Текст книги ""Фантастика 2024-150". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Юрий Погуляй

– Пра-а-апор, – прошептал он, глядя в небо. – Пра-а-апо-о-ор… Из «Сладкоежки». Он приказал. Сказал стрелять в конце дуэли. Если выживешь. Прости, хозяин.

– Что за Сладкоежка? Кто такой Прапор?

– Все знают Прапора. Бар «Сладкоежка», Остров. Он сказал в конце дуэли. В конце дуэли. Важный заказ. Остров… Прости!

Стрелок заплакал.

– Прости, хозяин. Я не хотел. Я не знал.

– Как выглядит твой прапор?

– Ты в порядке, Илья? – крикнул с той стороны Андрей.

– Как. Выглядит. Твой. Прапор? – я с каждой точкой тряс уплывающего убийцу. Контур больше не держал жизненные силы.

– Левый глаз-имплант. Сорок пять лет на вид. Рыжий. Он искал лучших, я был лучшим, – вяло ответил стрелок и с блаженной улыбкой затих. Я выпрямился. Остров. Бар «Сладкоежка». Внутри ворочалось странное предчувствие. Будто бы рядом со мною кто-то находился. Будто бы наблюдал за мною.

Вслушиваясь в потоки энергии, я уловил едва заметный след. Здесь был одарённый? Ну да, скорее всего. Место в целом для пикника неплохое, и костровище есть рядом. Когда-то был, может старые следы. Ой, о чём я думаю. Мне надо в Остров. И мне снова нужна машина.

– Илья⁈ – снова позвал Обухов.

– Всё отлично, – вышел я на берег. – Что там дальше по дуэли? Мне надо куда-то ехать, что-то подписывать? Подать заявку какую-нибудь и пройти дополнительную регистрацию?

Нотариусы показались из укрытия. Кривенко всё ещё улыбался, но уже удивлённо. Второй испуганно вжимал голову в плечи, готовый в любой момент снова нырнуть носом в землю. Нервная у ребят работёнка.

– Илья, по тебе был открыт предательский огонь, я же видел. Ты отловил мерзавца уже или…?

– Ну такое. Почти отловил, – виновато улыбнулся я. – Но немножко погорячился…

Княжич тяжело вздохнул:

– Ты, что, опять отправил к милосердному Иисусу кого-то?

– Не стоять же и ждать, а? Андрей, ну ёжкина ты кошка, что за вопросы?

Мы перекрикивались через реку, а время уходило. Ждать полицию? А что если этот Прапор параноик и сейчас он уже двигается в сторону персидской границы? Надо спешить. Да и, вообще, когда это меня останавливали неожиданные трупы?

– Мне срочно нужно в Остров! – сказал я. – Можешь подбросить?

Обухов посмотрел на мертвых Каримовых, затем перевёл вопросительный взгляд на Кривенко.

– Конечно, господа, я буду рад представлять ваши интересы перед полицией, – с охотой заявил тот. Показал зажатый в руках телефон, на котором мерцал сигнал вызова. – Уже набираю, не извольте беспокоиться. Но я прошу вас не покидать территорию страны. Пожалуйста. Если вам будет не сложно.

– Давай к машине, – крикнул Обухов. Отлично. Жди меня Прапор. Я еду. И я буду очень дотошен.

Глава 24

Бар «Сладкоежка» находился на набережной реки Великая, в трёх сотнях метров от известного цепного пешеходного моста. Подъехать прямо к нему нам никак не удавалось так что машина резко потеряла все преимущества. Обухов тщетно искал место для парковки, но у меня на это времени не было: торопило странное предчувствие.

Да и не нужны мне лишние свидетели! Пусть паркуется.

– Жди здесь! – попросил я его и выскочил из машины. Набережная была совсем рядом, и уже через минуту я торопливо шёл по тёплому граниту, обгоняя праздно прогуливающихся зевак. Кафе с столь необычным названием для бара нашлось почти сразу, и видно было издалека. Над крышей со скрипом крутилась огромная улыбающаяся морда бурундука в кепке, зажавшего в пасти рожок с обшарпанным мороженым. Облупившиеся глаза смотрели весело и страшно. Жуткое место, конечно.

Хотя если покрасить и отремонтировать, да при должной подсветке вечером… Ой, пустое. Уже на подходе к заведению я понял, что опоздал. Всё-таки предчувствие меня не обмануло.

Из «Сладкоежки» выбежала молодая официантка:

– Помогите! Помогите! Полиция! Вызовите полицию! Пожалуйста, кто-нибудь! Там убийца! Убийца!

Рядом с ней остановились двое молодых парней, один сразу схватился за телефон. Откуда-то со стороны цепного моста коротко взвыла сирена. Вот это реакция! Девушка испуганно озиралась на «Сладкоежку» и указывала в сторону бара трясущимися руками. Красивые ноги в чулках чуть ли не подкашивались.

– Я почти врач! – крикнул я, вбегая в бар. Во тьме заведения разило использованием магии. Чары ещё не развеялись до конца, но одарённый, который их использовал, уже исчез. Ёжкина кошка… Я застыл посреди разваленного зала. Да уж, здесь поработал человек высокого ранга, и работал он грубо и торопливо. Разноцветные столики, подходящие больше для детского кафе, а не для бара, были разбросаны по всему залу. Несмотря на красочную картинку над «Сладкоежкой» и пёструю мебель – остальное никак не походило на местечко, где в субботний вечер засядет семья с детишками. Слишком уж тут было… Криминально? Вон, утро сейчас, а столько людей ошивалось не самого благородного вида. Я насчитал четырех убитых охранников, переломанных короткими и мощными ударами силы. Пахло смесью десятков разбитых бутылок с алкоголем, барная стойка проломлена барменом, и кобура на полосатой рубашке громче слов говорила, что и он не обычный труженик общепита.

Собственно, кто-то явно был не в духе, когда ворвался в «Сладкоежку». Вошёл внезапно, устроил хаос и, совершенно точно, также неожиданно и покинул заведение. Минуту назад. Обидно. Я прикрыл глаза, потянул следы силы, да, точно высокий ранг. И, возможно, ходящий сквозь пространство. Редкий талант. Один он был или несколько? Я внимательно изучил отпечатки. Да, точно один. Ну, как я и думал. Что по уцелевшим-то? Охрана мертва точно, а вот бармен ещё дышал.

Вот только нужен был мне не он. Я сюда пришёл по другую душу.

Искомый мною одноглазый обладатель импланта нашёлся возле туалета. Он привалился к стене, и киберглаз его мерцал, будто внутри что-то закоротило. Руки его были искривлены так, словно их сломали каждую раз по десять. Однако наёмник по прозвищу «Прапор» был пока ещё жив и быстро-быстро дышал, глядя куда-то в пустоту.

– Ты-то мне и нужен, – сел я рядом с ним. – Кто тебя нанял?

– Пошёл и ты, – немедленно отреагировал умирающий. Глаз сверкал безумием. – Пошёл и ты!

Я терпеливо потормошил его за переломанные конечности, но тот даже не вздрогнул. Ах ты гадина какая кибернетизированная и бесчувственная. Подготовленный, значит. Кодекс наёмника, все дела?

– Ему не сказал и тебе не скажу. Прапор выбирает лучших! – прошелестел умирающий. – Прапор лучший! Был и будет! Репутация!

Конечно, лучший. Кто спорит, но тут наёмнику не повезло. Сегодня ему попался человек, кто полагается не только на старое доброе ультранасилие. Я положил ему руку на плечо и впился в слабеющий контур. Он может все в себе изменить. Может писать коньяком и гонять по венам керосин, если имплант или чары позволяют, но против моего влияния не устоит.

Предсмертное самодовольство во взоре наёмника дрогнуло, когда с души стали сваливаться пласты брони, и через тридцать секунд «Прапор» говорил с гораздо большей охотой. О том, как к ним ворвался одарённый. О том, как перебил всю охрану и как пытал гордого наёмника, не восприимчивого ни к страху смерти ни к чувству боли. Глупец хотел найти того, кого искать нельзя. Думал, что сможет запугать.

– Прапора не запугать, хозяин. Прапор не ведает страха. Но тебе я всё скажу, – он дышал часто-часто, иногда запинаясь, взгляд его плыл. – Тебе скажу. Я знаю где он. Я проверял его. Отель «Сонная морщина». Приехал недавно. Заходил через левые адреса. Но я Прапор. Я знаю как искать.

– Имя.

– Александр Хромов. Думаю, это псевдо…

Глаз-имплант выключился, и будто бы одновременно с этим контур наёмника рассеялся. Прапор закончился.

– Это полиция! Всем оставаться на своих местах! – закричали от двери. Я распрямился, поднимая руки. Испуганный полицейский лет двадцати водил пистолетом по бару. Главное чтобы на психозе палить по сторонам не стал.

– Вызовите скорую, – сказал я. – Этот только что отмучился…

– Уже, ваше благородие, – полицейский увидел амулет на моей груди, медленно убрал оружие в кобуру. В заведение вошёл ещё один служитель закона, присвистнул. Я же разминулся с ним, вывалившись на улицу. Отыскал официантку, всё ещё утешаемую молодчиками.

– Старший уполномоченный Равночинный, – представился я, импровизируя. – Вы свидетель? Прошу вас, опишите нападающего!

Заплаканная девушка чуть успокоилась от моего голоса, но всё ещё всхлипывала. Молодые парни как-то сами собой отдалились, не желая привлекать внимание представителя власти.

– Я не видела, – захныкала официантка. – Я в подсобке была, когда всё началось. Сначала кто-то засмеялся, а потом крики, много криков. Миша закричал сильно. Потом что-то сломалось, упало. Я в зал, а там… Там Вячеслава Борисовича через столы. Пролетел, как игрушка. Упал и всё… Сразу…. Не шевелился. Удар сильный был. Он умер? Я спряталась за стойкой, боялась вылезти.

– Успокойтесь, пожалуйста. Мне очень важно чтобы вы помогли с описанием. Чем больше вы вспомните, тем быстрее мы его поймаем.

Надо же понять что за фрукт здесь только что был. То что он опасен, это я уже осознал. Хотелось теперь чуть больше деталей.

– Он спрашивал что-то Колю. Коля… Я не знаю как его зовут… С глазом. Ну… Он постоянный посетитель, такой щедрый всегда… Что с ним?

– Что спрашивал? – терпеливо продолжил я. – Попробуйте вспомнить.

– Про заказ какой-то. Я не поняла. Он ничего ведь не заказывал. Просто пришёл и стал убивать. Он требовал имя того кто сделал заказ. Там так хрустело всё страшно, будто кто-то хворост ломал! А Коля… Коля только смеялся. Он тоже… умер? Я дождалась когда всё затихло, выбралась и вот сюда. На улицу. Это всё что я знаю. Коля жив?

– Сколько ему было лет, Катя? – имя её я прочитал на бэйджике. – Нападавшему.

Она быстро-быстро помотала головой.

– Я не знаю. Но голос был молодой. Будто… Будто ребёнок к нам приходил. Понимаете? Злой ребёнок.

Нет, не понимал. Но полученной информации было, в целом, достаточно. Пусть и выходило, что моего языка попортил какой-то ребёнок, за пару минут перебивший пачку людей криминального вида. Такая себе версия. Претендент Свиридова заходил?

Я нахмурился, поблагодарил испуганную официантку и отошёл от неё. Кое-что вдруг вырисовывалось в ситуации. За всеми событиями вокруг зон и боданием со Свиридовым из головы совсем вылетело то, о чём говорил Маска в подслушанном Княгиней разговоре. Тот «рыбак» ловил кого-то и я был наживкой. Вот этого «ребёнка» он выслеживал? Хм.

Странные они. На месте любого из участвующих в этой игре чародеев я бы давно уже сам от себя избавился. Почему они так разумно не поступают, интересно мне? Какие-то дополнительные сложные установки, вроде данного слова или обета? Ой как много проблем от подобных насмешек над «честью» случается, уж поверьте мне. Выходит что разгром в «Сладкоежке» учудил мой покровитель, который, неожиданно, перешёл мне дорогу. И где-то поблизости ещё и Претендент пасётся, за ним охотящийся.

Как бы мне самому под раздачу не попасть, когда эти матёрые аристократ вдруг сойдутся в драке. Тут Свиридов со своим рангом покажется невинной девицей, приехавшей из деревни поступать в районный колледж для одаренных. Сметут и не заметят.

Я постепенно затерялся среди зевак. На набережную выехал бело-золотой автомобиль Первой Церкви. Двое иноков выбрались наружу, почтительно раздвигая толпу. Один сразу двинулся в «Сладкоежку», второй внимательно снимал показания сигнатур с округи.

