Текст книги "Танкуоль и Костодер"

Автор книги: К. Л. Вернер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 62 (всего у книги 63 страниц)

И тут серому провидцу на ум пришла совсем иная мысль от которой он тревожно взвизгнул и, подобрав полы мантии, бросился к поляне. Предательство Кракуля не только срывало идеальную засаду, но и давало Готреку и Феликсу шанс сбежать! Танкуоль понял, что в этом-то и состояла истинная цель Кракуля. Серый провидец давно уже знал, что кто-то использует этих несносных типов против него. Ведь ни одному из них не хватило бы мозгов постоянно вмешиваться в его замыслы. Должен был быть предатель, мерзавец из самых низов скавенского общества, чья гордыня и высокомерие не могли примириться с величием гения Танкуоля. Именно этот скавен и продолжал выставлять навязчивую парочку на пути серого провидца!

Надо позаботиться о том, чтобы врагов взяли живьем. Тогда он заставит их признаться, кто…

Серый провидец снова взвизгнул. Мимо него, едва не задев, пролетело тело штурмовика и исчезло в кустах. Еще один воин впечатался в землю почти у самых ног Танкуоля. Тот огляделся по сторонам, и его мысли о предательстве и мести стихли. В спешке серый провидец обогнал основные силы Пакстаба и оказался под натянутым тентом среди толпы людишек, которые метались и вопили от ужаса.

К несчастью, тролля скавены не пугали. Он перестал танцевать и неуклюже двинулся вперед, перехватывая самых смелых и решительных штурмовиков. С несвойственной для троллей неторопливостью кулаки монстра обрушивались на крысолюдов, и под мощными ударами мохнатые тела одно за другим превращались в кровавое месиво.

Уродливое чудовище повернулось к Танкуолю, и тот замер. А когда тролль широко распахнул пасть и зарычал, из желез серого провидца брызнул мускус. Монстр сгреб лапой визжащего кланового крысолюда и переломал в теле несчастного каждую кость. Жуткое зрелище заставило Танкуоля действовать. Призвав на помощь свою силу, он направил посох на тролля и выпустил прямо ему в лицо разрушительное заклинание.

Плоть тролля трещала, над головой вились струйки дыма, но зверь не упал и, когда дым рассеялся, впился взглядом в Танкуоля. Чешуйчатая кожа на лице монстра почернела. Ее, возможно, и обожгло магией, но невероятная способность к восстановлению уже стирала все последствия. Сожженная плоть заживала прямо на глазах. Тролль, фыркая и пыхтя, неуклюже двинулся к Танкуолю.

– Костодер! – пискнул серый провидец, увидев, что монстр замахивается.

Огромный кулак врезался в то самое место, где мгновение назад стоял Танкуоль. Тот успел сделать отчаянный прыжок к одному из шестов, которые поддерживали шатер. Обхватив его руками и ногами, точно мачту тонущего корабля, серый провидец пополз вверх. Взглянув краем глаза вниз, он увидел, как тролль выдергивает кулак из глубокой выбоины, помогая себе второй рукой. При мысли о том, к чему привел бы этот удар, попади он в цель, из желез серого провидца потек мускус.

– Костодер! – снова завопил колдун.

Он даже не был уверен, что телохранитель его слышал: никто так и не объяснил серому провидцу, насколько далеко действует искажающий зуб, которым управляется крысоогр. Хуже того, Кракуль мог как-то ограничить возможности Танкуоля. Не следовало доверять этой ноющей помоечной крысе!

Однако кое-кто его все же услышал. Задрав голову, тролль впился взглядом в серого провидца. В глазах монстра светились пугающий ум и лютая ненависть, которых Танкуоль никогда прежде не замечал ни у одного тролля. Серый провидец лихорадочно рылся в своем одеянии, отыскивая кусочек искажающего камня для подпитки нового заклинания – достаточно сильного, чтобы преодолеть способность тролля к восстановлению.

Взревев от ярости, монстр бросился к шесту Танкуоля. Тот взвизгнул от ужаса, и искажающий камень выскользнул из его лапы. Серый провидец наблюдал, как светящийся зеленым осколок летит вниз вместе с последней надеждой на спасение.

Внезапно между Танкуолем и приближавшимся к нему троллем возник Костодер. Его руки сомкнулись вокруг огромного монстра и сжали в объятиях из стали и сухожилий. Тролль извивался, пытаясь вырваться.

Чудовища могли бы простоять так всю ночь – непреодолимая сила против неподвижного объекта. Но у Танкуоля были иные идеи на этот счет. Оскалив клыки и впившись взглядом в уродливое лицо тролля, он прорычал Костодеру:

– Сожги-убей!

Крысоогр послушно поднял третью руку и прижал сопло искажающего огнемета к голове противника. Последовали ужасная вспышка, гулкий удар и оглушительный грохот, от которых Танкуоля сбросило с его насеста. Серый провидец рухнул на землю и застонал.

Когда звон в голове прекратился, Танкуоль бросил взгляд на тролля. Из его плеч торчал лишь дымящийся обрубок шеи. Искажающий огонь Костодера сжег монстру голову! Избавившись от опасности, Танкуоль принялся искать своего телохранителя. Взрыв швырнул крысоогра на землю, его третья рука превратилась в груду искореженного металла и раздробленных костей. Костодер даже не отзывался на приказы Танкуоля.

Прекрасно! Этот слабоумный болван сам себя уничтожил! А ведь должен был понимать, что не следует пользоваться искажающим огнем на таком близком расстоянии!. Во имя Рогатой, что вселилось в остолопа? Впрочем, дело, разумеется, в Кракуле и его коварных манипуляциях с механизмами Костодера! Дайте только добраться до этого грязного червееда…

Серый провидец мгновенно позабыл о Кракуле, заметив, что через поляну к нему мчатся двое. Он узнал ненавистных Готрека и Феликса, и его опустевшие железы сжались. Колдун выхватил из-за пазухи еще один осколок искажающего камня и сунул в рот. По венам побежала энергия, наполняя тело магической силой. Танкуоль мог сотворить заклинание скорости, которое унесло бы его за сотню миль, подальше от смертоносного топора Готрека и сверкающего меча Феликса!

Вот только… не было у гнома никакого смертоносного топора. Сейчас у него в руках был огромный молот. А вот человек как раз размахивал топором, правда, не таким большим, как у Готрека Гурниссона.

Это был обман! Вот почему они не использовали свое обычное оружие! Вот почему Феликс сделался таким высоким и мускулистым, вот почему гном изменил свои татуировки, а голову его охватывало кольцо из металлических шипов! Они узнали самого могущественного в мире колдуна, любимейшего ученика Рогатой Крысы, гения столь коварного, что даже Владыки Разорения трепетали в его присутствии, и поняли, что не устоят против столь непобедимого врага! И попытались так глупо замаскироваться! Как будто кто-то способен спрятаться от гнева Танкуоля!

Серый провидец вытянул вперед лапу, его разрушительная магия исторглась наружу вспышкой невероятной силы. Пульсируя, сырая энергия эфира с шипением пронеслась над поляной. Жухла трава, вспыхивала ткань. Лезвие топора, который сжимал человек, стекло расплавленным металлом. Деревянную рукоять молота в руках гнома охватил огонь. Танкуоль торжествующе заверещал, когда его ненавистные враги прервали свою бешеную атаку и тупо уставились на погубленное оружие.

– Умри-умри сейчас-немедленно! – прошипел Танкуоль, обрушивая на них испепеляющий поток зеленого пламени.

Под яростью его магии тела врагов вскипели. Их крики смолкли. Серый провидец дико захохотал, видя, как презренные существа корчатся и извиваются в безжалостном пламени.

Он так долго грезил об этом мгновении! Никакой сдержанности, никаких мыслей о допросах и пытках, лишь полное уничтожение – истребление низких тварей, которые осмелились шутить с его величием! Серый провидец свирепо ухмылялся, глядя на агонию, вспыхнувшую в глазах умиравших врагов.

