Текст книги ""Фантастика 2024-150". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Юрий Погуляй

Соавторы: Дмитрий Султанов,Евгений Шепельский,Евгения Максимова,,Евгений Гарцевич
сообщить о нарушении

Текущая страница: 133 (всего у книги 375 страниц)

Глава 10

На встрече с Барагозиным я был совершенно серьёзен. Максимально собран. Смерть Дворкина меня задела. Очень неожиданно. Да, я терял людей и до этого, но когда нет души, они расходный материал. Чтобы прикипеть к кому-то так, как прикипели мы с Княгиней… Не знаю что для этого нужно. Мой опыт серого мира подсказывает: наши с ней отношения были исключением из правил.

И тут смерть полицейского заставила моё сердце заледенеть от ярости. Мы друзьями не были, но… Я сделаю всё, чтобы отомстить.

Хакер словно почувствовал мой настрой, поэтому не стал мариновать на улице, за пределами микроавтобуса, и сразу же пригласил в недра своей техно-лаборатории на колёсах. Получил номер, и уже через минуту с сожалением покачал головой.

– Нет никаких регистрационных данных, – сказал он. – Ничем не могу помочь.

– Ты знаешь кто такой Бек? – спросил я его. От моего внимания не укрылось, что нашпигованный имплантами хакер вздрогнул. Так. Здесь поподробнее. – Я вижу вы знакомы…

– Нет, не знакомы. Но я слышал о нём. Кручусь за пределами закона, а там свои правители, Простите, это надо очень глубоко погружаться в сеть, – замотал головой Барагозин. – Так глубоко, что оттуда не каждый выберется. Я не пойду против Бека ни за какие деньги.

– Цена вопроса? – не буду торговаться. Пусть назовёт цену и сделает свою работу.

– Я не стану переходить дорогу господину Беку, – спокойно пояснил хакер. – До свидания. Сожалею, что не смог вам помочь.

Я не пошевелился, и напичканный имплантами Барагозин ощутимо занервничал. Он внезапно перестал быть хозяином положения. И в брюхе собственной машины, среди дорогущей аппаратуры стал крошечным, маленьким и совсем потерянным. Пока живым и не искалеченным, но это пока… Отрадно, что киборг это понимал.

– Цена вопроса? – очень холодно повторил я.

– Я не буду этого делать, ваше благородие, – тихо, но решительно произнёс он.

– Он убил очень хорошего человека, – без тени эмоций продолжал я. Хакер нервно облизал губы. О, как ему хотелось быть сейчас совсем в другом месте. Перед ним стоял вроде бы подросток, но сейчас внешность никого не обманывала. Сейчас он видел во мне того, кем я являлся. Будто бы за моим относительно худым телом вырос повелитель потустороннего мира и расправил гигантские кожаные крылья.

– Я уверен, что он убил очень много хороших людей, – Барагозину следовало отдать должное в способности стоять на своём. Несмотря ни на что упорствует. – Это трагично. Но в эту клоаку в здравом уме никто не полезет, ваше благородие. Сочувствую, но ничем помочь не могу. Забудьте. Отойдите в сторону. Это не тот человек, с которым можно связываться. Иногда надо закрыть глаза, ваше благородие.

Можно выпотрошить его личность. Заставить влезть в сеть и держать распадающийся контур, пока чёртов киборг не нароет мне информацию. Но это сработает только если он действительно что-то найдёт. И даже при успехе… Такой поступок с моей стороны неразумен и чрезмерно эмоционален. Продиктован жаждой мести. Нехорошо. Выдыхай, Илья.

– Извините, я бессилен здесь, – немного жалобно признался Барагозин. Не такой уж ты и всемогущий прыщ, надо отметить.

Я молча вышел из машины на свежий воздух. Прикрыл глаза, соображая. Так. Не было печали, так Бека подогнали. Суровый дядька, получается. Но на любую хитрую задницу найдётся добрый пинок. Просто нужно отыскать точку приложения усилий.

Микроавтобус Барагозина покинул парковку. Хакер дал по газам, едва вывернул на главную дорогу. Ему определённо хотелось оказаться подальше отсюда.

Ну что, господин Бек… У тебя хорошая репутация. Теоретически я могу понять, почему тебя так боялся Свиридов, будучи дуэлянтом ранга Мастер. Но я-то не боюсь. Я найду, тоже мне, повелитель теневого мира.

