355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Майкл Коннелли » Сражения Космического Десанта » Текст книги (страница 139)
Сражения Космического Десанта
  • Текст добавлен: 11 апреля 2017, 17:00

Текст книги "Сражения Космического Десанта"


Автор книги: Майкл Коннелли


Соавторы: Аарон Дембски-Боуден,Бен Каунтер,Гэв Торп,Крис Райт,Стив Лайонс,Ник Кайм,Роб Сандерс,Гай Хейли,Дэвид Эннендейл,Стив Паркер
сообщить о нарушении

Текущая страница: 139 (всего у книги 303 страниц)

Глава двенадцатая
КОНТРУДАР

Стратегиум «Ртути» и близко не мог сравниться с пышностью зала на борту «Грозного серебра». Но он считался приемлемым. Он считался более чем приемлемым. Скромная, почти лишенная мебели, это была комната, где разрабатывались планы осад, где Адептус Астартес продумывали способы и методы уничтожения целых городов. Тяжелый деревянный стол, который занимал главенствующее положение в зале, был испещрен бесчисленными линиями, начерченными за долгие годы капитанами и их подчиненными, когда они создавали на огромных схемах и чертежах планы атак.

Несмотря на внешнее сходство, изнутри «Ртуть» нисколько не походила на ударный крейсер Арруна. Узкие коридоры вызывали приступы клаустрофобии. Полная противоположность невесомому, открытому стилю зиккурата на «Грозном серебре». Один из опустошителей девятой роты, встретивший Арруна и трех его ротных сержантов после прибытия на корабль, сопроводил их в стратегиум, который в отличие от «Грозного серебра» располагался не на мостике. Через какое-то время к ним присоединился и ротный прогностикар, которого отправили поприветствовать Арруна. Интей, как многие Серебряные Черепа, был молод, и после официального приветствия он смерил Арруна задумчивым и пристальным взглядом.

Покончив с формальностями, прогностикар заговорил куда менее напряженно.

– Капитан Давикс просит прощения за свое отсутствие, – объяснил Интей, – он прибудет через некоторое время. Он собирает все доступные схемы и сведения о заводе и прилегающих строениях.

Рядом с юным псайкером отсутствие его собственного прогностикара ощущалось намного острее. Как и все Серебряные Черепа, Аррун испытывал огромное уважение к братьям в кобальтово-синих цветах Прогностикатума, и все же юный Интей беспокоил его. Капитан не принял предложения сесть, вместо этого принялся мерить шагами комнату. Три сержанта отделений, которых он взял с собой, молча сели, время от времени перекидываясь мрачными взглядами.

Аррун был бы куда счастливее, если бы ему не пришлось покидать «Грозное серебро». Он сделал это с неохотой, учитывая то, что Волькер пока только учился управлять кораблем. Но планы требовали немедленного обсуждения, и для оставшегося без собственного стратегиума Арруна «Ртуть» стала естественным выбором. Конечно, как осадный капитан Давикс был более опытен в наступлении, для которого вскоре неизбежно наступит время.

Магистр флота нисколько не удивился, узнав, что капитан девятой роты уже ищет информацию. Осадный капитан предпочитал тщательно готовиться к любому заданию. За подобную предрасположенность он не раз подвергался проверкам Прогностикатума, который подозревал наличие у него латентных психических способностей. Из всех собратьев-капитанов Аррун считал Давикса самым серьезным и основательным. Никто даже припомнить не мог, когда капитана девятой роты видели расслабленным. Он всегда держал себя в состоянии боевой готовности, словно пружина, способная разжаться в любой момент. Крепкого и надежного, почти неприступного, как и оборона, спланированная под его руководством, Давикса нередко отправляли в качестве представителя ордена. Твердость капитана придавала Серебряным Черепам серьезности, которую Аргентий желал продемонстрировать вселенной за пределами Варсавии.

Если Давикса назначат командовать наступлением, часто в шутку говаривали другие капитаны, ты сможешь покорить миры за считаные часы и целые звездные системы за дни – пока в запасе пара-тройка планов. Давикс был строителем мощных крепостей и одновременно архитектором их разрушения.

