Текст книги "Танкуоль и Костодер"

Автор книги: К. Л. Вернер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 30 (всего у книги 63 страниц)

У Адальвольфа пересохло во рту от объяснений священника.

– Я слышал безумные байки о подобных вещах от норсийских моряков в землях, что лежат за Страной троллей, но никогда не верил им. Существует ли настолько сильная магия, чтобы так изменить саму землю?

– Боюсь, мы бродим посреди доказательства существования такой магии, – сказал Дитхельм. – Мы можем только молиться, чтобы разум, стоящий за ней, не питал к нам злобы.

С тропинки впереди донеслись оживленные голоса. Адальвольф и Дитхельм поспешили вперед и увидели, что оставшиеся матросы рубят лианы, окаймлявшие дорогу. Шехтер стоял рядом, скрестив руки на груди и наблюдая за работой команды, а ван Зоммерхаус подбадривал их, обещая каждому по золотому гульдену, если они поторопятся.

– Что здесь происходит? – спросил Адальвольф Хильтруду.

Женщина улыбнулась ему, и на ее истощенном лице появилось выражение напряженного ожидания.

– Один из матросов услышал, как в джунглях рядом с тропой течет вода! Он думает, что это что-то вроде реки.

– Вода! – воскликнул Адальвольф.

Интересно, звучало ли когда-нибудь слово прекраснее этого? Последняя настоящая вода была у них, когда они потеряли сани. С тех пор люди пили все, что могли выжать из промокшей одежды после нередких дождей в джунглях.

– Они уверены?

– Уверены, – сказал Дитхельм. – Я чувствую рядом с нами запах огромного количества воды.

Матросские топоры и кортики людей прорвались сквозь стену лиан.

Дальше они обнаружили, что деревья стали заметно реже, поскольку земля была перенасыщена влагой и плотную массу растительности, уже привычную для путников, поддерживать не могла. В отсутствие деревьев на влажной земле буйно разрослись кусты папоротника и осока. Они не заслоняли желанного зрелища, согревавшего сердца людей на тропе: огромная река прорезала путь сквозь деревья, ее зеленые воды тихо журчали, омывая многочисленные валуны, окаймлявшие ее границы.

Голод не заставил выживших путников бросить вызов ужасам джунглей, но жажда оказалась сильнее голода и заглушила даже страх. При виде такого изобилия воды совсем рядом матросы бросились к реке, крича и смеясь как дети. Адальвольф и Хильтруда присоединились к безумному забегу к реке, и даже ван Зоммерхаус забыл о своем барском достоинстве и бросился с головой в изумрудные воды. Только брат Дитхельм сохранил осторожность. Спускаясь к берегу реки, он следил за каждым деревом и кустом в поисках первых признаков опасности.

Команда с жадностью напилась воды и принялась счищать грязь с одежды и тел. Хильтруда пыталась смыть пятна с рваного платья, изо всех сил стараясь не обращать внимания на похотливое улюлюканье матросов, глазеющих на ее обнаженные стройные ноги. Капитан Шехтер наполнил водой шляпу, затем перевернул ее над головой, давая прохладной жидкости омыть лицо. Ван Зоммерхаус после первого нырка в реку, развалился на одном из валунов и изящно окроплял шею водой, как благородная дама духами. Марджус и матросы резвились посреди мелководной реки, наслаждаясь роскошью момента.

Сделав несколько затяжных глотков из реки, Адальвольф уселся на песчаном берегу и начал расстегивать доспехи. Он еще вполне отдавал себе отчет, что нельзя допустить, чтобы броня заржавела больше, чем от дождя. Он осторожно положил мятую и потемневшую кольчугу на камни и начал стягивать сапоги. Но тут на его плечо легла рука Дитхельма.

– Я наблюдал за рекой, – сказал священник. – Что ты об этом думаешь?

Дитхельм указал на участок реки в дюжине ярдов от того места, где плавали матросы. Сначала Адальвольф не понял, на что смотрит священник. Казалось, вода дрожит, всплескиваясь бугорками. Если бы шел дождь, можно было бы подумать, что это капли падают на воду. Наемник понятия не имел, что это такое.

– Рыба? – предположил он.

И все же это вряд ли объясняло холодок, пробежавший по спине. А точно ли река слишком мелкая и не может вместить что-то, способное угрожать человеку? Тем не менее он видел, как дрожащее пятно воды начало двигаться к ним вверх по течению. Адальвольф встал и быстро спустился к берегу реки. Он решительно схватил Хильтруду за руку и вытащил недовольную куртизанку из воды. Когда она двинулась, чтобы забрать обувь, Адальвольф резко потащил ее обратно.

– Вон из воды! – крикнул наемник, указывая рукой на пятно танцующей воды.

Глянув в ту сторону, матросы расхохотались, а некоторые стали трясти кулаками и проклинать Адальвольфа зато, что он хотел напугать их. Когда пятно ряби приблизилось, люди смогли разглядеть, что это такое. Никакого страшного речного монстра, просто косяк уродливых серебристых рыбок.

Насмешливые крики матросов превратились в леденящие кровь вопли, когда косяк рыб оказался между ними. Зеленые воды вокруг плавающих людей стали мутными и красными. Матросы отчаянно били руками по воде, пытаясь отпугнуть нападавших. Один из моряков поднял руку с висящей на ней рыбой. Острые клыки глубоко вонзились в его плоть. Рыба бешено колотилась и извивалась, срывая с ладони моряка кровавые ленты.

Охваченные ужасом, люди рванулись из воды со всей возможной скоростью. Пираньи окружали самых медленных, терзали их и рвали, пока несчастные пытались добраться до берега. Те, кто был в безопасности на суше, могли лишь наблюдать с берега отвратительное зрелище, как рыбы пожирают свою добычу живьем. Когда Марджус выбрался из воды, на ноге у него красовалась ужасная рана – пираньи прогрызли ее до костей. Он спасся последним. Трое других матросов так и не вышли из воды. Их тела безобразно плыли вниз по реке, преследуемые стаей рыб-людоедов.

Все глаза были прикованы к реке и жуткой сцене, разыгравшейся в ней, так что никто из выживших не заметил, как из джунглей появилась первая фигура в плаще. Бесшумно от деревьев отделились другие грызуны, образовав вокруг людей кордон.

Хильтруда первой с омерзением отвернулась от созерцания пираний, кормящихся мертвыми моряками. Повернувшись, она увидела перед собой картину еще более ужасную. Длинная, похожая на мышиную морда смотрела на нее глазами-бусинками и злобно поблескивала клыками. Существо сжимало в мохнатой руке зловещего вида кинжал.

Куртизанка вскрикнула от ужаса и швырнула в чудовище туфлю. Скавен увернулся от этой неуклюжей атаки и угрожающе зарычал. Женщина отступала перед чудовищем и остановилась, только когда почувствовала, как вода коснулась ее голой пятки.

На крик Хильтруды обернулись все. Ее вопль подхватили мужчины, потрясенные до глубины души этой ужасной картиной. Даже если бы вернулись хладнокровки или карнозавр решил, что из них все-таки получится неплохая закуска, люди не выказали бы такого ужаса. Гигантских рептилий они еще могли принять – было известно, что эти зверюги реальны. А сейчас перед ними предстал кошмар, воплощенный миф. Каждый находящийся здесь человек был воспитан на сказках о подземном народе, ворующем младенцев. Эти страшные истории рассказывались, чтобы плохие дети вели себя прилично. Но взрослые люди смеялись над тилийскими моряками, утверждавшими, что такие чудовища существуют на самом деле. Часто тилийцев даже намеренно подпаивали, просто чтобы услышать жуткие сказки и снова посмеяться над ними. Подземного народа не существовало! Просто не могло быть! Мир не в состоянии вместить в себя таких дьявольских тварей!

И все же те, что стояли перед ними с ножами и мечами в руках, были, несомненно, подземным народом! Существа образовали вокруг них полукольцо, окружив с трех сторон. С четвертой – была река.

Адальвольф рванулся забрать меч с того места, где оставил его у скал. Один из крысолюдов зарычал на наемника, и острый метательный нож полоснул по костяшкам его пальцев, когда человек потянулся за клинком. Адальвольф отшатнулся от боли, свирепо глядя на отвратительных монстров и пытаясь справиться со страхом, пульсирующим в венах. Его ужас только усилился, когда один из крысолюдов открыл пасть и начал проталкивать слова сквозь клыки.

– Человечишки, иди-иди! – рявкнул крысюк. Его слова растворились в раскатах щебечущего смеха. – Или плыви-умри, – прошипел он, указывая когтем на реку.

Прежде чем кто-либо из перепуганных людей успел обдумать незавидный выбор, предложенный крысолюдом, его собратья набросились на них рычащим роем, сбивая с ног плоскостями клинков и ржавыми рукоятями мечей.

Танкуоль задумчиво погладил бакенбарды, когда Цан Квик подвел к нему жалкую на вид стаю людей. Они выглядели полумертвыми и пахли немногим лучше. Он был неплохо знаком с различными породами человечишек и знал, что эти принадлежат к большому клану Империи. Их земли были далеко, даже дальше Скавенгниля. То, что эти люди оказались здесь, не имело для него никакого смысла, да и вообще, очень немногие из действий людей имели для него хоть какой-то смысл.

Цан Квик довольно быстро привел людей на поляну. Бегущие-по-стокам и ассасины с легкостью захватили этих безмозглых животных – но как-никак это был план Танкуоля, так что легкости их успеха удивляться не приходилось. Конг Спинолом и его воины обыскали лазутчиков Цана в поисках захваченных трофеев. Они нашли несколько вещей, которые показались Танкуолю интересными. Маленькая стеклянная бутылочка с какой-то странно пахнущей жидкостью внутри, непонятная медная трубка со стеклом на каждом конце, которая заставляла вещи казаться меньше, когда он смотрел в нее, и пара вульгарных пистолетов, похожих на убогих дальних родственников искажающего оружия, изготовленного кланом Скрайр. Танкуоль поспешил их забрать. Он знал, как легко пуля может полететь не туда, если оставить ствол в лапах коварного подчиненного.

Люди сгрудились на земле перед насестом Танкуоля, вынужденные неохотно кланяться из-за пинков и угроз его верных слуг.

Серый провидец долго молчал, наслаждаясь тем, как испуганно смотрят на него люди. Они знали, кто их хозяин, без всяких разъяснений! Им хватило ума признать его величие, его власть, просто взглянув на него! В один прекрасный день все загнивающие земли человечишек перейдут под власть империи скавенов. Тогда люди будут пресмыкаться перед ним с выражением почтения и страха. Даже тот тощий человекоподобный питомец, которого таскал с собой этот проклятый гном!

Танкуоль свел клыки и сердито хлестнул хвостом, когда понял, что пленники смотрят не на него, а поверх него. Он оглянулся через плечо и помрачнел. Эти тупые, бессмысленные твари думали, что вождь – это Костодер!

– Я серый провидец Танкуоль! – Он зарычал на людей с тусклыми глазами, вложив полную меру злобы в свой тон. Подождал мгновение, а затем сжал клыки, увидев, что это заявление не произвело на них никакого впечатления. – Я здесь главный, – продолжал он. – Вы будете звать-знать меня Господин Король! Что я скажу-пискну, вы сделаете!

Танкуоль улыбнулся. Чем больше он говорил, тем больше огорчались люди. Прекрасно! Скоро он окончательно запугает их и обернет вокруг хвоста, как дрессированных слизняков.

– Если будете повиноваться-угождать мне, я дам-позволю вам жить, – сказал Танкуоль.

– Грязное чудовище! – внезапно закричал один из людей.

Мужчина вскочил на ноги и прыгнул на Танкуоля с такой скоростью, что серый провидец не успел среагировать. Руки человека сомкнулись вокруг его одежды, и Танкуоль почувствовал, как его стягивают с бревна.

Вдруг хватка ослабла. Танкуоль посмотрел вниз и увидел, что туловище человека лежит у его ног, а ноги – в доброй дюжине ярдов, на другой конце поляны. Над трупом стоял Костодер, слизывая кровь с массивных когтей. Несмотря на то что он заслонил Танкуолю обзор людей, он решил оставить крысоогра там, где он был.

– Это пример-предупреждение! – зашипел Танкуоль на съежившихся людей. – Бросьте мне вызов – и умрете-умрете! – Он окинул дрожащих людей гневным взглядом. Заметив, что один из них – женщина, он удивленно прищурился: – В следующий раз я скормлю Костодеру вашу самку!

Он почувствовал удовлетворение, увидев, как один из людей мгновенно обхватил женщину рукой, защищая. По опыту серого провидца, люди никогда не были так сговорчивы, как тогда, когда угрожали их самкам и детенышам.

Как ни странно, но один из людей смотрел на него без особого страха, который выказывали другие. Животное проявило еще большее безрассудство, заговорив с Танкуолем.

– Это ты проложил тропу, по которой мы шли? – спросил человек.

Танкуоль в замешательстве наморщил лоб. Ему не нравился этот человечишка, от него исходил слабый запах магии. Он испытывал искушение приказать убить дерзкую тварь просто ради собственной безопасности, но провидец смирил порыв: если он ошибается насчет того, как попасть внутрь пирамиды, этот человек может знать другой способ. Танкуоль понятия не имел, что это за тропа, о которой болтал человечишко, но решил развить тему.

– Конечно, глупое мясо! – рявкнул Танкуоль. – Своим могуществом я послал-проложил тропу-дорогу, чтобы привести вас ко мне. Теперь вы должны служить-повиноваться серому провидцу Танкуолю за то, что он спас вас!

Люди не выглядели особенно благодарными, но, очевидно, теперь они еще больше боялись его – и на этот раз человечишки не смотрели на Костодера по ошибке. Это хорошо: чем больше они будут бояться его, тем быстрее будут подчиняться каждому приказу.

Танкуоль повелел Конгу и Шэню подготовить всех скавенов к походу. Теперь, когда у него были люди, Танкуоль жаждал проверить свою теорию. Если он прав, они скоро окажутся внутри пирамиды и смогут застать Шиукоатля врасплох.

Если он ошибается… что же, чем больше скавенов убьют ящеры, когда они вернутся в Кецу, тем лучше для Танкуоля!

Глава девятая
ХРАМ ЗМЕЯ

Когда скавены вернулись, в городе Кеца царила мертвая тишина. На этот раз не было загорающих сцинков, и некого было убивать и терзать, как это делал покойный и неоплакиваемый Шиван Нюхач. Сейчас Танкуоль предпочел более осторожный подход. Они обошли вокруг города и вошли в него с севера, а не с юга, стараясь держаться подальше от широких главных дорог, ведущих прямо к пирамиде. Они быстро перемещались по разрушенным боковым улочкам и держались в тени.

Было нелегко бесшумно вести сотню скавенов и целую кучу рабов-людей через завалы. Если бы Танкуоль не был гением стратегии, он, возможно, не решился бы осуществить столь смелый маневр. Вероятно, держать войска в отличной форме очень помогло то обстоятельство, что Костодер откусил голову первому же крысюку, поднявшему шум. Как обнаружил Танкуоль, немного террора – отличное средство дисциплинировать этот сброд.

Люди, конечно, неуклюжи и медлительны. Если бы эти человечишки не были ему так нужны, Танкуоль выпотрошил бы их прежде, чем они прошли больше сотни ярдов в развалинах. Однако жалкие твари были жизненно важным элементом его плана, поэтому серый провидец стиснул зубы, пнул подвернувшегося под лапу подчиненного и просто сосредоточился на всем, что он сотворит с этими бесполезными существами, как только те выполнят свою задачу.

Над древним городом сияла полная луна, окрашивая крошащиеся камни нездешним серебряным светом. Великая пирамида Храма Сотека возвышалась, подобно сверкающей горе, среди окруживших ее распадающихся обломков. Вонь рептилий и змей густо ударила в носы скавенов, как только они вошли в город, но, когда крысолюды подползли ближе к храму, новый запах заставил их содрогнуться от страха – горячий застоявшийся запах крысиной крови.

Приблизившись к пирамиде, Танкуоль увидел, что вдоль ее ступеней выстроились ящеролюды, раскачиваясь, как змеи, грациозно и страшно. Между рядами сцинков дрожали и скулили несколько связанных скавенов – пленников, захваченных при первом злополучном штурме храма.

С плоской крыши пирамиды неслось тихое шипящее пение. Там возвышался огромный золотой алтарь, а на его поверхности лежал извивающийся скавен. Четверо жрецов-рептилий крепко держали крысолюда за руки и за ноги. Его жалобный плач заставил Танкуоля нервно оглянуться на джунгли и подумать, не лучше ли им вернуться в свое убежище. Но мысли об отступлении исчезли из головы Танкуоля, когда он увидел пятого сцинка, нависшего над пленником.

