Текст книги "Танкуоль и Костодер"

Автор книги: К. Л. Вернер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 42 (всего у книги 63 страниц)

Невидимые для бронеломов, глобадьеры приблизились к месту схватки. Подойдя на расстояние двадцати футов к сражающимся гномам, мерзкие скавены в противогазах и защитных плащах приостановились. Не обращая внимания на собратьев-крысолюдов, которые все еще сражались со вражескими топорами, глобадьеры сунули руки в перчатках в мешки, висевшие у них на боку. Злобно чирикая под масками, смертоносные скавены швырнули хрупкие стеклянные шары в гущу яростной схватки.

Зеленый туман прорвался через туннель, когда шары врезались в сражающихся. Пронзительные крики крысолюдов разнеслись по туннелю, как только смертоносный газ окутал их, с дикой жадностью прожигая плоть и мех. Десятки рабов-скавенов повалились на землю, выкашливая жизнь из окровавленных ртов.

Безжалостная атака глобадьеров сломила оборону гномов, хотя и стоила жизни многим крысолюдам. Впервые дисциплина бронеломов дала трещину. Их прочная громриловая броня, защищенная от самых жестоких ударов, не могла защитить от оружия, способного просочиться под доспех и поразить гнома изнутри.

Сначала один, затем другой, потом весь отряд повалился на землю, топоры и молоты выпали из онемевших пальцев. Гномы кашляли так же яростно, как и умирающие крысолюды вокруг них, окровавленная масса сожженных легких капала на бороды. Глаза, прежде столь зоркие в темноте, ослепли, когда лопнувшие капилляры превратили их в багровые ямы страдания.

– Быстро-шустро! Убить-прикончить! – крикнул Риккит воинам, заставляя крыс своего клана развернуть бегущих рабов и погнать их обратно в туннель.

Теперь, когда защитники были повержены, он не хотел рисковать тем, что остальные гномы каким-то образом объединятся и нарушат его планы. Не дожидаясь, пока рассеется Ядовитый Ветер, он повел армию вверх. Десятки рабов погибли, полностью погрузившись во все еще мощное облако газа, но для Риккита это были приемлемые потери.

После того как газ рассеялся и авангард воинов начал снимать с мертвых бронеломов их хваленые доспехи, Риккит вздохнул с некоторым облегчением. Его авантюра окупилась. Теперь они могли беспрепятственно вторгнуться в верхние залы и заявить права клана Морс на эту крепость!

– Оставьте гномотварей! – рявкнул Рпккит на мародеров. Он указал когтем на верхний коридор. – Еще-еще гномятины убить-взять!

Воинство скавенов, в которых запах мертвых врагов возбудил жажду крови, почти не нуждалось в угрозах и вновь пришло в движение. Подобно реке из шерсти и клыков, крысолюды хлынули в нижние штольни Карак-Ангкула. Здесь стены были сложены не из необработанного камня, как в туннелях, а из огромных гранитных плит, богато украшенных массивными колоннами. Могучие колонны поддерживали высокий сводчатый потолок, огромные стальные фонари свисали с крюкообразных лиственных орнаментов, украшая их флероны.

Риккит наслаждался триумфом, пока орда скавенов продвигалась вперед, врываясь в заброшенные шахты и пустые галереи. Это были не давно заброшенные залы, а жилые помещения, все еще наполненные запахом гномов. Очевидно, бронеломы успели передать сигнал тревоги товарищам наверху! Осознание этого вызвало в голове военачальника противоречивые мысли. С одной стороны, он оценил тактическое преимущество внезапности. С другой – его самолюбие было более чем удовлетворено тем фактом, что гномы бежали от него, Риккита Клыкощелка, вместо того чтобы схлестнуться с ним в безнадежной битве!

Стаи скавенов теперь отделились от основного войска, толпясь в пустых галереях, охотясь по подземным залам за гномами, не успевшими сбежать, и любыми трофеями. Однако основное войско, подгоняемое угрозами военачальника и когтями командиров, устремилось прямо к пандусам, ведущим в верхние залы Карак-Ангкула. Зачем отбирать отбросы у рудокопов, когда они могут грабить покои королей?

