Текст книги "Танкуоль и Костодер"

Автор книги: К. Л. Вернер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 56 (всего у книги 63 страниц)

Внезапно по пещере пронесся испуганный писк. Танкуоль открыл глаза. На мгновение он ожидал увидеть легион демонов Рогатой Крысы, пришедших спасти его от предательства клана Скрайр. Он слегка отчаялся, увидев, что источником беспорядков была всего лишь стая грязных скавенов, остатки местного населения Костенычки. Его уши навострились, когда он уловил, с какой жалобой они пришли.

Гномы! В туннелях были гномы! Каким-то образом этот мохнатый сброд выследил Икита Клешню, используя огромную сверлильную машину, чтобы прогрызть себе путь в лабиринт скавенов. Танкуоль радостно чирикнул себе под нос. Все, что ему теперь оставалось, – это сидеть сложа руки и позволить его врагам уничтожать друг друга!

Гномы неслись по грязным, обветшалым туннелям, их свирепые боевые кличи эхом отдавались по всему лабиринту. Несмотря на яростные крики и сверкающие топоры в руках, воины не делали никаких попыток атаковать хищных тварей, которые выскакивали из каждого темного прохода и черной пещеры. Полученные ими приказы были весьма однозначны. Они охотились за большой добычей, и самый быстрый способ найти эту добычу – следовать за отставшими.

Любой гном, имеющий опыт борьбы с крысюками, знал об их природной трусости. Столкнувшись с врагом, скавены бегут, если не превосходят его численностью. И кудаони бегут? Туда, где чувствовали бы себя в безопасности. Например, в логово деспотических монстров, которые правили ими.

Кларак Бронзомолот был благодарен воинам за такую дисциплину. Гнездо скавенов представляло собой запутанный лабиринт тупиков и крысиных ходов, темный и узкий, место, где армия могла затеряться на несколько недель. В поселении отсутствовала какая-либо система, новые туннели и камеры появлялись везде, где позволяло пространство. Кларак подозревал, что сами крысолюды не знали планировки собственного дома и блуждали в этом хаосе, руководствуясь не памятью, а запахом. Единственное, чего не хватало гномам, так это остроты скавенского нюха, но, выгоняя крысолюдов из их нор и следуя за ними, они все же могли воспользоваться обонятельным преимуществом врага.

Вместе с Клараком шли четыреста гномов – столько воинов и рудокопов мог собрать Карак-Ангкул, не жертвуя стражниками, наблюдавшими за воротами на поверхности, или теми, кто все еще охотился на скавенов на нижних уровнях. Среди них были король Логан и его молотобойцы, а также повелитель рун Мораг во главе отряда длиннобородых, несущих Наковальню Рока по туннелям скавенов. Это было свидетельством того, насколько серьезно восприняли предупреждения Кларака об Иките Клешне и его оружии. Наковальня была одной из самых ценных реликвий гномьей крепости. Рисковать ее потерей во мраке и слизи скавенской норы – к такой возможности ни один гном не отнесся бы легкомысленно.

– Они все бегут в одном направлении, – заметил Хоргар Хоргарссон.

Он упрямо отказывался оставаться в плавильном цехе, настаивая, что с ним все в порядке после того, как Кларак кое-как починил его паровой панцирь. По долгому опыту Кларак знал, что спорить с другом бесполезно.

– Значит, теперь ты следопыт? – усмехнулся Торлек, чья меховая куртка странно дыбилась.

Странность была вызвана проволочной кольчугой, которую Кларак заставил надеть оставшихся в живых помощников. Смерть Кургаза и Азрама особенно сильно потрясла изобретателя. Он не хотел рисковать потерей еще кого-нибудь из Железной Банды.

– Я не против идти за ними, – прорычал Мордин Мрачнокамень.

Как и Хоргар, Истребитель наотрез отказался остаться. Однако, в отличие от Хоргара, в серьезности ран Мордина никто не сомневался. Хоть поспешная операция Кимрила помогла остановить большую часть кровотечения, но тело Истребителя все еще выглядело как кусок пережеванного мяса.