Даже с такого расстояния Танкуоль чувствовал ужасную силу этого ящеролюда. Хотя все рептилии казались ему одинаковыми, эту ауру мрачной злобы и древней враждебности он не мог спутать ни с чем. Сам Шиукоатль, ужасный Пророк Сотека, стоял позади алтаря и возносил обсидиановый нож над грудью бьющегося пленника!

Подняв чешуйчатую морду к небу, Шиукоатль запел хвалу Луне и всевидящим звездам. Затем пророк стремительно опустил руку. Когда кинжал вонзился в грудь крысолюду, тот закричал и дико задергался в жестокой хватке жрецов-сцинков. Шиукоатль безжалостно погружал лезвие кинжала в плоть жертвы, закончив лишь тогда, когда вырезал полный круг. Жрец запустил в кровавую рану вторую лапу и вырвал бьющееся сердце крысолюда.

Пророк не обращал внимания на дергающийся труп, распростертый под ним, и поднял свое подношение высоко над головой. Он держал сердце так, чтобы его могли видеть луна и все звезды. Затем шагнул вперед и показал трофей сцинкам, стоявшим на лестнице. Они торжествующе зашипели, распахнув гребни на головах в знак полного удовольствия. Шиукоатль передал сердце сцинку, стоявшему на верхней ступеньке. Коротко чирикнув в честь предводителя, ящеролюд с жадностью вцепился в кусок окровавленной плоти.

Шиукоатль отступил за алтарь. По взмаху его головы четверо жрецов зашевелились. В полную противоположность благоговению, с которым отнеслись к сердцу, жрецы попросту сбросили тело крысолюда вниз по склону пирамиды, даже не удосужившись посмотреть, куда оно упало. Когда еще одного пленного скавена подняли по лестнице и положили на золотой алтарь, Шиукоатль одобрительно кивнул.

Танкуоль вздрогнул, почувствовав мускусный запах страха, исходящий от его войска. Хорошо, что они напуганы – это скроет его собственный аромат ужаса. Даже люди были в шоке, с побелевшими лицами они смотрели, как Шиукоатль убивает пленников. Возможно, человечишки не так глупы, как считал серый провидец.

– Мы-мы не будем сражаться-убивать этого-этого! – взвыл Шэнь Цинхэ, крепко зажав лапами хвост. – Бежим-бежим!

– Быстро-быстро! – добавил Цан Квик, стуча клыками.

– Иди скажи-скажи Повелителю ночи, что убить-грохнуть чешуятину невозможно! – настаивал Конг Спинолом.

Танкуоль ухмыльнулся каждому из подчиненных по очереди, и каждый из них задрожал под его безжалостным взглядом. Он тщательно скрывал собственный страх, когда упрекал воинов за то, что они проявили свой.

– Он вылез из своей чертовой норы! – прорычал Танкуоль, указывая когтем на вершину пирамиды. – Сейчас-сейчас! Мы ударим-убьем! Ящерное мясо молится змею-дьяволу и не увидит-учует нас, пока не станет слишком поздно-поздно!.. Конг, бери боевых крыс и нападай-убивай с этой стороны! – сказал Танкуоль массивному черному скавену. – Я беру-беру бегунов и ассасинов. Мы ударим-убьем с другого конца! Никакого страха-страха! Рогатая защитит нас!

Его клевреты, похоже, сомневались в последнем, но при этом сочли, что застигнуть ящеров врасплох – не такая уж плохая мысль. Танкуоль потеребил крошечный кусочек искажающего камня. Этого как раз хватит для восхитительно убийственного колдовства. Скрытая в этом движении Танкуоля угроза устранила последние сомнения скавенов по поводу его плана. Они быстро разделились на две группы. Воины Конга составляли самую большую группу, почти две трети от общего числа, и Танкуолю пришлось подавить инстинктивное желание присоединиться к ним. Вместо этого он повернулся к Цан Квику и двум десяткам разведчиков и ассасинов. Он нетерпеливо махнул им, чтобы они поспешили к задней части пирамиды, к той грани, к которой они подошли при первой атаке.