Когда так сильно прячутся, значит чего-то и сами опасаются, раз лицом не светят. Ничего. Отыщем. Призраков не существует (Княгиня не в счёт). Следы Бека найдутся. Так или иначе, найдутся!

Домой я вернулся немного не в духе, но мои девочки прямо расстарались. У Лизы сегодня отменилось занятие и она осталась дома, а Вася оттуда и не уходила никуда. Когда я поднялся по ступеням и вошёл в дом, девчонки сидели за столом и играли в какую-то настольную игру.

Ну, хоть здесь всё неплохо. Может, подружились? Однако самое хорошее было дальше.

– Добрейшего вам вечерочка, дамы, – поприветствовал я их, и тут началось. Уже через минуту неодолимая женская сила в четыре руки усадила меня за стол, на котором появилась тарелка с горячим супом, на плите застучала сковородка и потянуло разогреваемым мясом. Нарядные красавицы суетились, но при этом, удивительно, друг другу совсем не мешали. Скорее дополняли.

На душе стало всё-таки посветлее, в желудке посытнее. Ещё бы Княгиню сюда… Давно её нет. По каналу струилась энергия, а значит всё хорошо у моего супер-разведчика. Просто… До Ростова отсюда путь неблизкий, а ещё и с моей задачей, найди то, не знаю что, и принеси. Бедняжка моя.

Девчонки трещали без умолка, будто оказавшиеся на одной волне. Я старательно улыбался, слушая их, но думал совсем о другом. Думал я о номере на визитке от Анфисы Бабушкиной. Вряд ли мне получится выйти на Бека через приёмщика кровомантского барахла, но всё-таки… Всё-таки это тоже вариант.

И я собирался использовать все возможности. Но уже завтра, ибо сил моих больше. Перед сном я заглянул на чердак, где в планшете плакала очередная жертва очередного монстра. Рррупи же счастливо урчал. Какой странный у меня ребетёнок завёлся, конечно. Ну, ладно. Он накормлен, он в сухости и тепле, он доволен. Чего ещё желать?

Приняв душ (а в этом деревенском доме он даже не был во дворе из кадки, а натурально в отдельной комнате и с горячей водой), я плюхнулся в чистую постель. Закрыл глаза. На минуточку. Всего лишь на минуточку.

Телефон зазвонил так резко и внезапно, что другой человек бы подпрыгнул от неожиданности.

– Доброй ночи, – тихо сказал я вцепившись в трубку и пытаясь её придушить. Язык еле шевелился. Сознание ещё цеплялось за сон.

– Илья Александрович? Это Исаак Моисеевич Вольтке. Доброго вам утра.

Я покосился на зашторенное окно. И правда, из-под шторы пробивался свет. Ничего себе меня срубило вчера.

– Ладно. Пусть будет по-вашему. Доброго утра, – я говорил приглушённо, потому что рядом посапывала улыбающаяся Лиза. – Минутку.

Выйдя в столовую, я прикрыл за собою дверь:

– Слушаю вас, Исаак Моисеевич.

– Простите за столь ранний звонок. Но дело не терпит отлагательств.

Я многозначительно угукнул в трубку. Что там еще за новости?

– Мне бы хотелось встретиться с вами лично. Разговор предстоит конфиденциальный, и может затронуть очень важный для вас аспект.

– Когда, где?

Я прижал трубку к плечу, одеваясь.

– Я подъеду куда угодно. В любой момент.

– Всё настолько «не терпит отлагательств»? – удивился я.

– Илья, поверьте, это совершенно не телефонный разговор.

– Церковь в центре Посадниково, – так, на часах девять ноль три. – В девять тридцать. Успеете?

– Уже в дороге, Илья Александрович. До встречи.

Ой какие мы серьёзные с утра. Одевшись, я заглянул в сковородку на плите, подцепил оттуда кусочек румяной жареной картошки, отправил в рот. М-м-м. Да, вчера был пир. Не знаю, по какому поводу. Что-то девчонки задумали. А я взял и вырубился. Всю малину им испортил, наверное.

Но что поделать, дела…

Когда я пришёл к церкви Посадниково, по озёрной глади ещё струился утренний туман. Дорогая машина адвоката всея Пушкинских Гор уже красовалась на парковке. Я подошёл к ней со стаканчиком свежекупленого кофе, но даже не успел постучать в затонированное окошко, как Исаак Моисеевич выбрался наружу.