Наконец Аррун остановился и сел, сцепив пальцы под подбородком. Капитан уставился на стены, покрытые бесчисленными печатями чистоты за завершение кампаний. Они походили на красно-белое море рельефных символов и поблекшего пергамента, история которых уходит в далекое и славное прошлое ордена.

Прогностикар хранил молчание. Интей сидел за дальним концом стола, уже полностью облаченный в синюю броню. Неважно, сколько раз Аррун отводил глаза и украдкой бросал на него взгляд, псайкер смотрел в ответ с безмятежной улыбкой на лице. У Арруна было такое чувство, будто юный Серебряный Череп играет с ним, решив развлечься.

– Насколько тяжелы повреждения «Ртути»? – наконец заговорил Аррун, чтобы хоть как-то заполнить тишину.

Юный космический десантник покачал головой:

– По милости Императора мы вышли из сражения невредимыми. Как оказалось, наше запоздалое прибытие пошло во благо. Мы находились в дальних пределах сектора и направлялись домой, когда получили ваше астропатическое сообщение. Конечно, мы развернулись и спешно отправились обратно в Гильдарскую систему. – Голос прогностикара звучал сильно и уверенно. – Понадобилось некоторое время, чтобы истолковать волю Императора, – десантник коснулся мешочка с рунами на поясе. – Технопровидцы сообщили о незначительных повреждениях. Я рад, что того же нельзя сказать о кораблях Красных Корсаров.

На юном, не отмеченном шрамами лице прогностикара вспыхнула заразительная улыбка. Подобное выражение искреннего тепла застало Арруна врасплох. Он больше привык к мрачности воинов, вместе с которыми ему приходилось сражаться долгие годы. Спокойствие и сдержанность Бранда, надменное равнодушие Баста из восьмой роты… даже сам Ваширо не слишком от них отличался. Все они были стойкими, серьезными, даже отчасти бездушными. Теплота Интея стала неожиданностью, но в таких обстоятельствах очень даже приятной. Капитан немного расслабился.

– Дэрис Аррун. Ты еще жив?

Раскатистый голос Давикса отвлек внимание Арруна от Интея, поднявшись из-за стола, он подошел к входной двери и крепко пожал руку брату-капитану.

– Живее всех живых, брат, – ответил Аррун. С последней их встречи прошло много времени, но Давикс нисколько не изменился. Все такой же мрачный и могучий. Видимые над броней участки лица и шеи были покрыты татуировками красного цвета. Он повернулся, и по его команде сервы, толпившиеся в коридоре, ринулись внутрь, сжимая в руках груды инфопланшетов и чертежей. Аррун удивленно поднял бровь, увидев, какое количество сведений удалось отыскать. Давикс, заметив это, просто пожал плечами.

– Лучшее, что я смог найти в этой ситуации, – заметил он без намека на иронию. – Корабельные техноадепты после некоторых усилий смогли дать мне доступ к модулям когитаторов в цитадели завода. Они не очень хотели это делать, но стоило чуть-чуть надавить, и передо мной открылись все секреты. – Давикс шагнул в стратегиум и уважительно склонил голову перед Интеем, который также встал перед капитаном. – Прогностикар Интей.

– Брат-капитан Давикс.

– Ты пересказал Дэрису свое видение? – Взгляд Арруна немедленно переметнулся на прогностикара, который выглядел несколько сбитым с толку. – Ты рассказал ему о пророчестве, о том, что задержало нас?

– Нет. Еще нет. – Интей поморщился, из-за чего Аррун сделал вывод, что он нарочно ничего не говорил до подходящего момента. Давикс снова пожал массивными плечами.

– Тогда, может, самое время просветить его, пока я буду разгребать эти завалы.

Без лишних слов Давикс подошел к столу и принялся раскладывать горы инфопланшетов и информационных матриц, словно все в зале разом перестало для него существовать.

Аррун пристально посмотрел на Интея, который явно чувствовал себя не в своей тарелке после прямолинейных слов капитана.

– Ты бы не хотел объясниться, прогностикар?

