Автор книги: ЛискО
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 66 страниц)
Уже позже, когда кроме него в лаборатории осталось два спящих тела, он вызвал Скотти, и тот установил новые крепления, обмотав темную личность еще рядом жгутов, которые вроде не должны были рваться. Техник поклялся бы в этом собственным запасом алкоголя, но, глядя на старые ошметки, поостерегся.
— Судороги, — спокойно пояснил МакКой, с трудом понимая, почему врет.
Следующий час прошел в попытках разгадать загадку евгеники прошлого, извлечь из нее хоть что-то хорошее и забыть всё как страшный сон. Забыть…
— Знаете, Хан, — произнес доктор, когда собственные размышления начали ставить его в тупик. — Если бы я знал, чем всё закончится, то лично бы надрал эти зеленые лопухи, позволив капитану дурить так, как он сам хочет, и стрелять по клингонам этими чертовыми торпедами.
Сразу за этими словами приборы показывали скачок активности мозговой деятельности. Если бы Леонард еще умел улыбаться, он бы обязательно это сделал. Но вместо этого у него перед глазами встала хитроватая усмешка Джима.
— Вы знаете, — голос Хана как всегда звучал хрипло и глубоко, словно рычание того зверя, что сидит в нем. Зверя, что он есть.
— Я перенастроил сенсоры, — прекрасно понял всё доктор.
Он сидел боком к койке, на которой лежал опутанный и спеленатый пленник. Тот даже не поворачивал головы, да и вряд ли открывал глаза, но МакКой всё равно чувствовал внимание. Чувствовал, даже на какое-то время отвлекаясь на собственные научные поиски.
Когда он вынырнул из головоломной химии, смешанной с генетикой, ядерной физикой и чем-то еще типа божественных частиц, Хан всё еще был в сознании и уже передумал демонстрировать свои нечеловеческие способности. Во всяком случае аппараты вовсю рассказывали доктору о бодрой мозговой активности и разве что не докладывали мысли, посетившие по-своему гениальную голову.
— Как вы себя чувствуете, мистер Сингх? — Исследования бодрым шагом приближались к своему финалу, так что интерес и хорошее настроение можно было считать почти искренними. — Судя по данным наблюдения, ваш организм давным-давно должен был съесть сам себя, но, как я вижу, он еще вполне функционирует.
— Вскройте и посмотрите.
Боунс поджал губы. На самом деле ему в глаза словно песка насыпали после долгого вглядывания в микроскоп, который, конечно, суперсовременный и едва ли не лучший, что мог затребовать капитан для своего медотсека, но всё же нуждается в человеческом управлении. Да и сам МакКой не очень любил эти современные штучки, когда врачи остаются какими-то придатками к машинам, искренне полагая, что настоящее чутье сильнее всяких там аналитических программ и прочей муры, что якобы должна облегчить жизнь. Кроме того, банально хотелось немного отдохнуть, освежить голову и отвлечься от науки, да и самой миссии по спасению жизни Джима Кирка. Во благо того же Джима Кирка. Задолбанный доктор может допустить роковую ошибку, а Боунсу этого ну совсем не нужно.
Поэтому доктор встал, попутно разминая затекшую спину, и подошел к койке. Это не биокровать, к той бы просто не удалось привязать пленного сверхчеловека, не рискуя получить ее запчасти и свободного Хана в подарок. Так что пришлось сканировать по старинке. Из изножья выдвинулся сенсор, прошелся по телу лазерной сеткой и выдал всю информацию на экран в виде великолепной модели, демонстрирующей внутренние системы в режиме реального времени.
— Ну хоть у кого-то печень и сердце на своих местах, — пробормотал доктор, буквально залезая в ту самую печень.
Он видел нестандартно работающие надпочечные железы, искаженную внутреннюю систему органов, уникальное строение спинного мозга и много чего еще, что приводило Леонарда в состояние глухой ярости. Экран был слишком мал, чтобы обхватить взглядом всю картину, но даже от случайно увиденных деталей шли мурашки по спине. И становилось малопонятно, как вулканцу вообще удалось поймать вот этого вот, заодно и уважения к Споку прибавилось.
— Впечатляет, доктор?
Вздрогнув, он перевел взгляд на самого Хана, смотревшего на него полупрозрачными, слишком светлыми глазами и кривившего свой рот в поистине лягушачьей ухмылке.
— Рехнуться можно! — согласился Боунс со всей своей прямотой, всё еще не убрав гримасу отвращения с лица.