– Илья Александрович, хорошо выглядите! —расплылся в улыбке он.

– Надеюсь, вы сегодня без договоров на заём? – подмигнул ему я.

– Кто старое помянет, Илья Александрович, тому глаз, как говорят, вон. Простите уж вы старика за ту историю. Очень могло выгодное выйти дельце. Клянусь, больше не попытаюсь вас обхитрить, – выглядел он и правда раскаивающимся.

– Вы хотели поговорить, – решил уйти я от темы. Доверия ему ноль.

– Конечно. Хорошее утро для променада, – он приглашающе указал мне на набережную идущую вдоль озера. Пустая дорожка, с воды тянет приятной свежестью. Посёлок уже проснулся, но все спешат по делам, а не на праздное шатание вдоль деревянных перил. Здесь нам никто не помешает.

– Вчера вечером я разговаривал с человеком, чьими услугами мы оба пользуемся, – сказал он, когда мы прошли несколько десятков шагов, удалившись от машины адвоката.

– С Барагозиным?

– С ним, – глаза Вольтке просканировали окрестности, будто бы имя могло вызвать лишние вопросы. – Он рассказал о вашей проблеме.

– Я думал, наше общение это наше общение.

– Обычно так и есть, но вы затронули очень проблемное место. Когда дело касается господина Бека, то… Лучше перебдеть, знаете ли.

– Вы что-то о нём знаете? – заинтересовался я.

– Поэтому мы здесь, Илья. Да, кое-что я знаю. Мои связи обширны. Возраст позволяет использовать некоторые преимущества. Хоть что-то кроме букета болезней, знаете ли.

Я хмыкнул. Давай, старый лис, давай! Ближе к делу.

– Но как вы понимаете, цена этому знанию предельно высокая.

– Внимательно слушаю вас.

Он остановился, снова осмотрелся. Затем облокотился на поручни, глядя на туман озера.

– Услуга за услугу, Илья Александрович. У меня здесь есть некоторые вложения. Некоторые идеи. Планы, так сказать. Никогда не знаешь, что подвернётся, верно? Всегда надо быть начеку.

Много общих слов. Но я терпеливо ждал.

– Помните, я просил у вас услугу?

Я кивнул.

– Давайте так, – он достал очки, протёр их и нацепил на нос. Повернулся ко мне. – То, что я хочу попросить, сделать сложно. Но мне кажется, что и вы в ваших поисках за ценой не постоите, верно? Я слышал про покушение на вас и про убийство нового урядника.

– Его звали Михаил Семёнович Дворкин, – напомнил я.

– Неважно, Илья. Неважно…

– Важно, Исаак Моисеевич. Очень важно. Для меня.

Адвокат изумлённо посмотрел мне в глаза и запнулся.

– П… Простите. Не знал, что вы были близки. Он ведь только недавно сюда перевёлся. Простите, Илья. Хорошо, давайте к делу. Вряд ли нас здесь кто подслушает, поэтому буду говорить прямо.

Он откашлялся:

– Хочу быть с вами честным. Вы ведь помните, что должны мне небольшую услугу?

Я кивнул. Суетится адвокат, слишком нервничает и мне это не нравится.

– Так вот… Если вы сделаете то, что я попрошу, то будем считать что эта услуга вами оказана. Так как я хочу многого, то не стану от вас требовать её исполнения. Просто закроем этот долг, и в дополнение я отдам вам личность господина Бека. На мой взгляд это сделка века, не меньше.

Очень долго ходит кругами. Я посмотрел на часы:

– Хватит тянуть, Исаак Моисеевич. Что вы от меня хотите-то?

– Я хочу закрытия зоны. Ничего сложного. Просто закрытия зоны.

– Номер? – слишком легко звучит, когда такие просьбы возникают, у них там точно второе дно находится, куда гору Эверест запихать можно.

– Р-21–103, – заучено ответил адвокат.

Я достал телефон, открыл сайт с информацией. Прочитал описание. Вот оно как, господин Вольтке…

– Вы просите закрыть ресурсную зону? – мягко поинтересовался я.

Вольтке даже не улыбнулся. Теперь это был волк на охоте. Взгляд холодный, оценивающий.

– Да, Илья Александрович. Именно так. Мне нужно закрыть ресурсную зону. Вам это вполне по силам.

– За такое отвечают головой, Исаак Моисеевич. Могут и дара лишить, – покачал головой я.

– Разумеется, мне это известно. Со своей стороны, если дойдёт до суда, могу предложить свои услуги по защите ваших интересов. Безвозмездно, разумеется. Но мне кажется, вы способны разрешить мои сложности и без привлечения закона. Мне кажется, вы не так уж и просты, каким должен быть семнадцатилетний юноша из интерната.

– На что вы намекаете, Исаак Моисеевич? – поднял бровь я.

– На то что таких талантов мне встречать не доводилось. Исключительно на это. Итак, вот какая у нас получается сделка. Бек и ваш долг по услуге против Зоны. Вам нужно время на подумать?

Очень он торопится. И, главное, никак не предостерегает. Дедушке всё равно что со мною будет. Ищу смерти мол, значит найду. Его задача получить из этого профит. Кто в итоге уцелеет его не сильно интересует.

– Зачем вам это, Исаак Моисеевич?

– В другой момент я бы ответил вам, что это моё персональное дело. Но в текущих обстоятельствах и понимая ваши риски… Я вложился в не недвижимость, скажем так. Большие земельные участки, которые заблокированы этой зоной.

Я хмыкнул:

– Насколько я помню, землями владеть могут только дворяне. Продавать и покупать их тоже могут только они.

– Вы хорошо осведомлены. Но я адвокат, а значит законы знаю. Может быть даже получше вас, – потер ладонями Вольтке. Глаза хитрющие, но холодные. – И я хорошо понимаю, где и что нужно учесть в том или ином случае. Мы же не будем сейчас это обсуждать? Вы спросили, я ответил.

Наверное, та попытка Исаака Моисеевича перехватить у меня земли Феоклистова также была частью какой-то аферы местного знатока законов.

– Вы только вступаете во взрослую жизнь, Илья Александрович, имея то, чего я пытаюсь добиться десятилетиями. Правила общества жестоки, но везде есть лазейки. Ради того, чтобы получить то, что мне нужно, я готов рискнуть и сдать вам Бека. Я хочу чтобы мои внуки росли в мире одарённых, а не за его пределами. Вам не понять. Все ваши достижения это правильный состав крови при рождении.

Ути какие мы завистливые. Но кое в чём Вольтке ошибся: я прекрасно понимал как удобно быть дворянином. Но и вне клановых интриг люди вполне себе счастливо живут. Примеров масса.

– Вы предлагаете мне пойти против закона, – покачал головой я.

Адвокат притворно вздохнул, но ничего не ответил.

– У меня есть предложение лучше, – я приблизился к старику, положил руку ему на плечо. Понизил голос, чтобы он внимательнее слушал: – Я могу сделать так, что вы сами всё расскажете. Почему бы мне так и не поступить? Зачем мне вставать вне закона?

– Позвольте, – он осторожно коснулся своего воротника, затем подцепил тесную цепочку на шее, из-под рубахи показался цилиндр амулета. – Мне терять нечего. Если вы решите меня пытать, оно лопнет. Смерть моя будет безболезненной и быстрой. Если вы попытаетесь это снять, оно лопнет. Если вы попытаетесь сделать со мною хоть что-то… Оно лопнет.

Проклятье.

– Штольц?

Вольтке откровенно удивился, но быстро справился с собой.

– Это неважно, Илья. Отпустите меня, пожалуйста.

Я разжал пальцы.

– Спасибо, – фальшиво улыбнулся адвокат. – Понимаю ваше негодование. Но если я предлагаю сделку, то рассматриваю разные варианты.

Мимо пролетел молодой парень на велосипеде. Удивился, наверное, странно застывшим на набережной двум людям: нескладному юноше и побитому временем старику, глядящих друг на друга с оскалами затаившихся хищников.

– Оставлю вас поразмыслить, Илья. Мой номер вы знаете, – наконец промолвил Вольтке. Поклонился слегка и направился к ожидавшей его машине.

Я проводил его взглядом. Ну что… Ещё один вариант выхода на Бека у меня есть. Тот, который втайне и не провернёшь. Со всех сторон будет клин. Если закрою ресурсную зону, то сигнатура останется и это конец для моей карьеры. Сигнатуру ведь не спрячешь при убийстве портального демона. Первый же патруль церковников определит, кто лишил уезд ресурсов.

И тогда… Я сразу же становлюсь вне закона. Вроде бы не так уж и страшно, справлюсь. Но сейчас мне надо оставаться в правовом поле. На ранге ученик такие дерзкие выходки не прощаются, как бы мне не хотелось выцепить Бека.

Вот только, что если нет уже выбора у бедного Илюшки? Криминальный король с меня не слезет, это и ежу ясно. Да и мне не хочется забывать про ублюдка. Тут уже личное.

Однако всё это работает только при условии, что Вольтке не врёт. И этому старому хитрецу веры немного, если честно. С другой стороны… Я улыбнулся. Кое-какая мысль у меня возникла. Что там по часам?

Да какая разница!

Я заскочил в кофейню у церкви, перекинулся парой шуток с юной девушкой, чем поднял настроение и себе и ей. Потом устроился на лавочке набережной и, глядя на туман, с удовольствием приговорил два больших круассана, щедро откормив крошками воробьёв.

Когда колокола на церкви зазвонили, я поднялся, отряхнулся и отправился домой.

Может быть, Мордард не просто так появился в моей жизни. Бывают очень судьбоносные совпадения.

Потому что… Ну, будем честны сами с собой, если я не могу закрыть эту зону, то, может быть, мне получится сделать это чужими руками?

Например, руками одного Князя Падали, а?

Хотя это я, наверное, слишком далеко забегаю. Щедро кромсаю здоровенную шкуру неубитого медведя, что плохо. Сначала надо понять, что демону от меня надо. Для этого нужно пообщаться. Хотя бы пообщаться.

А там посмотрим что выйдет.

И ещё. Серебряная зона. Я ведь так её и не закрыл. Думаю, наша команда к этому готова. Во-первых, потому что чем дальше мы будем копаться, тем сильнее разрастётся тамошнее гнездо. Во-вторых, повышать ранг проще всего перехватывая энергию закрытых зон. И пусть господин Гордеев чётко дал понять, что спешка здесь не нужна, то вынужден возразить действием.

Потому что лично мне эта спешка очень даже требуется.

Глава 11

Над даром Васи ещё требовалось поработать. Контур менялся, ощутимо менялся, но пока без финального результата. Так что я не отказал себе в удовольствии по возвращении домой продолжить работу в нужном направлении. Совместил приятное, так сказать, с полезным, и теперь лежал в кровати рядом с запыхавшейся ведьмой, и чувствовал, как быстро-быстро колотится сердечко Василисы. Милое ощущение.

– Он знает? – спросил я девушку.

Та не стала играть в игру «о чём ты, о ком ты», и сразу же замотала головой, приняв максимально серьёзное выражение лица. «Им» в наших разговорах мог быть только Мордард.

– Хорошо. Мне надо с ним встретиться, – сказал я.

Она села в кровати, натянув на себя одеяло. Лицо встревоженное такое. Как мило. Переживать начала? Очень своевременно.

Я ни на минуту не забывал, что она хотела со мною сделать. И сделала бы, не будь я параноиком. Интересно, правда, каким оказался бы результат, сойдись в бою её чары порабощения и мои. Будь у меня возможность всё отмотать назад, то обязательно бы попробовал. Чьё, скажем так, искусство искуснее!

– Это может быть опасно, – встревоженно сказала Вася. – Он боится тебя. Если он поймёт, что ты… Что я…

В глазах ведьмы появились слёзы, и через миг она уже всхлипывала у меня на груди:

– Что я наделала. Что я наделала. Нет мне прощения.

Я закатил глаза, мягко отстранил Василису, заглядывая ей в лицо, и тихо сказал:

– Мне надо с ним встретиться. Придумай что-нибудь.

Она торопливо закивала, вытирая слёзы, а затем беспокойно заёрзала.

– Но… Как вы встретитесь⁈ Он же бездушный! Если он войдёт в портал, то Первая Церковь сразу же поднимет тревогу. А если ты, то тогда сам потеряешь душу.

– Начни, пожалуй, с самой встречи, ладно? Детали мы обсудим когда придёт время.

Я выбрался из кровати, оделся и отправился в столовую. Неспешно подошёл к окну, ступая босыми ногами по тёплым доскам. Солнце пробивалось через занавеску, причудливо окрашивая стол с неизменной белой скатертью. Подхватив чашку остывшего чая, я сделал большой глоток. Поморщился. Ну, такое себе. Надо было разогреть. А ещё лучше заварить свежий!

В столовую, кутаясь в простыню, впорхнула Вася. Хлопнул дверцей холодильник. И тут же открылась дверь в мою спальню. На пороге появилась заспанная Лиза в чёрной сорочке на ещё горячее со сна тело. Улыбнулась мило и торопливо пробежалась на цыпочках в сторону ванной. Соня. Уже столько дел переделано, а она только встала!

Когда на сковороде зашкворчала яичница, Лиза вернулась из душа. Чмокнула меня в шею:

– Ты вчера быстро уснул и пропустил сюрприз.

– Ммм? – не отводя взгляда от сада отреагировал я.

– Раз проспал, то проспал, – загадочно подмигнула мне Лиза. Танцующей походкой дошла до двери и скрылась в спальне.

– Что за сюрприз? – не понял я.

Вася покраснела, увлечённо орудуя деревянной лопаткой и перемешивая яйца.

– Всему своё время, – бросила она мне взгляд через плечо. – Ты всё когда-нибудь узнаешь.

– Вы с Лизой, смотрю, нашли общий язык?

– Это легко, когда есть общий интерес, – с намёком произнесла Василиса.

Я поставил кружку на стол, и тут ведьма встревоженно ахнула. Обернулась ко мне:

– Кто-то активировал мои ловушки на заднем дворе!

Она быстро подошла к кухонному шкафу, высыпала на пол несколько соломенных фигурок. Схватила одну из них и швырнула прямо на конфорку газовой плиты. Пламя взвилось к потолку, и снаружи раздался вопль боли. Проклятье, а мои сигнальные ловушки молчали!

Бах-бах-бах, словно в насмешку сработали они на дорожке за забором. Разноцветные магические фейерверки взлетели над деревьями, такие праздничные и яркие даже в дневном освещении, но совсем неуместные в такой ситуации. Так, это уже другая сторона дома. Нас брали с двух сторон.

С шипением и гулкими хлопками во дворе перед домом разорвалось несколько дымовых шашек. Вот какое у нас утро начинается-то.

– Они повсюду! – закричала Вася. Слева и справа со звоном разбитого стекла вспыхнули осколками высаженные окна, и внутрь, крутясь, залетело по гранате. Я выставил перед собой щит, прикрывая себя и полуголую ведьму. Магия налилась огнём, поглощая вспышки света. Ага, нас хотели вырубить, а не убивать.

Большая ошибка.

Сразу после взрывов слетела с петель главная дверь, и тут же с воем боли ворвавшиеся в дом штурмовики попадали на пол из-за сработавшей ловушки. Ещё одного затянуло к потолку, переламывая конечности и спрессовывая в один мясной комок. Это был эксперимент, никак не ожидал, что он сработает.

В оконных проёмах, как в компьютерной игре, появилось по бронированной фигуре. Я швырнул в одну из них раскалённую сковородку, а во вторую ускоренный кухонный нож. Боевики вышли из боя не успев в него толком ввязаться.

– Лиза в подвал! – заорал я, надеясь что девушка услышит. – Вася, за ней!

Дождавшись торопливого кивка, я рыбкой нырнул в выбитое окно. Ещё одно моё жильё накрыли, скоты! Ну сами напросились. На чердаке завыли, преображаясь, сторожевые псы. Задача у них была простая, как раз на такие ситуации. В целом нам бы просто затаиться, пока големы наводят порядок, но во мне накопилось уж слишком много нереализованной злобы.

Несколько троек подходили к дому с парадного входа. Видимо, это уже резервы. В рядах нападавших царила неразбериха. Кто-то орал в рацию, и эта рация хрипела на телах группы вошедшей через парадное крыльцо.

«Демоны! Демоны» – вторил ей кто-то на резервном канале, и с заднего двора доносился жуткий вой и крики боли.

Сюда пригнали целую армию. Но неодарённую, и с приказом не убивать. Очень большая ошибка. Нельзя так ко мне выходить. Я вылетел из дома уже накаченный силой и буквально разорвал ближайшую тройку. Перепрыгнул бронированных бойцов, двигающихся за плечистым щитником. Увидел, как запрокидываются головы в шлемах, провожающие меня ошарашенными взглядами, оказался за спинами бедолаг и в несколько ударов переломал ноги штурмовикам, наслаждаясь хрустом костей и воплями боли. Выдрал полицейский щит из ослабевших рук последнего. С размаху вырубил его ударом по голове.

Что у них в руках такое? Дубинки с красным свечением? Это парализаторы⁈ Не, ребята. Вы действительно совершили много ошибок сегодня. В меня стрелять надо. А лучше бы обработать дом из гранатомётов часа в три ночи!

Дымовые шашки штурмовикам скорее мешали, чем помогали. Они хотели под их укрытием подойти к дому, а в итоге среди едкого тумана встретились со мною. Босым, в расстёгнутой рубахе, и очень злым.

Ко второй тройке я вышел во фланг, раскидав бойцов ударом щита. Меня и не заметили толком. Идущий левым боец только голову повернул, среагировав на движение в дыму. Простая добыча. Убивать я не торопился. Зато легко калечил, ломая ноги и руки.

– Он здесь! Он здесь! – истерично заорал кто-то в дыму. – Он здесь!

– А-а-а-а! – ревел от боли кто-то из тех, кого я уже поломал на проходе.

– Там две тёлки и всё. Он в дымах уже!

– Заходи, Барс! Нахрен тёлок! – в шуме боя протрещала рация. Я выдернул её владельца, взяв за горло, рванул на себя, а затем с размаху приложил о землю. От дома раздался ещё один взрыв.

– Пошли-пошли-пошли!

Я рванулся назад к дому. Как-то одну группу проворонил, получается! Точно, окно в нашу с Лизой спальню!

Однако моя девочка хорошо училась. Пусть даже, наверное, с таким талантом особо ничего учить и не надо. Расслабься, выпусти электричество и получай удовольствие. Штурмующую спальню группу встретил голубой свет, и к воплям боли добавились новые. В едкую смесь дымов вплелись нотки горелого мяса.

Я даже не стал заходить внутрь, видя сплавленную груду тел, оставшихся от нападавших.

– Я же сказал в подвал! – гаркнул я Лизе. Та торчала в люке, полуголая, глаза сверкают, но на мой крик девушка отреагировала сразу. Крышка захлопнулась.

С крыши спрыгнул один из моих псов. Тварь с истеричным лаем набросилась на ползущего от дома бойца, вцепилась в него зубами и принялась мотать из стороны в сторону. Здоровенный мужик в один миг превратился в тряпичную куклу, безвольно размахивая руками и ногами.

Из-за забора высунулся штурмовик с трубой на плече. Фффуух. Граната вошла в моего питомца, и я бросился в укрытие. Над головой по стене дома что-то застучало. Кусок плоти шлёпнулся совсем рядом.

– Лёва чисто! Лёва чисто! У меня двое осталось! Всё! Бат? Бат⁈ – орала лежащая неподалёку от меня рация. – Бат ответь!

Я перепрыгнул забор позади гранатомётчика, который уже готовил второй выстрел. Хлопнул его по плечу, и когда солдат обернулся, вырубил его прямым в челюсть. Встряхнул руку. Сдернул с разгрузки рацию.

– Бат ответь! – взывал по ней Лёва. – Тут магическое говно было. Теперь чисто.

– Говорит Бат, откатывайся. Я захожу.

И где этот Бат?

– Принял! – с заметным облегчением ответил Лёва.

Резко наступила тишина. Пахло порохом, гарью, шашлыком. Аж глаза слезились от таких ароматов. Ой не к добру это всё. Надо забирать девчонок и валить. Я снова перебрался через забор, пригибаясь. Дым уже рассеивался, меня можно легко увидеть отовсюду.

– Лучше остановись, – сказали из дома. Человек в деловом костюме стоял у стола, где ещё недавно я пил чай, и смотрел на меня в высаженное окно. Бледный, ужасно бледный. Тонкая улыбка. Русые волосы, собранные в длинный хвост. И красные белки глаз. Вот что важно, Илюша. Не улыбка, не волосы. А именно что глаза.

Я медленно выпрямился. Смысла красться уже нет. В доме, который ещё несколько часов был моим пристанищем, стоял кровомант. Сзади послышался хруст ветки. Твою ж бабушку. Ещё один. Тоже в костюме, но этот загорелый, улыбчивый, вот только тоже доверху накаченный дурной школой. После такой бойни было бы странно оставить бойцов тайной школы без допинга. Чёрт.

– Прими свою участь, – продолжил бледный. Он ловко выпрыгнул из окна на клумбу, поправил галстук. Ох ты ж ёжкина кошка, у него вокруг рук кровавый ореол кружился.

С неба пафосно спускался третий кровомант. Полы его плаща трепал ветер. Так, с тремя я точно уже не справлюсь.

– Господин Бек хочет тебя живым. Ты доставил ему неприятности, – сказал бледный.

Плащ опустился на землю, остановился над телом одного из солдат. Поднял руку, и лежащий на земле подранный моей псиной боец застонал от боли. Сотни тонких кровяных линий протянулись от него к пальцам чародея. Через несколько секунд павший обмяк, а Плащ сыто улыбнулся.

Они накачены кровью до макушки.

– Вам надо было сразу выходить, чего время теряли? – буркнул я.

– Ты слишком хорош для обычного детёныша, – сказал загорелый. Они меня окружили. Вырваться не получится. За плавными расслабленными движениями скрывалась лютая мощь. Тут рангами не определить. Кровоманты за пределами таких условностей, особенно, когда уже вкусили крови. У меня нет шансов.

– Ты можешь сопротивляться, если хочешь, – произнёс бледный. – Это ничего не изменит.

– Да? – улыбнулся я. Противопоставить мне им и правда нечего. Руки пустые. Из кармана ничего не успею вытащить. Остаётся только на волевых действовать. Ну, почти.

– Мы должны доставить тебя живым, – продолжил бледный. – Но не обязательно целым.

– Достаточно будет тушки с головой. Без рук, без ног, – улыбнулся загорелый.

– Дай нам повод, – сказал плащ. – Умоляю.

Я увидел шевеление на земле за ним и поднял руки, отвлекая внимание:

– Как-то не очень меня воодушевляет такая просьба. Мне мои конечности ещё дороги.

– Они тебе всё равно не понадобятся, когда тебя увидит Бек. Ты очень расстроил господина, – поморщился плащ.

– Он крайне недоволен, – поддержал его бледный.

– И ты будешь недоволен, – вставил загорелый. Экие вы, братья-кровоманты, затейники. Репетировали такую манеру общения?

За спиной бледного из небытия поднимался один из призванных мною псов, разорванная плоть стекалась к нему, собирая монстра из окровавленных кусочков. Увидеть его мог только загорелый, но я и Плащ мешали его обзору.

На крыше появился ещё один голем. Он скалился, и с клыков стекала кровавая пена. Вот этого уже грех не заметить

– Бат, сзади! – вдруг сказал загорелый. Бледный повернулся, с интересом уставился на возрождение мертвеца. Чёрт. Кровомант вытянул руку, и алое облако накрыло пса, раздирая плоть и превращая её в кровавую взвесь.

– Он был мёртв. Как и те, на той стороне. Что за…

И тут с крыши на них прыгнули остальные големы. Один из них сбил с ног Плаща, и тот покатился по земле, пытаясь сбросить с себя рычащего монстра. Тот же перекусил его тело и рвал из стороны в сторону, утробно рыча. Остальные отвлекли на себя кровомантов, и я ринулся назад, к забору. А когда перепрыгивал его, то на миг обернулся. Бледный потрошил пса, загрызшего их товарища. Ничего-ничего. Сейчас.

Когда я высунулся в следующий раз, через пару секунд, Бледный увидел меня сразу, Взгляд бешенный, объятый яростью. Вот только она сменилась страхом, когда я навёл на него трубу гранатомёта.

Шшшшух. Снаряд с дымным следом врезался в кровоманта, поглотив того во вспышке пламени, а я откинул в сторону бесполезную трубу. Снова бросился в сторону. В удачу я не верил. Такое оружие никакого вреда кровоманту не причинит. Эти ребята с подобным должны разбираться влёт. Однако судя по тому что Плаща успешно загрыз мой голем – и на старуху бывает проруха.

– Иди сюда, малец! – прокричал бледный. Уже без лени в голосе, уже с яростью. – Иди сюда!

Ему ответил вой. Псы снова оживали.

– Какого демона⁈ Что это? – воскликнул загорелый. – Что это, Бат⁈

Рррупи заслужил дополнительную подписку на какую-нибудь библиотеку самых страшных ужасов на свете. Красавец.