Но в момент триумфа на Танкуоля обрушилось холодное осознание. Глядя в глаза врагов, он не мог не заметить, что у гнома их два, а у человека – лишь один! Серый провидец мысленно вернулся к донесению крысы-падальщика. Танкуоль услышал тогда «одноглазый гном», но на самом деле разведчик сказал «одноглазый и гном». Серый провидец готов был поверить во многое, даже допустить, что в попытке спрятаться от его гнева Феликс выколет себе глаз, но в то, что Готрек отрастит новый, он поверить не мог. Как ни отвратительно было признавать, эти двое – вовсе не его заклятые враги!

От возмущения и ярости Танкуоль метнул еще один магический заряд в дергающиеся тела. За всем этим наверняка стоят его враги из Серолапой Норы, которые и подтолкнули его к столь глупому нападению! Танкуоль проследит, чтобы они поплатились за игру на его самоотверженном стремлении уничтожить врагов скавенов!

Но не успел серый провидец снова ударить зарядом магии по мертвецам, как услышал за спиной рев. Танкуоль резко обернулся и в ужасе уставился на исполинского зверя. Тварь была больше и Костодера, и тролля. Велика настолько, что сама мысль, будто подобная громадина способна поместиться в крохотной клетке, из которой теперь выбиралась, выглядела нелепой.

В отличие от покрытого чешуей тролля, это существо было чудовищно косматым, все его тело покрывала сальная черная шерсть. Из мускулистого торса выдавались четыре руки, две из которых заканчивались огромными костяными лезвиями, похожими на клешни туннельного богомола. Голова зверя напоминала козлиную, а изо лба торчали длинные рога Но, несмотря на обличие монстра, его глаза сияли пугающей разумностью, в них была та же ненависть и решимость, что и у тролля.

И вновь Танкуоль почуял запах магии. Щупальца энергии дрейфовали между зверем и человеком, которого пытались связать трое других. Нити магии опять привели серого провидца к старой самке-ведьме. Она глядела прямо на него, и на морщинистом лице старухи застыло отвращение.

– Берегите тело Абелы! – крикнула ведьма людям, которые пытались заковать в цепи корчащегося на земле безумца. – Мы должны дать ему время использовать горгона и уничтожить подземный народ!

Горгон – как понял Танкуоль, так назывался четырехрукий зверь, – не теряя времени, попытался исполнить приказ старой самки. Он бросился вперед, разрубая костяными клинками и разрывая мощными лапами скавенов, которым не посчастливилось попасться ему на пути. Один из штурмовиков, обезумев от страха, попытался выпотрошить чудовище алебардой, за что горгон сбил его с ног и растоптал копытами.

Воздух стал тяжелым от мускусного запаха страха, трусливые воины Пакстаба бросились прочь от монстра. Танкуоль услышал, как военачальник предательски приказывает слабым духом паразитам отступать. Вероломное мясо без малейших угрызений совести бросало своего сторонника и духовного советника на поле боя. И это после всей той щедрости и великодушия, которыми Танкуоль осыпал Серолапую Нору!

Земля дрожала под ногами серого провидца, глядевшего вслед бывшим союзникам. А обернувшись, он испуганно пискнул. На него, вскинув все четыре руки, неминуемой смертью мчался горгон! Зверю больше не приходилось отвлекаться на убийство крысолюдов, и он пересекал поляну с невероятной скоростью.

Танкуоля спас его же собственный ужас. Там, где даже краткое раздумье навлекло бы погибель, на помощь пришло чутье. Указав когтем на атакующего горгона, серый провидец метнул в него сотворенное заклинание.

Зеленые молнии захлестнули чудовище. Горгон взвыл от боли, его шерсть вспыхнула, искажающие молнии прожигали плоть зверя до самых костей. Тлеющая туша рухнула на землю, однако продолжила скользить в сторону Танкуоля. А у него, опустошенного после безрассудного выброса столь мощной магии, не осталось сил хотя бы отскочить в сторону. Даже мертвый горгон оставался достаточно тяжелым, чтобы раздавить серого провидца в лепешку.

Почти у самых ног Танкуоля тело чудовища все-таки замерло, и он облегченно выдохнул. Но ненадолго – следом раздался пронзительный визг, который заставил серого провидца подпрыгнуть.

– Ты убил Абелу! – вопила самка-колдунья, указывая на Танкуоля иссохшей рукой. – Ты убил моего сына!

Серый провидец почуял, как вокруг старой ведьмы начали собираться потоки магии. С мстительным остервенением она призывала силы эфира. Не успел Танкуоль возвести собственные барьеры, как почувствовал, что высвобожденная ярость колдуньи обвила его невидимым кольцом. Он чуял, как нить энергии, извиваясь, тянулась к старухе. Хуже того, эта нить устремилась через поляну к небольшой клетке, стоявшей рядом с фургоном тролля. Там, просунув лапы сквозь прутья, сидело безучастное ко всему зеленое существо.

Сердце Танкуоля заколотилось от страха. Он разгадал магию самки-колдуньи. Старуха переместила разум своего детеныша в горгона, а раньше проделала то же самое с другим человеком и троллем. И теперь собиралась насильно втиснуть разум Танкуоля в отвратительное тело снотлинга!

Серого провидца охватила паника. Отчаянно сопротивляясь заклинанию ведьмы, он взмахнул лапами и запоздало попытался воздвигнуть магический барьер против ее чар. Однако ощутил, как чужая магия мало-помалу овладевает им, а его внутренняя суть отделяется от плоти и устремляется к клетке.

– Костодер! – завопил Танкуоль.

Взывая о спасении, он на миг забыл, что телохранитель сломался во время схватки с троллем.

Крысоогр, казалось, тоже позабыл об этом и неуклюже поднялся с земли. Его раскуроченная рука все еще дымилась. Автоматон обернулся к Танкуолю и послушно ждал дальнейших распоряжений, не обращая внимания на поток магии, который обвил его громадную фигуру.

Не успел Танкуоль отдать приказ убить ведьму, как почувствовал, что последние остатки его сущности отделились от тела. Его дух, его разум понеслись через поляну. Мгновение невыразимого холода, свет и звуки, смешавшиеся в жужжащий хаос, а затем – абсолютная тьма.

Чтобы одолеть ее, потребовалось невероятное усилие воли. Усилие, которое было почти за пределами возможностей Танкуоля. В миг отчаяния серого провидца поддерживала лишь мысль о том, что враги и предатели его переживут. Чувствуя себя так, словно тысячи кинжалов пронзали каждый дюйм его естества, как будто в груди разбушевался огромный пожар, Танкуоль с трудом вернулся в сознание.

Первое, что его поразило, – почти полное отсутствие запахов. В том немногом, что он различал, – в вони старых костей и металла – ощущалась дразнящая нотка искажающего камня. Зрение было второй вещью, которая потрясла Танкуоля. Он видел острее, чем прежде, но все вокруг приобрело странный, потусторонний зеленый оттенок. А вот осязание исчезло: он не ощущал ни прутьев клетки, ни пола под ногами. Не чувствовал даже, как бьется сердце!

Разум Танкуоля переполнился ужасом, ведь всему этому могло быль лишь одно объяснение: чары оказались слишком сильными для хрупкого тела снотлинга. Дух серого провидца зашвырнуло в мертвеца! В любой момент его сущность могла отправиться в долгое путешествие к норам Рогатой, чтобы там держать ответ за свои неудачи и ошибки!

Танкуоль содрогнулся при мысли о такой судьбе. Рогатая Крыса знает, что он живет лишь ради служения жестокому богу скавенов, что в Ордене серых провидцев нет более преданного и непреклонного жреца! Но даже в загробном мире могут найтись шпионы и предатели, которые наполнят уши Рогатой ложью о верности Танкуоля.

Ради второго шанса он отдал бы себя Рогатой без остатка! Полностью посвятил себя служению ей, если бы только она дала своему скромному жрецу еще одну попытку!

Охваченный ужасом и горем, серый провидец поднял руку, чтобы прикрыть глаза. И замер. Его ошарашило даже не то, что он по собственной воле двигал рукой мертвеца. Нет, дело было в самой руке. Она оказалась не морщинистой конечностью зеленого снотлинга, а массивной костной дланью исполина!

С заклинанием самки-ведьмы что-то пошло не так!

Танкуоль развернулся, ощущая немереную силу своего нового тела. Он взглянул на ведьму сверху вниз, наслаждаясь ужасом, перекосившим ее лицо. Заклинание принесло гибель не Танкуолю, а ей самой. Перенос духа серого провидца в тело снотлинга прервался, когда с земли поднялся Костодер, и Танкуоль очутился не в хилом зеленокожем коротышке, а в могучем крысоогре!

Серый провидец распахнул костяную челюсть и злобно заверещал. Звук треском молний разнесся над поляной.

Ведьма развернулась и свирепо посмотрела на настоящее тело Танкуоля. Дрожащим голосом она принялась выкрикивать указания остальным людям из каравана.

Танкуоль видел, как они побежали к его прежней оболочке. Пусть забирают эту слабую и жалкую плоть! Какой от нее прок, если его гений заключен в громаду из костей и стали, соединен с вершиной инженерной мысли клана Скрайр!

Он поднял костяную лапу, собираясь сжечь ведьму заклинанием. И содрогнулся, когда ничего не произошло. Танкуоль не чувствовал, что сквозь его новое тело течет магия. Хуже того, он не смог ощутить эманаций эфира и вокруг себя! Серый провидец попытался принюхаться к ведьме, но не уловил ни малейшего запаха магии!

В голове Танкуоля вспыхнуло подозрение. Пусть он не чувствовал запаха магии, но уверенность прекрасно различал, а ведьма сейчас была даже слишком уверенна. Неким образом серый провидец ощутил связь со своей старой оболочкой и вспомнил, с какой заботой люди относились к телам сородичей, разум которых ведьма переносила в монстров.

Панически взвыв, Танкуоль бросился через поляну. Лапы крысоогра отмахивались от надвигавшихся людей, словно от мух. Серый провидец не стал тратить время и наслаждаться хаосом, а прыгнул к одинокому и беззащитному рогатому крысолюду. Наделенное разумом Костодера, старое тело Танкуоля стояло неподвижно. Им овладела тупость, которая не позволяла двигаться без приказа хозяина.

Серый провидец попытался рыкнуть на него и заставить бежать, однако без искажающего зуба командовать глупым животным было невозможно. Тогда Танкуоль подхватил его, сунул под мышку и без долгих колебаний бросился в лес, оставив позади и поляну, и караван.

Ему требовалось время, чтобы осознать произошедшее и разобраться в последствиях заклятия ведьмы. А потом став хозяином положения, он вернется и разделается с ней и своими ненавистными врагами Готреком и Феликсом!

Танкуоль почти час бродил по сумрачному лесу, прежде чем отыскал остальных скавенов. Он проклинал слабые чувства своего нового тела. Будь у него хороший нюх, он быстро нашел бы этих болванов, а так приходилось высматривать их следы среди зарослей. Покинув его, двуличные союзники отступили в тень леса примерно в лиге от лагеря караванщиков. Танкуоль услышал, как крысолюды спорили, пытаясь состряпать правдоподобную ложь, почему они бросили величайшего героя империи скавенов. Ложь, которая им очень пригодится, когда в Серолапую Нору прибудет представитель Скавенгниля.

Целую минуту Танкуоль прислушивался к тщеславному писку военачальника Пакстаба. Хорошо еще у Костодера не было желудка, а то его вывернуло бы от хвастливых историй слабохарактерного червя про его храбрую попытку добраться до окруженного серого провидца. И про то, что лишь появление трех гигантских зверолюдов заставило это ничтожество отступить. Ведь он был уверен: благородному Танкуолю не хотелось, чтобы доблестный военачальник Серолапой Норы понапрасну расстался с жизнью.

Презрительно фыркнув, Танкуоль вышел из-за деревьев. Внезапное появление крысоогра породило у скавенов вопли ужаса. Серый провидец весело хлестнул костяным хвостом. Лишенный нюха, он судил о ветре только на глаз, но ему удалось скрыть свой запах от вероломных крысолюдов. Внезапность была на его стороне, и он намеревался воспользоваться ею в полной мере.

– Пакстаб-мясо, – прорычал Танкуоль. Скавены вдвойне перепугались, услышав голос серого провидца, который с рокотом вырывался из горла Костодера. – Умолкни, пока я не свернул тебе шею!

Потрясенный, военачальник упал на колени.

– Ужасный Танкуоль… это-это вы?

Крысоогр навис над ним и ударил по морде костяной лапой. Пакстаб кувыркнулся в кусты.

– Еще есть глупые вопросы? – прорычал Танкуоль, поворачивая похожую на череп голову и оглядывая каждого из скавенов по очереди.

– Что-что случилось? – спросил Кракуль, глаза которого возбужденно блестели за стеклами очков.

Танкуоль грозно шагнул к крысе-жестянщику.

– Тебе стоит вести себя тихо, – предупредил он и поднял массивную лапу, собираясь прихлопнуть вероломного мелкого лизоблюда. И тут почувствовал холодную боль в боку. Все его тело содрогнулось и замерло.

Кракуль со злобным визгом захлопал в ладоши. Танкуолю была совершенно ясна причина его радости: коварный хорек отремонтировал предохранительный клапан, из-за которого Костодер не мог причинить вред скавену из клана Скрайр.

Однако Костодер был существом, лишенным собственного разума и воли, а серый провидец обладал самым блестящим во всей Подземной империи умом и силой воли, способной противостоять козням богов и демонов. Зарычав от боли, Танкуоль принялся царапать хитрое приспособление, пока не вырвал его из крепления. Держа устройство между костяными пальцами, он свирепо взглянул на инженера-колдуна.

– Это твое, – прошипел Танкуоль и швырнул штуковину в Кракуля.

Тот вскрикнул – и удар тяжелого бронзового клапана превратил его череп в месиво.

Остальные скавены, взвыв от ужаса, упали на колени и обнажили горло в знак покорности. Мысль уничтожить их всех до единого казалась такой заманчивой, но Танкуоль понимал, что они ему нужны. Пока он выслеживал своих неверных прислужников, у него было время хорошенько подумать. И выводы ему совсем не понравились.

Надежное, крепкое и более мощное, чем любой сосуд из плоти и костей, неживое тело крысоогра было тем не менее отрезано от эфира, что лишало Танкуоля доступа к божественной силе Рогатой Крысы и черной магии, исходившей от этой силы. А отказ от нее ужасал серого провидца куда сильнее, чем нехватка ощущений в механическом теле Костодера.

Был еще одна вещь, от которой Танкуоля бросало в холод, заставляя чувствовать себя крошечным и трусливым, несмотря на новую мускулатуру и размеры. Сколько уже было Костодеров? И ведь смерть каждого оказывалась впечатляющей и жуткой. Имелась у крысоогров частичка какого-то фатального невезения. Танкуолю не нравилось думать, что он унаследовал неудачливость от нынешнего Костодера, когда поменялся с ним местами. Серый провидец как будто несся по водостоку, борясь со временем и течением, а его засасывало и увлекало к ужасной погибели!

Нет! Он обязан вернуться в свое тело. И сделать это поскорее. А единственный способ – заставить самку-ведьму снять проклятие. Она должна знать секрет подобной магии, ведь наверняка множество раз ею пользовалась!

– Слушайте-внимайте! – зарычал Танкуоль на пресмыкавшихся скавенов. – И повинуйтесь! Найдите-отыщите самку-ведьму! Не калечьте, лишь найдите!

Серый провидец словно увидел, как в мозгах прислужников завертелись шестеренки коварства, поэтому решил добавить к приказу угроз.

– Если раните-навредите самке-ведьме, то я отправлюсь в Серолапую Нору! – прорычал он, выпрямился во весь рост и ударил себя в грудь двумя лапами, вспомнив устрашающие повадки тролля. Правда, уронил при этом свое настоящее тело, что несколько смазало эффект. – Я убью ваших самок, раздавлю детенышей и заберу весь искажающий камень! – пригрозил Танкуоль. – Сделаю Серолапую Нору самым презренным из рабских кланов! Вы все станете кормом-мясом для змей-личинок клана Вермс!

Страшные обещания заставили скавенов заново поклясться в верности и покорности, скулеж и писк эхом разнеслись по лесу. Можно было не сомневаться, что они выполнят требования. Угрозы сдержат их в узде.

Разумеется, после стольких страданий Танкуоль намеревался исполнить все, что обещал. И не важно, будут ему подчиняться эти притворщики или нет.

Серый провидец разглядывал маленькую деревушку, в сотый раз проклиная отсутствие у Костодера нюха. С хорошим чутьем он смог бы уловить запах самки-ведьмы. И мгновенно разгадал бы ложь Нактита, а после наказал бы его соответствующим образом. Усомниться в вероломстве следопыта-крысы заставляло лишь то, что никто из скавенов не мог знать о недуге серого провидца. Они считали, что нюх у Танкуоля такой же острый, как и у любого из них.

Если, конечно, этот грязный жестянщик Кракуль не разболтал что-нибудь перед смертью.

Поигрывая мускулами на массивных руках, Танкуоль мрачно смотрел на прислужников. Разведчики вернулись довольно быстро и доложили, что лагерь караванщиков пуст. Однако там остались следы схватки, которая случилась, должно быть, после того, как серый провидец… отступил. Судя по всему, сражение происходило между двумя группами людей. Разведчики не могли сказать, кто же победил, но сумели по запаху отследить ведьму до этой деревни.

Танкуоль раздраженно заскрежетал зубами. Нактит сообщил, что ведьму отвели в самое большое здание. Серый провидец знал такие сооружения: это было одно из убежищ богов, которые люди строили для защиты своего запутанного пантеона. Шпиль здания украшал большой молот. Танкуоль был отлично знаком с культом Зигмара, последователи которого были одержимы желанием сжечь каждого попавшего под руку колдуна или ведьму. Если не поторопиться, старая самка умрет, а вместе с ней исчезнет и секрет ее проклятия!

Нельзя этого допустить! Танкуоля все больше и больше терзал страх, что случится нечто ужасное и участь, постигшая уже шестерых Костодеров, не минует и его! Чтобы спасти себя, он должен вызволить колдунью из лап охотников на ведьм!

– Ты уверен-ручаешься, что здесь есть туннель? – рявкнул серый провидец на Нактита.

Разведчик неистово закивал:

– Да-да, Ужасный! В месте-храме человечишек всегда есть туннель! Чтобы прятаться-убегать, когда боги человечишек воюют!

Танкуоль потянулся было пригладить усы, но запоздало вспомнил, что у Костодера их нет.

История о распрях между людскими жрецами звучала вполне правдиво. В подобных войнах первым делом сжигают дома других богов. Но хватало ли человечишкам мозгов строить для спасения туннели?

Танкуоль повернул голову и вытянул шею, чтобы разглядеть рогатого крысолюда, стоявшего у его ног. Он увидел на своем настоящем лице столь бескрайнюю тупость, что пришел в ужас. Любой ценой нужно вернуть себе прежнее тело. Нельзя оставлять его безмозглому Костодеру. Танкуоль должен возвратиться в собственную шкуру, ощутить, как по венам бежит кровь, а в груди бьется сердце! Должен восстановить свою связь с силой Рогатой! Более того, ему нужно было сделать понюшку толченого искажающего камня. Без щепотки спасительной пыли его нервы, или что там было в теле крысоогра, натянулись до предела. А забрасывать ее в теперешний нос было бесполезно – она лишь сгорела бы в топке автоматона.

Да, скавены нападут на деревню людей. Пакстаб возглавит основной отряд и атакует окружавшие деревню стены, уводя людей от храма. А пока те будут заняты, разведчики Танкуоля и Нактита проникнут через туннель в склеп под храмом. Люди имеют обыкновение запирать своих пленников под землей, поэтому серый провидец надеялся, что самка-ведьма окажется там.

А если нет… Каждый из крысолюдов знал, что с ним сделает Танкуоль, если что-то пойдет не так!

Серый провидец зарычал, когда задел свод туннеля плечами и на него потоком посыпались тяжелые камни. Запоздало вспомнив, что нужно привязанное к спине тело рогатого скавена, Танкуоль неловко развернулся и принял основной удар на металлическую грудь. После всего, через что он прошел, покалечить свое настоящее тело, так и не успев в него вернуться, было бы несправедливо и жестоко.

Или в том и состоял замысел? Танкуоль с подозрением посмотрел на узкий туннель и Нактита. Не задумал ли разведчик заманить его туда, где невероятные размеры крысоогра превращались в слабость? Туда, где громадный Костодер мог обрушить всю нору себе на голову?

Серый провидец подавил свои сомнения. Как бы это ни уязвляло его гордость, Нактиту приходилось доверять. И верить, что ведьма там, где сказал разведчик. Присутствие Нактита немного успокаивало – тот наверняка понимал, что станет первой жертвой, если Танкуоль уличит его во лжи.

В конце концов, туннель действительно проходил под каменным фундаментом, а значит, пока донесение Нактита правдиво. В поселении людишек храм был единственным зданием, размеры которого оправдывали столь прочный фундамент. Танкуоль почувствовал себя немного увереннее. Когда все закончится, он, возможно, даже сохранит Нактиту жизнь.

В туннеле стали слышны человеческие голоса, слабые и неясные. Серый провидец увидел впереди тяжелую каменную стену с вделанным в нее кольцом. Это, как поспешил объяснить Нактит, и был вход. С другой стороны стены находился склеп.

– … признайся, женщина, пока у тебя еще есть язык! – Голос был резким и жестоким, с почти скавенскими злобными интонациями.

– Ты все равно станешь пытать меня, храмовник, так какая польза от моих слов?

Второй голос заставил челюсти Танкуоля с лязгом захлопнуться. Это была самка-ведьма! Судя по тону, она ослабела, а возможно, и ранена. Или даже умирает? Танкуоль подавил панику, которая грозила захлестнуть его. Следовало подождать и позволить Пакстабу увести людей. Тогда можно будет спокойно войти и схватить старуху.

– Клянусь молотом Зигмара, ты признаешься во всех своих грехах! – прорычал охотник на ведьм. – Признаешься в союзе с созданиями Хаоса и в том, что заманила людей из этой общины в свой лагерь, чтобы скормить их плоть своим отвратительным хозяевам!

– Стригане – не слуги Старой Ночи, – устало проговорила ведьма. – Чудовища, о которых ты говоришь, напали не только на твой народ, но и на мой.

– Зло всегда оборачивается против самого себя, – отрезал охотник на ведьм.

Он мог бы еще что-нибудь добавить, но его прервали топот и отчаянный крик:

– Брат Эхтер! Чудовища напали на деревню!

– Они пришли, чтобы спасти свою проклятую госпожу, – выругался охотник на ведьм. – Собрать ополчение! Эта мерзость не должна проникнуть в храм!

Люди побежали наверх, звуки их торопливых шагов стихли. Танкуоль дал им время уйти подальше, а после велел Нактиту открыть потайную дверь. Пока воины Пакстаба отвлекают людей, остальные скавены проскользнут в храм и похитят самку-ведьму.

Нактит и его разведчики тянули за железное кольцо и медленно отодвигали перекрывавший туннель кусок стены. Заминка заставила Танкуоля ощетиниться. Он ринулся вперед, ухватился когтями за верхнюю часть каменной кладки и оттащил тяжелую преграду в сторону. Бросив свирепый взгляд на скавенов, он жестом приказал им забегать в склеп.

Пространство по другую сторону стены оказалось длинным и узким, вдоль стен тянулись глубокие ниши. В каждой из них покоились рассыпавшиеся скелеты, железные решетки надежно запирали останки давно умерших людей. Каменная лестница вела к закрытому люку в потолке.

Кроме скавенов, в склепе оказался лишь один живой обитатель – ведьма, заключенная в одну из камер. Руки старухи были примотаны к телу кожаными ремнями, а лицо обезобразила восковая печать со знаком двухвостой кометы.