Во всей внешности Хана проступило больше яда, но МакКой уже отвернулся, поспешно запароливая данные сканирования и спрятав их подальше. Нет, при случае такое сможет сделать даже самый обычный доктор при наличии объекта, разумеется, но лучше перестраховаться. Особенно, если он уже принял решение по этому поводу.
— Вам что-то не нравится?
— А что тут может нравиться? Я доктор, а не долбанный извращенец, уверяющий, что надо любить людей за их внутренний мир. В этом мире несколько десятков метров кишок, пара килограмм органов и дерьма. Что я там не видел-то? Хотя такого не видел, да. И как-то не страдал от этого.
Закончив с осмотром одного отморозка, доктор МакКой направился к другому. Но в отличие от беспокойного Хана, Джим не спешил подавать признаков жизни. Да и не было её, той самой жизни. Только хвост надежды, которую можно было сжимать в руках, пока костяшки не побелеют, а мышцы не сведет судорога. Но даже тогда Боунс был готов драться за нее.
— Привет, малыш. Как ты тут?
Разумеется, Кирк не ответил, да никто этого и не ждал. Но стоять рядом с другом и молчать было как-то невыносимо. Хотя обычно это блондин болтал без передыху, словно ему дышать не надо. Убить за это хочется!
— А знаешь, ты мне так даже нравишься, — продолжал говорить Боунс, записывая показания приборов криокамеры. — Молчишь, никуда не лезешь, не несешься сломя голову. Интересно, коммандер поддержит инициативу сделать «Энтерпрайз» первым кораблем Звездного Флота с замороженным капитаном? Хотя да, это же не по протоколу. Ну ладно, лежи здесь, Джим, и пока никуда не уходи.
— Это моя капсула.
Доктор поднял глаза от падда и посмотрел на Хана.
— Нет. Где ваша личная капсула, мистер Сингх, я не знаю. Можно будет уточнить у людей адмирала Маркуса. Тьфу, заговорил как этот ходячий компьютер. В общем — было ваше, стало наше.
— Где мой экипаж?
— Ваш экипаж? — снова взбеленился МакКой. Вид мертвого Кирка вообще никого не настраивал на лирический лад, но доктор и так был на грани. — Ваш экипаж на «Энтерпрайз», которой после вашего обстрела не дал упасть и погибнуть капитан Кирк. В отличие от вас, Ха-ан, Джим о своем экипаже заботится лучше.
Программу на введение пленника в очередной сон он набирал с откровенным удовольствием. И только потом упал в своё кресло, упираясь лбом в стол и попытался унять гнев… И ужас.
Заразительный оптимизм Кирка обладал удивительной особенностью самой живучей бактерии приживаться, размножаться и подчинять себе всё вокруг. И прежде всего тех, кто оказывался с ним рядом. И когда простой сельский доктор вдруг, удивительно даже для самого себя, оказался в Академии Звездного Флота, именно улыбчивый и авантюрный Джим не дал потеряться в мире, в котором вроде бы уже не было прежнего Леонарда МакКоя, не было места для него, не было веры и надежды. Искрящийся мальчишка, он подарил ему новое имя, напомнил, что кроме «муж и отец» есть еще «друг и врач», да и просто не дал скучать по прошлой жизни. Как-то сложно вспоминать о престарелых пациентах, когда после драки замазываешь и зашиваешь трех здоровенных детин, которым завтра с утра надо еще появиться на лекциях, в то время как этот нарывистый дуралей уже клеится к какой-то девице, щеголяя распухшей губой и бланшем под глазом. Некогда переживать из-за стервы бывшей, когда очередная брошенная Кирком девица плачет на твоем плече, рассказывая какие мужики козлы, а потом сама тянет в койку. Некогда думать об аэрофобии, когда этот засранец подцепляет какой-то редкий вирус, лекарство от которого сущая дрянь, да и вообще имеется только на другой стороне галактики, и ты сидишь трое суток, синтезируя новое, лишь бы Джим перестал изображать из себя откормленного поросенка в кокетливую зеленую крапинку мха. Ведь именно тот случай заставляет Боунса вспомнить, что он мечтал заниматься исследованиями, спасать жизни и узнавать новое, а не лечить подагру, запоры и сенную лихорадку в простой городской клинике не самого большого города. Самое главное — этот мальчишка позволил ему заботиться о себе, выплескивая хоть какую-то тоску по дочери на золотистую макушку. Правда, иногда и подзатыльниками. Но Кирк хоть и возмущался, всё равно позволял и подпускал к себе гораздо ближе, чем кого-то еще. Возможно, ему нужна была замена старшего брата, возможно, просто ощущение, что хоть кто-то в этой кутерьме ждет и придет на помощь, что бы он не натворил.
А творить он умелец!
Доктор выдохнул, вколол себе витаминный коктейль и энергетик, снова принимаясь за дело. У них нет времени на переживания и споры с тем, кто проиграл, просто связавшись с ходячей катастрофой по имени Джеймс Tиберий Кирк. Вот только распутывать как всегда приходится МакКою.
========== Глава 3 "За что стоит бороться" ==========
We're not indestructible,
Baby better get that straight.
I think it's unbelieveable,
How you give into the hands of fate.
Some things are worth fighting for,
Some feelings never die.
I'm not asking for another chance,
I just wanna know why.
(Bullet For My Valentine — No Easy Way Out)*
— Что мы тут забыли, когда нам стоило бы врубить двигатель на полный варп и, потрясая гондолами, лететь под крылышко Федерации и Звездного Флота?
МакКой стоял, прислонившись спиной к стойке панели управления, сложив руки на груди и демонстративно хмурясь.
— Я не уверен, что действие, определенное вами, доктор, как потрясывание, заложено в механику наших гондол, — заявил старпом, — но, перед тем как вернуться на Землю, нам надо забрать с данной планеты некий груз. Мы получили на это особое распоряжение.
— Что за груз?
— Вот пойдешь с нами и посмотришь, — отозвался капитан. — Тебе по-любому надо будет принять его на борт.
Ну вот и добрались до сути.
— Я не буду спускаться на планету, Кирк. Это всё меня слишком утомляет.
— Боунс, ты нужен нам там. Я не знаю, что хотят загрузить на «Энтерпрайз», но само это отклонение от курса меня напрягает. И кто будет со мной спорить, если нам снова подсунут быстрозамороженные бомбы замедленного действия? — капитан сегодня склонен быть беспощадным. Впрочем, как и всегда.
— Попроси коммандера побыть пока твоей совестью. Хотя я бы с такой давно рехнулся.
— Вы берете на себя слишком непомерную ношу, доктор МакКой, — отзывается Спок. — Возможно поэтому и быстро утомляетесь. Не потому же, что предпочитаете стоять тут, вместо того, чтобы подготовить собственный организм к спуску на планету.
Леонард хмурится и поджимает губы, мысленно поминая его гоблином зеленокровым. И судя по мимолетному взгляду, вулканец об этом прекрасно знает.
***
Оружие…
Разумеется, в тех контейнерах, что их ждали, было оружие. Кирк от такого взбесился и потребовал связи с командованием Звездного Флота и объяснения, почему «Энтерпрайз», исследовательское судно, должно везти эти штуки. Тем более когда они явно не совсем законны и вряд ли пройдут по накладным и встанут на официальный баланс. Правда, к удивлению капитана, Боунс, который обычно еще три часа брюзжал и выносил мозг даже за пронесенную кем-то аутентичную пращу или очередной куст в их гербарий, в этом случае помалкивал и желал вернуться с Кирком на корабль. Но тот лишь отдал команду оператору транспортера и отбыл на мостик в одиночестве. Между иррациональными страхами и страхом расщепиться на молекулы, бравый доктор предпочел бояться второго. Возможно, напрасно.
Рядом было несколько офицеров безопасности «Энтерпрайз» и дюжина мрачных местных типов. Скотти чуть ли не с ногами залез в контейнеры с новым оружием, отверткой и трикодером пытаясь разобраться, что в них и как, и клянясь, что они не взорвутся.
— Когда ты так говоришь, что-то обязательно взрывается! Не нравится мне это всё.
— Расслабься, Боунс, — явно зажимая отвертку зубами, увещевал его техник. — Лучше посмотри какие красавицы! Я таких красавиц еще не видел. Интересно, это задумка местных или наши сюда еще кого заслали?
— Технологии, — наморщился доктор. — Всё никак не додумаются, чем друг друга убивать. Надеюсь, там нет очередной ледышки?
Леонард сам не понимал с каким волнением звучит его голос. Не понимал почему должен дергаться из-за какой-то случайности или глупой шутки. Но в то же время осознавал, что просто так ничего не бывает. Да и послание слишком явное, слишком говорящее. И у него при одной мысли о «подарке» всё внутри леденело.
И всё же — почему сейчас?