Когда бурлящая масса крысолюдов устремилась вверх по пандусам, скавены увидели первых гномов с тех пор, как они прорвались сквозь охрану в туннеле. В одной из верхних галерей выстроилась шеренга воинов-гномов. Когда скавены увидели, сколь малочисленны враги, ползучий смех крысюков эхом отразился от стен. Если это лучшее, что могли собрать гномы, то скоро вся крепость будет принадлежать крысиному пароду.

В кровожадном стремлении схватиться с гномами крысолюды почти не обращали внимания на перевернутые шахтерские вагонетки, разбросанные между ними и линией фронта. Только когда нападавшие оказались в нескольких десятках ярдов от вагонеток, они поняли свою ошибку.

Деревянные борта тележек рухнули, оказавшись не более чем легким прикрытием. За нехитрыми панелями скрывались приземистые громоздкие машины, ощетинившиеся трубами и шестеренками, их стальные фасады были испещрены уродливыми отверстиями стволов. Едва показавшись, машины вздрогнули и ожили. Из труб повалил пар, механизмы с грохотом приходили в движение. Из дюжины орудийных стволов, вставленных в лобовую броню каждой машины, железные пули полетели в орду скавенов.

Автоматические орудия безжалостно рвали в клочья армию Риккита. Сотни воинов-скавенов были убиты в считаные мгновения, их искалеченные тела кружили в воздухе, пока яростный шквал огня обрушивался на их ряды. Один из глобадьеров Ядовитого Ветра получил ранение, пуля пробила его сумку с газовыми бомбами. Мгновенно смертоносное облако расползлось от мертвого глобадьера, его дым обжигал плоть каждого скавена, соприкоснувшегося с облаком. Риккит взвизгнул от ужаса, увидев, что его дорогущие отряды джизельеров растоптаны убегающими воинами, а их тяжелые мушкеты разлетаются вдребезги под лапами перепуганных клановых крыс.

Автоматические орудия продолжали стрелять по угодившим в ловушку скавенам, собирая кровавую жатву с разбитой армии. Медные ленты подавали свежие пули в паровые машины, позволяя им поддерживать испепеляющий огонь без передышки. Одно из орудий издало громкий скрежет, его огонь затих – в механизме застрял ремень. Однако оставшаяся дюжина машин продолжала казнить скавенов, пока те не сбежали вниз по пандусу в нижние штольни Карак-Ангкула.

Возглавляя отступление, Риккит Клыкощелк проклинал трусость и глупость своих солдат. Они должны были ожидать какого-то гномьего трюка и быть готовыми к нему! Но вероломные крысы предали своего военачальника и позволили убить себя! Хуже того, они дали умереть его наемникам, умножив долг Клыкощелка перед кланом Скрайр!

Эта мысль заставила Риккита задуматься. Хитрый блеск замерцал в его глазах, только что наполненных паникой. Большая часть казны Костенычки по-прежнему оставалась в его распоряжении. Он сможет купить больше оружия у колдунов-инженеров – оружия, которое разобьет, сожжет и взорвет все, что смогут выставить против него гномотвари! Если он заставит остатки своей армии изменников устоять и не дать врагу отбить шахты, тогда, возможно, у него еще будет шанс подчинить всю крепость владычеству подземного народа!

Гномы испустили громкий торжествующий клич, наблюдая, как трусливые крысолюды поджали хвосты и побежали вниз по пандусу. Группы воинов-мстителей выскочили из строя и начали добивать отставших от разбитой армии скавенов. Команды техников бросились через галерею к автоматическим оборонительным орудиям.

Особняком стояла небольшая группа гномов. Они проявляли крайне малый интерес к добиванию скавенов и состоянию исправных орудий.

Но заклинившее орудие требовало их полного внимания. Еще до того, как последний крысолюд исчез в нижних штольнях, они поспешили к вышедшему из строя орудию.

