Текст книги ""Фантастика 2026-111". Компиляция. Книги 1-38 (СИ)"

Автор книги: Сергей Карелин

– Пять лет… – медленно повторил за мной мужчина. – А как же гвардия? Родовое поместье? Союзники? – я молча покачал головой из стороны в стороны, а Донской схватился за голову. – Как же так?

– Такое случается, когда глава Рода уходит в самоубийственный поход, оставив жену и дочь в одиночестве, – я был зол на этого человека за свою подругу и ее мать.

– Не язви, парень! – прорычал Донской. – Может ты мне просто врешь, чтобы…

– Чтобы «что»? А? – перебил его я. – Ты совсем не знаешь, что сейчас происходит снаружи твоего, – я оглядел помещение, – убежища.

Князь замолчал, а я, не услышав ответа на свой вопрос, щелкнул пальцами в воздухе, и у меня на руке появился камень жизни, подаренный мне Светой. Он размеренно светился энергией жизни, привлекая к себе внимания.

– Уверен, ты знаешь, что это, князь, – подкинул камешек на своей руке. – А также ты знаешь, что его нельзя сделать против своей воли. Чувствуешь, чья энергия в нем заключена?

– Чувствую, – согласился Донской. – Моя Света, – его голос наполнился теплотой от воспоминаний о своей дочери. – Кем ты ей приходишься? Друг? Может парень? Или же мне уже можно называть тебя зятем?

– Куда зятем-то? Не горячитесь так, Ваше Сиятельство, – влезла Анна. – Друзья они, в школе одной учились.

– М-м-м, а ты у нас… – он вгляделся в лицо девушки.

– Златова Анна Александровна, Ваше Сиятельство, – этот пиетет перед мужчиной заставил меня поморщиться и чуть ли не влепить себе ладонью по лбу.

– Анна… – медленно произнес князь, вновь погрузившись в свои мысли. Уверен, что сейчас он вспоминал о своей жене. – А ты, парень? Из какого ты Рода?

– Пока не из какого, – хмыкнул я. – Новиков Александр Петрович, простолюдин.

– И как же мы дальше поступим, Александр Петрович? – спросил Донской. – Убьешь меня за мой поступок? – на этот вопрос кангал жалобно заскулил. – Или позволишь мне вернуться к своей семье?

– Не первой и не второе, – я оскалился. – Прежде всего, князь, тебе придется попутешествовать с нами. У нас есть поставленная нам боевая задача. И ради тебя срывать ее выполнение мы не станем. После пяти лет отсутствия пара дней ничего не изменит, – я двинулся в сторону выхода из каменного помещения. – Пойдем, Игорь Владимирович, отдохнёшь, пока мы будем истреблять существ, обитающих в этом мире. Твоя помощь здесь не потребуется.

* * *

Школа «Василек»

Кабинет директора

Анна Сергеевна сидела за своим столом и разгребала горы документов, которых, казалось, с окончанием учебного года меньше не стало. С тех пор, как Света закончила школу и полностью погрузилась в развитие своего Дара путем помощи страждущим, больше некому стало ей помогать. Теперь женщина все делала в одиночку: и занимала пост директора, и заведовала медицинским корпусом школы.

Анна Сергеевна откинулась на спинку стула и потерла уставшие глаза, после чего она взглянула на настенные часы, стрелки часов которых стремительно приближались к полуночи.

«Пора бы уже и домой отправляться, – подумала женщина и начала подниматься из удобного кресла. Однако ее взгляд ухватился за прошлогодний лист успеваемости Наташи Новиковой. – Девушка была звездой школы, но потом в размеренную жизнь учебного заведения внезапно ворвался ее брат, приковав все внимание к себе. Интересно, как у него дела? Никаких вестей с Минска нет, хоть прошло и не так уж много времени.»

Женщина отложила в сторону лист успеваемости и вновь уже хотела подняться, как у нее зазвонил мобильный телефон.

«Неужели опять что-то случилось в медкорпусе? – подумала Анна Сергеевна и потянулась к своему телефону. – Света? Так поздно?»

– Алло, мам? – дочь сразу же заговорила, не дав княгине произнести и слова, и голос у нее был очень взволнован. – Артефакт… Артефакт светится.

– Света, я очень устала, так что давай по порядку, – усталым голосом произнесла женщина. – Какой артефакт? Что значит «светится»?

– Артефакт, оставленный нам отцом перед его уходом, мама, – Анна Сергеевна свободной от телефона рукой потерла свои нахмурившиеся брови, пытаясь вспомнить, о каком артефакте идет речь. – Ну тот, который показывает, что с папой все в порядке. Помнишь?

– Да… – резкое осознание того, о чем говорит ее дочь, заставило женщину мгновенно забыть о своей усталости.

– Он снова засветился, мама! Также ярко, как в день ухода отца! – прокричала в трубку Света. – Он жив, мама! Папа жив!

– Ничего не трогай, – приказала Анна Сергеевна. – Я скоро буду дома.

Глава 22

– Ну что, князь, рассказывай, как докатился до такого затворничества? – спросил я, пока мы блуждали по лабиринту Рифта, не пропуская ни единого закутка.

В нашем пространственном хранилище уже покоилось несколько разбитых сфер с зеленоватым свечением. Рифт оказался второго ранга, и тварей здесь, кроме Полуночных Бабочек, не было. Ну и охранников сфер, само собой, с которыми разговор был коротким.

Я не стал расспрашивать князя сходу, дав ему немного времени прийти в себя. Думаю, тех двух часов, которые мы здесь расхаживаем, ему было вполне достаточно.

– Что вас конкретно интересует, Александр Петрович? – спокойно уточнил Донской.

– Давай по порядку, – сказал я. – Начнем с того, что произошло после того, как Великий Московский Рифт был закрыт.

– Ну здесь совсем все просто, Александр Петрович, – усмехнулся мужчина. – Мы зачистили весь Великий Рифт, а это, между прочим, колоссальных размеров территория. Но не учли того факта, что Рифт растянулся не только вширь, но и вглубь.

– Как-то странно, что столь опытные люди, как вы и император Михаил, – вмешалась в разговор Анна, – смогли упустить такой момент.

– В том то и дело, Анна Александровна, – князь обращался к нам исключительно по имени-отчеству, – что мы с помощью артефактов выманили всех, кого могли. А если быть точнее: тех, до кого смогли достать. После уничтожения последнего якоря на нас полезли твари из самых глубин Великого Рифта. Нам очень повезло тогда, что все смогли уцелеть. Почти все.

– Вас обратили в бегство? – спросил я без издевки.

– Именно, Александр Петрович, именно, – грустно ответил Донской и замолчал на несколько минут. Только после того, как с очередной стайкой Полуночных Бабочек было покончено, князь вновь взял слово: – Из земли повылазили такие твари, что нашей кампании одного хватило бы. А они ринулись на нас всей оравой, вот мы и побежали. Ближе всего к нам был переход в другой мир, не наш. Так и началось наше путешествие.

– Поведаете нам, Ваше Сиятельство, о том, что встретилось вам за пределами нашего мира? – с придыханием спросила Анна.

– Может быть в другой раз, – виновато улыбнулся мужчина. – Могу лишь сказать, что разумных существ, подобных людям, за то время, что я присутствовал в составе кампании, нами встречено не было. К сожалению или к счастью, но это так.

– Как же вы отделились от своих товарищей? – вопросы сыпались на Донского со всех сторон. В этот раз не удержалась хвостатая, появившись на мое плече в своей миниатюрной форме.

– Это мое личное решение, – сказал князь. – Я долго спорил с Михаилом по его поводу, но в итоге тот позволил остаться мне в Рифте низкого ранга. Я надеялся, что рано или поздно эта аномалия доберется и до нашего мира. Откуда придут Рифтеры и смогут отыскать меня, после чего я смогу поделиться со всем миром произошедшим.

– Тогда почему же вы повесили иллюзию на стену, а также запретили своему псу пускать не знакомых с вами людей? – этот вопрос не давал мне покоя, потому что с моей точки зрения этот поступок весьма странен.

– Как вы знаете, Александр Петрович, я Одаренный высокого ранга. И ввести себя в состояние, подобное анабиозу, максимально замедлив физические процессы в своем организме, для меня не является проблемой, – пояснял Донской. – Иллюзия стояла для того, чтобы не привлекать внимания порождений. К тому же те люди, кто не смог бы через нее пробраться, вряд ли бы осилили пробуждение меня ото сна.

– А по поводу запрета пропускать незнакомцев, Ваше Сиятельство? – напомнила Анна про вторую часть вопроса.

– У моего Рода много врагов, – он осекся. – Было много врагов. Я не знал, как может поступить любой пришедший ко мне человек в то время, когда я просто находился не в сознании. Но, как видите, Пирожок нашел лазейку в моем приказе и пропустил вашу весьма занимательную и неординарную компанию, – мужчина вновь позволил себе небольшую улыбку.

– Ты же понимаешь, что когда мы вернемся, то с тебя не слезут, Игорь Владимирович? – повернулся я к князю, встав на одном месте.