Интей поскреб песочного цвета аккуратную бородку, его взгляд приобрел ту же пристальность, с которой ранее он смотрел на Арруна. Юноша достал из мешочка руну и машинально вертел ее в руке. Капитана это нисколько не обеспокоило – он привык, что у каждого прогностикара ордена был свой способ сконцентрироваться, иногда довольно странный. Наконец он собрался с мыслями.

– Брат-капитан Аррун, я провел ритуал предсказания после вашего приказа о мобилизации, – начал прогностикар, его тон стал строгим, все намеки на веселость исчезли под неожиданным слоем серьезности. Подобное поведение было ему к лицу, оно придавало словам вес, и прежние сомнения Арруна в юном прогностикаре тут же рассеялись. Он одобрительно кивнул, и псайкер продолжил: – За все годы службы руны еще не лгали мне. – Интей сжал руну в кулаке. – Они показали, что приказ безупречен, что знамения хорошие, и, получив одобрение Императора, мы отправились к вам.

В глазах Интея мелькнуло странное выражение. На его лице, по молодости свободном от татуировок, проступила вся гамма чувств.

– Во время путешествия мне было видение. Я пока не полностью вник в его смысл. Подобное для меня редкость, и мне с трудом удается истолковывать знаки, которые посылает Император. Значение таких видений нередко очень тонкое, иногда даже завуалированное. – Прогностикар встретился взглядом с Арруном, не выказывая признаков нерешительности. – В лучшем случае я увидел предупреждение.

– Предупреждение?

Интей не сводил глаз с капитана. От Арруна не укрылось, как изменились интонации в его голосе – похоже, каждого прогностикара учили подобным способом произносить послания Императора. В некотором смысле его голос стал мелодичным. Но в смысле самой фразы не было ничего хорошего. Слова дались Интею с очевидным трудом.

– Гнев всегда должно усмирять рассудительностью.

– Что это значит?

– Не могу сказать, брат-капитан. Мне сложно описать, каким образом работают подобного рода сообщения. Я могу только распознать в нем предупреждение и предположить, что речь идет о том, что слепая месть опасна.

– Люгфт Гурон убил сегодня многих боевых братьев, – возразил Аррун. – Он убил их, только чтобы потешить себя. Ты не можешь отказывать мне в праве на возмездие, прогностикар. Что я должен делать? Игнорировать его? Он убил моего апотекария…

При этих словах Давикс поднял голову.

– Риара?

– Да, брат. Он был одним из лучших. Риар возглавил абордажную партию на борт «Волка Фенриса» и пропал. – Аррун стиснул кулаки. Потеря апотекария оставила в его душе зияющую пропасть: возможно, он мог предотвратить гибель боевого брата, а теперь не имеет возможности вернуться за ним. Подобные мысли острыми клинками пробивали доспехи праведности, в которые облачился Аррун. Они задевали его за живое. Капитану не нравилось то, что он не мог контролировать. Ему это никогда не нравилось.

Давикс едва слышно вздохнул.

– Это… прискорбно. Он был хорошим апотекарием и отличным воином. Среди нас никогда не будет того, кто сравнится с ним. Каждая наша потеря пополняет ряды предков.

Немногословный Давикс покачал головой – единственное проявление скорби, на которое он был способен, – и вернулся к работе.

– Да, – согласился Аррун. – Так и есть. И я не могу просто сидеть и смотреть, как тиран Бадаба насмехается над нашим орденом. Он встретится с моим клинком и падет от него. Или я…

– …умру, пытаясь, – мягко закончил Интей. – Вижу вы понимаете важность моих слов. – Прогностикар сел обратно в кресло и покорно поднял ладони. – Это и есть предупреждение, брат-капитан. Только от вас зависит, как вы его истолкуете.

Настроение Арруна, и без того мрачное, окончательно упало. Резко кивнув, он показал прогностикару, что понял его.

– Моя смерть, – произнес он, обращаясь ко всем присутствующим, – станет небольшой платой, если она послужит концом тирании.

– Если будет на то высшая воля. – Интей вновь принялся вертеть руну и подался всем телом вперед. Он снова посмотрел на Арруна. – Надеюсь, до этого не дойдет.