Эти гномы являли собой любопытную группу, в которой были представлены все типы обитателей Карак-Ангкула. Первым к машине подошел широкоплечий волосатый гном с некрасивым лицом, носом-луковицей, близко посаженными глазами и черной бородой, заплетенной в три длинные косы. Странная конструкция из труб и поршней поддерживала его мускулистые руки и опоясывала толстые ноги. При каждом шаге от конструкции поднимались небольшие струйки пара, образуя капельки конденсата на причудливой броне.

Второй из гномов был энергичным, молодым представителем своего вида, его светлая борода плотно прилегала к щекам и подбородку. Острый взгляд голубых глаз выдавал пытливый ум. Как и товарищ, гном был одет в боевые доспехи. А его пояс и шею обвивали толстые цепи, украшенные разнообразными каменными амулетиками с выгравированными на них древними хазалидскими рунами. Огромный молот, который нес молодой гном, был также оснащен остроугольной гномьей руной, огненным символом Алгаза, наделенным могущественной магией.

Затем появился седобородый гном в рогатом шлеме и грубой медвежьей шкуре поверх доспехов. Он бродил вокруг сторожевого орудия с настороженным видом пантеры, выслеживающей добычу, его блуждающие глаза безостановочно следили за тенями в поисках малейшего признака движения. В руках, затянутых в перчатки, он держал пару тяжелых пистолетов изысканной, экзотической формы.

Каждый из гномов был по-своему знаменит в чертогах Карак-Ангкула. Брутальным гномом был Хоргар Хоргарссон, бывший капитан телохранителей короля Логана и один из самых свирепых воинов во всей крепости. Яды гоблинов отравили его тело и поставили на грань смерти. Только удивительное врачебное мастерство повелителя, которому он теперь служил, сохранило ему жизнь, и только гениальная изобретательность того же ума позволила Хоргару впоследствии стать кем-то большим, чем просто калекой. Хоргарссона уволили из молотобойцев короля Логана после ранения, и мрачный гном пришел служить своему спасителю в качестве помощника, охранника и товарища по оружию.

Молодой гном был Кургаз Яркощуп, самый юный рунный мастер, когда-либо ходивший по залам Карак-Ангкула. Старшие нередко относились к нему с пренебрежением, считая всего лишь очередным юнобородым, и потребовался интеллект, значительно превосходящий тот, коим обладал Орден рунных кузнецов, чтобы по достоинству оценить таланты Кургаза. С помощью нового наставника молодой гном смог расширить знания о древнем ремесле и теоретически разработать новые способы использования магических символов.

Была причина, по которой белобородый гном так осторожно изучал окружающую обстановку. Единственный среди товарищей, Торлек провел большую часть жизни над горами, а не внутри них. Ветеран-разведчик, рыскавши по дикой местности, охотясь, расставляя капканы и бдительно следя за врагами, Торлек был опытным бойцом и следопытом, известным озорным юмором и грозной рукой мечника.

Пока остальные гномы охраняли периметр, четвертый член их группы осмотрел неисправную сторожевую пушку. Это был рослый гном, возвышавшийся над своими товарищами. Могучего телосложения, с темной дубленой кожей и бородой темно-золотистого цвета, он выглядел внушительно, когда бросился к машине и начал осмотр. Его необычные глаза оттенка золотого песка внимательно изучали механизм. Наконец он сунул руку в ленточный питатель и извлек бесформенный кусок свинца.

– И все же я считаю, что тебе незачем было портить собственное изобретение, – проворчал Хоргар.

Златобородый гном мрачно улыбнулся.

– Надо же дать гильдмейстеру Тори повод на что-то пожаловаться, иначе он не будет счастлив. А если он не будет счастлив, то Гильдия механиков может создать проблемы. Я не хотел бы давать клятву Истребителя, как старый Малакай Макайссон.

– Они не посмеют! – возразил Кургаз. – Даже королю Логану не под силу сдержать гений Кларака Бронзомолота!

Кларак улыбнулся другу, согретый энтузиазмом и уверенностью молодого гнома, хотя с пониманием политики у того было не очень. Гильдии, управлявшие гномьим сообществом, опирались на многовековые традиции и они с трудом принимали новые идеи, и никто из них противлялся нововведениям так жестко, как Гильдия механиков. Тем не менее были способы обойти препоны, чинимые такими гномами, как гильдмейстер Тори. Требовалось лишь некоторое уважение к традициям гильдии и ее могуществу.

Конечно, молчаливое покровительство правителя крепости тоже было немалым подспорьем. Кларак сумел создать много изобретений, чтобы помочь жителям Карак-Ангкула, но его труды увяли бы на корню без содействия короля Логана, помогающего обойти препятствия в лице гильдмейстера Тори. Король Логан был правителем, наделенным уникальной прозорливостью. Он понимал, что путь к восстановлению королевства гномов лежит не в какой-то рабской преданности прошлому, а в новых идеях и смелых нововведениях.

Тем не менее, даже король Логан чувствовал силу Гильдии механиков, и были пределы тому, что он мог позволить Клараку сделать, не слишком оскорбляя консервативные чувства других механиков.

Это полевое испытание оборонительных орудий Кларака было самой дерзкой демонстрацией его новинок. Любой гном, имеющий глаза, мог оценить важность этих машин, но механики не станут спешить с одобрением столь поразительного изобретения. Возможно, пройдут сотни лет, прежде чем они убедятся, что такое устройство достаточно безопасно и может быть запущено в производство. И все это время Карак-Ангкул будет беззащитен перед злобными врагами.

Поэтому Кларак намеренно устроил так, чтобы одна из его пушек вышла из строя. Это дало бы гильдмейстеру Тори повод для недовольства, а ему, Клараку, – для проведения новых «испытаний» изобретения.

Глубокий рокочущий рев эхом прокатился по галерее, отражаясь от стен. Услышав этот звук, Кларак улыбнулся. Повернувшись, он окунулся в бурные возгласы воинов-гномов, склонив голову и принимая их восхищение.

– И без всякого гильдмейстера Тори всем понятно, что твои пушки работают, – сказал Хоргар.

Кларак нахмурился и покачал головой.

– Это еще хуже, – заявил он. – Теперь гильдмейстер Тори будет еще более враждебно настроен. Если простые гномы начнут задаваться вопросом, а не слишком ли гильдия осторожничает, то гильдия просто начнет еще больше тормозить.

– Идиоты, – сплюнул Торлек.

– Защитники традиций, – сурово поправил его Кларак. – На них лежит неблагодарная обязанность продвигать прогресс, не жертвуя всем накопленным ранее.

Кларак Бронзомолот смерил каждого из помощников предостерегающим взглядом.

– Никогда не забывайте о традициях, – сказал он. – Потому что это великая сила, объединяющая наши раздробленные королевства.

Глава третья
Танкуоль потер когти о грудь, чтобы придать им угрожающий блеск. Его непреклонный взгляд впился в глаза-бусинки заплывшего жиром торговца старьем

– Четыре тысячи искажающих жетонов, – повторил серый провидец, придав своей позе чуть больше злобы.

Набкрик Толстопуз подергал себя за усы, избегая пристального взгляда серого провидца. Торговец с самого начала был в невыгодном положении, лишь стоило Танкуолю учуять страх в запахе телохранителей Набкрика. Громадные, покрытые черным мехом скавены, возможно, были вполне готовы порвать глотку обычному крысолюду, но против серого провидца они были более склонны вычесывать своих блох, чем пользоваться богатым набором оружия, висящего на их поясах.

– Три-три, – сказал Набкрик, показывая три толстых маленьких когтя.

Развалившись в паланкине, пегий скавен походил на какую-то бесформенную подушку. В полуразрушенном каменном подвале, который Набкрик использовал как свою штаб-квартиру, вонь болота чувствовалась повсюду, что было неудивительно, учитывая количество грязи и черного ила, сочащегося по стенам. Половину старой набережной Скавенгниля уже затянуло в трясину Гнилых Топей. Район вокруг норы Набкрика был уже на пути к тому, чтобы присоединиться к затонувшим окрестностям.

Взглянув на испуганных телохранителей, Танкуоль скривил губы в зловещей усмешке.

– Пять тысяч искажающих жетонов, – объявил он.

Серый провидец с удовольствием наблюдал, как мерзкая крыса-торгаш морщится от этой цифры.

Между торгующимися крысолюдами теснилась пестрая компания гномов и скавенов, рабов и бывших пассажиров, которых перевозил по реке Линш Чернохвост до того, как с ним произошел «несчастный случай». Команда капитана достаточно проворно нашла покупателя, которому Линш рассчитывал продать свой груз. Команда была очень рассержена тем, что Танкуоль урезал их долю добычи, но теперь, когда они услышали, сколько серый провидец собирается выжать из Набкрика, к ним быстро вернулась былая уверенность и жадность.

До чего же мерзкие твари эти отвратительные крысы-пираты. Танкуоль задавался вопросом, что за больная мамка могла выкормить таких паразитов.

Охотиться на несчастных путешественников, которые отдали все свое доверие и надежду в предательские лапы этих мародеров-злодеев! Подонки, без малейшего намека на благородство или порядочность! Верные только собственной трусливой жадности!

– Пять тысяч искажающих жетонов, – повторил Танкуоль. – Включая шлюпку и ее команду. – Серый провидец злобно посмотрел на пиратов, которые, казалось, не сразу поняли, что их новый капитан только что понизил их статус с матросов до рабов. Когда они все же поняли, крысолюды завыли от ярости, размахивая оружием. Один из них бросился на Танкуоля с кривым клинком в каждой лапе. Слюна летела из его сжатых клыков.

Танкуоль смотрел, как мстительный крысюк прыгает на него. Серый провидец спокойно поднял один палец и несколько раз пропищал что-то таинственное. Сверкающая лента электричества с треском сорвалась с его пальца прямо в прыгающего пирата. Сраженного крысолюда отбросило назад и вверх, его тело ударилось о потолок и рухнуло на пол. Дым поднимался из обуглившейся воронки в центре груди мертвого пирата, наполняя подвал ядреным букетом озона и горелого мяса.

Охрана Набкрика быстро набросились на остальных пиратов, сокрушая их дубинками и рукоятями мечей, пока те еще пребывали в шоке от насильственной смерти своего товарища.

– Не думаю-думаю, что ты выручишь много-много за это, – заявил Танкуоль, кивая на мертвого пирата.

С этими словами серый провидец открыл свою маленькую коробочку из крысиного черепа и взял щепотку искажающего порошка. У старого Линша на его барже была припрятана целая куча этого добра. Танкуоля удивило его высокое качество. Каждый раз, нюхнув, он чувствовал, как вещество течет через его мозг, подобно огню. От этого он ощущал себя ходячей динамо-машиной тайного зла, словно ему достаточно было щелкнуть пальцами, и Рогатая Крыса превратит всех его врагов в кровавую кашу. Ему стоило лишь протянуть лапу, и он мог опрокинуть основание мира и стереть землю в пыль. Это было воистину захватывающее ощущение. Он даже пожалел, что сбросил Линша в реку, не выяснив, откуда у него все это.

С гримасой ужаса Набкрик повернулся к мертвому пирату, затем снова нервно посмотрел на Танкуоля.

– Пять тысяч искажающих жетонов, – почти выкрикнул толстый старый крысюк. – Да-да, о, ужасный! – Он пошарил под стулом, вытаскивая несколько тяжелых мешков, пропитанных какими-то вонючими экскрементами. Это была разумная предосторожность, когда прячешь деньги от воров, которые найдут их скорее по запаху, чем по виду. Торговец открыл горловину одного из мешков и показал черные и зеленые диски внутри.

Глаза Танкуоля загорелись при виде такого богатства. Дергая хвостом от возбуждения, он поспешил вперед, чтобы принять деньги.

– Три тысячи? – умолял Набкрик, прижимая к груди один из мешков. – Я-я не могу использовать-взять баржу-шлюпку.

– Продай ее клану Сликит, – сказал Танкуоль, выдергивая мешок из толстых пальцев Набкрика. – Или продай его обратно клану Скурви, если у тебя хватит смелости. – Резкий запах проник в нос Танкуоля. Взглянув вниз, он заметил ещё один мешок искажающих жетонов, спрятанный в ящике под стулом – И еще тысячу искажающих жетонов спасение от этой злобной крысы-убийцы!

Набкрик протестующе фыркнул, но у него хватило ума не упоминать, что мертвый пират намеревался убить Танкуоля, а не его самого.

Но и к такому возражению серый провидец отнесся неблагосклонно. Нюхнув еще раз, он подался вперед, впился взглядом в глаза Набкрика и раздвинул губы, обнажая каждый клык.

– Или, может быть, ты не считаешь-думаешь, что твоя шкура-мех стоит тысячи искажающих жетонов?

Серый провидец Танкуоль рыскал по барахолке Скавенгниля, его недавно нанятые крысы-охранники прокладывали путь через кишащие толпы скавенов, заполонивших улицы. В отличие от остальной империи крысолюдов, часть Скавенгниля лежала на поверхности земли, в развалинах древнего человеческого города. Легенда гласила, что скавены унаследовали город как дар самой Рогатой Крысы, а поскольку серые провидцы преподносили эту легенду как религиозную истину, никто не осмеливался усомниться в ее истинности. В то время как бурлящие массы Подземной Империи влачили существование в грязных норах под городом, богатые и могущественные вырезали себе гнезда среди самых величественных из старых человеческих зданий. Каждый из великих Владык Разорения имел собственный укрепленный дворец в развалинах Скавенгниля, а в самом внушительном сооружении во всем городе, колоссальной колокольне, устремленной в небо подобно оскаленному клыку бога, размещался зал заседаний Совета Тринадцати.

Поскольку в Скавенгниле собрались все самые могущественные крысолюды мира, городские рынки не имели себе равных. Купцы и торговцы со всех уголков Подземной Империи привозили товары в столицу, зная, что только здесь они могут получить самую высокую цену за свой экзотический скарб. Пробираясь сквозь барахолку, Танкуоль вдыхал запахи сотен земель, слышал щебечущие визги тысяч кланов, смешанные в какофонии торгов. Он наблюдал, как жирный жуковод из клана Вермов продает дрессированных блох с раковинами, блестящими, как крошечные звезды. Крысомаг видел белоносого одноухого скавена, демонстрирующего наркотические солонцы из джунглей Инда. Он слушал, как лысеющий крысолюд расхваливает пользу шагреневых кисточек для усов.

Стоя посреди беспорядочной суматохи рынка, Танкуоль не мог сейчас вспомнить, почему он, едва прибыв в город, так упорно стремился увидеть Повелителя ночи Сника. Он смеялся над своей глупой паранойей, над щенячьим страхом, который преследовал его всю дорогу вниз по реке. Клан Эшин не имел над ним никакой власти! Он – могучий серый провидец Танкуоль, герой страны скавенов! Это он, а не какая-нибудь из хваленых крыс-убийц Эшина убил Шиукоатля, ужасного Пророка Сотека! Если Повелитель ночи Сник хочет его видеть, то пусть трусливый старый темнила сам придет к нему!

Танкуоль захлопнул коробку из крысиного черепа и чихнул, когда огненный порошок из искажающего камня обжег его носовые проходы. Он бросил проницательный взгляд на товары, которые везла за ним вереница грузчиков. Новые одежды, сшитые из тончайшего меха ласки. Меч из катайской стали. Чудесная коробка-головоломка из гномьей кости, инкрустированная крошечными плитками из толченого искажающего камня.

Однако его любимым приобретением были роговые перстни, на которых были выгравированы тринадцать тайных имен Рогатой. Танкуоль поднял коготь и лениво поиграл им на ходу, наслаждаясь тем, как звенят крошечные колокольчики, свисающие с золотых петель, когда он хлопает по ним.

Да, он будет выглядеть весьма внушительно, когда Повелитель ночи Сник придет поблагодарить его за спасение клана Эшин от унижения и позора. Но, конечно, не хватает еще одного. Крысы-охранники очень милы, но есть у них неприятная тенденция недальновидно считать, что их собственная жизнь более ценна, чем жизнь их работодателя. Танкуоль всегда считал, что для того, чтобы чувствовать себя по-настоящему в безопасности, необходима более безмозглая преданность.

Похлопав себя по животу, серый провидец поднял нос и принюхался, рассчитывая уловить отчетливый запах формовщиков тел из клана Творцов. У него еще оставалась сумма более чем достаточная для покупки первоклассного крысоогра у одного из звероводов.

Окликнув свиту, Танкуоль послал крыс-охранников вперед пробиваться сквозь толпу. Другие крысы-охранники внимательно наблюдали за носильщиками, следя за тем, чтобы никто из них не «потерялся» в этой суматохе.

В течение многих минут слуги Танкуоля пытались прорваться сквозь толпу крысолюдов, но поток скавенов был столь плотен и велик, что преодолеть его они не могли. Танкуоль терял терпение. К тому же он со страхом вспомнил, как Чан Клык пытался воспользоваться такой давкой, чтобы убить его, и было это не так давно. Серый провидец приказал слугам свернуть в переулок. Немногочисленные прохожие на этой раздолбанной тропке бросились врассыпную, увидев приближение грозного серого провидца.

Запах крысоогра вел его вперед. Танкуоль давал указания охранникам, побуждая их двигаться быстрее по узким, извилистым переулкам. Приступ беспокойства продолжал терзать серого провидца, упрямо сопротивляясь неоднократным попыткам заглушить его щепоткой утешения из табакерки.

Переулок был примерно таким же черным, как внутренности змеиного брюха, когда Танкуоль обнаружил причину своего беспокойства. Кусок тени внезапно отделился от одной из стен и бесшумно упал на первых из его крыс-охранников. Никто не успел даже пискнуть от удивления, как тень порезала их на ленты, орудуя клинками, зажатыми не только в каждой лапе, но и в хвосте!

Резкий запах крови и опорожненных кишок скавенов заполнил переулок. Танкуоль наблюдал, как тень прыгает от одного охранника к другому, поражая их, как слепых щенков, а не меченосцев клана Риктус ценой в десять искажающих монет за день! Отсутствие какого-либо отчетливого запаха, исходящего от смертоносной тени, не оставляло никаких сомнений, что это был один из безжалостных убийц клана Эшин, а не кто-то другой!

Хуже того, Танкуоль был почти уверен, что однажды уже видел этого конкретного убийцу в действии. Мастер смерти Сникч, главный убийца Повелителя ночи Сника, скавен, никогда не упускавший случая совершить убийство, о котором его просили.

Вся уверенность, которой наполнял голову Танкуоля искажающий порошок, враз испарилась. Тело серого провидца задрожало от рогов до хвоста. Он попытался сосредоточиться на заклинании, которое могло бы превратить Мастера смерти в кровавое месиво или, по крайней мере, что-то, позволившее бы Танкуолю вырваться из этой смертельной ловушки. Но как бы он ни старался сосредоточиться, магические слова просто парили вокруг, отказываясь сливаться в текст, похожий на полноценное заклинание.

Мастер смерти Сникч поднялся с изуродованной туши последней жертвы, начисто вытер три меча о плащ мертвой крысы-охранника и направился прямо к Танкуолю. Ассасин был облачен в черный шелк, лапы и хвост выкрашены так, чтобы сливаться с темнотой, но Танкуоль видел злобный блеск в красных глазах убийцы. Сникч, казалось, провоцировал серого провидца, чтобы тот попытался наложить на него заклятие.

Танкуоль сделал нечто более практичное. Он сунул руку под мантию, вытащил тяжелые мешки с деньгами, которые дал ему Набкрик, и бросил их на землю. Сникч склонил голову набок, услышав, как искажающие жетоны звякнули о твердую землю.

– Возьми-пользуйся, – убеждал Танкуоль Мастера смерти. – Я хочу-желаю, чтобы ты взял-держал.

Сникч даже не взглянул на мешки с деньгами, вместо этого уставившись на Танкуоля злобным взглядом.

– Танкуоль вернулся из страны ящериц, – прошипел ассасин.

