Текст книги "Танкуоль и Костодер"

Автор книги: К. Л. Вернер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 63 страниц)

Танкуоль топнул, шерсть его встала дыбом, клыки заскрежетали. Что делают эти глупцы? Он не посылал в бой стаю Огнеклыка! И не собирался ради схватки с жалкой кучкой безоружных людей рисковать ценной ношей инженеров-колдунов!

Серый провидец повернулся к Вискитту Огнеклыку. Ему хотелось врезать идиоту по морде, но тот стоял слишком далеко, поэтому пришлось ограничиться чередой злобных ругательств и потрясанием посоха.

– Тупое мясо! Блошиные мозги, любитель мышей! Разве я велел-пищал посылать в бой твоих жестянщиков-крыс⁈ Если они потеряют хотя бы одну бутылку с Червоточиной…

Дикая, клыкастая улыбка расползлась по морде инженера-колдуна.

– Они не потеряют Червоточину, – отрезал тот. – А ты потеряешь, тупица-жрец!

Не успел Танкуоль и глазом моргнуть, как Огнеклык выхватил из-за пояса собственный пистоль и прицелился серому провидцу в лоб. Глухое рычание и тяжелая поступь подсказали, что Костодер откликнулся на внезапную угрозу его хозяину. Огнеклык даже не взглянул на крысоогра.

– Отзови его, Танкуоль, – прорычал инженер-колдун. – Не успеет он до меня дотянуться, как я выстрелю и разнесу твой череп, точно яйцо.

Серый провидец оглянулся по сторонам и впервые заметил, что они с Огнеклыком остались на уступе одни. Так вот почему предатель отправил своих приспешников на помощь Скриму. Инженеру-колдуну не нужны были свидетели его вероломства. Эта мысль озадачила Танкуоля и продолжала занимать его, даже когда он отдавал приказ Костодеру.

Крысоогр угрюмо опустился на корточки и повесил голову, словно провинившийся ребенок. Он не понимал, почему хозяин одернул его, примитивный ум не мог справиться с противоречием между угрозой в запахе Огнеклыка и приказом Танкуоля держаться подальше от инженера-колдуна. В смятении Костодер раскачивался из стороны в сторону. Стремление повиноваться серому провидцу боролось с желанием разорвать в клочья врагов хозяина.

– Что ты задумал, Огнеклык? – прорычал Танкуоль. – Если думаешь, что совет Нижнего Альтдорфа вознаградит за то, что приведешь меня, то я могу пообещать-поклясться, что Владыки Разорения пожалуют тебе гораздо-гораздо больше.

– Я знаю об этом, – прошипел инженер-колдун сквозь оскал улыбки и ударил себя в грудь. – Скавенгнилю нет дела до тебя, серый провидец. Совету Тринадцати нужна Червоточина. И они ее получат, но не от серого провидца Танкуоля, а от Мастера Искажения Вискитта Огнеклыка!

Его лапа потянулась к кожаному мешочку на поясе и извлекла оттуда стеклянный шар. Тот напоминал газовые бомбы, которыми пользовался клан Скрайр, однако был наполнен мутной жидкостью. Уловив ее запах, Танкуоль невольно отступил назад и едва не свалился с края уступа. Серый провидец замахал лапами, стараясь удержать равновесие, и упал к ногам Огнеклыка.

Инженер-колдун начал смеяться над неуклюжестью серого провидца, но рев Костодера оборвал его веселье. Зверь бросился на скавена, тот выстрелил, и пуля вырвала из бока крысоогра кусок плоти размером с кулак. Костодер зарычал от боли, но не отступился и накинулся на Огнеклыка, словно обезумевший от ненависти Джаггернаут. Инженер-колдун швырнул стеклянную сферу прямо в морду монстра, но сумел лишь выбить один из клыков. Огромные руки крысоогра потянулись к скавену, тот, визжа от страха, отскочил в сторону. И сорвался с уступа, лишь чудом приземлившись на леса, а не на дно пещеры сотней футов ниже. Деревянная конструкция раскачивалась и стонала под тяжестью крысолюда.

Костодер спрыгнул следом. Несколько удерживавших настил веревок лопнули. Танкуоль пронзительным окриком приказал телохранителю вернуться. Не сводя глаз с Огнеклыка, крысоогр забрался обратно на уступ. Подошедший к нему серый провидец наблюдал за тем, как вероломный инженер-колдун перелез на следующую секцию лесов. Между ним и его врагами было уже двадцать футов.

– Это тупик, серый болван! – прорычал Огнеклык. – Я не посмею добраться до тебя, пока рядом твой монстр, а ты не посмеешь добраться до меня, пока я держу это!

Инженер-колдун снова взмахнул стеклянным шаром. Даже убегающему в ужасе, ему хватило здравого смысла крепко держать смертоносную сферу.

Танкуоль не откликнулся на его выпад, а инженер-колдун слишком поздно заметил зеленое свечение в глубине глаз серого провидца. Тот вытянул вперед лапу и яростно сжал пальцы в кулак. Огнеклык, не осознавая, что делает, повторил этот жест.

Неподвластные хозяину, пальцы инженера-колдуна стиснули стеклянный шар. Тот разлетелся вдребезги. Вискитт Огнеклык заорал. Вопль ужаса перешел в крик агонии, когда смертоносное содержимое просочилось в шерсть и впиталось в плоть. Инженер-колдун яростно скреб себя, пытаясь избавиться от колдовской отравы. Почти мгновенно его шерсть начала слезать с кожи, а из-под нее потоком хлынули жирные зеленые черви. Когда же охваченный паникой и страданием Огнеклык сорвался вниз, его разлагающееся тело уже превратилось в мерзкую извивающуюся массу.

– Так будет со всяким, кто бросит вызов предназначению Танкуоля, – прорычал серый провидец, глядя, как труп Огнеклыка брызгами разлетается по дну пещеры.

Танкуоль поднял взгляд и увидел, что на него уставились шпионы клана Скаул и оставшиеся инженеры-колдуны. Предательство Огнеклыка все-таки привлекло к себе внимание. Серый провидец сердито посмотрел на перепуганных скавенов и принял властную позу.

– Таков конец всех предателей!

Он ударил посохом по каменному уступу, а наблюдавшие за ним скавены принялись кланяться и пресмыкаться источая запах мускуса. Серый провидец посмеивался, наслаждаясь их испуганной преданностью.

Глухое рычание Костодера отвлекло его от льстивых приспешников. Танкуоль хотел было наказать крысоогра, но его остановило какое-то движение в туннеле, который выходил на уступ. Глаза серого провидца сузились. В неверном свете пещеры он разглядел, как из темноты выползло нечто огромное. Серый провидец отпрянул: оставляя за собой кровавый след, к ним приближался искалеченный крысомонстр.

Танкуоль не мог поверить, что тот сумел выжить. Это было просто невероятно. Тревожные воспоминания о некроманте Воргуне Праажском и его мертвецах заставили сердце серого провидца содрогнуться от ужаса.

– Костодер! Убить-убить! Убить-убить! – крикнул он своему телохранителю и отчаянно замахал посохом в сторону монстра.

Увесистые кулаки крысоогра ударились друг о друга, и Костодер бросился на нового врага. Чудовище, почуяв запах крысоогра, резко оттолкнулось передними лапами от пола и зарычало, по сломанной челюсти потекла кровь. Костодер замахнулся закованной в броню третьей рукой, но крысомонстр, не дожидаясь удара, безжизненно рухнул к его ногам.

Танкуоль с недоумением наблюдал за тем, как крысоогр упрямо пихает и тормошит мертвое тело в тщетных попытках заставить зверя драться. Какая бы чудовищная сила ни заставляла гигантскую крысу преследовать серого провидца, она покинула эту тварь в тот самый миг, когда та наконец настигла свою жертву. Танкуоль подумал о столь жестокой иронии, и его пронзительный хохот эхом разнесся по пещере.

Но веселье серого провидца погасил холодный издевательский смех, похожий на шипение огромной змеи. Танкуоль попятился и, втянув понюшку варп-пыли, отступил на каменный мостик. Ему был знаком этот насмешливый голос.

На уступе медленно и словно из ниоткуда появилась темная фигура. Вокруг закутанного в плащ колдуна ползали и вились тени, взгляд серых глаз буравил Танкуоля. Тот задрожал, но скорее от ярости, чем от страха. Водохранилище было тут, прямо у него под ногами! Все, что нужно было сделать, – вылить Червоточину в воду, и тогда его врагов – и людей, и скавенов – ждала мучительная смерть! В Скавенгниле его объявят величайшим серым провидцем с тех пор, как Смертогрыз отвоевал Черный ковчег!

Танкуоль зарычал на зловещего колдуна и ткнул в его сторону посохом, стиснув в лапе защитный талисман. Скавен рассмеялся, увидев, что из поднятых ладоней Иеремии Скривнера вырвались клубы тьмы. Талисман в ладони Танкуоля рассыпался в пыль, поглотив заклинание колдуна и защитив своего владельца от смертоносного удара.

Навершие посоха превратилось в сияющую сферу, которая напоминала болезненное отражение рассвета. Взревев, Танкуоль метнул ее в мага теней. Заклинание ударило в каменный уступ и окутало тот зеленоватым сиянием. Серому провидцу уже приходилось видеть, как умело защищается Скривнер, и на этот раз он решил атаковать не самого человека, а то, что находилось вокруг него. Танкуолю было интересно, насколько силен колдун без своих послушных теней.

Скривнер, едва держась на ногах, покачивался в призрачном сиянии. Серый провидец хихикнул, а затем снова пронзительно закричал, ткнув в колдуна когтистым пальцем.

– Костодер! Убить-убить! Убить-убить!

Глава тринадцатая
ВОЙНА КРЫС

Костодер взревел, словно бешеный бык, и бросился на оглушенного колдуна. Крысоогр выставил вперед плечо, задумав пронзить Скривнера своим шипастым доспехом. Ошеломленный заклятием, магистр не замечал грозившей ему опасности.

Зато ее заметили другие. Из глубины туннеля донеслась торопливая команда. Раздался залп, град пуль обрушился на Костодера и пробил его дубленую кожу. Крысоогр покачнулся, взревел от боли и, упав на четвереньки, пополз прочь. Из его ран на камни струилась кровь. Люди Скривнера радостно завопили, заметив, что чудовище отступает.

– В атаку! – выкрикнул Теодор Баер. – Не подпускать крысолюдов к воде!

Танкуоль услышал крик стражника и заскрежетал зубами, когда люди ринулись через уступ. Вокруг металлического навершия посоха затрещала молния. Рыча, серый провидец метнул испепеляющий заряд в человека, который замыслил поиграть в героя. Шипящий искажающий луч тонким лезвием смерти пронзил воздух. Глаза-бусинки Танкуоля заблестели, когда губительная сила заклинания обрушилась на стражника.

Однако не успела искажающая молния ударить в человека, как Теодора Баера поглотила тьма, его тело исчезло среди теней. Удар серого провидца лишь опалил камень, на котором мгновение назад стояла жертва.

С разочарованным шипением Танкуоль взглянул на колдуна и встретил ответный взгляд Иеремии Скривнера. Тот уже оправился от ослепляющего заклинания. Настал его черед разрушить планы крысиного мага. Покрытая тьмой рука колдуна указала на Танкуоля, и тот с визгом нырнул за ближайшую мраморную колонну. Призрачные ножи, вспоров воздух, пронзили привинченный к ней древний насос гномов. На волю вырвались потоки воды и фонтаном забили во все стороны.

Танкуоль зарычал из-за своего укрытия и свирепо зыркнул на затаившихся приспешников.

– Скрим! – разбушевался серый провидец. – Ты и твои крысы-воры! Убейте этих человечишек!

Шпион клана Скаул не торопился исполнять приказ, но, присмотревшись к пылающим глазам и оскаленной морде Танкуоля, переменил свое решение. Сгорбленный старый скавен принялся подгонять своих соглядатаев. Крысолюды ринулись вперед. Они карабкались по лесам и мосткам, стремясь помешать спешившим навстречу людям. Один из скавенов не удержался и сорвался вниз, отчаянно царапая покрытую резьбой стену плотины. Остальные же продолжали мчаться вперед. Расстояние между ними и людьми быстро сокращалось.

– Да не вы, тупое мясо! – раздраженно взвыл Танкуоль, с тревогой заметив, что уцелевшие инженеры-колдуны ринулись на помощь шпионам Скрима.

Услышав рев серого провидца, один из инженеров клана Скрайр озадаченно на него оглянулся.

– У тебя есть Червоточина? – взвизгнул Танкуоль.

Крысолюд растерянно кивнул. Кровь серого провидца и без того кипела, а из-за этого человеческого жеста он совсем утратил контроль. Разряд искажающей молнии превратил инженера-колдуна в факел, который полетел вниз сквозь ряды строительных лесов.

Осознав всю глупость этого поступка, Танкуоль хлопнул себя по лбу и заскрежетал зубами от очередного жеста, достойного лишь грязных человечишек. Слишком долго пробыв среди крысолюдов Нижнего Альтдорфа, он перенял их распутные привычки. И, разумеется, заразился их тупостью. Если ему и нужен пример для подражания, то уж точно не стоит делать им прислужника, который таскает с собой Червоточину!

Однако от приступа гнева по крайней мере была польза: Танкуоль сумел привлечь внимание остальных инженеров-колдунов. Он сурово посмотрел на крысолюдов в газовых масках.

– Каждый из вас несет бутылку с Червоточиной? – прорычал он и рассерженно хлестнул хвостом, получив в ответ очередные кивки. – Забудьте о людях! Двигайте-тащите свои хвосты ко мне!

Он указал на дальний конец плотины, где располагался еще один ряд лесов. По ним скавены могли подняться к водохранилищу. Три инженера-колдуна принялись карабкаться и перепрыгивать с настила на настил. При приближении скавенов немногие выжившие рабочие разбегались, не оказывая ни малейшего сопротивления.

Танкуоль выглянул из-за колонны и ухмыльнулся. Шпионы Скрима Грызохвоста накинулись на пособников колдуна. Возможно, люди и сильнее скавенов, но они до смешного медлительны. Сброд Скрима, подстегнутый страхом перед мощью Танкуоля, легко с ними расправится.

В тот миг, когда серый провидец уже решил, что схватка закончится, так и не начавшись, он увидел, как волна теней окутала одного из шпионов и сбросила его вниз. Танкуоль, не обратив внимания на вопль несчастного, сосредоточился на более серьезной проблеме: колдун тревожил его, точно забравшаяся в шерсть блоха. К сожалению, серый провидец не видел способа устранить опасность, не рискуя при этом собственной шкурой.

Шум воды, хлеставшей по мраморной колонне, привлек внимание Танкуоля. Серый провидец усмехнулся, заметив Костодера, который пытался выбраться из озера на плотину и присоединиться к хозяину. Глаза-бусинки Танкуоля вновь обратились к колдуну. Скривнер стоял на одном из мостков и магией теней поддерживал своих прислужников. Серый провидец прошипел команду Костодеру, затем указал на ближайшую к магистру колонну. Крысоогр с громким плеском нырнул обратно в водохранилище и поплыл к неприятелю.

Довольный собственной гениальностью, Танкуоль щелкнул хвостом. Он дождется, когда Костодер нападет на колдуна, и, пока тот будет занят, обрушит на привязчивого человечишку всю ярость своей магии. Серый провидец достал из потайного кармана осколок искажающего камня и уставился в его черные сверкающие глубины. Для подпитки заклинаний опасно пользоваться даже самым очищенным искажающим камнем, но Танкуоль решил, что в данном случае риск того стоит. Как только исчезнет колдун, не останется и сомнений в успехе плана. Два города падут, и с их гибелью слава Танкуоля океаном пылающей лавы разольется по Подземной Империи!

Серый провидец сунул в рот искажающий камень и почувствовал, как тот обжег ему язык. Близко, очень близко тот момент, когда он обрушит на колдуна такую губительную мощь, что от того мокрого места не останется. Нет! Это в нем говорил искажающий камень! Следует быть осторожным, использовать лишь необходимую для дела силу. Мертвый есть мертвый, нет нужды устраивать из смерти колдуна представление.

А когда Скривнера не станет, Танкуоль сможет насладиться своей победой. Никто не сможет ему противостоять!

Из туннеля донеслись новые звуки и запахи. Серый провидец обернулся и чуть не подавился искажающим камнем: на уступ хлынула орда облаченных в зеленые одежды скавенов. Чумные монахи! Мерзкие еретики! Танкуоль не питал иллюзий относительно цели их появления. Он поднял к глазам свой амулет – богато украшенный драгоценными камнями медальон, на который был нанесен священный символ Рогатой Крысы. Глядя на изображение, Танкуоль хмуро думал о новых врагах, вставших между ним и его триумфом.

– Ты испытываешь меня, Рогатая? – спросил он.

Иоганн спрыгнул на леса и выстрелил из пистолета, который дал ему Теодор Баер, прямо в морду крысолюда. Чудовище взвизгнуло и полетело в пропасть под стеной водохранилища. Прозвучало еще несколько выстрелов. Иоганн рискнул бросить взгляд через плечо и увидел стоявшего выше Гримбольда. На развязанном кожаном фартуке гнома виднелись петли, сквозь которые были продеты пистоли с широкими дулами. Оружие крепилось к петлям ремнями, и Гримбольд, сделав залп, просто выпускал пистоль из руки, тот хлопал по его животу, но не падал на землю. А гном хватал следующий и продолжал гнаться за трусливыми увертливыми тварями.

– Если не хочешь помереть от чумы, человечек, – усмехнулся Гримбольд, встретившись взглядом с Иоганном, – убей крысолюда до того, как в нос попадет его вонь!

Контрабандист понимающе кивнул и неуклюже попытался перезарядить оружие. Выстрелов гнома оказалось недостаточно, чтобы заставить скавенов отступить. Смертоносные ножи, которые метал Валкойнен, сбивали противников с лесов. Все больше чудовищ исчезало в темноте, но это не отпугивало остальных. Они по-прежнему наступали, понукаемые диким рыком своего предводителя – горбатого крысолюда с обрубком вместо хвоста.

Вызывающий вид крысиного отродья привел Амандо в ярость. Тилиец выразился эпитетом, от которого покраснел бы даже Повелитель убийств, а следом швырнул разряженный пистолет. Яростно завопив на родном языке, Амандо рванул по настилу, задумав сорвать атаку скавенов самым надежным способом, который знал, – смертью их вожака.

– Кто-нибудь, остановите этого дурака! – рявкнул Теодор.

Иоганн и сам не понял, как так вышло, но он уже мчался за Амандо. Контрабандист перепрыгнул через клинок крысолюда, высунувшегося из-под настила, и в довершение отвесил ему пинок по морде, отчего чудовище подавилось собственными зубами. Иоганн не стал проверять, сорвется ли крысолюд с лесов, а продолжил бежать вперед, спеша спасти тилийца от охватившего его самоубийственного безумия.

Горбатый скавен, рыча и брызгая слюной, призывал остальных уродов защитить его. Крысолюд откопал среди грязных тряпок, которые служили ему одеждой, пистолет и навел его на Амандо. Иоганн услышал за спиной звук выстрела. Кривоногая крыса подпрыгнула от боли и выронила оружие.

С торжествующим воплем Амандо спрыгнул на последний настил, отделявший его от добычи. Возникший перед ним крысолюд взмахнул зазубренным клинком. Лезвие вонзилось тилийцу в ногу, тот закричал и, обрушив меч на голову врага, снес тому ухо и большую часть скальпа.

Иоганн бросился оттаскивать Амандо, но тилиец оттолкнул его и указал на съежившегося вожака крыс.

– Сначала я убью эту свинью, а потом уводи меня! – прорычал он.

Иоганн не успел ответить: умирающий скавен, казалось, нашел в себе последние силы и, зашипев, вонзил клыки в ногу тилийца. Амандо завопил от боли и потрясения, а затем чиркнул лезвием по горлу чудовища и навсегда избавил от его мерзкой жизни.

В Иоганна брызнула черная вонючая кровь. От ее прикосновения контрабандиста затошнило, но он мгновенно забыл об этом, когда его тело затрясло от нарастающей боли. Иоганну казалось, что его раздирает изнутри, словно вены пытаются вырваться из плоти. Он принялся царапать кожу, стараясь побороть нестерпимый зуд, и в ужасе от происходящего рухнул на раскачивающийся настил.

Странная агония, которая охватила Иоганна, ошеломила Амандо и уняла его слепую ярость. Он повернулся помочь товарищу по оружию. Прозвучал выстрел, и большая часть лица тилийца исчезла в брызгах крови и осколках костей. Иоганн увидел, как горбатый крысолюд отбросил в сторону второй пистолет. Чудовище кинуло на контрабандиста свирепый взгляд, а затем стремительно перелетело через край плотины. Ни один человек не смог бы совершить такого прыжка и не нашел бы опоры, за которую сумел бы уцепиться, но жилистый крысолюд совершил невозможное. Обрубок его хвоста мелькнул над стеной, а после раздался плеск: вожак крыс нырнул в водохранилище.

Причина его бегства раскрылась, когда Иоганн услышал топот бежавших по лесам людей.

– В пещеру ворвались новые крысолюды, – крикнул ему Теодор. – Чтобы отбиться, нам нужно занять позицию с другой стороны!

Иоганн смутно слышал его слова, он был слишком занят, разглядывая свою руку. Казалось, под кожей – там, куда попала черная кровь скавена, – что-то еле заметно шевелилось. Иоганн потянулся к Амандо, чтобы проверить, не случилось ли и с его телом чего-то похожего. Контрабандист отчаянно сопротивлялся ужасной правде, которая пыталась завладеть его разумом. На коже Амандо не было никаких подозрительных отметин, но, когда рука Иоганна дотянулась до пули из искажающего камня, которая тускло светилась в черепе тилийца, с запястья соскользнул зеленый, похожий на червя нарост. Иоганн отпрянул, прикусив губу, чтобы не закричать. Он отравлен! Отравлен этим проклятым камнем из канализации! Отравлен так же, как и брат! Перед мысленным взором Иоганна предстала жуткая сцена: брат на смертном одре, его долгая болезнь, полная мерзости и ужаса.

«Колдун все знал!» – понял Иоганн, и его охватил животный страх. Отвратительный прислужник Скривнера учуял в нем болезнь. А возможно, и до того колдун знал о ней. Знал и ничего не сказал!

Иоганн поднялся и свирепо взглянул на мостки, где перед надвигавшейся ордой стоял колдун.

– Возвращаться – самоубийство, – рыкнул Валкойнен.

Иоганн сухо кивнул.

– То, что доктор прописал, – сказал он, развернулся и поспешил подкрепить слова делом.

Чумные монахи высыпали из туннеля толпой разлагающихся трупов. Шерсть клочьями слезала с их тощих конечностей. Изношенные одежды покрывала корка гноя. Слезящиеся глаза горели безумием истинных фанатиков. Чумных монахов не ужасал их облик, они видели в нем силу.

Танкуоль взглянул мимо толпы рядовых служителей культа, которые, казалось, готовы рассыпаться на ходу. Мимо укутанных в плащи с капюшонами безумцев, которые неистово размахивали курильницами. Мимо прокаженных отбросов, которые тащили засиженные мухами иконы из крошащихся костей или ржавого железа. Мимо визжащих фанатиков с молитвенными свитками, зажатыми в тощих кулаках. Танкуоль глядел мимо волны сумасшествия: он искал хозяина этой бесноватой толпы. И нашел его, восседавшего на спинах четырех здоровенных крысолюдов, которые, несмотря на явные следы разрушительных болезней, каким-то образом сумели сохранить подобие силы.

Танкуоль выругался сквозь зубы. Он знал эту грязную крысу, этого умалишенного еретика, что командовал из-за спин своей жалкой паствы. Лорд Скролк, второй – после самого Нурглича – скавен в иерархии омерзительного клана Чумы!

Скролк поймал взгляд серого провидца. Губы чумного владыки раздвинулись, обнажив гнилые зубы. Морда Скролка сияла невыразимым ликованием, как будто ненависть и злоба целого клана свелись к этому единственному чувству. Танкуоль понял, что это Нурглич хотел заполучить Червоточину только для себя и своего клана. Его согласие с волей Совета было уловкой. На самом деле план заключался в том, чтобы украсть у Танкуоля Червоточину, как только он ее отыщет. А если при этом серый провидец погибнет, тем лучше для Скролка и Нурглича. Так ему отомстят за убийство чумного владыки Скратсквика. С Червоточиной клану Чумы не придется опасаться возмездия за смерть одного из священных жрецов Рогатой Крысы!

Танкуоль прикусил искажающий камень, который держал во рту, и ощутил, как тело пронзает неистовая сила. В глазах вспыхнуло золотое сияние, руки, казалось, наполнила невероятная мощь. Теперь он видел завивающиеся нити собственной магии, тьму, окружавшую человеческого колдуна, и зеленую гниль, клубившуюся вокруг Скролка. Оба они были ничтожествами, мелкими жуликами, способными воспользоваться лишь несколькими магическими нитями из того множества, что их окружало! Серый провидец покажет им настоящую силу! Он покажет им настоящую магию!

Танкуоль дико заверещал и открылся эфирным силам, вбирая бесчисленные нити в свое тело и разум. Он превращал силу в замысел, замысел – в намерение, намерение – в действие. Действие становилось словами и жестами, связывавшими силы с тайным знанием, которое передала серым провидцам сама Рогатая Крыса. Скролк, жалкий язычник, поплатится за свою нечестивость! Рогатая Крыса обглодает кости еретика!

Танкуоль уже направлял пылающий посох в сторону чумного владыки, когда наполненным магией зрением отметил еще одну фигуру. Она тоже вбирала в себя тайные силы, хотя потуги ее были даже смехотворнее, чем усилия Скривнера и Скролка. Как будто детеныш пытался поднять молот крысоогра. И все же нечто до тошноты знакомое и невыносимо раздражающее было в жалкой ауре негодяя. Танкуоль заскрежетал зубами, когда понял, кто этот мелкий мерзавец!

Адепт Кратч! Вероломный блохастый ублюдок все еще жив! И он там, среди чумных монахов, сменивший серые одежды провидцев на зеленые тряпки новых друзей. Вот и разрешилась загадка. Именно так Скролк и нашел Танкуоля. Чумные монахи здесь благодаря какой-то уловке его лживого бывшего ученика!

Кратч, теряя клочья шерсти, исчез в зелено-золотой вспышке, его поглотила полная ярости магия Танкуоля. Сила заклинания, которое обрушилось на адепта, разрывала сердца чумных монахов вокруг него. Они падали и падали один за другим. Остальные заскулили и завыли, когда в них полетели жалкие останки Кратча: маслянистые черные капли прожигали все, к чему прикасались.

Танкуоль почувствовал, как все взгляды устремились на него. Рев битвы сменила потрясенная тишина. Лица людей, гномов и скавенов исказил ужас перед непостижимой силой, которую высвободил серый провидец. Шерсть и волосы вставали дыбом, на поверхности воды покачивались льдинки. В самом воздухе, казалось, мерцал след разрушительного заклинания серого провидца. Даже покрытая пятнами морда лорда Скролка выражала изумление и ужас. Танкуоль был уверен, что мерзавец, если не все его железы сгнили, должен исходить мускусом, точно брошенный в змеиную яму последыш.

Ощутив испуганное признание врагов, серый провидец выпрямился во весь рост. Затем его высокомерие растаяло вместе с необъятной мощью, которая всего несколько мгновений назад текла, как он себе воображал, сквозь его тело. Танкуоль отчаянно пытался удержаться на ногах, но все же сполз по посоху и устало рухнул на камни плотины. В горле поднялась обжигающая волна желчи, и его вырвало искажающим камнем и кровью. Дрожа как лист, Танкуоль старался сфокусировать зрение. Попытка вышла мучительной, мозг плавал в пульсирующей боли и бился внутри черепа, будто пытаясь вырваться наружу.

У Скролка на другой стороне каменного уступа таких трудностей не было, его глаза легко удерживали врага в поле зрения. Ужас прошел, сменившись презрительным хихиканьем. Танкуоль призвал столь невероятную силу, высвободил неописуемый хаос, и ради чего? Скролк выжил, и у него осталось достаточно учеников, чтобы расправиться и с жалкими слугами серого провидца, и с агентами человеческого колдуна.

Булькающий смех Скролка, отражаясь от стен, эхом разнесся по пещере. Пройдет время, прежде чем Танкуолю хватит сил хотя бы для крошечного заклинания. Но раньше, чем это случится, чумной владыка сделает пояс из внутренностей серого провидца.

Зрение Танкуоля наконец восстановилось, и он застонал, увидев, как Скролк хлопнул в ладоши и из туннеля появились две гигантские фигуры. Ужас сжал сердце серого провидца. Крысоогры. Почти такие же огромные, как Костодер. Однако если телохранитель Танкуоля обладал невероятной силой и свирепостью, то этих отличала та же, что у чумных монахов, порочная болезненность. Нарывы и язвы покрывали их изможденные тела, цвет кожи выдавал проказу, а из чернозубых пастей капала пена. Не нужен был даже указующий перст Скролка, чтобы понять, кого чумной владыка избрал жертвой для своих монстров.

Танкуоль попытался подняться, однако дрожащие ноги просто подогнулись под весом его тела. Тогда он сорвал с пояса спасительный свиток, но головная боль и затуманенное зрение не позволили прочесть сложное заклинание.

Серый провидец со стоном ударился рогатой головой о холодные камни. Во всем виноват глупый каприз, временное помешательство! Как ни соблазнительно было испепелить Кратча, это обернулось страшной тактической ошибкой.

Иеремия Скривнер отчаянно старался удержать тени, опутавшие гигантскую тушу Костодера. Крысоогр отказывался подчиниться и продолжал рваться вперед, сколько бы сил ни вкладывал колдун в свое заклинание. Дюйм за дюймом монстр продирался к свободе, а его крошечный мозг был слишком туп, чтобы покориться магии Скривнера, Однако Костодеру, куда более упорному, чем крысомонстр в лавке доктора Лоу, хватало ума слушаться повелений своего хозяина. Он получил приказ напасть на колдуна и был настроен исполнить его, несмотря на все старания Скривнера.

Колдун бросил взгляд на ликующего серого провидца. Намерения злодея были вполне понятны. Бессердечный, как и вся его порода, крысиный маг дождется, пока крысоогр всецело завладеет вниманием колдуна, и тогда нанесет удар. Не было надежды, что, беспокоясь за телохранителя, серый провидец отложит магическую атаку. Любой скавен ценил лишь одну жизнь, не желая жертвовать ею, – свою собственную.

Колдун начал медленно отступать. Если он сумеет увеличить расстояние между собой и Костодером, то сможет ударить по Танкуолю прежде, чем зверь доберется до него самого. Скривнер пытался затянуть прозрачные путы, обвивавшие ноги Костодера, но монстр, продолжая упрямо наступать, лез сквозь магические преграды, будто бегемот через трясину. Магистр никак не мог взять над ним верх. Если действие чар закончится, Костодер настигнет его, не успеет колдун и пальцем Танкуолю погрозить.

– Хозяин! – раздался за его спиной резкий окрик.

Скривнер узнал голос Гримбольда Серебряная Борода. Гному удалось выбраться живым из схватки на лесах. Пули у него кончились, и пистолеты сменили черные жестянки, закругленные у основания и вытянутые на конце. Сверху из них торчали фитили.

– Назад! – приказал Скривнер.

В голосе Гримбольда он прочитал беспокойство, но в драме, которая развернулась вокруг подземного озера, гному была отведена очень важная роль. Если Скривнер не сможет остановить скавенов, то Гримбольду придется обманом лишить их победы.

– Не суйся, – прорычал колдун, увидев, что гном отложил бомбы и начал перезаряжать один из своих пистолетов. Выстрел лишь сильнее разозлит крысоогра и позволит зверю вырваться из слабеющей хватки Скривнера. А если пуля попадет в серого провидца, то лишь ранит его, и Гримбольд станет новой мишенью гнева Танкуоля. А сейчас можно было пожертвовать Скривнером, но никак не гномом.

Магистр снова сосредоточился на Костодере и еще раз попытался оттолкнуть его назад. Крысоогр рычал, щелкал зубами, сгибал в локтях лапы и всячески демонстрировал свою мощь. Скривнера не пугало примитивное бахвальство зверя, колдуну достаточно было просто удерживать чудовище, опутывая его своим заклинанием.