– Он выглядит странно.

Один из жрецов-прислужников резко втянул воздух.

– Ты говоришь страшную ересь, – поучительно сказал кто-то. Навигатор нарочно не обратил внимания на слова закутанного в мантию адепта, донесшиеся откуда-то справа. Техножрецы казались ему немного страшными, а все, чего Иеремия боялся, он старался не замечать.

– Почему на нем столько мигающих штуковин? – Он просто описал то, что видел. Адепт заговорил снова, в его механическом голосе чувствовалась гордость и довольство.

– Это надписи о том, что мы выжгли у него в теле. Все его существо является посвящением Омниссии. Его связь с «Грозным серебром» чрезвычайно тонкая, и эта защита убережет его, поможет отыскать путь к Истинному Единению. Сила машины освещает руны. Это наивысшее состояние.

– Я вообще ничего не понял. Но не сомневаюсь, это крайне занимательно. Просто кажется, будто он подмигивает мне. И я слыхом не слыхивал ни о каких Омниссиях.

Иеремия прижался носом к покрытой рунами трубе с Волькером. Коррелан потянулся и оттащил его, а сервитор тщательно стер со стекла грязное пятно. Навигатор, редко выходивший из покоев, вел себя как ребенок. Оборудование в зале приводило его в несказанный восторг. Коррелан следил за ним, словно зоркий ястреб, с момента его прибытия, подозревая, что похожий на крысу человечек обязательно попробует что-то стащить.

– Он выглядит странно, – повторил Иеремия. – Не таким, как я видел его в последний раз.

– Здравствуй, Иеремия.

Коррелан наблюдал за реакцией навигатора с веселым любопытством. Даже его самого пока настораживал голос Волькера, словно сочащийся из каждой поры «Грозного серебра». Услышав полумеханическое приветствие, Иеремия выронил картер, с которым игрался. Металлическая коробка громко упала на стол, и из нее высыпались шестеренки. Коррелан слегка поморщился. Навигатор быстро оглянулся по сторонам и застыл от удивления.

– Ты что-то сказал? – обвинительно бросил он Коррелану, который в ответ лишь покачал головой и указал на фигуру в баке. Иеремия обернулся и уставился внутрь. Доселе закрытые глаза Волькера теперь были широко распахнуты. Но они смотрели не на тощего навигатора и даже не на технодесантника, Волькер будто взирал куда-то вдаль. На его лице было написано сонное, благостное выражение.

– Здравствуй, Иеремия, – повторил Волькер, и парень красочно выругался. Он шагнул к баку, но не осмелился к нему прикоснуться. – Мы рады, что ты решил зайти к нам. – Слова казались сухими и официальными – один из эффектов присоединения, которых Коррелан не смог учесть.

– Что ж, я видел странные вещи, но такое… – Иеремия подозрительно уставился на Волькера. – Что ты такое?

– Мы – «Грозное серебро». Также мы Волькер Страуб. Мы… есть. Такое объяснение подойдет. Хотя мы можем предоставить тебе наиболее простое из возможных сравнений. – Волькер медленно и апатично моргнул. – Мы нечто сродни дредноуту. Слияние человека и машины, созданное руками и умами ордена. Разве это не так, технодесантник Коррелан?

Технодесантник кивнул, польщенный сравнением Волькера. Конечно, его базовые методы действительно походили на технологию, которую использовали во время помещения воина в саркофаг дредноута. Но присоединение Волькера к «Грозному серебру» было процессом куда более инвазивным и сложным. Главная идея, лежавшая в основе этой интеграции, была довольно простой. Молниеносные реакции и приказы могли направляться напрямую машинному духу «Грозного серебра» без участия третьей стороны. Волькер мог командовать огнем корабля, пока подавались снаряды. Он мог вычислять векторы стрельбы с помощью авгуров, как будто те были продолжением его собственных чувств.

Когда закончат монтаж электропроводки, Волькер сможет направлять и разворачивать корабль с большим контролем и эффективностью, чем любой кормчий даже мог себе представить.

