Текст книги "Танкуоль и Костодер"

Автор книги: К. Л. Вернер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 63 страниц)

Серый провидец стиснул зубы и уставился в ночное небо. В отличие от других поселений Нижней Империи, большая часть Скавенгниля находилась на поверхности, на руинах древнего человеческого города, когда-то возвышавшегося над местностью, которая позже стала Гнилыми Топями. Кое-кто даже перешептывался, что Разбитая башня, в которой располагались покои Совета Тринадцати, построена не лапами скавенов, а человечьими руками. Такая ересь, будучи произнесенной, незамедлительно каралась старым добрым отсечением языка. Но, глядя на кривой шпиль, доминирующий над городским пейзажем, Танкуоль вынужден был признать, что это строение несет на себе уродливый отпечаток человечьей мысли с возможной примесью гномьей. Естественно, у серого провидца хватало ума никогда не озвучивать подобные мысли вслух.

Танкуоль снова перевел взгляд на широкую улицу, где он стоял. Аллея была забита копошащейся массой крысолюдов, морем меха и клыков. Крысомасса колыхалась, извивалась, протискивалась, подпрыгивала, пытаясь перемещаться по городу. В воздухе стоял густой замес из гниющей древесины, прогорклого меха, мускуса и экскрементов. Отчетливый оттенок черной кукурузы в помете скавенов придавал городу неповторимый запах. Рычание, скулеж и чириканье крысолюдов эхом отскакивали от осыпающихся каменных стен, обрамлявших улицу.

Большая часть города проседала в землю, медленно схлопываясь в лабиринт нор и крысиных ходов, прорытых под городом несколькими поколениями скавенов. К провисшим стенам тут и там прижимались деревянные подпорки и контрфорсы в попытке предотвратить расползание развалин. Многие строения настолько погрузились в грязь и землю, что их нижние этажи уходили глубоко под поверхность. Некоторые все еще щеголяли выветрившимися остатками некогда элегантных колонн и променадов, на иных даже имелись утлые остатки плиточных фресок, выглядывающих из-под слоев грязи. Перед одним из накренившихся особняков на потрескавшемся мраморном постаменте стоял бесформенный остов ржавой железной статуи. Комок ржавчины, возможно бывший когда-то мечом, вознесся над тем, что очертаниями напоминало ржавую руку.

«Домой», – подумал Танкуоль, когда запахи, звуки и зрелища Скавенгниля заползли в его сознание. Куда бы он ни шел, ничто не могло сравниться с напором скавенгнильских толп, с ощущением присутствия сотен тысяч крысолюдов. По сравнению со Скавенгнилем даже Нижний Альтдорф казался покинутым и пустым. Именно таким и задуман был мир, заполненный до отказа кишащими массами Подземной Империи. Мир, населенный бесчисленными ордами скавенов, смотрящих вверх из сточной канавы в поисках руководства, которое мог дать им только серый провидец Танкуоль.

Танкуоль погладил бакенбарды. Ему было несказанно приятно видеть себя в роли неоспоримого властителя скавенской державы. Однажды он посмеет возложить лапу на Столп Заветов, этот обелиск из чистого искажающего камня, установленный перед Разбитой башней лично Рогатой Крысой. Он не сомневался, что сумеет пережить это испытание, бросить вызов серому провидцу Критислику и занять его место в Совете. А тогда… тогда он начнет истреблять других Владык Разорения. Этого раздутого гнойника Нурглича, и этого металлического техномага Морскиттара, и этого недоноска-горлореза Сника…

Подумав о Повелителе ночи, Танкуоль чуть не сплюнул мускусный комок страха. Одетые в черное убийцы из клана Эшин были кошмаром для любого крысолюда, от последней клановой крысы до высшего военачальника. Они могли таиться где угодно со своими отравленными ножами и смертоносными духовыми трубками. Танкуоль подозрительно прищурился, изучая массу скавенов, заполнивших улицу вокруг него. Внезапно столпотворение крысолюдов, снующих со всех сторон, стало казаться не столь обнадеживающим, как несколько мгновений назад. Почти непроизвольно он попятился от кучки грязнющих скавенов, одетых в цвета незнакомого ему клана. Он смотрел им вслед, одной рукой сжимая крошечный кусочек искажающего камня, который прятал в кармане мантии. Неужели они следят за ним пристальнее, чем следовало бы? Возможно, надо было просто разнести их на куски заклинанием, а уж потом думать, работают ли они на клан Эшин или нет.

Танкуоль покачал головой и решил не наносить преждевременных ударов. Может, магическое действие и уничтожит врагов, но и панику среди скавенов, заполнивших улицу, вызовет точно. Если толпа растопчет его, он погибнет вернее, чем от клинка любого убийцы. Танкуоль продолжал наблюдать за троицей скавенов, пока те не затерялись в массе мохнатых тел. Скорее всего, они просто узнали серого провидца и впали в благоговейный ступор от его грозного присутствия. Да, точно, так оно и было.

Танкуоль издал резкий рык в сторону громадного зверя, возвышавшегося позади него, и пробрался сквозь рой крысолюдов. На покупку этой образины ушла большая часть его тщательно припрятанных искажающих жетонов, но после зловещего контакта с Повелителем ночи Сником Танкуоль рассудил, что должен что-то предпринять для своей защиты. Великан-крысоогр был самым большим и отвратительным из всех, кого он сумел найти в звериных загонах, – гигант с коричневой шерстью, кулаками, похожими на булыжники, и мордой, усеянной острыми как кинжалы клыками. Монстра он назвал Костодером в память о храбром, умном телохранителе, который так доблестно сражался, защищая его от предательства Владыки Скролка и нечестивой магии серого человека-мага.

Толпа расступилась перед Танкуолем. Костодер навис над ними, как тень рока. Послышались испуганные писки, робкие вопли протеста, разнеслась вонь мускусных выбросов. «Крыса-великан… – размышлял Танкуоль, – наилучшее средство напомнить низшим кастам, кто тут главный».

Внимание Танкуоля привлекла вспышка тьмы в толпе. Уж не черный ли плащ промелькнул? Такой, как носят ассасины? Танкуоль упрекнул себя за такую глупость. Ну смех да и только! С какой стати ассасину напяливать черное, когда он и так может легко слиться с толпой? Они же не обязаны носить униформу, словно плакат, извещающий любого встречного об их профессии!

Сквозь толпу Танкуоль увидел скавена в черном плаще, который целеустремленно пробирался к нему, спрятав одну лапу под складками плаща. Танкуоль моргнул, не веря своим глазам. Как ни смешно, но этот урод и вправду прятал нож под плащом! Он посмотрел еще раз и увидел второго крысолюда в плаще, крадущегося к нему, и еще третьего, приближающегося с противоположной стороны.

Танкуоль проворно ретировался от наступающих убийц, сжимая в кармане кусок искажающего камня. Теперь, когда не оставалось никаких сомнений, что головорезы Сника пришли за ним, он был чуть более готов рискнуть, вызвав паническое столпотворение.

Внезапно Костодер распахнул огромную пасть в яростном рыке. Огромные лапы великанской крысы застучали по груди, выбивая барабанную дробь, которая грохотала над головами скавенов, заполнивших улицу. Красные бусинки глаз монстра горели злобой. Он сделал тяжелый шаг к ближайшему ассасину, раздавив огромной ногой невезучего прохожего.

Танкуоль испытал злорадство, увидев выражение ужаса на лице убийцы. Такого они не ожидали. Он очень тщательно подбирал телохранителя, остановив выбор на том, который был обучен ненавидеть закутанных в плащи адептов клана Эшин. Тело крысоогра все еще пересекали шрамы, оставленные дрессировщиками, когда они вбивали ненависть в крошечный мозг зверя. Но действенность такой дрессуры была совершенно очевидна, когда Костодер протоптал окровавленную тропку через толпу на пути к единственной цели – разорвать ассасина на части.

– Да-да! – зашипел Танкуоль сквозь клыки. – Убей их, Костодер! Убей подлых опарышей!

Услышав голос хозяина, Костодер окончательно потерял самообладание. Издав глубокий стонущий рев, гигантская крыса рванула сквозь толпу скавенов, каждым взмахом когтей разбрасывая визжащих крысолюдов по сторонам, топча когтистыми лапами тех, кто в силу нерасторопности или страха не успел убраться с пути. Увидев громадное чудище, несущееся прямо на него, убийца в черном плаще остановился как вкопанный. Он откинул плащ, обнажив нож, который держал в руке. Вопя от ужаса, ассасин метнул оружие в Костодера. С сочным шлепком отравленное лезвие вошло в плечо великана.

Костодер остановил бег. Он повернул голову и уставился на нож, торчащий из тела. Зверюга наклонился, выдернул клинок из плеча и растерянно уставился на него. Понюхав мерзкую зеленую жижу, капающую с отравленного лезвия ножа, он повел огромным носом. Через мгновение запах отпечатался в его тупом мозгу, но, когда великан вспомнил уроки, так мучительно вбиваемые в него дрессировщиками, он ожил от ярости. Костодер гневно сжал нож в кулаке, и клинок превратился в бесформенный стальной комок.

Убийца испуганно взвизгнул и повернулся, намереваясь бежать. Костодер выжил после отравления, и это ввергло ассасина в ужас. Он не мог знать о ядовитом источнике, на котором дрессировщики натаскивали великана, о постепенно увеличивающихся дозах яда, которые они вводили в его вены чуть ли не с рождения. В результате организм Костодера выработал ярко выраженную устойчивость к широкому спектру заболеваний и токсинов.

Крысоогр склонился над улицей, простирающейся под ним, и выхватил с каменной мостовой дрожащего от страха скавена. Несчастный кричал и корчился в объятиях Костодера, но его усилия остались не замеченными зверем. Свирепо глядя на бросившегося бежать ассасина, Костодер швырнул в него кричащего крысолюда. Живой снаряд взвыл, пролетая через улицу и кромсая бегущих зрителей молотящими воздух когтями. Скавен врезался в ассасина, словно пушечное ядро. Обоих крысолюдов подбросило в воздух, сметая всякого, кто попался им на пути на запруженной улице.

После этого охваченная паникой толпа еще яростнее бросилась спасаться бегством, но само количество крысюков не оставляло никаких реальных шансов на какое-либо передвижение. Покалеченные, съежившиеся крысолюды, конечности которых были раздроблены ударом живого снаряда, ползли по земле, отчаянно пытаясь не быть раздавленными ногами других. А тот скавен, которого Костодер запустил в убийцу, превратился в груду сломанных костей и окровавленного меха, размазанную по каменной стене на другой стороне улицы. Под окровавленной тушей извивалось изломанное тело ассасина. От удара позвоночник убийцы хрустнул, оставив его парализованным ниже пояса.

Костодер неуклюже двинулся сквозь визжащую толпу, мощными шагами разметая бесчисленных скавенов. Вскоре он уже возвышался над искалеченным ассасином. Крысоогр уставился на угодившего в ловушку крысолюда, затем опустил когтистую лапу на череп ассасина.

С дикой, дерзкой ухмылкой Танкуоль наблюдал, как Костодер убивает убийцу. Он оглянулся по сторонам и с удовольствием увидел двух других ассасинов, украдкой отступающих в толпу и явно не желающих принимать участие в нападении на серого провидца после столь жестокой расправы над их товарищем. Танкуоль командным голосом рыкнул на Костодера, указывая когтем на одного из отступающих убийц. Но зверюга был слишком поглощен превращением черепа первого убийцы в лепешку и не обратил внимания на голос хозяина. Танкуоля накрыло волной гнева и разочарования.

Он не без труда успокоил себя. Даже и неплохо, что эти оба уцелели. Пусть поделятся пережитым с другими бесшумными убийцами клана Эшин. Пусть расскажут коллегам, что встретиться лицом к лицу с серым провидцем все равно что встретиться с собственной смертью! Да, ассасины должны знать, что убить Танкуоля – задачка не из легких!

И тут серого провидца посетила тревожная мысль, и мех его начал вставать дыбом. Это было просто. Слишком просто. Какая оплошность со стороны ассасинов – дать себя заметить раньше времени. Возможно, они были просто учениками, неофитами в искусстве убийства.

Но зачем Снику посылать непрофессионалов убивать кого-то столь грозного и могущественного?

Повинуясь инстинкту, Танкуоль развернулся и присел на корточки. За его спиной раздался вопль агонии. Серый провидец рискнул бросить взгляд в ту сторону и увидел, что один из скавенов, прятавшихся рядом с ним во время буйства Костодера, лежит на земле и дергается в сильнейших конвульсиях. В щеке раненого крысолюда торчал дротик длиной с палец Танкуоля.

Серый провидец испуганно вытаращил глаза. Ассасины, за которыми он послал Костодера, не были убийцами! Они были отвлекающим маневром! Чтобы чем-то занять Танкуоля, пока настоящий убийца делает свой ход!

Танкуоль бросился на землю и покатился по заляпанным грязью камням. Вроде бы он слышал, как что-то просвистело у него перед носом… но в страдальческом визге скавена за спиной не было никакого «вроде бы». Крысюк подпрыгивал на одной ноге, схватившись лапой за черную иглу, торчащую из другой. Мгновение спустя скавен упал дергающимся мешком, изо рта у него пошла пузырями пена.

Сверху! Дротик прилетел сверху! Танкуоль уставился на каменную стену и заскрежетал зубами, увидев нападавшего. Цеплявшийся за древние камни, как гигантский паук, ассасин был закутан в черное от основания хвоста до кончика морды, только его красные глаза-бусинки оставались открытыми под матерчатой маской, обернутой вокруг лица. Нюх подсказал Танкуолю, что это и есть настоящий ассасин – в ходе одного из жутких ритуалов клана Эшин им удаляют железы, производящие стойкий персональный запах.

Ассасин ответил Танкуолю свирепым взглядом и поднес длинную тонкую духовую трубку к обтянутым тканью губам. Пытаясь спрятать лицо от предстоящего выстрела, серый провидец пригнул голову и вжался в грязную землю. На этот раз он отчетливо услышал, как дротик пронесся по воздуху. Он почувствовал, как что-то коснулось его, и в ужасе затаил дыхание, ожидая, когда яд сделает свое смертоносное дело.

Через один удар сердца Танкуоль понял, что произошло. Дротик пролетел мимо него, отскочив от рога. Страх и ярость боролись в нем, когда он осознал, насколько близок был к смерти. Страх дал хорошую встряску, но в итоге победила ярость.

Танкуоль поднялся с земли и сосредоточил взгляд на ассасине, цеплявшемся за стену наверху. Серый провидец сомкнул пальцы на куске искажающего камня, лежащем в кармане, отломил крошечный кусочек и сунул в рот. Казалось, что ассасин застыл от ужаса, не в силах пошевелиться, в точности как и тот, подставной, когда на него неудержимо попер Костодер.

Когда магическая энергия искажающего камня протекла через разум Танкуоля и просочилась в душу, в глубине его глаз мелькнул гнилостный зеленый огонек. Он ощутил, как сквозь него течет огромная сила Рогатой Крысы, как пронизывают тело магические ветры. Серый провидец стиснул клыки, и его мозг наполнили картины разрушения. Он испепелит всю эту улицу и всё, что на ней есть, оставив от зданий одни груды шлака. Силой магической ярости он выжжет тень убийцы в камне и отправит его вопящую душу в глубины ада Квитула! Затем он повалит Разбитую башню и вытащит из-под обломков изуродованный труп Сника…

Танкуоль затряс головой, борясь с нарастающим воздействием искажающего камня. Он сосредоточился на ближайшей задаче. Ему надо сделать лишь одно – убить ассасина, и ничего больше.

Внезапно сосредоточенность Танкуоля нарушил истошный вопль ужаса. Воздух пропитался резким запахом мускуса, а земля затряслась от бешеной беготни сотен крысолюдов. Серый провидец обернулся и увидел, как паникующая толпа отхлынула от него, испуганная потрескивающей молнией, что плясала вокруг посоха, и зловещей аурой, окутавшей Танкуоля, подобно мантии, когда он призвал страшную магию Рогатой Крысы. Толпа бросилась прочь от него с нарастающей скоростью. Но даже широкие улицы Скавенгниля не могли вместить несметные толпы барахтающихся, обезумевших крысолюдов. Вскоре они сбились в кучу и сгрудились по обе стороны улицы, не имея возможности бежать дальше. И тогда толпа, объятая слепым ужасом, ринулась назад, развернулась в надежде найти выход в противоположном направлении.

С обоих концов улицы неслась волна визжащих, рычащих скавенов. Между двумя охваченными паникой ордами стоял серый провидец Танкуоль, внезапно ощутивший себя очень маленьким и уязвимым, несмотря на всю магию, клокотавшую в его жилах.

Ассасин, устроившийся на стене, как птичка на насесте, злорадно чирикнул. Танкуоль злобно нахмурился, а убийца преспокойно взобрался на крышу здания и скрылся из виду. И тут провидец понял, что так и было задумано изначально. Ассасин и не собирался убивать Танкуоля дротиками, он хотел спровоцировать его на применение магии для самозащиты, тем самым повергнув толпу в панику. Когда Танкуоль будет растоптан толпой обезумевших скавенов, не останется никаких доказательств, что его смерть – дело рук клана Эшин.

Танкуоль гордо застыл на месте. В основном потому, что бежать было некуда. Он поднял посох и бросил трескучую зеленую молнию в передние ряды бегущих в панике скавенов. Несколько крысюков упали с визгом, и тела их тут же растоптала толпа. Охваченные слепой паникой, скавены даже не заметили смертоносное колдовство Танкуоля. Серый провидец повернулся и послал вторую молнию в толпу скавенов, несущихся к нему с другого конца улицы. И снова толпа никак не отреагировала.

Танкуоль сплюнул мускусный комок страха. Да, он может испепелить хоть сотню этих трусливых паразитов, и все равно их останется достаточно, чтобы растоптать его!

Пока он размышлял о своей неминуемой гибели, с противоположной стороны улицы к нему метнулось нечто громадное. Танкуоль крутанулся и послал разряд молнии, чудом не задев морду Костодера. Массовая паника скавенов проникла-таки в крохотный мозг зверюги! Слабоумная скотина набросилась на него!

Танкуоль не успел швырнуть еще один магический заряд в Костодера – чудище уже насело на него. Огромные когти сомкнулись вокруг тела серого провидца, прижав его руки к бокам, и подняли в воздух. Танкуоль дергался и ругался, пытаясь вырваться из предательского захвата телохранителя.

Две толпы паникующих скавенов столкнулись, яростно атакуя друг друга. Улица превратилась в море сверкающих клыков и когтей, когда перепуганные скавены принялись рвать друг друга. Все существо Танкуоля наполнилось острым запахом черной скавенской крови.

Костодер поднял серого провидца еще выше, держа его на расстоянии вытянутой руки от разъяренной толпы.

Страх покинул Танкуоля, и он поспешил проглотить последние проклятия, которыми осыпал голову телохранителя. «Какой умный слуга, – подумал серый провидец, – увидел, что господин в беде, и поспешил на помощь».

Надо бы как-нибудь наградить Костодера за безупречную службу.

Может, скормить ему сердце Сника, когда он, Танкуоль, вырвет его из пронзенной груди Повелителя ночи.

Глава вторая
УЛИЦЫ СКАВЕНГНИЛЯ

Серый провидец Танкуоль сидел во мраке съемной норы и тщательно обдумывал следующий шаг. Повелителю ночи Снику не удалось с первого раза убить его, но было очевидно, что вождь клана Эшин не остановится. Если ассасины взяли след скавена, они никогда его не потеряют.

Безумие, вызванное искажающим камнем, прошло. Танкуоль уже не помышлял убить Сника. От одной этой мысли всё его тело сотрясалось от страха. Нет, единственный способ спасти шкуру – выяснить, почему клан Эшин хочет его смерти. Тогда придется изыскать способ заставить их передумать. Или же попытаться найти могущественного союзника, способного защитить его от Сника. Это будет нелегко. Ни у одного из военных кланов, даже у могущественных Морсов, не хватит сил потягаться с Эшином. Техномаги Скрайр жили с ассасинами душа в душу, разрабатывая для них всевозможные новые орудия убийства. Помощи от них не будет.

А вот клан Творцов – это вариант. Правда, неблагодарные укротители считают его виновным в восстании рабов, которое чуть не уничтожило Адскую Яму! Сейчас не время напоминать им, что нападение на город было делом рук мятежного мутанта Шныря Стукача, а не стойкого и самоотверженного серого провидца. Клан Чумы, традиционный противник Эшина, был еще хуже. Танкуоль прославился за счет чумовиков, одолев мятежного Повелителя чумы Скратсквика. Теперь он сорвал их попытки украсть Червоточину и помимо воли поучаствовал в уничтожении Владыки Скролка, любимого ученика Нурглича. С какой стати чумным монахам защищать его от Сника? Разве что для того, чтобы самим прикончить серого провидца.

Танкуоль стряхнул с меха блоху и с отвращением оглядел свое грязное пристанище. Возвращаться в собственные апартаменты было слишком опасно: там его в первую очередь и будут искать потенциальные убийцы. Нора, на которую хватило оставшихся у него искажающих жетонов, по сути представляла собой просто дырку, вырытую когтями в грязевом грунте Скавенгниля. Земляные стены сочились влагой, из них на каждом шагу торчали уродливые оранжевые корни. Потолок провис, и от обрушения его удерживало лишь несколько прогнивших балок и столбиков, сложенных из битого кирпича. Постелью служила куча кишащей насекомыми соломы, которая благоухала так, словно ее в последний раз меняли при Серых Владыках. В одном углу стоял полуразвалившийся письменный стол, украденный с какой-то тилийской виллы, а в другом медленно гнил окованный железом сундук. Все это, включая услуги немощного раба-человека, трехразовое питание и стоячую воду, которую он мог в неограниченных количествах сосать из бронзовой трубы в туннеле по соседству с норой, обошлось Танкуолю в семнадцать драгоценных жетонов искажающего камня.

Это-то и злило его больше всего. Его грозная репутация должна была побудить трепещущего хозяина норы скинуть хотя бы десяток искажающих жетонов. Похоже, крысюк вообще не хотел видеть Танкуоля в своих туннелях. Даже после того, как Костодер сломал этому наглому свинтусу несколько пальцев, тот так и не сбросил цену. Подлый крысеныш знал, что Танкуоль в бегах, и не преминул воспользоваться этим для бесчестного вымогательства. Серому провидцу не хотелось думать, что вести о его проблемах с кланом Эшин просочились даже в трущобы Отстойника, но все выглядело именно так. Танкуоль надеялся затеряться в несметной толпе меньших кланов Скавенгниля и спокойно обдумать следующий шаг. Но если окружающая его сволочь больше боится клана Эшин, чем серого провидца…

Он раздраженно заскрежетал клыками. Если паршивые канализационные крысы из блошиных кланов думают, что могут настучать Снику, что Танкуоль торчит в Отстойнике, он попросту выпотрошит этих паразитов всех до единого! Он сожжет их лачуги и обрушит их норы! Он протянет их кишки от одного конца Скавенгниля до другого! Он скормит их потроха…

Танкуоль оторвался от мстительных размышлений, нос его напрягся, учуяв вонь человечьей крови. У входа в нору виднелся смутный силуэт раба-человечишки. Этот тупой ублюдок, вероятно, снова блуждал в темноте. Ну да, в туннелях людишки практически слепы. Танкуоль испытал сильное искушение побаловать Костодера кусочком этого идиотского существа, но, трезво оценив шансы обучить крысоогра выполнять работу по дому, воздержался.

– Я тебя не звал, – раздраженно окрысился Танкуоль, хлестнув хвостом по полу.

Раб, пошатываясь, сделал несколько шагов в глубь норы, и Танкуоль сумел рассмотреть мерзавца получше. Он увидел покрытую струпьями, болезненную кожу раба, туго обтягивающую кости. Заметил тонкие, редкие волосы, растущие пятнами на покрытой язвами коже человечьей головы. Но отчетливее всего серый провидец разглядел кровоточащую рану, идущую через всю шею человечишки.

Кто-то перерезал рабу горло от уха до уха.

По спине Танкуоля прокатилась волна тревоги, а из желез хлынул мускус страха. Серый провидец прыгнул к куче соломы, принялся рыться в ней, доставая меч и посох и проклиная себя за то, что потратил последний кусок искажающего камня на улице.

Клан Эшин добрался до него! Клан Эшин здесь!

Из темноты туннеля в нору просочилось нечто чернее черного. На какое-то безумное мгновение Танкуоль вообразил, что за ним пришел теневой колдун из Альтдорфа. Затем со скоростью, недоступной даже колдуну, чернота направилась к нему. Он увидел покрытую черным мехом руку, сжимающую окровавленный клинок.

Но это видел не только серый провидец Танкуоль. С яростным ревом Костодер вскочил с пола, приложившись спиной к провисшему потолку норы. Стуча когтями по груди, крысоогр неуклюже, на корточках двинулся к ассасину.

Убийца отпрянул от Танкуоля и плавно поднырнул под когти громадного монстра. Крысоогр зарычал от боли и щелкнул челюстями, метя в смертоносную тень, мгновенно отскочившую от него. Костодер сделал один шаг в направлении ассасина и с шумом рухнул на пол. В краткий миг контакта убийца умело перерезал сухожилия на каждой ноге крысоогра.

Костодер с рыком приподнялся с пола и поволок себя за убийцей. Танкуоль надеялся, что, пока ассасин отвлечется на убийство зверя, сам он успеет собраться с силами и расправиться с противником. Серый провидец чувствовал, как магическая энергия обтекает его, просачивается в вены. У него аж живот скрутило от тоски по искажающему камню. Организм Танкуоля, втягивая магию без поддержки искажающего камня, испытывал какую-то опустошенность. Серый провидец сердито заскрежетал клыками и удвоил усилия. Если он не нанесет удар немедленно, не видать ему искажающего камня ни сейчас, ни потом.

Невероятно, но даже рычание разъяренного крысоогра не помешало ассасину заметить усилия Танкуоля. В тот самый момент, когда глаза серого провидца начали светиться силой, из темноты вылетел заостренный кусок стали. Нож врезался в посох Танкуоля и расщепил дерево, разминувшись с серым провидцем всего на несколько дюймов. Он в ужасе уставился на дурно пахнущий клинок и зеленый яд, капающий с края лезвия. Яд не был нанесен снаружи, он сочился прямо из черного металла. Плачущий клинок – такое оружие носят только самые опытные убийцы Эшина!

С отвращением и ужасом Танкуоль вытащил омерзительную штуковину и бросил ее на пол. От сосредоточенности не осталось и следа, глаза серого провидца больше не светились, он съежился, вжимаясь в стенку.

Ассасин, однако, вновь переключился на Костодера. В один прыжок и кувырок скавен проскользнул под когтями крысоогра, и клинки в его руках пронзили сухожилия мощных передних лап чудища. Убийца завершил выпад прямо под клацающими челюстями Костодера. Третий клинок, зажатый в кольцах хвоста ассасина, взмыл вверх, проскрежетав мимо клыков Костодера, пробил зверюге нёбо и пронзил крошечный мозг внутри толстокостного черепа.

Костодер вздрогнул, вскрикнул и рухнул на пол. Убийца что-то чирикнул и отошел от своей жертвы, снова повернувшись к Танкуолю.

Смерть телохранителя заняла меньше нескольких ударов сердца, этого времени серому провидцу даже не хватило, чтобы изыскать возможность сбежать. Теперь, глядя на бесшумного убийцу в черном плаще, Танкуоль погрузился в абсолютное отчаяние. Быстро собрав остатки магической энергии, все еще оставшиеся в его теле после мертворожденного заклинания, Танкуоль швырнул в ассасина шипящий разряд сырой эфирной энергии. Проворный крысолюд без труда отклонился от магического удара. Разряд пролетел мимо и врезался в одну из опор. Сверху донесся шум, подобный мощному стону. Широко раскрыв глаза от ужаса, Танкуоль смотрел, как рушится потолок.

Танкуоль ждал, когда его расплющит. На мгновение ему показалось, что все уже свершилось – его тряхнуло так, что из легких вышибло весь воздух. Только стоя в туннеле снаружи и выкашливая пыль изо рта, он понял, что все еще жив.

По крайней мере, на данный момент. Подняв глаза от пола туннеля, Танкуоль обнаружил, что смотрит на зловещую фигуру, закутанную в черное. Черный мех, черные кожаные штаны, черные шелковые брюки и блузка, черный плащ с капюшоном. Даже чешуйчатый хвост ассасина был черен, равно как и зубы на его морде. И только глаза имели другой цвет – красные, светящиеся злобным весельем. Глаза – и зеленый яд, светящийся на лезвии ножа, который ассасин по-прежнему сжимал в хвосте.

– Ты обязан своей шкурой Повелителю ночи, – сказал убийца. От его голоса по спине Танкуоля пробежали мурашки. Это был тонкий шепоток наподобие того, что издает кинжал, ударяясь о камень.

От этих слов у Танкуоля закружилась голова. Очевидно, от гибели его спасли отнюдь не собственные усилия. Но зачем ассасииу щадить его после того, как он добрался до дна Отстойника, чтобы убить его?

Серый провидец угрожающе оскалил клыки и демонстративно стряхнул грязь с одежды.

– Поскольку именно вы подвергли мою жизнь страху-сомнению, я…

Ассасин обнажил собственные клыки, изогнул хвост со смертоносным клинком на изготовку.

– Ты обязан своей шкурой Повелителю ночи, – повторил скавен, и его шепот перешел в рычание. – Потому что он послал меня всего-всего лишь найти-привести тебя.

Танкуоль не знал, где именно в Скавенгниле клан Эшин построил пагоду Сника. Судя по давлению на уши, она находилась где-то глубоко под городом. Но тут в нос ему ударил застойный запах Гнилых Топей, и Танкуоль понял, что они близко к поверхности. Эшин имел обыкновение при строительстве крепостей использовать рабов-гномов, а у тех имелось немало способов обмануть скавенов. Возможно, они строили потолки из особо плотного камня, что усиливало ощущение давления, или же они умели закачивать запах болот глубоко под землю. Танкуоль пообещал себе разгадать эту загадку.

Если, конечно, выберется отсюда живым.

Он стоял в темном просторном зале. Пол под его когтями был устлан искусно сотканными коврами, чей узор щекотал подушечки лап. Потолок терялся высоко в темноте, стены были скрыты шелковыми занавесками, колыхавшимися и дрожащими на теплом сквозняке. Танкуоля окутывал густой, пьянящий запах ладана. В носу довольно приятно пощипывало. Ощущение слегка напоминало понюшку из толченого искажающего камня. Танкуоль иногда баловался этим делом.

Вспомнив о любимом развлечении, Танкуоль сунул лапу в карман халата. Он растерянно наблюдал за медленным, неуклюжим движением руки. Сзади раздался предупреждающий рык, и мощный коготь больно впился ему в плечо. Танкуоль резко обернулся и содрогнулся от страха, осознав, насколько медленной была его реакция.

Благовония! Куда мощнее тех, что использовали Владыки Разорения в Разбитой башне, они опьяняли нервы Танкуоля сонным ароматом, от которого крысолюд становился медлительным и неуклюжим. Но на его рассудок дурман не влиял. Мрачный блеск появился в глазах Танкуоля, когда он увидел, как медленно движется охранник-Эшин. Стало быть, эти неведомые пары действуют и на ассасинов.

Конвоир обнажил черненые клыки, расценив перемену позы Танкуоля как знак, что серый провидец все понял. Лапа его молниеносно выхватила из-под блузы окровавленный нож. Танкуоль отпрянул, пытаясь отогнать ассасина лапами. Это был тот же убийца, который прикончил Костодера. Провидец не питал иллюзий относительно того, что смог бы потягаться с ассасином в скорости даже при отсутствии тормозящего дурмана.