Текст книги "Энтогенез 1. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Юрий Бурносов

Соавторы: Кирилл Бенедиктов,Сергей Волков,Полина Волошина,Дмитрий Колодан,Игорь Алимов,Карина Шаинян,Алексей Лукьянов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 252 (всего у книги 290 страниц)

Носов почесал голову и осмотрелся.

– Вон! Мужская одежда! – указала рукой Маруся.

Они направились в другой отдел, и, пока Носов выбирал себе футболку и шорты, Маруся отошла к витрине с солнцезащитными очками. Вот они. Смешные, раскосые, в желтой пластиковой оправе. То, что надо.

– Я пошел переодеваться, стой рядом, – скомандовал Носов.

– Ага! – крикнула Маруся, не отрываясь от зеркала и поворачиваясь то так, то эдак.

В свободную минутку, пока никого нет рядом, можно было позвонить папе. Маруся достала подаренный телефон, который болтался пристегнутый к комбинезону, и набрала номер.

– Па?

– Балбесина! Ты куда пропала? Я набирал несколько раз…

– Потеряла телефон…

– А что это за номер?

– Мне новый подарили.

– А что ты… Ты что… ты где вообще?

– Я-я-я-я…

Что бы соврать?

– Ты что, в Шанхае?

– Где? – зачем-то переспросила Маруся.

– Ничего не понимаю, – озадаченно пробубнил папа.

– Алло? Ты меня слышишь?

– Муся?

– Алло!

– Ты почему-то высветилась на определителе как будто… чертовщина какая-то…

– А ты где?

– В Гонконге.

– Ого!

Маруся чуть не выпалила «рядом», но вовремя осеклась.

– Ладно, ты там в порядке? Мне пора бежать…

– Я в порядке!

– Перезвоню минут через сорок…

– Па-а-а-а?

– Что?

– Люблю тебя!

Маруся почувствовала, как он улыбнулся.

– И я тебя!

Маруся отключила телефон и еще раз посмотрелась в зеркало, но то, что она увидела, заинтересовало ее куда больше собственного отражения. Примерочная, в которую ушел Носов, была открыта, вот только Носова в ней не наблюдалось. Маруся обернулась, может, он ушел взять что-то еще? Не видно. Та-а-ак. Стоять и ждать тут? Позвонить? Но она не знает ничьего номера – глупо, кстати, получилось… Маруся осмотрела зал, но ни одного знакомого лица не увидела. Неужели все-таки потерялась? Этого еще не хватало! Так. Профессор говорил идти к кассе. Значит, там все и соберутся. Но где эта касса? Видимо, подразумевалась касса на первом этаже, и если обойти его весь, то где-нибудь она да найдется…

Маруся спустилась на эскалаторе и прошлась по залу, внимательно выискивая глазами кассу.

Черт знает что. Бесконечные ряды одежды и никого! Ни Носова, ни Ильи, ни Алисы с профессором.

Только редкие посетители, пялящиеся на ее голые ноги. Через минуту глаз замылился, и Маруся вообще перестала ориентироваться. Все-таки надо вернуться на то место, где она рассталась с Носовым, и ждать его там. Он ответственный и не мог ее бросить. Скорее всего, отошел куда-то, и она не увидела его за одеждой. Или ему снова стало плохо, и он на минутку отбежал в туалет… Маруся вернулась обратно, к тому месту, с которого ушла, и с радостью увидела, что примерочная снова закрыта. Значит, Носов там! Маруся подошла поближе и тихо позвала:

– Нос?

Из примерочной не ответили.

– Нос, ты тут? – снова спросила Маруся.

Тишина.

Может, он потерял сознание?

Маруся осторожно приоткрыла занавеску и лицом к лицу столкнулась с одним из сопровождавших их молодых китайцев. Вид у него был недобрый.

Маруся резко отпрыгнула назад, но парень кинулся за ней и набросил на голову какую-то тряпку. Потом она почувствовала, как ее профессионально сбили с ног, схватили и понесли. Маруся закричала и стала вырываться. Ударилась об пол – уронил, сволочь. Китаец резко сорвал тряпку с ее лица и быстрым движением всыпал в рот какие-то вонючие гранулы. Маруся попыталась выплюнуть их, но он зажал ее рот ладонью, и она почувствовала, как гранулы растворяются, приклеивая язык к нёбу, так что она не могла уже ни говорить, ни кричать. Потом снова тряпку на лицо, удар в живот и потащили.

Итак, убегая от одного врага, она приблизилась к другому и, возможно, еще более опасному.

Неужели никто не обратит внимания на человека, который тащит девушку с мешком на голове? Маруся все ждала какой-то помощи. Она попыталась сконцентрироваться и послать какие-то сигналы профессору – ну вдруг он ее почувствует? Пыталась дотянуться рукой до телефона в кармане, но за эту попытку ее сразу же больно ударили по голове.

Потом услышала разговор – похитителей было несколько. Благодаря переводчику она прекрасно понимала, о чем шла речь.

– Это она?

– Точно.

– Возьми ее костюм.

– Быстро, быстро!

– Ее уже ищут.

– Выруби их!

Черт! Было больно, обидно, страшно. К тому же под тряпкой Маруся задыхалась. Она почувствовала, как стало жарче – видимо, ее вынесли на улицу. Ударили обо что-то головой и стали запихивать… О нет!.. В багажник! Маруся услышала щелчок, и стало очень темно. Точно, в багажник. Маруся потянулась здоровой рукой и сорвала тряпку с лица. Дышать стало легче, но ненамного.

Ящерка. Им же нужна только ящерка. А она осталась в кармашке комбинезона. Надо сказать им, чтобы они забрали комбинезон и отпустили ее! Но как? Рот был намертво склеен какой-то зловонной жижей. Маруся попыталась выдавить крышку багажника руками и ногами, но ничего не получилось. Машина тронулась с места. Маруся достала телефон и включила его. В багажнике стало чуть светлее. Что сделать? Набрать номер папы и молчать? И что? Он поймет, что что-то случилось, но даже не будет знать, что с ней и как помочь? Маруся расплакалась. Честно говоря, ей было до невозможности страшно…

Неожиданно телефон запищал. Маруся нажала на кнопку приема и услышала голос профессора:

– Маруся? Ты слышишь меня? Если не можешь говорить – молчи и слушай. Нас подставили – это была ловушка. Не бойся. Мы все живы. Пока что я могу отследить тебя по маячку в телефоне. Не паникуй, мы найдем тебя. Слышишь? Все будет хорошо.

Связь прервалась. Маруся постаралась сдерживать слезы – все-таки ее нашли, и спасение близко, но слезы потекли еще быстрее, а фантазия рисовала самые ужасные картины. Машина резко повернула, и Марусю откинуло в сторону, она снова ударилась головой. Если они будут так ее мотать, живой она не доедет. Еще один резкий поворот и снова удар. Похоже, они уходят от преследователей…

Неожиданно машина остановилась, и теперь Маруся стукнулась лицом, но, спасибо быстрой реакции, успела выставить вперед руки, так что зубы остались целы. Багажник открыли, и два здоровенных парня, те самые, что встречали их в порту, вытащили ее, как куклу, и поволокли в подвал. Она потихонечку огляделась. Этот район был совсем не похож на тот, где они появлялись до этого. Невысокие старые дома, грязь и дождь. Вот он, дождь, который Маруся так хотела ощутить кожей. Теперь он мгновенно вымочил ее платье и волосы.

В подвале ее долго тащили куда-то по лестнице вниз, а потом швырнули в маленькую темную комнатку без окон, закрыли на замок, и почти сразу же Маруся услышала звуки борьбы. Кто-то кого-то бил, вскрикивал… Маруся зажмурилась. Кто это мог быть? В их команде одни подростки. Не профессор же. Хотя почему нет?

– Отойди от стены! – крикнул кто-то из-за двери.

Бунин!!!

Маруся отошла как можно дальше и даже присела на корточки. Почти в ту же секунду стена взорвалась, и на Марусю посыпались камни. Она упала на колени и закрыла голову руками. Драка продолжалась. Чье-то тело отлетело прямо к ней. Маруся вскрикнула и отползла в сторону. Краем глаза она увидела, что это ее похититель. Судя по всему, он был мертв. Марусе стало дурно. К тому же после взрыва в комнате стало настолько пыльно, что Маруся практически ничего не видела и едва могла дышать. Она закашлялась.

– Осторожно!

Маруся уже не понимала, говорят это ей или кому-то еще… Кто-то схватил ее за плечо и дернул к себе. Потом еще чьи-то руки потащили ее из комнаты по лестнице вверх. Маруся практически не могла разлепить веки – везде набилась пыль. Кто ее тащит? Свои? Чужие? Снова чей-то вопль сзади и звук падающего тела. Дождь. Значит, они на улице. У Маруси подкосились ноги, и она упала на землю. Ее снова взяли под руки и под коленки и понесли. Потом какая-то розня. Положили на что-то мягкое.

– Маруся?

Это был голос Носова… Свои.

– Отойди!

Командный тон Алисы.

Маруся почувствовала, как ее лицо бережно обтирают влажной тканью.

– Наклонись немного, – сказала Алиса почти нежно. – Голову осторожно.

Она промыла Марусе глаза и тут же положила на них какие-то примочки.

– Полежи пока так, я займусь твоей головой.

Маруся замычала и показала пальцем на рот.

– Что с ним? – спросила Алиса.

Маруся застонала.

– Они заклеили ей рот, – сказал Бунин. – Это пройдет само… Парализует язык, но не опасно.

У Маруси защипало в носу. Снова хотелось плакать. Еще эту дрянь терпеть во рту не пойми сколько…

Алиса аккуратно разглаживала волосы на голове Маруси, видимо, чтобы лучше осмотреть рану.

– Шрам останется, – тихо сказала Алиса.

Маруся промолчала. А что она могла сказать?

И главное – как?

Чьи-то теплые руки взяли Марусину ладонь и вложили туда что-то маленькое и ледяное. Ящерка. Маруся улыбнулась, хотя улыбаться она тоже не могла. Она просто сжала ящерку в кулаке и сразу же почувствовала себя намного лучше.

– Все хорошо, – тихо сказал профессор.

Маруся слегка кивнула.

– Не мотай головой, – прикрикнула Алиса.

Маруся вздохнула. Кажется, она снова в безопасности. И с ящеркой. И с профессором, и с Носовым, и с Алисой… Не было только Ильи. Почему он молчит? Где он?

Маруся убрала с век примочки, открыла глаза и увидела, что она сидит за длинным обеденным столом в темной комнате с горящим камином, а напротив нее – очень красивый азиат примерно тридцати лет. Впрочем, возраст было определить трудно, но даже с такого расстояния Маруся видела гладкую, словно восковую, кожу, тонкие черты лица и глаза… Очень странные для азиата светлые глаза. Маруся присмотрелась еще внимательней – не просто светлые. Разноцветные! Восковой китаец казался умиротворенным и аристократичным, словно сошедшим с портрета эпохи романтизма. Приглаженные черные волосы, шелковый халат, не национальный, а классический, накинутый поверх рубашки. Прекрасный шанхайский Дориан Грей в уютной домашней обстановке.

– Галлюцинации, – спокойно объяснил разноглазый. – Гранулы имеют слабый наркотический эффект…

Он улыбнулся.

Марусе стало жутко. Она потрогала голову и нащупала корку запекшейся крови на затылке. Значит, все это спасение, Алиса, Бунин, Нос… ей только померещилось?

– Рад видеть вас у себя в гостях, – вежливо кивнул мужчина.

– Странный у вас способ приглашать в гости, – ответила Маруся по-русски, но, судя по всему, китаец ее понимал.

– Прошу простить меня за некоторые неудобства…

– Где профессор?

Китаец развел руками и сделал удивленное лицо.

– Они не могли бросить меня, – уверенно сказала Маруся.

– Зачем же они привезли вас сюда? – хитро прищурился разноглазый.

Маруся не знала, что ответить, зато она обратила внимание, что снова может разговаривать. Во рту было противно и очень хотелось пить.

– Можно воды? – спросила Маруся.

Откуда-то из темноты возникла китаянка в длинном красном ципао и поставила перед ней чайник с маленькой пиалой.

Маруся налила себе чай и сделала пару глотков. Слова профессора про ловушку – это было на самом деле или тоже приснилось?

– Зачем я вам?

– Вы особенный гость…

– Вам нужна ящерка?

– Эта? – Разноглазый покрутил в руках Марусину ящерку и отбросил ее за спину, как ненужную вещь. – Пустяк. Мне нужны именно вы.

– Я? А что во мне такого особенного? – обессиленно спросила Маруся.

– О-о-о! – китаец поднял указательный палец. – Вы очень необычная девушка.

Маруся вспомнила слова профессора и его обещание обо всем рассказать. Ну что ж, возможно, она все-таки узнает правду.

Из темноты опять возникла служанка, которая поставила перед Марусей тарелку с дымящейся лапшой. Тут же другая принесла еще одну, с чем-то вроде жаркого. Девушки быстро приходили и уходили, накрывая стол, и все блюда пахли фантастически вкусно.

– Думаю, вам лучше поесть, – доброжелательно сказал разноглазый. – После ужина я отвечу на любые ваши вопросы.

Маруся с сомнением посмотрела в свою тарелку.

– Надеюсь, сюда вы ничего не подсыпали?

Китаец рассмеялся.

– Я буду есть вместе с вами, – сказал он и взял со стола палочки.

Маруся кивнула и последовала его примеру.

Голова все еще была тяжелой, а мысли – неповоротливыми. Казалось, что они вообще пропали и все Марусино сознание сконцентрировалось на одном только чувстве голода и запахе горячей еды.

Лапша оказалась восхитительна. Маруся даже подумала, что ничего более вкусного она в жизни не ела. Жаркое было острым, со странным, почти черным мясом. Пирожки с овощами, креветки размером с половину ладони… Внутри стало тепло и приятно. Стоило попадать в плен, чтобы наконец наесться? Пожалуй, да!

– Пиво? – Разноглазый протянул Марусе бокал с пенящимся напитком.

– Я не пью, – замотала головой Маруся.

– Очень хорошее пиво. – Китаец сделал глоток. – М-м-м-м. …Очень вкусно.

Маруся подумала, что терять уже, в общем-то, нечего и, вполне возможно, это последний ужин в ее жизни, так что она кивнула и взяла свой бокал.

Китаец улыбнулся.

– Обязательно надо попробовать, – ласково сказал он, – для этого и дана жизнь.

Теперь все стало совсем прекрасно. Маруся расслабилась и подумала, что тут тоже неплохо, к тому же она уже выражала желание остаться жить в Китае. Правда, сильно клонило в сон…

– Видите? Ничего страшного… Теперь вам надо принять ванну и поспать, – словно прочитал ее мысли разноглазый.

Маруся пьяно улыбнулась и кивнула.

– Не буду вас мучить. Поговорим завтра. Спокойной ночи, – кивнул хозяин дома, встал из-за стола и вышел.

Служанки аккуратно помогли Марусе подняться и отвели в спальню, где обнаружилась роскошная кровать с балдахином. Рядом с кроватью, прямо на полу, стояла старинная ванна на ножках, наполненная горячей водой зеленого цвета.

– Травы, – объяснила одна из китаянок.

Вторая китаянка уже помогала снять платье. Марусе стало так лениво соображать и сопротивляться, что она позволила себя раздеть и поместить в ванну.

Вода была приятной и мягкой, будто слегка маслянистой. Одна служанка натирала тело Маруси мочалкой, вторая осторожно мыла голову, тщательно прополаскивая волосы. Сознание уплывало и словно стирало из памяти все, что происходило с Марусей за последние четырнадцать лет…

Когда она проснулась, в комнате по-прежнему царил полумрак. Маруся лежала, рассматривая тяжелые складки расшитого золотом балдахина, и вспоминала все, что произошло с момента прилета. Ссора с Алисой, болтовня с Носовым, шуточки Ильи, магазин, похищение, звонок Бунина, спасение и плен – сейчас все это казалось одной сплошной фантасмагорией, перепутавшей сон с явью. А все из-за наркотических гранул и дурацкого пива. Зачем она пила? Господи, да зачем вообще все? И что на самом деле случилось? Где граница между реальностью и галлюцинацией?

Что с ребятами? Что с профессором? Почему она так толком ничего не спросила во время ужина? Марусе стало стыдно.

Нет. Она, конечно, молодец. Поела, искупалась и благополучно уснула. Даже не вспомнила про остальных. А что если они погибли или, пока она ужинала с «Дорианом Греем», их пытали где-нибудь в темном подвале? Почему? Ну почему она ничего не спросила? Все еще не соображала? Звучит как очень слабое оправдание…

Винить себя дальше было бессмысленно. Лежать и не думать – не получалось. Маруся поднялась с постели и накинула белый махровый халат. Вышла из комнаты и осмотрелась. Большой дом, в интерьере сочетаются китайский экзотический колорит и европейское барокко. Какие-то зеркала в тяжелых резных рамах, картины, статуэтки Будды и тут же мраморные бюсты. Рыцарские доспехи. Золоченые подсвечники, китайские фонарики… Скорее, красиво. Хотя слишком уж пестро. Маруся нашла комнату, в которой они вчера ужинали с разноглазым, и внимательно осмотрела все уголки. Ну мало ли. Вдруг ее ящерка, которую «Дориан» так бесцеремонно швырнул на пол, до сих пор где-нибудь тут.

– Уже проснулись?

Маруся обернулась на голос.

Разноглазый стоял в дверях с чашечкой кофе в руках и улыбался. Новый шелковый халат. Под халатом рубашка и брюки. На ногах мягкие замшевые мокасины. Обложка модного журнала, а не злодей.

Главное – сохранять спокойствие. Не психовать и не давить… Быть вежливой. Такой же, как он…

– У вас всегда так темно… Непонятно, какое время дня.

– А зачем вам? Наблюдать за часами – дурацкая привычка.

Маруся пожала плечами.

– Кофе?

– Давайте, – быстро согласилась Маруся.

Разноглазый щелкнул пальцами, и в комнате возникли китаянки с кофейником и чашками.

Маруся села за стол.

– Вам нравится дом? – поинтересовался разноглазый.

– Да… У вас красиво, – сказала Маруся.

Мужчина рассмеялся.

– Вы, кажется, что-то искали здесь?

Маруся слегка смутилась.

– Вам показалось.

Разноглазый вытащил из кармана халата ящерку и положил на блюдце с чашкой, стоящее перед Марусей.

– Держите, я не собираюсь отнимать ее у вас.

Маруся взяла ящерку. Внешне она выглядела так же, как и раньше, но теперь от нее не исходило холода.

– Поддельная? – спросила Маруся.

Китаец сел рядом.

– Ага, – вздохнул он. – Разумеется, я не верну вам вашу Саламандру.

Он говорил это так спокойно и доброжелательно, что Маруся даже на секунду растерялась, не зная, как реагировать на такое.

– Тогда расскажите, что вам от меня надо, и, если можно, отпустите обратно к профессору.

Китаец отпил кофе и промокнул губы салфеткой.

– Боюсь, профессора уже нет с нами.

Маруся побледнела.

– В смысле в Китае, – поправился разноглазый, заметив смятение своей гостьи. – Они улетели обратно еще вчера…

Маруся задумалась. Китаец постоянно обманывал ее – можно ли доверять этой информации? С другой стороны, почему профессор до сих пор не нашел ее, у него ведь есть компас и маячок на коммуникаторе… Впрочем, про коммуникатор можно было забыть. Теперь у Маруси не осталось ничего, кроме белого махрового халата.

– Профессор в полном порядке, поверьте. Бунин получил то, что хотел, – разноглазый посмотрел на Марусю, – а я получил то, что хотел я.

– То есть меня? – Маруся все еще никак не желала верить, что чудаковатый профессор ее обманывал.

– Именно.

– Вы лжете.

– В предательство всегда трудно поверить… – согласился разноглазый.

– И что же получил профессор?

– Немного. Скажем так, я простил ему старый долг.

Маруся на мгновение задумалась.

– А остальные? Они тоже все знали?

– Я не слишком близко знаком с остальными и не могу судить о степени их осведомленности.

Маруся откинулась на спинку стула и покачала головой:

– И все-таки я вам не верю…

– Не хочу спорить, – пожал плечами разноглазый. – Я позволю вам думать как угодно и о чем угодно. В конце концов, это уже не играет никакой роли…

Не играет никакой роли. Если задуматься, так оно и было. Если профессор предал ее – помощи можно не ждать. Если погиб – тоже. Если же нет… сможет ли он ее найти?

– Поверьте, здесь вас никто не найдет…

– Вы умеете читать мысли? Это ваш дар?

– Нет, – прошептал разноглазый и наклонился к Марусе, – я умею это.

Он снова щелкнул пальцами, и к нему подошла уже знакомая служанка. Разноглазый взял ее руку и положил на стол. Потом сосредоточенно посмотрел на нее. Девушка дернулась назад, вскрикнула и завыла – ее запястье висело как тряпка.

– Можешь идти, – спокойно сказал китаец. Китаянка повернулась и ушла, придерживая одну руку другой.

– Я умею ломать! – улыбаясь, сказал разноглазый. Маруся поежилась. Приятный собеседник, ничего не скажешь.

– Очень удобно, когда надо получить какую-нибудь информацию, – продолжал улыбаться разноглазый. – Лучше, чем «Гугл»!

Теперь он направил взгляд на старинное кованое кресло и сощурился. Раздался жуткий треск, и кресло смялось в бесформенную кучу, как алюминиевая банка.

Маруся отодвинула от себя чашку. Завтракать отчего-то расхотелось.

– И что же вы хотите узнать от меня? – с дрожью в голосе спросила она.

– От вас? – удивился разноглазый. – Ничего!

– Тогда зачем держите меня здесь?

– Ну хорошо! Раз вы такая нетерпеливая…

Разноглазый встал и жестом предложил следовать за ним.

– Я покажу вам кое что…

Маруся встала из-за стола и пошла по коридору.

– Здесь ступенька… Осторожно… – предупредил китаец. – Сейчас…

Разноглазый отодвинул занавеску на стене, за которой оказались крючки с ключами, снял один ключ и открыл дверь. Они спустились по лестнице, потом он открыл другую дверь, и Маруся вошла в светлую комнату, похожую на операционную… Вернее, это и была операционная.

– Знаете, что это? – спросил разноглазый, показывая Марусе на какой-то аппарат с прозрачными трубками.

Марусе стало дурно.

– Что?

– Это аппарат для выкачивания крови.

Маруся попыталась переварить эту информацию и прийти к какому-то логичному заключению, хотя логичное заключение было всего одно…

– Я перекачаю вашу кровь себе, – доходчиво объяснил разноглазый.

– А мне тогда чью? – по-детски растерялась Маруся.

Китаец рассмеялся, и это было лучшим ответом на ее наивный вопрос. Марусю собирались выжать как лимон и выбросить. Всего-навсего. Как обычный дурацкий лимон…

– А теперь предлагаю подняться наверх и допить кофе, – сказал разноглазый и обнял Марусю за плечи. – В Китае варят самый лучший кофе!

Почувствовать вкус кофе не получалось. Маруся почему-то стала представлять себя в виде сосуда с жидкостью, сколько там – пять литров крови? И вот туда добавляется новая жидкость и Маруся становится еще мягче и вкуснее, чтобы потом ее засунули в эту соковыжималку и выкачали всю до последней капли…

Еще она думала о том, будут ли это делать вживую или все-таки дадут какую-нибудь анестезию, хотя вряд ли, ведь это может испортить состав крови… Тогда Маруся стала думать о том, как произойдет умирание – будет ли это обычная потеря сознания, просто она постепенно уснет и уже не проснется, или это окажется болезненно и мучительно? Какой уж тут кофе!

Ящерки у нее больше не было, значит, теперь она вполне себе смертная, никакого чуда не произойдет, кровь не восстановится, и она просто умрет. Как это банально.

У Маруси защипало в носу.

Разноглазый сидел напротив за большим длинным столом из черного дерева и читал газету. Он вел себя так непринужденно, будто ничего особенного не происходило, впрочем, он ведь был у себя дома, и для него действительно ничего особенного не происходило.

– А вам нужна именно моя кровь? – решила уточнить Маруся.

Китаец опустил газету.

– Ну да, – спокойно ответил он.

– И что, прямо вся? – не унималась Маруся. Ей хотелось оставить себе хоть какой-нибудь шанс.

– Нет, пока только часть, – сказал разноглазый.

Маруся вздохнула с облегчением.

– Но того, что останется, будет все равно недостаточно для продолжения биологического существования, – неожиданно продолжил свою мысль китаец.

– Для какого существования?

– Для жизни, – уточнил разноглазый и отпил кофе.

– То есть я все равно умру?

– Перестань зацикливаться на этом, – с легким раздражением сказал китаец, перейдя на «ты». – Это всего лишь смерть. Что ты знаешь о ней?

– Что я знаю о смерти? Я знаю, что тогда меня больше не будет…

– Всего лишь твоей физической оболочки.

– Вы что, мне про душу сейчас будете рассказывать?

– А ты не веришь в существование души? – искренне изумился китаец.

– Да на здоровье, пусть существует! Мне как-то пофиг, – разозлилась Маруся. – Мне гораздо важнее, чтобы оставалась жива моя физическая оболочка.

– Это всего лишь кусок мяса, – с брезгливым пренебрежением сказал разноглазый.

– Во-первых, это мой кусок мяса, во-вторых, этот кусок мяса – я, в-третьих, мне нравится этот кусок мяса, и я хочу, чтобы он просуществовал как можно дольше…

– Он просуществует очень долго, – заверил Марусю китаец, – твое тело вместе со второй частью крови я заморожу.

– Чего-чего?

– Заморожу.

– Как утку, что ли? – почему-то спросила Маруся и тут же сама удивилась, почему именно утку?

Разноглазый рассмеялся, видимо, ему тоже понравилось это сравнение.

– Ну, можно сказать и так.

– При заморозке кровь все равно испортится! – вспомнила вдруг Маруся.

– Поэтому я выкачаю из тебя практически всю кровь, оставив лишь ничтожную часть…

– Нет, ну слушайте! Так нельзя!

– М-м-м?

Маруся задумалась. Что-то тут не сходилось, и мозг отчаянно искал лазейку, через которую она могла бы избежать полного прекращения биологического существования…

– А что именно находится в моей крови, что вам так нужно? – спросила Маруся, переходя на более официальный тон. Как будто два ученых обсуждают какую-то глобальную межгалактическую проблему и ищут варианты ее решения.

– Некий уникальный ген, – таким же официальным тоном ответил разноглазый.

Маруся, конечно, удивилась, узнав, что в ее крови существует «некий уникальный ген», но сейчас было не до размышлений – надо как-то спасать свою шкуру, точнее, ген.

– Любой ген можно синтезировать, – серьезным тоном заявила Маруся. – Не знаю, как у вас в Китае, а наши ученые…

– Этот ген нельзя синтезировать, – перебил ее разноглазый.

– Его можно выделить из одной капли… – не сдавалась Маруся.

– Это я уже пробовал, – отмахнулся разноглазый и отбросил газету.

– Значит, у вас уже была подобная кровь? – обрадовалась Маруся.

– Я пробовал на твоей, – невозмутимо ответил разноглазый. – Когда тебя привезли, ты была вся разбита.

– Ох…

Маруся почувствовала комок в горле.

– И ничего не получилось, – покачал головой разноглазый.

– Так, может, вам не хватает квалификации? – огрызнулась Маруся. Ее немало возмутил тот факт, что кто-то проводил опыты с ее кровью, пока она спала.

Разноглазый никак не отреагировал на ее агрессивный тон, только пожал плечами.

– Очень может быть. Существует вероятность, что и этот способ не сработает, но я не могу упускать шанс.

Маруся закипела от злости. Чокнутый китаец. Как же его переубедить?

В эту секунду одна из служанок бесшумно подплыла к разноглазому и что-то ему шепнула. Разноглазый внимательно выслушал ее и жестом приказал уйти. Выражение его лица, однако, неуловимо изменилось, и Марусе показалось, что новости, которые принесла девушка, его не обрадовали.

– Боюсь, нам с вами придется поспешить. – Разноглазый поднялся из-за стола.

– Куда?

– Я даже немного тебе завидую, – сказал он и протянул руку.

Несмотря на хорошее воспитание, Маруся решила проигнорировать доброжелательный, но неуместный жест потенциального убийцы…

Они пошли по коридору, но, к счастью, не стали спускаться в подвал, а наоборот, поднялись по лестнице. С балкона открывался фантастический вид на сад, воздух был на удивление свежим и даже слегка прохладным.

– Тебе надо успокоиться, – сказал разноглазый. – Ты умеешь медитировать?

– Нет, – честно призналась Маруся.

– Тогда просто дыши. Вдыхай глубоко и думай о чем-нибудь приятном…

– Вы издеваетесь? – честно спросила Маруся.

Разноглазый не ответил. Он закрыл глаза и вдохнул так, что его ноздри раздулись. Потом задержал дыхание и медленно выдохнул воздух.

– Почувствуй, сколько здесь разных ароматов, – тихо сказал разноглазый, не открывая глаз. – Расслабься и попробуй понять, что цветет в саду?

Маруся посмотрела на сад, потом на разноглазого, сделала глубокий вдох и прыгнула с балкона.

Густой кустарник с крупными розовыми цветами смягчил удар о землю. Маруся откатилась в сторону – туда, где, по ее расчетам, разноглазый не мог бы ее увидеть, вскочила на ноги и побежала вдоль стены в сторону каких-то совсем уж непроглядных зарослей – ей показалось, что там ее точно не найдут. «Непроглядные заросли» оказались плохим укрытием, ибо состояли из тонких веток, причудливо переплетенных между собой плотной сеткой и сплошь покрытых мелкими листьями и колючками.

Вот облом!

Маруся остановилась на углу дома, боясь выглянуть, но неожиданно из-за стены появился сам разноглазый и без предупреждения залепил Марусе сильнейшую пощечину.

– Я же сказал расслабиться, – рассерженно сказал он, – а ты кусты мять!

Он схватил ее за волосы и потащил обратно в дом.

– Я семь лет этот кустарник выращивал! – не унимался разноглазый. – Какая же ты глупая!

Маруся еле успевала передвигать ноги, так быстро шел разноглазый, и все это время она думала про профессора и про Илью, и про Носова… Почему они не спасают ее? Почему старенький китаец не помогает им найти разноглазого – ведь они должны его знать? Почему папа до сих пор не поднял тревогу или если уже поднял, то где команда спасателей? Полиция где, или кто тут у них? Где международный суд?

Разноглазый толкнул Марусю на диван и пригладил растрепавшиеся волосы.

– Ты очень красивая и невероятно глупая, – все еще сердито сказал он, – таких, как ты, следует убивать и замораживать.

– Логично, – согласилась Маруся.

– Что? – не расслышал китаец.

– Я говорю, что мне очень жаль ваш кустарник, – сказала Маруся, – и еще про то, что вы козел.

– Козел? – снова переспросил разноглазый.

– Еще какой! – подтвердила Маруся и потрогала щеку. После пощечины она очень болела.

– Я бы мог сломать тебе руку, – сказал разноглазый.

– Шею себе сломай! – огрызнулась Маруся.

Разноглазый отвернулся и крикнул в темноту. Прибежали служанки, только теперь их стало больше, и все они были одеты в странные прозрачные халаты, похожие на полиэтиленовый пакет, который Маруся видела на старике-фармацевте в аэропорту. Девушки схватили Марусю в десять рук и поволокли в подвал. Вот оно. Путь к соковыжималке…

Сопротивляться этим маленьким женщинам с крепкими цепкими руками и сумасшедшему китайцу, который может переломать тебе кости, – не самая хорошая затея. Вернее, бессмысленная и бесполезная. Маруся стала считать шаги – вряд ли для того, чтобы успокоиться, скорее, просто требовалось чем-то отвлечь себя от мыслей, потому что мысли были одна другой печальнее, а никакой спасительной идеи в голову не приходило.

Они спустились в операционную, в которой суетилось еще несколько китаянок в хирургических костюмах. Маруся обратила внимание, что все девушки как две капли воды похожи друг на друга. Наверное, клоны? Или это ее воспаленное сознание так шутит?

Две китаянки накрывали кушетки клеенками и обрабатывали их из пульверизаторов вонючей жидкостью, две другие светили синими лампами-фонарями. Еще одна ловко подключала аппарат, сверяясь по коммуникатору и вводя необходимые данные в стационарный компьютер. Шестая служанка медленно катила к аппарату огромный баллон, который был в полтора раза больше ее – такие же Маруся видела в бунинском вагоне-лаборатории. Седьмая уже ждала ее с трубками в руке. И доброжелательно улыбалась…

Как только баллон установили, девушки принялись подключать к нему трубки – все время о чем-то переговариваясь с главной, которая внимательно изучала текст в коммуникаторе.

Затем они начали раздевать Марусю и заталкивать в обычную душевую кабинку, где уже шумела вода, которая падала сверху сплошным потоком, как из ведра. Маруся зажмурилась и попыталась задержать дыхание, чтобы не захлебнуться, но вода тут же отключилась, и Марусю стало обдувать со всех сторон теплым воздухом – китаянки заставляли ее вертеться с поднятыми вверх руками, чтобы быстрее высохла.