Текст книги "К чёрту правила! Это говорю Я - Гермиона Грейнджер (СИ)"

Автор книги: Винкрет

сообщить о нарушении

Текущая страница: 74 (всего у книги 78 страниц)

– Ищите, быстро! – сказал Гарри, и все бросились в пещеру. Гарри подробно описал Рону, Драко и Гермионе чашу Пенелопы Пуффендуй, но если в сейфе хранился какой-то другой, неизвестный ему крестраж, никто и понятия не имел, как он может выглядеть. Впрочем, Гарри едва успел осмотреться – позади глухо звякнуло, дверь вернулась на место и запечатала их в сейфе, в полной темноте. Рон вскрикнул от неожиданности.

– Ничего страшного, Богрод потом нас выпустит! – успокоил всех Крюкохват. – Засветите, что ли, свои волшебные палочки. И поторопитесь, времени очень мало!

– Люмос! – сказали четверо. Пещеру озарил свет волшебных палочек. В луче засверкали драгоценные камни – Гермиона узнала поддельный меч Гриффиндора, лежавший на полке в куче каких-то цепей. Драко, Гарри и Рон рассматривали груды сокровищ.

– Гарри, может, вот это? А-аа-аа! – Гермиона закричала от боли. Гарри посветил в ту сторону и увидел, как у нее из рук выпал украшенный драгоценностями кубок. Ударившись об пол, он рассыпался целым дождем кубков. В один миг десятки одинаковых кубков раскатились по всей пещере, настоящий уже невозможно было отличить. – Я обожглась! – простонала Гермиона, дуя на пальцы.

– Заклятия Умножения и Пылающей руки! – воскликнул Драко. – Все, до чего мы дотронемся, будет обжигать нас и умножаться, но копии ничего не стоят, а если их станет слишком много, нас просто задавит тяжестью золота!

– Стойте, не двигайтесь! – Гермиона схватила Рона и Драко за руку.

– Только смотрим! – сказал Гарри. – Помните: чаша золотая, довольно маленькая, с двумя ручками, на ней выгравирован барсук. Если не найдется, ищите что-нибудь со знаком Когтеврана – орлом…

– Ужасный ориентир, – буркнул Драко.

Они осторожно поворачивались вокруг своей оси, освещая все углы и закоулки, но совсем ничего не задеть, было невозможно. От прикосновения Гермионы посыпались поддельные галеоны, пополнив груду кубков на полу. Теперь в пещере буквально некуда было ступить, от раскаленного золота веяло жаром, как из кузнечной печи. Свет волшебной палочки скользил по щитам и шлемам гоблинской работы, наваленным на полках до самого потолка. Гермиона поднимал палочку все выше, и вдруг луч выхватил из темноты предмет, при виде которого замерло сердце, и рука задрожала.

– Вон она – там, наверху! – Рон, Драко и Гарри посветили туда же. В тройном луче искрилась маленькая золотая чаша, принадлежавшая когда-то Пенелопе Пуффендуй и перешедшая по наследству Хэпзибе Смит, у которой ее украл Том Реддл.

– А как мы ее достанем, если ничего трогать нельзя? – поинтересовался Драко.

– Акцио, чаша! – крикнул Рон. С горя, как видно, забыв, о чем их предупреждал Крюкохват.

– Бесполезно, не подействует! – проворчал гоблин.

– Крестражи не притягиваются заклинанием, – напомнила Гермиона.

– Что же тогда делать? – сердито спросил Гарри. – Если хотите получить меч, Крюкохват, помогите нам…. Стойте! А мечом можно прикасаться? Гермиона, дай мне его! – Гермиона пошарила в складках мантии, вытащила расшитую бисером сумочку и, покопавшись в ней, достала блистающий меч. Гарри схватил усыпанную рубинами рукоять и коснулся клинком ближайшего серебряного кувшина. Кувшин не размножился. – Если подцепить мечом за ручку…. Только как я туда доберусь? – Даже Рон, самый высокий из них, не смог дотянуться до полки.

– Давай я! – вызвался Драко. Гарри кивнул и передал ему меч. Драко думать, как добраться до чаши, и тут за дверью взревел дракон, и загрохотали Звякалки. Вот теперь они по-настоящему попались: выйти из сейфа можно было только через дверь, а там, судя по всему, собралась целая орда гоблинов. Драко и Гарри увидели ужас на лицах Рона и Гермионы. Лязганье зазвучало громче. Гарри сказал:

– Гермиона, Драко обязательно нужно добраться до верхней полки… – девушка взмахнула волшебной палочкой и прошептала:

– Левикорпус! – Драко вздернуло в воздух за лодыжку. Взлетая, он ударился о какие-то латы, их раскаленные добела копии тут же посыпались на пол.

– Чёрт, больно, – шикнул Драко. В пещере и так уже было тесно; Рон, Гарри, Гермиона и двое гоблинов отскочили, вопя от боли и налетая на другие предметы, которые тоже начали множиться. Злосчастные взломщики кричали и барахтались в прибывающей лавине раскаленных сокровищ. Драко подцепил клинком ручку чаши.

– Империус! – взвизгнула Гермиона в отчаянной попытке защитить себя, Гарри, Рона и гоблинов от обжигающего металла. Новый крик, еще ужаснее прежних, отвлек внимание Драко. Он оглянулся – Рон, Гарри и Гермиона еще стояли по пояс в сокровищах, держа за руки Богрода, а Крюкохвата уже засыпало с головой, торчали только кончики длинных пальцев. Драко вцепился в эти пальцы и рванул. Обожженный гоблин с воем показался из-под завала.

– Либеракорпус! – заорал Драко. Они с Крюкохватом грохнулись на растущую гору сокровищ, и меч вылетел из рук. – Держи! – завопил Драко, еле выдерживая боль от ожогов и тяжесть Крюкохвата, который снова полез к нему на плечи, спасаясь от раскаленного металла. – Где меч? На нем чаша! – Звяканье за дверью стало уже оглушительным. Поздно, слишком поздно…

– Есть! – Крюкохват первым заметил меч и прыгнул. В эту секунду все поняли, что гоблин с самого начала не верил, что они сдержат слово. Ухватив Драко одной рукой за волосы, чтобы не свалиться в бурное море обжигающего золота, Крюкохват поймал рукоять и поднял меч высоко над головой парня. Золотая чаша сорвалась с клинка и взлетела в воздух. Драко с гоблином на плечах нырнул за ней и успел-таки схватить. Она обожгла ему руки до мяса, но парень не выпустил ее, хотя сверху на него посыпались бесчисленные сверкающие чаши. Дверь сейфа распахнулась, лавина пышущего жаром золота и серебра вынесла Гарри, Драко, Рона и Гермиону во внешнюю пещеру. Почти не чувствуя боли от ожогов, Драко сунул чашу в карман и потянулся за мечом, но Крюкохвата уже и след простыл.

– КРЮКОХВАТ! – крикнул Гарри. Гоблин при первой возможности соскочил со спины Драко и кинулся удирать, размахивая клинком и вопя: «Караул! Грабят! Караул!»

Он мигом скрылся в толпе своих соплеменников, которые были все до одного вооружены кинжалами и поверили ему без колебаний. Оскальзываясь на раскаленном металле, Драко поднялся на ноги и понял, что нужно прорываться.

– Остолбеней! – прокричал он. Рон, Гарри и Гермиона подхватили. Струи красного огня полетели в толпу. Несколько гоблинов повалились на пол, зато другие хлынули вперед. Из-за угла выбежали несколько волшебников. Прикованный дракон взревел, и над головами гоблинов прошелся огненный вихрь. Волшебники, пригибаясь, умчались, откуда пришли. Гермиону, внезапно, охватило вдохновение, а может, безумие. Она направила волшебную палочку на железные ножные кандалы огромного зверя:

– Релашио! – Кандалы со стуком упали. – За мной! – Гермиона бросилась к слепому дракону, на бегу посылая Оглушающие заклятия в толпу гоблинов.

– ГЕРМИОНА! Что ты творишь? – воскликнул Гарри, – с ума сошла?

– Давайте, залезайте, скорее!

– Это самое безумное, что она когда-либо делала, – пыхтел Рон, вскарабкиваясь на дракона. Драко полез следом за ним, тоже что-то бурча под нос. Гарри чуть не соскользнул, но Драко вовремя успел схватить его за запястье, и потянул вперёд, чтобы парень ухватился за чешую дракона.