– А как насчет человечишек? – спросил Шэнь Цинхэ, махнув хвостом в сторону людей.

– Я возьму их с собой, – сказал Танкуоль. – Из них получится отменный банкет в честь победы. А теперь поторопись и помоги боевым крысам Конга!

Шэнь посмотрел на Танкуоля, потом на пирамиду, затем на пленников-людей.

– Я, пожалуй, останусь с тобой, – сказал колдун с подозрением в голосе.

Танкуоль раздраженно заскрежетал клыками. Однозначно Шэнь слишком умен. Как бы ему ни хотелось приказать колдуну следовать за Конгом, он не мог допустить, чтобы тот поделился своими подозрениями с черным скавеном.

– Конечно, – прошипел Танкуоль, взмахнув хвостом. Я просто думал, что твоя магия поможет Конгу.

Он неохотно сделал знак Шэню присоединиться к группе, спешившей обогнуть пирамиду. Хоть ему и придется держать колдуна при себе, но не за спиной же!

Скавены очень проворно обошли пирамиду. Могли бы и быстрее, но их тормозили люди. Цан даже указал на это Танкуолю, но серый провидец упрямо отказывался оставлять своих зверюшек. К тому времени, когда они достигли дальней грани пирамиды, с другой стороны уже доносились звуки битвы.

Танкуоль нетерпеливо облизал клыки, услышав эти звуки и увидев, как сцинки перебегают через вершину пирамиды, чтобы присоединиться к битве, бушевавшей на ступенях внизу. Боевые крысы Конга должны отвлечь ящеролюдов хотя бы на некоторое время. Столько, сколько нужно ему.

– Они сражаются с Конгом! – заметил Цан Квик. – Теперь наш шанс!

Предводитель бегунов повел свое войско к ступеням, но рычание Танкуоля вернуло его назад.

– Глупое мясо! – рявкнул Танкуоль. Он указал когтем на вершину пирамиды, где все еще стояли Шиукоатль и четыре жреца-сциика. Они, казалось, наблюдали за битвой, бушевавшей по другую сторону пирамиды, но Танкуоля это не обмануло. – Шиукоатль ждет, когда мы нападем! Это ловушка, как и раньше!

– Тогда что же…

Танкуоль ударил Цана концом посоха по морде.

– Навозный идиот! – рявкнул он. Он указал посохом на вход, магически защищенный туннель, убивавший любого вошедшего в него скавена. – Мы идем туда, где Шиукоатль нас не ждет!

В глазах Цана блеснуло понимание, но Танкуоль не стал дожидаться, пока до него дойдет. Он требовательно зарычал на Костодера, чтобы тот повел людей к туннелю. Рыча и широко раскинув огромные лапы, чтобы никто не проскользнул мимо него, крысоогр погнал пленников к пирамиде.

Танкуоль поспешил за громадным зверем, тревожно поглядывая на вершину пирамиды. Если Шиукоатль поймет, что он делает, ему может не хватить времени сбежать в джунгли до того, как на них обрушится вся мощь ящеролюдов.

Серый провидец сердито посмотрел на зловещий проход. Сцинки убрали пепел, но Танкуоль все еще чувствовал в воздухе запах огненной смерти. Он с ненавистью уставился на глифы с изображением змеи, поедающей крысу.

Серый провидец раздраженно обернулся и зарычал на рабов. У них были имена, но Танкуоль посчитал утомительным пытаться их запомнить. Все они пахли почти одинаково, и в любом случае было трудно сопоставить запах с именем.

– Кто у человечишек главный? – спросил Танкуоль.

Ван Зоммерхаус судорожно указал на капитана Шехтера.

– Он! Он, он капитан!

Шехтер смерил патрона ледяным взглядом.

– Спасибо, Лукас.

По жесту Танкуоля Костодер толкнул капитана вперед. Шехтер выпрямился, стараясь выглядеть бесстрашным перед рогатым крысолюдом. Его бравада быстро сошла на нет, и вскоре он уже мял шляпу в руках и подобострастно кивал на все, что ему говорили.

– Иди-иди! – прорычал Танкуоль. – Убери змеиные камни! Сними все змеиные камни, которые увидишь-найдешь! – Когда он увидел, что раб ничего не понимает, Танкуоль зарычал на Костодера.

Прежде чем кто-либо успел среагировать, Костодер развернулся и поднял в воздух одного из бегунов. Крысолюд извивался в его лапах, но огромный зверь не обращал внимания на царапание и укусы своей жертвы. Костодер решительно повернулся обратно к туннелю и одним взмахом мощной лапы зашвырнул туда бегуна.

Как только скавен миновал невидимый барьер, глифы запылали огненной силой. Раздался крик, вспышка света, а затем на полу появилась кучка пепла.

– Теперь понял, глупое мясо? – зашипел Танкуоль на Шехтера. – Скавены не могут войти внутрь, но глупые человечишки могут!

Капитан понимающе кивнул.

– Ты хочешь, чтобы мы выломали эти резные украшения, чтобы вы могли войти внутрь! – Шехтер вздрогнул, когда серый провидец обнажил клыки. Он догадался, что Танкуоль быстро теряет терпение. – Я могу это сделать! Но для этого мне нужна помощь.

Танкуоль подозрительно посмотрел на человека, затем перевел взгляд на других рабов.

– Один, – сказал он, поднимая коготь. – Бери-возьми одного в помощь.

Шехтер понимающе кивнул. Он оглядел остальных пленников. На мгновение встретился взглядом с Адальвольфом. Тень сожаления промелькнула на лице Шехтера, затем он указал на Марджуса Пфаффа.

– Его. Он тот, кто мне нужен.

Танкуоль наблюдал, как двое мужчин робко направились ко входу, часто поглядывая вниз на дымящуюся кучку пепла.

– Быстрей-быстрей! – рявкнул он. – Иди быстро-быстро, или я убыо других человечишек!

Угроза, похоже, сработала. Двое мужчин смело перешагнули через кучу пепла. Танкуоль закрыл глаза и заткнул уши, ожидая еще одного взрывного проявления магии. Когда ничего не произошло, злобная улыбка торжества расплылась по его лицу. Он оказался прав! Обереги охраняли только от скавенов, а не от людей!

Но испытываемое им чувство торжества исчезло, когда Танкуоль заглянул в туннель. Люди должны были остановиться и начать разрушать обереги. Вместо этого они со всех ног бежали по коридору!

– Стой-стой! Я убыо-прикончу других человечишек! – закричал Танкуоль.

Шехтер повернулся и повел рукой под подбородком в сторону серого провидца, а потом убежал. Вскоре оба затерялись во мраке туннеля.

Танкуоль в ярости заскрежетал клыками и выхватил меч. Он повернулся к оставшимся рабам, намереваясь выполнить угрозу. Только холодный прагматизм удержал его руку. Если он убьет людей, то никогда не попадет внутрь пирамиды. Он смотрел на дрожащих пленников, вдыхая запах их страха. Потом вспомнил еще кое-что об их запахе.

Танкуоль свирепо схватил Хильтруду за волосы и оттащил от остальных. Он знал, что люди очень заботятся о самках, и это знание подтвердилось, когда Адальвольф сжал кулаки и бросился на серого провидца. Наемник не то что ударить – даже приблизиться не сумел. Едва он сделал пару шагов к провидцу, огромная лапа Костодера сжала его как тиски. Только поспешная команда Танкуоля не дала крысоогру раздавить человека, как виноградину.

– Ладно-ладно, – прокричал Танкуоль в ответ на разъяренный взгляд Адальвольфа. – Ты не такой, как ваш главный. – Он сделал паузу, задаваясь вопросом, а не схожи ли вожди людей и скавенов в своем отношении к жизням нижестоящих. Ты же не хочешь, чтобы красивая самка пострадала.

– Убери от нее свои грязные лапы, мерзавец! – бушевал Адальвольф.

Танкуоль мрачно усмехнулся. Он потянул Хильтруду за волосы, заставляя ее запрокинуть голову и обнажить нежное горло.

– Не болтать-говорить! – прошипел Танкуоль. – Делай, что я говорю. Или я съем язык самки! – Для пущей убедительности он открыл пасть, продемонстрировав убийственные резцы и пощелкав ими. – Он указал посохом на туннель. – Иди и сделай то, чего не сделал главный человек! Разбей змеиные камни! Разбей все змеиные камни, или самка умрет-сдохнет!

