Текст книги ""Фантастика 2026-111". Компиляция. Книги 1-38 (СИ)"

Автор книги: Сергей Карелин

Соавторы: Александр Кронос,Михаил Капелькин,Макс Дарт
сообщить о нарушении

Текущая страница: 121 (всего у книги 335 страниц)

Глава 20

Османский склад оружия номер 27

Пару часов спустя

Возле небольшой будки у деревянного шлагбаума стояли двое янычар. На плечах висели винтовки страндартного образца с примкнутыми штыками. Обычное дело, когда объявлена общая тревога. Первого османа, невысокого и худощавого, с бледным лицом, звали Тезер, второго, повыше и более поджарого, смуглого, с чёрными курчавыми волосами под красной янычарской тюбетейкой, родители нарекли Яманом.

Тезер подкуривал от спичек Ямана уже третью сигарету подряд.

(осм.) – Я слышал там, – он указал рукой на северо-восток, – полный кошмар. Какой-то маленький отряд элитных воинов атаковал восточный лагерь и разнёс его в пух и прах.

Яман флегматично пожал плечами.

(осм.) – Да бред это всё. Маленький отряд разнёс лагерь десятитысячного войска? Ты сам-то в это веришь, Тезер? Там должна быть целая армия, но ей неоткуда взяться. Да ещё и так незаметно.

Тезер зябко поёжился и потёр руками плечи. Ночь выдалась зябкой, а форма у них была не слишком тёплая для этих мест. Янычар судорожно затянулся и закашлялся.

(осм.) – Армия или нет, но я рад, что мы здесь. Вдали от того, что там происходит. Видел я одного парня. Он выбрался оттуда. Но и двух слов связать не может. Только орёт всё время от ужаса. Увезли его в госпиталь. Но сдаётся мне, что оттуда дорога ему в больницу для душевнобольных. Так что да, лучше уж быть здесь.

Часовой на вышке рядом заслушался их разговором и яркий луч прожектора застыл на месте.

(осм.) – Эй, Джума! – резко окрикнул его Яман. – Не спи! Следи за территорией! И на небо посматривай…

(осм.) – Да чего я там не видел? – отозвался хриплый голос из темноты за световой установкой. – Вся суматоха сейчас в другом месте. А мы тут быстрее от скуки помрём.

(осм.) – Выполняй приказ! – одёрнул его Яман. – Та атака может быть отвлекающим манёвром, чтобы снять часть охраны со складов амуниции. Тысячи коварных русских сейчас могут лезть к тебе на вышку, чтобы перерезать тебе горло, пока ты…

(осм.) – Да-да… – перебил его Джума. – А ещё две тысячи прямо сейчас с неба падают нам на головы. Мы тут никому не нужны, Яман. Правда, Кефез?

Джума последнюю фразу крикнул, обращаясь к башне северо-восточной вышки. Она стояла вплотную к невысокой отвесной скале и возвышалась над ней на несколько метров.

– Ммфм! – промычали оттуда.

(осм.) – Кефез, ты опять что-то жрёшь⁈ А ну, кончай, и так уже в люк вышки не пролезаешь! – смеялся Джума.

Но Яману такое настроение часового пришлось не по душе.

(осм.) – Заткнись, Джума! Под трибунал тебя отдам за то, что нарушаешь все правила караульной службы! Устроил здесь… Тезер! Сходи, проверь Кефеза, вдруг этот идиот опять подавился?

Щуплый Тезер поплотнее запахнул шинель и выплюнул обгрызенный бычок папиросы.

(осм.) – Чуть что, сразу Тезер, Тезер… – бубнил он про себя недовольно, нагибаясь перед шлагбаумом. – Тезер, может, тоже жрать хочет…

Амуниция войска янычар была скрыта под жестяными крышами ангаров либо лежала прямо на улице под маскировочными сетями. Тезер пролез под шлагбаумом и повернул налево, к вышке. С этой стороны шёл наспех поставленный забор из той же сетки, а справа – стена большого ангара. Их склад был одним из трёх самых крупных в радиусе ста километров. Поэтому зданий здесь хватало.

Вышка приближалась. Она стояла на четырёх металлических опорах, в центре поднималась лестница к люку вышки. Люк был открыт. Глаза Тезера уже привыкли к темноте, и он вдруг увидел в люке голову щекастого толстяка Кефеза. Вот только он лежал на полу, а его рот был залеплен чем-то белым.

Тезер не смог разглядеть что-то ещё, потому что лицо его боевого товарища вдруг исчезло, будто лежащее тело дёрнули за ноги.

– Что за…

Тезер остановился прямо под люком, пытаясь заранее увидеть, что ждёт его наверху. И столкнулся взглядом с чьим-то угловатым и улыбающимся лицом. Улыбка та вышла зловещей, потому что из-под нижней губы странного человека торчали клыки.

Тезер не был тупым идиотом. Он сразу всё понял и набрал в грудь воздуха, чтобы заорать на всю базу: «Тревога!» Именно в этот момент глотку ему забила клейкая упругая слизь. А затем ещё одна струя протянулась сверху и прилипла к одежде, после чего начала затягивать его в люк.

* * *

Там же

Николай

Чтобы подобраться к обнаруженным складам, я использовал змеиный пояс. Но как оказалось, у него были свои пределы возможностей. Когда я использовал его чары и накрыл ими сразу троих, то есть меня, Гошу и Альфачика, то ману он израсходовал очень быстро. А на третий раз и вовсе начал греться, а потом обжигать.

Так что, когда мы забрались на вышку, которая так удобно расположилась над небольшим горным плато, я снял все маскирующие чары. Единственного часового здесь сразу связал своей паутиной Гоша. Толстяк-янычар жрал мясной пирог, который после пленения пауком так и остался у него во рту.

Добрались мы сюда за пару часов, сумев миновать, благодаря поясу, основные силы янычар. Драка там, похоже, шла нешуточная, раз такое количество войск направили на восток. Видать, озабоченные япошки хорошенько их достают. То ли из-за пожаров, то ли из-за времени суток, но край неба подёрнулся серебристым сиянием. Скоро рассвет.

«Ключ поверни», – услышал я голос дриады.

«Что? Какой, к чёрту, ключ?»

«Голову! Голову поверни! К вам ещё один идёт!» – тут же чуть не взорвалась дриада.

Она с помощью одной из птиц Рукх наблюдала за нами с высоты. Удобно, между прочим. Сейчас осмотримся, возьмём самое ценное, а потом передадим координаты в войска. Пусть разнесут это место. Ну или не разнесут – мне без разницы.

К нам в самом деле шёл ещё один воин-янычар. Зашёл под вышку, и я резко понял, что спелёнатый толстяк откатился и башкой выглядывал вниз. Хитрый, гад! Я тут же дёрнул его на себя. Затем выглянул вниз, чтобы проверить, что нас не заметили…

Бл*дь! Ну на х… зачем я это сделал⁈ Теперь точно заметили.

И пока никто не заорал «тревога», скомандовал пауку, засевшему на крыше вышки:

– Гоша, твой выход!

Он мгновенно оказался рядом, а ещё через несколько секунд затянул неудачливого янычара снизу. Бедолага трепыхался и мычал, пока Гоша закатывал его в белый кокон из паутины.

Отлично. Пока что нас не заметили.

Прожекторы с других вышек шарили по земле и иногда заглядывали в небо, несколько раз выхватывали из темноты золотистые перья Рукх, но угрозой не считали.

Сверху на склады открылся отличный вид. Я заметил и бочки с топливом для техники, и ящики с оружием, гранатами, провизию и много чего ещё. Например, небольшую зенитную батарею. Склад оказался большим, так что его хорошо охраняли.

Вдруг, пока я выглядывал из-за бортика вышки, заодно имитируя работу прожектора, сзади раздались хрумкающие и чавкающие звуки вперемешку со стонами.

– Гоша! – шёпотом рявнул я. – Нашёл время жрать! Нам пора.

Хрум.

После одинокого хрума стоны стихли. До чего прожорливый попался паук. На его художества я даже смотреть не стал.

По моей команде он сплёл люльку, в которой спустил нас с Альфачиком. Волк старался спрятать свою морду у меня в подмышке, лишь бы не смотреть вниз. Ничего, однажды он победит эту свою боязнь высоты.

Дальше мы углубились в склады. Лавировали между зданиями и ящиками с припасами и оружием. А Маша, зорко наблюдая сверху, в моей голове подсказывала, что, кто и где. Причём делала это по-военному. Видимо, полковник Дрёмин подсказал.

«На семь часов двое часовых. Обходят с фланга», – сообщала она.

Или: «На шесть часов. Сейчас появится из-за угла ангара. Проход на двенадцать. Подожди, переулок просматривается… Сейчас! Поворот на три часа…» и так далее.

В принципе, так было намного понятнее. Правда, не отпускало ощущение, что мной управляют, как фигуркой на игровой доске.

Передвигались мы все втроем. Альфачик хоть и был громандным, но уверенно сливался с ландшафтом. Рассвет потихоньку занимался, и в утренних сумерках все цвета исчезли, остались только серый и его оттенки. Как и шкура Альфачика. Издалека и не поймёшь, камень это лежит или притавишийся Лютоволк. Гоша же передвигался в основном по крышам, умело ускользая от шарящих по округе лучей прожекторов.

Времени у нас было не особо много. Рано или поздно охрана складов догадается, что я просто с помощью паутины сделал хитрый маятник, который гонял прожектор на вышке туда-сюда. Залезет на неё и обнаружит двух полумёртвых янычар в паутине. Хотя один, скорее всего, мёртв полностью.

В больших ангарах мы нашли кучу оружия, ценных артефактов и медикаментов. Оружие было стандартным, поэтому на него я особо внимания не обратил. А вот артефактов набрал. В основном защитные, но были и маскирующие. А ещё османы хорошенько подготовились воевать с нашими аристократами. Я нашёл целый склад антимагических сетей, обручей и наручников. Пожалуй, сетей было больше всего. Ничего. Удар артиллерии это всё выжжет.

Так как османы враги и собираются атаковать мою родную землю, то я не испытывал никаких угрызений совести, набивая добычей пространственное кольцо. Я его хорошенько почистил перед походом, оставив только самое необходимое. Выручка обещала быть отличной. Продам это нашим военным – они и заплатят хорошо, и в дело всё пойдёт. А что-то и себе оставлю.

Когда заполучил несколько маскирующих артефактов и повесил их на свою группу, передвигаться стало значительно проще. Но появилась другая проблема.

«Блин, Коль, я вас теперь не вижу», – пожаловалась дриада.

«Попробуй меня почувствовать через семечко, с помощью которого мы связь держим».

«Хм… Подожди, попробую настроиться…»

Молчание затянулось на несколько томительных минут. За это время мы успели перебраться с одного склада в другой. Правда, чуть не столкнулись нос к носу с часовым. Янычар уставился прямо на меня, стоявшего всего в нескольких метрах. Альфачик уже был на той стороне прохода, а Гоша навис над солдатом сверху, в любой момент готовый его убить.

Янычар втянул носом воздух, поморщился и… чихнул.

(осм.) – Апчхи! Долбанная роса.

Фух! Работает маскирующий артефакт.

Что янычар сказал, я не понял. На сигнал тревоги не похоже и ладно. После этого солдат развернулся и пошёл в обратном направлении, вытирая рукавом шинели нос. Он так и не узнал, что только что чуть не умер.

«Всё! Вижу тебя! Мутно, правда, но вижу!» – взорвалась самодовольством дриада в моей голове.

Ну а дальше пошло как по маслу. Постепенно добрались до самого большого ангара в центре. И самого охраняемого. Даже с учётом маскирующих артефактов часовых было слишком много, чтобы просто взять и войти внутрь. Четверо прямо у больших ворот. На широкой дороге перед въездом в здание несколько пулемётных точек. В сотне метров – площадка с какой-то мобильной зенитной установкой. Она могла и в небо лупить и в атакующих склады солдат. И везде янычары. Десятки. Пробраться мимо них будет проблемой.

Придётся устроить небольшой отвлекающий манёвр.

Дал Альфачику соответствующую команду, и всего через несколько минут за пределами лагеря раздался пробирающий до костей волчий вой. Затем ещё один, и ещё. Казалось, целая стая Лютоволков решила напасть на склады.

Янычары засуетились, зашумели и всё внимание сконцентрировали на западной стороне, откуда донеслась новая порция воя. Часть из них, похватав оружие, поспешила к воротам. Слышались отрывистые команды, лучи прожекторов шарили по скалистым окрестностям, пытаясь найти Лютоволков.

Это мне и было нужно. Пока вояки отвлеклись, с помощью Гоши я забрался на крышу небольшого здания, а оттуда уже прополз по тонкой паутине на крышу того самого ангара. После чего пропал из поля зрения янычар, а Альфачик перестал выть и скрылся где-то среди чахлой растительности долины.

Через окна я заглянул внутрь. Ангар был ярко освещён. По бокам стеллажи и бочки с топливом, а в центре в два ряда стояли бронированные машины на гусеницах, ощетинившиеся дулами пушек.

Танки.

Я слышал, что британцы изготовили несколько сотен таких бронированных машин. Наши инженеры и конструкторы тоже двигались в этом направлении. Но чтобы они были у османов? Откуда, чёрт возьми? Если только им не поставили со стороны…

Плохо дело… Но! У меня, наоборот, хорошо. За информацию о танках мне полагается дополнительная оплата!

О них я тут же сообщил дриаде, а она – полковнику. И уже через пять минут этот склад добавили в число целей первой степени важности.

Хм, может, мне теперь и медаль дадут?

Тьфу ты. Когда это я стал таким тщеславным? Не иначе влияние гномского города с их сокровищами.

И всё же я решил спуститься. Открыл окно и слез с по паутине Гоши. Затем паук спустился следом. Мы спрятались за одним из танков, что застыл горой холодного металла. Возле машин возились несколько техников, но они были так увлечены работой, что нас не заметили. К тому же я снова задействовал змеиный пояс.

Обшарил стеллажи вокруг и ничего не нашёл.

Зато нашёл в небольшом отгороженном закутке в столе какие-то бумаги. Похоже на целеуказания для атаки, но все надписи на османском. Красные стрелочки в сторону границ Российской Империи выглядели красноречиво. Так что берём.

Так же среди документов обнаружил небольшую карту, на которой были отмечены ещё несколько складов. А это вообще прекрасно. Вот теперь можно и уходить отсюда.

По пути к главному лагерю сил янычар обшарил встреченные складские комплексы. У них охраны уже было значительно меньше, так что их осмотр особых проблем не вызвал. Но и ценной добычи там было не особо. В основном оружие, немного медикаментов и провизии, боеприпасы. Танков не нашёл. Думаю, их не так уж много у османов. Поэтому их готовят для решительного удара в подходящий момент.

Передав через дриаду все известные мне координаты, отправился дальше. Небо становилось всё розовее, но пока я добирался до своей главной цели, погода резко ухудшилась. С запада набежали тёмно-фиолетовые, почти чёрные тучи. Для снега здесь слишком южная широта, так что скоро разыграется не метель, но грандиозная буря. Так себе перспектива, лучше поспешить.

К лагерю мы вышли одновременно с первыми крупными каплями дождя. Они грузно падали на землю, расплёскивая холодную влагу. Альфачику и пауку эти капли совсем не нравились. Они сразу смачивали шерсть и протекали до самой шкуры, заставляя обоих ёжиться от мурашек. Хотя не уверен, что у пауков бывают мурашки…

При первом же взгляде на огромный палаточный город я понял, что отвлекающий удар озабоченных японцев из клана Лунного цветка сыграл всё-таки злую шутку. Основная часть войск покинула лагерь, и совсем небольшое количество костров горело в разных местах среди палаток. Но не потому, что было мало людей. Нет, просто почти все были заняты на подготовке укреплений.

Я с питомцами прилёг на небольшом холме с плоской вершиной. По мере продвижения сюда, мы спустились на большую равнину, покрытую зеленью, что росла прямо на скалистой почве. Мы были всё ещё в предгорьях Южного Кавказа.

Внизу, в нескольких километрах от нас, лагерь врага спешно окапывался. Думаю, они рассудили, что тот удар – отвлекающий манёвр, хоть и достаточно мощный. Поэтому часть сил оставили здесь, чтобы встретить атаку основных сил врага и продержаться до подхода подкреплений.

Выдалбливались окопы в жёсткой земле, строились брустверы из мешков с песком, готовились огневые точки с пулемётами, чуть дальше, за третьей линией обороны, почти у палаток, устанавливались пушки артиллерии. А по брюхам тёмных туч шарили мощные прожектора в поисках самолётов или дирижаблей.

С одной стороны, все явно настороже. И это плохо для меня как лазутчика. С другой стороны, всё их внимание сосредоточено на северных направлениях, откуда ждали вражеское наступление. И примерно откуда сейчас наблюдал и я. Но если обойти лагерь с тыла… Подобное внимание на север сыграет мне на руку. Правда, придётся несколько часов потратить, но я не тороплюсь.

Уже приготовившись выступать, мы с питомцами сползли с холма, но вдруг Альфачик издал странный лающий рык. Паук тоже насторожился, волоски на его хитиновом теле зашевелились и покрылись волнистой рябью. А затем и до моего слуха донеслось странное жужжание с северо-запада, по левую руку от меня.

Я долго не мог понять, что его издаёт, но затем на фоне собравшихся тёмных облаков увидел почти чёрное пятнышко крохотного биплана. Он летел на высоте в километр или полтора строго на юг, метя на лагерь янычар. Сильный ветер болтал его, как щепку в море. Биплан взмахивал крыльями и ревел мотором, пытаясь удержаться в воздухе.

Что-то было знакомое в манере полёта этого биплана. Неуловимо знакомое, как походка.

«Маш, а ты здесь?» – позвал я дриаду в мыслях.

«Всегда здесь, Коль», – в подтверждение её слов рядом опустился усталый птенец Рукх. Вместо него вверх взмыл другой, поднявшись в воздух из-за холма неподалёку.

«А ты случайно не знаешь, где Агнес?» – спросил, пытаясь укротить плохое предчувствие.

Просто я как-то летел на похожем биплане, и его точно так же болтало в воздухе, потому что кое-кто не умел на нём летать. И это я говорю о том случае, когда запрыгнул в биплан Агнес, пытаясь догнать поезд до Пятигорской академии.

«Не знаю», – беспечно отвечала Маша. – «Не видела её со вчерашней медитации».

Чёрт. Чёрт-чёрт-чёрт!

Будто издеваясь, на самолёте скрестились сразу несколько лучей прожекторов. А он не отворачивал и летел всё так же прямо, лишь неуклюже крыльями помахивал, борясь с ветром. Тут же заколотили зенитные установки, и под брюхами тяжёлых туч вспыхнули разрывы снарядов, спустя несколько секунд до ушей донёсся глухой рокот взрывов. Снаряды будто хотели прорвать облачные животы, чтобы хлынул дождь.

И он хлынул. Да так, что казалось, словно небо было дном гигантской чаши, которая треснула. Холодная вода полилась потоком одновременно с тем, как маленький биплан вспыхнул и начал падать.

Я завороженно смотрел на падение летательного аппарата. Потом вдруг от него отделилась точка, точнее запятая, подсвеченная сразу несколькими прожекторами. А потом, будто по щелчку, превратилась в шарик для пинг-понга.

И я почти наяву услышал звук, с которым срабатывал комбинезон зелёной полторашки.

Блуп!

Глава 21

Пока я смотрел, как шарик с гоблиншей внутри падает с неба, в голове со скоростью молнии проносились мысли. Когда я прощался с подругами перед походом, Агнес, обычно весёлая и разбитная, вела себя до странности сдержанно. Как будто ей не надо было прощаться.

Чёрт! Стоило уже тогда догадаться, что она что-то задумала!

«Коля! Там что, внутри Агнес?» – вывел меня из ступора голос дриады в голове.

Ещё одна птица появилась в небе и устремилась к месту крушения.

«Это Агнес!» – спустя несколько секунд завопила Маша.

А я к тому моменту уже оседлал Альфачика и поскакал к падающей гоблинше.

Глухо стучали зенитки, осыпая градом взрывов падающий самолёт и его пилота. Хоть бы промазали!

Отбросив к чёрту весь план, я скакал прямо в лагерь османов. Дождь хлестал упругими струями по лицу и спине, заливал глаза. В небе сверкал частокол фиолетовых молний, оглашая предгорья треском разрядов. Рядовые янычары, завидев полуогра верхом на огромном Лютоволке, бросали укрепления и орудия и с криками ужаса разбегались. Пара пулемётчиков попытались нас встретить огнём, но Гоша, с невообразимой быстротой перебиравший лапами, залепил им дула прочной паутиной.

Вихрем мы пронеслись по огромному лагерю, сметая палатки, стойки с оружием и раскидывая угли залитых дождём костров. Холодная вода ручьями стекала по спине. А шерсть Альфачика ощетинилась мокрыми сосульками. Выглядели мы свирепо.

Наконец, в темпе бешеной скачки, всего за пару минут мы добрались до зенитной батареи. Одно орудие разлетелось вдребезги от удара молнией Альфачика, второе я поразил мощным выстрелом из револьвера, третье снёс ударом молота вместе с расчётом, четвёртое накрыла прочная, как стальные тросы, паутина. Оставшиеся орудия были брошены солдатами. Батарея замолчала. Шар с Агнес, выпустив белый парашют, к этому времени уже опустился к самому горизонту.

Сверкнули молнии, и я увидел, как несколько машин, ревя моторами, устремились в сторону гоблинши.

«Скорее, Коля, они уже близко!» – переживала дриада.

Да я и сам видел, что у перехватчиков хорошая фора.

Но это не значит, что не надо пытаться их остановить. Альфачик, повинуясь моему мысленному приказу, устремился за ними следом. Гоша тоже. Схватка продолжалась. Машины уехали вперёд так далеко, что за стеной ливня их силуэты стали почти неразличимы.

«Не могу больше! Слишком сильный ветер!» – простонала Маша.

«Тогда уходи. Дальше я сам», – разрешил я.

Разрывая дождь, будто волнорез, мы начали догонять машины перехватчиков. Из-за туч стало темно как ночью, и они вынуждены были включить фары. По ним-то мы их и нашли. Альфачик напряг жилы так, что они затрещали, но смог догнать последнюю из машин. Короткая, четыре колеса и открытый верх, через который сидящих внутри османов заливало дождём. Альфачик приблизился к ней, повинуясь моему мысленному желанию.

И тогда янычары заметили меня. Красные тюбетейки повернулись, ружья дёрнулись, но слишком поздно. С Альфачика я быстро перелез в кузов, вышвырнув одного солдата, а следом и второго. Уставший Лютоволк, не привыкший к такой нагрузке, тут же отстал. Зато Гоша не отставал. Паук оказался удивительно выносливым и быстрым. Плюнул паутиной в колёса соседней машины: от резкой остановки колёс та взлетела в воздух и, кувыркнувшись несколько раз, впечаталась в сырую землю. Расплескавшееся топливо тут же вспыхнуло распустившимся огненным цветком.

В это же время я разобрался с оставшимися двумя янычарами, так же выкинув их наружу, и вырвал переднее сиденье. Водитель успел дёрнуть руль, и машину опасно завертело по скользкой грязи. Я едва не вылетел из неё, в последний момент ухватившись за ветровое стекло. После чего занял место водителя и с трудом выровнял автомобиль.

Впереди мелькало ещё несколько машин. Их экипажи из-за раскатов грома и шума ливня не знали, что происходит сзади. Я нагнал одну, вжал педаль газа в пол и врезался ей в зад. Вражескую машину тут же замотало по скользкой от бегущих ручьёв дороге.

В темноте мимо проносились одинокие деревца, сумевшие прорасти на каменистой почве этого места. Машина, которую занесло, окончательно слетела с дороги и врезалась в такое дерево. Янычары разлетелись, как кегли.

Осталось ещё два автомобиля. Эти уже меня заметили, замедлились и зажали с двух сторон, обстреливая из ружей. Мне-то свинцовые пули ничего не смогли сделать, потому что я сразу же призвал дубовый Инсект, но могли повредить машину. Пули градом стучали по железу и по мне. Мотор вскоре отчаянно задымил.

Я выхватил пистолет, который держал в кобуре, но выстрелить не успел. Один автомобиль подорвала толстая жёлтая молния, а второй накрыло сочным плевком из паутины, и машина, потеряв управление, улетела в небольшую расселину справа. Оттуда через несколько секунд показалось оранжевое зарево огня.

С преследователями было покончено. Моя машина на последнем издыхании вкатилась в небольшой подлесок из кустов орешника и заглохла. Чихающий мотор смолк, и слышался только шум дождя и звук капель, барабанящих по металлическому корпусу. Лагерь османов остался позади. Новых преследователей видно не было.

– Агнес! – крикнул я, углубляясь в подлесок.

С помощью магического зрения примерно знал, в каком направлении искать своевольную зелёную полторашку.

Если я вижу её магический фон, значит, она еще жива. Надеюсь, не ранена.

– Агнес! – снова позвал я.

На этот раз ответом стало сдавленное кряхтение.

Э?

Я поспешил на звук и обнаружил гоблиншу, застрявшую в большом зелёном кусте. Надутым шаром она влетела в него, и её зажало упругими ветками.

– Коля? – простонала она, силясь куда-то достать рукой. Но плотные ветки не давали ей это сделать. – Кажется, я запуталась. Не могу достать до шнурка, который сдувает подушку безопасности.

– Сама ты как подушка! – рявкнул я, пытаясь скрыть радость, что с ней всё в порядке. Дурочка вообще хоть поняла, что чуть не погибла?

Она и правда запуталась. Густые ветки сковали движения её рук. Девушка попыталась использовать свой дар и дотянуться до шнурка с колечком на конце, который свисал с неё где-то в районе талии. Если у шара вообще может быть талия. Но её рука уже запуталась и завязалась в несколько узлов вокруг густых ветвей.

– Сама распутаешься? – уточнил, пока ещё не дёргая за колечко.

– Проще пареной репы! – Агнес начала втягивать удлинённую руку обратно, но та вдруг застряла. – Ладно, не проще…

Всё-таки ей удалось это сделать, пусть и не сразу. Растянутая, как расплавленная резина, рука медленно и аккуратно возвращалась на место. Альфачик с озорным любопытством следил за ней, а Гоша, стоявший позади Агнес так, что она его ещё не видела, будто прицеливался к торчащим из надутого шара ступням. Причём ботинок на Агнес был почему-то один. Второй где-то потерялся.

– Нельзя! – рявкнул я, когда две лапы паука потянулись к зелёной ножке.

Вот ведь, а. Придётся его ещё манерам поучить.

– Чего нельзя? – опешила Агнес, решившая, что это я ей.

– Ничего, – отмахнулся. – Тебе всё можно.

– Почаще бы такое слышать… Всё, готово!

Зелёная мелочь выпутала руку из деревянных захватов, и я дёрнул за кольцо. Подушка безопасности, состоявшая из нескольких секций, медленно сдулась и втянулась обратно в кожаный комбинезон Агнес. После чего я помог ей выбраться из куста.

– П-п-паук! – мгновенно заело её, стоило девушке заглянуть мне за спину.

– Ага, – пожал я плечами, – это Гоша.

– Г-г-гоша… – повторила она, как заведённая. – Т-т-такой большой… п-п-паук… – Она обратила свой взор ко мне: – Я не люблю пауков!

– Этого можно полюбить. Он помог тебя спасти и совсем не собирается тебя есть. Правда, Гоша?

Последнее я произнёс с нажимом, глядя на паука. Тот понуро опустил пузико на землю. После этого Агнес немного успокоилась, а затем поняла, что промокла насквозь и продрогла, отчего тут же начала отстукивать зубами чечётку. Дождь продолжал лить с неба, а раскаты грома хоть и отдалились, но по-прежнему оглушали.

Нечего было и думать, чтобы сейчас пытаться вернуться в лагерь османов. Теперь они настороже со всех направлений, и даже сильный дождь не укроет нас четверых. А если он вдруг закончится, и начнёт светить солнце…

Нет, если план трещит по швам уже на этапе набросков, то это дерьмовый план. К тому же из Агнес сейчас союзник никакой.

Под моим взглядом она бодро улыбнулась. Точнее, пыталась сделать это бодро, но вышло натянуто. Бледно-зелёные губы дрожали от холода, а босая нога то и дело поднималась в воздух, чтобы хоть на несколько секунд оказаться вне ручейков дождевой воды. А они были тут повсюду, размывая грязь и обнажая скользкие камни.

Странно, у неё вроде костюм с подогревом был.

Словно отвечая на мой немой вопрос, она произнесла:

– Я в порядке! Просто наверху тоже холодно было, и я использовала весь подогрев.

Так я и принял решение найти нам укрытие, обсохнуть, согреться, дождаться окончания дождя или наступления ночи и поесть.

К тому же нас наверняка будут искать, когда поймут, что высланные перехватчики не вернутся.

Углубившись в подлесок и отойдя километров на десять от места крушения самолёта Агнес, мы нашли небольшую впадину под скалистыми выступом. Скала защищала от дождя, а все ручьи обтекали это место, благодаря небольшим возвышениям по краям и общему уклону местности.

Быстро набрал охапку дров из тех, что показались мне посуше, и на дне впадины ражёг костёр с помощью молнии Альфачика. В темноте его могут увидеть, но Гоша услужливо оплёл всё паутиной, оставив небольшой проход внизу, и отверстие для дыма на самом верху – под краем скалистого уступа. Получился уютный шатёр с каменным потолком, в котором быстро стало тепло и сухо.

Мы с Агнес примостились у костра. Она села ближе, чуть не ныряя в огонь. Настолько промокла и замёрзла. С вопросами, которых у меня был целый дирижабль, решил обождать, пока она хотя бы не согреется.

Лютоволк и Гоша, тоже мокрые и замёрзшие, потому что снаружи было максимум десять градусов тепла, пытались поместиться у костра. Но с их габаритами это получалось с трудом, так что они постоянно воевали за место почти под солнцем. То Альфачик, рыча, оттащит паука за одну из лап, то Гоша заберётся на потолок и, чихая от дыма, медленно опустится на голову млеющему Лютоволку.

Я наблюдал за этой потасовкой не без доли весёлой иронии. Эти двое, на первый взгляд, не ладили, но уже смирились с присутствием друг друга. Совместные бои и приключения даже монстров сближают. К тому же пока они бодаются – согреваются.

Но в итоге мне это малость надоело, да и в тепле сам разомлел. Отодвинулся от костра, чтобы эти мерзляки успокоились, и сам не заметил, как уснул. Я ведь на ногах почти сутки.

* * *

Обычно в новом месте спишь беспокойно, буквально урывками, то погружаясь в глубокий сон, то выныривая из бреда в явь, не до конца понимая, где ты оказался.

В этот раз было не так. Я сильно вымотался, проходя через катакомбы, постоянно там сражаясь с кем-то, затем здесь, на поверхности, порядком умаялся. Грабёж вражеских складов вообще оказался занятием утомительным. Наверно, я мог найти в военных аптечках какие-нибудь стимуляторы, чтобы не спать и дальше, но это чревато последствиями. Чем меньше спишь и изнашиваешь свой организм, не давая отдыха, тем хуже работают мана-каналы. А это и меньше времени в Инсекте, и недостаток в бою. Если попадётся сильный противник, то любая мелочь может сыграть роковую роль.

Поэтому я дрых без задних ног. Несколько раз сквозь сон слышал далёкий рокот мотора – бипланы османов искали нас. Но укрытие оказалось что надо. Его можно было заметить, но только с земли и с близкого расстояния, потому что нас укрывал достаточно густой подлесок. Да и какой человек в здравом уме будет искать в густой паутине выживших после падения самолёта? Скорее свалит куда подальше, пока хозяин паутины сам не затащил его в своё логово.

Проснулся я, как оказалось, ближе к вечеру. Открыл глаза и будто в ванильном царстве оказался. Лучи начавшего клониться к горизонту солнца окрашивали белую паутину в пастельные тона. На какой-то миг даже подумалось, что мы внутри большого куска сахарной ваты.

Я потянулся, прохрустев костями, и открыл глаза. Рядом со мной дремала Агнес, а двоих питомцев не было. Но я ощущал их где-то поблизости.

Раз сюда светит солнце, значит, дождь кончился.

«Как обстановка, Маш?» – мысленно обратился к дриаде.

Она тут же отозвалась, будто только и ждала, когда я проснусь:

«Птички поют, солнце светит, а паук с Лютоволком охотятся, Коленька. На горизонте чисто. Османы вас искали, но уже свернули поиски и окопались в лагере. Думаю, ждут полномасштабную атаку. Как там Агнес?»