Текст книги ""Фантастика 2024-150". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Юрий Погуляй

Глава 9

– Какая приятная встреча! – выпорхнула мне навстречу полная женщина лет пятидесяти, с кудрявыми красными волосами и ярко накрашенными губами. Очки в роговой оправе висели на кончике носа, и от ушек их свисала золотая цепочка. Смотрела хозяйка магазина «Бабушкины пушки» весело и серьёзно одновременно. На плечах лежал красно-чёрный шерстяной платок.

– Анфиса Бабушкина! – протянула женщина руку. Вся в кольцах-перстнях, но родовой символики нет. И силы нет. Зато харизмы хоть залейся.

– Илья Артемьев! Вольный демоноборец!

– Пока не слышала ничего о вашем роде, но, мамочка моя родная, не сомневаюсь знать, что такая честь вскорости мне представится, не дай то Иисус! Задавайте мне любые вопросы, дорогой господин Артемьев, я вся ваша!

Прозвучало это двусмысленно, да и выражение лица Анфисы количество смыслов никак не убавило. Я даже чуточку опешил от напора. Выдавил из себя неожиданно жалкое:

– Я присмотреться…

– Спешу уверить, что в моём магазине вы найдёте самое лучшее. И некоторые, вы таки не поверите, товары доступны к покупке долями. Получаете сегодня, а платите, прости Иисус, потом. Очень удобно.

Она моментально считала мою платёжеспособность. Матёрая тётка. Но, проклятье, она живая! Настоящая! Я улыбался, разглядывая хозяйку «Бабушкиных пушек».

– Молодой человек! Вы меня смущаете! – она заметила моё восхищение, сцепила руки в замок и прижала их к пышной груди, – но если что, я таки заканчиваю в семь!

Дурачилась. Это я уважаю.

– Непременно учту это, госпожа Бабушкина.

– Уж лучше просто Анфисой, кричу я вам! Интересуюсь знать, дорогой господин Артемьев, откуда вы в наших краях?

– Илья, – отрапортовал я. – Местный я. Из интерната.

– Опочкинского? – уточнила хозяйка.

– Пушкиногорского.

– Хм… Вот как. Не тот ли вы одарённый, что закрыл старую зону у Кучане?

– Он самый!

Она с уважением покачала головой.

– Для вашего возраста это изумительное достижение, и да отсохнет мой язык если не возоплю вам о моём вам уважении. Однако таки замолчите мне рот, ибо я вся одно большое ухо и два внимательных глаза. Чем я смогу вас, прости Иисус, побаловать?

Я толком и не знал что хотел увидеть. Понятное дело, что вряд ли здесь будет широкий выбор, но некий базовый набор найти можно. Из-за физических процессов той стороны – никаких огнестрельных игрушек нет. Холодное оружие да крепкие доспехи. За пределами серой пелены пара пулеметчиков способны свести на ноль всю мощь созданных демонами творений. Но под властью разломов правила меняются и могучее оружие превращается в бесполезные куски металла. Что плохо заканчивается для владельца. Поэтому основным товаром в подобных лавках были средства для устранения жизни путём разрубания, пронзания и размозжения. Ну и всякие прочие ништяки, которые скорее рюши да бантики к подаркам смерти.

– Подождите, не так громко! Я уже знаю! – мою заминку Анфиса Бабушкина истолковала по-своему. На прилавок лёг клинок в простеньких ножнах. – Прекрасный, на минуточку, вариант для того кто выходит на эту стезю. Ловите ушами мои слова, господин Артемьев – это то, что вам подойдёт.

Я взял клинок, осторожно потянул его из ножен. Обычное железо. Рабочий вариант для средней руки. Но тяжеловат как по мне. Отшагнув в центр магазина я сделал пару взмахов, вслушиваясь в ощущения. После моего клинка в том мире, созданного на заказ и с поистине дьявольскими чарами наложенными на астральный металл – это была рельса.

– Цена?

– Только для вас, добрый господин Артемьев, это будет две тысячи рублей! Но это буду кровавые деньги, ибо таки вы без ножа меня режете своим великолепием, отчего и цена уже эксклюзивная.

– Больше пяти сотен не дам. Есть что-то ещё? – я положил клинок обратно. Две тысячи за кусок металла с гардой – ну это явно не для меня.

– Я говорила про кровавые деньги? О, таки не слушайте мою агонию! Полторы тысячи!

– Тяжелый. Балансировки нет вообще. Металл паршивый, – отмахнулся я. – Что ещё есть?

В глазах Анфисы загорелось уважение.

– Добрый господин поймал глупую старуху. Но я знала, что такой человек сразу попадёт в струю! Что ж. Будем посмотреть, добрый господин. Будем посмотреть.

Она скользнула куда-то за прилавок, за алую портьеру. Я, наконец-то, огляделся. Уютное место с антикварной мебелью. На стенах оружие, от смертельных стилетов до титанических алебард. Взгляд запнулся за огромный боевой молот, который, при своих нынешних силах, я и поднять-то не смогу. Подобной игрушкой обращаться может только сильный одарённый, с постоянной подпиткой.

Ну или же это и вовсе как элемент дизайна тут болтается. Кто знает. В целом среди аристократов хватает ценителей разных средств холодного поражения. Их в благородных домах сызмальства учат такими вот палками обращаться. Вкупе с даром крови это превращало одарённых в лучших демоноборцев. Простой человек, конечно, тоже может взять в руки железную палку, заковаться в доспехи и пойти сражаться в зону, но закрыть портал он не сумеет. Для закрытия нужен одарённый, чтобы впитать или рассеять энергию разлома. В противном случае она разорвёт всех, кто окажется в зоне поражения.

Однако я отвлёкся. Меня учил демон-дуэлянт, и потому клинок мне нужен иной. Быстрый, лёгкий, но при этом не невесомый, чтобы броню мог пробить при нужде.

Пахло в магазине деревом и будто бы едва приготовившимся обедом. В животе даже заурчало, несмотря на утреннюю яичницу. Очень уютное и семейное место. И совсем не похоже чтобы здесь было много посетителей.

Да и откуда им тут взяться-то?

– Кажется, нашла! – из тьмы выскользнула Анфиса с торжествующей улыбкой и клинком на руках. Положила его на прилавок, ловко убрав предыдущий меч. Сталь такое же… это самое, а вот баланс явно был получше.

– Две тысячи, – сказала хозяйка «Бабушкиных пушек» на мой немой вопрос. И здесь уже не было места торгу. Этот меч того стоил. И это были почти все мои сбережения. Внутри всё заскрипело от жадности.

– Или выломайте в лесу дрын, это, кричу я вам, совершенно, прости Иисус, бесплатно!

Остроумно.

– Таки я дам вам один совет, и вам он ничего не будет стоить. Берите. Лучшей цены не будет. Можете попробовать заказать через сеть, но легко можете получить какую-нибудь венгерскую поделку и, ха, оно вам надо? Это наши хибинские мастера делали. Качество.

– Тысяча, – попытался я.

– Вы хорошо хотите, но таки нет, – поправила очки Анфиса.

– Что вы там говорили про оплату долями?

– Да-да, я совершенно точно так говорила. Мы лишь отыщем вашу цеховую страховку, вы таки подпишите моей ручкой парочку ничего не стоящих бумаг и тогда…

– У меня нет цеховой страховки, – я даже не знал что это такое. Слышал мельком, но также мельком и забыл.

– Ну на нет и суда нет, – она протянула руки, готовая принять клинок назад.

С голой задницей на ежа не ходят. Палка это хороший вариант, в конце концов я проломил череп демону камнем. Но два раза такие фокусы не проходят.

– Беру. Но я таки подам на вас в суд за грабёж!

– Что б вы так жили, как прибедняетесь, господин Артемьев, – хитро прищурилась Анфиса. – С вашими-то талантами что такое эти две тысячи. Тьфу и растереть.

– Товар из зон принимаете? – пропустил это я. – Если вдруг чего притащу.

– Конечно. И цена будет лучше чем в администрации. Вы таки сорвали с языка моё предложение. За это скину вам сто рублей, добрый господин.

Ну и то хлеб.

Перед выходом я ненадолго задержался в предбаннике между дверьми и почти минуту неловко засовывал меч в карман. Сталь ухнула в пространство где царили мои бронемяки, и, надеюсь, они смогут выудить его оттуда когда придёт время.

На улицу я вышел чуточку грустный от финансовых утрат, но довольный-предовольный благодаря чудесному общению. Ведь мир демонов и потерявших души не имеет красок. Такой яркой речи мне там встречать не удавалось. Чувств таких не было. Нет, смеха в сером мире мы лишены не были, и я частенько веселился после со своими бойцами по окончанию сражений. Святые перерывы между схватками, заполненные грубыми шутками. Но эти моменты были лишены святости души. Сложно объяснить, но когда в тебе нет света, то и хохот твой становится процессом скорее физиологическим.

Я честно отбирал солдат в дружину не только по боевым качествам. Мне очень хотелось иметь в этом потустороннем сумраке хоть что-то живое. Кто ходит по краю – тот чувствует всё иначе. Без лишнего нерва, проще и ярче. Такой смех давал неплохую имитацию настоящей жизни. Как и секс, который, надо обязательно отметить, со своими бойцами я, разумеется не практиковал. Для таких целей там хватало падших женщин. На любой вкус. И вот Анфису Бабушкину я бы взял к себе в отряд солдатом. Ха.

До встречи со старшим Феоклистовым мне нужно было убить ещё уйму времени, и я решил эту проблему совершенно случайно. Пошёл в кино. Вот стрельнуло в сознании, когда проходил мимо кинотеатра. На вывеске бравый солдат Императора в штурмовой броне поставил ногу на тело поверженного человека и готовился вонзить древко флага павшему врагу в голову. «Ротмистр возвращается» гласило название. О, я не хотел такое пропустить.

Весь сеанс я просидел в почти пустом зале, жадно следя за событиями вокруг бравого штурмовика Российской Империи. Он был прекрасен, силён, смел и крошил английских солдат сотнями. Его друг сверкал имплантами и весь фильм доказывал что в этом нет ничего предосудительного, что не надо бояться. Что теперь он стал сильнее, быстрее, умнее. Со всех сторон – лучше. Да, работают во власти с киностудиями в России, работают. Двигают нужные мысли в надобном направлении. А вообще – прекрасное кино. Действительно важнейшее из искусств. Я совсем забыл как это: сидеть, задрав голову, жевать жаренные кукурузные зёрна и запивать газировкой. Праздное и потрясающее. Надо будет сходить ещё раз. Но на что-нибудь не такое громкое и кровавое.

Благодушное настроение я смог пронести до самого вечера. Но когда прибыл к ресторану «Олимпия», то собрался с мыслями. После утреннего общения с младшим представителем рода, беседа со старшим могла быть… Разной. Поэтому я напитал силой свой доспех, некоторое время посидел в парке, неподалёку, медитируя и к дверям ресторана подошёл готовый ко всему.

Улица, на которой расположилась «Олимпия», сверкала огнями. К ресторану то и дело подъезжали дорогие машины, из них выходили люди в дорогих одеждах, оставляли нарядным слугам ключи и уходили по красной дорожке внутрь.

Стало как-то совсем неуютно. Мой наряд подходил скорее к какому-нибудь студенческому кафе. В подобное заведение такого оборванца могут и не впустить. А то и вовсе застрелят на подходе, как чумного.

Однако, в конце концов, эта встреча была нужна не мне, а Феоклистову. Поэтому тратить нервные клетки на лишние переживания я не стал. И ступив с тротуара на красную дорожку, нагло двинулся прямо к швейцару в парадной ливрее. Тот же почтительно склонился, отворяя передо мною дверь.

– Господин Артемьев, – прогудел он, приветствуя. Я сделал вид, что так оно и планировалось, хотя мысленно влепил старшему Феоклистову пятёрку. Подготовился, старый лис. Едва за мною закрылась массивная дверь, как навстречу устремилась стройная брюнетка с ярко-зелёными глазами. Роскошное тело было затянуто в будто бы деловой костюм, но слишком уж он подчёркивал бюст распорядительницы.

– Прошу за мною, господин Артемьев, – промурлыкала она, стрельнув глазками и таинственно улыбнулась. Активно работая бёдрами она провела меня через весь зал в самый дальний угол, остановилась возле кабинки. У дверей застыло двое классического вида громил. Один из них – одарённый, с гербом в виде головы медведя на фоне православного креста. Точно не из рода Феоклистовых. Тоже впечатляет. Признак большого доверия оказали этому громиле, поставив защищать покой сюзерена. А другим знак, что семья Феоклистовых из тех, кому служат и другие рода.

Второй охранник мазнул по мне взглядом, определённо сразу считав степень моей опасности и осторожно постучал, а затем почти сразу же отворил дверь передо мною.

– Меня зовут Ирина, если вам что-нибудь потребуется – зовите, – шепнула мне напоследок распорядительница, обдав запахом духов, и также грациозно двинулась через зал обратно. Если бы эту ночь я не провёл с Елизаветой, то, клянусь, пустил бы слюну, несмотря на всю подготовку.

Однако Феоклистов хорош. Хороший дядька после плохиша-мажора – контраст подобающий.

Сам Феоклистов сидел за столом, но едва я вошёл, как поднялся с радушной улыбкой:

– Илья! Очень рад. Очень рад, пожалуйста, присаживайтесь.

Мы пожали друг другу руки. Ладонь у него была сухая, уверенная. Прямо положительный персонаж вырисовывается. Как у него такой ублюдочный сынок воспитался? От осинки апельсинки, знаете ли, не очень то и родятся.

– Очень рекомендую зразы из лосятины, – посоветовал он, указав на меню. – Будете ли что-нибудь пить? Сидр? Медовуха? Может быть, крымского вина?

– Чаю бы мне, зелёного. Хорошего.

– О. Неожиданный выбор для человека вашего возраста. У меня есть кое-что из империи Чжунго. Брал себе, но если вы ценитель, то буду рад.

Он покачал головой в немом восхищении:

– Выбирать чай в вашем возрасте это действительно достойно похвалы. Молодость горит страстями и ищет нового, стараясь при этом найти свою прочность в злачных увлечениях. А вы берёте чай.

– Мама говорила я особенный.

Феоклистов нахмурился:

– Я думал вы из приюта…

– Это был искромётная шутка, – ответил ему я. Хватит уже показывать мне шоу, Валерий Романович. – Зразы и правда звучат изумительно. Беру.

Хозяин заведения широко улыбнулся, и тут же отворилась дверь, в кабинку скользнула Ирина. Слушая заказ, она стояла так близко ко мне, что едва не касалась. Это как-то даже слишком. Но будь на мне семнадцатилетний пацан, то думать бы он уже не смог.

– Хороша? – заговорщически подмигнул мне Валерий Романович, едва Ирина покинула наш уголок.

– Сойдёт, – расслабленно ответил я.

– Сойдёт? – на миг опешил он. – Такая порода встречается редко, Илья. Победительница конкурса красоты Санкт-Петербургской губернии. А вы говорите – сойдёт.

– Валерий Романович, давайте мы сразу перейдем к делу, – предложил ему я. – Я, правда, хочу сказать что ваш метод мне нравится гораздо больше метода Александра.

– Что вы имеете в виду? – немного помрачнел Феоклистов. Я рассказал ему про утреннюю ситуацию, и он выслушал её с каменным выражением лица. Глаза, правда, полыхнули стальным огнём на миг, но в целом удар он держал.

– Саша слишком горяч, но он неплохой человек, Илья. Весь в мать характером. Взрывной, яркий. Он слишком боится потерять дом где она умерла. Да ещё и молодость разогревает кровь. Мне жаль, что так вышло. Я поговорю с ним.

Я посмотрел на Феоклистова с уважением. Пока у него получилось говорить искренне. Много показухи изначально, но он упомянул о смерти супруги в усадьбе на озере Кучане. Я об этом знал. Поднимал информацию раньше. Не все открыто говорят о том, чего хотят. Даже если иногда это бы решило много проблем сразу, однако люди предпочитают залезть в петлю, но не показать слабости.

Проклятье, старик мне нравился.

– Простите… – добавил он. – Хочу говорить с вами прямо, Илья. Вы человек неглупый, я это вижу. И понимаете, как я погляжу, что я подготовился к разговору с вами. Сделал несколько странных на мой взгляд вещей, но только потому что мне так рекомендации мои советники. Один из них даже слушает наш разговор сейчас и, уверен, выскажет мне после. Или я его уволю, потому что он ошибся и мне пришлось сделать за него его работу.

Феоклистов усмехнулся:

– Я очень не люблю юлить, и мне больно делать это, когда приходится.

Значит в мире демонов ты бы не выжил, добавил я про себя. Но всё равно смотрел на него с напускным скучающим видом. Мол, давай, рассказывай.

– Я буду говорить прямо. Что я должен сделать, чтобы вы отказались от права на эту землю? – Валерий Романович смотрел прямо и спокойно. – Мои возможности велики. Я готов на многое. Но сначала хочу поговорить. Мне кажется, вы человек с душой. Вы должны понять.

О, теперь-то да, господин Феоклистов. Теперь-то с душой! Должно быть что-то в моём взгляде выдало всплеск чувств.

– Не хочу вас обидеть, Илья. Ещё раз простите. Назовите свою цену. Я потерял много денег, нанимая демоноборцев для зачистки. Я отправлял в зону элитных бойцов. Находил им лучших сканеров, но никто не смог решить мою проблему. У вас же получилось, и теперь я готов заплатить вдвое. Прошу, скажите что вы хотите.

– Это ведь большой шанс для никчёмного сироты получить свою землю. Землю рода, который он может основать, – сказал, наконец, я. – Билет в жизнь, знаете ли.

– У меня есть земли, Илья. Я легко передам вам взамен любую. Мой род быть может и не так именит, но уж далеко не беден.

Я с интересом слушал. В дверь постучали, и в кабинку внесли несколько блюд. Передо мною очутились зразы из лосятины украшенные зеленью и соусами. Рядом оказался чайничек. Я принюхался. Божественный аромат.

– Прошу, Илья, угощайтесь, – барон жестом пригласил меня к трапезе, а сам взялся за столовые приборы. Делал он это медленно, величаво и по всем правилам этикета. Меня же подобному никто не учил, поэтому я просто приступил к еде. Зразы были великолепными. Невероятный вкус. Во рту будто взорвался букет изумительного чуда. По-моему я даже глаза прикрыл.

Во время трапезы никто из нас не проронил ни слова. Видимо, каждый обдумывал сложившуюся ситуацию. Хотя, признаюсь, я принял решение ещё до того как Феоклистов выдал своё предложение.

Опытный он человек, но поторопился. Впрочем, когда в дело вступают чувства – деловая хватка неуместна. Феоклистов хотел вернуть память о супруге. Какой-нибудь Вольтке выжал бы из него всё до копейки. Вероятно для такого размена местная звезда юриспруденции и затеял тот спектакль.

Покончив с трапезой, я сыто откинулся на спинку и потянулся к чаю. О, он тоже оказался восхитительным. Валерий Романович ел медленно, тщательно пережёвывая и полностью сосредоточившись на тарелке. Дворянин неторопливо, но целеустремлённо, уничтожал пищу. Наконец в рот отправился последний кусочек. Феоклистов распрямился. Коснулся губ белоснежной салфеткой.

– Мне по душе ваше предложение, – сказал я. – Договариваться вы умеете гораздо лучше вашего сына.

По-моему его рука дрогнула. Не уверен, но тень по лицу точно пробежала. Он медленно положил салфетку, тут же отворилась дверь, и аппетитная Ирина забрала тарелку хозяина, бросив на меня смеющийся взгляд.

– Хотите ознакомиться с вариантами? – спросил Валерий Романович.

– Если вас не затруднит.

Снова открылась дверь. Мужчина в деловом костюме скользнул к нам, положил на стол перед Феоклиствым планшет. Склонился рядом, что-то настроил и оперативно покинул кабинку. Да как барон их вызывает-то?

На стене слева от меня появилось изображение с экрана Валерия Романовича.

– Я покажу, Илья.

– Вы серьезно подготовились, Валерий Романович. Я впечатлён.

– Это действительно важно для меня, – сухо улыбнулся он.

– Показывайте, – я глотнул ещё божественного чая. Вечер был ну на порядок лучше утра. Хотя и там и там мне пришлось пообщаться с Феоклистовыми. Как говорят – на вкус и цвет все фломастеры разные. Даже если цвет один.

Глава 10

Предложение барона Феоклистова мне пришлось по душе. Можно было, конечно, чуточку покочевряжиться, в отместку за дурное воспитание сынули, но стоит ли быть столь мелочным? Тем более, что сам Валерий Романович проявил себя более чем достойно. И теперь вместо старого родового и побитого зоной поместья на берегу озера я обладал приличным куском земли в районе Анохово, в десяти километрах от Пскова. Причем со вполне себе живой усадьбой! Значит не надо тратиться на ремонт, чтобы привести всё в порядок. А ещё, ёжкина кошка, Феоклистов на радостях ещё и прислугу согласился содержать за его счёт, пока я не решу её поменять или разогнать.

Щедрое предложение, но и товар в моей власти был серьёзный. Угрызений совести я, разумеется, не испытывал. Да, легко пришло это богатство, но иногда так случается. Тем более что барон предложил мне десяток вариантов, а значит уж точно не обеднеет.

Все бумаги мы тем же вечером оформили прямиком в администрации, с государевым юристом, и после расстались обменявшись крепким рукопожатием. После которого я вернулся в «Олимпию» и ушёл оттуда уже поздно ночью. С Ириной. Так что вторую ночь подряд я провёл вне стен интерната и, при этом, с разными женщинами. Тот я, кого запихали в портал целую жизнь назад, никогда бы в это не поверил. И, думаю, именно это бы взволновало того меня больше истории о борьбе с Пожирателем Звёзд.

Ирочка жила в самом центре, неподалёку от «Любашиной радости», так что я ни минуты не сомневался в том, где же мне позавтракать. Оставив спящую официантку (которой действительно приплатили за кокетство, но всё что случилось позже было уже её личной инициативой), я отправился к кафе. Воздух был по-утреннему свеж и обещал тёплый день. Мимо прополз электробус, выпустив из себя людей на остановке. Справа загремели роллеты, то молодой парень открывал свой магазинчик. На той стороне улицы шуршал метлой дворник. Добрая, славная рутина.

Дыхание холода коснулась моего загривка, и я отреагировал моментально: развернулся, готовый к бою. Серая хмарь разливалась по улицам сонного городка. Туман изливался из двора, который я прошёл пару минут назад. Вёл он себя ну совсем как живой. Холодные пальцы цеплялись за окна, заползая всё выше и выше. В окнах тут же гас свет. Краски под тушей субстанции мигом теряли цвет, обращаясь в оттенки серого.

Над городом поднялся колокольный набат. Ему почти сразу же последовал заунывный вой сирены. Обжигающий туман был уже вокруг меня, и звуки притупились, доносясь будто бы из-под воды. Парень из магазина бросился наутёк. Люди с остановки тоже. Причем старенькой женщине помогал уйти крепкого вида мужичок явно её не знающий. Приятная мелочь – потому что в моем мире одинокую старушку скорее бросили бы или затоптали.

Я сунул руку в карман, дал мысленный приказ и тут же почувствовал рукоять в ладони. Ай да молодцы миньончики. Выудив оружие, я чуть прикрыл глаза, концентрируясь. Это разлом. Где-то здесь демон с той стороны открыл портал и в него вошёл хранитель энергии. Один ли? Я двинулся в тот двор, откуда пополз туман.

Ситуация удивительная. Местный Тёмный Лорд, насколько я помнил, не действовал так нагло. Сидел себе да собирал что мог собрать. На окраине да в спокойствии. А здесь прямо в центр полез! Неужели на такое его подвигла утрата земель?

И чего теперь ждать?

– Помогите! Помогите! – из открытого окна на третьем этаже высунулась девочка лет восьми. – Папа упал. Папа упал!

Смотрела она на меня.

– Папочка упал!

«Сейчас многие могут упасть, девочка» подумал я, но вместо этого молча ринулся на помощь. Немного напитал силой ноги и оттолкнулся от асфальта. Мощи хватило дотянуться до пожарной лестницы и я торопливо добрался до окна. Глаза девочки округлились от восхищения.

– В сторонку!

Она мигом исчезла, а я уже забрался в окно. Позади из тумана доносилась смесь колокольного звона, городской сирены и глухого тревожного воя машин. Папа девочки лежал у плиты. Взгляд не остекленевший, но преисполненный ужасом. Он явно только-только упал, потому что рядом с ним валялся ковшик из которого на пол вывалилось три серые сосиски. От них поднимался пар.

Мужчина следил за мною ошалевшим взглядом, но не шевелился. Причину я понял быстро, разглядев потухший имплант на шее. Прорыв отключает всё. Если у него был бы кардиостимулятор, то он уже был бы мёртв. Для чего в него внедряли вот такое вот – не ведаю, но реклама оборудованию выходит не очень хорошая. В мире прорывов весьма рискованно в сложный момент остаться в состоянии овоща.

Девочка стояла у окна, прижав ко рту ладошки, и молчала, с надеждой глядя на меня и с болью на папу. Вытаскивать надо мужика. Мало ли что там в нём налаживал электронный механизм. Раз двигаться не может, то значит что-то со спинным мозгом, наверное? Стимулятор нейрончиков? Погонщик нервных клеток? Ой, да откуда мне знать. На лестничной площадке глухо хлопали двери, булькали голоса.

– Как тебя зовут? – спросил я девочку.

– Серафима… – отняла ладошки ото рта та.

– Фима, открой дверь и позови кого-нибудь на площадке. Я пока попробую твоего папу сам вытащить, но мне не помешала бы помощь.

Она торопливо кивнула, пошлёпала голыми ступнями по коридору прочь. Я же перехватил меч в левую руку и склонился, подныривая под отца девчушки. Тяжёлый, конечно, кабан. Но ничего, силы мне на него хватит.

Когда я выбирался из квартиры мне на помощь подключился крепкий, но явно хорошо вчера принявший бородач. Взгляд мутный, запах тяжёлый, но зато лишних вопросов не задал. Покосился на мой меч, конечно, но впрягся. Вместе мы потащили обездвиженного вниз. Двери уже почти не хлопали. Сдёрнутые со своей привычной жизни люди спешили прочь, понимая, что если зона пришла – обычному человеку нужно просто бежать. Не надо ждать того, что может приползти и зоны. С подобным пусть разбираются специально обученные люди.

Которых мы встретили уже во дворе. Передав солдатам императора обездвиженного мужчину, я склонился к девочке, положил руку ей на плечо, заглядывая в глаза:

– Серафима, будь рядом с папой. Скоро всё будет хорошо.

Она застенчиво улыбнулась, и уже через секунду поспешила следом за несущими её отца военными. Только сейчас я заметил в руках девочки плюшевого серого зайца. Взяла с собой самое дорогое, конечно.

– Проходите сюда, пожалуйста, – зычно кричал рослый сержант в форме, указывая направления. – Не толпитесь, не толкайтесь. Команды зачистки уже работают. Давайте все вместе обеспечим им возможность сделать своё дело и тогда все скоро будем дома.

Ручей перепуганных людей утекал куда-то туда, откуда я пришёл.

– Парень, ты чего стоишь? Давай со всеми, – сказал мне бесцветный солдат с лычками рядового. – Эвакуация. Здесь может быть опасно.

Я молча показал ему клинок.

– И что? Давай уже…

Я также молча коснулся цепи одарённого.

– Простите, ваше благородие, – тут же стушевался военный и скрылся с моих глаз. Я же обернулся, пытаясь угадать источник тумана. Свежую дыру в измерении локализовать проще. Густота разная. Как только насытится иным пространством, то всё, отыскать источник станет сложнее. Да и вообще не стоит тянуть: люди, вынуждено покинувшие дома, смогут вернуться только когда уйдёт опасность… Определённо, такое может и на несколько лет растянуться. За примерами далеко ходить не надо. Сам такую зону на днях закрыл.

Я торопливо зашагал в сторону, откуда, как мне показалось, и шёл туман. От солдат отмахивался цепью благородного, и к их чести, никто не пытался меня остановить. Обогнув дом, я выбрался во двор, где за высоким железным забором угнездилось здание либо школы, либо детского сада. Серые стены изукрашены черно-белыми зверюшками. Серые деревья посреди бледного забора. У земли ещё был шанс. Если быстро отыскать хранителя энергии и закрыть портал, то всё закончится. А если нет… Эта хмарь пронизывает вещи и меняет их. Напитывает и разрушает.

Та сторона питается этой.

Позади раздался стук копыт. Я обернулся, увидев как во двор влетает всадник в чёрной броне, в руке он держал копьё с флагом, на котором было нарисовано пронзенное мечом солнце. Пролетев мимо меня, он лихо спрыгнул с коня, воткнул копьё древком в землю, перекинул со спины массивный щит, а затем выудил из ножен меч.

– Уйди отсюда, дурак! – крикнули мне. Во двор въехало ещё несколько всадников. Все с разными гербами. Откуда-то слышался грохот кованых сапог.

Обращалась ко мне молодая девушка в лёгкой броне, она уже спешилась и вручила своего белого коня перепуганному мужчине в простой одежде, но с вышитым гербом. Снова, кстати, голова медведя на фоне креста, как у телохранителя Феоклистова. И на одежде девушки-демоноборца тоже такой же. Интересная солянка. Дежурная команда благородных?

– Дурак дураку рознь, моя госпожа.

– Не твоя! – немедленно возмутилась дворянка. Я изобразил сожаление, и тут она увидела цепь на моей шее. Может быть даже чуть смягчилась, или же мне показалось.

– Ты явно не готов, мальчик. Не мешай. Мы сейчас со всем разберёмся.

Грохот сапог превратился в отряд закованной в доспехи пехоты. Это явно поддержка, не благородные. Такие отряды чаще выполняли сдерживающую роль, но ещё чаще аристократы лезли на зоны без сопровождения.

Амулет девушки был янтарного цвета. Значит подмастерье. А рамка сияла серебром. Ого, значит уже закрывала зоны и посерьезнее. Эта-то вряд ли будет выше бронзовой.

Демоноборцев было четверо. Рыцарь в чёрном, явно их танк, симпатичная девочка из рода православного медведя, с которой мы уже «познакомились» и ещё двое парней лет двадцати-двадцати пяти. Один был с парными клинками и в богато украшенном чёрном доспехе, а второй одной рукой держал на плечах огромный молот. Смелый парень. Вряд ли доживёт до тридцати, если не поумнеет. Управлялся он с этой игрушкой точно при помощи силы, а значит случится в его жизни момент, когда энергия потребуется, а увы, всё уже потрачено на пафосное ношение.

Все, кроме рыцаря, амулеты носили на виду, и у всех был опыт серебряных зон. Что скрывал их предводитель я не знал. Он явно предпочитал работать, а не демонстрировать.

Дворяне неторопливо готовились к штурму школы. Все выходы и входы из забора перекрыли солдаты сопровождения, пока чёрный рыцарь что-то втолковывал благородным спутникам. Стоя под развевающимся знаменем он с опущенным забралом раздавал инструкции. Возмутительно, конечно, но остальных это высокомерие не заботило. Да, можно сослаться на безопасность, но это тоже спорно. Одно дело когда с тобою говорит ведро, другое – человек. Больше информации усваиваешь.

Школа безмолвствовала. Если хранитель энергии и его охрана там, то они слишком уж тихо себя ведут. Точно ли определили источник? Я приблизился к благородным, но за пару шагов до них – чёрный рыцарь вытянул руку, останавливая меня.

– Я хотел спросить…

– Покиньте территорию, – прогудел воин. – Вы мешаете работать.

– Собственно, я имею право здесь находиться, – не сдался я.

Повисла пауза. Ухмылки бойцов мне не понравились, девочка закатила глаза, а чёрный рыцарь так и застыл с протянутой рукой. Наконец-то он медленно опустил её и сделал шаг в сторону:

– Конечно, проходите пожалуйста.

Надо запомнить этот герб.

– Миролюб! – воскликнула девушка. – Он же погибнет там!

– Он имеет на это право, – глухо ответил рыцарь. – Сам сказал.

Я пожал плечами и проскользнул за ворота школы, нарочито беззаботно помахивая клинком.

– Постой, это опасно! – крикнула мне вослед девушка. – Да стой ты, дурак!