Текст книги "Земля зомби. Гексалогия (СИ)"

Автор книги: Мак Шторм

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 111 страниц)

На душе радостно. Поехали за ерундой в мото-магазин, а привезем такой богатый улов. Вдруг со стороны, куда на двух КАМАЗах уехали отец с сыном слышаться звуки выстрелов. Долбят сильно, примерно, стволов восемь или десять, судя по стоящей там канонаде.

Заработала рация, Кузьмич встревоженным голосом спрашивает, что у нас случилось. Собираюсь ему ответить, но в этот момент рация снова оживает и полным горя голосом, так и не назвавшего своё имя, который дал нам наводку на добро на стадионе произносит:

– Мужики, на нас устроили засаду и напали, какие-то уроды. Мальчика моего убили сразу. Выпейте за него при возможности, Вадимом звали. Я сильно ранен, уезжайте не пытайтесь меня спасти, максимум пять минут мне осталось жить. Спасибо, что помогли нам. Вы подарили надежду, и мы хотя бы отойдем в мир иной с надеждой, а не в отчаянье. И еще последнее – одна из машин этих тварей приметная, черный Chevrolet Blazer с аэрографией волка, воющего на луну. Увидите её, опасайтесь засады, а если будет возможность, поквитайтесь за нас. – Договорил он слабеющим голосом и отключился.

Я по рации сказал ехавшему первым Артему, чтобы он прибавил газу. Потом связался с Кузьмичом и сказал ему ехать другой дорогой, опасаясь любую увиденную машину, сразу меняя направление и ни в коем случае не пересекаться.

До дома доехали быстро, Кузьмич нас ждал на повороте с трассы. По рации сказали девочкам всем подняться наверх и осматривать окрестности. Подогнав грузовики к воротам, принялись их разгружать. Закончили глубоко за полночь, усталые, как собаки, физически. Еще давала о себе знать и моральная сторона. Все тяжело перенесли гибель отца с сыном, которые были частью нашей команды, хоть и ни долго. Спрятав грузовики в самом конце поселка, вернулись домой. Молча, не чокаясь, накатили по двести грамм водки и расползлись по кроватям. Мне кажется, я уснул быстрее, чем голова коснулась подушки.

Глава 12 Засада

Утром следующего дня мы обсуждали дальнейшие стратегии передвижения по городу. Вчерашний случай с засадой показал нашу вопиющую беспечность. С учетом того, как мы ездили по городу на машинах, можно сказать, что мы еще живы не благодаря нашим заслугам, а благодаря чьей-то недоработке. Может, конечно, нам сопутствовала наша удача, но на нее невозможно надеяться бесконечно. Поэтому сейчас мы сидели и думали, как теперь передвигаться по городу для решения наших разнообразных задач и нужд. Выходило, что без машины – никак – пешком много не набегаешь, да и полезного ничего не принести домой, к тому же, велик риск – попасть в лапы зомби. Но и на машине есть вероятность попасть в неприятности – нарваться на засаду по дороге.

Вторым пунктом обсуждения была тема с отморозками в торговом центре «Твой дом». Надо было их добить и забрать два оставленных там УАЗа с порезанными колесами.

Также на повестке дня стоял вопрос о нужде в генераторах и топливе. Требовалось перевести замеченные нами бензовозы в разных концах города сюда. В свете последних событий мероприятие выглядело опаснее, чем казалось раньше.

Обсудили также вариант переезда в более теплые регионы, но отбросили его. Слишком опасно и непредсказуемо. Тут мы знаем многое, а там – полная неизвестность. Одна только дорога через пол страны чего стоит. Да и нужного барахла столько, что нет возможности все с собой забрать. А при мысли, что-либо оставить жаба сразу тянет свои холодные склизкие лапки к горлу и начинает душить. Ну и другие мелочи необходимые для дальнейшего жизнеобеспечения нашей большой и дружной компании.

Покончив с решением вопросов первоочередной важности, переводим разговор в более непринуждённое русло. Невольно возвращаясь к страшным событиям вчерашнего дня, Витя задумчиво спросил:

– Как вы думаете, кто устроил засаду, и сколько их было?

Все задумались над этим непростым вопросом, ответа на который ни у кого из присутствующих не было, для него нужны вводные данные. У нас есть только описание одной из приметных машин нападавших, больше – никакой информации. Про оставленное на стадионе добро от военных и один из наших УАЗов лучше забыть. Если не обуздать жадность, то можно плохо кончить. Отвечаю Вите:

– Гадать – нет смысла. Всё равно мы не сможем ничего умного придумать с теми крохами знаний о них, что у нас есть. Поэтому лучше сосредоточиться, на чем-нибудь другом. Давайте лучше планировать, как будем зачищать торговый центр от оставшихся там отморозков и зомби.

Все согласно кивнули. А Паша произнёс:

– В принципе, план мы уже разработали с учетом появившегося в нашем арсенале добра. Он легко осуществим. Чтобы убрать по тихому зомби, наденем мотоэкипировку и возьмем автоматы со штык-ножами. Я буду в машине с СВД метров за двести от запасного входа. Расстояние оптимальное, чтобы не промахнуться, если кто из них попытается улизнуть, а для меня – относительно безопасное. Через главный вход бежать смерти подобно, там можно не караулить.

Загрузили в багажник снятые с других машин колеса. Начали одеваться в мотоэкипировку. Больше всех перед зеркалом крутился Кузьмич, придирчиво оглядывая себя со всех сторон. Артем не выдержал и сказал:

– Да, кгасив-кгасив, все зомби тепегь твои. Так что бегеги свой подпаленный зад.

– На свой посмотри, сволочь картавая! Никакого уважения к старшим! – Как всегда забубнил Кузьмич и, сделав обиженный вид, пошел в сторону подвала, чтобы накатить пару соток наркомовских перед предстоящий вылазкой. Готов поспорить, что он еще и фляги с собой наполнит. После попадания пули в его любимую фляжку, он умудрился где-то еще пять штук раздобыть и теперь таскал их с собой всегда. Непонятно, конечно, зачем. Наверное, надеясь, что они спасут от очередной пули или чтобы иметь при себе больший запас алкоголя. Подозреваю, что и то и другое.

Все, наконец, собраны и готовы выдвигаться. Оглядываю своих товарищей, зрелище, конечно, то еще. Они похожи на сумасшедших, ограбивших сначала мотомагазин, а после и армейский склад: полностью черная мотоэкипировка из кожи, состоящая из куртки, штанов, сапог ниже колена и длинных перчаток, закрывающих ладонь и кисть полностью; поверх нее – зеленый армейский бронежилет; на головах – зеленые каски; за спинами висят рюкзаки. Сразу видно, что всем непривычно и неудобно в такой необычной прикидке. Зато получилась хорошая комбинированная защита от укусов и пуль. Не стопроцентная, конечно, но в теории – вполне неплохая. На практике лучше вообще не ловить пули и не оказываться в зубах у зомби.

Порядок передвижения по дорогам тоже изменился. Выезжаем, так же, как и раньше, на двух машинах. Только теперь двигаемся, выдерживая большую дистанцию между ним – метров сто – двести, примерно. В зависимости от рельефа дороги и прямой видимости. Головной автомобиль едет с небольшой скорость. При любом подозрительном случае останавливается и рассматривает все в бинокль. Если что-то кажется подозрительным, то маршрут меняется. Вторая машина следит внимательно за первой, синхронно останавливаясь вместе с ней. Ведет наблюдение за тылом и за первой машиной, осматривая обстановку по разным сторонам от нее. Особенно, если дорога проходит между крышами многоэтажных зданий.

Еще одно новшество – кроме того, что у каждого при себе по автомату Калашникова, в каждой машине теперь лежит один дополнительный, как резерв, и патроны. Еще теперь в машине обязательно катается одна СВД. Также сформированы маленькие аптечки у каждого и большие в машину. На данный момент это все, что мы смогли придумать.

Выезжаем из ворот. Пока мы ехали к трассе, я опять увидел в одном из домов шевелящуюся штору – за ней явно кто-то скрывался и наблюдал за нами, как и в первый день, когда мы только приехали сюда и искали дом, подходящий для переезда. Делаю в памяти зарубку, что надо разузнать, кто в этом доме скрывается. Хватит с нас всяких сюрпризов, особенно под боком у дома, где мы живем.

До торгового центра доезжаем довольно быстро. Головная машина делает всего пару остановок, осматривая что-то показавшееся подозрительным впереди, и продолжает движение. Запарковались за двести метров, опробовали на заглянувших к нам на огонек зомби штык-ножи. Очень хорошее и эффективное оружие. Нам повезло, что они появились у нас случайно. Специально о них никто не думал и не вспоминал, как оказалось, очень напрасно.

Оставляем еще не восстановившегося от сильного избиения малолетними шакалами Павла в машине с Калашниковым на коленях и СВД в руках. Сами бежим к запасному входу, благодаря подробно нарисованной схеме и объяснениям Павла, мы наизусть знаем каждый шаг, который нам нужно сделать внутри, чтобы попасть в продуктовый отдел.

Дверь запасного входа оказалась закрыта, мы были к этому готовы и пробежали дальше к пожарной лестнице на крышу. Рядом с ней располагалось окно в служебном туалете. Карабкающийся по лестницы первый Артем достаёт заранее приготовленный скотч и щедро обклеивает им стекло. После чего, достав из кармана обычную вязаную шапку, засовывает в неё пистолет Макарова и разбивает им стекло. Звук получается тихий, а осколки остаются склеенные скотчем на месте. Ему остаётся только аккуратно взять и положить все это внутрь помещения, чтобы не поднимать лишний шум. После всех манипуляций он скрывается в окне и через минуту машет нам рукой, чтобы поднимались к нему.

Залазим по очереди в окно. В небольшой комнате туалета становиться тесно. Прислонив ухо к двери, слышу, как играет музыка в зале и иногда оттуда доносятся азартные вскрики. Наверное, опять в приставку рубятся, попивая пиво. И как им не надоело, уже это развлечение? Начинаю медленно по миллиметру приоткрывать дверь, внимательно прислушиваясь к происходящему за ней. Вроде ничего подозрительного не слышно. Щель в приоткрытой двери позволяет высунуть голову и оценить обстановку. Видны длинные ряды стеллажей, людей или зомби не наблюдается. Открываю дверь полностью, выхожу наружу и машу рукой, чтобы все быстро выметались из туалета. Пока все выходят и короткими перебежками, пригибаясь, бегут в сторону продуктового отдела, прикрываю их, держа проход между стеллажами на прицеле. Оттуда никто ни появляется и я, закрыв плотно дверь, бегу следом за основной группой. Пробраться в нужный нам отдел получается легко и мы, облегченно переводя дух, начинаем осматриваться в поисках места для засады.

Определить самые посещаемые места не составило труда. Холодильник с более дорогим пивом был уже изрядно опустошён. Как и полки с чипсами и другими снеками, обычно идущими на закуску к пиву. Находим укромные места, чтобы нас не было видно и, самое главное, если дело все же дойдет до стрельбы, мы не попали под перекрестный огонь, а также не перестреляли случайно друг друга. Дальше пошли долгие минуты ожидания.

Я сидел в засаде в паре с Витей. Чтобы скрасить медленно тянущееся время, мы начали шепотом разговаривать. Витя рассказывает про свою работу на заводе «Электросигнал»:

– У Дяди Вани – фрезеровщика к фрезерному станку была привязана телефонная трубка. Проработал он на этом заводе всю жизнь. И каждый раз, накатив стакан, он каждому новенькому говорил, что его начальник вызывает к телефону, и каждый «алёкал» в трубку, а тот говорил, чтобы они громче это делали. А еще у нас на заводе выражение такое ходит: туман будет, прорвёмся. Знаешь, что значат эти слова? – Спросил шепотом Витя у меня и, не дав даже подумать, продолжил. – Когда в 90-х зарплату не платили, а деньги, естественно, нужны были деньги всегда, работяги ждали туман. В туман выносили по-крупному алюминий. Вот еще, вспомнил случай: Вася был у нас, Индеец. Погоняло, он сам себе придумал, рассказывал, как гусей выгуливал и до самой Германии дошел, а чтобы лапки не натирали, он их скипидаром смазывал.

Вдруг играющая в зале музыка замолкает, и становится слышно беготню и голоса возбужденно гомонящие. Становиться ясно – что-то не так. Догадка пронзила мозг молнией, мы такие умные и все так классно продумали, кроме… разбитого окна в туалете. Эх, просчитались на мелочи, теперь придаться импровизировать. Показываю рукой, чтобы все оставались на своих местах, будем ждать. Если нас и будут искать, то в общем зале.

Проходит сорок минут. Звуки беготни затихают. Ещё через двадцать минут в помещение, где мы притаились, заходят двое. Один из них жалуется:

– Ржавый совсем лютый стал! Ну, подумаешь, окно в сортире разбито? Может щеглы какие баловались или вообще кто-то из наших по пьяни рассадил и не помнит. А он заладил «Совсем расслабились, тут вас всех и угандошат», «живо оторвали задницы и всё обыскали, а не то вам носы на бок сверну», – изменил голос рассказчик, явно передразнивая своего главаря. – Я подписался с ним сюда идти, чтобы горя не знать, отжав у всяких лохов целый торговый центр, а не в армию играть. И так, обещанных баб, за каким-то хером, по его приказу скормили зомбакам, и теперь как лохи тут тоскуем. Да еще эта ненужная стычка с залетными фраерами. С битами на автоматы. Конечно, он пацан шаристый, ловушки с зомби и засады грамотно спланировал, но все равно наших вальнули и ушли. А Ржавый, теперь от каждого шороха становиться нервный и напряжённый.

Жалуясь своему товарищу на несправедливость жизни, которая заключалось в том, что они сами не зная зачем, загнали людей в лапы зомби на верную смерть. Двое визитёров подошли к холодильнику с пивом. Я тут же даю знак рукой, что пора приступать к активной фазе нашего плана.

Все происходит за одну секунду. Первого сразу убивает Кузьмич, выскочив из своего укрытия, штык ножом, закреплённым на автомате. С мерзким хрустом пробивает ему голову с боку в области виска. Второй, не сразу сообразив, что случилось, поворачивает голову с расширенными от удивления глазами и раскрытым ртом к своему товарищу, и тут же получает удар штык-ножом в горло, начинает хрипеть и булькать из раны кровью. Когда второй штык-нож пронзает ему голову, войдя в ухо, замолкает и падает, расплескивая алую кровь по серому полу.

Готово. Минус два, как и планировалось, тихо отошли в мир иной. Не теряя времени и пока отсутствие ушедших не насторожило остальных, крадучись, выходим из продуктового отдела и идем к засевшей в другом углу зала шпане. У нас получается подобраться, скрываясь за стеллажами, довольно близко, прежде, чем нас обнаружили. Увидевший нас вскочил на ноги и закричал. Тут же он замолкнул, упав с простреленной головой и запачкав кровью с мозгами ничего не понимающих товарищей. В следующую секунду уже вскочили на ноги, все сидевшие вокруг телевизора. А мы открыли по ним стрельбу, убив половину на месте, а убегающих азартно ловя на прицел и стреляя по ним. Бывший за главного как они его сами называли – Ржавый, восседавший на мягком кресле, сразу после первого выстрела, пока остальные недоумённо хлопали глазами пытаясь понять, в чем дело. Он сильно оттолкнулся ногами, завалив кресло назад, кувырком ушел с линии огня за стеллаж. Половина его товарищей валялась убитая на месте, еще четверо, как тараканы, начали разбегаться в разные стороны. Ору, что Ржавого беру на себя, а ребятам надо позаботиться о других. Бежим за стеллажи, куда до этого побежали остатки шайки. Завернув за угол, начинаем пятиться назад, эти твари опять открыли дверь, выпустив большое количество зомби, собранных ими в одном из служебных помещений. Пока мои товарищи пятятся назад от толпы зомби и расстреливают её, я бегу в сторону, чтобы по другому проходу обогнуть ряды стеллажей, примерно в то место, где должен находиться Ржавый. Не вижу его. Поиски затрудняют зомби, которые быстро разбредаются по всему залу. Расстреливаю их и бегаю между стеллажами в попытках найти главаря. Слышу выстрелы ребят, убивающих зомби, в другой части зала. Один раз слышу выстрел с улицы, наверное, кто-то пытался убежать через черный вход, а Павел не дремал. Я уже решил, что Ржавый убежал в другую часть зала или вообще на улицу, и Павел стрелял в него. Но тут замечаю его бегущим за последними стеллажами на отрытое пространство в центральной части зала, где располагались эскалаторы и банкоматы, а также стояли лавки для отдыха и ожидания.

Рыжий главарь, скрываясь за зомби, бежал к стеклянной стене. Я пытаюсь поймать в прицел его спину. Но все время вижу на кончике мушки какого-нибудь зомби, заслоняющего его. Начинаю просто стрелять в зомби в надежде, что убью его. А когда он упадет смогу нормально прицелиться в бегущую зигзагами мишень. Выстрел – зомби падает, но на линии прицела появляется другой чуть дальше, выстрел – опять линия прицела перекрыта, и я не вижу цель. Понимая, что он сейчас ускользнет, психую и выстреливаю весь магазин в его направление в надежде, что хоть одна из пуль его убьет. Он в это время успевает схватить стоящую у эскалатора лавочку и, подняв её над головой, запускает в стекло, которое с громким звоном осыпается. В это время одна из моих пуль задевает его ногу и он, коротко вскрикнув, на секунду оборачивается и смотрит мне в глаза. Быстро меняю опустевший магазин в автомате на полный и вскидываю ствол, чтобы прицелиться. Но опаздываю буквально на пять секунд, успевая только увидеть, как он, делая короткий разбег, прыгает вниз на улицу. Остаётся только выругаться матом в бессильной злобе, что я тут же и делаю.

Переключаю внимание на бродящих по магазину зомби, ну что же в патронах дефицита нет. Можно и пострелять от души, выместив на них свою злость. Чем тут же и занимаюсь, начиная с ближайших ко мне. Потеряв счет времени и убитых зомби, стреляю в их жутки хари, заставляю навсегда затухать красные глаза. Когда стрелять больше не в кого из ствола автомата верх поднимается отчетливо видимая струйка дыма. А запас патронов в рюкзаке, который стоял около ног, изрядно опустел.

Зато отвел душу, выплеснув нервное напряжение, копившиеся все эти дни. Человеку это крайне необходимо. Своего рода защитный механизм, открывающий клапан, через который стравливается лишнее давление. Если этот клапан по какой-то причине не сработает, то напряжение станет критичным и может вообще сорвать крышу и ничем хорошим это точно не закончится.

Сразу вспомнил одну знакомую девочку по имени Настя. Настя из тех девушек, которые подходят под описание идеальные. Молодая, очень редкой красоты, данной ей от природы или бога, кому, как угодно. С белыми длинными волосами. Привлекательным лицом с широкими черными глазами и чувственными полными губами. Её сексуальная фигура была такой классной, что её легко можно было представить дефилирующей на подиуме в лучших домах моды. Ей подходила абсолютно любая одежда, будь то рваные джинсы с футболкой или вечернее красное платье в пол. Если коротко про её внешность, то парни, видя ее, пускали слюни и сворачивали шеи, провожая её взглядом. А девушки смотрели на неё с завистью. К этому следует прибавить, что Настя жила в Москве. Была не просто красивой куклой, а еще достаточно умным человеком с хорошей работой. Вот казалось, повезло человеку, есть в жизни все, о чем многие и мечтать не могут. Но у неё не было того, о чем я говорил – клапана, стравливающего излишнее нервное напряжение. Как-то после нового года она написала, что сейчас в больнице ожидает операцию на кисти. А позже рассказала, что перенервничала и ударила кулаком в стену, потому что не может вовремя стравить излишки, и они копятся до критической массы. Поэтому если человек чувствует, что закипает, лучше дать выход эмоциям, чем совсем кипятить мозги.

Слышу голос Кузьмича, вырывающий меня из раздумий:

– Эй, Рэмбо – первая кровь, гроза бедных безоружных зомби! Ты закончил свою безумную пальбу? Нам можно выходить?

– Конечно, только пусть на тебе сначала мишень нарисуют, чем-нибудь. Выходи первый.

Слышу, как Кузьмич говорит парням:

– Не, я первый не пойду. Вдруг его и правда, переклинило, мне моя старая проспиртованная шкура целой нужна.

Показывается Артем, за ним Витя и только после этого Кузьмич, сначала опасливо выглядывающий из-за угла. Идут ко мне.

– Кузьмич, не ссы в компот, там повар ноги моет. Всё нормально больше я тебя за зомби не приму, как при первой встрече в магазине. – Отшучиваюсь я воспоминаниями о нашей первой встрече с Кузьмичом.

Вижу, что у всех напряжение начинает спадать, на лицах появляться улыбки и добавляю.

– Этот рыжий – везучий сын собаки, мягко выражаясь, и в этот раз успел убежать, если его зомбаки не сожрали внизу на улице. Я успел ему на прощание ногу прострелить только.

На что осмелевший Кузьмич отвечает:

– Пока ты метался между рядами, как хозяйка, забывшая купить горошек для салата оливье за два часа до нового года, мы перестреляли зомби, которые перли на нас, а потом нашли троих. Награды в виде пуль были вручены этим «героям». Последнего обнаружили после выстрела на улице, он пытался убежать тем путем, каким мы сами сюда попали. Паша его подстрелил, прям на пожарной лестнице, теперь он валяется под ней дохлый. Потом мы постреляли ближайших зомби, а после – у тебя сорвало крышу, ты стал палить в разные стороны во все, что шевелиться. Мы от греха подальше залегли за укрытием.

Выслушав Кузьмича, отвечаю:

– Ладно, позже глянем, куда он умудрился добежать с простреленной ногой, наверное, его уже зомби доедают неподалеку. А нам надо поменять порезанные колеса на целые и забрать отсюда нужные вещи, раз отбили ТЦ, то грех не прибарахлиться. Я с Витей иду менять колеса, а вы пока стаскивайте все к двери запасного входа. В первую очередь интересуют генераторы, ну а там, по месту разберётесь не – маленькие.

Выходим с Витей на улицу и машем Павлу рукой, чтобы подъезжал поближе к машинам. Таскать тяжелые колеса нет желания. Осматриваем оставленные машины. Одна так и стоит без изменений на дисках с порезанными колесами. В другой эти ублюдки, не поленившись выйти на улицу и разбить стекло, оставили в салоне машины сюрприз в виде зловонной кучи дерьма на водительском сиденье. Меня накрыла волна лютой злости, жаль никого, не оставили живым, взял бы за шиворот и мордой в неё бы ткнул, а потом заставил сожрать её.

Эх, фантазии хороши на любые темы, а в реальности придётся самому убирать. Связавшись с парнями, собирающими вещи в магазине, прошу захватить совок, большую пачку влажных салфеток и освежитель воздуха. Представляю рожу Кузьмича, когда он увидит, зачем мне это потребовалось. Решаю про себя, что, если будет сильно злорадствовать, кину в него совком с этим подарком, что бы ни зубоскалил.

Поднимаем домкратом машины и заменяем порезанные колеса на целые. Пока проделали эту процедуру, сменив все восемь колес, к нам спустились ребята. Загружаем найденные ими генераторы, половина их которых была бензиновыми, вторая половина дизельными. Мудрый выбор – неизвестно чего в итоге у нас будет больше, если будет вообще. Также закидываем другие отобранные ими вещи. Потом Кузьмич протягивает мне запрошенные мною для уборки с сиденья предметы, глядя на меня с подозрением. Сразу предупреждаю его:

– Будешь зубоскалить, я тебе в рожу кину то, что сейчас буду убирать с сиденья.

Открываю водительскую дверь. Все тут же обступают меня, заинтересовано заглядывая за плечо, а потом начинают ржать. Оборачиваюсь и делаю злобную рожу. Смех замолкает, но лыбу продолжают давить все. Артём говорит Кузьмичу:

– Я вижу, ты хочешь, что-то сказать. Давай, покагкай под гуку, посмотгю хоть, идёт тебе когичневый цвет лица или нет.

Видно, что Кузьмич хотел ответить, но потом решил от греха подальше промолчать и показал Артёму средний палец. Полез за фляжкой и сделал из неё три глотка, отошел подальше в сторону.

Все другие, последовав его примеру, тоже отошли подальше, дабы не попасть под мою горячую руку. И я, вооружившийся совком и влажными салфетками, ликвидировал заложенную на сиденье мину, щедро набрызгав освежителем воздуха в салоне. Сделав это неприятное дело, подошел к стоящему кучкой народу и предложил проверить, куда побежал рыжий везунчик. Если конечно ему повезло после прыжка со второго этажа с прострелянной ногой выжить и побежать. Решили идти вдвоём с Артёмом, а остальных оставили ждать нас у машин. В случае чего, они уезжают, и мы по пути к ним подсаживаемся. Проверив, что рации у всех заряжены и включены, закинув свои рюкзаки за плечи, отправляемся вдвоём искать следы.

Зомби у главного входа почти не оказалась, те, что имели неосторожность стоять тут, были быстро и тихо убиты штык ножами. Находим след падения со второго этажа на припаркованную у входа маленькую белую AUDI А4 по большой вмятине на крыше и следам крови из прострелянной ноги. Дальше капли крови и пару убитых по дороге им зомби ведут через дорогу к двухэтажному знанию из красного кирпича. В нем располагалась автомойка и баня. Сейчас около него стояла большая толпа зомби, карауля входную дверь.

Обходим по большой дуге, стараясь не шуметь, пробираемся к зданию, с другой стороны. Уже издалека замечаем открытую створку пластикового окна и цепочку следов с каплями крови, ведущих от него по направлению во дворы ближайших многоэтажек. Оттуда начинает доноситься громкий, многоголосый собачий лай и рычание, который через минуту сменяется на жалобный скулеж. Из двора выбегает, повизгивая и скуля от ужаса, большая свора собак и разбегается без оглядки в разные стороны.

Переглядываемся с Артёмом – не понятно от кого так убегали песики, на ходу опорожняясь от страха. Может их зомби зажали, может от нашего рыжего потеряшки или еще на кого нарвались. Нам, судя по следам крови, нужно было именно в этот двор. Опять делаем небольшой крюк, чтобы зайти во двор с дальнего угла дома. Выглядываем из-за угла дома. Внутри двора находится детская площадка, на ней валяются две здоровые собаки, судя по всему мертвые. Зомби тоже присутствуют, но в малом количестве – всего пять штук сейчас стремиться к месту гибели собак, а значит, это не их рук дело. Не даем зомби, спешившим из разных углов двора, дойти до площадки, убиваем их по-тихому штык-ножами.

Изучаем место гибели собак. Две крупные псины, скорее всего, вожаки стаи, судя по размеру. Одна рыжая с черными пятнами, другая полностью черная. Без сомнения, умерли не от рук зомби. У первой все внутренности вынуты через пасть и теперь сизыми канатами лежат на снегу рядом. У второй пасть разорвана пополам, так и лежит с неестественно широко разинутой пастью в луже крови на боку. Тут же обнаруживаются следы крови, уходящие дальше за пределы двора. Очевидно, что мертвые собаки работа того, кого мы ищем, причем отбивался от стаи голыми руками. При всей моей ненависти к этому рыжему таракану, поражаюсь его жажде жизни и везению.

Продолжаем играть в следопытов, идя по его следам с пятнами крови. Они уходят в частный сектор. Идем между одноэтажных домов с палисадниками, огороженными заборами из штакетника. Вдруг слышим недалеко впереди на улице, уходящей влево от дороги, по какой мы держим путь, заработал двигатель машины. Срываемся на бег, кричу Артему:

– Скорее всего, это он нашел тачку! Надо не дать ему уехать и затеряться.

Выбегаем на перекрёсток, вскидываем оружие и в недоумение замираем. В шестидесяти метрах от нас на снегу валяется без сомнения мёртвый ржавый. Почему без сомнения? Потому что слишком много крови вокруг него впитывается в снег. Белоснежный снег становитсяв ярко красным у лежащего тела и розовым у окончания границы растекающегося пятна. Еще один верный признак, что он не жилец – голова, валяющаяся отдельно от тела. От места его расправы, быстро набирая скорость, удаляется темно-синий Opel Corsa, вроде как, трехдверный хэтчбек. На заднем стекле в левом углу наклеена какая-то надпись из белых букв – не успеваю рассмотреть.

Удивлено переглядываемся с Артемом и подходим к телу, поближе рассматривая его. Кроме отрубленной головы, потерявший удачу, а вместе с ней и жизнь, Ржавый остался без обеих кистей на руках, которые валялись тут же. Из обрубков шеи и рук уже слабо, но все еще сочилась кровь. Говорю Артему:

– Вот и доскакался наш всадник без головы. Жаль, что не мы его застрелили. Но с другой стороны, он бы тогда просто отделался, а тут, видишь, как его нашинковали. То, что он заслуживал смерти, нет ни капли сомнения, вопрос лишь в том, кто его убийца. А то может мы искали меньшее зло, а нашли большее?

Артём всё еще задумчиво смотревший на эту жуткую расчленённку произнёс:

– Дядь, а ты ничего не замечаешь необычного?

– Если ты про то, что перед нами лежат пазлы, сделанные из человека, то я заметил.

– Нет, конечно, не пго это. Да и человеком эту падаль называть не стоит. Посмотги на следы того, кто его нагезал, как колбаску.

Обращаю внимание на следы. Действительно, как я раньше не заметил. Следы явно принадлежат девушке, судя по совсем небольшому размеру ноги. Присвистнув, говорю:

– Интересно девки пляшут! От мужиков только клочки по закоулочкам летят. Ладно, собаке собачья смерть, да простят меня четвероногие хвостатые за такое сравнение. Пора возвращаться назад.

– Подожди, давай возьмем его голову с собой.

– Ты че, совсем дурак, и не лечишься? На кой черт она тебе сдалась?

– Кину неожиданно Кузьмичу на колени! Вот он обосгётся.

– Я думал, ты дочке своей решил подарить. Если хочешь, чтобы Кузьмич еще одни штаны испортил, подлей ему в алкоголь слабительное. Только тогда жить будете в одной комнате, и ездить в одной машине.

Артем, слава богу, передумывает забирать этот страшный трофей. Связавшись с ожидающими нас друзьями по рации, говорим, что все нормально, и мы скоро будем. Возвращаемся обратно, обходя большие скопления зомби, через пятнадцать минут уже оказываемся на месте. Нас уже явно заждались. У Кузьмича сильно блестят глаза от частого прикладывания к фляжке. У одной из машин выросла гора окурков, а убитых зомби значительно прибавилось, и валялось не менее шестидесяти тел. Это при том, что ни одного выстрела мы не слышали, и ребята их убили по-тихому.

Рассаживаемся по машинам и едем домой аккуратно, как и ехали сюда, отпуская головной дозор, вперед всей колоны и высматривая любую подозрительную деталь по дороге. Без происшествий свернув с трассы к себе, двигаемся по улицам к дому. Вдруг головная машина резко ускоряется и оживает рация:

– Внимание! Всем рассредоточиться, возможна засада! Повторяю! Возможна засада!

Земля зомби. Воронеж-тесный город

                                                                                  

Глава 1. Засада

– Внимание! Всем рассредоточиться! Возможна засада! Повторяю! Возможна засада! – Проорала рация голосом Вити. Молодец. Не зря очки носит – что‑то рассмотрел подозрительное в свои перископы.

Машины, двигаясь колонной, тут же устроили хаос. Первые ускорились, одна встала на месте, остальные быстро отъехали назад. Все повыскакивали из машин на улицу, вертя стволами автоматов, выискивая скрытую опасность. Ору в рацию: