355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Майкл Коннелли » Сражения Космического Десанта » Текст книги (страница 35)
Сражения Космического Десанта
  • Текст добавлен: 11 апреля 2017, 17:00

Текст книги "Сражения Космического Десанта"


Автор книги: Майкл Коннелли


Соавторы: Аарон Дембски-Боуден,Бен Каунтер,Гэв Торп,Крис Райт,Стив Лайонс,Ник Кайм,Роб Сандерс,Гай Хейли,Дэвид Эннендейл,Стив Паркер
сообщить о нарушении

Текущая страница: 35 (всего у книги 303 страниц)

ГЛАВА XIV
Порт

Они пришли, как только солнце начало спускаться с небес.

Порт Хельсрича занимал почти треть площади всего улья. Тысячи унылых складов и башен гавани стражами возвышались над обширной бухтой, облепленной бесчисленными причалами и пирсами, врезавшимися в пространство грязной сероватой воды.

Воздух на всей планете пах серой, но здесь – в сердце промышленного Хельсрича – это зловоние усиливалось запахом нефтехимикатов. Всего час требовался, чтобы вся одежда и волосы пропитались жирной, тяжелой вонью пролитого топлива и аммиачной морской воды. Те рабочие, что долго прослужили в порту, кашляли и сплевывали черную мокроту. Рак легких был второй по частоте причиной смерти среди населения, лишь слегка отставая от несчастных случаев на производстве.

Беспорядок в порту уже сам по себе был защитой от врага, однако не слишком надежной. Первым признаком приближения ксеносов стало то, что команды прыгали с кораблей, отваживаясь проплыть целый километр до причалов в грязной воде. Защитники Хельсрича наблюдали за взрывами сотен танкеров, которые попытались скрыться в открытом море.

Мужчины и женщины стояли на ящиках с грузом, вымощенных улицах, стальных причалах, следя и за флотом врага, который разрезал поверхность воды, подбираясь все ближе к городу.

Магерн стоял в одной из групп – он командовал бригадой одетых в грязные комбинезоны рабочих и прижимал к груди новенький лазган. Их раздавали офицеры-гвардейцы на складах по всему порту. Каждому отряду докеров устроили краткий инструктаж по обращению с лазганом: как заряжать, перезаряжать, ставить на предохранитель и прицельно стрелять. Магерн почувствовал, как у него вспотели ладони, когда он получил винтовку и дополнительные энергетические батареи к ней, которые сейчас лежали в маленьком мешочке, висевшем сбоку на поясе. Сержант Гвардии в спешке огласил инструкцию, как ими пользоваться, и вот Магерн оказался во всеоружии. Во рту пересохло.

– Следуйте за вашими командирами, – велел сержант, перекрикивая шум стольких собравшихся в одном месте мужчин и женщин. – К каждой бригаде и каждой группе из пятидесяти человек будет прикреплен штурмовик. Следуйте за ним, как шли бы за самим Императором, если бы Он спустился с неба и сказал, что делать с вашими жалкими задницами. Он скажет вам, когда драться, когда бежать, когда прятаться, и все такое. Если вы будете делать то, что прикажут, то получите гораздо больше шансов уцелеть и не будете мешаться под ногами у других. Если же вы не подчинитесь, то подставите остальных и ваших друзей поубивают. Все ясно?

Общее согласие было ему ответом.

– Следующие несколько дней вы состоите в Имперской Гвардии. Первое правило Гвардии: идти вперед. Если потеряетесь, идите вперед. Сбился с пути? Иди вперед. Отбился от группы? Иди вперед на врага. Вот лучшее, что вы можете сделать, и именно там найдете своих друзей. Поняли?

Вновь шумное согласие, хоть и с немного меньшим энтузиазмом.

– Отлично. Следующая группа!

Затем бригада Магерна и несколько других рядами вышли из здания склада, освобождая место для новых рабочих, шедших прослушать ту же лекцию.

Снаружи дюжины штурмовиков Стального легиона в охристых мундирах и с тяжелыми, жужжащими силовыми ранцами регулировали человеческий поток. Магерн повел свою группу к одному из них, махнувшему им рукой. Человек был стройным, небритым и тер лоб под куполообразным шлемом. Защитные очки он поднял на шлем, а респиратор висел у него на шее. У него был такой вид, будто он если и не потерялся, то, по крайней мере, не был точно уверен, где сейчас находится.

– Привет, – выдавил Магерн. – Нам нужен приписанный к нам солдат.

– Ага, я уже знаю. Это я. Зовут меня Андрей.

– Благодарю, сэр.

Штурмовик рассмеялся и похлопал Магерна по плечу:

– «Сэр» – это звучит весело. Я не сэр. Я Андрей. Возможно, стану сэром если вытащу вас всех отсюда живыми. Мне это понравится. Будет очень мило.

– Я…

– Да, это трудно. Я все понимаю. Повышение мне бы понравилось, так что вы все должны выжить. Ставки велики, да? Спасибо за подкинутую идею. Ты сделал этот день веселее.

– Я…

– Пойдем, пойдем. Сейчас не время становиться друзьями. Мы скоро еще поговорим. Эй! Вы все, докеры, за мной, да?

Не дожидаясь ответа, Андрей начал прокладывать себе путь через толпу, а за ним отправилась бригада Магерна. Время от времени штурмовик махал другим солдатам, большинство которых отвечали кивками или грубыми приветствиями. Бледная красотка с такими густыми и красивыми черными волосами, что грех было завязывать их в простой хвост, улыбнулась и помахала в ответ.

– Трон, кто это был? – спросил Магерн, хвостом следуя за Андреем. – Ваша жена?

– Ха! Хотел бы. Это Домоска. Мы в одном отряде. На нее приятно посмотреть, да?

О да. Магерн смотрел, как девушка вела сквозь толпу другую группу. Когда Домоска потерялась из виду, он посмотрел на мужчин из ее отряда. Магерн молился, чтобы сам он не выглядел таким же нервным и беспокойным, как они.

– Думаю, это очень забавно. Ее брат – самый некрасивый мужчина из всех, кого я когда-либо видел, а вот сестру судьба наградила истинной красотой. Наверное, он очень грустит, а?

Магерн кивнул.

– Пошли, пошли. Времени у нас все меньше.

Прошел целый час. Сейчас они стояли рядом с Андреем, прижимая к груди непривычное оружие. Сердца торопливо стучали. Штурмовик ковырялся в носу. Сложная задача, учитывая, что на нем были перчатки из толстой коричневой кожи, но он подошел к проблеме с необычайным упорством.

– Сэр, – начал Магерн.

– Одну минуту, пожалуйста. Победа почти за мной. – Андрей что-то стряхнул с пальцев. – Хвала Императору, я снова могу дышать.

– Сэр, вы разве не должны что-нибудь нам сказать? – Он понизил голос, подходя ближе. – Чтобы вдохновить людей?

Андрей нахмурился, рассеянно кусая губу и смотря на другие группы, рассеивавшиеся по территории порта.

– Я так не думаю. Другие легионеры не говорят. Я собирался подождать речи реклюзиарха, знаете? Вы бы предпочли, чтобы я сейчас говорил?

– А реклюзиарх будет говорить?

– О да. В этом он хорош. Вам понравится. Думаю, это будет уже совсем скоро.

Шум помех понесся над портом, когда ожила каждая вокс-башня, километр за километром.

– Видите? – ухмыльнулся Андрей. – Я всегда прав.

Несколько секунд люди Хельсрича ничего не слышали по вокс-связи, кроме дыхания – низкого, тяжелого, угрожающего.

«Сыны и дочери улья Хельсрич, – прогремел голос по прибрежным районам, слишком низкий и звучный, чтобы принадлежать человеку, приправленный легким пощелкиванием помех. – Посмотрите на воду. Воду, из которой вы берете богатство вашего города. Воду, которая сейчас несет смерть.

Тридцать шесть дней люди вашего мира, люди вашего родного города отдавали жизни, чтобы защитить вас. Тридцать шесть ночей ваши матери и отцы, братья и сестры, сыновья и дочери сражались с врагом, благодаря чему половина улья остается в руках людей. Они сражались, защищая улицу за улицей, изо всех сил, убивая и умирая, чтобы вы смогли насладиться еще несколькими днями свободы.

Вы в долгу перед ними. Вы должны им за принесенные жертвы. За те, что они еще принесут в грядущие ночи и дни.

Здесь и сейчас у вас будет возможность вернуть им долг. Более того, у вас будет шанс покарать врага за то, что он осмелился осадить ваш город, за то, что разлучил ваши семьи и разрушил дома.

Наблюдайте за приливом тварей. Смотрите на всплывающую скрап-флотилию, что движется в порт с ордой завывающих зеленокожих на борту. Когда в конце этой недели зайдет солнце, на этих судах не останется ни одного живого существа. Они падут благодаря вам. Вы спасете этот город.

Страх естественен. Он присущ человеку. Не стыдитесь сердца, которое бьется слишком часто, или пальцев, которые дрожат, когда вы впервые держите в руках оружие. Позор лишь в трусости – готовности сбежать и бросить других умирать, когда все зависит от ваших действий.

Вас ведут ветераны Гвардии – лучшие из Стальных легионов, – имперские штурмовики. Но они не одиноки. Силы Хельсрича на подходе. Стойте и сдерживайте врага как можно дольше, и скоро вы увидите тысячи танков, построенных в этом самом городе, которые оставят от врагов только прах. Помощь идет. А пока стойте гордо. Стойте решительно.

Помните эти слова, братья и сестры. „Когда придет смерть, совершенное нами добро не будет значить ничего. Наши жизни судят по количеству уничтоженного нами зла“.

Грядет время такого суда. Я знаю, что каждый мужчина и каждая женщина здесь чувствуют это.

Я Гримальд из Черных Храмовников, и это моя клятва всем вам. Пока хоть один из нас стоит на ногах, этот город не будет взят. Солнце вновь взойдет над непокорным городом, даже если мне придется убить тысячу врагов в одиночку.

Взгляните на черных рыцарей среди вас. Мы будем там, где сражение самое яростное, в сердце бури.

Стойте с нами, и мы будем вашим спасением!»

Снова воцарилась тишина.

Магерн вздохнул, и волнение как будто отхлынуло от него, когда дыхание облачком пара поднялось в холодном воздухе. Андрей отрегулировал затворную часть модифицированного лазерного ружья. Оружие издало пульсирующее мощное гудение, от которого у докера заныли зубы.

– Решительная речь, да? Думаю, немногие сбегут.

Магерн кивнул. Ему понадобилось несколько мгновений, чтобы заговорить.

– Что это за винтовка?

– Эта? – Андрей закончил свои манипуляции и указал на толстые силовые кабели, тянувшиеся от массивного приклада к жужжащему металлическому ранцу, висевшему за спиной. – Мы называем их усиленными лазганами. Как ваши, только мощнее, громче, жарче и лучше. И нет, ты не можешь такой получить. Это мой. Они редкие и даются только людям, которые всегда правы.

– А что это?

– Взрывчатка. – Штурмовик вытащил из-за пояса диск детонатора размером с ладонь. – Ее прилепляют к танкам, и те разлетаются на множество замечательных кусочков. У меня было много их, теперь остался лишь один. Когда я использую и его, то не останется больше ни одного и будет грустно.

Магерн хотел спросить, правда ли, что Андрей штурмовик. Он осторожно подбирал слова.

– А ты не такой, как я ожидал.

– Жизнь, – произнес солдат, смотря в сторону, рассеянно размышляя, – это череда самых удивительных сюрпризов, но в конце получаешь плохой сюрприз.

Повернувшись ко всей группе, Андрей с ухмылкой застегнул застежки шлема.

– Мои симпатичные новые друзья, скоро придет время повоевать. Так что, прекрасные дамы и чудесные господа, если вы хотите таковыми остаться, держите головы пониже, а винтовки повыше. Всегда у щеки, ствол на уровне глаз. Не стреляйте от бедра – это лучший способ почувствовать себя превосходно и никуда не попасть. Ох, это будет громко и страшно, нет? Думаю, много паники. Всегда выждите секунду, прежде чем нажимать на курок. Удостоверьтесь, что целитесь туда, куда надо. Иначе можете выстрелить в других людей, а это будет плохая новость для вас и еще более плохая для них.

Группы рабочих начали распределяться, занимая позиции между складов, за грудами ящиков и в высоких ангарах, смотрящих на море.

– Пойдемте, пойдемте. – Андрей повел группу в тень портального крана, приказывая им рассеяться и найти прикрытие вокруг громадных металлических стоек и подпорок и стоявших рядом контейнеров с грузом.

– Сэр? – позвал один из мужчин.

– Мое имя Андрей, и я повторил это уже много раз. Но да, в чем проблема?

– Мое оружие заклинило. Я не могу вставить обратно энергетическую батарею.

Пригнувшийся во главе группы Андрей с мелодраматическим вздохом покачал головой. С очками на глазах и детской ухмылкой на лице, он походил на гигантскую довольную муху.

– Во-первых, стоит задуматься, зачем ты ее вообще вытащил.

– Я только…

– Да, да. Будь вежлив к машинному духу оружия. Попроси его вежливо.

Рабочий изумленно опустил взгляд на винтовку.

– П-пожалуйста! – заикаясь, промямлил он.

– Ха! Какая почтительность. Теперь нажми переключатель на другой стороне. Это предохранитель, и тебе нужно сдвинуть его, чтобы вставить обратно батарею.

Мужчина выронил обойму из трясущихся рук, но со второй попытки все-таки вставил ее на место.

– Благодарю, сэр.

– Да, да. Я герой. А теперь, мои храбрые друзья, скоро завоет сирена. И это будет означать, что враг вошел в зону поражения нашей артиллерии, которая, к сожалению, слишком малочисленна, чтобы я улыбался. Когда скажу, что пришло время для готовности, вы все встанете и начнете стрелять в громадных и уродливых тварей.

– Есть, сэр, – хором откликнулись рабочие.

– Я даже мог бы к этому привыкнуть, о да. А теперь слушайте внимательно, мои чудесные друзья. Цельтесь в туловище. Это самая большая цель, и попасть проще всего, если вы новичок в этом деле.

– Есть, сэр, – опять откликнулись они.

– Есть одна прекрасная женщина, на которой я хотел бы жениться после войны. И она почти наверняка ответит отказом на мое предложение, но эй, это мы еще посмотрим. Если же она скажет «да», то вы все приглашены на свадьбу, которую мы сыграем на востоке, где небо меньше гадит на тебя каждый день. И будет бесплатная выпивка. Даю слово. Я всегда честен, и это лишь одно из моих многочисленных замечательных качеств.

Кое-кто из мужчин помимо воли улыбнулся.

В этот момент дико завыла сирена: словно вопль баньши прорезал воздух над километрами доков. Приглушенные удары послышались в ответ, когда оборонительные установки типа «Сабля» открыли огонь по приближавшейся флотилии.

– Время, – вновь ухмыльнулся Андрей, – заработать несколько блестящих медалек.

– За Императора, – выдохнул один мужчина с закрытыми глазами, словно молился. – За Императора.

– О нет. Не для него. – Андрей застегнул респиратор, но рабочие все равно слышали улыбку в его голосе. – Он счастлив на Золотом Троне далеко отсюда. Для меня и для вас. И этого более чем достаточно.

Сирены начали стихать, одна за другой, пока наконец не смолкла последняя.

– Теперь в любой момент, – сказал Андрей, высовываясь над крышей контейнера, за которым спрятался, – у нас появится компания.