Дракон еще не понял, что наконец-то свободен. Гермиона наступила на сгиб его задней лапы и, подтянувшись, забросила себя на спину зверя. Чешуя была тверже стали, дракон, кажется, её даже не почувствовал. Рон вскарабкался следом за Гермионой. За ним залезли Драко и Гарри. Еще секунда – и до дракона дошло, что он больше не привязан. Он с ревом поднялся на дыбы. Гермиона изо всех сил уперлась коленями, цепляясь за неровную чешую. Развернулись крылья, сшибая визжащих гоблинов, точно кегли. Дракон взмыл в воздух. Гарри, Драко, Рон и Гермиона распластались у него на спине, чтобы не задеть о потолок. Дракон метнулся к выходу в туннель. Гоблины с воплями швыряли в него кинжалы, но оружие отскакивало от бронированных боков.

– Вот бараны, у него ведь чешуя, как сталь, – крикнул Гарри.

– Не пролезем, он слишком большой! – закричала Гермиона, и тут дракон распахнул пасть и снова дохнул огнем, круша стены и потолок туннеля. Дракон всей своей мощью протискивался в дыру. Все зажмурились от жара и пыли. Они чуть не оглохли от грохота камней и рева дракона и только цеплялись из последних сил, каждую секунду ожидая, что сейчас свалятся на пол.

– КОГДА ВЫЖИВЕМ, НАПОМНИ МНЕ УДАРИТЬ ТЕБЯ, ГЕРМИОНА! – крикнул Рон. Вдруг он услышал её голос:

– Дефодио! – Гермиона помогала зверю расширять отверстие туннеля. Дракон рвался вверх, к свежему воздуху, прочь от вопящих и лязгающих гоблинов. Гарри, Драко и Рон стали помогать Гермионе, разбивая потолок на куски заклинаниями Долота. Они миновали подземное озеро, и громадный рычащий зверь словно почуял впереди свободу. Он замолотил шипастым хвостом, сзади рушились гигантские сталактиты, крики гоблинов и лязг металла затихали вдали. Дракон расчищал себе дорогу огнем…. Наконец соединенными усилиями заклинаний и драконьей мощи они проломились из туннеля в мраморный зал. Люди и гоблины шарахнулись в разные стороны. Здесь дракон смог как следует расправить крылья. Он повернул рогатую голову ко входу, на запах свежего воздуха, и взлетел. Неся на спине Гарри, Драко, Рона и Гермиону, он сорвал с петель металлические двери, вывалился в Косой переулок и поднялся в небо.

– А МЫ ПОМОЖЕМ ТЕБЕ В ЭТОМ! – закричали Гарри и Драко, когда чуть не упали из-за высокого давления.

Управлять драконом было невозможно. Он не видел, куда летит, и Гермиона понимала, что, если дракон вдруг перекувырнется в воздухе, им не удержаться на его широкой спине. И все-таки девушка была ему бесконечно благодарна за чудесное спасение. Дракон взлетал все выше. Лондон расстилался внизу, словно серо-зеленая карта. Гермиона припала к шее зверя, цепляясь за твердые, как металл, чешуи. Ветер приятно холодил обожженную кожу, крылья дракона размеренно бились позади, как лопасти ветряной мельницы. Рон ругался во все горло, то ли от восторга, то ли от страха, Драко пытался держать себя в руках, а Гарри старался не смотреть вниз.

Минут через пять Гермиона перестала бояться, что дракон их сбросит. Зверю, похоже, хотелось только одного – убраться подальше от своей подземной тюрьмы. Правда, оставался вопрос: как им спуститься на землю? Никто понятия не имел, как долго могут драконы держаться в воздухе, и каким образом этот слепой дракон будет выбирать удобное место для посадки. Гермиона оглядывалась по сторонам. Внезапно, Гермиона услышала мысли Гарри о том, что он боялся, что Волан-Де-Морт поймет, что они охотятся за крестражами, ведь гоблины оповестят Беллатрису. Дракону, как видно, хотелось туда, где похолоднее и посвежее. Он поднимался вверх, вокруг заклубились промозглые облака, и Гермиона уже не различала крошечные точки автомобилей на шоссе, ведущих из столицы. Они летели над сельской местностью в зеленых и коричневых заплатках, над реками и дорогами, которые вились внизу, то блестящими, то матовыми лентами. Они летели на север.

– Как вы думаете, чего он ищет? – прокричал Рон.

