять из этого куска железа, а я уже вскакиваю на ноги. Правый боец, опустошив обойму, сейчас экстренно перезаряжался.

Перепрыгиваю два тела, помогая себе телекинезом, одновременно ведя огонь во врага. Попадание. Враг все еще пытается перезарядиться. Попадание, щит держит, а правый боец вставляет новый магазин. Третье попадание сносит энергетический щит, а в меня уже пытаются целиться. Поздно, я слишком близко. Ухожу вниз и влево от пытающегося преследовать меня ствола, а правая рука с зажатым пистолетом уже направлена вверх. Выстрел оплавляет переднюю часть шлема.

Противник пытается толкнуть меня плечом, но я резко тяну себя назад, так что он просто проваливается. Еще один выстрел в голову окончательно прожигает забрало, убивая врага. Вспышка опасности толкает меня в длинном прыжке вперед через завалившееся тело.

Сзади проносится сгусток плазмы. Противник отбросил бесполезные останки от винтовки и выхватил пистолет. Кувырок вперед, но я понимаю, что ни черта не успею вскочить. Прицел противника уже следит за мной. Но вот щита у тебя, парень, нет.

Телекинетический удар приходится тому в руку, уводя оружие в сторону от меня. Вскакиваю на ноги и разворачиваюсь к бойцу. Тот снова пытается прицелиться, но я повторяю свой удар. Пока враг пытается сообразить, что делать, я целюсь ему в голову. Три выстрела буквально отрывают голову от корпуса, оставляя ее в виде оплавленных ошметков.

Не успеваю перенаправить прицел на неудачливого бойца, который почти весь бой провел лежа под телом своего напарника и был несколько раз дезориентирован эми-гранатами, как интуиции начинает снова захлебываться об опасности. Мощным толчком в спину я буквально выталкиваю себя вперед. Еле удерживаюсь на ногах, но толкаю себя еще раз.

Влетаю в следующую перегородку, а следом зеленая вспышка сзади сжигает все на месте недавнего боя. Че-ер-рт, это было очень близко. Разворачиваюсь и приваливаюсь спиной. Надо перевести дух, уж слишком круто это было.

Посередине широкого прохода гигантское пятно выжженного пространства. Причем настолько, что в потолке и в полу проплавлены дыры в соседние коридоры. От противостоящих мне бойцов практически ничего не осталось. Разве что половина тела того безумного бойца, который стрелял и по своим.

Дыхание потихоньку восстанавливалось, и уровень адреналина уменьшался. Выжил, снова… Хотя я вообще не ожидал бойцов такого уровня оснащения на обычном армейском носителе. Думал, что в войсках хоть и хорошая экипировка, но все же не так, чтобы на каждом корабле, даже не десантнике, будут в тяжелой броне с энергетическим щитом расхаживать. Уж слишком это дорого. Правда, радирцы вроде как милитаристы, так что кто его знает? Может, у них реально везде так.

Ладно, отдохнули и хватит. Надо двигаться дальше. Правда, вопрос по вскрытии перегородок так и не решился, зато открылось два дополнительных маршрута на разных уровнях. Хотя… Приглядевшись повнимательней, я заметил на руке одного из трупов нужное мне оборудование. Даже не поверив сначала, я подошел к останкам.

Черт возьми, действительно взломщик. Кто бы мог подумать, что так повезет? А ведь если бы он упал головой в другую сторону, максимум, на что я мог рассчитывать, это на бронированные штаны. И то они бесполезны без всего остального и в принципе не одеваемы. Так и задумаешься, что мне чересчур везет. Хотя, с другой стороны, попадание в такие передряги в принципе вряд ли можно назвать везением.

Кое-как прицепив взломщик на пояс вместе с найденным плазменным ножом и перезарядив пистолет последней обоймой, я остановился в раздумье – куда идти. Срочно нужно было оружие, а то ничего после взрыва не уцелело. В принципе, цель не изменилась. Рубка, именно туда мне надо. И туда же будет стремиться абордажная команда Зака.

Если правильно помню схему данного носителя, то по идее самый короткий путь должен быть именно на моем уровне. Но что-то подсказывало, что короткий не значит лучший и уж тем более безопасный. Сосредоточиваюсь на интуиции – и приходит ответ, что лучше идти через верх. Значит, так и сделаем.

Импульс под ноги, и я прыгаю вверх, цепляясь за оплавленные края пола верхнего уровня. Кое-как протиснувшись, забираюсь. Плазма хоть и прожгла дыры везде, но все же, учитывая то, что эпицентр был внизу, да и толщина переборки между уровнями тоже с полметра, отверстие было узким. Но протиснулся, и хорошо. Даже успел подхватить телекинезом чуть не слетевший вниз взломщик.

Находился я уже на уровне кают экипажа, вот только почему-то вместо частых дверей в миниатюрные помещения тут на весь пролет была всего одна дверь. Странно это, но на данный момент не важно. Разворачиваю полностью сферу восприятия возле нужной мне перегородки. Вроде пусто. А значит, можно взламывать.

Только я замер в попытке начать взлом, как внезапная вспышка опасности заставила броситься в сторону. Лазерные лучи прошли мимо, а я уже разворачивался с зажатым пистолетом в руке. Еще один рывок в сторону, и я ухожу от огня выдвинувшейся турели, а мой плазменный сгусток дырявит опасную оборонную технику.

Черт, чуть не забыл об этом элементе обороны. Хорошо, хоть их не в каждом коридоре разместили, иначе было бы совсем все плохо. Ладно, вернемся к взлому. Отброшенный впопыхах в сторону прибор, к счастью, не пострадал, так что уже скоро я входил в новый коридор, внимательно выглядывая любую возможную опасность.

Практически без приключений я смог пройти пять отсеков, всего пару раз подвергшись обстрелу турелями. Причем в последний раз эта зараза вылезла в тот момент, когда я уже прошел весь отсек, и попыталась расстрелять меня в спину. В очередной раз я был спасен своей интуицией. Я даже задумался, насколько это полезная вещь, хотя в то же время иногда она и заставляла быть менее осмотрительным, а наоборот, чрезмерно рисковать. Впрочем, это всегда окупало себя, и я банально выживал.

Встречающиеся по пути двери в каюты и помещения я не пытался вскрыть, просто проверяя их сферой восприятия на наличие движения. И вот уже за шестой перегородкой, открывающей доступ к центральному коридору, из которого можно попасть в рубку, я ощутил движение. Причем далеко не одного человека.

Интуиция подсказывала о возможной опасности, но деваться все равно некуда. Сосредоточиваюсь и впадаю в боевой транс. В нем же приступаю к взлому панели управления дверью, но уже на середине этого процесса та неожиданно начинает самостоятельно подниматься вверх.