Текст книги ""Фантастика 2026-111". Компиляция. Книги 1-38 (СИ)"

Автор книги: Сергей Карелин

Соавторы: Александр Кронос,Михаил Капелькин,Макс Дарт
сообщить о нарушении

Текущая страница: 93 (всего у книги 335 страниц)

Глава 23

– Агнес? – удивился я, увидев перед собой гоблиншу в плаще. – Что ты здесь делаешь?

Девушка смущалась настолько, что даже глаз на меня не поднимала. Стояла и тыкала палец в палец, не зная, куда себя деть. Всё же она решилась.

– Можно я войду? Просто хотела поговорить, пока вы не уехали на турнир.

– Конечно, – посторонился я. – Проходи.

Зажёг пару ночников, чтобы разогнать мрак, и пошёл ставить чайник. Взглянул на Агнес, которая села в кресло у камина. Плащ она так и не сняла.

Да уж, судя по её лицу, чаем тут не обойтись. Придётся доставать вино. После последнего визита Морозовой запасы этого напитка у меня существенно пополнились. Достал бутылку красного и разлил по бокалам.

– У меня есть Инсект, Коль, – вдруг выпалила Агнес, не поворачивая головы.

А я чуть бокалы не выронил.

– Почему молчала? – спросил, давая ей бокал с вином.

Сел в кресло напротив. Рукой согрел напиток и сделал небольшой глоток. Раньше мне не нравилось вино, но теперь, когда есть собственный виноградник, отношение к нему само собой изменилось.

– Я сама только недавно узнала, – пожала плечами гоблинша, обняв бокал ладонями. – Видимо, затесался в родне какой-то аристократ.

– Любитель зелёных полторашек, – хмыкнул я.

Агнес подняла на меня глаза. Она выглядела испуганной.

– Ты не злишься?

– С чего бы мне злиться? Лучше расскажи, что за Инсект и почему узнала о нём только сейчас.

– Угу, – кивнула гоблинша и сделала большой глоток вина. Она сразу чуть расслабилась и откинулась в кресле. – Это случилось, когда мы посещали Дубовую рощу. Когда Мать Леса отправила тебя в Духовное пространство, нас она тоже… взяла в оборот. Что именно там случилось, пожалуйста, не спрашивай. Мы с девочками договорились не рассказывать тебе о тех… ужасах. Если коротко, тогда я выяснила, что могу растягиваться. Как резинка.

– Так вот как ты поймала того кротозайца. Он ведь быстро в нору нырнул, а ты его за шкирку умудрилась вытащить…

– Ага, – улыбнулась Агнес. – Я скрывала свой дар, а в тот раз вот… не выдержала. Уж больно долго пыталась поймать гада!

Зелёная полторашка окончательно успокоилась и превратилась в ту самую весёлую и немного ироничную Агнес, что мне так нравилась. Я улыбнулся, а она рассмеялась.

– Жаль, но это не поможет тебе попасть на Турнир, – пожал я плечами.

– Ой, можно подумать, я турниров не видела. Хотя, если честно, не видела… Но конкретно на этот турнир мне наплевать. Будут ещё. Да и Инсект мне свой ещё разрабатывать и разрабатывать. Я пришла не ради турнира.

Я молча вскинул бровь.

– Я научилась кое-каким трюкам, – сказала Агнес, вставая с кресла. Она залпом допила вино и протянула мне руку с выставленным указательным пальцем. – Дёрни за палец.

Мне сразу вспомнился дурацкий детский прикол.

– Ну дёрни!

Гоблинша явно начала веселиться. Переборщила она с вином, похоже.

– Ладно-ладно. – Я наклонился и потянул её за зелёный палец. А он взял и растянулся. – Ого! Очень полезный трюк, Агнес. Можно использовать тебя вместо верёвки.

– Ха! Это не единственный мой трюк! – Она гордо вскинула курносый нос и вдруг начала меняться в размерах.

Через секунду передо мной стояла длинноногая зелёная красотка. А ещё через секунду Агнес распахнула плащ, под которым оказалось эротичное нижнее бельё: кружевные трусики с высокой талией и лифчик, под которым почти всё видно.

– Я давно ждала этого дня, – смущённо пробормотала высокая Агнес. – Выбирала момент, но неожиданно поняла, что он так никогда и не настанет. Что я сама должна его создать.

А я… Я нахмурился.

– Что-то не так? – побледнела девушка.

– Конечно не так, – произнёс я. – Будь… собой.

Несколько секунд зеленокожая красотка непонимающе смотрела на меня, а затем превратилась в обычную, непоседливую Агнес.

Вообще, она меня привлекала ещё с первой нашей встречи. Красивая, фигуристая. Но я переживал за её здоровье – всё-таки габариты у нас сильно отличаются. А теперь этих тревог больше нет.

И Агнес это поняла, когда я обнял её и поцеловал. Когда мы оказались в постели, девушку окончательно отпустили все её загоны и переживания, и она расслабилась. Вскоре комнату заполнили её тихие сладкие стоны.

* * *

Утро выдалось солнечным. Тёплые лучи заглядывали в окно и падали на скомканные простыни и изумрудную кожу Агнес. Гоблинша зевнула и сладко потянулась, слегка растянувшись при этом. Аккуратная, упругая грудь третьего размера с маленькими острыми сосками высунулась из-под одеяла.

– Да-а-а, – протянула девушка и громко продекламировала улыбаясь: – Счастье есть, а мечты сбываются!

Я хмыкнул и встал с постели. Сварил нам кофе, пока Агнес, собравшая разбросанное бельё, принимала душ. Ночка выдалась очень жаркой и… интересной. Всё-таки открывшийся Инсект зелёной полторашки оказался весьма и весьма любопытным.

После утреннего кофе отправил Агнес обратно в её комнату, не забыв шлёпнуть по попке для ускорения. Меня, Лакроссу и княжну Василису директор на сегодня освободил от занятий, так что этот день я решил использовать по полной, чтобы разобраться с делами и подготовиться к турниру. После утренней тренировки с этими двумя и завтрака, конечно же.

Первым делом отправился в город, где пополнил запасы зелий и защитных артефактов. Купил несколько атакующих и всё спрятал в кольце. Затем заглянул к кузнецам Торвальду и Генриху, гному и гоблину. Я отправил им ингредиенты для рукояти сразу после похода в Поволжье, так что молот уже был готов.

Генрих и Торвальд с гордостью показали мне свою работу. Молот и так был прекрасен, а теперь стал ещё лучше. Рукоять из дерева, пропитанного экстрактами магических растений, с узором и рунами, окованная железом там, где нужно хвататься рукой. Самое главное – значительно длиннее.

– А ещё, как я и обещал, – говорил гоблин, показывая оружие, – если повернуть рукоять вот так… Выскочит трёхгранное штык-лезвие! Ну… или просто штык. Теперь ты можешь убивать, когда убиваешь!

Я повторил показанные им действия, и из конца рукояти молниеносно выскочил штык. Тоже, кстати, из сплава трабелуниума – металла, который пробивает панцири Саранчи. Но что мне особенно понравилось: рукоять могла аккумулировать ману при атаках. Часть её всегда рассеивается во время взрывов и так далее, и вот теперь она будет собираться обратно, увеличивая мощь следующего удара.

Работой я остался доволен. Выписал парням чек и пообещал захаживать, если что понадобится. И… остался без денег. Не совсем, конечно, но после оплаты их работы, рублей на счету у меня осталось не больше нескольких десятков тысяч. Выручка за продажу уцелевшего имущества Михайловых.

После кузнецов заглянул в магазин «Тысяча мелочей» к Елене Маститовой. Видимо, пятница у неё не ходовой день, потому что обнаружил я её в абсолютно пустом торговом зале, спящей прямо на прилавке. Из макушки торчали кошачьи ушки, а сама девушка свернулась калачиком, как большая лысая кошка. В общем, странно это было. Но вполне в её духе.

– А нечего припираться в магазин средь бела дня, когда у всех нормальных людей сиеста, – попыталась она отделаться от меня. – И вообще, у меня переучёт!

Я перенёс из пространственного кольца перья птицы Рукх, добытые на севере от Питера в диких землях. Тогда ещё мы встретили дриаду. Перья Рукх очень ценные, но для меня бесполезные. Я не знал ни одного рецепта с ними, но они вроде использовались для изготовления артефактов, фокусирующих магическую энергию. Ими часто пользовались одарённые простолюдины или слабые аристократы, чтобы немного усилить свои дары. Проще говоря, волшебные палочки.

– Переучёт денег в кассе! – тут же оживилась Елена. – Что ты за них хочешь?

В принципе, я уже был готов ко всему. Но идя сюда по улице, вдруг осознал, что люди на меня оборачиваются. Это и раньше происходило, и виной тому мой выдающийся рост. Трудно не заметить полуогра, идущего по тротуару тебе навстречу. Но не так явно и часто! Не сразу я догадался, в чём дело.

После всех приключений и зелий я стал значительно сильнее, и от меня теперь всё время фонило магией, то есть магической аурой. И это проблема. Не хочу, чтобы соперники по турниру знали о моей силе. Куда выгоднее, если они будут меня недооценивать.

Примерно от этой же проблемы страдала княжна, но у неё в последнее время с этим стало намного лучше. Холод почти не чувствовался, а её сила возросла. Магический фон тоже уменьшился. Она мастерски научилась контролировать свой дар. А вот я свой – ещё нет. Мне это только предстояло. Думаю, в этом деле помогут медитации и тренировки, ну а пока…

– Мне нужна особая мазь. Или зелье, – сказал я Маститовой.

Затем рассказал о мази, которую мне давал герцог Билибин. В тот день ещё должны были напасть на Павла Северова, и мы искали нападающих, ещё не зная, что атака на академию уже идёт.

Тогда мазь скрыла наше магическое излучение и сделала почти невидимыми.

Торговка задумчиво накрутила на пальцы зелёные волосы.

– Есть у меня кое-что… Хоть и не совсем то… – Она покопалась в подсобке и вернулась с красивым кожаным ремнём. – Он сделан из кожи Сумеречной змеи. Скрывает твоё магическое излучение и может насылать иллюзию, делая тебя и тех, кто рядом, незаметными. Имей в виду: не невидимыми! Просто отводит чужие взгляды, воздействуя на разум. Только не забывай маной его напитывать, а то работать не будет.

Я обрадовался такой полезное вещице и протянул руку, но Елена тут же отдёрнула ремень.

– А доплатить? – вздёрнула она подбородок. – Десять тысяч на бочку, Ваше Благородие!

Торговцы… Торговцы никогда не меняются. Что ж, и я не лыком шит. Удалось сбить доплату до пяти тысяч рублей. Но пояс стоил каждого рубля.

Мы ещё немного поболтали о том о сём, после того как Елена как следует повздыхала о своей нелёгкой судьбе и грабеже среди бела дня, который я ей учинил. Затем девушка рассказала последние новости с Западной границы, где служил её муж. Она давно не получала от него писем и переживала, ведь те, что были последними, казались неутешительными. Саранча напирала, и некоторые крепости еле держались, испытывая жёсткую нехватку боеприпасов и людей. Хотя, как она слышала, положение начало улучшаться. Имперские войска объявили о наборе добровольцев на контрактной основе. Деньги предлагали хорошие, и многие пошли туда, рассчитывая разбогатеть или решить свои финансовые проблемы.

Попрощавшись с Маститовой, я нацепил пояс и вышел из магазина. Оборачиваться и правда стали реже. Артефакт работает! Я направил в него немного маны и попробовал стать незаметным. Тоже сработало. Люди просто физически не могли посмотреть в мою сторону: постоянно отворачивались или зевали, или ещё что. На сильного аристократа, того же герцога Билибина, этот эффект, скорее всего, не подействует, но и так неплохо.

Что ж, кажется, всё. Осталось лишь спокойно дождаться понедельника.

* * *

В воскресенье вечером собрались у меня в апартаментах. Приехали дриада и Марина Морозова. Заказали кучу еды из ресторана грузинской кухни, вина, пива и закусок. Ели, пили, болтали о разном. Завтра нам расставаться на долгий срок. Ну как, долгий. Насколько я знал, турнир проходит около недели. Может меньше, если победитель определится раньше. Но почему-то меня не отпускало странное ощущение, что расстаёмся мы на куда большее время. Откуда оно взялось? Не знаю…

Дриада тоже уезжала в понедельник. Тот побег, который ещё и её сын, хорошо прижился и сейчас активно рос, несмотря на подступающие холода. Хотя зима здесь короткая – юг Империи всё-таки. Даже виноград, богатый маной, начал цвести, а Валико за ним ухаживал.

На месте особняка началось строительство памятника и аллеи, и пока всё шло хорошо. Марина Морозова планировала вернуться в Ярославль, в поместье Дубовых. Пора проверить ход работ и там. Молодец, она везде успевала. Надо будет ей жалованье повысить. Когда заработаю на него. С этим пока проблема. Надеюсь, турнир поможет её решить, но и после него есть идеи, как заработать.

На одном из заводов, что теперь мои, производят ткань. Я закинул удочку Агнес, чтобы они с Вероникой проработали вопрос шитья одежды. Платья, авторское нижнее бельё и всё такое. Ещё один способ дополнительного дохода! К тому же им надо чем-то заняться, пока мы на турнире.

Так мы и провели вечер – за разговорами, едой и вином. За окном опустилась ночь, где-то далеко светилось зарево над Пятигорском – город ещё не спал. От большого количества народа в комнате стало душно, и я открыл окно, впустив холодный ночной воздух. Хорошо… А потом не выдержал и обнял всех, до кого смог дотянуться. Хмель в голову ударил, не иначе.

– Задушишь ведь… – запищала княжна.

– Кажется, мышцу потянула, – прохрипела откуда-то Лакросса.

– Господин нас любит! Я знала это! – поцеловала меня Вероника.

А потом нас всех обняла Агнес. Разом. Заодно рассказала о своём Инсекте, чем вызвала бурю восторга у других девушек. Я видел на её лице бесконечную радость от их реакции. У неё единственной не было дара, и она наверняка из-за этого чувствовала себя белой вороной. Хотя для меня отсутствие у Агнес дара особого значения никогда не имело. Она и без него была полезна и талантлива.

Ух, что-то я совсем размяк под действием алкоголя и этого вечера. Ну и плевать. Хорошо же сидим!

Спать легли тоже у меня. Кто где. Со мной легли дриада и Марина, потому что поместились только они. К тому же с ними я не увижусь ещё дольше, чем с Агнес и Вероникой, так что всё по справедливости.

Уже на следующее утро мы вчетвером – я, Альфачик, Василиса и Лакросса – ехали в купе поезда в Пятигорск. Там на воздушной гавани пересели на дирижабль до Севастополя, а оттуда заказным автобусом по серпантинам – до горы Ай-Петри. Ехали с другими участниками турнира. Но у подножия, где нас высадили, их было ещё больше. Наверное, не меньше пары сотен.

Вид отсюда открывался потрясающий. Вверх по склону горы убегала канатная дорога с небольшими кабинками. Они были похожи на вишнёвые ягоды. Красные бока блестели на солнце. Сама гора была небольшой, вроде километр с четвертью, но на её вершине лежал снег. А ещё там росло дерево. Нет, не так. ДЕРЕВО.

Я таких никогда прежде не видел. Его корни опутывали камень горы, а крона подпирала облака. Оно само было не меньше километра в высоту. И этот огромный вес удерживал самый толстый ствол, что я видел. Снизу нельзя было разглядеть подробности, но, уверен, внутри мог поместиться целый город.

Среди участников я видел как слабаков, так и серьёзных ребят и девушек. В основном это были аристократы, хотя имелась и парочка явных простолюдинов. Последние выделялись физической силой. Видимо, компенсировали так отсутствие Инсекта. А дворяне все как на подбор: красивые девушки, мускулистые, холёные парни. Студенты приехали со всех концов Империи.

У многих были питомцы, как и у меня. У одной девушки на шее лежал огромный питон. И как она сама не падала под его весом? Рядом с другим парнем, явно из сибиряков, сидел огромный Волкодав с него ростом. Хоть и поменьше Альфачика, но противник серьёзный. Самым странным, что я увидел, был скорпион на поводке. Поводок к хвосту крепился. Ужас. От одного вида в дрожь бросало. Так что на Лютоволка особого внимания не обращали.

В основном участники разбились на тройки, в соответствии со своими учебными заведениями. Мы стояли на большой асфальтированной площадке – места всем хватило. Вскоре нас выстроили в подобие очереди, и охранники со специальными артефактами проверили нас на наличие запрещённых вещей. Пару участников отсеяли уже здесь – они пытались пронести наркотики. Идиоты. Теперь их казнят. Ну и поделом.

Затем нас подвели к фуникулёрам.

О месте проведения турнира я мало что смог разузнать. – все подробности держались в строжайшем секрете. Надеюсь, на том конце канатной дороги нам расскажут больше.

В кабинки сотрудники в серой форме с гербом в виде зелёного, обросшего травой кубка пускали по трое. Очередь выстроилась змейкой по коридору из столбиков с красными лентами.

Когда почти подошёл наш черёд забираться в кабинку, вдруг появился какой-то щеголеватый хмырь. Он расталкивал всех и пролезал под лентами, ведя за собой двух друзей: высокомерных парня и девушку, пепельную блондинку. И ожесточённо с ними спорил:

– Ещё чего! Я не собираюсь ждать целую вечность, пока до нас дойдёт очередь. И плевал я на местные порядки! Пусть Лесниковы вообще радуются, что я почтил их дурацкий турнир своим присутствием!

Хлыщ попытался оттолкнуть княжну с Лакроссой, но я преградил ему путь. Блондин наморщил свой нос, будто учуял дерьмо.

А вот сейчас обидно было.

Но что странно, я будто видел эти карие глаза прежде…

– С дороги, урод! – выплюнул парень.

Лёгкая оплеуха уронила хмыря на землю. Его спутники ахнули, кто-то из зевак заржал с криком «Так его! Тут очередь вообще-то!», а сам парень держался за щеку, словно только сейчас познакомился с этим ощущением, когда тебя бьют по морде. Привыкай, парень, привыкай. Нам с тобой целый турнир надо вместе провести.

И всё же… Я навис над хлыщом и задумчиво пробормотал:

– Лицо знакомое… Я угрожал тебе прежде?

* * *

Краков

До границы с Саранчой 30 км

В это же время

Барон Маститов отличался исполинским ростом в два с копейками метра. В ширину он тоже был не мал: как говорят, косая сажень в плечах. Свой род он вёл от богатырей древности. Вот их генам и был обязан своим положением. Титул Михаил Маститов получил совсем недавно, за выдающиеся боевые заслуги. Сильным Инсектом он не обладал, всего лишь мог обращаться в огромного волкодава, но этого хватило, чтобы сделать его бароном.

Маститов нёс одну из своих крайних вахт перед отпуском. Наконец-то он сможет повидать жену, Елену! Она держит маленький магазин в Пятигорске.

Но сейчас он ещё здесь, в Кракове. После подкопа Саранчи под землёй в одной из крепостей, все приграничные города поставили на уши. Вечная боевая готовность, подготовка ополчения из простолюдинов, даже стену вокруг города построили. Вот на ней и стоял новоиспечённый барон.

Солнце припекало, броня под его лучами раскалялась, и по спине тёк пот. Хоть прохладный ветер слегка облегчал муку. Маститов взглянул в подзорную трубу на окрестности. Из-за неё боевые товарищи часто подшучивали над ним, мол, пользуется технологиями древних.

Но биноклей Михаил не признавал. К тому же его подзорная труба была сделана с использованием особого артефактного стекла. И приближала в два раза сильнее, чем самый лучший бинокль. Ещё и подсвечивала живые организмы красным цветом. В том числе Саранчу.

Пока что в окрестностях было тихо. Только стая крупных кабанов, возможно, Костяных, резво пробежала на восток. Ничего серьёзного.

– Пу-пу-пу… – выдохнул Михаил и пошёл по крепостной стене на север.

Обменялся воинскими приветствиями с другим часовым и приблизился к набатной башне. Внутри было прохладнее, чем снаружи. Маститов на секунду привалился к стене и взглянул вверх, откуда спускалась толстая верёвка. Другим концом она соединялась с языком колокола в паре метров вверху. Тоже, можно сказать, технология древних. Тревожный набат. В него били защитники города, если видели вражеские войска.

«Звон такого колокола, должно быть, далеко слышно», – подумал барон, глядя на него.

Вдруг он увидел, что язык колокола слегка раскачивается, а затем начал качаться и сам купол. И ветер тут был ни при чём. Внезапно Михаил ощутил, как под его ногами дрожит вся крепостная стена. А через секунду раздался оглушительный грохот.

Маститов бросился к бойнице, выглядывающей на восток, в сторону центра Кракова, и его сердце пропустило несколько ударов.

Над крышами домов взлетали огромные комья земли, куски мостовой и целые части зданий. Они медленно, будто пух, падали обратно, вызывая колоссальные разрушения. Из центра города торчал огромный уродливый червь с кучей кривых зубов на морде. Он взревел и тут же вполз обратно, оставив вместо себя огромную дыру с рваными краями.

Барон взял себя в руки и вытащил подзорную трубу. Из провала на поверхность устремились орды уродливых существ.

– Саранча… – выдохнул он и бросился к колокольной верёвке. – Это прорыв! – кричал барон, яростно звоня в колокол. – К оружию! К оружию!

Сергей Карелин, МИхаил Капелькин
Барон Дубов 7

Глава 1

У подножия горы Ай-Петри

Николай

Блондин с карими, близко посаженными глазами, тонкими губами и неприлично маленьким носом лежал у моих ног и держался за распухающую щёку. Своей краснотой она выделялась на бледном лице, как задница у бабуина. Наконец хмырь пришёл в себя и вскочил. Он встал ко мне в упор и зашипел, как больная астмой змея, то есть с присвистыванием.

– Ты… – процедил хлыщ в дорогой кожаной куртке и фирменных американских джинсах. На мой взгляд, бесполезные понты. Наши давно научились делать джинсы намного лучше и прочнее американских. В огне не горят и в воде не тонут. – Ты оскорбил род Парнасовых! Ты сейчас же заплатишь за это!

– Парнасовы… Парнасовы… – Я воздел глаза к небу и поскрёб ногтем подбородок. – Где я слышал эту фамилию?

Меня легонько потыкали пальцем в плечо.

– Это княжеский род, – доложила княжна, сцепив руки за спиной, отчего вперёд выставилась её небольшая грудь, а молния комбинезона слегка расстегнулась. – Их резиденция в Великом Новгороде, там же и их княжество. И да, ты встречался с их княжичем в Питере.

– В Питере… – пробормотал я.

– Эй, я вообще-то с тобой разговари… ммпфмн! – заткнулся вдруг Парнасов.

Это я ему рот рукой зажал, и теперь он пытался сбить мою хватку. До Инсекта пока не додумался.

Люди вокруг уже начинали откровенно потешаться, а служащий возле кабинок вызывал кого-то по рации.

– А ты откуда знаешь? – спросил я княжну. – Тебя же с нами там не было.

– Зато я прекрасно помню историю, как на балу в честь дня рождения Императора княжич Парнасов и его друзья обос… оконфузились, – ответила княжна и спрятала свой смех в кулачок.

– А-а-а! – протянул я, вспомнив. – Точно! Как тесен мир, оказывается.

Я отпустил хлыща, и он опять чуть не упал.

– Так это ты! Ты тот барон Дубов, что уже оскорблял наш род! Мой младший брат рассказывал о тебе… Тебе мы обязаны опалой и изгнанием из столицы!

– Ну нет, – пожал я плечами. – Это же не я ему в шаровары опорожнился, причём не снимая их. Твой братец сам справился.

Забавно, что старший княжич Парнасов сразу же перестал куда-либо спешить. Торопыги, они все такие. Их больше заботит не то, как быстрее добраться, а то, как их оскорбили в очередной раз.

Парень же чуть не зарычал от злости, и вокруг его тела начали летать тысячи маленьких светлячков. Они крутились вокруг него с каждой секундой всё быстрее. Запахло озоном.

Похоже, до Инсектов дело всё-таки дойдёт.

Но не успел я призвать свой дар, как сквозь толпу продрался седой мужчина лет пятидесяти в чёрном костюме, круглых очках и с треугольной бородкой. Он встал между нами и, поочерёдно глядя то на меня, то на Парнасова, выкрикнул:

– Так, что здесь происходит⁈ Господа, если немедленно не утихомирите свои нравы, то оба будете исключены из турнира.

Угроза была серьёзной, и я счёл за лучшее отступить. К тому же не хотел устраивать побоище ещё до состязаний. За такое и правда могут исключить и дать вдогонку волчий билет на всю жизнь.

А вот до Парнасова доходило медленно. Вокруг него всё ещё летали светлячки.

– Немедленно! – окликнул его мужчина. – И встаньте в очередь, Ваше Сиятельство. Будьте покойны, без вас турнир не начнём.

Ясно – значит, этот человек из организаторов. Парнасов что-то говорил про Лесниковых. Скорее всего, говоривший принадлежал к этому роду. Но не его глава уж точно. Патриарх Лесниковых сюда бы даже не спустился.

Парнасов под суровым взглядом пришедшего всё же успокоился. Презрительно скривился и, дёрнув плечами, удалился вместе со своей группой поддержки. Занял своё место в очереди.

– Прошу в кабинку, Ваше Благородие, Ваша Светлость и госпожа Морок, – человек вместе с сотрудником в форме жестами пригласили нас в подъехавшую кабину.

– Вы знаете нас? – удивился я, проходя мимо.

– Я знаю всех участников, – тепло улыбнулся мужчина, и прозрачные двери кабинки закрылись, отсекая звуки улицы.

Внутри было тепло и тихо. От скамеек пахло деревом и нагретым лаком. Кабинка дёрнулась, ускоряясь, и заскользила вверх. Вдруг включился внутренний динамик, и зазвучал мужской твёрдый голос, прерываемый шипением некачественной звукозаписи.

– История Облачного Древа, или, как его называли крымские эльфы, Нирвалариона, уходит в глубину веков…

Короче, поднимались мы целый час. Хотя казалось бы… Думаю, фуникулёр специально замедлили, чтобы мы успели прослушать всю лекцию об этом дереве. К концу княжна и Лакросса в обнимку задремали. Альфачик смотрел на проплывающий внизу пейзаж умными жёлтыми глазами и не обращал внимания на голос. Только изредка недовольно дёргал ушами. А я заставил себя вслушиваться в каждое слово. Хотел знать как можно больше о том месте, куда мы попадём.

Если вкратце…

Облачное Древо называли так потому, что его крона большую часть времени находилась в облаках. Нет, оно их не создавало, просто было очень высоким. Его вырастили крымские эльфы. Это как крымские татары, только эльфы. Жили на полуострове не меньше пары тысячелетий, пока не пришла Саранча. Нирваларион был по сути городом на дереве и в дереве. Эльфы вырастили его с помощью своих технологий ещё до прихода Инсектов и магии в этот мир. Правда, сейчас все эти технологии утеряны.

Когда пришла Саранча, она напала на это Древо, как рой термитов. Прогрызали новые ходы и убивали эльфов, живших в городе. Кто-то успел сбежать, кто-то умер от болезни, но большинство сожрала Саранча. Так этот город и опустел. Затем выжившие люди обрели магию и отбили свои земли назад. В том числе и Нирваларион.

Особенно отличился род Лесниковых, которым в награду и отдали Облачное Древо. Теперь это их владения. А крымские эльфы обосновались в одной из зон для европейских беженцев. Вроде как с немецкими эльфами спелись. Дом им не вернули, потому что участия в его освобождении они не принимали.

Так же голос упомянул, что далеко не все секреты эльфов были найдены. И возможно, где-то притаились остатки Саранчи. Байки, наверно, чтобы народ попугать.

Нирваларион был ещё более огромным, чем казался снизу. Ствол в диаметре был около полукилометра, толстые корни змеились, впиваясь в вершину горы. Кверху шло сужение. Снаружи ствол будто был украшен гигантскими гирляндами. Его обвивали лесенки и переходы с площадками, на которых располагались целые гроздья домов, выросшие прямо в коре дерева – большие и маленькие, напоминающие обрубленные сучки. Зрелище поистине величественное.

Голос умолк, кабина дернулась, ещё замедляясь, и мы въехали в зону выхода. Она находилась на одном из нижних ярусов древа. Девушки от толчка проснулись и открыли рты от увиденной красоты.

– Даже не верится, что после такого эльфы так выродились, – покачала головой оркесса.

Мы вплыли в темноту между огромных корней, образовывавших арки и тоннели.