– Без понятия! – крикнул Драко. Руки у него закоченели от холода, но он не решался ослабить хватку.

Уже какое-то время назад Гермионе пришло в голову: а что они станут делать, если внизу покажется побережье и дракон направится в открытое море? Гермиона замерзла, руки и ноги онемели. Ко всему прочему, она ужасно проголодалась и умирала от жажды. Интересно, а когда дракон в последний раз ел? Надо думать, ему скоро захочется подкрепиться. А если он вдруг заметит, что на спине у него сидят четверо вполне съедобных человечков?

Небо стало густо-синим, цвета индиго. Солнце опускалось ниже, а дракон все летел и летел. Внизу проплывали большие и малые города, громадная тень скользила по земле, словно темная туча. У Гермионы все болело, она с трудом цеплялся за чешую.

– Мне показалось или мы снижаемся? – крикнул Рон после довольно долгой паузы.

Гермиона посмотрела вниз и увидела темно-зеленые склоны гор и озера, отливающие медью в лучах заката. Пейзаж как будто приблизился и стал более подробным. Возможно, дракон понял по блеску, что здесь есть вода. Он снижался, описывая широкие круги. Похоже, дракон нацелился на одно из озер поменьше. Гермиона крикнул:

– Прыгайте, когда я скажу! Прямо в воду, пока он нас не заметил!

– Ты с ума сошла? – крикнул Драко, – я не эксперт, но от такого падения мы разобьемся об воду!

– У тебя есть другие варианты? – крикнула Гермиона. В итоге, друзья согласились. Гермиона уже видела в воде искаженное рябью отражение огромного желтоватого брюха. – ПРЫГАЙТЕ!

Гермиона сползла по чешуйчатому боку, и полетела, ногами вперед, прямо в озеро. Прыгать оказалось выше, чем она рассчитывала. Гермиона сильно ударилась о воду и камнем ушла в глубину ледяного, зеленого, заросшего тростниками мира. Она оттолкнулась ногами, вынырнула, задыхаясь, и увидела круги, расходящиеся в том месте, где упали Рон, Драко и Гарри. Дракон как будто ничего не заметил. Он был уже футах в пятидесяти от них – летел на бреющем полете, зачерпывая воду пастью. Когда Рон, Драко и Гарри, пыхтя и отплевываясь, показались на поверхности, дракон взвился вверх и полетел дальше, тяжело взмахивая крыльями. В конце концов, он приземлился на противоположном берегу озера. Гарри, Рон, Драко и Гермиона направились к ближнему берегу. Озеро было неглубоким, приходилось не столько плыть, сколько продираться через ил и тростники. Наконец мокрые, запыхавшиеся, измученные, они повалились на скользкую траву. Гермиона заходилась кашлем и вся дрожала. Гарри сейчас с удовольствием лег бы и заснул, но он заставил себя встать, вытащил волшебную палочку и начал наводить все положенные защитные заклинания. Закончив, он подошел к Рону, Драко и Гермионе. Гарри в первый раз после бегства из банка хорошенько их рассмотрел. Лица и руки у друзей были в ярко-красных ожогах и волдырях, одежда местами прогорела насквозь. Они морщились, смазывая многочисленные раны снадобьем из бадьяна. Гермиона протянула Гарри пузырек с лекарством и достала из сумочки три бутылки тыквенного сока и чистую сухую одежду – все это она захватила из коттеджа «Ракушка». Они переоделись и дружно принялись за сок.

– Ну что, – подвел итоги Рон, глядя, как восстанавливается кожа на руках, – в плюсе у нас – крестраж. В минусе…

– Остались без меча, – сквозь зубы закончил за него Драко, капая бадьяном на ожог сквозь дыру в джинсах. Затем, он отдал чашу Гарри, тот закинул её в сумку Гермионы.

– Остались без меча, – повторил Рон. – Ух, и хитрый поганец….

– Найду, убью, – прорычал Драко, – если бы знал…

– Хуже всего мне, – сказала Гермиона, – я же легиллимент, могла бы прочитать мысли.

– Гоблины могут ими управлять, – успокоил её Гарри, – ты не виновата.

Гермиона зашла в палатку, чтобы приготовить еду. Прочитав мысли Гарри, она была подавлена, потому что он думал о её родителях. Начало холодать к вечеру, и парни зашли следом. Драко ещё ни разу не был в палатке у Гермионы, так что пришлось ему всё объяснять и показывать.

Однажды, когда Рон и Драко уже спали, Гермиона, чтобы Гарри не заметил, накинула платок на плечи, и вышла на улицу. Гермиона никогда не снимала с шеи медальон с фотографией родителей, особенно после того, как изменила их память. Сейчас, когда они похоронили их рядом с Добби, Гермиона все чаще и чаще открывала фотографии.

Полумну и Дина, ребята заставили отправиться в Хогвартс, через Хогсмид, там, по словам Драко, есть тайный проход, он подробно объяснил, как туда попасть. Полумна пообещала прислать сообщение.

– Он находится в Хогвартсе, да? – спросила Гермиона, когда услышала звук приближающихся шагов. Рядом сел Гарри.

– Уроки с Драко не дали результатов, – грустно сказал Гарри, – да, он в школе.

– Не могу поверить, что Сам-Знаешь-Кто, отважился осквернить память о создателе Хогвартса, просто в голове не укладывается.

– Герми, он не побрезговал жизнью человека, а ты говоришь о предмете, – сказал Гарри. Он хотел ещё что-то сказать, как вдруг увидел, что подруга теребит медальон, с родительской фотографией. – Прости, это…

– Ты не виноват в их смерти, – сказала Гермиона, даже не дав ему договорить, – забрав их память, я надеялась, что Пожиратели не найдут их. Но ошиблась…. Теперь я понимаю, насколько тебе было трудно одному. Я взрослая, не могу принять их смерть, а ты был всю жизнь без родителей…

Разговор был закончен, потому что начало светать, и проснулись Рон с Драко. Гарри и Гермиона зашли в палатку, чтобы кое-что обсудить с друзьями.

– Да, если школа, значит школа, – сказал Рон, делая глоток чая, – вот только где этот гад мог его спрятать?

– В этом-то и проблема, – вздохнул Гарри, – не понятно, где именно.

– Неужели нас придется облазить всю школу? – воскликнул Рон.

– Как по мне, проблема состоит в другом, – сказал Драко. Все посмотрели на него, – если мы объявимся в Хогсмиде, где каждый день и каждую ночь, патрулируют Пожиратели смерти. К сожалению, Снегг далеко не идиот, и, конечно, же, поймёт, что если в школе появилась, не дай Бог, Полумна, то появились и мы – чьи портрету развешаны по всему Косому и Лютному переулках.

– Я согласен с тобой, – кивнул Гарри, – нужно подумать план, но вот какой?

– Мне кажется, что план тут не поможет, Гарри, – сказала Гермиона, – они ждут нашего прихода, ведь, зная Снегга, он знает, что для тебя важны твои друзья, и Хогвартс – твой дом, значит, рано или поздно ты туда вернёшься.

– И что ты предлагаешь делать? – спросил Гарри. – Раз меня там уже с оркестром будут встречать?

– Раз они будут нас всех ждать, но дадим им возможность побегать за нами, – улыбнулась Гермиона.

– Ты с ума сошла? – воскликнул Рон, – они – взрослые волшебники, а мы, считай для них – дети, нас поймают и убьют.

– Ну, Гарри то точно они не убьют, – сказал Драко, – насколько я понял, он им нужен живой. А вы не подумали о том, что за 4 года хождения в Хогсмид, лучше нас или студентов его не знает никто? – вот это заинтересовало всех. – Пожиратели ожидают найти нас, и мы им, так уж и быть, такую возможность предоставим. Плюс огромен в том, что в Хогсмиде можно трансгрессировать, а значит, мы заранее можем знать, куда конкретно переместиться.

– Да…. В составление планов слизеринцы круче даже нас, – вздохнул Рон, – что дальше?

Было решено выдвигаться немедленно, так как, судя по словам Гарри, Волан-Де-Морт в скором времени будет обыскивать тайники, в которых он спрятал свои крестражи. План Гермионы был слегка безумен, но другого даже Гарри не мог придумать. Вечером этого же дня, Рон и Драко собрали палатку и закинули Гермионе в сумку, Гарри достал мантию-неведимку, и накинул на троих друзей, потому что вчетвером они не поместятся там. Стоило Гарри повернуться, все погрузились во тьму.