Видя, что Адальвольф понял серьезность угрозы, Танкуоль жестом приказал Костодеру отпустить человека.

– Ты как, нормально? – спросил Адальвольф Хильтруду. Женщина попыталась кивнуть, но Танкуоль оттянул ее голову назад.

– Хватит болтать-говорить! – возмутился серый провидец. – Работать-работать!

Свирепо взглянув на скавена, Адальвольф шагнул во тьму туннеля. Вскоре он начал крушить ближайший из змеиных глифов. Не имея других инструментов, мужчина снял сапог и принялся колотить по оберегу тяжелым каблуком.

Танкуоль наблюдал за этой операцией с живейшим интересом. Он почувствовал что-то вроде вздоха в воздухе, когда Адальвольф втаптывал глифы в пыль. Это высвобождалась заключенная в знаках магическая энергия. Оберег был сломан! Его силы исчезли!

Конечно, серый провидец мог бы послать Костодера убедить одного из бегущих-по-стокам для начала проверить коридор на случай, если Танкуоль ошибается…

Плоские черные диски внезапно расширились, превратившись в огромные лужи, когда глаза сланна вновь сфокусировались на мирском плане материи и духа, окружавшем мага-жреца. Сцинки-писцы сновали вокруг Властителя Тлако, записывая каждое изменение его пятнистой кожи.

Властитель Тлако развалился на позолоченной лежанке, низшие элементы его сознания наслаждались прохладной водой, которую слуги-сцинки плескали на упругую кожу. Это было грубое удовольствие, слабость плотского сосуда, в котором обитал разум Властителя Тлако. Маг-жрец быстро подавил это ощущение, снова сосредоточившись на вероятностях и неизвестных факторах. Низкофазные алгоритмы достигли Кецы и через них распадающиеся фракталы разрушили уравнения, сдерживавшие их. Впервые с тех пор, как город был отвоеван, Храм Змея подвергся нападению.

Все шло так, как предсказывал маг-жрец, но он все еще не мог расшифровать конечные переменные. Все элементы уравнения были на месте, но сланн по-прежнему не мог предвидеть решение. По этой причине было очень важно, чтобы Властитель Тлако присутствовал там и наблюдал за событиями, которые он организовал.

Один из слуг-сцинков встретился взглядом с Властителем Тлако, когда сланн создал мыслеобраз в голове этого ящеролюда. Как только мысль обрела форму, сцинк поспешил прочь, чтобы все подготовить. Нужно было многое сделать: собрать сцинков по их поселениям, поднять боевых завров из пещер, собрать зверей из логовищ. Властитель Тлако впервые за несколько тысячелетий покидал храм, но сланн не забыл о необходимости защищать свою плотскую оболочку. Когда жрец-маг начнет путешествие по геопространственным складкам, с Властителем Тлако выступит целая армия.

Армия, которая окружит заброшенный город Кецу и проследит затем, чтобы ничто не ускользнуло, пока не будет решено уравнение Властителя Тлако.

Серый провидец Танкуоль поздравлял себя с проявленным хитроумием, шагая по мрачным каменным коридорам. Кто, кроме могущественного серого провидца, смог разгадать загадку, как пройти мимо древних оберегов, которые были установлены, чтобы уничтожить любого скавена, осмелившегося проникнуть внутрь пирамиды? Разумеется, никто. Это был подвиг гения, достойный самой Рогатой Крысы!

Он не мог не восхищаться и рептилиями-волшебниками, создавшими эту хитрую ловушку. Всего было пять слоев оберегов, пять отдельных групп смертоносных глиф-камней. и каждая из них располагалась в туннеле на десять ярдов глубже, чем предыдущая. Даже если бы один набор оберегов не сработал, ящеролюды для охраны пути подготовили другие.

Человек неплохо сработал, разбивая каждый глиф-камень по очереди. Танкуоль подумывал убить его, как только будет разрушен последний слой оберегов и туннель превратится в развилку пересекающихся коридоров. Однако природная паранойя не позволила ему отдать приказ. Возможно, внутри пирамиды их ждут и другие обереги. Если так, то ему понадобится человек, чтобы разбить их. Остальных он прибережет, чтобы обеспечить послушание раба.