Глупый вопрос — он знал почему. Слабость, дрожь в руках такая, что лазерный скальпель держать уже просто опасно, периодическое головокружение и прочие не самые приятные симптомы. Ксенополицитемия. Лекарства от которой не существует. Почти.
Пока доктор раздумывал, вокруг началось движение. С громким хлопком что-то врезалось в их шаттл, отчего тот взорвался. МакКоя отбросило на землю между ящиками, Скотти не удержался и нырнул внутрь уже полностью, а охранники схватились за оружие.
— МакКой вызывает «Энтерпрайз»! — тут же схватился за передатчик док. — На нас напали!
Снова раздались звуки перестрелки, на территорию склада влетело несколько броневиков, поливающих пространство вокруг ящиков непрекращающимся огнем. Их охрана пыталась сопротивляться, быстро смекнув, что нападавшие явно не хотят повреждать «товар», и начала отстреливаться уже из-за укрытия. Разумеется, нападавшие, кто бы они ни были, не стали дожидаться, когда на помощь своим придет «Энтерпрайз» или официальные власти, так что бодренько так посыпались из броневика, продолжая отстреливать охрану по одному.
— Боунс, лови! — Рядом с МакКоем упало что-то типа сложнотехнологичного фазера размера макси. Скотти приподнялся из ящика и с лицом истинного исследователя выстрелил из этой штуки. В результате броневик не только взорвался, но его и буквально вынесло из ангара, проламывая двери и опоры. — Ой, что-то я не так настроил.
— Голову, например!
Переведя фазер, который по весьма понятной причине в этот раз взял с собой, в режим оглушения, доктор выглянул из-за ящика и, прицелившись, выстрелил.
— Прикрой меня, док!
— Идиот!
Монтгомери Скотт имел страстную любовь к любому механизму, а уж тем более к такому совершенному, что попал в его руки. Нет, он совсем не был поклонником оружия, но исследовательская жилка просто вопила от удовольствия, равного полному экстазу, когда из его новой игрушки вылетал очередной заряд. Гениальные мозги просчитывали, что же такое было запрятано внутрь, как оно действовало, и что будет, если повернуть вот этот рычаг или нажать на ту кнопочку. Он радовался, как ребенок, заполучивший в руки новую игрушку! В то время как злющий доктор МакКой, словесно спаривая разновидную фауну, флору и некоторых гуманоидов, особенно усердствуя с некими зеленокровыми гоблинами и нерасторопными капитанами, пытался «прикрыть» этого шотландского стрелка. В результате, когда в порядком развороченный ангар врывалась толпа хорошо вооруженных людей, у Леонарда уже руки отваливались от напряжения. Он навзничь упал на пол, дожидаясь, когда перестрелка закончится, и рассеяно разглядывая потолок.
— Боунс, ты как? — подбегает к нему Кирк.
— Пока вас дождался, чуть досрочно не откинул копыта. Где вы, гарпайского удода, были? — ругается он, принимая руку капитана и поднимаясь с пола. Ноги дрожат, но это скорее от шока, чем от усталости. — Ну ладно Кирк, который наверняка опять строил глазки местным красоткам и корчил из себя героя, но ты, Спок? Что, так не терпится от меня избавиться? Тогда Скотти здесь при чем? Так, где он, кстати? Тебя там не задело?
— Ничего страшного, док! — отозвался сверху техник, неловко пытаясь вылезти из короба. Его левая рука была сильно обожжена, а под глазом наливался синяк. Затем он потряс своей пушкой, гордый, словно сам на месте ее собрал. — Эти крошки с характером!
Боунс вздохнул, залез в карман на поясе и зарядил гипоспрей обезболивающим и заживляющим. Затем воспользовался увлеченностью Скотти, быстро ввел в него препараты. Тот даже не обратил внимания, продолжая рассказывать о том, что попало в эти руки.
— Доктор МакКой, — зовет его вулканец. — Вам тоже стоит заняться собой.
Ах да, плечо ему разорвало каким-то осколком броневика. Не сильно, а боль он и не мог почувствовать, перед спуском на поверхность накачав себя под завязку. Предусмотрительно.
— При пролиферации эритроцитов потеря крови даже полезна, — отмахнулся он.
Взяв в руки трикодер, сначала проверил всё такого же счастливого Скотта, а затем и состояние их охраны.
— Так почему вы не смогли к нам прорваться?
— По вашим словам, капитан флиртовал с местной жительницей, а я ожидал окончания боя с летальным для вас исходом, — вроде бы холодно заявил Спок, но от этих слов мурашки по спине пробежали.