– Больше, чем кто-либо другой, – прикрыл глаза мужчина. – Зато я вновь смогу увидеться со своей женой и дочерью. Это стоит того, чтобы потерпеть допросы с пристрастием. К тому же, Александр Петрович, не стоит так переживать, я смогу постоять за себя.

– Я переживаю не за тебя, а за людей, которые стали мне довольно-таки близки, и так совпало, что именно с ними вы встречи и жаждете, – промолвил я, вновь продолжив путь. – Кому-то может быть неугодно твое возвращение. Я на сто процентов уверен, что попытки устранить воскресшего князя Донского будут частым явлением. Не хочу, чтобы пострадали Света и Анна Сергеевна.

– Моя семья стала для вас очень близка, – констатировал Донской. – Не расскажете, почему так?

– В одно время они мне очень помогли, – расплывчато ответил я. – Теперь же настала моя очередь отдавать долги, оказывая всевозможную поддержку, на которую способен при моем социальном статусе, – под конец фразы с моих уст сама собой слетела усмешка.

– Что-то мне подсказывает, что он изменится в ближайшем будущем, – сам себе кивнул князь.

– Как раз работаю над этим, – сказал я. – Так что отложим разговоры на другое время. У меня есть ещё, что у вас спросить. Сейчас же займёмся делом, нам предстоит посетить еще один Рифт помимо этого.

– На все ваша воля, Александр Петрович, – улыбнулся князь.

Пока мы путешествовали по Рифту, князь Донской шел рядом с нами, чинно сложив руки за спиной. Мужчина чувствовал себя в полной безопасности. И это неудивительно, ведь силы к нему постепенно возвращались, так что не было необходимости поддерживать свою технику и иллюзию. Боюсь, что к нашему выходу из этого Рифта, размотать князя у нас уже не выйдет. Хотя он, в свою очередь, после того, как я показал камень жизни, никакой враждебности к нам не проявлял.

Как бы то ни было, мы с Анной сами заразились расслабленностью князя, и я чуть было не прозевал кое-что интересное. Нет, Полуночные Бабочки к этому времени стали обыденностью, я бы даже сказал, рутиной. К тому же их пропустить нам не дала бы Кей, которая мониторила всю окружающую обстановку, стараясь держаться подальше от шедшего рядом с князем кангала.

Я чуть было не упустил свою точку интереса, а именно: возмущение энергии. Такое же, как было с растениями, найденными в прошлых Рифтах. В этот раз оно было таким ненавязчивым, что если бы мы вели диалог, то я бы непременно прошел мимо. Однако мы молчали, и я, заметив данную странность, остановил нашу процессию, после чего прислушался к своим чувствам.

Учитывая, что мы находились в каменном лабиринте, а в данный момент в коридоре без разветвлений, направление возмущения энергии, шедшее от одной из стен, находящихся сбоку от нас, показалось мне странным. Тем не менее я повел всю нашу группу в его сторону.

В конце концов я упёрся в гладкую стену лабиринта. Найдя точку, из которой возмущение энергии чувствовалось больше всего, стал думать о том, как пробить стену. Очевидно, что искомое расположилось внутри нее, а кирки у меня с собой, к сожалению, не оказалось. В будущем стоит исправить данную оплошность, а сейчас придется использовать подручные средства.

Таким средством стал мой артефактный нож. Из-за своей длины он был гораздо удобнее клинка, выкованного для меня кузнецом Рода Златовых. А духовный меч я вообще использовать не собирался. Та сущность, кем он является, после такого вряд ли бы погладила меня по голове.

Напитал нож молнией и сконцентрировал ее на самом кончике лезвия, после чего принялся методично колупать стену под странный взгляд князя. Анна к моим выходкам уже привыкла, поэтому просто стояла рядом с непринужденным видом. Точно, Анна.

– Ты можешь своим Даром влиять на этот камень, – остановившись, спросил я.

– Пробовала уже, – сказала девушка. – Не вышло. Это необычный камень, так что крайне удивителен тот факт, что ты вообще смог повредить его.

– Печально, – сказал я и вновь принялся долбить каменную поверхность стены.

На то, чтобы добраться до того места, откуда я чувствовал возмущение энергии, ушло порядком времени. Около часа я бил по стене, расходуя свою энергию. Князь Донской даже пытался уговорить меня оставить это бесполезное дело, но я ему даже не ответил, так как был занят этим самым «бесполезным делом».

Наконец, после очередного отколотого кусочка показалась полость, за которой нашелся причудливого вида корень. Изрядно постаравшись, я смог вытащить его, никак не повредив при этом.

– Надо же, Александр Петрович, а вы не перестаете меня удивлять, – заговорил князь Донской, рассматривая растение в моих руках. – Вы у нас еще, оказывается, сенсор.

– Ты знаешь, что это за корень, Саша? – спросила Анна.

– Понятия не имею.

– Я тоже вижу такой впервые, – заявил князь. – А опыта у меня хватает, как вы понимаете.

«Опыта у него хватает, видите ли, – проворчала Кей в моей голове. – Саша, давай его сюда. Это Каменный Корень. Пойдет в дело во время ритуала наречения именем. Уже не так много ингредиентов осталось, так что вскоре в твоей голове станет на одну шизу больше.»

Не зря потратил столько времени и сил, получается. Мне уже не терпится пообщаться со своим духовным оружием, но пока ещё необходимо обождать.

Мы двинулись в дальнейший путь. По словам князя, этот Рифт претерпел значительные изменения за то время, пока он был в своем убежище. Раньше аномальное пространство было гораздо меньших размеров. Настолько, что его можно было обойти вдоль и поперек за час с небольшим. Также он не был заселен Полуночными Бабочками. А выхода в тот мир, из которого зашел в аномальное подпространство сам князь, также нами не обнаружилось. Как говорил Донской, он должен был быть совсем близко от того места, где мы его нашли.

Я призадумался. Если за каких-то пять лет Рифт настолько изменился, став гораздо опаснее, то что же происходит с теми, которые человечеству еще не удалось обнаружить. Например, в глубинах океанов и морей. В какой-то момент времени оттуда может выползти такое, что хватит всем и сразу. И может человечеству удалось бы отстоять свои земли, если бы не одно «но». Люди никогда не объединятся без какой-либо выгоды для себя. Так что, скорее всего, отдаленные страны будут наблюдать за тем, как мир рушится, и начнут действовать только тогда, когда это самое разрушение коснётся их самих непосредственно.

Откинул эти мысли в сторону, так как на данный момент времени повлиять на эту ситуацию я не могу никак. К тому же виднеется очередная сфера-якорь, которая по своему внешнем виду выглядит, как последняя.

По-быстрому разобравшись с охранником сферы и дождавшись, пока Кей не доложит о том, что в округе нет других тварей, разрушил сферу одним ударом. Закинув якорь в пространственное хранилище, прислушался к окружающей среде, помня о желании оставшихся тварей уничтожить тех, кто возжелал закрыть злосчастный Рифт. Таких оказалось не то, чтобы мало. Но все они были уже знакомыми нам Бабочками, так что моя Дуга по-быстрому порешала с ними все вопросы.

Мы неспеша двинулись в обратный путь. Уже на самом выходе из Рифта князь остановился возле разлома и обернулся в сторону лабиринта. Мы не стали его тревожить и позволили предаться воспоминаниям.

Наконец, Донской обернулся и, коротко поблагодарив, первым вошёл в разлом, ведущий в наш мир. Мы с Анной, быстро переглянувшись, последовали за ним. Князь обнаружился неподалеку от входа, стоя неподвижно. Он наслаждался воздухом осеннего леса, размеренно делая глубокие вздохи.

– Честно сказать, – вдруг заговорил он, – не думал, что когда-нибудь смогу вернуться в родной мир, – мужчина обернулся. – Спасибо вам. Я перед вами в неоплатном долгу.

– Разберемся, – буркнул я и осмотрелся. – Солнце еще высоко. Возможно, мы сможем добраться до Рифта, являющегося нашей целью.

– То есть вы вместо того, чтобы обойти этот несчастный разлом по верху, – он указал рукой на ту часть оврага, которая была над нами, – решили попутно закрыть его. Вдвоем?

– Не мы так решили, а Саша, – пожала плечами Анна, кинув на меня странный взгляд. – Как он скажет, так и будет. Так что, пока вы находитесь вместе с нами, Ваше Сиятельство, привыкайте.

– Меня такой расклад дел полностью устраивает. Мне нужно время на адаптацию, – не стал спорить Донской. – Только скажите, вы являетесь Вольными Рифтерами?

– Нет, мы Стражи из Минского пункта, – отрицательно качнул головой я.

– О! Должно быть, вы офицеры, к тому же форма одежды у вас весьма необычная, – князь внезапно стал более разговорчив. – Такую теперь все Стражи носят?

– Нет, мы рядовые, Ваше Сиятельство, – ответила за меня Анна. – И форма у нас особенная, своя. С момента вашего ухода одежда военных не претерпела значительных изменений.

– Так сколько же вы служите? – удивился князь.

– Десять дней, – буркнул я. – Разговоры оставим на потом. В дорогу.

* * *

Подземелье императорского дворца

Михаил Романов

Цесаревич отдыхал в своем кабинете после трудного рабочего дня, который был для него не первым и не последним. Парень размеренно попивал виски, который был любимым напитком его отца.

«Видимо, любовь к этому чудесному напитку я унаследовал от него вместе со своим Даром», – усмехнулся своим мыслям Михаил.

Парень хотел было вновь наполнить свой бокал, однако в этот момент в дверь его кабинета постучали. Понимая, что никто по пустякам тревожить бы его не стал, парень быстро спрятал алкоголь в шкаф, после чего вновь занял свое кресло и позволил войти побеспокоившему его человеку.

– Ваше Императорское Высочество, прошу меня простить за столь поздний визит, – начала девушка в черной форме без опознавательных знаков. – Вы сами потребовали оповестить вас лично, когда нам удастся снять кокон с плененного в Минске Магистра.

– Удалось? – спросил цесаревич.

– Частично, – отвечала девушка. – Мы смогли снять только стихию с его головы.

– Хочешь сказать, что за все выделенное вашему отделению время вы смогли лишь это? – спокойно спросил Михаил, хотя внутри был зол. Зол не на своих подчиненных, а на себя. За то, что в очередной раз, когда родному человеку угрожала опасность, его не оказалось рядом. Зато оказался Новиков. Опять.

– Ваше Императорское Высочество, в эту технику было заключено колоссальное количество э…

– Оставь подробности для письменного отчета, – прервал ее цесаревич. – Он в сознании? Может говорить?

– Да, но доступа к своей энергии он не имеет, поэтому использовать менталиста, чтобы забраться в его разум, – неразумно, – сказала девушка. – По его словам, он не чувствует всего своего тела, кроме головы.

– Что ж, пошли хоть побеседуем с ним, – поднялся Романов и вышел из своего кабинета вслед за девушкой.

Пройдя довольно продолжительный путь по коридорам дворца, а после и подземным ходам, они дошли до камеры, в которой содержался пленник. Девушка смело вошла первой. Цесаревич, зайдя вслед за ней, увидел пустое помещение, в центре которого был пленник, закрепленный в вертикальном положении с помощью цепей из иномирного металла. Тот был в сознании, и стоило ему только увидеть Романова, как глаза его наполнились злобой, яростью и ненавистью.

– Романов! – прохрипел пленник. – Явился-таки.

– Почему не сняли балаклаву? – поинтересовался Михаил.

– Не знаю, что за монстр заключал его в эту темницу из техники, но под действием его силы маска буквально срослась с кожей данного человека, – четко ответила девушка.

– Романов! Не игнорируй меня! – вновь закричал пленный.

– Оставьте нас, – приказал будущий император и взял стул, стоящий возле двери.

Присев прямо напротив пленника, Михаил вгляделся в него, все также не проронив не слова в его сторону.

– Молчишь, сука? Тогда слушай! – взбесился мужчина в балаклаве. – Мне не удалось убить твою сестрицу-затворницу, зато я смогу убить тебя! А-ха-ха! Только подожди немного. Как только с меня спадут оковы, я лишу тебя жизни, – он сделал паузу, чтобы набрать воздуха. – Нет! Я лишу тебя сил! Твоего энергетического источника! И буду на твоих глазах поочередно расправляться с твоей семьей! Начну, пожалуй, с твоей мамаши-императрицы.

Цесаревич спокойно наблюдал за тем, как пленный, брызжа слюной, пытался что-то доказать. Михаил четко понимал, что у данного человека не все в порядке головой.

– А закончу я, – тем временем продолжал орать пленный. – Твоей младшенькой сестрицей.

Для разнообразия цесаревич решил ответить:

– Чем тебе Екатерина уже успела жизнь испортить?

– Ха-ха-ха, – истошно рассмеялся мужчина в балаклаве. – Эта девка? Не-е-ет, – он протянул последнее слово, словно наслаждаясь моментом. – Чем ты вообще слушал, Романов⁈ – взорвался пленник. – Плевать! Закончу я твоей младшей сестрой! Ириной!

Михаил резко вскочил и схватил пленника за горло, заставив того захрипеть.

– Откуда ты знаешь о ней? – прошипел он ему в лицо. – Отвечай!

– Таково желание моего Мастера, – игнорируя вопрос цесаревича, с хрипом рассмеялся пленный мужчина и потерял сознание.