Текст книги ""Фантастика 2026-111". Компиляция. Книги 1-38 (СИ)"

Автор книги: Сергей Карелин

Соавторы: Александр Кронос,Михаил Капелькин,Макс Дарт
сообщить о нарушении

Текущая страница: 95 (всего у книги 335 страниц)

Глава 3

– Ну, что будем делать? – скрестила руки на груди Лакросса. – Подождём, пока вылетим за пределы дерева, и посмотрим, куда нас это заведёт?

– Если Его Благородие считает, что так нужно, – подбоченилась, ехидно улыбаясь, княжна. – То именно так мы и должны сделать.

– Подлиза, – буркнула оркесса.

Альфачик, лёжа в центре листа, закрыл голову лапами.

Я не учил в школе физику, да и саму школу-то плохо посещал. Но кое-какие уроки всё же усвоил. Например, если ударить зарвавшегося виконта по лицу кулаком, то получится, что и он ударил тебя лицом в кулак. С одинаковой силой! Один из основополагающих законов. Или, что мошенник из якобы службы безопасности банка с фейерверком в заднице бежит быстрее, чем тот, кому фейерверка не досталось. А значит, что нужно, чтобы листок-самолёт задвигался в нужном направлении? И нет, это не мошенник с фейерверком.

– Лакросса, – повернулся я к девушке, – ты умеешь регулировать силу взрыва своих копий?

– Хм, никогда не пробовала на самом деле.

– Самое время попробовать, – хмыкнул я, затем указал рукой в сторону. – Кинь туда копьё и взорви его со средней силой через две секунды.

Они с княжной переглянулись, но оркесса всё же выполнила мою просьбу. Возле её плеча появилось копьё, и взмахом руки девушка отправила его в полёт. Через две секунды громыхнул взрыв, заставивший Альфачика убрать одну лапу с морды. Показался любопытный жёлтый глаз. После до нас докатилась лёгкая воздушная волна, и лист качнулся, меняя курс.

– Я поняла! – просияла девушка и швырнула ещё одно копьё.

– Только не взры!..

Докричать не получилось: грохнул новый взрыв, и воздушная волна чуть не скинула нас с листка. Благо я успел одной рукой схватиться за лист и сраститься с ним, а второй удержать всех остальных. Правда, наш транспорт чуть не перевернулся, но всё обошлось.

Фух, хорошо, что Инсект работает не только с деревьями.

– Ой… – вжала голову в плечи Лакросса, когда мы встали.

– Я туда не полезу! – заорал какой-то парень с посадочной площадки. Как раз начали подходить и садиться на листы новые участники. – Они всех взорвут!

Вопящего пытались затащить на лист сразу несколько человек, а он упорно цеплялся за перила.

– Я думала, если взорвать копьё сильнее, мы быстрее долетим, – виновато сказала Лакросса.

– «Думать» – это не твоё… – сглотнула бледная княжна, с опаской глянув вниз.

Да, падать высоко.

В итоге, после первого неудачного опыта, оркесса всё же выслушала мою идею до конца. С помощью её взрывающихся копий мы создали что-то вроде реактивной тяги. Небольшие по силе взрывы слегка подталкивали парящий листок в нужную нам сторону. Сначала получалось так себе, и нас болтало, как щепку в шторм.

От постоянной смены направления даже голова начала кружиться, и я сел, чтобы ненароком не вылететь. Княжна села рядом, оперевшись спиной на Лютоволка. Оркесса же стояла на краю листа, широко расставив ноги, и запускала копья.

– Кажется, там что-то есть! – показала рукой на целое поле парящих болотных кувшинок Василиса.

Мы отплыли… отъехали? Отпарили? Короче, переместились достаточно далеко от посадочной площадки. Она даже скрылась из виду за очередным поворотом воздушного моря, если можно так назвать это место. Прошли меж двух разрушенных башен из потемневшего дерева. Они росли на двух толстых ветках, как маяки на рифах. Левее в воздухе висели множество листьев кувшинок, а снизу к ним цеплялись толстые зелёные стебли. Они росли где-то далеко внизу, в озере дождевой воды.

Кувшинки болтались на разных уровнях, а наверху была одна, с очень большими листьями. Всё это выглядело так, будто там должно быть что-то ценное.

Лакросса аккуратно подвела нас к самой крайней, и транспорт замер, паря на месте. Она же и вызвалась первой забраться на самый верх, потому что большая кувшинка возвышалась над нами метрах в семи. Я видел сразу несколько путей по этим своеобразным ступенькам, но тут явно было что-то не так.

– Будь осторожна, – сказал я оркессе, – тут явно есть какой-то подвох.

А она, едва дослушав меня, перепрыгнула на первую же кувшинку. Листья были круглые и широкие, около метра в диаметре. Недостаточно, чтобы поместиться всем сразу.

Едва Лакросса ступила на поверхность кувшинки, как та задрожала и начала оседать. Девушка скорее перепрыгнула на следующую. Потом на следующую. И так добралась до самого верха. А кувшинки, осев метров на десять, рванулись вверх, но стебли не дали им улететь дальше.

Вскоре оркесса, проявляя чудеса гимнастики и явно красуясь, спустилась обратно. В руках она держала большую болотного цвета монету с числом «100». Видимо, это стоимость в кикибаллах. А ещё от неё пахло тиной. На ощупь – будто очень плотный листок.

– Теперь моя очередь, – вскинула подбородок княжна и тоже запрыгнула на кувшинку.

Устроили, блин, негласное соревнование между собой.

Василиса двигалась легко, перепархивая с площадки на площадку, как бабочка. И она тоже вскоре вернулась с похожей монетой. А я чем хуже?

Мой вес листья выдерживали крайне плохо. Едва я на них наступал, как они тут же оседали вниз, таща меня за собой. Так что двигаться пришлось очень быстро. Хорошо хоть последняя, большая кувшинка, никуда не падала. А в её центре рос маленький бутон, который раскрылся, когда я подошёл. Внутри была ещё одна монета.

Вот так мы и заработали наши первые баллы.

Жаль, отсюда нет дороги выше. С другой стороны, здесь явно можно больше очков заработать. Вернулся на наш листок-самолёт, и мы двинулись дальше. От этого места среди веток и зарослей расходилось сразу несколько путей. Мы двинулись по тому, что представлял собой тоннель из веток с золотыми листьями.

Начали появляться другие участники. Мимо пролетела шатенка с воздушным Инсектом. Она передвигалась с помощью потоков воздуха, легко и просто задавая направление. Пожалуй, эта фигуристая красотка будет в этом состязании главным соперником. Я видел, как девушка легко вспорхнула на самую большую кувшинку и получила свою монету. Причём она состязалась в одиночку.

Так же показались и другие команды по два, по три и даже больше человек.

– Быстрее, быстрее! – подгоняла саму себя Лакросса, оглядываясь на них.

Тоннель вывел нас в своего рода пещеру. Плотная крона почти полностью закрывала от нас солнечный свет, так что здесь царил полумрак. Внизу тоже росли ветки и сучки, а по ним бегали кучи маленьких жучков. Бррр, мерзость какая.

Мы проходили между двух выступов, похожих на гнёзда, как на левом вдруг появилась гигантская жаба ядовито-зелёного цвета. Она выстрелила длинным липким языком в сторону ничего не подозревающей Лакроссы. Среагировать я уже не успевал. Язык врезался в плечо девушки и… смачно лизнул её.

– Фу! Какая гадость! – скривилась княжна, увидев это.

Лакросса попыталась стряхнуть слизь, но вместе с ней слетели куски её кофты. Одета, кстати, она была просто. Спортивные обтягивающие штаны и тёмная кофта.

– Что за?.. – удивилась девушка.

На том месте, где слизь разъела одежду, показалась бронзовая кожа.

Вдруг справа появилась вторая лягушка и тоже атаковала Лакроссу своим языком. Но в этот раз я был готов. Бросился на выручку. Правда, меня всё же опередил Альфачик, сцапав лягушку за язык. Монстрожаба запрыгала на одном месте, пытаясь вырваться из цепкой хватки Лютоволка.

– Молодец, Альфачик! – наклонившись, ласково потрепала его по загривку оркесса.

И именно в этот момент первая лягушка снова пустила свой язык в ход. Впилась им прямо между булочек оркессы. То есть, между ягодиц. Ткань штанов мгновенно разъело, и они разошлись в стороны, обнажая её идеальную попку.

– Сволота! – завизжала девушка, пытаясь прикрыть руками прореху на штанах.

А княжна свалилась от хохота, держась за живот. Я тоже не сдержал улыбки. Лакросса хмуро оглянулась на нас и злобно рыкнула. Впопыхах запустила несколько копий в лягушку-извращенку, но промахнулась.

– Ладно, – сказал я, улыбаясь. – Наверняка у них есть монеты для нас. Есть идея, как туда добраться…

– Я могу создать ледяной мост, – тут же подключилась Василиса, ехидно глядя на Лакроссу.

– Нет, для этого нужна твёрдая поверхность, а лист на эту роль не подходит. Упадём мы, проще говоря. Есть другая идея. Лакросса?

– Чего? – буркнула она, стягивая кофту и повязывая её вокруг пояса. При этом осталась в очень маленьком спортивном топе.

Я коротко объяснил ей задумку. Она, конечно, удивилась и уточнила, а выживу ли я после такого, на что я отмахнулся. Накачал ноги маной, взял короткий разбег, одновременно с этим входя в Инсект, и прыгнул в сторону одного из гнёзд с лягушками. Подлетел на пару метров вверх, оттолкнувшись от листа. Его мощно качнуло, но девушки к этому приготовились, и никто не упал.

Лакросса швырнула в мою сторону копьё и тут же взорвала его. Ударная волна подкинула меня ещё на несколько метров, я почти коснулся потолка, нелепо взмахивая руками. А затем приземлился в гнездо с лягушкой.

– Ква-а-а? – удивилась она.

В высоту она была около полутора метров. Толстая и массивная.

– Ква-ква, – ответил я и дал ей кулаком по морде.

Жаба закатила глаза и перевернулась на спину, вывалив изо рта язык. А под её пузом обнаружилась монета в 300 кикибаллов.

Отлично!

– Лакросса! – крикнул я. – Давай к следующей!

– Ква-а-а! – встревожилась вторая лягушка, глядя, как я беру разбег.

Гнездо было значительно короче нашего листа, так что и разбежался я хуже. Зато больше маны вкачал в ноги, а Лакросса устроила взрыв помощнее.

– Ква! – возмутилась лягушка, к которой неслось огромное дубовое ядро в виде меня.

Ударила в меня своим языком и сбила с курса! Хорошо, что коже слизь вроде бы не вредила, и я успел этот её язык схватить. Правда, он был скользкий, зараза, пришлось обвить его вокруг ладони.

– Ква-а-а!!! – возмущённо орала жаба, втягивая меня вместе с языком.

Вскоре я схватился за край гнезда из множества мелких веток и подтянулся, забрасывая себя внутрь.

Я отпустил язык лягушки, и она тут же ускакала вниз по толстой ветке, нырнув в небольшую нору. А на дне гнезда я нашёл ещё одну монету. Живём!

Лакросса подвела листок-самолёт к гнезду, и я перебрался на него. А затем мы добрались до конца пещеры. Там был ещё один тоннель, который привёл к небольшой площадке с какой-то эльфийской головоломкой. Управляя специальными рычагами, нужно было за определённое количество ходов переправить разноцветные светящиеся кольца с одной стороны головоломки на другую. По одному за раз, и размещать их можно было только в определённом порядке.

Короче, целая куча условий. Но и награда была очень вкусная. Под сплетёнными ветками внизу деревянного постамента с головоломкой виднелась зелёная монетка с заветной надписью «1000». Вот только, чтобы начать, нужно было опустить монету в сто кикибаллов.

Я попробовал первым и через пять минут… проиграл. Ещё через пять минут Лакросса заорала:

– Я взорву эту штуку!

Еле успел перехватить копьё у разбушевавшейся оркессы. Не умела она проигрывать, это точно.

Следующей попытала счастья княжна. И выиграла!

– Я ещё не такие головоломки решала, пока училась дома, – улыбнулась она, забирая монету.

Второй, кстати, не появилось. Василиса забрала единственную награду.

Лакросса зарычала от обиды. Она вообще без баллов осталась. А тут ещё и княжна масла в огонь подлила, подмигнув ей. Пришлось у взбешённой оркессы очередное копьё отобрать, пока не пролилась чья-то самодовольная кровь. Я приобнял девушку, успокаивая её, а затем легонько подтолкнул к нашему транспорту.

Оттолкнулись от площадки в обратную сторону и тут заметили, что рядом с тем проходом, из которого мы вышли, виднеется ещё один. Решили проверить и его на всякий случай. Вдруг найдём пару монет.

Под конец потолок тоннеля снизился, и нам пришлось даже на четвереньки встать, чтобы его пройти. Лакросса отталкивалась длинным копьём, как багром, стоя на коленях. Кофта, повязанная на талии, в такой позе приподнималась, открывая отличный вид на тёмные стринги. Видимо, на них растворяющая слизь лягушки не попала.

Княжна же просто легла на живот, глядя вперёд.

В конце появился свет, и листок-самолёт вышел на открытое пространство. Когда глаза привыкли к яркому свету, я быстро понял, что ни фига оно не открытое. Колодец из толстых веток и золотых листьев уходил вверх метров на двадцать. Оттуда падали косые солнечные лучи. Потому здесь и было светло.

Место это выглядело заброшенным. Не похоже, что здесь нас ждала очередная головоломка. Зато на стенках я заметил несколько жуков-глазунов. Лакросса выпрямилась под их взором и одёрнула кофту вниз.

Лист медленно подплыл к стенке колодца, где виднелся небольшой балкон с полусгнившими перилами. От него по стене колодца вверх когда-то шли ступеньки. Сейчас от них остались лишь гнилые обломки, съеденные жуками-древоточцами. Подошли к балкону и осторожно ступили на твёрдую поверхность. Отсюда вглубь древа шёл тёмный проход.

– Заброшенное эльфийское жилище, – протянула княжна.

Похоже, так оно и было.

Альфачик ткнулся мокрым носом в мою ладонь и принюхался к карману, где лежали мои монеты. Затем, наклонив к земле острую морду, вошёл в коридор, и мы поспешили за ним. Пахло здесь, как в глубоком лесу после дождя: сыростью и гнилью.

В небольшие прорези в потолке коридора падал свет, слегка рассеивая мрак. Спина Лютоволка, идущего впереди, то появлялась в столбе света, то исчезала. Мы молча шли за ним, боясь нарушить тишину древнего места. Мало ли какие монстры здесь обитают. Но Альфачик не выказывал никаких признаков, что учуял опасность. Азартно шёл вперёд, сворачивая по извилистым коридорам.

Вскоре мы достигли куполообразного помещения с деревянными стенами. Сверху падал большой столб света, а под ним лежала целая куча опавших листьев. Альфачик с азартным рычанием бросился к ней и стал расшвыривать лапами листья. Вдруг из кучи выскочило что-то маленькое, косматое и пищащее и бросилось бежать. Лютоволк среагировал мгновенно и прижал это лапой.

– И-и-и! – пищало существо со старушечьим лицом, похожее на оживший пенёк. С ручками, ножками, в тёмных лохмотьях, на голове пучок пожухлой травы.

– Кикимора! – хлопнула в ладоши княжна.

– Всезнайка, блин, – буркнула Лакросса.

– Я думал, они больше, – задумался я, затем взял в руки вырывающуюся кикимору и встряхнул.

На пол упала монета в триста кикибаллов.

Отпустил кикимору, и она, злобно топоча, убежала в один из коридоров.

– Хороший мальчик! – почесал я Альфачика за ухом. А он завыл, разрывая на части могильную тишину этого места. – Чуешь что-нибудь ещё?

– Раф! – рыкнул он и нырнул влево, в другой проход.

Мы поспешили за ним.

Это место напоминало огромный, заброшенный лабиринт. Альфачик провёл нас через несколько комнат. В некоторых из них были окна с видом на разные части дерева. В одно даже увидели команду из трёх человек: двух парней и девушки. Один из них месил воздух огромным кулаками, толкая листок-самолёт.

В другом окне чуть позже показалось ещё несколько команд. Они передвигались в большом гроте, из стен которого торчали трубки, похожие на кораллы с тлеющими концами. Иногда они изрыгали струи огня, а соперники уворачивались от них.

Одна из команд была очень большой – сразу несколько листьев, скрепленных между собой чем-то вроде паутины. А на них человек десять, не меньше. Один пускал в воздух белые нити, которые цеплялись к другим предметам. Остальная команда хватала свободный конец и подтягивала транспорт по ней, как паром на реке. Умно, ничего не скажешь. Среди них заметил знакомого блондина, что предлагал вчера объединиться. Похоже, нашёл себе ещё людей в команду.

Он вдруг взмахнул руками, словно раскручивая гигантское колесо, и перед ним открылся портал. Второй открылся на небольшой площадке с зелёным цветком. Он протянул руку и схватил монету из бутона. Чертовски удобно!

– Силён, гад, – пробормотала Лакросса, тоже заглядывая в окно.

– Хорошо, что не все монеты достаются так легко, – поддакнула Василиса.

Понаблюдав ещё немного, пошли дальше. Альфачик уже скулил от нетерпения. Вскоре он привёл нас в большое помещение, заросшее плющом и лианами. По полу стелились упругие стебли, а вдоль стен размещались стеллажи с оружием. Почти все, конечно, оказались пусты, но на некоторых висели мечи и топоры эльфийской работы.

Лютоволк поймал очередную кикимору, из которой вытряхнули ещё 200 кикибаллов. А Лакросса подошла к одному из стеллажей. Рядом со ржавым мечом висел красивый, обитый золотистым металлом, лук. Оркесса взяла его в руки, взвесила и восхищённо вздохнула:

– До чего искусная работа! Сейчас эльфы уже так не могут.

– Бесполезный антиквариат, – пожала плечами княжна.

– Возьми его себе, – сказал я Лакроссе, пробуя на вес лук.

Я почувствовал исходящую от него силу. Он явно не прост. Но без стрел бесполезен.

Девушка повесила его на спину, перекинув через плечо, и мы пошли назад. Вернулись к листу-самолёту, терпеливо ждавшему нас у балкона. Делать здесь больше нечего. Пути наверх нет, кикимор тоже. Вернёмся назад и свернём в другой проход.

Вскоре вернулись в большую пещеру, где повстречали лягушек. Та жаба, которую я вырубил ударом кулака, пришла в себя, но, увидев нас, предпочла засунуть себе язык в… обратно в рот, в общем.

Не успели мы покинуть пещеру, как нам навстречу выплыл паровоз из нескольких листьев. Впереди, словно капитан корабля, стоял вчерашний блондин. Узнав меня, он самодовольно оскалился.

– Говорил же, мы ещё встретимся.

В следующее мгновение он взмахнул руками, открыл портал сбоку от Лакроссы и столкнул её вниз.

Глава 4

Лакросса падала, будто в замедленной съёмке. Взмахивала руками, пытаясь отыскать ими хоть что-нибудь, чтобы схватиться. И наклонялась над пропастью под листком всё больше.

Всего два шага отделяли меня от неё. Каких-то два шага. Маленьких. Для меня даже крохотных. И я не успевал их сделать. Блондинистый урод отлично всё рассчитал. Лакросса упала вниз.

С коротким рыком за ней прыгнул Альфачик. А следом я. Даже не знаю зачем. В голове стучала всего одна мысль: «Не дай ей разбиться!»

Лютоволк в полёте догнал оркессу и клубком свернулся вокруг неё. В следующую секунду они врезались в дно пещеры. А затем упал я. Кстати, здесь оказалось довольно мягко. Густые ветви и листья образовали плотное, но упругое дно. Я будто на большой матрас приземлился. Тут же вскочил и бросился к девушке. Лакросса уже встала, следом за ней поднялся Лютоволк. Он встряхнулся, и с него полетели обломанные сучья и прилипшие листья. А потом он взял и лизнул Лакроссу. Я с облегчением выдохнул.

– Эй, как вы там? Не разбились? – прокричал сверху рыжий парень, наклоняясь над краем листа. Это он пускал паутину из рук. Скрепленые листья медленно проплывали над нами и чуть сбоку. – Я сейчас спущу вам верёвку…

– Даже не вздумай! – позади него появился блондин. Его лицо исказил злобный оскал.

– Что? Но они же могут там погибнуть!

– Меньше народу, больше кикибаллов. Или тоже к ним захотел?

– Н-нет, господин Броков, – стушевался Рыжий и отошёл от края парящего листа-самолёта.

– Тогда поехали дальше.

– Ах ты мразь! – выкрикнула Лакросса и запустила копьё, целя в то место на листе, где стоял Броков.

Копьё взорвалось, и летающий транспорт сильно качнуло. Я видел, как Броков взмахнул руками, пытаясь удержаться, схватил кого-то и рванул на себя. Вниз полетело ещё одно тело, и я прыгнул вперёд, на лету ловя беднягу. Мы вместе упали на покров из веток и покатились кубарем.

Я сразу же вскочил, зная, что оркесса на одном копье не остановится.

– Стой! – закричал я. Она замерла, уже готовая к броску. – Если убьёшь его, нас исключат. Доберёмся до него позже.

Оркесса рыкнула и в сердцах запустила копьё, мощно взорвав его. Брокова и его команду осыпало обломками веток. Надеюсь, колючими.

Наш листок-самолёт завис над нами метрах в семи. Над его краем выглядывало озабоченное лицо княжны.

– Я сейчас спущусь к вам!

Она выбросила вперёд руку, и сбоку от нас выросло несколько витков ледяной горки. Онежская спрыгнула и с радостным визгом спустилась к нам, вспоров острыми каблуками сапожков ветки.

– Блин, а в той команде веселее… – вздохнул женский голос с вражеского листа. Поезд из них исчезал в тоннеле, из которого мы только что прибыли.

– Ой, а это кто? – Василиса показала мне за спину.

А там вверх торчала пара симпатичных ножек и не менее привлекательная задница, затянутая в чёрные джинсы. Женские, естественно. И ноги, и ягодицы.

Я схватил девушку за ногу и выдернул, как репку, аккуратно положив на пол. Она была пепельной блондинкой с серыми, как пасмурное небо, глазами, худая, с красивой грудью третьего размера. Ростом чуть ниже Лакроссы, но выше княжны. Слегка расцарапанное личико с острыми скулами и небольшим аккуратным носом, с тонким шрамом на левой щеке и изящными губами. Щёки были надуты, как у хомяка.

– Мамимо! – промычала девушка.

– А? – спросили мы хором?

– Тьху! – выплюнула блондинка жёваные листья и кусочки веток. – Спасибо. Ну и козёл этот Броков!

– И не поспоришь, – кивнула Лакросса.

Девушку звали Лизой Светловой, и она была дочкой маркиза. Приехала из Омской академии с ещё двумя студентами. Согласилась присоединиться к Брокову, потому что посчитала, что вместе они соберут больше очков, а когда поделят их, то все окажутся в выигрыше.

– Неа, – мотнул я головой. – Он кинет всех, как кинул тебя. И мою подругу.

– Блин, так и знала, что он мутный какой-то, – прикусила она губу.

Лакросса ковырнула пальцем ледяную горку княжны и хмыкнула:

– А ступеньки не догадалась сделать?

– Дак ведь по ним скатываться больно, – удивилась Василиса.

– Ага, зато подниматься проще.

– А… Так я сейчас, мигом.

Но я остановил княжну. Не хотел я возвращаться тем же путём, потому что увидел одну возможность для исследования. К тому же Лиза обладала любопытным Инсектом, который нам как раз сейчас пригодится. Запускала светящиеся шары, которые могли указывать путь. А я с помощью Альфачика и нашего магического зрения увидел скопление мощных существ где-то в глубине зарослей. В той стороне, где не так давно исчезла лягушка, лизнувшая задницу оркессы. Она убежала в небольшую нору, что темнела в стене в нескольких метрах от нас.

– Мы полезем туда? – скривилась Лакросса. – А если там много таких лягушек?

– Что значит «если»? – удивился.

– Но… ведь… Они же нас залижут!

А я скабрезно улыбнулся и полез в нору. У входа терпеливо ждал светящийся шар, который перед этим запустила туда Лиза. Пусть идёт с нами, пока полезна.

Для меня нора оказалась тесновата, так что пришлось как следует работать плечами и локтями, пробивая себе дорогу. Хорошо, что это не скальная порода. Я бы тогда с ума сошёл в столь узком пространстве. И так находился на грани нервного срыва из-за приступа клаустрофобии. Ну не люблю я такие места! Мне простор нужен…

Полз долго. За мной слышалось усердное пыхтение оркессы. А как там дальше шла очередь, я не знал.

– А если этот гад будет нас ждать на обратном пути? – подала голос Лакросса. – С него станется ловушку приготовить.

– Я заморозила им выход из тоннеля, так что они сами сейчас оказались в ловушке! – глухо отвечала княжна откуда-то сильно позади нас. – На пару часов точно задержит, если они не придумают, как быстрее расплавить лёд.

– Брокова этого не остановит с его порталами, – отозвался я.

– Остановит! – чуть громче княжны отвечала Лиза Светлова. Значит, она ползла между Лакроссой и Василисой. А тоннель всё не заканчивался. – Он может открывать портал, только если цель в прямой видимости.

– А вот это может пригодиться…

– Кстати, Лакросса, – продолжала Лиза, – у тебя отличная задница! Это ты специально так штаны порвала, или они сами?

– Замолкни! – прошипела оркесса.

А я расхохотался так, что только через минуту смог продолжить путь.

Вскоре лаз расширился, и ползти стало значительно легче. Я ускорился, а потом подо мной проломились ветки, и я рухнул вниз. Упал на что-то мягкое, отскочил и снова упал. Уже на твёрдое. Следом кубарем полетели девушки и Альфачик, в итоге просто засыпав своими телами меня. Когда с охами и стонами поднялись, я увидел, на что такое мягкое мы упали.

Это была ещё одна большая, вытянутая пещера с кучей маленьких нор с одной стороны, и небольшим озерцом с другой. На стенах росло некоторое количество светящихся синим ягод.

А перед нами на куске деревянной суши сидела огромная зелёная Царь-жаба. Ростом под четыре метра, мускулистая и с огромной пастью. Это на неё мы упали и скатились к ногам.

– Здрасьте, – само собой вырвалось у меня.

– КВА-А-А!!! – сотрясла она своим рёвом стены.

* * *

В ответ на рёв Царь-жабы из нор, как россыпь орехов, покатились жабята. Десятки и сотни жабят! Они быстро заполняли всё пустое пространство, заставляя нас отступать к воде.

Я перенёс из кольца молот с новенькой рукоятью и приготовился к бою. Дальше отступать было некуда.

– А что это она делает? – удивилась Лиза, показывая в сторону Лакроссы.

Оркесса, яростно понося жаб на чём свет стоит, стягивала с себя одежду. Закончив, отшвырнула её в сторону, оставшись только в нижнем белье.

– Всё в порядке, она так каждый раз делает, – пожала плечиками княжна.

– А… – кивнула Лиза.

В одной руке у неё сверкнул небольшой кинжал, наливаясь сизым светом вливаемой маны, а в другой появился очень яркий шар.

Хм, ослеплять врагов… умно. Девочка не такая простая, как мне показалось сначала.

– Ква!!! – взревела Царь-жаба и орды жабят ринулись в бой.

Схватка закипела мгновенно. Стрелять я не решился, и орудовал только молотом. Не хотел убить Царь-жабу: мне казалось, что она может быть важна для Лесниковых, как источник волшебной жабьей икры.

Широкими взмахами молота с длинной рукоятью я отправил первые ряды жабят в полёт, чем вызвал яростное лягушачье кваканье. Из-за моей спины метала копья Лакросса, взрывами отбрасывая монстров. Слева билась княжна, прицельно атакуя струями льда. Она, конечно, могла устроить тут буран, но тогда бы всех, кроме меня, заморозила насмерть. Справа от меня сражалась Лиза. Яркий свет в её ладони не давал жабятам приблизиться. Альфачик метался среди жабят, разрывая их зубами.

Вдруг Царь-жаба открыла пасть и ударила мощной струёй кислоты. Зелёная жижа пролилась у ног Лизы. Та едва успела отскочить. Дерево обуглилось и зашипело под воздействием кислоты.

Становится опасно!

Жабята напирали и брали числом. Сразу несколько языков обвились вокруг моей руки с молотом и потянули в сторону. Я попытался свободной рукой сорвать языки, под которыми моя куртка начала растворяться, но в неё тут же впились ещё с полдюжины жабят и потянули в другую сторону. Ну уж нет, вам меня на части не разорвать!

Я вошёл в Инсект и призвал щит-корневище, который разорвал языки монстров. Освободил правую руку и ударил молотом, накачав в него маны. Мощный взрыв отбросил сразу несколько десятков жабят. Но в этот момент Царь-жаба накрыла меня новым кислотным плевком. Хорошо, что я призвал Инсект на всё тело. Но зелёная жижа залила глаза и потекла по телу, растворяя одежду.

Сзади раздался сдавленный смешок Лакроссы. Ничего, я ей это злорадство ещё припомню.

Несколько жабят попытались так же схватить княжну, но она мигом заморозила и расколола им языки. А затем запустила мощную волну льда, превратив сразу десяток жабят в ледяные скульптуры. К слову, её одежда почему-то не растворялась.

А вот у Лизы очень даже. Яркий свет в её руке ослеплял детёнышей Царь-жабы, поэтому своими языками они попадали абы куда. На одежде девушки множились прорехи, через которые виднелась загорелая кожа.

Разозлившись, я усилил натиск, расшвыривая монстров ударами молота. Мана взрывалась зелёными фейерверками. Несколько языков схватили меня за ногу и потянули. Потеряв равновесие, я упал и вспомнил про клинок в рукояти оружия. Им и срезал путы. Сразу пять жабят обиженно заквакали и ускакали.

Царь-жаба вновь взревела и плюнула кислоту веером, накрывая и своих лягушат, и нас. Лиза закричала от боли.

Твою мать! А у этой заразы слизь куда мощнее и кислотнее! Одежду Лизы прожгло в нескольких местах, а кожа покрылась волдырями.

К счастью, княжна смогла заморозить зелёные капли, летевшие к ней, а Лакросса ловко увернулась. Альфачику же досталось. Лютоволк взревел от боли и с утроенной яростью бросился на жабят, пытаясь добраться до их мамки.

И я тоже. Несколькими мощными ударами расплющил лягушат, а остальных отправил в полёт. Обратно поднялись не все. Число лягушат стремительно сокращалось, и Царь-жаба это понимала. Лично я не хотел полностью уничтожить популяцию жабят, но если она не остановится…

Не то чтобы я шёл с целью убить этих монстров. Скорее хотел посмотреть, сколько монет с кикибаллами тут может быть. Ну и узнать, насколько сильно они смогут раздеть девушек. Любопытно же! Но Царь-жаба сразу бросила своих детей в атаку, и нам не осталось ничего иного, кроме как отбиваться.

– КВА-А-А! – оглушила рёвом гигантская лягушка. Но в этот раз в её голосе слышались просящие нотки.

Жабята прекратили свои атаки и даже отпустили Лакросу, которую буквально спеленали своими языками. Лишь каким-то чудом на ней уцелели лоскуты нижней одежды, прикрывавшие самые интересные места.

С сотню лягушат бросились обратно в норы. Царь-жаба широко раскрыла пасть, но плевок кислоты не последовал. Вместо этого на её языке что-то блеснуло.

– Это даже лучше монеты с кикибаллами, – сказал я, разглядев в пасти чудовища изумрудную икринку размером с футбольный мяч. От неё шло мощное магическое излучение, так что я сразу спрятал её в пространственное кольцо.

Скорее всего, спасая своих детей, Царь-жаба отдала икринку с новой Царь-жабой. Самое ценное, что у неё было. Конечно, я не собирался её есть. Как-то жалко было. Посмотрим, сколько очков дадут за неё Лесниковы.

Вернулся к своим, вкратце рассказав о добыче. Монет здесь, кстати, не нашлось. Затем присел рядом с Альфачиком, жалобно скулившим. На его морде в нескольких местах не было шерсти, вместо неё виднелись кровавые проплешины. Их как следует смазал заживляющей мазью, а самому Лютоволку дал выпить зелье регенерации. Так же поступил и с Лизой.

Пока обрабатывал её раны, она не сводила с меня ошарашенного взгляда.

– В чём дело? – спросил я.

– Это я хочу спросить, в чём дело? – пролепетала пепельная блондинка. – Разве такое бывает?

За спиной захихикала княжна. А до меня наконец дошло. Из-за кислоты Царь-жабы остатки одежды висели на мне лохмотьями. И кое-что было видно очень хорошо.

Блин, надеюсь, новую одежду у Лесниковых можно заказать.

– А у тебя почему комбинезон целый? – возмутилась Лакросса, снова одевшись.

Теперь она и Василиса были из нас самыми одетыми. У Лизы одежда тоже знатно пострадала.

– Не знаю, – пожала плечами княжна. – Наверно, надо сказать спасибо Агнес. Она же его сделала.