Первые суда прибыли с яростью штормовой волны, разбивающейся о берег. Без изящества, даже не сбавляя скорости, они ударялись в пирсы и погрузочные платформы. Взрывами оказались выбиты водонепроницаемые ворота сухих доков, исторгая туда потоки воды и зловонной чужой плоти.

Самым первым из ксеносов из чрева подводной развалюхи вырвался жестокий орк, он был почти в полтора раза выше своих сородичей и нес на горбатых плечах шест с черепами людей и шлемами Астартес – трофеи с прошлых войн в иных мирах. Он вел племя по границам Империума десятки лет и в бою был более чем достойным противником для воина Астартес.

Морда, плечо и торс зеленокожего были дезинтегрированы залпом лазерного огня – пылающие останки рухнули с пирса в грязную воду. Меньше чем в сотне метров Домоска криками подбадривала своих подопечных и приказывала стрелять снова. Кое-кто промахнулся, но многие попали в цель. То же самое происходило по всей береговой линии, как только первая волна ксеносов с хохотом и воплями хлынула в порт.

Из-за своего импровизированного укрытия в виде груды ящиков Магерн стрелял, раз за разом чувствуя, что винтовка в руках становится все горячее. Он пригнулся и дрожащими с непривычки пальцами начал перезаряжать оружие. Проклятую обойму заклинило.

– Дави сильнее, – бросил стоявший рядом Андрей. Еще один до боли яркий луч исторгнулся из его усиленного лазгана. – Новые винтовки иногда заедает. Печальное качество винтовок нашего мира. Их духам нужно время, чтобы проснуться.

Магерн удивился, что слышит его, несмотря на гул прибывавших судов, рев ксеносов и грохот пальбы.

– Я стрелял… из кантраэльской винтовки… однажды, – продолжал Андрей, беря паузы, когда немного смещался и целился в новых зеленокожих, продолжая стрелять. – Вот это прекрасное оружие, да. В том мире создают жаждущее боя оружие.

Магерн вставил новую энергетическую батарею и вновь вернулся на позицию. У него уже заболела спина от первых двух минут солдатской жизни. И как воины Стального легиона скорчиваются так день за днем и даже привыкают к битвам, оставалось для него загадкой. Он стрелял в далекие фигуры, в громадных рычащих орков, которые мчались почти без направления или цели, словно охотясь за запахами. Другие твари появлялись и бежали к источникам лазерного огня, который пронзал их насквозь, и погибали задолго до того, как добирались до цели. Несколько существ, явно умных по орочьим стандартам, остались позади. Эти твари стреляли завывающими снарядами по порту, взрывая ящики с грузом или распыляя стены складов.

Медленно, но верно порт окутывало коварным плотным дымом, поднимавшимся от горящих подводных лодок и зданий.

– Скоро мы сменим позицию, – сообщил через плечо Андрей.

Слова оказались пророческими. В приливной волне и с грохотом металла о камни подлодка орков врезалась в берег всего в тридцати метрах от них. Морская вода окатила пригнувшихся докеров. Двери вылетели во время взрыва, и из севшего на мель корабля донесся рев зеленокожих.

– Это слишком далеко от хорошей новости, – нахмурился штурмовик под респиратором, беря на мушку первого появившегося ксеноса. Тот рухнул как подкошенный, когда луч впился в морду и срезал ему затылок.

Магерн и другие рабочие присоединились к стрельбе. Из лодки тем временем появлялось все больше и больше тварей. Зеленокожие наступали, выслеживая источники лазерных лучей.

– Сэр… – Один из мужчин запнулся, его глаза расширились и покраснели. – Сэр, они идут…

– Я это знаю, да, – ответил Андрей, ни на мгновение не переставая стрелять.

– Сэр…

– Пожалуйста, заткнись и стреляй, да?

Твари добрались до ящиков. От них разило кровью, дымом, едким потом и чуждой грибной порчей. Несколько мускулистых тварей вскарабкалось на баррикаду и заревело с нее на людей внизу.

Выстрелы из лазганов скинули их обратно. Но первую волну сменила вторая, и скоро твари очутились среди докеров. Рявкали их пистолеты и свистели тяжелые топоры.

– Отходим! – крикнул Андрей, ведя огонь в упор, расчищая путь сквозь начавшуюся рукопашную. – Бегом!

Рабочие уже убегали в панике.

– Да за мной, идиоты! – завопил штурмовик.

На удивление, это сработало. Работяги, которым хватило выдержки не побросать лазганы, последовали за солдатом сквозь воцарившийся хаос и снова начали стрелять.

Он оставил треть группы в укрытии из контейнеров возле опор крана. Те докеры, что не успели убежать, отчаянно кричали. Андрей почувствовал минутное колебание у тех, кто остался с ним: они застыли и не открывали огонь по своим умирающим друзьям, загипнотизированные ужасом резни.

– Они уже мертвы! – Андрей треснул Магерна ладонью по затылку, возвращая его к реальности. – Огонь!

Этого оказалось достаточно. Вновь затрещали лазганы, истребляя зеленокожих.

– Отступайте, только когда надо перезарядить оружие! А до тех пор стойте и стреляйте!

Андрей выругался, озвучив приказ. Орки подступали все ближе. Вокруг отступающей группы полыхали склады, слышался грохот все новых и новых разбивавшихся подлодок.

Сквозь дым штурмовик на миг разглядел вдали другой отряд работяг – они в ужасе бежали от рукопашной, в которой их сотоварищей рубили на куски.

То же самое ожидало и его разношерстный отряд, и Андрей выругался снова. Он надеялся, что дела у Домоска идут лучше.

Какое дурацкое место для смерти.

Почти в сотне километров от Хельсрича, под песками пустошей на северо-западе раздался громкий, ни на что не похожий удар.

Юризиан, магистр кузни «Вечного крестоносца», поднялся на ноги с медлительностью, рожденной крайним утомлением. В глазах его стояли слезы – редкость для человека, который не плакал более двадцати десятилетий. Его разум раздирали пульсирующая боль и тупой, ударяющий жар, который ничего общего не имел с физической слабостью.

Он ощущал теперь запах сервиторов, возвращались чувства, ранее занятые первостепенной задачей. Повернувшись туда, где они лежали, Юризиан почуял вонь разложения, затронувшего их органические части. Они были мертвы уже недели, истощенные и лишенные возможности существования. Рыцарь не заметил этого. Сервиторы доказали свою бесполезность после нескольких первых часов работы больше месяца назад: их вычислительные процессоры не поспевали за вечно эволюционирующим кодом. Юризиану пришлось работать одному, проклиная Гримальда.

Низкий гул работающего механизма вновь привлек его внимание. Суставы болели – и механические, и человеческие – от столь длительного периода бездеятельности. Юризиан четыре недели простоял словно статуя – разум бодрствовал, а тело сгорбилось и в напряжении застыло у панели управления.

Он не спал. Храмовник знал, что несколько раз, когда его сконцентрированный, истощенный разум был близок к прекращению работы, он почти терял хватку на коде. Двигающиеся мысли не успевали за шифром, как и сервиторы. В эти мгновения панической активности Юризиан успокаивал свой разум медитацией и работал медленнее, но все равно оставался активным.

Сейчас он взирал на огромные двери впереди.

«ОБЕРОН»

Это слово было выжжено в его сердце, написано гигантскими буквами, более похожее на предупреждение, чем на надгробную надпись.

Заключительный громкий удар возвестил, что открылся последний внутренний замок. Находившаяся под давлением охлаждающая жидкость хлынула в коридор, как только запечатывавшие дверь системы сдались. Она воняла хлором – не отвратительный, но несвежий запах того, что хранилось охлажденным все то долгое время, пока двери оставались молчаливыми и неподвижными. В танце громыхающих, вздрагивающих механизмов портал начал открываться.

– Реклюзиарх, – произнес в вокс Юризиан и ужаснулся, услышав, каким слабым и скрипучим стал голос. – Защитные системы взломаны. Я внутри.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю