Текст книги "Выброшенный в другой мир. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Геннадий Ищенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 96 (всего у книги 111 страниц)

   – Спасибо, милорд, может быть, и переедем. Только я в таком случае куплю в Ордаге дом, а здесь все оставлю на Сторна.

   – Вы нас кормить будете, или нет? – спросила Альда, – а то у меня уже подвело живот. Как появлюсь сытая, сразу же тянут за стол, а один раз приехала голодной, так даже не заикнулись! Это ничего, что я сейчас прямо здесь умру от голода?

   – Не умирай, – засмеялась Вара. – Сейчас закончат накрывать стол, тогда и пойдете. Мы-то совсем недавно пообедали, так что просто посидим рядом за компанию.

   – Долго еще до твоих отшельников? – спросил Джок. – Мне кажется, что мы уже полдня едем по этому лесу.

   – Уже почти приехали, ваше сиятельство, – ответил купец. – Самую малость осталось, и будет их дом. Только толпой можем напугать хозяев. Дайте мне одного из своих спутников, а сами следуйте в отдалении, а то увидят толпу и сбегут, а Пер еще сдуру саданет из лука.

   – Поезжай, – согласился Джок. – Только поедешь не с одним, а с двумя. И постарайся не делать глупости: тебя каждый из моих ребят завяжет в узел.

   Купец не соврал, и вскоре все выехали на поляну, на которой стоял неказистый, но большой дом. У крыльца их поджидал сам Март вместе с людьми Лишнея и парнем лет двадцати, который растительностью на лице напомнил Джоку хозяина постоялого двора Ласа Ферана.

   – Это Пер, – представил купец парня Джоку. – А это его сиятельство граф Лишней.

   – А где хозяйки? – спросил Джок.

   – Извините, ваше сиятельство, но они убежали, – ответил парень. – Кто вас знает, с чем вы приехали. Мы тут живем в особицу, а вас вон сколько!

   – Тогда я поговорю с тобой, – сказал Джок. – В дом пригласишь?

   – Почему не поговорить? – сказал Пер. – Проходите, ваше сиятельство, только извиняйте за беспорядок: не ждали мы гостей.

   В дом вошли втроем: сам хозяин, Джок и один из охранников. Никакого беспорядка граф не увидел и, не дожидаясь приглашения, сел на покрытую волчьей шкурой лавку.

   – Садись, Пер, – сказал он парню. – У нас с тобой будет важный разговор. Мать-то где?

   – Померла мать. В начале весны похоронили.

   – Дурка? И корни не помогли?

   – Она самая, ваше сиятельство. Как отец умер, так она и пристрастилась курить эту заразу. А с теми, кто начал, говорить бесполезно: конченные они люди. И никакие корешки не помогут, только растянут конец.

   – Зря вы продавали траву Жоресу, – с осуждением сказал Джок. – Вообще-то, это преступление. Не знаю, сколько он загубил человеческих жизней, но много. Я и его не повесил, и с тобой так разговариваю только из-за вашей полезности, иначе ваш дом уже горел бы, а вы весели на ближайших деревьях. Сестры из-за этого сбежали?

   – Виноваты, демон попутал! – понурился Пер.

   – Этого демона вы больше не увидите. И не надо так пугаться: никто его убивать не собирается. Я вашему купцу обещал жизнь и свободу, а свое слово всегда держу. Но здесь он больше не появится, а вы свою торговлю будете вести через меня. Я вам и заплачу гораздо больше него. Ни в чем не будете нуждаться без всякой дури. Вы можете, как прежде, жить здесь и выращивать для меня корень. И золота, и товаров будете иметь вдосталь. Я и сейчас вам много чего привез на трех лошадях. Но есть и другое предложение. Скажи, Пер, не надоело сидеть в лесу? Не хотите жить среди людей, иметь свой дом, семью, много денег? И у твоих сестер появились бы мужья, глядишь, еще будут нормальные дети, а не то убожество, которое вы народили совместными усилиями.

   – Я бы с радостью, ваше сиятельство! – вскочил с лавки парень, заставив напрячься телохранителя. – Мы здесь уже больше тридцати лет сидим, опостылело все!

   – Сколько же вам лет? – удивился Джок.

   – Точно не знаю. Когда пришли сюда, было лет семь, а сестрам малость поменьше. А здесь мы живем, как я вам уже сказал, три десятка лет с небольшим. А что выгляжу молодым, так то из-за корня. Мать стала давать по два корешка в год, как только я начал пачкать рубаху.

   – Слушайте, что я вам предлагаю, – сказал Джок. – Вы здесь живете еще год, а потом переселяетесь на побережье. Пиратов побили, так что жить там безопасно. Могу купить вам большой дом в одном из городов, могу для вас его построить в любой из деревень или на отшибе. Каждому из вас, помимо дома, дам по тысяче золотых и помогу перебраться со всем добром. А в этот год вы ни в чем не будете испытывать нужды. Теперь слушайте, что потребуется от вас. Вы должны вырастить весь корень, который посадили по просьбе Жореса, и передать секрет его выращивания тем, кто к вам приедет. Ну и сейчас я у вас куплю все, что есть на продажу. Заплачу по три золотых за корень, а товары отдам просто так.

   – Очень соблазнительно! – сказал Пер. – Я согласен, особенно если вы, помимо обещанного золота, и за остальной корень заплатите по той же цене. Только малость страшно! Если сестры выдадут секрет, что вам помешает зарыть нас на какой-нибудь поляне и вернуть свое золото?

   – Ничего не помешает, – кивнул Джок, – кроме порядочности. Я, Пер, очень богатый человек, и те пять или шесть тысяч золотых, которые придется на вас потратить, для меня деньги не слишком большие. И даю я вам их не просто так, а за товар, который принесет немалую прибыль. Я уже достаточно долго живу на свете, чтобы понять простую истину, что дела лучше вести честно. Поэтому, несмотря на то что я ведал сыском у трех герцогов, даже преступники всегда знали, что моему слову можно верить. Будь я мерзавцем, я бы с вами особенно не разговаривал. Взял бы с собой больше людей, окружил вашу поляну, а потом всех разделил и заставил разговориться. Поверь, вы бы сказали все, а я сравнил бы сказанное и вычистил ложь. Кстати, если бы не я, такая судьба вас и ожидала. Вашего купца уже пасли люди без чести и совести. В долю он их взять отказался, поэтому никто ни с ним, ни с вами церемониться не стал бы. Так что решайте. Обманывать я вас не собираюсь, а в покое вас теперь все равно не оставят. И защитить вас могу только я. А переселяться вам лучше подальше. Проболтается купец о вашем секрете, и что тогда?

   – Я согласен, ваше сиятельство!

   – Тогда сделаем так. Ты продаешь мне корни, и мы уезжаем. У вас в доме останутся двое моих людей. Так мне будет спокойней: они вас защитят и присмотрят, чтобы вы сдуру не пустились в бега. Чуть позже приедут те, кому твои сестры передадут все премудрости возни с оленьим корнем и охрана, которая будет стеречь уже не столько вас, сколько посадки. Вас они не стеснят. Пока тепло, поживут в палатках, а позже для них выстроим дом. Семена на посадку есть?

   – Семян много, ваше сиятельство. Каждый кустик с трех лет дает несколько семечек, сестры их всегда собирали.

   – Тогда с помощью моих людей подготовите места для посадки и все сажайте. Изгороди они тоже сделают.

   – Извините, ваше сиятельство, но сильно много посадить нельзя. Мы и с тем, что посажено, в свое время упарились. Каждый росток первое время нужно поливать мочой, а где ее столько возьмешь? Есть еще хитрости, но это одна из основных.

   – Вон оно что! – сказал Джок. – Ничего, если справились с той посадкой втроем, то и с этим справитесь: ссыкунов у вас теперь будет достаточно.

   – Я тебя ждал, – хмуро сказал Аленар Сергею, встретив их сразу по возвращении. – Извини, Альда, я его у тебя ненадолго заберу. Давайте, Серг, не будем никуда идти, сядем здесь, в большой гостиной.

   – Судя по вашему виду, у нас неприятности? – спросил Сергей. – Альда, иди в покои, я долго не задержусь. Садитесь, Аленар, не берите пример с меня, я в карете насиделся.

   – Неприятности и серьезные! – сказал Лантар, садясь в кресло. – Был гонец от Джордана. Караван, который мы отправили с вашим студентом за смолой, не вернулся. Когда прошли все сроки, генерал направил к горам два эскадрона кавалерии. Людей или повозки найти не удалось, нашли только следы их работы. Все болота в предгорьях до месторождения битума покрыты гатями, а недалеко от дороги в графство Роджей, в овраге валяется огромная куча смолы. Очевидно, людей или захватили, или перебили, повозки освободили от битума и угнали. Понятно, что это работа кого-то из местных, но все проделано очень чисто, да и дожди прошли, так что никаких следов они не обнаружили. Джордан направил на поиски дополнительные силы, а к вам и к королю послал гонцов. С провинцией Дорейн нужно что-то делать. Я, вообще-то, надеялся на Лазони, но, наверное, придется действовать самим. Налоги они платят, а люди из восточных графств даже служат в вашей армии, но пока провинция вам не принадлежит. Толку от того, что все графы принесли присягу, я не вижу.

   – А от короля ничего не было?

   – Только тот пакет, который пришел эстафетой за несколько дней до вашего отъезда в замок, но там только новости по договору с империей. Может, будет теперь. Лазони не мог не откликнуться на вашу просьбу, а раз молчит, значит, там все сложнее, чем я думал.

   – Плохо! – Сергей начал мерить шагами гостиную. – Все плохо! Если Сол погиб, я его смерти никому не прощу! У меня были большие планы по поводу Ортогарских гор. И дело не только в битуме. В Сакских горах нашли пока только уголь и олово. Спасибо Лазони за договор, теперь можно будет покупать в империи медь. Ее там много, и она дешева. А вот с железом плохо! Своего мало, и оно низкого качества. Во всех королевствах железо добывают именно в Ортогарских горах, а мы к ним имеем выход только через провинцию Дорейн. Я очень надеялся найти там железо. Если за все платить, никакого золота не хватит! Нужна показательная порка, а кого пороть, мы не знаем. Я очень надеюсь, что Джордан или король что-нибудь раскопают. Но в провинцию придется перебрасывать дополнительные силы. На сообщение Джордана Лазони должен отреагировать в любом случае. Думаю, на днях что-нибудь получим эстафетой, а пока прикажу Севоржу готовить к отправке корпус. Пять тысяч бойцов должно хватить. И отправим туда новые ракеты.

   – Это дело! – одобрил Лантар.

   – Вы знаете, Аленар, что я мягкий человек и стараюсь, где это возможно, решить дело миром, – сказал Сергей, – но в этом случае разговорами не обойдешься. Я не знаю, на что рассчитывает верхушка дворянства провинции, но на кого-то расчет есть. Они явно точат ножи и прекрасно понимают, что одни для меня противниками быть не могут. Стоило исчезнуть угрозе большой войны с империей или союзом, как заговорщики полезли из всех щелей, как тараканы! Плохо, что у нас король так слаб.

   – Сам виноват! – обвинил Лантар. – Спихиваешь на всех корону, вместо того чтобы носить ее самому! Королем должен быть самый сильный – это даже детям известно! А ты отдал корону человеку, который всю жизнь к ней стремился! Я не о Лазони говорю, а о Рошти. И отдал ты ему не власть, а только ее видимость. Будет он тебе за это благодарен? С Гертом тебе повезло: он не отравлен властью и никогда не стремился захватить ее больше, чем имел. Этим он отличается от других герцогов королевства.

   – И от вас?

   – Меня можно не рассматривать. Сейчас мне уже ничего не нужно, а лет тридцать назад я ничем от всех прочих не отличался. Так вот с Гертом тебе повезло, а с его сыном – не очень. Пока принц не выходит из воли отца, но Герт не вечен, а его сын очень честолюбив. И что будет лет через пять или десять? Ты, конечно, усилишься так, что сможешь отбиться от любого противника, если только не навалятся со всех сторон, но остаются еще такие вещи, как яд в бокале или удар кинжалом. Ты, мой друг, ничего не выиграл, избавившись от короны, ты, наоборот, проиграл! И если каким-то чудом ты не начнешь делить власть с Лазони при своей жизни, это сделают ваши дети. А без крови такие дележки не бывают. Не хочешь сам делать грязную работу и оставляешь ее в наследство детям? На тебя не похоже. Поэтому я тебя не понимаю! Был бы дурак, тогда понятно, так ведь нет! И жену себе подобрал под стать. Я недавно спросил Альду, хочет она стать королевой или нет. Так ее мой вопрос напугал! Знаешь, что она мне ответила?

   – И что? – с интересом спросил Сергей.

   – Ваше семейное слово "на фига"! До этого я его от нее не слышал. Пойми, Серг, был бы ты обычным, не обремененным властью человеком, тогда твое желание уклоняться от бремени правления было бы понятно. Мало кому дано править, хоть многие стремятся. А для тебя королевская власть это только естественное развитие герцогской!

   – Может быть, вы и правы, Аленар, – сказал Сергей, – но для чего вы мне сейчас вправляете мозги? Хотите, чтобы я забрал у Герта корону?

   – Нет, конечно. Просто хочу, чтобы ты от нее опять не начал отпихиваться, если откажется Лазони.

   – А почему он вдруг откажется? Из-за сына?

   – У Герта неудачно сложилась жизнь. Будучи совсем молодым, он влюбился в юную графиню и взял ее в жены вопреки воле отца. Отец оказался умней сына и знал, что делал: графиня была изрядной стервой. Сделавшись герцогиней, она лучше не стала, но он продолжал ее по-прежнему любить до самого конца. Что поделать: любовь слепа! Через год после смерти отца Герта умер отец его жены, и ее мать, бросив графство на управляющего, переселилась в герцогский замок. Теща оказалась еще хуже жены, а принц – это плод их совместного воспитания. Молодой человек умен, не устает демонстрировать свою любовь к отцу, но это червивый плод. Герт слишком умен, чтобы не разобраться в собственном отпрыске, но ничего уже поделать не может. Я ему как-то посоветовал жениться и обзавестись еще одним ребенком...

   – Я ему тоже советовал что-то в этом роде, – сказал Сергей. – Он сказал, что нет сил начинать все сначала.

   – Ему уже больше пятидесяти. Не знаю, как в твоем мире, а в нашем от мужчин его возраста дети бывают крайне редко. Ладно, иди отдыхать с дороги. Надеюсь, что я с тобой говорил не зря.

   В своей гостиной Сергей увидел Лани, которой жена показывала привезенные из замка зеркала и посуду из цветного стекла.

   – Что тебе сказал Аленар? – спросила Альда.

   – Здравствуй, сестренка! – сказал Сергей Лани. – Нравятся зеркала? Одно из них привезли тебе. Альда, ничего хорошего он мне не сказал. Был гонец от Джордана. Кто-то из графов Дорейна приложил руку к исчезновению каравана, с которым Сол ушел в горы за битумом. Больше пока ничего неизвестно.

   – И что будем делать? – спросила Лани, весь интерес которой к привезенным новинкам мигом улетучился.

   – Ждать известий от Джордана и короля и готовить армию.

   – Опять война! – горько сказала Альда. – И когда это только закончится! Мало им той крови, которую пришлось пролить!

   – Со времени войны с Мехалом они свою кровь не лили, – пожал плечами Сергей, – да и тогда под Дарком полегли в основном дружины дворян восточных графств. Сейчас это самая спокойная часть провинции. Вся мерзость идет из западных графств. Нам бы найти и наказать виновных, всем остальным был бы хороший урок. Простой демонстрации силы им, как оказалось, мало.

   – И у этих будешь спасать и устраивать семьи? – спросила Лани.

   – Виновников казним! – твердо сказал Сергей, – а остальных вывезем на побережье. Пусть там устраивают свою жизнь, как хотят! Причем это только в том случае, если сдадутся. Но я на сдачу не рассчитываю. Скорее всего, замки придется жечь.

   – Сам пойдешь? – спросила Альда.

   – Еще не знаю, – ответил Сергей. – Посмотрим на то, что нам пришлют. Но тебя не возьму, даже не надейся. В любом случае этот поход длительным не будет, да и сильно опасным тоже. Не для того мы столько сил вкладываем в артиллерию, чтобы штурмовать стены графских замков. Я и Парману так же сказал. Или жечь все в замках, или взрывать стены.

   – Его величество у себя? – спросил королевского секретаря барон Дарт. – Сообщите ему о моем прибытии.

   – Его величество вас ждет! – сообщил вернувшийся из кабинета секретарь. – Этот молодой человек идет с вами?

   – Пока нет, – сказал барон. – Пусть ждет здесь. Если король захочет его видеть, я за ним выйду.

   – С чем пришел, Эмил? – спросил Лазони. – Опять неприятности?

   – Хуже, – ответил барон. – Заговор. И ваш сын в числе заговорщиков. Один из них польстился на деньги, да и струсил. Он назвал несколько имен, и я сразу же произвел аресты. Часть арестованных молчит, остальных удалось разговорить без применения крайних мер. Естественно, что их всех допрашивали порознь, а потом сравнивали показания. В общем-то, все совпадает, расхождения только в деталях. Извините, ваше величество, но во главе заговора стоит ваш сын. Точнее, это он так думает, на самом деле ниточки тянутся и в Дюже, и в Сотхем, и в провинцию Дорейн. Вроде бы даже Бенитар отметился, но его пока зацепить не удалось. Прямо о его участии никто не заявил. Правда, и допросили пока не всех.

   – И какие планы были у заговорщиков?

   – Вас с Аликсаном должны были убить. Вслед за этим настала бы очередь Мехала и его сына. После принц дает приказ блокировать тракты и захватить обе провинции Лантаров. Если домен Аликсана после его смерти не развалится, а его окружение поддержит герцогиню, они будут вынуждены драться против всего Сандора. У них всего три провинции, да и то Парнада еще не восстановлена полностью, и население в ней малочисленное, а в провинции Барнем, как они думают, Аликсан еще толком не утвердился. И принц Камил пока не коронован, так что ждать помощи от Барни...

   – А нынешнюю армию Аликсана в расчет не принимают?

   – Дело в том, что большинство заговорщиков не в курсе того, что собой представляет его армия и его окружение. По их мнению, достаточно уничтожить самого герцога, чтобы уничтожить или резко ослабить армию. Присягу приносили герцогу, а наследника у него нет. Его смерть должна привести к смене правления. Еще пару лет назад так бы и вышло. Кроме того, и вы, и Бенитар сильно увеличили свои армии, и вместе они уже мало проигрывают по численности армии Аликсана.

   – Понятно! – сказал Лазони. – Зря я не взял сына в то сражение, когда ломали хребет легионам! Может быть, тогда этого заговора не было. Я могу понять герцогов Сотхема. Они разделаются с правящей династией, но войска через границу не поведут. А нам после драки долго будет не до них, чем бы у нас все ни закончилось. Но остальные! В Барни дворяне берут в руки оружие только для того, чтобы выяснить отношения друг с другом. В Дорейне заговорщики из западных графств?

   – Из Дорейна взяли троих. Да, все трое с запада.

   – Они тоже фактически не воевали и не видели в деле армию Аликсана. Бенитар, кстати, тоже не видел. Вся его старая армия полегла в последнем сражении, и его с ней не было. Получается, не заговор, а чушь, заведомо обреченная на провал. Но крови при любом исходе дела прольется море, и королевство ослабеет еще больше. А если еще погибнет Аликсан... Я не верю, что за всем этим нет никого со стороны, и Барни с Сотхемом на эту роль подходят слабо. А империи наше ослабление сейчас невыгодно.

   – Думаете, работа союза?

   – Я не знаю, что думать. Выгоднее всего этот заговор именно союзу, вот только таких возможностей вмешиваться в наши дела у них пока нет. Или уже есть?

   – По моим сведениям, нет. Хотя, если действовали через кого-нибудь в империи, могли передать заговорщикам золото через купцов, а убийц запустили, как прикрытие. Получится – хорошо, нет – тоже неплохо, по крайней мере, отвлекут наши службы безопасности на себя.

   – И что мне теперь делать с принцем? Что молчишь? Арестуй его и держи в его комнатах. Поставьте решетки на окна и усильте караул. И не гвардейцев в него ставь, а своих людей. А к остальным заговорщикам разрешаю применять крайние меры. Действуй! А завтра я ознакомлюсь с тем, что вы из них вытянете, тогда и будем решать, как действовать.

Глава 3

   – Милорд, только что прибыла эстафета! – сообщил Рашт. – Доставили пакет от короля. Вот он.

   Сергей выхватил послание из рук секретаря, надорвал конверт, вынул письмо Лазони и быстро пробежал глазами текст. После этого разрешил Рашту удалиться и стал читать более внимательно. В письме было следующее:

   "Серг! Вы предложили мне свою дружбу и корону королевства. За предложение дружбы я вам благодарен, а за корону вы от меня благодарности не дождетесь. Ваше желание бежать от ответственности разрушило то подобие семьи, которое у меня было. Ваша корона отняла у меня сына. Я далек от мысли во всем упрекать вас, моя вина тоже велика, но в своем прежнем качестве Ольд вряд ли пошел бы против моей воли. Положение принца и наследника короны вскружило ему голову, а ваши многочисленные недоброжелатели сделали все, чтобы сын забыл честь и долг и поднял руку на отца. В королевстве сложился заговор, который направляли из-за границ все те, кому мешаете вы и наша растущая сила. Следы ведут в Сотхем и Дюже, но я не исключаю того, что деньги заговорщикам шли и из союза королевств через империю. Я не стану в этом письме расписывать все подробности. Пока вам достаточно знать, что в заговоре принимали участие все пять графств на западе Дорейна. Кто из них захватил и уничтожил ваших людей, я выяснить не смог. Мы схватили троих заговорщиков из этих графств, но они две декады не были дома и не в курсе последних событий. Сейчас я чищу свои провинции, а Дорейном занимайтесь сами. Если будет нужна помощь, окажу. Есть подозрение, что к заговору причастен Бенитар, но доказательства этого отсутствуют. Все заговорщики уверены, в его поддержке, но в чем причина этой уверенности, мы пока выяснить не смогли. Так что будьте с ним осторожны. Есть еще много вопросов, которые я хотел бы с вами обсудить, но не могу их доверить письму. Было бы желательно, если бы вы навестили меня в самое ближайшее время. Герт Лазони".

   – Готовься надеть на себя корону, – сказал Сергею Лантар, после того как прочитал письмо. – Я не знаю, что сделает с сыном Лазони, но королем ему не быть. Не хотел бы я сейчас оказаться на месте Герта. В юности мы живем для себя, а потом основной целью у большинства становятся дети. Видел, во что превратилась Ольда, когда вернулась из Дюже? А ведь бывшая королева еще не старая женщина. При желании она вполне могла бы еще найти себе мужчину, а то и родить ребенка, только вот из всех желаний у нее осталось только одно: вернуться в бывший королевский дворец и там умереть. Сейчас она выглядит на двадцать лет старше своего возраста, дни напролет просиживает в зимнем саду и вряд ли долго протянет. А всему виной дети. Аделлу убили, а Андре сделал все, чтобы умереть для нее задолго до того, как его зарезали в империи. И жизнь для нее кончилась. У Герта сейчас сходная ситуация. Конечно, он мужчина и человек долга и не махнет на все рукой, но править за тебя королевством он не будет. И спихивать корону тебе больше не на кого. Ты пойдешь с войсками?

   – Очень не хочется идти, но придется, – ответил Сергей. – Пряча голову в песок, от проблем не уйдешь. С Лазони все равно придется говорить, да и решать судьбу западных графств Дорейна...

   – Почему в песок? – не понял герцог.

   – Не обращайте внимания, это оборот речи из моего мира, связанный с одной птицей, которая в случае опасности якобы прячет голову в песок. Войска готовы, поэтому завтра с утра выйдем.

   – Я еду с тобой. Сейчас лето, так что обузой не буду. Может быть, подскажу что полезное.

   После Лантара Сергей пошел в свои покои.

   – Отложи книгу и почитай это, – сказал он жене, которая лежала на диване в гостиной с одной из книжек Лани в руках.

   – Бедный, Герт! – сказала Альда, прочитав письмо. – И чем это нам грозит?

   – Аленар считает, что короной. Боюсь, что он прав.

   – А мне придется стать королевой?

   – Ну, если ты меня не бросишь... А почему в твоем голосе не радость, а печаль?

   – Я даже в нынешнем статусе растеряла почти всех подруг, а если стану королевой, их не будет совсем. Я ведь воспитывалась, как большинство провинциальных дворянок, и до десяти лет босиком моталась с деревенской детворой. Королева стоит выше других женщин, и нормальных человеческих отношений с окружающими у нее не бывает. Когда принцесс или герцогинь к такому готовят с детства – это одно, а когда вот так, как у меня... Нормально общаться я смогу только с тобой и детьми, когда они будут. Боюсь, даже Кариши, которые принимают меня как родную, не смогут больше так относиться, а это больно... И потом у нас короли всегда имели самый большой двор, которому приходилось уделять много внимания. И еще одно. Чем выше забирается человек, тем больше находится желающих занять его место. Чем закончили отец Андре и он сам? А судьба королей Барни? А Мехал с сыном до сих пор живы только потому, что их поддерживаешь ты. Чему радоваться?

   – Ты хоть была баронессой, пусть и провинциальной, а я вообще... Все до сих пор удивляются, почему я добывал корону для других, вместо того чтобы надеть ее самому, а мне самому это трудно объяснить. Но сейчас, если Лазони будет настаивать, придется короноваться. С одной стороны, это поможет быстрее воплотить в жизнь мои планы, но, с другой, сколько всего навалится в дополнение к тому, что есть сейчас! А я еще со своим герцогством и половины не сделал из того, что хотел. Все время и силы уходили на армию и войны. Ладно, все это пока только предположения, посмотрим, что скажет Герт.

   В этот день Сергей написал и отправил эстафетой письмо королю, а на следующий выехал из Ордага в Дальнею. Ехать решил в карете вместе с герцогом Лантаром. С собой взяли полсотни гвардейцев охраны, а армейский корпус, который численно увеличили вдвое, двинулся по тракту под командованием Севоржа. Весна еще не закончилась, но было уже по-летнему жарко. Свободных мест на постоялых дворах на всех не хватало, поэтому в них все питались, а ночевали только герцоги со своими телохранителями. Гвардейцы останавливались неподалеку, даже не ставя палаток. Чтобы не терять время, в столицу Лантаров не заезжали и к вечеру шестого дня пути въехали в городские ворота Дальнеи. Лазони принял их сразу же, как только приехали.

   – Это хорошо, что вы тоже приехали, Аленар, – сказал он Лантару. – Надеюсь, вы мне поможете. Как добрались?

   – Нормально добрались, – ответил старый герцог, с облегчением устраиваясь в кресле. – Всю дорогу на мягких подушках, а все равно устал. Вовремя я передал сыну свой домен.

   – Завидую, – сказал Лазони. – Не вашей немощи, конечно, а тому что вам есть кому все передать. У меня такой возможности больше нет. В связи с этим я хочу сложить с себя корону и вернуть ее вам, Серг! Нет у меня больше ни сил, ни желания изображать из себя короля. И провинцию Ингар вы у меня возьмете. И не спорьте! Для чего вы мне ее отдали, когда убрали Эрика? Хотели укрепить королевскую власть? Вот и забирайте ее обратно, мне и двух других хватит! А умру – все останется вам!

   – А сын? – спросил Сергей. – Что с ним решили?

   – А ничего не решил! Не поднимается у меня на него рука, но и оставить его наследником я не могу! Не сможет он смириться и простить, поэтому и сам плохо кончит, и вам может принести много горя. Сына я вам отдаю вместе с короной и провинцией. Наказывайте его своей властью! Сейчас он сидит под арестом в своих комнатах и будет там сидеть, пока вы не вернетесь из Дорейна. Когда должна подойти ваша армия?

   – Через пару дней, – ответил Сергей. – Мы сильно не спешили. Приехали чуть раньше, чтобы узнать, что тут у вас случилось.

   – Вот и узнавайте. Сегодня отдохнете, а завтра вам принесут все допросные листы, а все неясности объяснит барон Дарт. Помощь войсками нужна?

   – Нет, спасибо, нам хватит своих, – отказался Сергей. – Герт, может быть...

   – Не может! – отрезал Лазони. – Когда король-основатель и его герцоги создали это королевство, все казалось разумным, и королевскую власть никто не оспаривал. Прошли века, и во что все превратилось? Получив провинцию Ингар, вы усилитесь настолько, что в королевстве никто и пикнуть не посмеет! Вы сразу получаете общую границу и с моими владениями, и с провинцией Бенитара и полный контроль над побережьем. Корона, Серг, это только символ! Вы и так фактический правитель королевства, а она вам только поможет в ваших планах. И я помогу, сколько хватит сил. Государства за проливом проснулись от спячки, и первое, что они сделали, это пустили нам кровь! Мы начали налаживать отношения с империей только потому, что вы им показали свою силу!

   – Хватит, Герт, – сказал Лантар. – Серг уже все понял. Ему просто перед вами неудобно.

   – Давайте ко всему этому вернемся после похода в провинцию Дорейн, – сказал Сергей. – Если не хотите быть королем, я отказываться не стану.

   – Счастливый вы человек, Серг! – сказал Лазони. – У вас есть замечательная жена и скоро будет ребенок. Из вас получится очень хороший король. Только ради всех богов никогда не отстраняйтесь от воспитания своих детей!

   Сегодня муж уехал в королевский дворец для принятия окончательного решения по договору и вскоре вернулся непривычно растерянный.

   – Что случилось, Север? – спросила Лиара. – Почему так рано?

   – Лазони мне сообщил, что уже фактически не является королем, – сказал муж. – Корона будет у Аликсана. Они открыли заговор, и сейчас идут аресты. Лазони и своего сына арестовал. Он якобы стоял во главе заговорщиков.

   – А где будет столица? – растерялась Лиара. – Если не в Дальнее, то что нам делать? На другой дом нам не хватит золота! И мы здесь так хорошо устроились. А потом эта Альда...

   – Эта провинция останется у Лазони, – сказал Север, – поэтому у Аликсана будет другая столица. Где, я пока сказать не могу. Аликсан сейчас у Лазони, но скоро подойдет его армия, и он с ней отправится расправляться с заговорщиками. Потом коронуется и будет решать остальные вопросы. А насчет Альды ты волнуешься зря. Я люблю только тебя, а она теперь будет королевой. И говорят, что она уже носит под сердцем ребенка.

   – Счастливая! – с завистью сказала девушка. – Я говорю не о короне, а о ребенке. А что с договором?

   – Оставил Аликсану. Если у него не будет возражений, то подпишут и Аликсан, и Лазони. Тогда можно будет отправлять наш экземпляр в канцелярию императора. Заодно можно будет потребовать денег на новое представительство. А этот особняк попросим продать. Лазони не откажет в помощи.

   – А убийц не нашли?

   – Могла бы и не спрашивать. Если бы их поймали, я бы сразу сказал.

   – Надоело сидеть дома! – пожаловалась мужу Лиара. – Ты хоть ездишь во дворец, а мне остаются только дом и парк. Охрана даже выглянуть на улицу не разрешает! Ты говорил о гостях, а за все время, что мы здесь живем, никого, кроме королевского канцлера, не было.

   – Я хотел поговорить с королем на эту тему, – сказал Север. – Но ему сейчас не до нас. Потерпи еще немного. Что там за шум? Извини, я выйду узнать, в чем дело.