– Не будь к ним так строга, – отвечала княжна, положив ногу на ногу и ухватившись сцепленными ладонями за коленку. – Почти все эльфы жили в Европе, кроме крымских, и когда пришла Саранча, они потеряли всё. Их вина лишь в том, что они так и не смогли с этим смириться, поэтому до сих пор не прижились в Империи, хоть наш Император и пытается им помочь.

– Спасибо за вашу лекцию, госпожа Онежская, – покривила лицом Лакросса. – Мы, орки, народ тёмный, ничего не знаем, живём там в своих горах да ждём, когда какая-нибудь княжна принесёт нам свет истины.

– Если хочешь, могу прочитать тебе лекцию и об истории орков, – самодовольно подбоченилась княжна. – Тоже потом сможешь меня отблагодарить. Бусы там костяные принесёшь или белку застрелишь.

– Эй-эй, вы чего разошлись тут? – остановил я назревающую драку.

– А чего она выделывается? – хором воскликнули обе, синхронно посмотрели друг на друга, и княжна показала язык, а Лакросса щёлкнула ногтем по зубу.

– Этого ещё не хватало. Нам весь турнир бок о бок проходить, успеете ещё поссориться, – сказал я.

И какая муха их укусила? Только что так мило спали друг на друге…

Тем временем мы проплыли между корнями, и оказались в помещении, похожем на ангар. Кабина подползла к небольшой площадке, где выходили другие тройки участников и спускались по широкой лестнице, идущей вдоль ствола дерева изнутри. Внизу, метрах в тридцати, сновали люди. По сути, там находился небольшой городок с магазинами, сувенирами и резиденцией рода Лесниковых.

Кстати, род у них княжеский. Здания были двух типов: старые эльфийские и новые – из кирпича и бетона. Между ними туда-сюда сновали люди, ездили небольшие погрузчики. В общем, внизу был целый муравейник, и в нём кипела жизнь.

Когда мы покинули кабину, слуга в серой форме указал на лестницу, по которой шли другие участники. На середине ее стоял ещё один слуга, который направил нас в овальный коридор, проделанный прямо в дереве, потом ещё один, и так пока мы не поднялись ещё на пару ярусов вверх и не оказались в просторном помещении с очень высоким потолком. Тоже метров тридцать, если не больше. С него спускались десятки канатов – тонких и толстых, с узлами и без, льняные, конопляные и даже один стальной трос.

Через час, когда мы все собрались в одну большую толпу, грянула громкая музыка, выстрелили фейерверки и посыпались конфетти. Затем прямо посередине сверху спустилась деревянная площадка на четырёх канатах. На ней стоял швейцар рядом с небольшим рычагом и ещё один человек в зелёной с узорами мантии, повернувшийся к нам спиной.

Когда платформа зависла в метре от земли, человек повернулся. Высокий, статный мужчина с чёрными пышными усами, лукавой улыбкой и бардаком в волосах на голове. Чем-то его образ действительно напоминал лесника.

– Дамы и господа! – воскликнул он, широко раскинув руки. – От имени всего рода Лесниковых я, Сергей Лесников, сердечно приветствую вас на Кубке Кикиморы! Вы все, каждый из вас, являетесь лучшими из лучших в своих академиях. И совсем скоро мы узнаем, кто из вас всех является самым лучшим! Но в этом году заявилось участников больше чем обычно! Поэтому будет проведён отборочный тур. А пока объясню вам правила…

Новость про отборочный тур всколыхнула людей, посыпались яростные и недовольные выкрики, но Лесникову было на них плевать. Он просто продолжал говорить, и недовольным пришлось заткнуться, чтобы не пропустить ничего важного. А некоторым помогли заткнуться.

Этот Лесников говорил ещё целый час, постоянно перемежая свою речь восхвалениями то его участников, то собственного рода. Невероятно скучно и пафосно. Если коротко, суть турнира заключалась в следующем.

Каждый из участников был сам по себе, и главная задача в том, чтобы накопить наибольшее количество очков, которые назывались кикибаллами. Хорошо, что не е-баллами, и на том спасибо. Зарабатывать их нужно на испытаниях на верхних ярусах дерева. И казалось бы, зарабатывать можно бесконечно долго, пока не будешь уверен в своей победе, но…