Народу вокруг бара собралось уже порядочно, и чем больше их становилось, тем больше тянулось со стороны. Я пробился сквозь живое и взволнованное оцепление, и увидел Обухова. Княжич не стал рассекать людей своим великолепием и задумчиво ждал у парапета, чуть в стороне от зевак. Андрей старательно не показывал свою тревогу.

Старательно, но безуспешно.

Я прошёл через толпу и остановился рядом с княжичем. Молча облокотился на парапет, а затем поискал в телефоне отель «Сонная морщина». Минут тридцать до него ехать. Обухов молчал, ожидая когда я заговорю. Хотя точно хотел что-то сказать. Переминался с ноги на ногу и вздыхал, однако мне нужно было ещё подумать, поэтому я не обращал внимание на эти невербальные знаки.

Со стороны центра города вякнула сирена, затухая, и на гранитную набережную выползла машина скорой помощи. Люди расступались перед ней. Даже бело-золотой экипаж в сторону отъехал. Как хорошо работают службы в этом Острове. Молодцы.

– Что-то дурное произошло, Илья. Чувствуя я беду, – сказал, наконец, княжич. – Устрани подозрения мои и дай благородное слово, что не ты это устроил?

– Не я, – покачал головой я и этого ответа Обухову хватило.

А мне самому было крайне интересно: как же такое невероятное совпадение случилось. Человек, который устроил разгром в «Сладкоежке» совершенно точно пришёл в поисках того же прапорского клиента, что и я. Но как он на него вышел, а? На том убийце-неудачнике была прослушка? Не было, я бы почувствовал.

Чёрт! Я даже поморщился от досады на себя. Ах ты зараза. Тот след у реки… Рядом со стрелком этим поганым! Всё то время, пока я пытал лишившегося руки снайпера – за мною наблюдал другой одарённый⁈ Причём наблюдал так, что я его не почувствовал⁈ Как? Астральная проекция? Невидимку бы я точно почувствовал.

Твою ж бабушку… Сколько же мой таинственный соглядатай про меня теперь знает? Как он будет использовать своё знание? И… Вдруг он и сейчас здесь? Я шмыгнул носом, покосившись в сторону толпы. Вряд ли. Здесь уже Первая Церковь, здесь такое не прокатит. Эти применение силы точно отловят, тем более со сканером сигнатур.

За себя я не переживал. Моё вмешательство в контур совершенно не оставляет отпечатков. Не тот уровень материи, и не требует заклинаний.

– Мне надо ещё кое-куда съездить, дружище, – сказал я Андрею. Княжич хмыкнул, отлепился от парапета.

– Там тоже будет полиция? – поинтересовался он.

– Я честно тебе признаюсь, Андрей, тут её тоже быть не должно было.

– Это может быть опасно?

О, он так хотел чтобы я ответил «Да». Ноздри раздувались, глаза сверкали. Ты не персонаж героической книги, Обухов, ты княжич которого и шлёпнуть могут случайно, когда большие дяди друг другом в баре кидаться начнут. Вон сколько там сейчас трупов в «Сладкоежке» нечаянных.

– Ещё как, – не обманул я ожиданий княжича.

– Тогда почему мы теряем время, друг мой?

* * *

«Сонная морщина» была небольшим придорожным двухэтажным домиком. Стояла она через дорогу от парковки дальнобойщиков, на небольшой возвышенности и за высоким кирпичным забором. По трассе на Петербург летел нескончаемый поток машин, и наш «Москвич», стоящий на обочине, покачивался от воздушных волн.

Мы притормозили у въезда на стоянку придорожной забегаловки «У Сигизмунда Достоевского». Дождались, пока у кафе не освободится местечко, припарковались и вышли на улицу. Моросил дождь.

Я смотрел на отель и вроде бы ничего страшного там сейчас не происходило. Подъезд чист. На парковке две хорошие машины, одна внедорожный ЧАЗ последней модели, а вторая премиальный ядовито-красный «Сорен». Трупов не видать, никто не бегает, сирены не мигают. Вроде бы и хорошо да покойно? Убийца Прапора и не мог знать об этом месте, но осторожность не помешает. Надо оглядеться.

Мы вошли в кафе, сев у окна. Андрей попросил меню, и улыбающийся кавказец принёс его буквально сразу. Обменявшись с ним дежурными шутками и заказав «лучший шашлык на ближайшие сто километров», мы оба уставились в окно.

А через пару минут я отправился в туалет, где устроившись в чистой кабинке, с трудом принял позу лотоса, устанавливая связь с новым мастером-хомяком.

Мой питомец уже был в гостинице. Мы выпустили его ещё на парковке, и к тому моменту как я закрывался в туалете, зверёк добрался до гостевой книги. Служитель отеля смотрел телевизор в фойе, прислонившись к стене. Одинокий посетитель читал книгу в дальнем углу.

В отеле было всего пять номеров. Три пустовали. Судя по тем ценам, что писали в интернете – это и не удивительно. Натуральный грабёж. В книге учета значилось всего два постояльца. Макар Стрельцов и Александр Хромов.

Вот последний мне и был нужен, определённо. Некоторое время я изучал читающего гостя, пытаясь понять не он ли тот таинственный Александр. Но слишком уж у того был потрёпанный вид, а ещё бородка эта чахлая, да глаза подслеповатые. И читал он какой-то мусор про инопланетян. Рядом с мужчиной стояла чашка с остывшим чаем. Сложно себе представить, что он может якшаться с людьми типа почившего Прапора.

Я, наконец, нашёл план комнат и бронемяк, повинуясь моей команде, двинулся в сторону нужного номера. Хромов обитал в апартаментах за нумером четыре. На втором этаже. Питомец успешно вскарабкался по ступенькам, перебрался через порожек и его лапки тихонько засеменили по лакированным доскам пола.

Когда ведомый мною зверёк повернул в уголок, где пряталась нужна дверь, то я аж вздрогнул. Перед моими глазами нарисовался огромный чёрный кот. Выгнувшийся дугой, он зашипел, глядя на бронемяка сверху-вниз.

– Бзибзи? – спросил у него разведчик.

Кот боком двинулся в сторону, обходя малыша и не прекращая шипеть.

– Бзидзи… – нехорошо, с угрозой, пропищал бронемяк. Так, это вот лишнее. Ну ка назад! Шуметь не надо! Кот на работе, не трогай его!

Мастер-бронемяк резко откатился в сторону, испуганный внезапным шумом. Дверь в четвёртый номер внезапно распахнулась.

– Пошёл вон! – сказал кто-то, и с яростным мяуканьем в коридор вылетел кот. Ему явно ногой наподдали. С возмущённым визгом чёрный зверёк сбежал на первый этаж. Из комнаты вышел молодой аристократ весьма надменного вида. Брезгливо огляделся.

– Развели здесь скотный двор! – непонятно кому сказал он. Да, лицо благородное. Одарённый, явно привыкший командовать и очень, очень, очень недовольный. Должно быть пребывать в таких местах ему было непривычно.

Мой бронемяк прятался в тени, наблюдая за человеком, которых отчего-то хотел моей смерти. Что ж… Как ты выглядишь и где ты живёшь я знаю.

В дверь постучали. Я медленно вышел из транса, не сразу осознав, что до сих пор сижу в туалете. Поднялся. Спустил воду. Помыл в раковине руки и ополоснул лицо. До Александра мой таинственный «покровитель» не добрался. Это хорошо.

Как бы мне теперь его взять? Ранг одарённого я не знаю, вряд ли это ученик или новичок, так что здесь могут встретиться сложности. Пробить контур ему не смогу точно, это вам не безродных очаровывать. Однако допросить его мне всё-таки нужно. И сейчас, находясь в нескольких сотнях метров от цели, предстояло придумать как именно это сделать.

Но сначала, несомненно, я должен отведать местного шашлыка. Не зря же его так нахваливали.

Вернувшись в зал, я сел напротив Андрея и посмотрел в окно. Этот Хромов был чужим в придорожном мире. Он точно никогда прежде не оказывался в таких местах. И сейчас прозябает тут явно не от хорошей жизни.

Кто знает, может на этом и сыграю?

Запахло шашлыком, и я тут же забыл обо всём. Потом. Всё потом. Успеется.

Рот наполнился слюной.

Глава 25

О, это действительно оказалось вкусно. Я с аппетитом впился зубами в сочное мясо, сорвал кусок с шампура и откинулся на спинку стула, с наслаждением пережёвывая кусочек шашлыка. Да, определённо, штука отличная. Ох, как много я потерял за эти сотни лет прозябания среди демонов! Как здорово, что теперь можно наверстать. Вкусно и точка!

Княжич степенно снимал мясо с шампура себе в тарелку, всем видом показывая воспитанность. Мне же, глядя на это благородство, так захотелось сделать что-нибудь назло. Что-нибудь свинское, хулиганское. Рыгнуть, например, или нарочито почавкать. Чтобы хоть как-то развеять аристократичный ореол Обухова, столь чуждый в придорожной харчевне. Но это всё природная вредность говорила, а вредничать во время столь прекрасной трапезы – грех!

Я умял блюдо в кратчайшие сроки. Проголодался, конечно. Ну и, несомненно, меня звала дорога приключений. В «Сонной Морщине» томился человечек, который даст мне множество преинтереснейших ответов на, вероятно, очень банальные вопросы. «Кто ты такой» и «почему хочешь меня убить». Классика!

Осталась самая малость: придумать как выкурить из отеля этого таинственного дворянина, а затем и разговорить его. Бронемяками его, скорее всего, не вырубишь: точно с доспехом накинутым или ещё какой-нибудь бронёй. Открыто вламываться в гостиницу и устраивать там магическую бойню – это хорошо в фильме, но не факт что сработает в нашей ситуации. Мало ли этот Александр рангом высок и в драке хорош. Надо тоньше отработать.

Жаль, конечно, что через контур не зайти. Нравится мне отзывчивость простых людей, когда у них сущность распадается. Возни мало, толку много. Эх.

Обухов кушал молча и с неприкрытым наслаждением. Когда он, наконец-то, закончил, то осторожно промокнул губы и сыто улыбнулся.

– Внемлю тебе, друг мой. Какие наши дальнейшие взаимодействия? – спросил он.

– Видишь тот домик? – кивнул я на отель. Андрей кивнул.

– Там сидит человечек, который подослал ко мне убийцу. Я знаю как он выглядит. Знаю, как он записан в гостевой книге. Знаю, что он одарённый. Но вот как его оттуда вытащить тихонько – не знаю. Давай устроим мозговой штурм, что ли?

– Ранг?

– Нет у него амулета, или же прячет. Будем считать величиной неизвестной. На вид лет тридцать, тридцать пять.

– Сиречь любой, – подытожил Обухов. – Думаю, д о лжно нам встать с тобой и отправиться прямо ко входу. Ежели супостат он, то пусть честная драка разрешит наш спор! А если слабый духом, то всё и расскажет.

Ну, в целом, сложно было ожидать от княжича чего-то другого. Забрало открыть и алга. Я с какой-то едва скрытой жалостью посмотрел на этого волшебного чудака. Тяжело ему без меня придётся.

– Интересный вариант, – с трудом улыбнулся ему я. – Но поступать мы так не станем.

– Ну или давай я схожу в машину за нуль-артефактом и мы нивелируем его ранг в схватке, – как ни в чём не бывало продолжил Обухов. Он очень тщательно вытер кончики пальцев, с рассеянным видом глядя на «Сонную морщину». – Только, умоляю, не мог бы ты взять это в руки.

– Ты прихватил с собой артефакт⁈

– В багажнике лежит. Место не занимает, а вещь изумительно полезная может оказаться, – пожал плечами княжич.

– Моему удивлению пределов нет, Андрей. Тогда слушай, что надо сделать.

Я вкратце рассказал только что зародившийся план, и уже через пять минут мы поднимались на крыльцо отеля. Княжич шёл властно, уверенно, расслабленно, а я, с натянутой на глаза сувенирной футбольной кепкой, с эмблемой «Псковских драконов», горбился чуть впереди. Ролевая игра: слуга и хозяин.

Амулет одарённого я благоразумно спрятал подальше. Да и зачем он мне, в кармане ведь лежал артефакт нуль-магии, и с ним Илюша совсем бездарное создание. Безмерное безвременье, как же мерзко быть человеком без магических талантов. Мне даже ходить было тяжело. В груди неприятно и лениво ворочалось сердце, ноги гудели, в голове будто туман клубился. Фу, кака какая!

– Доброго дня вам, ваше благородие! – поспешил навстречу нам хозяин отеля. – Премного счастлив лицезреть вас в «Сонной морщине!»

– Княжич Андрей Обухов желает осмотреть окрестности и для этого выбрал ваше заведение для ночлега, – почтительно залопотал я, пряча глаза под козырьком. – Прошу вас незамедлительно предоставить нам лучший номер.

– О, прошу прощения ваше сиятельство, – охнул владелец «Морщины». – Лучший номер предоставим. Вид на яблоневый сад, очень тихо, опрятно. Там останавливался сам Преображенский и остался очень доволен!

Княжич остановил его речь коротким жестом. Брезгливо огляделся.

– Его сиятельство хотели комнату на втором этаже, – монотонно продолжил я. – Разрешите посмотреть апартаменты?

– О, конечно, конечно. Прошу за мною.

– Ваше сиятельство? – угодливо поклонился я. Обухов пошевелил пальцами, дескать, иди уже. Хорош, чертяка. Умеет лицедействовать в таком амплуа. Видимо часто практикует.

Под ногами заскрипели ступени. Я сунул руку в карман, сжимая мягкий артефакт нуль-магии. Вот и второй этаж. Комната Александра была справа от меня.

– Что здесь? – спросил я, остановившись и указывая не нужную мне дверь

– О, с превеликим сожалением вынужден сообщить, что комната занята. Очень благородный человек, по-моему даже москвич. Но уверяю, те апартаменты, что я хотел…

Я поднял руку, пресекая речи. Дверь в номер моего убийцы была приоткрыта. Очень нехороший знак.

– Простите? Вы что себе позволяете? – нахмурился владелец отеля, когда я подошёл к двери и легонько её толкнул. Твою мать.

На крюке с потолка свисал труп. Лицо мужчины оплавилось как свеча от жаркого огня. Пахло в комнате очень нехорошо: едко так, и горло драло от воздуха. Тот, кто прикончил дворянина, сделал так, чтобы парня не опознали… Да что с вами такое-то, люди? Ну куда проще было бы сжечь тут всё!

Так, Илья, а чего это тебе всё время хочется что-нибудь поджечь, а? Откуда в тебе это? Остынь!

– Иисус помоги, – ахнул хозяин гостиницы. – Иисус помоги… Да как же так… Да что же это…

Я стоял, молча сжимая в кармане бесполезный артефакт и размышляя. Никто отсюда не выходил. Никто не заходил. Проклятье, этот хмырь ещё минут двадцать назад был жив, и ничто не предвещало такого финала… До него добрался мой «покровитель»?

Медленно развернувшись, я спустился к Обухову.

– Он мёртв, – буркнул ему и вышел на улицу. Остановился на крыльце.

– Как мёртв? – спросил ошарашенный княжич, едва нагнал меня.

Я с омерзением бросил на землю артефакт, и сила внутри затрепетала, забурлила. Прикрыв глаза, я искал любые следы чужой энергии. Так… Так… Астральная проекция, которую я почувствовал у трупа стрелка этим утром, тоже была здесь. Не ищи я её специально, и не увидел бы. Но когда знаешь куда смотреть, то любой камуфляж обойти возможно. Главное, чтобы преследователь не догадался о том, что я его вижу.

Сверху несло плохой магией. Сильной магией. Я старательно делал вид, что не замечаю соглядатая, одновременно изучая его ауру. Очень осторожно, не касаясь. Внюхиваясь, так сказать, но не трогая. В целом, такого подхода хватило. Чародей был крепкий, минимум грандмастер. Я даже подумал, на миг, не Маска ли передо мною, но для Маски неизвестный одарённый был слабоват.

Нет, не он убийца. Не он. И, должно быть, негодует он крепко сейчас. Ведь со мною наравне по следу шёл.

– Идём, – сказал я Андрею через несколько долгих секунд. Наклонился, с содроганием поднял артефакт, и пошёл по дорожке к стоянке. Княжич с мрачным видом шагал следом. Да уж, столько ехали и обломались на последних минутах.

Тот, кто убил «заказчика» и тот, кто прикончил наёмника в Острове, были разными людьми. Совершенно точно.

И, по-моему, я знал кто именно посетил «Сонную морщину», пока мы с Андреем кушали шашлык. Вот только… Зачем⁈

Ладно, ёжкина ты кошка, разберёмся.