– Да-да! – поспешно согласился Танкуоль. – Я убил-прикончил Шиукоатля! Другие скавены сбежали-побежали, а я остался-сражался! Сдержал-держал обещание-слово Повелителю ночи Снику! – Сникч склонил голову набок, когда серый провидец произнес последнюю часть, и Танкуоль поспешно добавил: – Я хочу-должен хорошо-красиво выглядеть, прежде чем увижу-поговорю с Повелителем ночи. – Он надеялся, что это прозвучало как разумное оправдание его задержки в поисках зловещего предводителя клана Эшин.

Мастер смерти Сникч сделал еще один шаг к Танкуолю, его хвост метался из стороны в сторону, крепко удерживая плачущий клинок в цепких кольцах.

– Держись подальше от додзе, серый провидец, – прорычал Сникч сквозь складки маски. – Оставайся далеко-далеко. Тебя там никогда не было.

Танкуоль растерянно заморгал.

– Но… Шиукоатль… убить-убить?

Меч, зажатый в хвосте Мастера смерти, изогнулся дугой вверх.

– Повелитель ночи Сник никогда не велел-отправлял тебя в страну ящериц. Скажи-пискни что-нибудь, и никогда больше ничего не скажешь-пискнешь.

Танкуоль продолжал смущенно бормотать. Что за чушь мелет Сникч? Конечно, Сник послал Танкуоля в Люстрию! Задание было выполнено! Шиукоатль был мертв! Клан Эшин получил именно то, что хотел. Разве имеет значение, что Танкуоль – единственный, кто вернулся, чтобы рассказать эту историю? Пророк Сотека мертв!

Произнеся угрозу, Мастер смерти Сникч растворился в темноте, исчезнув в мгновение ока. Если бы не мертвые крысы-охранники, разбросанные по переулку, и мускус страха, стекающий по ноге, Танкуоль мог бы усомниться, а был ли ассасин-то.

Когда источник страха исчез, Танкуоль повернулся, чтобы отругать грузчиков за то, что они не протянули руку помощи, когда их работодатель был в опасности. Он заскрежетал клыками, когда увидел, что ни одной из крыс-носильщиков нигде не видно. Все до единого сбежали, вероятно, в тот самый момент, когда Сникч начал резать бесполезных паразитов, которых Танкуоль нанял у клана Риктус. Однако грузчики были не настолько напуганы, чтобы бросить ценные вещи, которые они несли. К этому времени все его тщательно отобранное снаряжение сбывалось с рук в дюжине глубинных нор,

Танкуоль раздраженно наклонился, чтобы поднять оброненные им деньги. И вновь почувствовал, как его челюсти сжались. Мешок с искажающими жетонами исчез. Украден зловещим Мастером смерти.

Танкуоль вытащил из рукава табакерку с крысиным черепом и гневно уставился на нее. Если бы не идиотская бравада, вызванная искажающим порошком, он никогда бы не повел себя так неразумно. Конечно, он позаботился бы о том, чтобы держать наготове какое-нибудь заклинание, чтобы разнести эту назойливую блоху Сникча так, чтобы клочки прилетели к его подлому хозяину! Он пожалел, что утопил Линша, потому что в данный момент ему хотелось сделать с этим несчастным пиратом очень многое.

Перевернув табакерку, Танкуоль высыпал ее содержимое на землю. Он покончил с фальшивой силой подобных пороков. Они ему не нужны! Он – серый провидец Танкуоль, самый могущественный чародей во всей крысиной империи, любимый слуга Рогатой Крысы! Он выше таких мелких слабостей!

Оглядевшись вокруг, Танкуоль оценил свое положение. Его сторожевые крысы стали грудами мяса (за которое клан Риктус ожидал от него оплаты), его крысы-носильщики исчезли (вместе с багажом), а его с трудом заработанные искажающие монеты исчезли в ночи (вместе с мастером-убийцей, который вполне мог решить вернуться). В общем, все выглядело решительно плохо.

Танкуоль опустился на четвереньки и начал собирать порошок, который он высыпал. Пусть это вещество и опасно, но нет никакого смысла дать ему пропадать впустую.