Текст книги ""Фантастика 2024-150". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Юрий Погуляй

Вокруг кипел бой. С каждым мигом на нас скатывались всё новые слуги местного Князя Падали. Под ударами пал Волчок. Я видел, как удар клевца проломил ему череп. Чернышка в рифлёных рыцарских доспехах визжал от боли, сдирая с себя оплавляющийся металл. Чародей, бьющий в нас с башни, торжествовал недолго. Печенька оттолкнулся от земли и каменной глыбой, пущенной из катапульты, долетел до него. Схватился за край зубца, перевалился через него и могучим ударом отправил чародея в полёт.

– Где разрыв⁈ – взвыл Мордард. Тот безымянный бездушный с хрипом болтал ногами, поднимаясь над площадью на копье. Пронзивший его гигант стряхнул тело с оружия, но почти сразу же получил удар в горло от Грайбая.

Вокруг творился сущий ад. Мне очень хотелось задать тот же вопрос, что и Мордард! Я чувствовал связь с големом. Но где он⁈ Где?

Чёрный зев распахнулся совсем рядом с нами. Дружина местного Князя прыснула в рассыпную, опасаясь выброса магии, а мы, наоборот, устремились к нему.

– Рррупи, не отставай! Не отставай! Прыгай внутрь!

Здесь я Фея Смерти не увижу. Серый мир для него как вода для рыбы, и как шапка-невидимка.

В чёрный зев портала я не вошёл, а впрыгнул. И тут же ударился о запертую дверь. Успел прикрыться щитом, когда следом ворвался Пузатик и мною вышиб эту самую дверь. Я грохнулся на дорогой мраморный пол, повредив левую кисть, но уже через секунду стоял у портала, где покачивался мой «буравчик». Слабый хранитель блаженно улыбался, не открывая глаз, а я считал демонов, влетающих в портал один за другим.

Последним снова шёл Мордард.

– Все? —гаркнул я ему. Мельком отметил, что Змей и Рррупи тоже тут.

– Все!

К нам из крепости Игнумца полезли демоны враждебного Князя Падали. Одного тут же разорвала Сестричка, второй опрокинул на спину Ядовитика, пытаясь дотянуться до горла лежащего. Это надо прекращать.

Я одним ударом снёс голову своему «буравчику», закрывая портал. Чёрное зеркало вытянулось в вертикальную линию, и захлопнулось, отрезав рога следующего вражеского демона. Обрубки весело упали к моим ногам, на дорогущий пол дворца. С Ядовитика стащили сопротивляющегося противника и оперативно обезглавили.

Тишина после схватки получилась просто оглушающей. Но это ненадолго. Сейчас здесь будет вся королевская рать. Значит нужно торопиться.

Глава 14

Зимний дворец. Санкт-Петербург

Князь Разумовский ненавидел перемены, пусть и принимал их. Предательство Беса многое изменило. Единственный человек вне рода, которому Александр доверял и никак не ожидал измены.

Потому что Родионовы служили Разумовским всегда. Их предводители отвозили своих детей на остров к Вечной Ведьме и те, обретя лояльность роду с пелёнок, подрастали, обзаводились наследниками и уже сами отправляли отпрысков на обработку. Это считалось традицией, ритуалом близости. Туда везли и жён, и мужей, если у Родионовых рождалась девочка, и её удавалось хорошо пристроить в нужную семью.

Так было всегда. И нападение Беса… Оно обрушило устоявшийся порядок вещей. Теперь нельзя верить даже тем, кто прошёл через руки Вечной Ведьмы.

Он ещё раз вспомнил тот момент, когда взъерошенный чародей пришёл к нему на встречу. Это было здесь, в тронном зале. Александр сидел на престоле, когда двери распахнулись, и Родионов в своём истинном облике ворвался внутрь, а в коридоре за спиной Беса лежали убитые телохранители Разумовского. Мятежник не пощадил никого из них, совсем потеряв разум.

Ненависть Беса оказалась столь сильна, что атаковал он сразу, с порога. С проклятьями, с обвинениями в адрес рода Разумовских. Раб сбросил цепи и почувствовал вкус свободы. Это как отведавший человеческого мяса медведь из обычного хозяина лесов превращается в кровожадного убийцу. Мда… Если бы не имперская защита, отсекающая чары по периметру пьедестала, то дни Разумовского закончились бы на том самом месте.

Родионов изначально повёл себя глупо. Эмоции часто превращают мудрецов в неразумные ничтожества… Будь Бес сдержаннее, то сунул бы стилет в сердце бывшему хозяину со спины и всё. Никакая бы защита не спасла. Хорошо, что случилось так, как случилось.

Ну и отдельно хорошо, что Рассказов принял предложение князя и согласился лично прибыть во дворец и обеспечить дополнительную безопасность Временному Правительству. Именно он, Верховный Маг Российской Империи и уничтожил мятежного чародея. Схватка была короткой. Да что сказать, её толком и не было. Бес пытался добраться до Разумовского, и атаку Рассказова просто пропустил. Останки чародея до сих пор не отмыли от пола…

Он посмотрел на пятно ещё раз. Вздохнул. Бес был полезен. Бес был хорош. И гнев Беса можно было понять, поэтому никто и никогда не давал Родионовым свободы! Тот, кто любит не по своей воле, очень сильно расстраивается, когда понимает, что это были не его эмоции, не его чувства.

Откуда росли ноги внезапного прозрения гадать не нужно. Ублюдок Романова и Оксаны смог перепрошить верного пса Разумовских. Удивительный факт. Этот паршивец становится костью в горле. Интересно, он сам смог справиться с Бесом? Нет, сильно вряд ли что сам. Ему, определённо, помогал кто-то из могущественных одарённых. Но кто?

Этого он пока не знал. Слишком много дел навалилось. Председателю Временного Правительства хватает работы в новой Российской Империи. Земское собрание уже было объявлено, и прежде чем семьи благородных выберут достойного правителя, необходимо много свершить. Со многими поговорить. Кому-то помочь, кого-то припугнуть. Операция на Урале тоже требовала внимания и шла не так легко, как хотелось бы. 46 отдельная механизированная бригада полностью перешла на сторону Первой Церкви. Батальон одарённых дезертировал, отказавшись выполнять приказ по зачистке взятого городка, и из-за этого отряд церковников контратакой в пух и прах разгромил простолюдинов. В Таврической губернии местный князь умудрился собрать народное ополчение, и его полностью поддержали как полицейские силы, так и некоторые расквартированные по землям части. Никто пока не поднимал оружие против кого-либо, но приказ о низложении святого ордена выполнять отказывались.

Удачная работа военно-воздушных сил по центрам Первой Церкви как-то сглаживала картину, да ещё и камчатский князь был успешно устранён во время переговоров с представителями Соединённых Штатов. Вместе с этим самым представителем. Плюс утихло негодование в Саянах, где с местным князем пообщались специально посланные Разумовским люди во главе с Олегом Разумовским, его старшим сыном.

Но при этих малых победах главе Временного Правительства всё равно не удавалось отделаться от ощущения, что власть ему не даётся. Проклятые святоши… Слишком глубоко запустили они корни в общество. Слишком крепко держатся. Скорее всего, им придётся дать какие-то поблажки на переговорах. Которые, несомненно, рано или поздно начнутся.

Сейчас же ему нужно обильно пролить кровью землю между государством и церковью. Чтобы в каждой семье был тот, кто потерял близкого во время столкновений. Только так можно выдрать набожную скверну из тела Империи!

Это приоритетная задача. Щенок же подождёт. И Разумовский о нём забывать никак не собирался. Просто сейчас есть дела поважнее. Сильно поважнее.

Дверь в покои, ведущие в тронный зал, распахнулись. Наружу выскочил седовласый Рассказов. Верховный Маг даже не посмотрел в сторону сидящего на престоле Разумовского. Повёл носом, словно учуявший добычу зверь. Неухоженная седая борода торчала клочками. Вид у Рассказова был совсем не презентабельный, но он мог себе позволить и такие причуды.

– Что-то не так. Там.

Он указал куда-то вглубь дворца, на запертые двери. Князь Разумовский мягко поднялся с трона. Рассказов же забормотал что-то торопливо, а затем выкрикнул:

– Что-то совсем не так! Я не узнаю источника!

Серая зона ударила по ушам. Звук сразу изменился, стены поблекли. Разумовский едва не слетел со ступеней, помотал головой. Всё вокруг померкло, краски ушли. Он изумлённо уставился на свою руку, увенчанную потерявшими цвета перстнями. Это сопряжение⁈ Здесь⁈

– Разрыв! Разрыв! – вскричал Рассказов. Он воздел на головой скрюченные пальцы, будто хотел соорудить что-то особенно угрожающее и смертоносное, да и кинуть куда-то в том направлении.

– Остановись, – одернул его Разумовский. – Это невозможно! Мы защищены от прокола из серого мира. Тут все стены в барьерах!

Старик посмотрел на него в гневе.

– Ты не понимаешь, глупец! Он открыт от нас в серый мир! Вся ваша хвалёная оборона бесполезна!

В коридорах послышался грохот, застучали сапоги охраны. Тронный зал наводнился секретной службой.

– Господин председатель, прошу за мною, – один из телохранителей попробовал направить князя к выходу, но Разумовский отмахнулся от него.

– Где он?

Охранник покорно отступил и отчитался.

– Локализован в Александровском зале, гвардия уже выдвинулась. Не волнуйтесь, ваше сиятельство!

– Я не волнуюсь! – почти процедил Разумовский. – Я совсем не волнуюсь!

Серость растворилась в буйстве красок, будто её и не было.

– Как видите, ваше сиятельство, проблема решена. Вторжение отбито.

– Чёрные. Чёрные! – закричал Рассказов. Старый безумец совсем не умел вести себя с людьми. Он даже одевался по-стариковски, хотя его мощи хватило бы на такие наряды, от цены которых глаза бы вытекали. Скандальный, вредный, не имеющий авторитетов чародей только чудом не оказался лишённым дара. Романов не рискнул выступать против него открыто, ограничившись ссылкой.

Ну, сам дурак.

Разумовский вышел из тронного зала в галерею, повернулся налево. Там уже началась стрельба, и в стенах Зимнего дворца впервые за века взревели голоса демонов. Чёрные… К ним пожаловали высшие формы серого мира. Бездушные.

– Разберись! – приказал он Рассказову. Тот сощурился, пошамкал тонкими губами, но не стал спорить. Коротко кивнул и поднялся в воздух, а затем быстро поплыл мимо полотнищ с военными победами русского оружия.

Рёв будто удалялся, да и крики людей становились всё тише. Разумовский взял телефон, набрал Баскова. Претендент должен быть где-то поблизости.

Одарённый взял трубку после первого гудка.

– Демоны в Александровском зале. Быстро туда. Возьми Носкова.

– Будет исполнено, ваше сиятельство, – ответил Претендент за спиной князя. Разумовский медленно развернулся к чародеям. Оба были здесь. Оба не улыбались. Но оба, он был уверен, подкрались не просто так.

– Никогда больше так не делай! Вперёд, помогите Рассказову!

– Слушаюсь! – кивнули оба, но спустя миг черноволосый Носков поднял руку и встревоженно обернулся. Следом за ним оглянулся и Басков.

– Портал в концертном зале, – изумлённо сказал он. – У нас ещё гости!

Это ещё кто⁈ Разумовский занервничал.

– Чего стоите? Марш туда! Ты!

Он нашарил взглядом начальника охраны.

– Всех сюда! Армию, гвардию, наёмников. Всех кого сможешь найти! Это не случайность! Вперёд!

* * *

Не всякий демон владеет даром. Чаще всего этим могут похвастаться бездушные, прошедшие из нашего мира в серый. Но иногда он просыпается и у рождённых по ту сторону реальности. Например, у таких как Мордард. Тогда демон становится действительно могущественным.

А обычные… Они хороши только в сером мире, где не работают законы цветного. Два-три пулеметчика решают вопрос с любым мастером рукопашного боя. Поэтому без прикрытия серого мира нам на рожон лезть не стоило, и всё решала именно скорость. Тайное хранилище располагалось (если верить Оладушкину) под Большой Церковью, и именно туда мы и направились, почти сразу встретив ожесточённое сопротивление. Коридор заливали свинцом так, словно патроны у охраны дворца были бесконечными. Пули рвали дорогие двери, выбивали целые куски из драгоценной лепнины на потолке или же кромсали мраморные полы. Грохот оружия смешивался с визгом рикошечащих пуль. Для того чтобы попасть к Большой Церкви, необходимо было миновать стол тщательно простреливаемый коридор. И миновать его с минимальными потерями.

– К стенам! Не лезьте! – заорал я, и почти сразу же в проём с рёвом выскочила Сестрёнка. Рык почти сразу же прекратился, и под градом смертельных снарядов демон попятилась назад, дёргаясь, а затем рухнула на пол и застыла. Ёжкина ж ты кошка, ну надо как-то себя беречь же. Получается какой-то бесполезно переводимый ресурс.

Змей, повинуясь моей команде, разогнался в длинном зале и вылетел по потолку в коридор. Оттуда сразу же донеслось несколько испуганных криков, сменившихся хрипом. Затем что-то бахнуло.

– Попал? Попал! – торжествовал кто-то в коридоре. – Что это за тварь, братцы?

Рррупи тут же заплясал с дудочкой, и через несколько секунд торжество охраны испарилось. Змей прикончил бойцов и с шипением устремился дальше.

– Пошли! – заорал я. – Бегом!

Первым пришлось бежать мне, удерживая наготове кинетический щит. Следом грациозно семенил Грайбай, держа клинки в вытянутых вдоль тела руках.

План дворца я выучил, и сейчас прорывался к нему, ведя за собою демонов. Дёрнул Княгиню, и та почти сразу же появилась рядом. Я скосил взгляд на неё и дождался кивка. Значит, Оладушкин вступает в дело. Претендент с посланниками Первой Церкви должен был поднять шум в другом конце зимнего дворца. Чтобы окончательно раздёргать местную охрану.

А мы тем временем рвались к нашей цели. Мордард в каждой комнате оставлял своих пособников, пока мы не выскочили в пышущий золотыми украшениями зал. Дверь за нами захлопнулась, и Грайбай Белый молча встал перед ними, готовый сдерживать нападение.

Мы остались впятером. Я, Мордард, Печенька, Ядоголот и Колотушка.

Где-то в коридорах зимнего дворца шнырял Змей, поражая охрану со стен, с пола, с потолка. Если пули настигали его, то через миг голем снова поднимался, продолжая атаку. Где-то в коридорах стояли в ожидании демоны Мордарда, готовые принести себя в жертву ради того, чтобы мы достигли своей цели.

– Здесь, – сказал я, оказавшись у приметной мозаики на полу. Покосился на множество украшений на стенах, одно из них приводит в действие механизм, надо теперь его найти и тогда…

Колотушка обрушил свою кувалду на пол, осколки брызнули в разные стороны. Один из них рассёк мне щеку.

– Ну, так тоже можно, – не стал спорить я. Гигант обрушивал своё орудие на пол раз за разом, и, наконец, проломил его, открыв нашим взорам чёрный зев. Расширив проход несколькими ударами, демон отступил, а я нырнул внутрь.

Здесь царила кромешная тьма, поэтому пришлось накачать зрение силой. На стенах проступили мёртвые светильники, а впереди показалась дверь в хранилище. От неё прямо веяло магией. Я остановился рядом с ней, прикрыл глаза, исследуя потоки. Мда… Снова придётся действовать грубо.

– Мордард! Давай сюда Колотушку. Пусть поработает.

Против лома нет приёма, как говорил кто-то в моей дружине. Если высокие материи не работают, то надо вмешиваться холодному железу. Выбравшись наружу, я остановился рядом с Грайбаем. Пусть пока работают земные материи.

– Рад видеть тебя здесь, – сказал я ему, вслушиваясь в шумы дворца. Стрельба прекратилась. Либо Змей всех перебил, во что я не поверю, иначе охрана здесь совсем никакая. Либо к нам приближалось что-то ещё. Что-то тихое.

Позади в пролом спрыгнул Колотушка, и вскоре молот застучал о преграду в тайную комнату.

– Рад видеть тебя живым, Душеед, – тихо откликнулся на моё приветствие Грайбай.

Белый не отрывал взгляда от двери, обратившись в статую. Дуэлянт даже не моргал, полностью сконцентрировавшись на моменте перед боем.

– Я хорошо обучил тебя? – спросил он. – Тогда, в будущем?

– Да, – сказал я. И не соврал. Ведь в последней дуэли именно мой клинок прервал жизнь учителя. Ритуальный поединок, которого я не хотел, но который должен был случиться.

– Рад.

Вдалеке послышался рык, перешедший в визг. Хлопнули двери. Потом ещё раз. Завыли через комнату от нас.

Дверь вдруг распахнулась, и мимо нас прошмыгнул Рррупи. Чёрная шкура дымилась. Испуганный демонёнок бросился ко мне и в один миг забрался на руки, прижавшись к телу. Ох, как же от него несло горелым.

– Стрррашный. Стрррашный! – запричитал Рррупи. – Идёт! Сюда!

В соседней комнате жахнуло, отчего двери распахнулись, явив нам разорванного на куски демона, от бесполезной кислоты нашего защитника дымился пол. А над ним медленно плыл старик в дырявом старом халате. Ему только ночного колпака на голове не хватало.

Рассказов собственной персоной! Рррупи с писком соскочил с меня и перепуганным котом бросился куда-то вправо. Разумный ход. Но у меня же был план, и демонёнок о нём знал. Чего нервничать?

Ядоглот ударил по гостю первым. Лишённый души чародей был не слишком высокого уровня, но иногда и блоха может сильно раззадорить пса.

Не в этот раз. Верховный Маг сделал жест, словно отмахнулся от насекомого, и Ядоглот с коротким стоном впечатался в стену, расколотив себе голову. Грайбай молча рванулся в атаку, а через его голову в невероятном прыжке перепрыгнул глиняный Печенька. Огромный кулак бездушного врезался в щит вокруг Рассказова, оттолкнув чародея чуть подальше от дверей, но затем прыгучего демона подняло к потолку. Он забился в невидимом капкане и зарокотал. Глиняные куски отваливались от могучего тела и стучали о пол. Верховный Маг Российской Империи с интересом наблюдал за тем, как тает демон.

Старик улыбался, демонстративно не глядя на нас и наслаждаясь гибелью Печеньки.

Грайбай словно растворился в воздухе, напав на чародея сбоку, а не в лоб. Тщетно, только искры из клинков высек о невидимую преграду. Затем дуэлянт скользнул мимо Рассказова, за спину, продолжая серию ударов. Противник отвлёкся, наконец-то, от трупа Печеньки и даже обернулся на белого дуэлянта, не успевая за скоростью последнего. Все атаки Грайбая разбились о щиты Верховного Мага.

– Я ожидал большего! – воскликнул старик. – Я ожидал воинов. А это были какие-то мелкие шавки. Кто привёл их? Ты?

Его палец указал на меня. На лице Рассказова явно читалось недоумение.

– Ты так юн! Что ты делаешь в такой компании⁈ Очень плохой мальчик. Очень.

Грайбай провёл ещё несколько атак, таких же бесполезных, и отступил, совершая круг вокруг парящего над полом противника. Безмятежное прежде лицо демона теперь выглядело растерянным. Да, Верховный Маг пусть и старик, а более чем серьёзный противник.

Но у меня на любую задницу винт найдётся. Правда, он что-то задерживается.

Снизу послышался грохот падающих камней. Кажется, Колотушка добрался до сокровищницы.

– Рад встречи с вами, господин Рассказов, – улыбнулся я ему. – Очень ждал встречи с вами.

Я щёлкнул пальцами.

И ничего не произошло. Так, а вот это уже не по плану. Где Княгиня? Старик нахмурился, пошевелил носом, будто собирался чихнуть, а затем и сам щёлкнул, передразнивая. Грайбай, пытающийся пробить барьер чародея, вдруг замер. Изумлённо коснулся груди рукой, всё ещё сжимающей клинок, а через миг бревном рухнул на куски Печеньки.

Мы остались одни. Если не считать копающихся в сокровищнице Колотушки и Мордарда. Которых, наверное, учитывать и вправду не надо. Да и меня, походу, уже можно не считать. Где Княгиня⁈

– Жаль тебя убивать, дитя, но тот, кто связался с демонами, тот сам недалеко от них ушёл, – сказал Верховный Маг Российской Империи.

Он поднял руки над головой, словно пытался изобразить нападающего медведя. Безумные глаза сверкали.

– Умри же! – воскликнул Рассказов.

И тут что-то звякнуло, будто разбился стакан.

Глава 15

– Умри! – повторил Рассказов и снова потряс руками. Ахнул. Схватился за голову, потом за сердце. – Что… Что ты сделал⁈

Я вопросительно поднял брови, будто не понимая о чём он.

– Моя сила! Моя сила! Где моя сила⁈

Рассказов наступил на осколки амулета, разбитого у него под ногами. Опустил взгляд и ещё раз ахнул. Затем обернулся. За его спиной, на расстоянии броска, застыл Рррупи. Демонёнок тяжело дышал, прижавшись к дверному проёму. Фей Смерти облизнулся и спросил меня:

– Пррравильно?

– Обожаю тебя! – не сдержался я. Демонёнок расплылся в широком оскале, но от психующего Верховного Мага всё равно старался быть подальше.

Сквозь стену проплыла Княгиня, ещё более бледная, чем обычно и непривычно испуганная. Призрак, обвиняя, ткнула пальцем в старика.

– Моя сила… Моя сила, – бормотал тот, чуть ли не плача.

– Мне очень жаль, – почти искренне сказал я, прошёл мимо причитающего мага и склонился над Грайбаем. Остекленевшие глаза демона смотрели в потолок, и лик учителя был спокоен и умиротворён. Словно он снова погрузился в медитацию перед боем. Как всегда прежде и делал. Мы почти не общались в этой жизни, но сколько же времени было у нас в прошлой! Внутри неприятно тянуло и, одновременно, разливалось облегчение. На этот раз в смерти учителя нет моей вины… Нет!

Княгиня повисла прямо передо мною с виноватым видом. Коснулась холодом, и я понял, что произошло. Рассказов почувствовал её присутствие и заморозил, желая разобраться с аномалией потом. Поэтому амулет от артефактора госпожи Воронцовой, зажатый в невидимой руке, висел в соседней комнате, у пола. Хорошо, что убегающий Рррупи его увидел и вспомнил, как я объяснял задачу Княгине. Хорошо, что он решил вернуться и завершить наш план по нейтрализации Верховного Мага, если тот вдруг появится.

Демонёнок разбил амулет, сжигающий любой дар в радиусе поражения, и снова меня спас. А я, скотина неблагодарная, то и дело ворчу на него из-за планшета. Надо купить ему домашний кинотеатр. Заслужил.

Я поднялся на ноги, прощаясь с учителем. Теперь всё встало на свои места, но чуточку правильнее. Ведь тот, кто заменил мне отца (жестокого, сурового) уже однажды умер, и смерть его я оплакал достаточно. Такие личности никогда не встречают тихую старость. Они обречены на гибель. Зато на этот раз жизнь Грайбая Белого забрал не мой клинок. Это… Давало сил, честно. Отпускало прочь те терзания, что съедали меня годами, прокрадываясь к сердцу даже в момент отсутствия души.

Слишком глубока была та рана.

Позади из пролома выбрался Колотушка, глухо зарычал, и, прежде чем я успел среагировать, обрушил гигантский молот на жалкого Рассказова. Шмякобум. Ёжкина ж ты кошка, какой бесславный конец.

– Готово, Душеед. Сокровищница наша! – произнёс Мордард. Он оглядел место боя. – Мои лучшие воины мертвы.

– Зато ты ещё жив.

Я торопливо спустился в сокровищницу. Прошёл вдоль раскуроченных отсеков с артефактами Первой Церкви. Грубую силу тут не ждали, полагались на охрану.

Ну, вот она, ваша охрана. Доохранялась. Надеюсь, у группы Оладушкина тоже всё хорошо. Он с паладинами должен был сильно пошуметь в другом крыле дворца. И раз я не увидел здесь ни одного из Претендентов, да и наш путь сюда был не слишком-то и труден, значит, у моего свежеиспечённого соратника всё получилось.

Главное, чтобы не закончилось, как у Грайбая.

Я нахмурился, глядя куда-то сквозь вывалившуюся из отсека палицу, инкрустированную каменьями. Да что ж ты мне всё в голову-то лезешь, учитель? Прекрати уже. Я сунул оружие в карман. Не знаю что это, но раз здесь хранят, то полезно.

Расположенная под Большой Церковью сокровищница заполучила в свои недра бездонный пылесос в лице меня и моего бездонного кармана. Я сгребал всё, не пытаясь разобраться в том, что нашёл. Оружие, медальоны, амулеты, артефакты, книги, свитки, руны. Даже картину одну умыкнул, скатав её в трубочку. Понравилось очень: огромные серые кресты на холмах, повсюду окопы, в которых сидят бронированные солдаты и гигантские пушки плюются огнём в серые небеса. Не знаю что это, но если у меня когда-нибудь будет личный кабинет, то я обязательно себе эту штуку туда повешу. Красиво.

Сибириевые чаши я нашёл в самом конце сокровищницы. Четыре штуки. Даже при виде их у меня задрожали кости от мощи, скрывающейся в церковных артефактов. Было немного не по себе засовывать подобные реликвии в карман. Вдруг там они рванут и разнесут меня на сотни маленьких Илюш, м?

Оставшиеся демоны ждали меня наверху, и когда я поднялся, то Мордард хищно улыбнулся.

– Ты нашёл то, ради чего мы здесь? Я не вижу в твоих руках ничего ценного.

Колотушка так и стоял у трупа Рассказова, положив молот себе на бронированное плечо и шумно дыша сквозь прорези рогатого шлема.

– Нашёл. Идём. Рррупи?

Демонёнок котёнком запрыгнул ко мне на руки, и я отправил его в карман.

Странное это дело, двигаться по разорённому дворцу российских правителей, среди трупов и разрухи. Чувствуешь себя как минимум преступником. Да что говорить, вряд ли за такое меня хоть кто-то по голове погладит. Хорошо ещё, что все камеры Княгиня вывела из строя заранее. Пришлось поднапрячься, конечно, и сил это потратило прилично, но того стоило.

Всё что случается в Зимнем Дворце – остаётся в Зимнем Дворце, хе-хе. Так, что там у Оладушкина-то?

* * *

Эрмитаж. Концертный зал

Он всегда знал, что когда-нибудь в его жизни случится переломный момент. Когда-нибудь он поймёт, для чего вообще жил. Достигнув высот Претендента, Святослав Игнатьевич внезапно охладел к знаниям. Возраст позволял идти дальше и, быть может, у него оставался шанс подняться до уровня Верховного Мага, но Оладушкин угас. Выгорел, как модно говорить в некоторых местах. Работа на службу безопасности лишь добавила бессмысленности устремлений. Чем сильнее ты становишься, тем больше ограничений ты получаешь, если служишь государству, а не себе.

Святослав Игнатьевич всегда служил именно государству, и потом больше ответственности уже не хотел. За что себя частенько презирал.

Вот только вся его служба казалась мелочью, бессмысленной вознёй родов, когда самая животрепещущая проблема это поиск выгодной партии и устранение невыгодной, или же фильтрация благонадёжных родов в ближайшем к императору окружении. Плюс те задачи, которые он выполнял ради Императора, но которыми совсем не гордился. Ведь политика всегда грязь. И чем меньше ты её показываешь, тем больше тебя любят.

Иисус милосердный, как же это убивало Оладушкина. Но теперь у Претендента появился шанс на то, чтобы обрести смысл существования. Его совершенно не смущало то, что он помогал демонам серого мира. Пусть такие казусы беспокоят паладинов Первой Церкви, хотя даже их медиумы уже определили истинную угрозу существования и обозначили личность теоретического спасителя.

Святослав Игнатьевич отметил, что необходимость действовать совместно с потусторонними их не беспокоила. Молчаливые воины Первой Церкви выполняли свой долг перед человечеством. Ну, так они считали, судя по разговорам. Да, он слышал их беседы, и никто не выказывал недовольства ситуацией. Всё всегда по делу. Кто куда идёт, какое построение, какие приоритетные задачи да действия, и да поможет им всем Господь.

По плану Артемьев группа паладинов во главе с Оладушкиным должна была отвлечь на себя силы охраны. Разбить обороняющихся на два фронта и тем облегчить работу демонам. Да, они немного припозднились, пока Святослав Игнатьевич обходил магическую защиту дворца, изменённую после его последнего визита, но в итоге свою задачу выполнили. Остальное оставалось на совести Ильи. И Оладушкин искренне надеялся, что схватка с Рассказовым выпадет Артемьеву, у которого, как выразился паренёк, «есть нужный винт».

Сам же Святослав Игнатьевич представлял себе схватку с Верховным Магом в мрачных тонах и с непременно трагичным результатом. Так что, когда из глубины дворца навстречу отряду вышли Басков и Носков —на душе стало как-то полегче.

– Святослав Игнатьевич? – опешил черноволосый и высокий Носков. Относительно молодой, крепкий ещё. Талантливый малый. Блондин Басков точно упёрся в предел своих возможностей, поднявшись до Претендента, но Носков мог забраться выше.

Паладины разделились на два отряда. Один, вместе с клириками, отправился в другой конец зала, откуда вскоре послышались звуки стрельбы, а второй выстроился перед Претендентами.

Зоркий вышел чуть вперёд, внимательно наблюдая за чародеями, за спинами которых готовилась открыть огонь дворцовая стража. Пули здесь ничего не решат, но напрягут сильно. В иной момент огнестрельное оружие может переломить исход боя, но сейчас здесь был целый Претендент, готовый защищать рукопашников.

– Анатолий Анатольевич, Иван Васильевич, – откланялся обоим Оладушкин. – Экая вышла оказия, да?

– Вы… Предатель, Святослав Игнатьевич? Первая Церковь, это же враги государства! – воскликнул Басков. – Слуги цареубийцы! Что вы делаете здесь, Святослав…

– Ложь! – рявкнул Зоркий, перебивая. – Наглая ложь! Священное воинство никогда бы не пошло против Его Императорского Величества.

– Не стрелять! – проорал Носков. – Не стрелять! Святослав Игнатьевич, объяснитесь!

– Анатолий Анатольевич, – Оладушкин вперил взор в Носкова. Они были знакомы прежде. Не могли назвать друг друга приятелями, но всё же уважение имели. Большая редкость среди высших рангов. – Враг не там, где вы его ищете. У меня есть определённые сомнения в искренности князя Разумовского. С косвенными доказательствами, увы, но у меня не было времени готовить законную базу. Каждый день правления Разумовского ведёт Россию к краху. Это необходимо прекратить.

– Твоими устами говорят монахи-предатели! – издевательски воскликнул Басков. – Заткнись! Огонь!

– Отставить! – вновь гаркнул Носков. – Какие доказательства, Святослав Игнатьевич?

– Ты будешь с ними говорить⁈ Здесь, в сердце Империи, с поставленными вне закона людьми⁈ – изумился Басков.

– Помолчи, – отмахнулся сомневающийся Претендент.

Время шло, и это всецело устраивало Оладушкина. Ибо лучше говорить, чем убивать. Главное, чтобы у Артемьева всё получилось. Стрельба из глубины дворца пугала, но её становилось всё меньше, а значит либо вторжение из серого мира захлебнулось, либо группа Ильи удалялась в нужном направлении.

Солдаты охраны нервничали, не понимая, кого слушать, но при этом не горя желание начинать бойню. Десятки стволов целились в застывших посреди концертного зала паладинов и Оладушкина. Никто не хотел прерывать одарённых столь высокого ранга без прямого приказа, и уж тем более не хотел выбирать какой из приказов слушать. А офицеры совсем не горели желанием давать подобные команды. Потому что едва первая пуля покинет ствол, как здесь начнётся мясорубка.

Святослав Игнатьевич видел эти сомнения, и они играли на его руку. Надо тянуть время дальше:

– Вы спросили про доказательства? Почему же не спросили их у вашего дражайшего Разумовского, а поверили его заявлению о вине патриарха? Поинтересуйтесь Москвитиным. Следователем оперативной группы.

О том, что в следственной группе, расследовавшей гибель Императора, на следующий день после начала расследования, случилось сразу два увольнения – Оладушкин и сам узнал недавно. Как и то, что на третьи сутки трагично погиб в автокатастрофе следователь Москвитин. Дело закрыли за день до этого. Участников расследования явно заставили заткнуться под страхом смерти. Кто не испугался и попытался говорить, того устранили.