Иеремия являлся камнем преткновения, не позволяя Волькеру окончательно соединиться с машинным духом «Грозного серебра». На протяжении нескольких месяцев с момента поступления на службу Иеремия теснее всех был связан с духом корабля. Но теперь появился тот, кто существовал столь же близко – если не ближе, – и навигатор видел в этом угрозу. Как-то в разговоре с Корреланом он заявил, что «машинная душа» великого корабля очень напоминала игривого щенка.

Коррелану вовсе не понравилось такое сравнение. Он видел в «Грозном серебре» нечто куда более решительное и грандиозное. «Игривый щенок» показался ему слишком уж несерьезной аналогией.

Волькер слабо шевельнулся, заставив амниотическую жидкость покрыться рябью. Маленький навигатор склонил голову набок, увлеченно наблюдая за юношей.

– Это больно?

Вопрос оказался неожиданным, и Коррелан был не вполне уверен, что захочет услышать на него ответ. Волькер заверил его, что изначальная боль давно миновала, что он перешагнул ее. Юноша какое-то время размышлял, а затем положил руку на внутреннюю часть трубы.

– Это неприятно, но мы привыкнем. Мы чувствуем тревогу. «Боль» со временем проходит. То, что мы чувствуем… Мы чувствуем холод пустоты на коже. Мы осязаем бескрайнюю бездну и видим энергии, которые излучают звезды. Для нас это понимание дается медленно, Иеремия. Но мы гордимся. Служить для нас великая честь.

Слова звучали красиво, почти поэтически, но их смысл ускользнул от навигатора. Он был простым человеком с нехитрыми потребностями и в ответ лишь непонимающе поморщился.

– Ты говоришь так же, как он, – Иеремия, не оборачиваясь, ткнул пальцем в сторону космического десантника, который нахмурился от столь явного неуважения мелкого ублюдка. – Он всегда рассказывает о почтении, долге и таком прочем. Мне… – Тут Иеремия прервался и гордо постучал себя по груди. – Мне просто нравится быть здесь. Мне нравится вести корабль через варп. – Навигатор подался вперед и заговорщически зашептал. На самом деле он не особо понизил голос, и Коррелан мог слышать каждое его слово, пусть и старался этого не выказывать. Впрочем, на его лице не отобразилось никаких чувств. – Мне нравится, когда во мне нуждаются.

– И именно поэтому ты так нужен нам. Мы нуждаемся в том, чтобы ты работал с нами, Иеремия.

В механическом голосе было что-то мягкое и почти нежное, что заставило навигатора задумчиво пожевать губу. Затем он опустил взгляд на короткие, грязные пальцы с обгрызенными ногтями.

– Это все, что у меня есть, – признался он с обезоруживающей честностью. – Я был никем, пока не оказался здесь. Я не хочу лишиться и этого, понимаешь?

– Иеремия… ты ничего не лишишься. Мы будем работать вместе с тобой. Мы способны на многое, наши чувства могут охватить многое. Но у нас, Иеремия, нет того, что есть у тебя. Мы не в состоянии проникнуть или понять изменчивые течения эмпирей. Мы не можем работать без тебя. Ты нам нужен.

Иеремия поднял глаза и посмотрел на заключенную в трубе фигуру. Он склонил голову набок.

– Ты говоришь просто так.

– Нет, мы не говорим ничего, кроме правды. Твои умения и опыт востребованы. «Грозное серебро» знает тебя, и поэтому тебя знаем мы. Мы просим тебя довериться нам.

Опустилась глубокая тишина, и Коррелан заметил, что все это время слушал затаив дыхание. Доброта и терпение оказались наилучшим подходом, и через некоторое время навигатор медленно кивнул. Водянистые глаза Иеремии обратились к Коррелану, и технодесантник едва не с весельем заметил во взгляде навигатора ярость.

– Иеремия, – Волькер заговорил снова, и в его голосе чувствовалась настойчивость. – Корабль и я создали начальные узы, но без твоей помощи мы не в силах закончить процесс.

– Ты боишься, Волькер? – Иеремия снова положил руку на трубу.

– Больше, чем ты можешь себе представить. Я напуган, да. Но также горжусь тем, что делаю для Серебряных Черепов. Пожалуйста, Иеремия. Помоги мне сделать это. Не дай «Грозному серебру» поглотить меня полностью. Мы… я… не хочу, чтобы это случилось.

Навигатор с опаской посмотрел на Волькера, взвешивая все в уме.

– Я говорил апотекарию, что они безумцы, раз взялись за подобное. Теперь я так не считаю. Нет, вовсе не безумные. – Взгляд его водянистых глаз стал твердым, словно алмаз. – Кровожадные. Эгоистичные. Но не безумные. Не до такой степени. – Он подумал еще немного, а затем обернулся к Коррелану. – Хорошо, – сказал он. – Но лишь потому, что попросил Волькер. Не ты.

Коррелан даже не удосужился скрыть довольную улыбку. Возможно, это и к лучшему, что разговор прошел так быстро и просто. Беседа оказалась далеко не такой тягостной, как ожидал технодесантник. Возможно, в непокорстве маленького навигатора таилась крошечная искра забавности. Как бы то ни было, это уже не имело значения. Иеремия согласился сотрудничать, и лично Коррелану этого было достаточно.

Он не забыл о том, что навигатор оскорбил орден, просто отложил это на будущее. Иеремии дали определенную свободу только из-за потребности в нем. Но теперь навигатор натянул свой поводок до предела и пробежал слишком далеко. Однажды один из Серебряных Черепов дернет этот поводок и притащит навигатора обратно к ноге. Тут Коррелан не сомневался.

Он склонил голову.

– Конечно, Иеремия.

– Прямой спуск тут не подойдет. – Давикс похлопал по разложенным на столе планам и оглянулся. – Враг полностью контролирует оборонительные системы завода, и он так же хорош, как наши боевые братья. Нас перебьют задолго до того, как мы успеем развернуться.

– Что ты посоветуешь, Давикс?

Осадный капитан нахмурился, задумчиво почесал нос и посмотрел на чертежи.

– Если мы развернем все подразделения в этом терминале для шаттлов к востоку, то нас увидят издалека. – Он пальцем прочертил траекторию на карте и уверенно ткнул в нее. – То, что завод расположен в горах, не играет нам на руку, но мы в состоянии преодолеть подобные сложности. Шоссе от терминала к заводу в хорошем состоянии, и мы сможем подвести по нему наземные силы. Братья Паллатон и Апенимон пробуждены и вскоре будут в полной боевой готовности.

– Почтенные братья высадятся вместе с четвертой ротой, – кивнул Аррун. Дредноуты, несомненно, станут ключевым элементом победы, или в случае неудачи контрудара Серебряных Черепов они с радостью заменят недостающих воинов.

Давикс приподнял бровь. Аррун не распространялся насчет потерь во время боя за корабль, и не в правилах осадного капитана было выпытывать правду. Если окажется, что эта информация окажется спасительной или важной, ее обязательно предоставят.

Выпрямившись и встав с кресла, Давикс вернулся к неотложным вопросам.

– У нас в арсенале достаточно тяжелого вооружения, чтобы превратить завод в кучу пепла, если понадобится. Последнее, что нам нужно, это уничтожение цели. Мы можем обеспечить тебя тяжелой огневой поддержкой. Но стрелять нужно исключительно точно. Открыть мощный огонь рядом с прометиевым заводом… думаю, продолжать не стоит.

– Да, – Аррун кивнул и принялся задумчиво изучать чертежи. Завод построили в естественной чаше посреди гор, и он был отлично защищен. Кроме дороги, ведущей к терминалу шаттлов, другого прямого пути к заводу не было, за исключением воздушного сообщения. Весь прометий, который предназначался для планет Империума, перевозили к терминалу по шоссе. Аррун похлопал по плану.

– Может, перекроем дорогу? – поинтересовался он. – Ты можешь обстрелять терминал, чтобы пресечь любую попытку отступления, которую они могли задумать.

– Абсолютно, – кивнул Давикс. – На таком расстоянии ни одна из машин не сможет оказать тебе поддержку у завода, но если ты выманишь Красных Корсаров из горного убежища, то расправиться с ними не составит труда, – и вновь он начал водить по карте пальцем. – Несомненно, нам окажут сопротивление. Красные Корсары закрепились на заводе. Но шоссе будет в наших руках, они не смогут уйти.

Он потер подбородок.

– Меня немного это волнует. Мне интересно, предусмотрели ли они запасной путь для отступления. Но, учитывая доступную информацию, я не вижу как или где.

Аррун пристально изучил планы.

– Я высажу штурмовые отделения сверху, одно на севере, другое на юге. Они смогут укрыться в горах и самостоятельно добраться до завода. После выхода на позиции их целью будет уничтожение орудий и противовоздушной обороны. Это позволит нам отправить корабли с меньшим риском.

– Хорошая идея, – согласно кивнул Давикс. – Когда турели замолчат, захват завода станет только вопросом времени. Со стороны Черного Сердца было неосмотрительно и глупо полагать, что подобный план ему удастся. – Давикс медленно покачал головой. – Население Гильдара Секундус ослабило бдительность. Возможно, они слишком уверовали в собственную безопасность.

– Бездействие порождает ересь, брат. Без сомнения, они поплатятся за свою беспечность.

– Возможно. – Давикс недовольно фыркнул. – Этой ошибки они больше не допустят. Будем надеяться, что инцидент разрешится безболезненно и те, кто придет на их место, будут лучше защищать имперские владения.

– Не сомневаюсь, что они уже сожалеют о своей самонадеянности, Давикс. Но поговорим об этом позже. – Аррун нахмурился. – Сначала разберемся с предателями, а уже потом проведем расследования, чтобы выявить виновных. К сожалению, обязанности магистра флота задерживают меня на борту «Грозного серебра». Сейчас главная задача – не позволить этим трусам выслать подкрепления. – Он сжал кулаки и тихо прорычал: – Временами, как бы я ни ценил свой титул…

– Жаждешь боя, брат? – спросил Давикс, и его суровое лицо скривилось в том, что только отдаленно могло сойти за улыбку.

– С Красными Корсарами? – Аррун уставился на Давикса холодным взглядом. – С тираном Бадаба? А ты жаждешь того же?

– Просто изнемогаю, брат-капитан. – Впервые с тех пор, как они поднялись на борт «Ртути», Давикс кровожадно ухмыльнулся.

– Просыпайся, сержант.

Голос был вкрадчивым, почти шепот, и Портей с лихорадочным отчаянием выкарабкался из бездны беспамятства. Затем вернулись воспоминания, и он тяжело застонал – странный звук, в котором чувствовалась боль и скорбь от потери боевых братьев. Он вспомнил, как со смертью Кейла на его плечи словно опустилась огромная тяжесть. Вспомнил, как держался из последних сил, пока меткий выстрел не пробил и без того поврежденные силовые доспехи и попал в первичное сердце. Тело погрузило его в исцеляющий стазис, и теперь он…

Портей понятия не имел, где находился. Сержант лежал на холодном феррокритовом полу. Руки связаны за спиной. Быстрая проверка уз подтвердила, что тот, кто сковал его, наверняка знал о силе Адептус Астартес. Конечно, знал, горько подумалось Портею. Они ведь и сами когда-то были верными космическими десантниками. У них было все необходимое, чтобы удержать воина под контролем.

Портей сплюнул кровь, после чего поднял опухшие глаза, которые отказывались полностью открываться, на обладателя голоса, пригласившего его назад в земли живых. Исчерченный морщинами и шрамами Повелитель Трупов благожелательно улыбнулся и отечески потрепал его за щеку. Портей отдернул голову от прикосновения.

– Видишь? Проснулся. Прекрасная конституция.

Портей знал его или, по крайней мере, слышал о нем. Повелитель Трупов был хорошо описан во множестве записей и запечатлен на снимках, которые были обязательны для изучения всеми Серебряными Черепами. Его лицо было настолько узнаваемым, будто сержант смотрел на собственное отражение в зеркале.

Апотекарий Красных Корсаров складывал инструменты, и Портей слабо зашевелился. Каждое движение отдавалось болью, и сержант попытался оценить свое состояние. С него сняли силовые доспехи, сейчас на нем был только черный нательник. Проверка тела указала на источник боли. Нательник был разорван на груди, и на ней виднелась свежая, недавно зашитая рана.

Повелитель Трупов обернулся к сержанту.

– Ты был серьезно ранен, – заметил Красный, явно наслаждаясь происходящим. – Когда с твоим отделением покончили, я прооперировал твое первичное сердце. – Его тон был таким веселым и дружелюбным, что едва не сбил с толку раненого воина Серебряных Черепов. – Итак, сержант. Разве ты не хочешь поблагодарить меня?

– Мне не о чем говорить с предателями. – Голос Портея звучал непривычно хрипло. Постепенно он понял, что, наверное, получил еще один выстрел в горло. – Следовало убить меня, пока была такая возможность. Потому что, когда я освобожусь, тебе не жить.

– Не думаю, сержант. – Повелитель Трупов наклонился и снова потрепал узника за щеку. – Когда ты предстанешь перед лордом Черное Сердце и осознаешь ложь Империума, то станешь служить моему повелителю. Как и многие другие до тебя. – Повелитель Трупов взял сосуд, заполненный кровянистой массой. – А если и нет, мне все равно. Я уже получил то, что хотел.

Портей уставился на емкость. Прогеноидная железа. Самый ценный из всех органов Адептус Астартес был в руках врага. Наверное, предатель изъял его, пока занимался его раной. В разуме Портея вспыхнули дикие мысли. Как долго он здесь? Что случилось с двумя боевыми братьями, которые защищали башню? Сержант поднялся с колен и вскинул голову, чтобы с яростным неповиновением посмотреть на Повелителя Трупов. Портей понимал, что угодил в ту же ситуацию, что и Риар на борту «Волка Фенриса».

– Я никогда не отвернусь от братьев, – сказал он, встретив веселый взгляд апотекария. – Никогда не предам Императора и лучше умру, чем присягну Люгфту Гурону.

– Куда более великие воины пытались сопротивляться истине, – ответил Повелитель Трупов, отложив сосуд с бесценным генетическим семенем Портея. – Почему ты думаешь, что чем-то от них отличаешься? Все они в конечном итоге узрели истину. Все они осознали ложь Бога-Трупа. Ты неверно понимаешь наши мотивы, Серебряный Череп.

– Я никогда не отвернусь от братьев, – повторил Портей. – Когда они придут за тобой… – Его слова оказали на Повелителя Трупов возбуждающий эффект. Предатель вихрем обернулся к нему. Все внешнее спокойствие апотекария исчезло, сменившись маской безумца.

– Ты говоришь о тех самых братьях, которые бросили тебя? Где они были, когда ты со своим ничтожным отделением пытался помешать нашим планам? Где они сейчас? Никто не идет тебе на помощь, сержант Серебряных Черепов. Твоя судьба предрешена. Ты либо присоединишься к нам, либо умрешь. Третьего не дано.

– Тогда лучше побереги слова, предатель. – Портей поднял окровавленное лицо и встретился с лихорадочным взглядом Повелителя Трупов. Спокойное безразличие, которое вновь охватило апотекария, разъярило и встревожило. Настроение Повелителя Трупов менялось каждую пару минут. Руки сержанта, крепко затянутые узами, бессильно сжимались и разжимались. – Ты слишком много болтаешь. Тебе стоит убить меня прямо сейчас.

– Я так не думаю. Сейчас ты очень ценен для нас, и я уж точно не хочу навлечь на себя гнев моего лорда, убив тебя раньше времени. – Его голос звучал хоть и укоризненно, но с толикой веселья.

– Мои братья скоро придут, – уверенно сказал Портей. Он кивнул на сосуд с генетическим семенем, органом, который Серебряные Черепа, как и все Адептус Астартес, почитали превыше остальных. Они не просто так называли его Священной Квинтэссенцией. Это был ключевой элемент, превращавший их в тех, кем они являлись. Это было генетическое наследие множества поколений, чьи память и знания хранились в спиралях ДНК, сплетавшихся с телами тех, в кого их пересаживали.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю