355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Александр Арбеков » О, Путник! » Текст книги (страница 72)
О, Путник!
  • Текст добавлен: 21 марта 2017, 00:00

Текст книги "О, Путник!"


Автор книги: Александр Арбеков



сообщить о нарушении

Текущая страница: 72 (всего у книги 92 страниц)

– Так мне угодно! – сухо произнёс я. – Кстати, вы в курсе, что я не только ПУТНИК, но и являюсь Императором Трёх Островов!?

– Слышал об этом, – мрачно буркнул ШКИПЕР.

– Так вот, с сего момента вы должны обращаться ко мне соответствующим образом и с глубоким почтением. Ваше Величество, Государь, Сир… – устало сказал я. – Собственно, что это мы с вами беседуем в таких некомфортных условиях? Ветер, вон, усиливается, холодает. Приглашаю вас ко мне в гости на славную и непобедимую Флагманскую Галеру. Выпьем, поужинаем, поближе познакомимся. Вашу безопасность я гарантирую!

Я, не торопясь, достал флягу, с удовольствием сделал из неё несколько больших глотков, крякнул.

– Слушайте, ПУТНИК, у меня есть одно условие, – начал, было, ШКИПЕР, но я его решительно прервал.

– Сир…

– Что!?

– Сир!

– Чёрт с вами! Сир!!!

– А вот ругаться и делать мне одолжение не стоит!

– Хорошо, Сир… Моё условие такого.

– Никаких условий! О сохранении жизни вашим спутникам не может быть и речи. Все пираты подлежат полному уничтожению и безжалостному истреблению! Такова моя военная доктрина. Я из-за вас менять её не намерен. – ЗВЕРЬ!!!

– У, а, у, а!!! – Пёс растворился в воздухе в мощном прыжке, шлюпка качнулась так, что я чуть с неё не упал.

Белые буруны на воде, рождаемые невидимым, быстро плывущим ЗВЕРЕМ, оборвались около нагромождения камней и скал. Через несколько минут из глубин пещеры донеслись дикие крики, полные ужаса, боли и отчаяния. Потом всё стихло. Ну, что же, вот и нет последних из морских дьяволов. Мой собеседник не в счёт. Какой он пират! Всё, баста, поход почти окончен. Почти…

ЗВЕРЬ, не торопясь, вышел наружу, задрал голову вверх, внимательно и хищно посмотрел на бледного и потрясённого ШКИПЕРА, потом глухо рыкнул и перевёл вопрошающий взгляд на меня.

– Знаете, что больше всего меня поражает и в Землянах, и в Глорианах, и в Альтаирянах, и даже в этих непонятных Арктурианах?

– Что, Ваше Императорское Величество? – не сразу откликнулся ШКИПЕР.

– Вот такое обращение ко мне заслуживает всяческой похвалы! Быстро вы исправились, однако! – удовлетворённо произнёс я. – Милости прошу к нашему шалашу. Я имею в виду вон тот великолепный корабль.

Я обернулся к Гвардейскому офицеру.

– Сударь, проводите моего гостя на Флагманскую Галеру. И будьте к нему внимательны и почтительны.

– Слушаюсь, Сир!

– Ваше Величество, всё-таки, так что же Вас поражает больше всего во всех известных Вам жителях Вселенной? – крикнул Альтаирянин.

– Что? – печально улыбнулся я. – Так вот, пока вам всем не надерёшь как следует ваши тощие, вонючие задницы, нельзя ожидать никакого прогресса во взаимоотношениях! Меня этот факт очень сильно угнетает, напрягает и позволяет чёрному пессимизму закрасться в мою чувствительную и трепетную душу, которая всегда верила в самое лучшее! Зачем мыслящему существу дан разум? Для того, чтобы искать пути к компромиссу без применения насилия. Мы же не акулы и не гиены! Ан, нет! Печально… Ладно, возвращаемся на базу! Сударь, спускайтесь же со своей скалы! Что вы там торчите, неприкаянный и словно вкопанный!? Дождь вот-вот начнётся, ветер усиливается!

– Хорошо, Сир! Но ЗВЕРЬ…

– Вы же видите, что его на острове уже нет!

– Спускаюсь, Сир!

– Ну и славно…

Тяжёлая Флагманская Галера слегка качалась на всё более усиливающихся волнах. Камин пылал и гудел, как всегда, словно в первый и в последний раз. Отблески его горячего пламени хаотично метались по стенам кают-компании и, казалось, поглощались ими. Этот эффект достигался благодаря тяжёлым и плотным дубовым панелям, которыми были обшиты стены. Тепло и уют обволакивали всё вокруг. Жалкие остатки прохладного зимнего воздуха безуспешно пытались укрыться в сумеречных углах.

За столом сидели трое: я, ПОЭТ и ШКИПЕР. Незадолго до моего возвращения на корабль ПРЕДСЕДАТЕЛЬ удалился в свою каюту, так как ему снова стало плохо. Присутствие на ужине ШЕВАЛЬЕ и БАРОНА в силу ряда обстоятельств мне показалось излишним.

Идеально начищенное столовое серебро солидно покоилось на белоснежной скатерти. На двух сервировочных столиках рядом располагались горячие и холодные блюда, разнообразные закуски. В центре стола стояли два хрустальных графина. В одном из них янтарно искрился ром, в другом бриллиантово переливался Звизгун.

Все молчали и задумчиво смотрели в огонь. Поленья в нём обречённо трещали и периодически мощно разбрасывали вокруг себя мелкие раскалённые угли, но они не могли вырваться из топки наружу, так как путь им преграждала мелкоячеистая металлическая сетка. Галера слегка покачивалась на волнах, словно стремясь нас убаюкать и погрузить в сладкий и благостный сон. Было покойно и хорошо. Хотелось ни о чём не думать, дремать, дремать, дремать…

– И так, господа, – решительно прервал я затянувшееся молчание и резко встал, стряхивая с себя завораживающее наваждение, рождаемое огнём. – Первый тост! За знакомство!

– За знакомство! – не торопясь, поднялся ШКИПЕР, держа в руке рюмку с ромом.

– За знакомство! – вскочил ПОЭТ, стараясь не расплескать Звизгун.

Мы осушили ёмкости, сели, приступили к трапезе. Через некоторое время я снова прервал сосредоточенную и несколько напряжённую тишину.

– За здоровье!

– За здоровье!!

– За взаимопонимание!

– За взаимопонимание!!

– Знаете что, сударь, – обратился я к порозовевшему ШКИПЕРУ. – У меня к вам имеются два вопроса. Они несущественны и не так уж и важны, но интересуют меня чрезвычайно.

– Как может чрезвычайно интересовать то, что не существенно, Ваше Величество? – ухмыльнулся гость.

– Вы правы, здесь вы меня подловили, – усмехнулся я.

– Слушаю Вас внимательно, Сир? – Альтаирянин стал серьёзен.

– Почему вы, Альтаиряне, ходите в чёрном, а Глориане в белом? Как-то странно. Мне это напоминает персонажей старых добрых книг и фильмов. Силы зла и добра в них крайне поляризованы, антураж действа, в том числе и одежда, подчёркивают статус каждой из противоборствующих сторон. Так кто же из вас плохой, а кто хороший?

Мои сотрапезники засмеялись почти одновременно, пристально и внимательно посмотрели друг на друга.

– Сир, между нами нет особой разницы, – пояснил ШКИПЕР. – Добро и зло во всей Вселенной разбросано равномерно. Что касается стиля и цвета одежды… Ну, это так просто сложилось. Поверьте мне.

– Ну, если говорить о добрых и злых намерениях, то я всё-таки сочту за злодея вас, ШКИПЕР. Ведь вы недавно на Втором Острове организовали на меня дурацкое нападение, испортили нам с ГРАФИНЕЙ замечательный пикник. Потом вы зачем-то встали во главе остатков этих морских душегубов, организовали против меня вооружённую борьбу, которая причинила мне определённое беспокойство и создала немалые трудности. Зачем, почему?! Не пойму!

– Сир, так складывались обстоятельства. До определённого момента нам не была понятна Ваша сущность и мы опасались Ваших действий, не ведая Ваших целей. Мы не знали, что вы обладаете такими способностями и возможностями.

– Вот как? Хорошо, перейдём ко второму вопросу, – я решительно наполнил рюмки до краёв. – Почему ваше э, э, э… государство, называется Звёздной Системой Альтаир? Насколько я помню астрономию, звезда Альтаир находится в созвездии Орла? Там есть ещё Вега и Денеб, образующие с вашей звездой так называемый большой летний треугольник.

– Сир, созвездие Орла, ну, это название, – плод фантазии Земных астрономов, – усмехнулся гость. – Наша звезда сама по себе. И только она среди всех ближайших к ней звёзд имеет одну обитаемую планету. А вообще, мы всё вокруг нас называем несколько иначе, чем Земляне.

– Понятно, – усмехнулся и поморщился я.

– За мир! – улыбнулся ПОЭТ.

Жить стало значительно веселее, легче и радостнее. Я внимательно посмотрел на ШКИПЕРА, который, причмокивая, с явным удовольствием, разделывался со свиными рёбрышками.

– Сударь, – строго обратился я к нему. – А вы ведь до сих пор нам так и не представились, однако!

Альтаирянин вздрогнул, с сожалением оторвался от трапезы, вытер руки и рот салфеткой, встал, скорбно помолчал, досадливо поморщился, потом горестно нахмурил лоб, тоскливо посмотрел в потолок, засопел.

– Да что же это вы так мучаетесь, сударь?! Вы же не перед гильотиной стоите, не перед виселицей! – сочувственно спросил я его. – Давайте, говорите всё как есть, на духу, начистоту!

– Сир, предлагаю выпить ещё. Налейте, пожалуйста, вот этого, светлого. Как там его? Очень странное название…

– Звизгун! Напиток Богов, – весело произнёс я.

– Фантастическое название! И кто же его придумал!?

– Тост? – поморщился я.

– За ВЕРШИТЕЛЕЙ, за ПРАРОДИТЕЛЕЙ! – с чувством произнёс Альтаирянин.

Мы с ПОЭТОМ насторожились, напряглись, быстро переглянулись, стремительно поднялись со своих кресел.

– За ВЕРШИТЕЛЕЙ!!

Все сели, закусили, посмотрели в камин.

– Дружище, – беспечно и мягко произнёс я, обращаясь к гостю. – Так кто вы всё-таки такой? Ну, то, что вы Алтаирянин, я это уже давно понял. А дальше? Кто вы по должности, какова ваша миссия здесь, на Островах? Разрешите напомнить, на Моих Островах! Каким образом вы оказались среди пиратов и стали их предводителем? Зачем, к чему, почему? Что вам пираты, что вы им!? Бред какой-то!

– Сир, Вы не представили мне своего спутника, – нервно и мрачно произнёс ШКИПЕР.

– Ну, вообще-то я и не обязан этого делать. Хозяин, знаете ли, – барин. Да к тому же, вы ещё и мой пленник, пока, конечно. Ладно, уговорили. Перед вами – ПОЭТ. Мой Придворный Летописец, Имперский Барон. Командир Особого Отдельного Ударного Отряда Морской Пехоты Объединённых Воздушно-Космических Сил Земли. Полковник. Третий Советник Совета Бессмертных планеты Глория. Ну, вроде бы и всё…

ШКИПЕР, сузив глаза и открыв рот, ошеломлённо воззрился на ПОЭТА. Его растерянность и удивление были до такой степени искренними, что мы с Советником весело и слегка зло рассмеялись.

– Сир, кстати, а почему ни я, ни Альтаирянин не ощущаем наличия друг у друга матриц? – осторожно спросил Глорианин.

– Так надо, – улыбнулся я.

– Что?! – одновременно воскликнули ПОЭТ и ШКИПЕР.

Я сделал небольшую паузу, а потом задал всё тот же вопрос:

– Кто вы такой, сударь?

– Сир, вы знаете, после представления Вашего спутника мне как-то сразу стало легче. Значительно легче…. Если обстоятельства складываются таким причудливым образом, и пошёл такой необычный и странный расклад, то я сам готов представиться. Не вижу смысла более таиться, – ШКИПЕР встал, взглянул мне в глаза ясно, насмешливо и легко. – Перед вами – Глава Совета Бессмертных Звёздной Системы Альтаир! Честь имею!

ГЛАВА СЕДЬМАЯ
 
Я взглядом ищу:
Не там ли сейчас промелькнул
Кукушки голос?
Но нет! Одна лишь луна
Медлит в рассветном небе.
 

Говорят, что самая неожиданная и интересная новость, – это та, которая на первый взгляд неправдоподобна, но абсолютна верна. После слов, произнесённых ШКИПЕРОМ, я и ПОЭТ вздрогнули, крайне удивлённые таким поворотом событий, поражённо переглянулись между собой, нахмурились, поморщились, а затем с огромным любопытством воззрились на гостя и стали изучать его так строго и тщательно, как делают это биологи, открывшие ранее неизвестный и редчайший вид бактерии, животного или растения.

После довольно продолжительной паузы ПОЭТ задал ГЛАВЕ самый важный, уместный и правомерный в такой ситуации вопрос:

– Сударь, а вообще-то и всё-таки, что вы здесь делаете!?

– Вселенная полна проблем, знаете ли, – крайне неопределённо ответил наш гость, вдруг неожиданно потерявший всю свою былую загадочность и таинственность.

Эти два последних свойства играют очень большую роль и много значат во взаимоотношениях между людьми. Сторона, обладающая ими, имеет определённое преимущество перед контрагентом, обусловленное тем, что неизвестность в той или иной её форме тревожит, волнует, притягивает и страшит нас всех. Лишившись флёра таинственности, человек сразу же утрачивает часть своей мистической ауры, несёт довольно ощутимые потери в споре, на переговорах или в простой беседе, теряет лицо или его часть в глазах собеседника. Загадочность манит, воодушевляет, томит, волнует и зовёт… Легко провести аналогию, ну, например, вот с такой ситуацией.

Допустим, некий археолог всю жизнь ищет таинственный легендарный город, затерянный где-то в джунглях или в горах, и страстно надеется найти там несметные сокровища или хотя бы какие-то уникальные памятники архитектуры, другие значимые и интересные следы исчезнувшей цивилизации. Во имя исполнения этой мечты человек тратит уйму времени, сил и денег, лишается здоровья, его бросает любимая женщина, ну и так далее и тому подобное… И вот, наконец, цель жизни достигнута! Ура, город обнаружен! Но, о, Боже, какой ужас! Кроме полуразрушенных каменных стен, да сгнивших брёвен, да каких-то черепков, да истлевшего тряпья наш исследователь ничего больше не находит!

Или, допустим, знакомитесь вы с некой таинственной и прекрасной незнакомкой, полной обаяния, ума и шарма. Вы в экстазе, вы жаждете ею обладать полностью и до конца. Вот, наконец, найдено уединённое место, вы лихорадочно срываете с дамы одежды, а под ними – кривые толстые ноги, тощий зад и цыплячья грудь! Вот вам и загадка, вот вам и тайна!

– Сударь! – строго обратился я к ГЛАВЕ. – Вы совершенно верно заметили, что Вселенная полна проблем. Но я хочу открыть вам глаза и на то, что кроме этого она полна леденящих душу тайн, а самое главное, – она переполнена разными смертельными опасностями и неожиданностями!

– Вы о чём, Сир? – беспокойно спросил гость.

– Я о том, звёздный вы наш, что на сегодняшний момент главная опасность для вас – это я! – мой голос, подобный гитарным струнам, истерзанным страстным поклонником Фламенко, завибрировал так зловеще и грозно, что мой собеседник смертельно побледнел и вжался в кресло.

Я думаю, что волосы на его лобке и в промежности должны были встать дыбом. Почему именно там, а не на голове, в подмышечных впадинах, или между ягодиц, или на ногах, например? Точно не знаю. Но если волосы встают дыбом на лобке и в промежности, то это очень о многом говорит и очень многое значит!

– О, извините, полу загадочный вы наш! – я встал, склонился в глубоком поклоне и поправился. – Согрешил против истины, соврал! Каюсь! Я для вас отнюдь не основная опасность.

– И какова эта иная опасность? – криво усмехнулся Алтаирянин, спрятав дрожащие руки под стол.

– Сир!!! Следует каждый раз при разговоре упоминать мой титул! – я так посмотрел на гостя, что, казалось, он вот-вот потеряет сознание. – К Императору следует обращаться подобающим образом!

Клиент держался из последних сил, цепляясь за жалкие обломки своего статуса и сопутствующего ему былого достоинства.

– Извините, Сир…

– Так вот, – я плюхнулся в кресло и мгновенно успокоился. – Самая большая опасность для вас – мой ЗВЕРЬ. Я, конечно, могу угрожать и неистовствовать, ломать стулья, разгибать подковы, брызгать слюной и громко вопить, много чего страшного и ужасного обещать, но натура у меня очень мягкая, душа трепетная, сердце доброе. Барон, как вы считаете, я прав или нет?

– Ваше Величество, Вы абсолютно правы, – вскочил ПОЭТ. – Если бы Вы приводили все свои угрозы в исполнение, то на Островах почти не осталось бы людей!

– Присядьте, Барон, – я встал, подошёл к камину, подбросил в него дрова, присел, полюбовался пламенем, а потом максимально ускорился и мгновенно переместился обратно к столу.

ШКИПЕР несколько секунд удивлённо созерцал пустое пространство в том месте, где я только что находился, а потом с ужасом перевёл взгляд на меня, слегка привалившегося к его креслу, заморгал глазами, облизал пересохшие губы.

– Так вот, якобы, Бессмертный вы наш! Я, в случае наступления определённых обстоятельств, отдам вас на растерзание ЗВЕРЮ! Киборг, он и есть Киборг! Что с него возьмёшь? Злобная тварь, терминатор, безжалостный убийца, не знающий жалости и пощады, жаждущий крови. Уж он-то с вами наедине порезвится, уж он-то снимет с вас стружку, постепенно и не торопясь! Безжалостно и чувственно…

Я грозно насупился, посмотрел Шкиперу в глаза и понял, что клиент созрел окончательно. Пора, наконец, прекратить заниматься пустословием и переходить к делу.

– И так, сударь… Какова цель вашего визита на мои Острова? Кстати, Барон, ну-ка, налейте нам по полной рюмочке для расслабления, – я лихо подцепил на вилку кусок солёного гриба, покровительственно и весело кивнул бледному ГЛАВЕ, предлагая ему последовать моему примеру. – За искренность, господа!

– За искренность!!

– Ну, так слушаем вас, дружище!

– Сир, – поспешно ответил ГЛАВА. – Я прибыл на Острова, вернее, на Архипелаг, с несколькими целями. Одной из них являлась встреча с Верховным Магистром Ордена Посвящённых.

– Так, так… И какие проблемы вы с ним намеревались обсудить, и какие же задачи собирались решать?

– Сир, во-первых, необходимо было согласовать наши дальнейшие действия. Во-вторых…

– Ну, ну, смелее!

– Сир, я должен был доставить ему карту Вашего генома…

– О, как, ишь, ты, однако! И что это за карта такая?

– Сир, вообще-то, в обычных условиях, она представляет из себя микрочип с полным набором психофизических данных человек, в том числе в нём содержится и код Пси-Матрицы. Хранилище таких чипов имеется в Альтаире и, очевидно, на Глории.

Я вопросительно посмотрел на ПОЭТА. Он усмехнулся и утвердительно кивнул головой.

– Сир, но в специфических условиях Анклава задача значительно осложнилась, – продолжил ГЛАВА. – Барьер не пропустит чип, как и любое другое электронное устройство. Пришлось действовать иным путём.

– Каким же?

– Сир, всё очень сложно и непонятно даже мне.

– Ладно, вернёмся к данной теме чуть позже. А каким же это образом вы заполучили мои данные? – с интересом спросил я.

– Сир, они были получены во время Вашей последней схватки с бойцами КОМАНДОРА.

– Вот как!? А, я-то, думал, ну какого чёрта разыгрывается этот дешёвый спектакль с битами, копьями, луками и сетями! Вот оно что!? Но, постойте, постойте! – я вскочил с кресла и заметался по каюте. – Я совершенно точно знаю, что никто из этих ваших горе бойцов меня так и не коснулся! Как же вы смогли получить мои полные данные!?

– Сир, существует так называемый дистанционный способ сканирования, – вмешался ПОЭТ. – Но для этого необходимо подобраться, так сказать, к объекту на максимально близкое расстояние.

– Кроме этого, нами были изъяты стакан, рюмка, вилка и ложка со скатерти, на которой Вы, Сир, изволили отдыхать вместе с ГРАФИНЕЙ, – добавил ГЛАВА.

– Понятно… – я сел в кресло, прикрыл глаза, внезапно почувствовал усталость, расслабился.

Да, познание – это, несомненно, одно из самых сладостных занятий в жизни, но всему, везде и всегда есть свой определённый предел, поэтому в любом процессе требуется делать перерыв. В данной ситуации смена темы – лучший отдых. Я потёр пальцами глаза, посмотрел на свечи и неожиданно даже для себя самого попросил ПОЭТА:

– Дружище, а прочитайте-ка нам что-нибудь из моего, раннего, а? Мне интересна реакция нашего гостя. Кстати, сударь, у вас, в этой самой Звёздной Системе Альтаир вообще существуют поэзия и поэты?

– Обижаете, Сир! – искренне возмутился гость. – Поэзия вечна, бессмертна и бесконечна, как этот Мир!

– Ну, насчёт всего материального Мира не знаю, – поморщился я. – Как известно, у Вселенной есть край, следовательно, Мир не вечен и не бесконечен. Как может быть вечным то, что где-нибудь и когда-нибудь заканчивается?

– Извините, Сир, – кашлянул ГЛАВА. – Сведения о том, что Вселенная конечна, достоверны?

– Абсолютно достоверны, даже не сомневайтесь, – улыбнулся я. – Продолжу свою мысль… И так, Вселенная, в её материальном понимании, конечна. А, вот, ежели исходить из постулата о том, что сначала было всё-таки сознание, дух, разум и они объединены в нечто единое целое, и вечны по своей сути, то поэзия также вечна! Умрёт материя, но мысли отчеканятся в пустоте, которая на самом деле таковой не является!

Мои собеседники некоторое время удивлённо созерцали меня, как редкого зверя, и обдумывали услышанное, а потом молча уставились в огонь. Галера, как и море под ней и вокруг неё, была абсолютно неподвижна. Лёгкий, почти неощутимый и неуловимый, прохладный воздух тонкой струйкой вползал в каюту, тихо, не касаясь пламени свечей и камина, следовал в сумрачные углы каюты и засыпал и растворялся там, как старый добрый пёс, абсолютно никому не мешая и не надоедая.

– Барон, так что там со стихами!? Что-нибудь любовно-философское, пожалуйста!

– Извольте, Сир, вот одно, из Ваших ранних:

 
Когда-нибудь придётся умирать…
Не для людей космическая вечность.
Твою улыбку, нежность и беспечность
Дай Бог мне встретить, милая, опять!
 
 
Когда-нибудь воскресну я, как знать…
И стану жить в загадочном столетье.
Увижу рай иль злое лихолетье.
Дай Бог тогда тебя не потерять.
 
 
Когда-нибудь нам суждено летать!
Двум отблескам пожара давней страсти.
И от любви, – мучительной напасти,
Не дай нам Бог, любимая, устать…
 
 
Когда-нибудь мне суждено узнать
Всё то, что смертным в жизни неизвестно.
Характер твой, – капризный и прелестный,
Не дай мне Бог когда-нибудь понять…
 

– Неплохо, Сир. Очень неплохо. Не ожидал… Говорю это совершенно искренне и честно, – удивился гость.

– Спасибо, – я наполнил рюмки ромом. – Немного передохнули, отвлеклись, расслабились, ну и славно. А теперь давайте вернёмся к делам нашим скорбным и суетным. На чём мы остановились?

– На психофизическом сканировании, Сир, – напомнил мне ПОЭТ.

– Ах, да… Продолжим тему, – я сделал лёгкий глоток из рюмки, бросил в рот крупную мочёную виноградину, зажмурился от удовольствия. – И что же было дальше, после того побоища?

– Сир, я наблюдал за схваткой со стороны. Двое наших Ускоренных ребят, специально обученных и подготовленных, всё-таки смогли подобраться к Вам близко и сумели находиться рядом с Вами достаточное время для того, чтобы Вас просканировать. Потом, незадолго до появления ЗВЕРЯ, мы все втроём телепортировались в крепость рыцарей Ордена Посвящённых.

– Сир, позвольте задать Шкиперу один вопрос? – спросил ПОЭТ.

– Валяйте, хоть два, хоть три…

– Ваше Величество, а можно не называть меня Шкипером? – мрачно произнёс ГЛАВА. – Как-то странно, уничижительно и пренебрежительно это звучит. Шкипер! Сразу ощущаю запах скользких вант, грязной палубы и тухлой рыбы в трюме. У меня, во всяком случае, возникают именно такие ассоциации!

– А у меня другие! Шкипер – это звучит гордо! Управляющий имуществом и хозяйством корабля, этакий администратор, психолог, трудяга, экономист, хитрец и конечно же, умный вор, – ухмыльнулся я. – Кстати, вы же руководите и управляете целой Звёздной Системой?! Значит, так и будете до поры до времени зваться ШКИПЕРОМ, если мне это будет угодно!

– Сир, и до какого времени?

– Когда оно придёт, я вам скажу, – ухмыльнулся я. – А вообще-то, как вы хотели, неземной вы наш!? Уважение и, возможно, даже дворянство надо ещё заслужить!

– Что!?

– Сир!!!

– Извините, Сир! Никогда ещё не попадал в такое глупое и унизительное положение. Простите…

– Да ладно уж! Бог простит. Но, в принципе, я вас понимаю – я посмотрел на ПОЭТА. – Сударь, вы хотели задать какой-то вопрос?

– Да, Государь. Скажите, пожалуйста, господин ШКИПЕР, а почему вы не телепортировались в Альтаир, ну, сразу после получения результатов анализа психофизических данных Его Величества? Быстро бы изучили их, а потом, в зависимости от результатов, предприняли бы дальнейшие действия. Чего вы забыли на этих Островах? Какого чёрта связались с пиратами, неделю бегали от нас, как заяц? Или, вернее, как карась от щуки?

– Какой карась, Барон? – возмутился я. – Как пескарь, как бычок, как плотвичка, как килька, как анчоус! Ну-ка, господин Шкипер, ответьте на сей интересный вопрос. Ведь вы действительно могли в тишине и покое, сидя в мягком кресле в уютном кабинете во дворце Совета Бессмертных Звёздной Системы Альтаир проанализировать данные, полученные из чипа, посоветоваться с кем надо, подумать, а потом уже принимать какие-то судьбоносные решения? Время вполне терпело.

– Сир, ни я, ни кто-либо из моих соплеменников, участвовавших в том побоище, не смогли в полной мере воспользоваться Пси-Телепортацией, – мрачно произнёс Альтаирянин. – Что-то, видимо, произошло с Единым Полем. Оно уже который раз даёт сбой. Это меня, честно говоря, очень сильно тревожит и напрягает.

– Вот как? – усмехнулся я. – А что вы имеете в виду, когда упомянули термин «не в полной мере»?

– Сир, после получения необходимых данных в Порталы-то мы вошли, – горько произнёс ГЛАВА. – А вот вышли мы из них не там, где надо, но все в пределах Анклава! Представляете!? Невероятно! Что-то непонятное произошло! Я до сих пор ломаю над этим голову. Неужели Поле нас просто не пропустило? Почему? В связи с чем? И, вообще, возможно ли такое? Силовой Барьер – это, конечно, сложное явление, но он не является, как бы это сказать, чем-то живым и разумным. Он представляет собою всего лишь сложное энергетическое поле определённой физической природы, которая нам пока не совсем понятна. Пси-Телепортация – это нечто совершенно иное! Она тесно связана с Единым Полем и проистекает из него. Барьер никак не может ей помешать. Другой уровень. Дубинка и лазер, меч и атомная бомба, стрела и Пси-Сублимативный импульс… А вообще, что-то странное и непонятное с некоторых пор происходит в этом Пузыре, как вы его называете.

ПОЭТ после слов ГЛАВЫ забеспокоился, судорожно напрягся, даже закрыл глаза, очевидно для большего сосредоточения, но найти Портал, ведущий за пределы Анклава, видимо, не смог. Он подозрительно, угрюмо и мрачно посмотрел на меня, а я весело, – на него.

– Сир?! – ошеломлённо произнёс ПОЭТ.

– Да, ибо, однако, вот так! – усмехнулся я. – Ну и куда же вы попали после телепортации, сударь? – спросил я, обращаясь к Альтаирянину.

– Не поверите, Сир, но снова очутился я прямо во дворе Замка Рыцарей Ордена Посвящённых!

– Ну а где же вы ещё ожидали оказаться? – усмехнулся я. – Так, так, так… А как же вы всё-таки осуществили сканирование? Вы сами отметили тот факт, что Барьер не позволяет проникать в Анклав никаким неорганическим соединениям? Ну, установить наличие у контрагента Пси-Матрицы может любой член Совета Бессмертных. Произвести глубокое сканирование интересующего вас индивидуума возможно только при наличии определённой аппаратуры, пусть даже на микро уровне. Какова была роль этих ваших двоих особо подготовленных Ускоренных бойцов?

– Сир, мы использовали довольно сложный и оригинальный способ сканирования. Боюсь, Вы не поймёте. Я и сам, честно говоря, не совсем и не до конца его понимаю.

– О, даже так!? Однако! – я переглянулся с ПОЭТОМ. поморщился и усмехнулся. – Слушайте, а что вы думаете обо мне? Чего это вы так суетитесь вокруг меня и так враждебно в отношении меня настроены? Кто я такой, по вашему мнению? Почему именно в последнее время, после разгрома армий Регента, Ордена и пиратов, вы обратили на меня столь пристальное внимание? Почему не раньше? Ну-ка, проясните ситуацию, заоблачный вы наш!

– Сир, объясню всё по порядку. Мы, Альтаиряне, обратили внимание на Острова только после того, как ими заинтересовались Глориане. Мы и они дети одной и той же могущественной цивилизации, располагаем одинаковыми возможностями и обладаем аналогичными способностями. Между нами на протяжении многих веков существовал паритет сил и нейтралитет. Мы не вмешивались в дела друг друга, не интересовались процессами и тенденциями в развитии наших обществ, старались не пересекаться в Космосе. Когда-то, как-то, кем-то, очевидно, ВЕРШИТЕЛЯМИ, была установлены такие правила, сложилась такая традиция, ну мы её и соблюдали беспрекословно до поры до времени. Вы же видите, ПОЭТ не знаком со мною, с Главой Совета Альтаира, а я понятия не имел до сего времени, кто он такой! Да и их Председателя я никогда в глаза не видывал. Что нам делить, о чём спорить? Вселенная огромна, в ней хватает места для всех, – ГЛАВА вдруг нахмурился, помрачнел, сурово и скорбно задумался.

– Что с вами, дружище?

– Эх, Сир, если бы вы знали, как в этом Мире и в других Мирах всё скучно, однообразно, неинтересно! И как одиноко!?

– Вот те на! Где-то я это уже слышал, и неоднократно, – удивился я. – Эта тема меня начинает серьёзно напрягать и раздражать. Я, кстати, над нею уже неоднократно размышлял. Вы Бессмертны, вечно молоды и здоровы, беспечны и веселы, умны, образованны. Вы, наконец, богаты, вы могущественны, ну, сравнительно, конечно. Вы должны быть вполне само достаточными личностями, полностью реализованными в творчестве, в науке, в искусстве и во всём остальном. Ничего не понимаю! Как встречу вашего брата, так одно только нытьё и слышу: «Всё надоело! Скука… Сука любовь… А, вообще-то её и нет! О, как всё надоело!». Бред! Ужас какой-то! Кошмар! Маразм! Полное падение нравов и отсутствие веры в доброе, в лучшее и светлое будущее!

– Сир, бессмертие рождает печаль, скуку, равнодушие, апатию и усталость. Увы, увы… Это вечные истины…

Я нервно походил по каюте, подошёл к камину, полюбовался пламенем, беспечно живущим внутри него, и спросил:

– Барон, а вы счастливы?

– Ваше Величество! – вскочил ПОЭТ. – Как только встретил Вас, так жизнь сразу же обрела для меня абсолютно новый смысл! Стало намного и намного интереснее! Эти, потрясающие воображение, кровавые битвы, волнующие и чреватые новыми открытиями, странствия! А попойки с вечера до утра и до нового вечера, а бурные философские диспуты, а жаркие бордели, а любовные томления под полной луной?! Творческие силы, ранее тяжело и лениво дремавшие во мне, воспрянули и вырвались наружу. Ах, как меня увлекает работа над Летописью и Цитатником!

– Вот видите, Шкипер, – какая удивительная метаморфоза произошла с вашим соплеменником?! – я подцепил на вилку колечко лука и посмотрел сквозь него на пламя камина, а потом небрежно кивнул ПОЭТУ на графин со Звизгуном. – Зажрались вы, господа Альтаиряне и Глориане, и все подобные иже с вами! Засиделись в своих тёплых сортирах! Залежались в своих пуховых постелях! Ничего, я вдохну экстаз в ваши размякшие мозги, я освежу ваши увядшие чувства и возбужу потерянные и утраченные желания, я напрягу ваши обмякшие мышцы, я вам покажу, где находится край Вселенной! За невыносимую лёгкость бытия!

– За невыносимую лёгкость бытия!!

– Ладно, продолжим беседу… Эх, люблю такие длинные, томные и чёрные зимние ночи, наполненные и переполненные неожиданными откровениями, – я встал, подошёл к окну, вдохнул с наслаждением холодный солёный воздух, посмотрел пристально и с тоскою, словно оборотень, на огромную, полную и нестерпимо белую луну. – Что же последовало далее, ШКИПЕР? Будьте любезны продолжить свою историю.

– Сир, до Вашего появления на Островах всё было тихо и спокойно. Изучали их и наблюдали за ними все, кому не лень. Друг другу не мешали. Потихоньку вписывались в их обыденную жизнь, посылали туда шпионов, создавали агентурную сеть, старались не светиться, не выделяться, не ссориться, на неприятности не нарываться. Жили все тихо, спокойно и вполне мирно.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю