Текст книги "Выброшенный в другой мир. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Геннадий Ищенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 63 (всего у книги 111 страниц)

   – Я понял! – поспешно сказал канцлер. – Ударим одновременно с империей?

   – Так будет лучше всего. Нам, как и императору, нужно время на подготовку. Наш флот мало приспособлен для высадки десанта, да и лошадей нужно перевозить, поэтому надо построить суда, способные плавать по мелководью, чтобы с их помощью можно было быстро перебросить армию и машины. Что нам известно о противнике?

   – Ничего, кроме названия и примерной численности населения. Мы дикарями вообще не занимались, никто даже не знает их языка. Разве что поговорить с молодым графом Годером...

   – А что может знать Годер?

   – Пару лет назад на наш берег, во владениях Годеров, штормом выбросило корабль с чужаками. Согласно закону их всех тут же убили. Всех, кроме одной девушки, которую оказавшийся там молодой граф убивать запретил. По слухам, она из знатной семьи и очень красива. Теперь она живет в их замке и вынашивает ребенка. Язык давно выучила, так что говорить сможет.

   – А Годеру, значит, закон не писан, – усмехнулся король. – Ну и ладно, от одной девицы большого вреда не будет, может, даже получим пользу. Пусть кто-нибудь съездит к Годерам и выяснит все, что нам может быть полезным. И еще нужно собрать королей. Займись этим сам.

   – Если не изменится ветер, завтра должны быть на месте, – сказал Спур Антонис стоявшему у самого борта Гелу Догерту. – Вы сразу найдете жильё в городе или некоторое время поживете у нас?

   Гел нравился купцу, хоть и вызывал инстинктивное опасение. Сам очень сильный от природы, Спур уважал силу в других, а в этом парне ее было с избытком. И умом его боги не обидели, в отличие от многих других здоровяков, в чем он мог убедиться, беседуя с Гелом о Сандоре. Остальные просто запоминали то, что он говорил, а Гел часто задавал уточняющие вопросы, касающиеся действительно важных вещей, о которых купец просто забыл упомянуть.

   – Остальные, наверное, останутся на несколько дней, – ответил Гел. – Заодно помогут вам с выгрузкой товаров, а я сразу уйду, если только приплывем не слишком поздно.

   Антинис потоптался по палубе и ушел в душную каюту, а Гел еще долго стоял у борта, слушая плеск волн и вдыхая свежий морской воздух. Несмотря на свою богатую самыми разными приключениями жизнь, в плавании он был впервые. Стемнело, и небо усыпали яркие звезды. Луны не было, поэтому можно было видеть слабое свечение воды, более яркое за кормой в расходящейся после корабля полосе следа.

   В душе лучший оперативник стола внешней разведки был романтиком. Еще мальчишкой, переделав все дела на отцовой ферме, он бежал на ближайший холм и, забравшись на его вершину, лежал, наблюдая за бегущими по небу облаками. Летом у них был самый причудливый вид, который они постепенно меняли, проплывая над наблюдавшим за ними мальчишкой. А потом случился набег, а имперский патруль то ли его пропустил, то ли сам попал в засаду. Одним словом, скотоводов не успели предупредить, и чудом уцелевший Гел остался один на один с миром, без крова, без семьи и даже без медяка в кармане. Мальчишку подобрали легионеры, которые отвели его в ближайшую крепость. Там он и прожил следующие несколько лет, сначала помогая поварам, а позже прибившись к третьей центурии пятого легиона. Здесь за него всерьез взялся центурион, который годом раньше потерял от болезни собственного сына и вознамерился усыновить сильного и смышленого мальчишку. За проведенный в центурии год Гел сильно подрос, раздался в плечах и неплохо научился владеть мечом и копьем, обучившись и другим солдатским премудростям. А потом был очередной набег, в котором центурия потеряла своего сотника. В тот раз Гела с собой не взяли, а когда вернулись, отводивший взгляд десятник молча отдал ему меч его несостоявшегося отца. Потрепанную центурию убрали из Мирии, а потом вообще перевели в самую северную, граничащую с лесами провинцию – Гальнию. Здесь такой напасти, как кочевники, не было, была другая. Из простиравшихся на многие сотни миль лесов на пограничные поселки империи время от времени делали набеги многочисленные племена лесных жителей. Хорошо еще, что почти все они враждовали между собой, поэтому нападавших, как правило, было немного. Главным было вовремя обнаружить лесовиков, тогда отбиться было нетрудно. Здесь Гел научился без промаха стрелять из лука и метать все, что могло лететь и втыкаться. Кроме того, один из легионеров, которому парень чем-то понравился, взялся его учить бою без оружия. Когда-то очень давно это вид боевого искусства был широко известен, но потом, как и многое другое, был почти повсеместно забыт. Так бы Гел и остался в центурии, если бы не приехавший с проверкой квестор. Проверка показала, что околачивающийся в казармах молодой парень не значится в списках пятого легиона. Центуриона на месте не оказалось, и чем-то недовольный проверяльщик выгнал парня из лагеря. Гел плюнул и ушел в ближайший город начинать новую жизнь с мечом на поясе и кошельком серебра, который ему в складчину собрали легионеры. Кем он только потом ни был, и чем только ни занимался. Довелось обучиться и грамоте. Перед тем, как его забрали в разведку, Гел служил десятником стражи во втором по величине городе империи и отличился тем, что навлек на себя гнев главарей гильдии убийц, умудрившись при этом больше полугода оставаться в живых, в отличие от десятка гильдийцев, которых посылали по его душу. Всех их закопали за городской стеной в месте, где хоронили всякий сброд.

   Поначалу Гелу в разведке было скучно, но потом он пристрастился к чтению и по полдня не вылезал из столичной библиотеки. Отличавшийся изумительной памятью парень без труда выучил и основной язык союза королевств, и язык, на котором говорили в королевствах за проливом. За выполнение нового задания он взялся с радостью. В столице, конечно, море удовольствий, но такое долгое сидение на месте претило его деятельной натуре.

   Им повезло: ветер не утих и не поменял направления, и вскоре после рассвета показался берег, а еще через пару часов они вошли в огромную бухту, в которой находился Гонжон. Еще пару часов заняли маневры в бухте, причаливание и объяснения с портовой стражей, после чего команда вместе с агентами занялась переносом груза в расположенную в трех сотнях шагов факторию. Гел в этом участия не принимал, а сразу же после таможенных формальностей, прихватив свои немудреные пожитки, отправился в город. Немного побродив по его улицам, он зашел в один из трактиров поприличнее. Здесь он с удовольствием пообедал, после чего подошел к хозяину заведения.

   – Любезней хозяин, вы не откажитесь дать совет? – спросил он у сидевшего за конторкой толстяка с обманчиво добродушной физиономией. – Я в этом городе человек новый и совсем его не знаю. Где здесь можно купить приличного коня, причем так чтобы после такой покупки не ездить на нем голым?

   – Можете купить у меня! – с готовностью сказал толстяк. – В моей конюшне есть один на продажу. Пять золотых, и он ваш, причем вместе со сбруей. Нипочем бы так дешево не отдал, если бы он мне самому не достался даром.

   – И что же нужно сделать, чтобы даром получить коня? – задал вопрос Гел, видя, что трактирщику хочется поговорить.

   – Вам для этого нужно стать трактирщиком! – засмеялся тот. – В моем трактире бывают самые разные люди. Постоянно случается не одно, так другое. Вот и хозяин этого коня малость перебрал и поссорился с кем-то из наемников. Слово за слово, и они схватились за мечи, но разбираться, на мое счастье, пошли на площадь. Хозяину коня в тот вечер не повезло, а его родичи здесь не объявились.

   – Если конь мне понравится, за такую цену возьму, – согласился Гел. – Подскажите еще, как отсюда проще всего добраться до Ордага? Хочу завербоваться в армию герцога Аликсана.

   – Хорошее дело! – одобрил трактирщик. – Только я бы вам не советовал пускаться в дорогу одному. Ехать нужно морским трактом, который начинается от южных ворот города. Летом весь путь до столицы Аликсана займет у вас дней восемь. Большая часть пути совершенно безопасна, но есть еще места, где рискованно путешествовать в одиночку. Поезжайте к южным воротам и зайдите на постоялый двор "Сотник". В нем останавливаются одиночки вроде вас, которые поджидают подходящих попутчиков. Если повезет, вам даже там останавливаться не придется. Так вы идете смотреть коня?

   Конь Гелу понравился, и он сразу же за него расплатился, закрепил свои дорожные сумки и, справившись напоследок, как проехать к южным воротам, покинул трактир. Пробираться из одного конца Гонжона в другой пришлось не меньше часа, а потом он еще потратил время на поиски нужного постоялого двора. На вопрос его владельцу, есть ли кто желающий выехать трактом, тот смерил Гела оценивающим взглядом и заявил, что попутчиков нет, есть попутчица.

   – Только ты, мил человек, если есть какие мысли, лучше их оставь, – сказал он парню, прежде чем тот успел отказаться. – Это бывшая наемница, которая, не поморщившись, отрежет тебе все, что ей покажется лишним.

   Такая характеристика Гела заинтересовала, поэтому он выказал желание взглянуть на наемницу. Хозяин поманил рукой слугу и отправил его наверх за постоялицей.

   – Кто едет в Ордаг? – прозвучал приятный женский голос.

   Гел поднял глаза и увидел спускающуюся по лестнице женщину лет двадцати пяти, невысокую и стройную с приятным лицом и короткой стрижкой.

   – Я собираюсь, госпожа! – сказал он.

   – Странный у вас акцент, – сказала она, с интересом глядя на парня. – С чем едете в столицу? Или это секрет?

   – Хочу поступить в армию герцога, – ответил он, проигнорировав ее слова по поводу акцента, – и ждать других попутчиков мне не с руки. Если согласны, можем поехать вдвоем, меня вы можете не опасаться.

   – Хозяин, я съезжаю! – сказала женщина, подходя к Гелу. – Пусть приготовят моего коня и заберут вещи. – Меня зовут Лади.

   – Гел, – представился парень. – Так удобно носить? – кивнул он на мечи, которые у Лади были закреплены на спине.

   – Если короткие клинки, то удобно, – ответила она. – В ногах не путаются и руки остаются свободными. Забирай своего коня и поедем. Если выедем сейчас, до ночи успеем доехать до ближайшего города, а поужинаем в придорожном трактире, будет один в удобном месте. Я по этому тракту уже раз десять ездила и одна, и с друзьями.

   – Сандек! – сказал Сергей. – По-имперски ужин будет сандек.

   – Неправильно! – возразила Альда. – Сколько раз можно повторять? Санэк, а не сандек. Сандек это не ужин, а мужское седло.

   – Тяжелый язык этот имперский! – вздохнул Сергей.

   – Да уж не тяжелее твоего русского, – ответила жена. – Я вся измучилась, пока его более или менее выучила!

   – Зато теперь мы с тобой можем говорить на любые темы, и никто ничего не поймет.

   – Я пойму! – встряла в разговор Лани, оторвавшись от книги, которую она читала на кушетке в гостиной брата.

   – Молчала бы лучше! – засмеялся Сергей. – Поймет она! Хорошо, если ты запомнила три сотни слов, на большее терпения не хватило.

   – Не три, а четыре!

   – Ты нам мешаешь заниматься, – сказал брат, – да и мы тебе мешаем читать. Тебе одной скучно?

   – Меня из гостиной выжил Алекс со своей дамой сердца! Они там готовят уроки, а я мешаю. Вот надо им было брать учителя?

   – А почему не у себя?

   – У Алекса в комнате маленький стол, – пояснила Лани. – Одному за нем сидеть нормально, а вот двоим – уже нет. А поскольку они все делают только на пару...

   – Ладно, на сегодня хватит, – сказал Сергей. – Песок в часах закончился. А стол ему завтра заменим. И учти, что к осени и у тебя будут учителя. Хватит уже бездельничать, и так больше года читаешь одни книжки! Да еще было бы что полезное, а то одна ерунда! Мне перед Ивом будет стыдно за такую невесту для его сына.

   – У меня полно других достоинств! – возразила сестра. – Перечислить?

   – Как-нибудь в другой раз. Послушай, Лани, мы завтра уезжаем в замок и будем отсутствовать пару дней, а Газлы еще не вернулись из своего баронства. К тебе будет просьба присмотреть за молодежью, чтобы они здесь дворец не сожгли и не растащили по кирпичику. Возьмешься?

   – А что мне за это будет?

   – Посмотри на нее! – обратился Сергей к жене, кивая на Лани. – Ей только тринадцать, а уже научилась шантажировать родственников. А что из нее вырастет лет через пять?

   – Ладно! – проворчала Лани. – Шуток не понимаешь. Поезжайте спокойно, присмотрю я за братом и его невестой. Только на два дня!

   – Поедем верхом или в карете? – обратился Сергей к жене.

   – Конечно, в карете! – ответила Альда. – По ровной дороге, да еще с этими твоими... рессорами, в ней ездить одно удовольствие. И не трясет, и пыли столько не наглотаешься. А лошадей пусть охрана возьмет в повод, а то мало ли что. И к Каришам, если получится, можно будет съездить верхом на своих лошадях. А то дали мне в прошлый раз кусачую кобылу!

   – Командир наших кавалеристов потом клялся и божился, что та кобыла, кроме тебя, никого ни разу не укусила, – засмеялся Сергей. – Наверное, это я ей сильно понравился, а ты полезла целоваться, вот она и ревновала!

   – Это еще вопрос, кто к кому полез!

   – Слушайте, будьте людьми! – рассердилась Лани, бросая книгу на кушетку. – В парке тепло, шли бы вы туда? Мешаете ведь!

   – Все, уже ухожу! – поднял руки Сергей. – Ко мне сейчас должен подойти Севорж, так что я вас на время покину.

   Он вышел в коридор и пошел по направлению к своему кабинету, но на полпути столкнулся с идущим навстречу генералом.

   – А я узнал у Рашта, что тебя еще не было, и решил подойти сам, – сказал Ланс. – Обдумал значки?

   – Я решил сильно не мудрить, – ответил Сергей. – У нас в армии у офицеров были погоны на плечах, чтобы сразу было видно звание. Мы сделаем так же, но вместо погон у лейтенанта на плече будет одна нашивка, у майора – две, а у полковника – три. А у генералов вместо полосок будет одна вот такая звезда. Держи рисунок, отдашь швеям. Знамена полкам придумаете сами. Эмблемы в виде зверей и птиц лучше оставить, а для красоты вышить еще мой герб.

   – Может быть, все же увеличим размер пехотного полка и уменьшим их количество? – предложил Ланс.

   – Думаю, не стоит, – не согласился Сергей. – И так уже увеличили до тысячи человек. Тысяча в пехоте и пятьсот в кавалерии. Сейчас у нас двадцать один пехотный полк и шесть кавалерийских. Отдельно будем формировать артиллерию из расчетов баллист, обозников и их охраны. Плюс еще два батальона: инженерный и снабжения. Медики и стрелки распределены по всем полкам. Фактически мы с тобой уже создали армию. Закончим с артиллерией и вспомогательными подразделениями и наберем еще по полку кавалерии и пехоты. И это все, больше нам не потянуть!

   – А казачьи деревни?

   – Пять деревень мы заложили, позже построим еще столько же. Но это все-таки не регулярная армия. Дадут тысячу всадников для вспомогательных целей – уже будет прекрасно. Но к следующему лету вряд ли все успеют подготовиться, хорошо если будет половина.

   – Мне с вами завтра на испытания ехать?

   – А как у тебя со временем?

   – Если честно, не очень.

   – Тогда не нужно. Это еще только первые пробы. Посмотрю, что они там наварили, опробуем баллисту, а потом уже решу, запускать все в производство или пока еще рано.

Глава 5

   Когда Лаций обратился за помощью в службу охраны империи, ему посоветовали взять в дело разорившегося купца Альта Морфа.

   – Благодарю! – выдавил из себя улыбку консул. – Я все-таки рассчитывал вести дело с прибылью, чтобы увеличить возможности стола.

   – Зря вы так отреагировали, – усмехнулся его собеседник. – Люди разоряются по самым разным причинам, и далеко не всегда в этом есть их вина. Наш купец как раз из таких. Он долго вел свое дело очень успешно, но потом наступила полоса невезения. По невыясненной причине пропал его битком набитый товарами корабль, через месяц попал в шторм и затонул его второй корабль, везший выручку за весь сезон, а вскоре заболела и умерла жена, с которой купец прожил двадцать лет душа в душу. Такое и стойкого человека может сломить. Поначалу он впал в отчаяние, но вскоре опомнился и взялся спасать все, что еще было возможно. Из первой гильдии он съехал в третью, а потом и вовсе бросил торговлю. Все свое дело продал, чтобы обеспечить приданым единственную дочь. Сам теперь очень скромно живет на остатки сбережений.

   – Это другое дело! – повеселел Лаций. – Спасибо вам за помощь. Как мне его найти?

   Альт Морф оказался еще не старым мужчиной. Он внимательно выслушал Лация и согласился взяться за дело с условием удержания в свою пользу четверти всех доходов. Консул подумал и согласился. Как очень скоро выяснилось, он не прогадал. Альт оказался очень знающим и деятельным купцом. Получив в свое распоряжение крупную сумму, он уже через пять дней отправил в Сандор взятый в аренду корабль с товарами и нанятым приказчиком, а завтра такой же корабль должен был отчалить из порта Лузанны и взять курс на Сотхем. В самой Лузанне был куплен небольшой дом, в котором Морф оборудовал свою контору.

   – Послушайте, Север! – сказал Лаций квестору. – У меня родилась идея. Почему бы вам самому не сплавать в Сотхем? Сядете завтра на наш корабль и через несколько дней будете в фактории. А дальше действуйте по обстоятельствам: или отправьте связным одного из наших агентов, или съездите в столицу сами. Если правда то, что Мехал настроен к нам дружески, никакой опасности в такой поездке нет, а узнать можно много. Все равно пока здесь особенно нечего делать, а я постараюсь через пару декад отправить за вами корабль.

   – Вообще-то, отец запретил покидать материк, – ответил Север, – но меня передали в ваше подчинение, поэтому, если я получу приказ, выполню его с удовольствием. Язык я выучил неплохо, так что не вижу проблем.

   – Считайте, что вы его уже получили! – обрадовал его Лаций. – Только постарайтесь никуда не влезть, чтобы мне потом не разбираться с вашим отцом и не посылать за вами людей. Оружием-то хорошо владеете?

   – И оружием, и всем тем, что можно использовать вместо него, – заверил консула Север. – Не беспокойтесь, ничего со мной не случится. Вы, главное, вовремя пришлите корабль, чтобы я там не застрял до осени.

   Опасения Гела, что женщина будет задержкой в пути, не оправдались. Ее кобыла оказалась еще резвее его жеребца, и все время пути Лади скакала впереди, а Гел держался сзади и чуть в стороне, чтобы не наглотаться пыли. Передвигались легким галопом, временами переходя на шаг, чтобы дать возможность лошадям отдохнуть. Уже к вечеру остановились поужинать в придорожном трактире. Трактирщик сделал пристройку для ночлега путников, и даже сам предложил им одну комнату на двоих, но Лади отказалась.

   – Нам нет смысла у него ночевать, – объяснила она спутнику. – Мы успеем добраться до города до того, как стража закроет на ночь ворота, выспимся и утром продолжим путь. А если здесь ночевать, завтра мы с тобой должны будем или полдня потерять в городе, или ночевать в поле, потому что после Золема очень долго не будет жилья. Дальше с этим уже легче. Советую тебе не ковыряться в мясе, а плотно поесть. Больше сегодня есть не придется.

   – А что так? – спросил он. – Разве запоздавших постояльцев не кормят?

   – Кормят, – кивнула она. – Но мы вселимся очень поздно, а кормить будут мясом. Не знаю, как ты, но я мясо на ночь не ем.

   Все вышло так, как говорила наемница. После ужина они продолжили скачку, все чаще пуская уставших лошадей шагом, и, когда начало смеркаться, увидели впереди стены и башни Золема. К городским воротам подъехали незадолго до того, как их уже собрались запирать. Заплатив за въезд, они поспешили добраться до постоялого двора, пока совсем не стемнело.

   – Вам одну комнату на двоих? – спросил хозяин, недовольный таким поздним вселением.

   – Не храпишь? – спросила Лади спутника и, получив подтверждение, сказала хозяину: – Можно одну, если у вас в ней две кровати.

   Когда хозяин ушел, и они остались в комнате одни, Лади закрыла засов, не стесняясь Гела, сняла дорожный костюм и легла в свою кровать.

   – Залезешь ко мне ночью в кровать – оторву яйца, – пообещала она, повернулась на бок и тут же уснула.

   Он бросил вещи в угол, положил у кровати меч, чтобы был под рукой, и последовал ее примеру. Утром Гел проснулся первым, разбудив Лади скрипом кровати, встал, оделся и, чтобы ей не мешать, вышел из комнаты. Наемница провозилась ненамного больше и вскоре спустилась к нему в трапезный зал. Они встали слишком рано, поэтому завтрак пришлось ждать. Некоторое время сидели молча, потом Гел спросил:

   – Ты всегда такая? Я имею в виду, сторонишься мужчин? Или ты из тех женщин, которые обходятся без них? Может, я вызываю у тебя отвращение? Не подумай, что я к тебе клеюсь, просто интересно.

   – Нет, я нормальная, – ответила Лади, ничуть не рассердившись на его любопытство. – Причин две. Во-первых, я недавно потеряла любимого человека, и боль потери еще слишком свежа, а, во-вторых, мы с тобой не герцоги, чтобы требовать помывку, да еще на ночь. После дня скачки в этом костюме – она провела рукой по своей кожаной одежде – от меня несет потом, несмотря на то что каждый раз меняю рубашку. А рядом с тобой вообще находиться невозможно. Я имею в виду, когда ты раздет. Сейчас терпимо. Сегодня на пути будет река, обязательно искупаюсь.

   – Понятно, – ответил он, ничуть не обидевшись. – А я запаха не замечаю, привык, наверное. Хотя ты права: искупаться не помешает.

   Оба проголодались, поэтому с аппетитом набросились на мясо с кашей, которое принес слуга. За мясом последовали тушеные овощи. Хмельного они к завтраку не заказывали. После еды сразу же забрали свои вещи и пошли на конюшню.

   Лошади за ночь отдохнули и бодро бежали рысью по почти пустому в это время тракту.

   – Лошадей гнать не будем, – сказала Лади перед отправкой. – К следующему городу доберемся гораздо раньше, чем приехали вчера в Золем, и нет смысла в тот же день отправляться дальше, если не хочешь ночевать на дороге.

   – Ты здесь ездила, тебе видней, – согласился Гел. – Тогда давай хоть поболтаем. Скучно весь день ехать молча.

   – Расскажи о себе, – попросил он, когда они уже далеко отъехали от города. – У тебя неприятности?

   – Почему ты так решил? – спросила она.

   – Ты ночью во сне стонала, – пояснил парень, – и даже сбросила с себя одеяло. Пришлось вставать накрывать.

   – Удивительно, что я не проснулась, – сказала Лади. – Наверное, расслабилась. И как это ты удержался от попытки забраться в мою кровать? Из-за предупреждения?

   – С трудом, – признался он. – Такие соблазнительные формы... И рубашка у тебя задралась. А не залез... Предупреждение ни при чем, просто от тебя так воняло!

   – Нахал! – рассмеялась Лади. – Ладно, кое-что расскажу. Ты прав: за разговором дорога короче.

   Из ее рассказа Гел понял, что полтора года назад Лади работала в большом отряде, но потом случилось нечто, о чем она не стала говорить, после чего она со своим любимым и еще двумя наемниками подалась на побережье. Там они и осели, присоединяясь летом к другим отрядам, занимавшимся охраной купеческих караванов, а в зимнее время выполняя разовые работы. Примерно две декады назад они нанялись сопроводить караван в столицу королевства. Разбой на дорогах случался редко, а о крупных ватагах уже не слышали с прошлого лета, поэтому купец сэкономил на охране, наняв, кроме них, всего трех бойцов. За свою жадность ему пришлось заплатить товаром и собственной жизнью, когда в трех днях пути от побережья на них напали чьи-то дружинники. Вряд ли этот грабеж проводился с согласия хозяина тех мест, скорее, дружинникам захотелось подзаработать. Нечасто, но такое случалось. Будь в караване больше охраны, их, скорее всего, пропустили бы, подождав добычу полегче. Свена убили в самом начале стрелой в глаз, поэтому Лади не осталась там умирать, а рванулась в сторону от дороги через не слишком густой лес. Ей вдогонку послали несколько стрел, но преследовать не стали. Позже она вернулась к месту боя и похоронила своего любимого и двух братьев-наемников.

   – И куда теперь? – спросил Нел. – В Ордаг?

   – Мне уже двадцать четыре, – сказала Лади, – и до сих пор ни семьи, ни детей. Сколько можно махать мечами? Ну продержусь я еще лет пять, а что потом? Кому я потом буду нужна? Денег мы со Свеном заработали немало... – она запнулась, понимая, что сказала лишнее – и все они лежат в торговых домах.

   – Не бойся, – засмеялся Нел, правильно понявший ее заминку. – Вот чего я никогда не делал, так это не грабил женщин. Не думаю, что ты станешь исключением. Говори дальше.

   – У герцога Аликсана очень большая армия, а значит, много офицеров.

   – И одного из них ты решила заполучить в мужья, – кивнул Нел. – А как же любовь?

   – Слушай, не трави душу! – рассердилась Лади. – С любовью или без нее, мне нужно заводить семью. Получится полюбить второй раз – хорошо, не получится, я своего мужа все равно постараюсь сделать счастливым!

   – Расскажи мне о любви, – неожиданно для самого себя попросил парень.

   – Зачем тебе? – растерялась Лади. – Как о ней можно рассказать?

   – Мне интересно, – признался он. – Я занимался любовью со многими, но не заметил между ними большой разницы. Я знаю, что любовь есть, я читал...

   – Ты умеешь читать? – вытаращилась на него наемница. – Вот бы никогда не подумала! Ты и книги...

   – Научил один друг, – слегка смутился Гел. – Так скажешь или нет?

   – Это трудно объяснить словами, – задумчиво сказала Лади, бросив на него странный взгляд. – Если мне захочется немного тепла, и я раздвину для тебя ноги, получу только удовольствие. Мне будет все равно, ты со мной или кто-то другой. В любви все иначе. Ты можешь быть более искусным и неутомимым любовником, чем мой Свен, но пока он жив, ты мне и даром не нужен. Я с ним получу несравненно больше счастья, несмотря на все твои достоинства. Я хочу дарить ему радость не только в постели, а всей своей жизнью. Хочу иметь от него детей, быть с ним каждодневно и разделять в жизни все, что выпадет на нашу долю. А когда мы сожжем свою молодость в огне любви, я и тогда буду жить ради него, ловить каждый его взгляд, каждое слово и наслаждаться каждой минутой близости.

   – Красиво сказала, – одобрил Гел. – Только, по-моему, во всем этом очень мало смысла.

   – Глупо искать смысл в любви! – сказала Лади. – Да, она несет не только радости, но и горе, но у меня она была, и я была счастлива! Может быть, мне повезет полюбить еще раз, но и тогда память о той любви останется во мне до конца. А ты это поймешь только тогда, когда полюбишь сам. Пока все мы для тебя лишь средство приятно провести время, и ты готов платить за это деньги. Вот когда ты будешь готов заплатить за мгновения близости с женщиной своей жизнью, тогда ты поймешь, что ее полюбил!

   Дальше до самой реки ехали молча. Река не пересекала тракт и находилась от него в нескольких минутах езды, поэтому пришлось съехать с дороги и провести коней в поводу через небольшую березовую рощу.

   – Какое у ее название? – спросил Нел, привязывая своего коня к крайним деревьям.

   – Не знаю, – ответила Лади. – Это нужно спрашивать у местных.

   Сразу за рощей до самого берега был небольшой луг, который наемница пересекла бегом, быстро разделась и вошла в воду.

   "А хороша!" – подумал Нел, лаская взглядом стройную фигуру женщины.

   В отличие от нее, Нел не спешил, поэтому разделся и пошел к воде, когда она уже вымылась и выходила на берег.

   – Что так быстро-то? – поинтересовался он. – Вода вроде не холодная.

   – Ты мойся, – ответила она. – А я потом сделаю еще один заход.

   Он с удовольствием обмыл действительно потное и грязное тело, сплавал к другому берегу и обратно, после чего вышел из воды, уже догадываясь, чем все закончится.

   – Помылся? – спросила Лади. – Дай я тебя понюхаю!

   Она поднялась с травы, потянулась всем телом, бросила на него взгляд, проверяя реакцию, и шагнула навстречу.

   – С прошлого раза мы подготовили еще одну смесь и улучшили две других, – рассказывал профессор Дальнер, ведя Сергея с Альдой на испытательный полигон, который построили рядом с замком, огородив место, где стояли две баллисты, высоким забором. – Много хлопот доставила смесь для фитилей.

   – Почему? – спросил Сергей. – В чем сложность?

   – При выстреле фитиль гас, – ответил за профессора один из студентов. – При стрельбе из лука все нормально, а как стреляешь из баллисты, все гаснет. Пришлось добавлять селитру*.

   – И много ее у вас осталось?

   – Ничего не осталось, милорд, – ответил профессор. – Но смеси для фитилей наделали достаточно. Все остальное пошло на производство азотной кислоты.

   – Зачем вам столько кислоты? – спросил Сергей. – Признавайтесь, опять возились с глицерином?

   – Мы только попробовали, милорд, – ответил все тот же студент. – Все очистили, как только смогли, а проверку вели по каплям. Профессор решил, что взрыв происходит из-за нагрева смеси, поэтому нельзя лить кислоту в глицерин. У него плохая теплопроводность, и температура в месте реакции повышается быстрее. Мы все смешивали на листовом стекле, немного меняя рецептуру. Лучшие результаты получили при пяти частях глицерина, трех – азотной кислоты и двух – серной. Мы подумали, что если колбу поместить в воду и перемешивать, то все получится, но профессор пробовать запретил.

   – Правильно сделал! – сердито сказал Сергей. – Если когда и будем пробовать, то делать это будете не вы, а смертники.

   – Кое-что мы все-таки придумали, милорд, – довольно сказал профессор. – Если смешать большой объем глицерина со смесью кислот, взрыв произойдет не сразу. Прореагирует примерно пятая часть смеси. Конечно, это расточительно, но если селитры будет много... Вот посмотрите на тот снаряд, который лежит отдельно от всех. В него не просто залита горючая смесь. Внутри есть еще один сосуд, в котором находятся две бутылки из тонкого стекла. В одной из них смесь кислот, во второй – глицерин. По моей мысли при выстреле бутылки должны разбиться и смесь вступит в реакцию. Даже если она не взорвется сама при подлете снаряда, нитроглицерин детонирует при ударе о землю и взорвет оболочку. При этом горючая смесь должна воспламениться и разлететься вокруг. Да и пары кислот тоже вещь неприятная, особенно для глаз. Единственный недостаток в том, что такие снаряды очень трудно перевозить. Нужно быть очень осторожным.

   – Уже испытывали?

   – Нет, милорд, – ответил студент. – Мы всего один и сделали, поэтому ждали вас.