– Когда мы начнем их убивать? – Мордин вертел в руках топор, в глазах его горел убийственный блеск.

– Еще немного терпения, – предупредил Кларак. – Крысолюды ведут нас к своим предводителям.

Говоря это, механик почувствовал укол страха. В его сознании отчетливо всплыло предупреждение из Альтдорфа. Мораг и другие, сражавшиеся на Шестом уровне, были уверены, что видели среди скавенов рогатого жреца. Они были в той же степени уверены, что это существо сбежало. Это означало, что Танкуоль жив и, вероятно, все еще помогает Икиту Клешне с его адским оружием.

Было еще не слишком поздно. Кларак все еще мог повернуть назад, предоставив уничтожение Икита Клешни и Гибельного Шара королю Логану. Механик вздохнул. Даже получив предупреждение, он не мог повернуть назад. Икита Клешню надо было остановить, и его, Кларака, участие в битве могло означать разницу между победой и катастрофой. Если Танкуоль там, значит, Кларак должен рискнуть.

Иногда даже пророчества ошибаются.

Кларак обязан быть там, должен убедиться, что при любом исходе Гибельный Шар будет уничтожен. Если гномам придется, они сами ликвидируют эту адскую машину.

Усилившийся звук визга и писка скавенов был первым предупреждением о том, что гномы приближаются к цели. Тесный туннель постепенно открывался наружу, соединяясь с сетью более широких туннелей. Кларак выхватил паровой пистолет, предупреждая тех, кто был с ним, чтобы они тоже приготовили оружие. Гномы вот-вот окажутся в гуще битвы, к которой так стремились.

– Держись подальше, – посоветовал Хоргар, когда они смотрели, как последняя стая скавенов бежит по туннелю и из-за угла доносится весь этот шум. – Там может быть почти всё что угодно.

Кларак похлопал телохранителя по плечу.

– Если кто и должен быть впереди, так это я, – сказал он. Инженер достал специальные очки, надел их на голову, оставив на лбу, чтобы при необходимости можно было надвинуть на глаза. – Я должен посмотреть, пользовались ли крысюки обработанными пластинами. Должен знать, что Старшая Руна приделана к Гибельному Шару.

– Это так же легко может сделать один из нас, – возразил Торлек.

Златобородый механик покачал головой.

– Мой план – моя шея, – сказал он. – Просто держите крысолюдов подальше от меня достаточно долго, чтобы я мог убедиться.

Он склонил голову набок, прислушиваясь, как писк скавенов внезапно приобрел сердитый тон. Какой-то вожак, вероятно Икит Клешня, пытался заставить испуганную толпу защищаться. Если гномы и собирались нанести удар, то самое лучшее время было до того, как крысолюды приведут себя в порядок.

– Выведи громобоев вперед, – посоветовал Кларак тану Эркию.

Начальник шахт кивнул, передавая приказ по линии. Кларак подождал, пока гномы-пушкари пробьются сквозь толпу воинов. Они выглядели мрачно и угрожающе, их доспехи были закопчены и окровавлены после битвы в плавильном цехе. Они потеряли в битве родных и товарищей, и им не терпелось отомстить крысам. Было бы справедливо, чтобы первая кровь принадлежала им.

Кларак Бронзомолот шел впереди, по бокам отнего шагали Хоргар и Мордин. Гномы поспешили за последним из бегущих крысолюдов и вскоре оказались у входа в огромную пещеру. От пола до потолка помещение было загромождено беспорядочной путаницей крысиных дорожек и платформ. Скавены рассыпались по верхним ярусам, сжимая в волосатых лапах все мыслимые виды зловещего оружия. Вооруженные крысолюды смотрели на захватчиков сверху вниз, их глаза сверкали летучей смесью ненависти и страха.

Кларак лишь мельком скользнул взглядом по скавенам. Его взор был прикован к зловещей круглой громаде, возвышавшейся в центре пещеры в окружении деревянных платформ, по которым все еще ползали команды скавенов. Механик почувствовал, как холодок пробежал по его спине, когда он посмотрел на отвратительное оружие. Икит Клешня внес некоторые улучшения по сравнению с прежней версией. Этот выглядел в два раза больше предыдущего, размером почти с пароход, и запаха искажающего камня, исходившего от Шара, было достаточно, чтобы Кларака стошнило. Он не хотел думать о том, какие разрушения может вызвать такое оружие.

Громобои ворвались в пещеру и остановились, в ужасе и восторге глядя на зловещую машину. Скавены взволнованно взвизгнули, увидев, как в их логово ворвались многочисленные ряды вооруженных гномов. На мгновение обе стороны застыли, охваченные шоком и нерешительностью. В пещере повисла тишина.

Эту тишину нарушил скрипучий голос:

– Гномотвари! Бросайте-кидайте оружие! Сдавайтесь-покоряйтесь! Будете сражаться – все гномье мясо умрет-умрет!

Серый провидец Танкуоль поднялся из-за кучи металлолома, за которой укрывался. Наступление гномов переключило внимание убийственной команды Икита Клешни на более важные дела. Танкуоль увидел возможность сбежать, ускользнуть, пока крысолюды направили оружие на гномов. Это была очень заманчивая идея, но от нее у серого провидца во рту появился кислый привкус. Так близко к осуществлению самых смелых мечтаний, к достижению предназначения, которое было его врожденным правом как избранного пророка-колдуна Рогатой, – нет, он не ускользнет, как раненый крысоволк! Гибельный Шар принадлежит ему! Осталось лишь донести этот факт до еретиков, пытающихся убить его!

Танкуоль видел смятение и страх в позах скавенов, когда они поспешно вскарабкались на крысиные мостки и приготовились к атаке. Икит Клешня обладал некоторым талантом сколачивать хитроумные конструкции из стали и бронзы, но главный колдун был плохим лидером. Он мог угрожать и запугивать подчиненных, но не мог привить им ничего похожего на храбрость и доблесть, не мог разжечь свирепость приспешников, изрекая священные слова Рогатой Крысы.

Танкуоль же мог и хотел. Он вырвет у Икита Клешни руководство этими опарышами, он воспламенит их трусливые души яростью Рогатой и приведет их к победе над гномами. Они будут славить его как своего спасителя, как своего хранителя и защитника. Затем стоит усами дернуть – и они повернутся против Икита Клешни. Под пыткой Клешня раскроет все, что знает о Гибельном Шаре, вплоть до того, сколько болтов нужно, чтобы эта штуковина не развалилась. Танкуоль с удовольствием выудит секреты из разорванной плоти Клешни.

Однако, прежде всего надо было подумать о досадной проблеме гномов. Крысомаг почувствовал вспышку страха, когда увидел золотобородого гнома из шахт, ведущего захватчиков. Это невыносимое животное пережило самую страшную магию, какую только мог сотворить серый провидец, и Танкуоль не слишком обрадовался, увидев, что гном все еще владеет ужасным пистолетом, проделавшим дырки в Костодере. Серый провидец быстро прикинул слабые и сильные стороны гнома. В глазах захватчика, когда тот смотрел на Гибельный Шар, безошибочно читался ужас. Этот ужас Танкуоль мог использовать. Крысомаг сжал клыки, когда ему в голову пришла другая идея.

Выйдя из укрытия, Танкуоль окликнул гномов на их грубом, громоздком языке. Серый провидец почувствовал, как по шерсти поползли мурашки, когда глаза гномов обратились на него. Он понимал, насколько уязвим, но это был необходимый риск, если он собирался произвести впечатление на предательских скавенов клана Скрайр. Они должны были знать, что он храбрый и внушительный военачальник, не боявшийся того, что заставляло их трепетать от страха всем нутром.

Сердце Танкуоля колотилось о ребра, когда глаза Кларака Бронзомолота обратились на него. Серый провидец жадно покосился на близлежащую груду бревен. Из них получится удобное укрытие. Взгляд на Гибельный Шар заставил крысомага отбросить эту мысль. Гном боится больше, чем он. Мысль об этом придавала сил.

– Сдавайтесь-покоряйтесь! – прошипел Танкуоль. – Или я начну-запущу Гибельный Шар! Уничтожу-убью все гномьи норы!

Серый провидец повелительно указал на оружие. Оно выглядело законченным. Гномы никак не могли знать, что это не так. По тому, как побледнело лицо Кларака, стало ясно, что гном понимает, на какие разрушения способна машина.

Между гномами началась потасовка. Бритоголовый маньяк попытался напасть на Танкуоля. Серый провидец выплюнул мускус страха, когда увидел рыжебородого гнома и ненависть, сверкнувшую в его глазах. Танкуоль быстро обвел взглядом остальную толпу, проверяя, нет ли рядом с Истребителем человеческого питомца.

Угроза была быстро подавлена, большой гном со странным металлическим каркасом, поддерживающим тело, сжал Истребителя в яростном медвежьем объятии. Танкуоль злобно чирикнул, увидев разочарованную ярость на лице Истребителя. После того как гномы сложат оружие, этот фанатик умрет первым. Танкуоль может даже сделать это сам, если будет достаточно безопасно.

– Бросить-оставить оружие! – воскликнул Танкуоль, нетерпеливо указывая на землю.

Кларак сердито посмотрел на серого провидца.

– Нет.

Гном сплюнул.

Танкуоль злобно хлестнул хвостом. Почему гномы никогда не бывают такими глупыми, какими кажутся? Он указал посохом на Гибельный Шар, напомнив Клараку о ее угрозе.

– Включу-запущу Шар! Убью-перебью всех гномов! – пригрозил он.

Механик покачал головой.

– Нет, – повторил он.

Его золотистые глаза стали такими же холодными, как сам черный эфир. Танкуоль инстинктивно съежился под пристальным взглядом.

– Меня предупреждали, что ты – мой рок. Но, может быть, я твой. – Кларак поднял паровой пистолет.

Зацикленный на угрозе гномов, Танкуоль не слышал выстрела, пока пуля не прошила его мантию. Серый провидец высоко подпрыгнул и приземлился на четвереньки, дрожа от ужаса. Рядом раздался резкий писк агонии, прерываемый нестройным звоном колокола, ударившегося о землю. Танкуоль повернул голову и увидел, что Никкрит упал на пол, в его груди зияла кровавая дыра. Серый провидец ощупал мантию, с ужасом заметив почерневшие следы ожогов там, где прошла пуля, промахнувшись на ширину одного уса.

Несостоявшийся убийца Танкуоля зарычал, швыряя в голову серого провидца разряженный боевой пистолет. Глаза Икита Клешни сверкнули яростью. Дважды потерпев неудачу в попытках убить серого провидца, колдун заскрежетал клыками и развернулся, чтобы поднять Штормового Демона, прислоненного к поверхности Гибельного Шара.

Выстрел Икита Клешни погрузил пещеру в ад кромешный. Напряженное противостояние было нарушено оглушительным грохотом выстрелов и отвратительным свистом пламени войны. Скавены орали, когда гномьи пули врезались в их тела, отбрасывая крысюков вниз головой на пол пещеры. Гномы закричали, когда их броню пробили снаряды из искажающего камня и ядовитые камни прожгли их тела. Полоса возле входа превратилась в ад зеленого огня, когда крысий искажающий огнемет окутал ее пламенем.

Там, где менее сильные враги дрогнули бы, гномы оставались стойкими. Громобои ответили на беспорядочный огонь скавенских стрелков, в то время как отряды воинов с топорами ворвались в пещеру, вскарабкались на крысиные трапы и вступили в бой с перетрусившими врагами.

Кларак смотрел, как Танкуоль карабкается по полу в поисках укрытия за грудой досок. Механик бросился было за убегающим серым провидцем, но тут же остановился. Его собственная опасность не имела значения. В первую очередь нужно было противостоять более серьезной угрозе для всего королевства гномов. Он опустил очки на глаза и холодно улыбнулся, увидев гравюры, сияющие на баразхунковых пластинах, образующих оболочку Гибельного Шара. Большая часть гравюр была стерта – стерта штихелем Кургаза, когда он не смог закончить их. Одна пластина, однако, не была испорчена. На ней смело и ярко пылала Старшая Руна.

Внимание механика привлекла активность у основания Гибельного Шара. Кларак почувствовал, как его сердце похолодело от ненависти, когда он увидел, как Икит Клешня отбросил пистолет и потянулся к черному и длинному Штормовому Демону. Вот он, убийца Кургаза, Азрама и многих других гномов. Вот чудовище, создавшее эту адскую машину, дьявол, который разрушит сами горы в своей непристойной жажде власти.

Кларак направил пистолет на главного колдуна. Уничтожение Гибельного Шара – это лишь полумера. Пока жив Икит Клешня, есть шанс, что монстр сможет построить еще один.

Танкуоль забрался за груду бревен, хлопая лапами по рогам, а вокруг свистели пули. Он не знал, кто стрелял – гномы или крысолюды, но в данный момент ему было все равно. Ситуация вышла из-под контроля, и серый провидец уже не мог отыграть всё обратно. Во всем виноват этот предательский хорек Икит Клешня! Да, можно спорить, кто главнее, но делать это перед лицом врага! Любой порядочный скавен отложил бы в сторону такие мелкие ссоры и создал бы общий фронт против врагов! То, что сделал Икит Клешня, было равносильно измене всему скавенскому миру!

Трепет удовлетворения пронесся по телу серого провидца, когда он услышал отчетливый выстрел парового пистолета Кларака и увидел, как Икит Клешня поражен метким выстрелом гнома. Железный панцирь главного колдуна отразил большинство пуль, но несколько попали в места, не защищенные магической броней. Клешня упал на пол платформы, из ран на ногах и плече хлынула кровь. Только крепкая хватка за алебарду удерживала его от полного падения.

Хорошо! Пусть неверный червяк умрет! Пусть гномотвари торжествуют. Танкуоль мог бы даже помочь им, если они окажутся не способны закончить начатое!

Нос серого провидца дернулся, когда ужасное осознание пришло к нему. Закончить начатое! Икит Клешня все еще должен был закончить Гибельный Шар! Без него Шар ничего не стоил! Выудив крошечный кусочек искажающего камня из своего одеяния, Танкуоль отчаянно растер камень в пыль между клыками, втягивая его энергию в тело.

Серый провидец поспешно сформировал энергию в заклинание, вызывая магический щит, чтобы встать между храбрым Икитом Клешней и его убийственными преследователями. Перед раненым колдуном образовалась мерцающая дымка желтого тумана. Град пуль, выпущенных из пистолета Кларака, ударил в туман, но дальше не пошел, застряв, как мухи в янтаре.

Танкуоль усмехнулся успеху заклинания. Икит Клешня будет благодарен ему за спасение, и его благодарность еще больше укрепит контроль серого провидца над ним. Теперь он свободно раскроет тайны Гибельного Шара, а потом…

Свирепый боевой клич гномов заставил Танкуоля обернуться. Икит Клешня, Кларак Бронзомолот, Гибельный Шар – все это было забыто, когда обезумевший полуголый гном с криком пронесся по пещере. Глаза гнома горели маниакальной яростью. Танкуоль с удивлением отметил, что от существа исходил знакомый запах. Он снова нервно огляделся в поисках человека-сопровождающего.

– Танкуоль! – взвыл Истребитель, размахивая топорами в каждой из мощных рук. – Я Мордин Мрачнокамень! Ты убил моего брата! За это ты умрешь!

Глава шестнадцатая
Танкуоль почувствовал, как внутри у него все сжалось от страха, когда обезумевший гном бросился на него. Мордин опустил оба топора, их острые края блестели в зеленом свете варпа. В панике серый провидец бросил всю свою магическую энергию на создание еще одной оболочки эфирной силы, чтобы отразить атаку. Желтый туман возник между ним и Истребителем. Мордин ударился о барьер, как о твердую стену, отскочил от нее и рухнул на пол

Всякая надежда на то, что гном-маньяк сломал себе шею, исчезла через несколько мгновений, когда Мордин вскочил на ноги. Лицо гнома превратилось в кровавую маску, его нос – в неописуемую кашу, но глаза Истребителя продолжали гореть дикой яростью необузданной ненависти. Он ударил топорами друг о друга и бросился к Танкуолю, рубя клинками магический барьер, как будто мог освободить себе путь через колдовство серого провидца.

Такое безрассудное безумие заставило железы Танкуоля сжаться. Что он сделал, чтобы заслужить такую лютую ненависть? Убил какого-нибудь родственника гномотвари? Наверняка у безумного зверя полно другой родни! Чего так возбуждаться-то?

Танкуоль с ужасом понял, что истребитель делает невозможное. И у него получалось. Шаг за шагом его топоры прорубали барьер. Впервые серый провидец почуял слабый запах магии вокруг топоров, его глаза заметили руны, сверкающие на их лезвиях. Проклиная всех гномов и их подлую магию, серый провидец призвал свою угасающую энергию для нового заклинания. Он должен проявить намного больше активности в уничтожении потенциального убийцы.

Потрескивающий поток зеленых молний вырвался из навершия посоха Танкуоля, огибая тело убийцы. Мордин взвыл в агонии, электричество плясало на его топорах и сверкало вокруг зубов. Дым поднимался от бороды и подголовника гнома, кровь кипела вокруг его открытых ран. Серый провидец весело чирикнул, когда враг рухнул на землю. Так падут все, кто противостоит могуществу серого провидца Танкуоля и Рогатой Крысы!

Чирикающий смех сменился испуганным визгом. Гном поднял голову, его исполненные ненависти глаза впились в Танкуоля. Мордин с трудом поднялся на ноги, сплюнув на пол каплю крови.

– Ты убил моего брата, – прорычал он. – Теперь ты умрешь.

Сделав выпад, Истребитель бросился на Танкуоля. В отчаянии серый провидец поднял посох, направляя угасающую магическую энергию на укрепление его деревянной субстанции, делая ее более прочной, чем сталь. В панике Танкуоль растворил магическую оболочку, защищавшую Икита Клешню, направив восстановленную энергию на собственную защиту. Теперь главному колдуну придется самому о себе позаботиться, а у Танкуоля были более неотложные обязанности.

Топоры Мордина отскочили от укрепленного посоха, отбросив гнома назад. Танкуоль замахнулся тяжелым металлическим наконечником своего посоха на Истребителя, острый край рассек грудь гнома. Довольный тем, что выиграл хотя бы несколько секунд, серый провидец вскарабкался на груду бревен, пытаясь дотянуться до одного из нависающих крысиных мостков. Позади себя он услышал сердитый голос Истребителя. Поленница задрожала, когда Мордин принялся рубить убежище Танкуоля.

Серый провидец сделал отчаянный прыжок к самому низкому из крысиных трапов, но его машущие когти на несколько дюймов не дотянулись до края платформы. Взвизгнув, он рухнул на пол, посох вылетел у него из рук, дыхание сперло. Танкуоль перекатился на спину, его испуганный взгляд вернулся к куче бревен. Там стоял Мордин, стуча топорами, в его глазах горела жажда мести. Издав дикий боевой клич, Истребитель прыгнул на врага.

Испуганный визг вырвался из груди серого провидца, он откатился в сторону и побежал по полу на четвереньках. Топоры Мордина вонзились в землю, когда он приземлился. Истребитель взревел от разочарования, когда обнаружил, что под лезвиями нет мохнатого тела. Вырвав топоры из земли, он повернулся к съежившемуся Танкуолю.

– Беги, паразит! Ты не избежишь смерти и не уйдешь от меня!

Танкуоль нащупал еще один осколок искажающего камня. Он только что использовал эфирные энергии, заключенные в камне, и не хотел рисковать, добавив еще. Образ собственного тела, распадающегося на лужу дергающейся плоти, был не из приятных. С другой стороны, образ того, как его разрубает на куски обезумевший гном, тоже не привлекал.

– Костодер! – в отчаянии воскликнул Танкуоль. – Спаси-охрани своего господина-повелителя!

Топоры Мордина обрушились вниз, один из них оторвал рукав от мантии Танкуоля, другой отскочил от его рога. Обороняющийся серый провидец оттолкнулся ногами, полоснув Мордина когтями по животу. Гном застонал от боли, но слабой контратаки провидца было недостаточно, чтобы остановить безжалостного врага.

Однако огромная фигура, вырисовывавшаяся у него за спиной, вполне могла помешать ему. Костлявые когти Костодера сомкнулись вокруг тела гнома прежде, чем он понял, что крысоогр находится рядом. Мордин вскрикнул от ярости, когда механическое чудовище подняло его с земли. Топоры гнома рубили руки зверя, оставляя щербины на костях и вмятины на стали. Костодер не обратил никакого внимания на бешеную атаку жертвы и на нанесенные ей раны.

– Гримнир! – закричал Истребитель, метнув один из своих топоров прямо в механическую физиономию.

Громриловое лезвие глубоко вонзилось в лишенный плоти череп Костодера, быстро запечатлевшись в механическом мозгу. На мгновение крысоогр вздрогнул и замер. Танкуоль проклял эту глупую штуковину, позволившую разрушить себя прежде, чем уничтожить врага. Мордин рассмеялся жестоким смехом, полным убийственного веселья, и рубанул оставшимся топором по когтям крысоогра. Один из костлявых пальцев отлетел, за ним последовал второй. Через несколько мгновений Истребитель освободится.

Затем Костодер внезапно пришел в движение, его механизмы начали восстанавливаться после травмы от топора Мордина. Крысоогр яростно поднял противника в воздух и принялся крутить тело гнома. Кровь струилась по когтям монстра, когда он разрывал Истребителя на части.

Кларак Бронзомолот устремился к Гибельному Шару, решив, что на этот раз Икит Клешня не сбежит. Пули из парового пистолета застучали по броне колдуна, и несколько выстрелов сумели пробить брешь в его обороне. К сожалению, для защиты Клешня располагал не только хитрыми технологиями. Прежде чем Кларак успел прикончить его, между механиком и его врагом возник магический барьер, удерживающий пули, которые положили бы конец злу, творимому этим монстром.

Кларак отбросил в сторону отработанный паровой пистолет и снял с плеча паровой молот, висевший за спиной. Вокруг него бушевала битва. Воины-гномы сражались с кишащими ордами крысолюдов по всей пещере, на шатких крысиных мостках и платформах – везде, где только можно было найти отвратительных врагов. Скавены наносили смертельный урон нападавшим, их пули из искажающего камня прожигали даже самую тяжелую броню, а Ядовитый Ветер душил самых свирепых бойцов. Целые крысиные мостки с грохотом падали на пол, оторванные от креплений тяжестью тех, кто сражался на них, или же сгоревшие в зеленом адском пламени искажающих огнеметов.

Битва висела на волоске. Гномы были ограничены тем, сколько из их числа могло атаковать вход в пещеру одновременно, и многие из их лучших войск были по-прежнему отсечены в наружных туннелях. Войдя в пещеру, захватчики стали подходящей мишенью для джизелей, сгрудившихся вокруг самых высоких ярусов платформ. Меткость у скавенов была так себе, но в толпе бронированных тел у входа даже самый неточный выстрел не мог не причинить вреда.

Если гномы хотели гарантировать победу, им нужно было сломить мужество загнанных в угол крысолюдов. Лучший способ добиться этого – убрать их лидера. Теперь было вдвойне важно, чтобы Кларак быстро уничтожил Икита Клешню.

Механик бросился через пещеру, его паровой молот ударил и размозжил череп крысолюда с черным мехом, который выскочил на него из кучи металлолома. Второй скавен, зажав в лапах светящийся меч, нырнул Клараку за спину. Прежде чем враг успел вонзить клинок в цель, крысолюд оказался повержен молотом Хоргара Хоргарссона.

– Ты не облегчаешь задачу своему телохранителю, – проворчал Хоргар, стряхивая раздавленного крысолюда с головки молота.

– Ничто из того, за что стоит сражаться, не дается легко, – ответил Кларак. Он указал на Гибельный Шар. – Я иду за Икитом. Отгоняй от меня остальных крысюков.

Хоргар кивнул, его броня выпустила пар, когда он бросился впереди друга. Толпа крысолюдов выскочила из укрытия, чтобы напасть на гнома и не дать ему добраться до их вожака. Хоргар рассмеялся, втыкая молот в звериную толпу, ломая конечности и сокрушая черепа на каждом шагу. Несколько скавенов держались позади, пытаясь направить смертоносный искажающий огнемет на молотобойца и не принимая в расчет товарищей, которые также попадут в зону поражения.

Прежде чем крысолюды смогли выпустить на волю ярость своего оружия, плотный шквал пуль врезался в их ряды. Торлек рычал, разряжая паровой пистолет в съежившихся монстров, ликующе вскрикнув, когда один из его выстрелов пробил топливный бак огнемета и утопил подлых убийц в брызгах горящей жидкости.

Кларак воспользовался этой перестрелкой, чтобы пробежать мимо крысолюдов, защищавших Гибельный Шар.

Бросившись вверх по ветхой лестнице, храбрый механик обрушил паровой молот на грудь последнего скавена, выбежавшего из укрытия. Затем гном перевел взгляд на настоящего врага.

Икит Клешня гневно смотрел на Кларака из-под металлической маски. Главный колдун тяжело навалился на Штормового Демона, используя смертоносное оружие как костыль, чтобы поддержать ослабевшее тело. Черная кровь покрывала изодранную одежду крысолюда и пятнала пластины железного тела.

– Бронзомолот, – прошипел Икит Клешня. – Ты пытаешься остановить меня, но не можешь остановить-убить прогресс! – Скавен постучал металлическим когтем по оболочке Гибельного Шара.

– Теперь этому безумию конец, – прорычал в ответ Кларак. Он бросился на раненого скавена, но пролетел мимо цели, когда противник внезапно отпрыгнул в сторону.

Стальной скрежет смеха Икита обжег уши Кларака.

– Глупое мясо! Чему конец – так это твоей жизни!

Колдун бросился на Кларака и рассек кольчугу гнома стальными когтями. Гном пнул его сапогом, разбив сбоку чувствительную морду скавена.

Икит Клешня захромал назад, опираясь на Штормового Демона. Колдун притворился слабым, чтобы сделать врага слишком самоуверенным, но он все же был не в состоянии долго сражаться. Рыча от ярости, Икит направил металлическую клешню на Кларака. Лезвия распахнулись и обнажили сопло искажающего огнемета, встроенного в ладонь.

Кларак откатился в сторону, бросившись через край платформы за мгновение до того, как огонь Клешни обрушился на него. Пальцы гнома сомкнулись на краю лесов, удерживая его прямо под краем платформы. Он подождал, пока звук оружия Икита затихнет, затем с невероятной даже для гнома силой подтянулся обратно на обугленную платформу. Прежде чем Икит успел выпустить второй заряд искажающего огня, Кларак швырнул в крысолюда маленькую яйцевидную гранату. Она взорвалась о металлический коготь, покрыв оружие белым порошком.

Нос Клешни дернулся, и рычание безудержной ярости вырвалось из стиснутых клыков. Он узнал запах удушливой пыли Кларака и понял, что произойдет, если попытаться послать еще одну вспышку боевого огня в направлении врага. Скавен в ярости хлестал хвостом, его глаза горели безумным огнем.

– Тупица! Теперь все-все гномы умрут!

Икит Клешня отпрыгнул в сторону, когда Кларак метнулся к нему. Колдун повернулся и полоснул лезвиями когтей по голове механика. Кларак нырнул под смертоносный взмах когтей врага и поморщился, услышав, как острые лезвия заскрежетали по оболочке Гибельного Шара.

Кларак сгреб обезумевшего колдуна, обхватил его руками за талию и повалил на пол платформы. Когти Икита тщетно царапали ноги гнома, защищенные броней.

– Все-все гномотвари умрут! – безумствовал Икит Клешня.

Колдун ударил головой прямо в лицо Клараку, металлический шлем врезался в череп гнома с силой молота. Кларак отшатнулся от боли, ослабив хватку, и колдун вывернулся из-под него.

Икит Клешня, спотыкаясь, побрел к панели рычагов и шестеренок, торчащих из бока Гибельного Шара.