Текст книги "Земля зомби. Гексалогия (СИ)"

Автор книги: Мак Шторм

сообщить о нарушении

Текущая страница: 81 (всего у книги 111 страниц)

Кузьмич бодро прыгал по дому на двух костылях, держа раненую ногу на весу. Ещё за завтраком он достал меня и вывел из себя, заявляя, что тоже будет принимать участие в войне с сектантами и у него к ним свой личный счёт. Я послал калечного счетовода на хутор бабочек ловить, а сам отправился подготавливать своё снаряжение к завтрашнему дню.

Сидя в комнате на полу рядом с женой, мы чистили свои автоматы, она, задумчиво осматривая внутренности своего оружия, спросила:

– Как ты думаешь, сектанты смогут что‑нибудь противопоставить объединённой армии, кроме толпы мертвецов?

– Да хер их знает, что они замышляют. Если люди не станут жалеть боеприпасы, то зомби будут довольно быстро и легко выкошены свинцовым ураганом. А вот что ещё из козырей у них припасено, я не знаю. Может, произнесут заклинание, откроют портал и вызовут своего темного владыку сатану и его армию демонов, тогда нам придётся несладко.

Янка прекратила чистить оружие и замерла, уставив на меня подозрительный взгляд своих голубых глаз. Моё абсолютно серьёзное лицо не сбило её с толку, и она укоризненно сказала:

– Дурак! Я сейчас серьёзно спрашиваю, мне страшно, там одних мертвецов тысячи, а ещё эти сектанты больные на всю голову.

– Ну, вот завтра сделаем сразу два добрых дела: избавим город от большого количества мертвецов и полечим сектантам головы, наполняя их свинцом.

– Главное – не попасть к ним в плен живыми.

– Сплюнь, дура! Держись рядом со мной, и никуда не попадёшь, а лучше вообще останься дома.

– Остаться дома ещё хуже, я умру тут, переживая за тебя, поэтому даже не поднимай эту тему, я в деле.

Так, общаясь и переругиваясь, мы до самого обеда чистили и смазывали оружие, приводили амуницию в порядок, подшивая её и проверяя, чтобы все стропы держались крепко, собирали свои рюкзаки, проверяя, чтобы аптечка была полностью укомплектована. Положили запасные магазины к автоматам и боеприпасы. Зарядили рации, кинув в рюкзак ещё по одной, в качестве резервной.

Во время обеда к нам пришли в гости наши соседи – Шаман и Шрам. Шаман, поздоровавшись со всеми, от еды отказался и спросил:

– Ну что, соседи, вы уже танцуете танец нетерпения?

Кузьмич встал из‑за стола, уперся на костыли и ответил ему:

– Это ты у нас любишь танцевать по любому поводу, а мне сейчас не до танцев! Но зато смотри, чему я научился.

Проговорив это, он поставил костыли подмышки и, подогнув обе ноги, начал передвигать костыли руками, тем самым идя по кухне на одних костылях, не касаясь ногами пола. Этот трюк он начал отрабатывать ещё вчера и изрядно нас напугал, пару раз манданувшись об пол. Коллективным решением мы не стали ему запрещать, пусть лучше развивает ловкость, чем опять развяжется и начнёт спиваться от скуки.

Шаман зачарованно смотрел, как Кузьмич прошел всю кухню на костылях, не касаясь ногами пола, и, присвистнув, восхищенно произнёс:

– Ах…ть ты наловчился, ну‑ка дайка я попробую.

Бабулька недовольно посмотрела на Шамана и произнесла:

– Слышь, дурик! Оставь костыли в покое, нельзя тебе их трогать – это плохая примета!

Шаман небрежно отмахнулся рукой и ответил:

– Раньше я тоже верил в эти дурацкие приметы. Самое забавное, что плохие зачастую сбывались, а те, которые сулили деньги или другие хорошие вещи, редко срабатывали. Сейчас я верю в то, что говорят духи, а в приметы не верю!

– Делай что хочешь, я не нанималась в няньки к великовозрастным дурням! – сердито произнесла бабулька, которая была суеверной и свято верила в различные приметы.

Шаман взял у Кузьмича костыли и попытался повторить показанный Кузьмичом трюк. Поджав ноги, он сделал три шага на костылях, не касаясь ногами пола, а дальше его начало заваливать вперёд. Чтобы компенсировать земное притяжение, он попытался переставлять костыли быстрее, увеличивая скорость, но это ему не помогло. В итоге, сильно разогнавшись, он эпично спикировал лицом на пол и, вернув костыли владельцу, резюмировал:

– Прикольно, но требуется времени для тренировки.

Витя, заинтересованно сверкая очками, наблюдал за всем этим, а после спросил у шрама:

– Вот скажи мне, как вопреки логики и здравому смыслу, такой дуралей смог выжить?

– Не знаю, но я раньше не раз слышал, что безумцы, которые хрен пойми, что вытворяют одно из любимых зрелищ богов.

– С трудом верится, что боги смотрят на выходки Шамана, словно это очередной выпуск Камеди Клаба.

– Я вообще‑то всё слышу! – произнёс Шаман, погрозив им указательным пальцем, и сменил тему. – Духи говорят, завтра прольётся много крови! А ещё они показывают мне много огня и дыма, из которого выглядывают страшные глаза мертвецов!

Артём посмотрел на Шамана и спросил у него:

– А кто победит, духи тебе не сказали?

– Нет.

– Жаль, а то можно было бы сгонять на Гынок и сделать ставку, говогят, хитгый евгей уже гасчегтил газличные вагианты событий и бегет ставки.

– Ни капли не удивлён, он пытается сделать навар на всём, а пока от желающих делать ставки нет отбоя, грех не снимать сливки.

Кузьмич, слушая всё это, не выдержал и сказал:

– Я тоже хочу участвовать в легендарном сражении! Возьмите меня, не будьте бездушными чудовищами!

– Опять завёл свою шагманку! – закатив глаза к небу, страдальчески произнёс Артём.

Ведьма несильно надавила пальцем на повязку на бедре у Кузьмича, заставив его зашипеть от боли, и сказала:

– Ну и как ты себе это представляешь? Ходить без костылей тебе ещё нельзя, тебя там просто растопчут, как только начнётся сражение!

– Не знаю, прикрепите кресло на крышу машины, буду там сидеть и отстреливать мертвецов! – ответил Кузьмич, опасливо прикрывая область ранения рукой.

Артём засмеялся и ответил:

– А что так скгомно и всего лишь обычное кгесло? Давай захегачим тебе кгесло – качалку, у гебят с Ганчо попгосим ковбойскую шляпу и тгубку. Будешь сидеть качаться, покугивать тгубку и отстгеливать зомбаков.

– А что, хорошая идея! – радостно поддержал предложение Артёма Кузьмич, который был готов на что угодно, лишь бы не сидеть дома в то время, когда объединённая армия будет сражаться с сектантской нечистью.

Артём согласно кивнул и сказал:

– Ой, забыл добавить, что тебе ещё следует на ггуди нагисовать мишень, чтобы сектантам интегеснее было стгелять в такого дугалея.

Осознав, что Артём издевается над ним, Кузьмич нахмурил свои кустистые брови и начал багроветь, а потом неожиданно ловко метнул в Артёма, как копьё, свой костыль и заорал:

– Ты, подлая картавая змея, которая сначала шипит лживые речи, а потом ещё и кусает своего друга, стараясь при этом впрыснуть в него как можно больше яду!

– Это ты пгосто дугак безмозглый, котогый гешил на костылях воевать. – парировал Артём.

Перепалка продолжалась довольно долго, Кузьмич пытался нас разжалобить, потом переходил к угрозам. Все его попытки были обречены на провал, с его ранением там ему точно делать нефига. Поэтому, несмотря на все его ухищрения, он оставался дома, без вариантов.

Уже к вечеру наши соседи начали собираться к себе домой. Шаман встал из‑за стола и сказал:

– Пойду я почитаю перед сном про Куликовскую битву, давно уже хотел прочесть про то сражение, да всё времени не было. А вот сейчас, накануне битвы с сектантами, книга будет в тему.

Витя удивленно посмотрел на Шамана и сказал:

– Вот уж не думал, что ты читаешь, тем более такие книги. Как прочтешь, дай мне её тоже почитать, а то мозг уже изголодался по интересным книгам.

– У меня большая библиотека уже скопилась, приходи и бери что хочешь. – ответил ему Шаман, после чего они вместе с молчаливым Шрамом попрощались со всеми и ушли к себе домой.

А мы остались сидеть на кухне, обсуждая завтрашний день и отбиваясь от Кузьмича, который всё ещё не прекращал попыток уговорить нас взять его завтра с собой.

Посиделки закончились раньше, чем обычно – завтра предстоял ранний подъём, чтобы успеть приехать на Рынок к началу общего сбора.

С утра я проснулся даже раньше, чем требовалось, и это несмотря на то, что ночью от волнения не мог долго заснуть. Стоило мне пошевелиться, как жена тут же открыла глаза, видимо, не у меня одного сегодня был тревожный и чуткий сон.

Стараясь не шуметь, мы с супругой сделали себе кофе и выпили по чашке. После покурили во дворе, под удивленным взглядом заспанной собаки, которая не привыкла видеть никого в такое ранее время. На улице была мертвая тишина, даже ветер полностью пропал.

Вернувшись в дом, обнаружили бабульку, которая уже суетилась на кухне. Домочадцы постепенно просыпались, дом оживал и наполнялся звуками.

Кузьмич с самого утра снова завел свою шарманку, уговаривая взять его с собой. Угомонила надоедливого алкоголика хитрая Ведьма, сказав ему, что если дети будут под его защитой, то у неё на душе будет спокойно. Кузьмич сразу угомонился и даже приосанился от важности. Как же, пострелять из автомата в сторону сектантов любой дурень может, а вот кому можно доверить охрану детей, таких людей очень мало. Всё это ему внушила хитрая Ведьма, используя женское коварство и магию красивых глаз, с помощью которых девушки всегда умели получить то, что им нужно, заставив тебя искренне верить, что ты сам именно это и хотел.

Завтрак был простой и быстрый, после него я тщательно проверил у всех снаряжение и содержимое рюкзаков. Кузьмич подошел к Артёму и передал ему патроны, верхушки которых были надпилены. Внимательно смотря ему в глаза, он произнёс:

– Вот, держи мои патроны, картавый, тогда мы не смогли выяснить, чьи лучше. Сектанты явно заслужили на себе испытать действие таких пуль, поэтому не жалей их, стреляй моими и своими, а потом расскажешь, чьи лучше. Но только не вздумай соврать, я очень сильно обижусь!

Артём сгреб патроны Кузьмича, внимательно их осмотрел и снарядил ими один из своих магазиновп, после чего ответил:

– Не пегеживай, дгужище, я пегедам от тебя сектантам гостинцы, видишь, один магазин снагядил твоими патгонами, всё по‑честному.

Пока мы заправляли во дворе машины, к нам пришел Шаман. Сегодня он был подозрительно возбуждённый, как будто его утро началось не с кофе, а с чего‑то более бодрящего. Помахав вместо приветствия своим здоровенным копьём, он радостно произнёс:

– Ну что, у всех ощущение праздника, как у меня?

Алёшенька подозрительно посмотрел на него и спросил:

– А какой сегодня праздник?

– День разрыва сектантских задниц! – выпалил радостно шаман, сильно озадачив великана.

Я посмотрел на Шамана, который, видимо, под впечатлением от прочитанного за ночь, постоянно крутил в руках своё копьё и не мог остановиться. На своё лицо он, как настоящий дикарь, нанёс разные полоски, полностью его испачкав. С учётом, что битва будет не в лесу, а в городе, смотрелось это забавно. Поймав мой взгляд, он широко улыбнулся и сказал:

– Это не маскировка, а специальные символы! Теперь я нахожусь под защитой духов и устрою сектантам настоящее Куликовское мочилово версии2.0! Вы, главное, меня до Рынка подкиньте, а дальше я уже прибьюсь к какому‑нибудь отряду.

– Хорошо, давай тогда твоё копьё на крыше закрепим, а то пора уже трогаться.

– А порулить дадите? – с надеждой или издевкой спросил Шаман, выражения лица которого невозможно было считать из‑за нанесённой на него краски.

Артём усмехнулся и ответил ему:

– Извини, сосед, машины, котогую тгебуется утилизиговать в сгочном погядке у нас нет, поэтому, если сегодня тебе кто и даст погулить, то точно не мы!

– Ничего страшного, моя душа требует сражения, а порулить я в любой день смогу, если захочу. – спокойно ответил Шаман.

Раскидав груз и равномерно распределив людей по машинам, мы выехали из дома, оставив на его охране Кузьмича с бабулькой.

Трасса М4, ведущая на Рынок, сегодня была как никогда оживленной, по ней ездили одинокие автомобили и целые колонны, вдоль обочин в сторону Рынка шли небольшие отряды людей. Артём засмеялся и, указав пальцем на дорогу впереди, произнёс:

– Смотгите, новый год войск, велосипедные войска.

Впереди действительно в сторону Рынка ехали на велосипедах шесть человек с оружием за спинами. Необычный вид транспорта, по нынешним временам, но явно лучше, чем просто идти пешком. А с учетом, что он не требует топлива и абсолютно бесшумен, то вполне имеет право на жизнь в новой реальности.

Перед воротами Рынка образовалась пробка из желающих попасть на его территорию. Такое столпотворение людей и машин мы видели тут впервые. Пришлось около получаса курить, ожидая своей очереди на въезд. С парковочными местами на переполненной стоянке тоже было не просто, еле нашли два места, в самом углу.

Запарковав машины и сдав своё оружие охране, мы направились в глубь Рынка. Сегодня тут происходило что‑то нереальное. Повсюду стоял шум и гам, а от непривычно большого количества людей начинало рябить в глазах. В воздухе чувствовалось тревожное ожидание, которое исходило от каждого, кто тут присутствовал.

Люди были самые разные: встречались небольшие отряды в разномастной потрёпанной одежде, были целые мини‑армии, одетые с иголочки в одинаковую новую форму, которые чуть ли не в ногу шагали строем за своими командирами. Всех этих людей объединял лихорадочный блеск в глазах и нервные резкие движения. Адреналин уже начинал выплёскиваться в их кровь, заставляя всех нервничать в преддверие битвы, которая должна скоро состояться.

Мы узнали, что прибыли на 40 минут раньше, чем требовалось. Это нас нисколько не расстроило: лучше немного подождать, чем опоздать. Поэтому мы отправились в зону, где располагались кафешки, и, взяв себе кофе со свежей выпечкой, устроили легкий перекус, слушая разговоры на террасе.

Ничего нового нам услышать не удалось, все разговоры были о сектантах. Большинство людей считало, что фанатикам быстро надерут задницу, но были и скептики, которые не советовали праздновать победу раньше времени.

Внезапно над Рынком поднялся гул и людское море сразу пришло в движение. Все начали стекаться к воротам Рынка, мы тоже направились к выходу вместе с людским потоком. Пока мы пили кофе, у ворот начала выстраиваться мощная колонна транспорта. Глядя на неё, чувствовалась сила, которая способна смести всех врагов. Первые шесть мест занимали бронетранспортёры, их бронированные угловатые кузова выглядели хищно и смертоносно, а задранные к небу стволы крупнокалиберных пулеметов внушали уважение и страх даже тем, на чьей стороне будут сражаться эти бронемашины.

За бронетранспортёрами в колонну по два автомобиля выстраивались грузовики с тентованными кунгами. Преимущественно армейские КАМАЗы и УРАЛы. Хвост колонны уходил вдаль и его не было видно. Всю колонну плотно обступили люди, с восхищением рассматривая машины, которые внушали своей мощью чувство силы.

Я попытался прикинуть, сколько народу толпится вокруг, но не смог – слишком много было людей. Пару раз сбившись со счёта, я забросил это дело, мудро решив, что людей много. Действительно много, в разы больше, чем я ожидал увидеть.

Это поднимало настроение, я с самого начала катастрофы не видел такого скопления людей в одном месте. Невозможно передать ощущение того, что ты часть этой большой толпы, объединённой одной целью. Это было похоже на эйфорию, появились мысли, что такая армия, да под прикрытием бронетранспортёров, способна смести сектантов вместе с ордой мертвецов за 5 минут. Судя по смеху и улыбкам людей вокруг меня, не только я испытывал подобные чувства.

Внезапно все звуки стали утихать и по толпе прокатился рокот: «Идёт! Гестаповец идёт!». Сопровождаемый охранниками, Гестаповец шёл к колонне автомобилей. Людское море перед ним расступалось, чтобы тут же сомкнуться вслед за ним. Остановившись примерно в середине колонны, он залез по кабине УРАЛАа на тентованный кунг, чтобы его было всем видно. Поправив на голове черный берет, Гестаповец поднёс к губам громкоговоритель и заорал:

– Я рад видеть всех, кто принял моё предложение и теперь стоит тут, сгорая от нетерпения уничтожить проклятых сектантов! Мне отрадно видеть ваши горящие взгляды, полные желания спасти город и людей, до которых ещё не добрались проклятые изуверы! Я знаю, что у многих из присутствующих здесь есть личные счеты к сатанистам, и сегодня у вас будет возможность заставить их оплачивать по счетам своей кровью! Наш враг подл и коварен, но все вместе мы – сила, способная переломить ему хребет! Покажите мне свою ярость!

Проорал он и опустил громкоговоритель, осматривая разношерстное войско сверху. Толпа взорвалась многоголосым криком, который, казалось, было слышно даже на другом конце города. Но Гестаповец решил, что этого недостаточно, поднеся громкоговоритель к губам, он проорал:

– Что‑то слабо! Не похоже на то, что вы готовы рвать ублюдков голыми руками, а если понадобится и зубами! Покажите мне настоящую ярость!!!

Толпа завелась его провокационными речами и громко заорала, поднимая руки, сжатые в кулаки, к небу. Гестаповец с довольной улыбкой стоял и смотрел на беснующееся у его ног войско. Дав людям время поорать и выпустить эмоции, он продолжил свою речь:

– Вот теперь я вижу перед собой людей, которые пришли убивать и готовы это делать! Сейчас на дороге начнёт формироваться колонна, у вас есть полчаса, чтобы забрать своё оружие и найти свободное место в грузовиках. Мы поедем и разорвём уродов в мелкие клочья, вместе с их армией красноглазых упырей. Я сам лично буду в первых рядах, поэтому от вас требуется только внимательно слушать, что я прикажу, и выполнять! А теперь, время пошло, по машинам!

Проговорив это, он спрыгнул с грузовика и ушёл в сопровождении охраны. Колонна автомобилей тут же запустила двигатели, наполнив территорию Рынка сизым вонючим дымом и вонью сгоревшей солярки. Бронетранспортёры и грузовики начали выезжать за ворота и вытягиваться в длинную колонну на обочине. Народ ринулся получать у охраны своё оружие, образовав длинную очередь. Хорошо, хоть, оружие выдавали, сверяясь с бумагами, с десяток охранников, кто‑то догадался значительно увеличить их численность, а то бы в отведённые на сборы полчаса мы точно не уложились.

Но благодаря увеличению охраны в вагончике, оружие мы получили уже через 15 минут и покинули территорию Рынка, выйдя за ворота.

Вдоль обочины растянулась длинная колонна из грузовиков, заглушив двигатели они ожидали, пока вооруженные люди займут свои места. Мы пошли к середине колонны, так как все машины в её хвосте уже были забиты людьми, которые получили оружие раньше нас. Идя вдоль массивных грузовиков со здоровенными колесами, я с интересом рассматривал людей и их вооружение.

Предсказуемо автоматы Калашникова различных модификаций составляли подавляющее большинство вооружения сводной армии. Различных модификаций и калибров, с дорогим тюнингом и абсолютно голые, новенькие в идеальном состоянии и полувековые, пошарпанные ветераны, армейские и гражданские варианты, висели на ремнях у людей, за спиной или на груди, кому как удобно.

Одиночки и небольшие группы гражданских были вооружены более экзотично. У таких людей было немало карабинов СКС и простеньких двустволок 12го калибра. У одного мужика был при себе пистолет‑пулемёт Шпагина, с барабанным магазином. Древность времен Второй мировой войны заинтересовала людей, и вокруг мужика собралась толпа, с интересом рассматривая его раритетное оружие.

У отрядов покрупнее, помимо автомата Калашникова различных модификаций, часто встречались СВД и Тигры. Видимо, поселения побогаче моги себе позволить выменять данные снайперские винтовки у военных или на Рынке и создать целые снайперские подразделения.

Встречались энтузиасты с холодным оружием. В отличие от огнестрельного, тут было больше всякого разнообразия и экзотики. В одном кузове сидел мужик в замызганной старой одежде, с простым топором в руках, как будто собирался не на сражение, а на заготовку дров. В другом кузове КАМАЗа я заметил двух рыцарей, закованных в настоящие блестящие латы, с большими двуручными мечами. Им бы стоять у стены какого‑нибудь древнего замка, а не сидеть в кузове КАМАЗа в окружении людей в камуфляже с автоматами. Вряд ли металлические доспехи спасут от пули огнестрельного оружия, но мертвецам их обладатели точно не по зубам. Очень распространённым холодным оружием оказались пожарные багры, людей с ним я успел увидеть достаточно много.

Нас тоже рассматривали с любопытством, кидая заинтересованные взгляды на Ведьму с катаной, Шамана с копьём и Берсерка с кувалдой. Много внимания привлекала любимая снайперская винтовка Артёма. Правда, дальше взглядов дело не доходило, все понимали: если человек умудрился выжить, то не важно, какое у него оружие, пользоваться он им умеет – это точно, иначе бы не выжил.

Свободные места нашлись в грузовике ближе к началу колонны. Мы поочередно залезли в высокий кузов, заняв свободные места на лавках вдоль бортов, и начали знакомство с соседями.

Вместе с нами в кузове оказался мужик лет 45 с дочкой, на вид ей было 17–18 лет, совсем ещё юная. Но, несмотря на свой возраст, у неё, как и у отца, был автомат Калашникова в хорошем состоянии, а судя по тому, как он у неё висел на груди, девочка умела с ним обращаться, как и её отец.

Помимо них, вместе с нами оказалось человек шесть узбеков в возрасте. Вооружение у них было весьма разношерстным. Артём с интересом рассматривал у одного из них гладкоствольное ружьё 20го калибра, ТОЗ–106, которое в народе прозвали «Смерть председателя».

Пока ожидали распределения людей по машинам, завязался разговор, в ходе которого выяснилось, что у отца с дочерью личный счёт к сектантам. Два месяца назад, пока глава семейства ходил на мародёрку, добывать еду, в их жилище вломились фанатики. Мать кинулась на них и выиграла ценой своей жизни драгоценные секунды, чтобы дочка смогла убежать и спрятаться. После возвращения отца, они похоронили жену и мать, на теле которой были страшные следы пыток, и поклялись охотиться на сектантов до конца своих дней. Если верить их рассказу, они изрядно поднаторели в этом деле.

У компании добродушных узбеков история была не такая страшная. Приехав сюда на заработки, они оказались заложниками зомби апокалипсиса и не смогли вернуться на родину. Не всем из их строительной бригады повезло выжить, но те, кому повезло, решили, что не стоит ждать, пока сектанты придут за ними, и лучше присоединиться к сборной армии и самим напасть на них.

Вот и выходило, что у половины людей были свои личные счеты к сектантам, а вторая половина решила не ждать, пока уроды придут за ними, справедливо решив, что объединившись с другими у них больше шансов на победу.

Нашу беседу прервали громкие сигналы грузовиков, видимо, водители получили по рации команду и начали поторапливать народ. У нашего грузовика завелся двигатель, передавая на кузов мелкую вибрацию. Спустя минуты впереди послышался радостный свист и натужено зарычали мощные моторы, приводя в движение тяжелые машины. Колонна тронулась, и плавно набирая скорость поехала в сторону Чернавского моста.

Шаман встал с низкой деревянной лавочки, идущей вдоль кузова, и подошел к заднему борту. Некоторое время он разглядывал следующую за нами вереницу грузовиков, а потом, встав на задний борт, полез на верх тентованного кунга. Водитель УРАЛа, который ехал следом за нами, посигналил и покрутил пальцем у виска, но Шаман, который от нас после своих выходок часто слышал совсем не лестные эпитеты в свой адрес, уже давно выработал на подобные жесты иммунитет и не обращал внимания. В принципе, скорость колонны бронетранспортёров и грузовиков была небольшая, поэтому, надеюсь, дурень не свалится под колеса, идущим позади нас машинам.

Колонна неспешно ехала через город. Не все захотели принять участие в этой битве, но почти все в городе о ней слышали. Сегодня я впервые видел людей, которые, заслышав звук моторов, не прятались, как всегда, а, наоборот, подходили к дороге и стояли, с восхищением рассматривая колонну, или приветливо махали рукой проезжающим мимо людям.

Первое время я злился, увидев людей, которые глазели на колонну и приветливо махали руками, подумав, что всегда есть такая категория граждан, которая предпочитает, чтобы проблемы решались чужими руками, предпочитая самим оставаться в стороне, но потом подумал, что мне не известны причины, по каким тот или иной человек решил не принимать участие в сражении. Может, у того мужика дома жена и двое детей, которые, в случае его гибели, останутся без кормильца и защиты.

Решив, что у каждого разные обстоятельства и не мне их судить, я перестал злиться при виде очередного человека, который приветливо махал рукой, проезжающей мимо колонне автомобилей с вооруженными людьми.

Складывалось впечатление, что не только люди удивлялись мощи собранной армии, но и мертвецы, которые тоже шли за на звук громких мощных двигателей и рассматривали проезжающие мимо автомобили, бросаясь им под колеса, словно пытаясь помешать нам добраться до цели. Большие колеса грузовиков беспощадно перемалывали таких красноглазых самоубийц и продолжали крутиться дальше, не замедляясь ни на секунду.

По мере приближения колонны к Чернавскому мосту, в кузове ощутимо росло нервное напряжение, исходившее от людей. Узбеки до этого сидели тихо и кидали заинтересованные взгляды на Берсерка с кувалдой. Сейчас они начали громко галдеть, переговариваясь между собой на своём родном языке. Витя принялся протирать и без того идеально чистые очки. Артём любовно поглаживал рукой свою снайперскую винтовку. Отец с дочерью сидели с каменными лицами. Точно такое же выражение застыло на лице Ведьмы. Казалось, что они были членами одной семьи. Жена Артёма о чем‑то тихо переговаривалась с моей женой. Я чувствовал, как моё сердцебиение начинает ускоряться, а во рту становится сухо.

Грузовики въехали на насыпь Чернавского моста и начали плавно замедлять ход, пока полностью не остановились. С крыши кузова показались сначала ноги Шамана, а затем полностью его тело. Повиснув на руках, он плавно опустился ногами на задний борт и запрыгнул в кузов. Схватив своё копьё, Шаман произнёс:

– Вот и пришло время для ратных подвигов, как вы думаете, у сектантов есть свой Челубей?

– А ты сам у них спгоси, мы‑то откуда знаем. – ответил ему Артём.

Громко грохочущие двигатели грузовиков затихли, в наступившей тишине послышался усиленный громкоговорителем голос Гестаповца:

– Приехали, конечная! Выгружайте свои задницы быстрее!

Мы начали выбираться из кузова грузовика на землю. Потом, увлекаемые людским потоком, пошли в начало колонны, где стояли угловатые зеленые бронетранспортёры. Гестаповец стоял около первого бронированного монстра, рассматривая в бинокль происходящее в двух остановках от моста безобразие. Отойдя немного в сторону, я тоже взял в руки бинокль и направил его в сторону неприятельской армии мертвецов, которая занимала всё видимое пространство на крутом спуске между домами.

Приблизив изображение, бинокль представил моему взору бесчисленное количество зомби, которых сдерживали на одном месте натянутые через всю улицу толстые канаты. Целый океан беснующихся красноглазых тварей стоял на вершине горы. У меня даже на секунду появились сомнения, сможем ли мы перебить такую орду зомби, но потом я решил, что даже если кончатся патроны, то мертвецов без труда подавят бронетранспортёры. Но патроны следовало приберечь для сектантов, они, в отличие от мертвецов, не попрут на нас с голыми руками, а будут стрелять из огнестрельного оружия, сидя в заранее подготовленных огневых позициях, вероятнее всего.

Всё равно, несмотря на мощь войска, которое собрал Гестаповец, на душе у меня было тревожно. Подойдя к своей жене, я ещё раз повторил:

– Что‑то у меня предчувствие нехорошее, будь всегда рядом, не отходи от меня, что бы ни случилось.

Она внимательно посмотрела в мои глаза и ответила:

– Ты что, испугался зомбаков? Глянь, сколько тут людей с оружием, их перестреляют, как мишени в тире.

– Я сам не знаю, что я испугался! Но как‑то слишком всё подозрительно просто. Поэтому не отходи от меня ни на шаг.

– Хорошо, я буду рядом. – пообещал мне жена.

Артём слушал наш разговор, разглядывая орду мертвецов через прицел своей снайперской винтовки. Посмотрев на мертвецов, он осмотрел окна домов, выходящие на нашу сторону. Убрав винтовку за плечо, он произнёс:

– Кгоме кгасноглазых, никого не видно. Я за всё вгемя ни газу не видел такое количество зомбаков в одном месте, интегесно, как они смогли их собрать? Таня, ты тоже дегжись гядом со мной.

Татьяна молча приобняла Артёма. Стоявший рядом Шаман капризным голосом спросил:

– А как же я? Рядом с кем мне держаться? С тобой?

Проговорил он, пристально смотря на Берсерка.

Алёшенька озадаченно поскреб ногтями затылок и ответил:

– Если тебе страшно, то можешь рядом со мной стоять, главное, смотри, чтобы я тебе случайно кувалдой по голове не попал.

Шаман не успел ничего ответить, зазвучал усиленный громкоговорителем стальной голос Гестаповца:

– Вы все видите то же самое, что и я. Сатанисты – изуверы решили спрятаться за спинами мертвецов, решив, что пара тысяч безмозглых тварей смогут нас остановить. Не смогут! Не жалейте патроны, Рынок, как я уже говорил ранее, компенсирует вам расход боеприпасов.

Он сделал небольшую паузу, давая время обдумать сказанное, а затем продолжил, повысив на максимум свой голос:

– Скажу честно, я не знаю даже примерное количество мертвецов и сектантов! А также мне не известны их планы, поэтому возможно всё что угодно! Например, появление пулеметов, которые начнут стрелять по нам из окон. Но, как вы видите, я иду вместе с вами в первых рядах, поэтому шансы выжить или умереть тут у всех равные! Теперь относительно нашей стратегии наступления. Сейчас бронетранспортёры выстроятся в одну линию и медленно поползут вперед на противника. Те, кто вооружен огнестрельным оружием, должны идти за ними, под прикрытием брони, и стрелять во всё, что шевелится впереди. Первоочередные цели – это сектанты ублюдки, а если их не видно, то мертвецы. Те, кому не хватит места укрыться за броней, продвигайтесь вперед короткими перебежками, используя каждый столб, каждый угол дома, каждую остановку, как прикрытие от вражеских пуль. Не рискуйте, напрасно бегая по открытому пространству, старайтесь находить такую позицию, где можно укрыться от огня неприятеля. Даю 5 минут на перекур и подготовку к наступлению, время пошло!

Гестаповец убрал громкоговоритель от лица и снова принялся рассматривать в бинокль позиции, занятые сектантами. Бронетранспортёры, выплевывая клубы чёрного выхлопа, выстроились в одну линию, заняв больше половины широкой дороги. За ними начали выстраиваться люди. Большинство закурило сигареты и принялось проверять своё снаряжение. Я тоже проверил, как держатся набитые патронами магазины в разгрузке, чтобы в горячке боя иметь возможность быстро их вынуть и перезарядить оружие и не потерять их.