Текст книги "Танкуоль и Костодер"

Автор книги: К. Л. Вернер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 63 страниц)

Как ни старался Танкуоль объяснить эти мнимые неудачи, Критислик оставался глух к его словам. Танкуоля лишили посоха, амулета, символов серого провидца и агента Совета и бросили в какую-то мрачную дыру глубоко под улицами Скавенгниля. И теперь он, как никогда прежде, уверился в том, что за его падением с самого начала стоял Критислик. Это стараниями Верховного провидца на его пути оказались рожденный преисподней гном, вероломный Шнырь и все прочие враги, которые завидовали его гениальности и подвергали сомнению его неустанную преданность и благочестие! Правильно Танкуоль готовил заговор против этой одряхлевшей старой мыши! А стоило подумать обо всех тех моментах, когда он разбрызгивал мускус лишь для того, чтобы запахом страха выразить почтение этому дураку…

Глаза Танкуоля привыкли к темноте, и он тут же замер. Все вокруг изменилось – серый провидец был уже не в унылой узкой яме. Он вспомнил те жалкие кости, которые стражники сбросили ему прошлой ночью. У костей был странный вкус, но в тот миг Танкуоль был слишком голоден, чтобы обращать на это внимание. А теперь догадался, что их пропитали каким-то снадобьем. И пока он оставался без сознания, тюремщики заткнули ему рот кляпом, связали и перенесли из тюрьмы сюда.

Но что же это за место? Желудок Танкуоля сжался, а опустевшие железы попытались выпустить мускус. Серого провидца посетило ужаснейшее предчувствие. Лабиринт Неотвратимой Смерти – самый коварный из способов Совета Тринадцати избавляться от тех, кто им не нравился. Переплетение туннелей и проходов, полных ловушек, ям, шипов и кипящего масла. Укрепленные стальными прутьями стены не смог бы прогрызть даже самый отчаянный скавен. За все столетия, которые прошли с момента постройки лабиринта, никому не удалось из него выбраться. А причина была проста – из этого места не существовало выхода.

Танкуоль уставился на потолок, и голова у него закружилась от вида крохотных мерцающих огоньков. Успокаивающая близость свода растворилась в бескрайней и пугающей пустоте ночного неба. Он знал, что это всего лишь трюк, созданная гномами иллюзия, которую похитили из разрушенных залов Города Столпов. Он понимал, что видит вовсе не звезды, а крошечные кусочки янтаря и жемчуг на выкрашенном в черный цвет потолке. Понимал, что это обман, но не мог побороть безотчетное отвращение, которое расползалось по его телу. Бесчисленные поколения скавенов рождались, сражались и умирали в тесных туннелях и захламленных пещерах Подземной Империи, что сделало их племенем агорафобов. Ужас перед открытым пространством отпечатался в самых глубоких и примитивных частях их разума.

Серый провидец попытался побороть страх своими знаниями, силой интеллекта подчинить неуправляемую природу. Жестокая натура безвестных и проклятых крысолюдов, построивших это место, проявлялась в том, что лабиринт должен был уничтожать скавенов с помощью их же естественных побуждений.

Инстинкт против интеллекта – неравная схватка для большинства скавенов, которые, по сути, немногим умнее своих соседей-крыс, однако если в дело вступает разум, подобный тому, которым обладает Танкуоль, то победу одерживает гений. Безымянные архитекторы лабиринта не рассчитывали на блестящий ум серого провидца!

Танкуоль поймал себя на том, что крадется к стене, борясь с отчаянным желанием коснуться усами влажной земли и убедиться, что не проваливается в пустоту огромного неба. Он заскрежетал зубами от досады. Надо же было позволить телу пойти на поводу у столь примитивных и ничтожных порывов! Строители лабиринта наверняка знали, что самым естественным для любого скавена, над которым раскинулся звездный покров, было прижаться к стене. А значит, они могли спрятать в ней какое угодно средство, способное расправиться со слабыми умами. Намазанные ядом шипы на пружинах, скрытые тонким слоем земли огнеметы, плюющиеся струями искажающего пламени, а возможно, даже потайной шарнир, благодаря которому стена могла повернуться и раздавить жертву.

Нервничая все сильнее и сильнее, Танкуоль медленно попятился от мерзкой стены. А почувствовав, как за спиной осыпается земля, с выпученными от страха глазами прыгнул к центру туннеля, не заботясь о том, насколько уместно подобное поведение для серого провидца его статуса. Отступая от одной стены, он слишком приблизился к другой. Лишь отточенные молниеносные рефлексы позволили ему избежать столь необдуманного риска. Танкуоль наблюдал за стеной, которую задел, с тревогой ожидая, что оттуда появится какая-нибудь опасность. Но ничего не произошло, и это его почти разочаровало, впрочем, следовало полагать, что его поразительные реакции куда быстрее устройств, которыми снабдили лабиринт архитекторы. Машина смерти еще не успела сработать, а Танкуоль уже исчез.

Он стоял в темноте, прислушиваясь к биению собственного сердца. Все его чувства обострились. Танкуоль различил слабый горьковато-сладкий запах. Ощутил легкое колыхание воздуха, намекавшее на сквозняк. Расслышал неясный шум, который доносился из-под каменного пола. Казалось, там скрежещут ржавые шестеренки.

Из лабиринта не было выхода, но Танкуоль все равно решил не сдаваться. Если ему удастся найти, чем снять намордник и оковы, он сможет воспользоваться магией и вновь склонить чашу весов в свою пользу. Какими бы изобретательными ни были архитекторы лабиринта, вряд ли при постройке ловушек они принимали в расчет мощь серого провидца.

Стараясь не смотреть на лишавшую самообладания иллюзию неба, Танкуоль осторожно двинулся по туннелю. Он пытался держаться подальше от стен и внимательно следил за тем, куда ступает. Впереди туннель разделялся на пять отдельных коридоров, которые расходились в стороны, словно пальцы руки. Серый провидец остановился и принюхался, пытаясь решить, в какой пойти. Крайний левый коридор вызывал у него хорошие предчувствия. Скавен раздраженно хлестнул себя хвостом, вспомнив, что все это место создано так, чтобы подталкивать жертву к самоуничтожению.

Танкуоль отвернулся от левого прохода и выбрал центральный, но не успел сделать и дюжины шагов, как чутье заставило его броситься на пол. Мгновение спустя над головой скавена со свистом пронесся поток зеленого искажающего огня, прожигая себе путь сквозь туннель. Запах паленой шерсти подсказал серому провидцу, как близок тот был к гибели – хоть он и успел упасть, пламя все же облизало ему спину.

Танкуоль поднялся и хмуро вгляделся в темноту. На этот раз он безошибочно различил скрежет зубчатых колес под полом. Почувствовал, как грохочет сам туннель. Скавен поторопился вернуться тем же путем, каким пришел. Он как раз добрался до развилки, когда потайной механизм начал вращать туннель-ловушку. Вскоре там, где раньше был проход, оказалась лишь глухая стена.

Серый провидец не стал тратить время ни на созерцание подземной машины, ни на размышления, сама ли она работает, или ею управляет чей-то жестокий разум. Уцелев после встречи с искажающим огнем, он решил все-таки довериться первому впечатлению и пойти по крайнему левому туннелю. Хотя тот мог оказаться не менее опасным, чем выбранный наугад.

Едва Танкуоль вошел в туннель, горьковато-сладкий запах сделался еще сильнее. Теперь серый провидец узнал его и сильнее прежнего начал подозревать обман. Пахло не просто очищенным искажающим камнем, а искажающим камнем, которому позволили вылеживаться невероятно долго. Вещи подобного сорта могли завладеть разумом скавена и уводить его все дальше и дальше, а тот даже не осознавал бы этого притяжения.

Однако Танкуоль прекрасно понял, что именно заманило его в туннель. Он догадался, что попал в ловушку, и был начеку. Едва уловимая перемена в тяжелом воздухе заставила серого провидца замереть. Перед его глазами яркой вспышкой среди темноты мелькнул металл. Танкуоль напрягся каждой мышцей и стал ждать, пока маятник вернется в свою потайную нишу. На миг серый провидец задумался, не воспользоваться ли ему острой кромкой маятника, чтобы избавиться от оков, но быстро отбросил этот порыв, опасаясь, что тюремщики могли намазать лезвие каким-нибудь смертоносным ядом.

Танкуоль пробирался сквозь мрак, позволяя запаху искажающего камня вести за собой. Он продолжал сторониться стен и отводил взгляд от смущавшего блеска фальшивых звезд. Серого провидца толкало вперед вовсе не желание спастись, ведь он знал, что из Лабиринта Неотвратимой Смерти нет выхода. Нет, им двигало нечто более примитивное и природное. Сейчас его, разгоряченного запахом искажающего камня, заботили еда и вода. Следовало удовлетворить телесные нужды, прежде чем приступать к избавлению от оков и схватке с испытаниями лабиринта.

Танкуоля затягивало все дальше в темноту извилистого туннеля, и даже его находчивый ум уже изнемогал от попыток уследить за тропой под ногами. Та закручивалась вокруг самой себя, заставляя думать, что, возможно, скрытые механизмы двигали проходы за его спиной, вращая и поворачивая их так, чтобы он оказался пойман в бесконечно повторяющийся узор. Эта мысль и приводила в уныние, и вызывала восхищение жестокостью создателей лабиринта.

Если машины действительно вращали туннели, то за этим как минимум стояла какая-то цель. Свернув в последний раз, Танкуоль с удивлением обнаружил перед собой просторную пещеру. Капавшие с потолка сталактиты портили впечатление от жемчужных звезд и серебряных лун над головой. Стены были по крайней мере частично обработаны, и на них виднелись следы инструментов, а не царапины от когтей и клыков. Серый провидец не смог разглядеть других входов в это место и очень скоро потерял интерес к их поискам. Его вниманием завладел предмет в центре пещеры.

Черный камень с зелеными прожилками, которые светились в темноте. Если у Танкуоля и были какие-то сомнения насчет горьковато-сладкого запаха, то в цвете искажающего камня он не мог ошибиться. Тот стоял на небольшом медном постаменте, на котором серый провидец рассмотрел грубые руны и причудливые символы. Древние письмена. Действительно очень древние, вероятно появившиеся даже прежде самих скавенов.

Танкуоля охватило нечто посильнее голода, и он подкрался к постаменту. Любопытство было тем пороком, который направлял племя скавенов всю их долгую историю, хотя при любой возможности каждый крысолюд, обладающий хоть каплей сообразительности, предпочитал, чтобы неизбежные для опасных дел риски брали на себя помощники. Танкуоль подобной роскошью не располагал, и это обстоятельство заставило его еще раз проклясть Критислика. Несколько рабов или даже свирепая гигантская крыса весьма пригодились бы. Ни один скавен не чувствовал себя спокойно, если его нос не наполнял запах дюжины прислужников.

Танкуоль подавил в себе и голод, и любопытство, поскольку слишком хорошо помнил, где находится. Стараясь держаться на расстоянии, он осторожно обходил постамент и изучал его издалека. Внезапно серый провидец остановился уставившись на каменную глыбу. Теперь Танкуоль смог разглядеть, что перед ним грубое изваяние, столь же примитивное, сколь и древнее. Это была статуя скавена, лапы которого лежали на обернутых хвостом коленях, а над головой возвышались огромные, похожие на могучие глефы рога. Серый провидец пал ниц в благоговейном страхе пред образом Рогатой Крысы.

Танкуоль наконец понял, где оказался. Это был вовсе не Лабиринт Неотвратимой Смерти, а чуть менее губительный Лабиринт Безжалостного Покаяния, который Верховный провидец использовал для проверки тех серых провидцев, чья верность и способности вызывали у него сомнения. Это место создали для того, чтобы определять, сохранил ли скавен благосклонность Рогатой Крысы. Лишь те, кто проявлял себя, возвращались назад. Прочие становились жертвами лабиринта.

Как и любой скавен, Танкуоль боялся своего бога и завидовал ему, но теперь в мольбах серого провидца о спасении звучала рожденная отчаянием искренность. Если Рогатая Крыса пощадит своего жалкого и недостойного слугу, Танкуоль будет неустанно трудиться и добьется господства над верхним миром. Он не станет больше думать о собственных амбициях и алчности, о тайной мечте возвыситься до Верховного провидца и увидеть, как детеныши Критислика обгладывают кости этого старого негодяя. Он даже откажется от навязчивой идеи отомстить проклятому гному и его разодетому любимчику, если Рогатая Крыса его услышит.

В разгар своих молитвенных обещаний Танкуоль вдруг почувствовал желание поднять голову от пола. Он лишь мгновение смотрел на изображение Рогатой Крысы, а затем его взгляд остановился на чем-то выше и дальше статуи. На фальшивом ночном небе, среди каменных наростов, сияли две голубые звезды. Что-то тревожное было в этих сапфировых огоньках, и Танкуоль начал поворачивать голову, осознав нечто такое, что заставило его позабыть о лабиринтах, богах, искажающем камне и даже голоде.

Голубые звезды двигались.

Медленно, мучительно медленно они ползли по своду пещеры. Теперь Танкуоль смог разглядеть, что сапфировые огоньки не просто находились среди сталактитов, а крепились к большому каменному выступу. Только вот на самом деле это был не камень, а нечто, сливавшееся с камнем, чтобы удобнее было охотиться.

В памяти серого провидца вновь всплыли страшилки тех дней, когда он был еще крысенком. Все те жуткие истории, которые рассказывали злопамятные рабы, чтобы пугать своих подопечных. Сказки о Подземной Империи и лишенных света милях пустых туннелей между норой и лабиринтами, полными скавенов. Жуткие небылицы о том, что обитало в этих туннелях, готовое протянуть лапу и схватить неосторожного скавена, который осмелился в одиночку бросить вызов темноте.

Существо на потолке было одной из таких выдумок. До сего момента Танкуоль считал, что подобное не более чем безумная фантазия блохастых выходцев из клана Вермс. И все-таки это чудовище нельзя было спутать ни с чем другим. Серый провидец уже мог различить очертания длинных тонких ног, огромного брюха и крепкого торакса. Разглядел угловатую голову с похожими на драгоценные камни сапфировыми глазами и зазубренными жвалами в отвратительной пасти. Две изогнутые тени, несомненно, были огромными клешнями чудовища, способными разорвать в клочья. Ими оно ловило и удерживало вопящую жертву, отдирая челюстями куски ее плоти.

Трегара. Пантера подземного мира. Похожий на богомола чудовищный хищник, который не находил для себя добычи желаннее скавенов. Даже сейчас, глядя в эти сапфировые глаза, Танкуоль с трудом верил, что подобная тварь существует на самом деле. Он перебирал в уме каждую полузабытую историю, которую ему рассказывали об этих существах. А трегара продолжала медленно и бесшумно приближаться.

Слепая! Да, это он помнил. Танкуоль возгордился собой, откопав в памяти такой старый и, казалось бы, бесполезный кусочек знаний. Но это еще не все: трегара не могла учуять добычу, как скавен не мог уловить запах бледного жесткого тела насекомого. Как же тогда она охотится?

Трегара была уже почти над самым постаментом. Танкуоль содрогнулся, увидев, насколько та огромна – по крайней мере вдвое тяжелее его самого и покрыта толстыми хитиновыми пластинами. Он задрожал, и насекомое тут же повернуло голову, устремив, казалось, слепой взгляд на серого провидца. Танкуолю вовсе не почудилось – вялые движения трегары действительно стали стремительными.

Движение! Вот так трегара отыскивает добычу! Даже малейшее шевеление выдаст Танкуоля. Он изо всех сил старался успокоиться, унять бьющийся хвост и дрожащие конечности. Серый провидец заставил себя отвести взгляд от гигантского насекомого, прекрасно сознавая, что, пока смотрит на него, любая попытка перестать нервничать обречена.

Прошло несколько мучительно долгих мгновений. Танкуоль ждал, что вот-вот его схватят похожие на косы клешни. Но ничего не происходило, и он рискнул поднять морду от пола.

Трегара находилась почти над ним. Он уже отчетливо видел отметины на ее спине, слышал скрежет тела о скалу. Слишком сильное зрелище, чтобы сохранить самообладание. Завопив сквозь кляп, Танкуоль с грацией перепуганной гигантской крысы на всех четырех лапах помчался прочь от зловещего хищника. Отбросив достоинство и приличия, серый провидец, словно огромная мышь, юркнувшая в нору, метнулся обратно в туннель.

Танкуоль бежал по узким извилистым туннелям, а его вновь наполнившиеся железы источали мускусный запах страха. Лишь один раз серый провидец рискнул оглянуться. Два сапфировых огонька сверкали на потолке туннеля, клешни вонзались в черный камень, отталкиваясь ими, – трегара преследовала свою добычу. Зловещая бесшумность насекомого тревожила Танкуоля сильнее, чем шипение змеи или рычание кошки. Тишина придавала трегаре неестественную, почти стихийную ауру неотвратимости.

Серый провидец не собирался подчиняться неизбежному, какую бы форму оно ни приняло. Всегда найдется способ, обман, чтобы выкрутиться, приспешник, чтобы свалить вину, господин, чтобы подольститься. Танкуоль многое пережил – от темных искусств некроманта Воргуна из Прааги до мерзких язв Чумного владыки Скратсквика и воинов-мутантов Арека Демонический Коготь. Даже порожденный преисподней гном не смог одолеть могущественного серого провидца Танкуоля. И он не готов был смириться с тем, что закончит жизнь кормом для какого-то безмозглого туннельного сторожа.

Танкуоль снова оказался на перепутье. И снова перед ним были пять коридоров. Трегара появилась совсем рядом. Поколебавшись лишь миг, скавен кинулся в центральный туннель. Затем бросился на пол и прижался к земле. Одно ужасное мгновение Танкуоль гадал, сработает ли ловушка или этот путь и в самом деле был правильным.

Внезапно над его головой взревело зеленое пламя. В нос ударил тошнотворный запах горелого мяса. Танкуоль посмотрел наверх и увидел, как от обуглившегося панциря трегары отвалилась длинная, похожая на косу клешня. Сапфировые глаза насекомого навсегда потускнели от жаркого потока искажающего огня.

В туннеле вновь раздался грохот. На этот раз Танкуоль оказался не слишком расторопен. Коридор начал вращаться, и его увлекло следом. Поворот завершился, и серый провидец заморгал от резкого света фонарей из искажающего камня, который на него обрушился. Вокруг скрежетали механизмы, и Танкуоль смутно различил в отдалении массивное ступальное колесо, которое приводили в движение рабы-скавены.

Сердце серого провидца бешено колотилось о ребра. Он не умрет! Его бросили не в Лабиринт Неотвратимой Смерти, а в Лабиринт Безжалостного Покаяния! Рогатая Крыса не оставила своего любимого слугу! Ему дали еще один шанс проявить себя. Повелители не обрекали его на гибель.

Гораздо ближе рабов стоял большой отряд закованных в доспехи скавенов. В свете искажающего огня их светлый мех приобрел зеленоватый оттенок. Здоровяки в стальных нагрудниках крепко сжимали алебарды с хищно изогнутыми крюками. Танкуоль по запаху узнал альбиносов-штурмкрыс, элитную стражу Совета Тринадцати.

Среди них была еще одна фигура, почти такая же высокая, как штурмовики. Темно-серый мех резко контрастировал с металлическим отливом длинной развевающейся мантии. Символы, вышитые на ней нитками из черной крысиной шерсти, складывались в замысловатые узоры. Такие же черные рога огромными костяными спиралями закручивались над головой скавена. Морда у него была морщинистая, вытянутая и так искаженная неподвластной времени злобой, что рядом с ней даже самый свирепый великан показался бы крошечным и беззащитным.

Танкуоль, показывая смирение, обнажил горло перед старейшим жрецом-колдуном, Верховным провидцем Критисликом. Если бы в железах серого провидца хоть что-то осталось, он бы проявил уважение своему повелителю, но весь мускус закончился во время жуткого бегства от трегары.

Морда Критислика, разозленного отсутствием почтительного запаха, расплылась в клыкастой, бросающей вызов улыбке. Однако через мгновение Верховный провидец догадался о причинах столь неподобающего поведения и мрачно усмехнулся.

– Ты выжил в лабиринте, серый провидец Танкуоль, – прошипел Критислик. – Хорошо-хорошо. Рогатая все еще любит-жалует тебя.

По взмаху его лапы к пленнику приблизились две штурмкрысы. Грубо, но быстро они сняли с Танкуоля намордник и оковы.

Тот, закашлявшись, выплюнул железный прут и попытался размять челюсти. Затем почувствовал на себе нетерпеливый взгляд Критислика и снова бросился на пол.

– Я служу лишь воле-желанию Рогатой, – заныл Танкуоль. – Слово ужаснейшего-великолепнейшего Верховного провидца для меня священный приказ, о великодушный тиран, – добавил он, решив, что проявление подобострастной преданности поможет избежать возвращения в лабиринт.

Критислик, казалось, размышлял над льстивой речью, но тут в его глазах вспыхнул жестокий огонек.

– Ты был способным слугой, серый провидец Танкуоль, – произнес Критислик. – Совет нуждается в беспо… в сведущем слуге для решения крайне деликатного вопроса.

Верховный провидец снова взмахнул рукой. Белые штурмовики схватили Танкуоля за плечи и повели его прочь. Серый провидец знал, что лучше не сопротивляться и не протестовать. Кто-то менее проницательный мог бы решить, что страшнее лабиринта испытания уже не будет и, отбиваясь, он ничем не рискует.

Однако Танкуоль отлично понимал, что к чему. Там, где дело касалось коварных фантазий Владык Разорения, всегда находилось что-нибудь еще хуже.