Ноги Гермионы коснулись дороги. Она увидела до боли знакомую Главную улицу в Хогсмиде: темные витрины магазинов, черные силуэты гор за деревней, а впереди – поворот дороги, ведущей в Хогвартс. Из окон «Трех метел» пробивался свет. Воздух разорвал вопль, похожий на тот, что издал Волан-де-Морт, когда понял, что чаша похищена. Каждая жилка у Гарри затрепетала. Он мгновенно понял, что вопль этот вызван их появлением. Драко приоткрыл мантию, и затащил туда Гарри, оказалось, что Гермионе удалось слегка расширить её, так что поместились все вчетвером. Гарри переглянулся с друзьями под мантией, и в ту же минуту дверь «Трех метел» распахнулась, выплеснув на улицу с десяток Пожирателей смерти в плащах с капюшонами и с волшебными палочками наготове. Драко поднял палочку. Гарри успел перехватить его руку. Врагов слишком много для Оглушающего заклятия, а попытка сразу выдала бы их. Один из Пожирателей смерти взмахнул палочкой, и вопль прекратился. Лишь эхо продолжало отзываться в дальних горах.

– Акцио, мантия! – проревел Пожиратель. Рон крепко вцепился в ее складки, однако мантия и не пыталась ускользнуть: Манящие чары на нее не действовали. – Что, без покрышки нынче, а, Поттер? – выкрикнул тот, что пробовал чары, и продолжил, обращаясь к своим товарищам: – Вперед! Он где-то здесь.

Шестеро Пожирателей смерти бежали прямо на них: Гарри, Драко, Рон и Гермиона поспешно отступили в ближайший переулок, и преследователи пронеслись в двух шагах от них. Четверо друзей ждали в темноте, прислушиваясь к топоту то приближающихся, то удаляющихся ног, жмурясь от лучей света, пронизывавших переулок, пока Пожиратели смерти обшаривали его лучами волшебных палочек.

– Бежим отсюда! – прошептала Гермиона.

– Трансгрессируем! – прошептал Драко.

– Отличная мысль, – сказал Рон. Не успел Гарри ответить, как раздался возглас одного из Пожирателей смерти:

– Мы знаем, что ты здесь, Поттер, сбежать тебе не удастся! Мы тебя найдем! И твои друзья будут первыми, кого мы лишим жизни! – Гарри собирался достать палочку, но Драко успел ударить его по руке.

– Это провокация, идиот! – шикнул Драко, – они подготовились к нашему приходу. Гермиона ведь предупреждала!

– Скорее всего они установили специальные чары, оповестившие, что мы здесь. – прошептала Гермиона, – я думаю, они позаботились и о том, чтобы мы отсюда не ушли.

– Как насчет дементоров? – спросил другой Пожиратель. – Давайте выпустим их, они мигом отыщут мальчишку!

– Темный Лорд хочет убить мальчишку своими руками…

– Так дементоры его и не убьют! Темному Лорду нужна жизнь Поттера, а не его душа. А убить его будет только легче после поцелуя! – Раздался гул одобрения. Гарри похолодел: чтобы отразить дементоров, нужно вызвать Патронусов, а это выдаст их в туже секунду.

– Надо попытаться трансгрессировать, Гарри! – шепнула Гермиона. Но в ту же минуту Гарри почувствовал стелющийся по улице неестественный холод. Вдруг стало совсем темно, и даже звезды погасли. В сгустившемся мраке Драко почувствовал, как Гермиона ухватилась за его руку.

– Мы не можем использовать Патронусов, – шикнул Драко, увидев, как Рон достает палочку, – они выдадут нас.

– А без них мы душ своих лишимся, – огрызнулся Рон.

– Были бы свободные руки, я бы врезал вам обоим, – шикнул Гарри, – рты закройте!

Вместе они обернулись. Воздух, через который им предстояло лететь, словно загустел. Трансгрессировать было невозможно. Пожиратели смерти хорошо рассчитали свои чары. Холод все сильнее пронизывал Гермиону. Вместе с Роном, Драко и Гарри, она вернулась в переулок, крадясь вдоль стены, стараясь не издать ни звука. И вот из-за угла показались бесшумно скользящие дементоры, не меньше дюжины; их было видно потому, что их чернота была гуще окружающей тьмы. За их спинами развевались черные мантии, виднелись покрытые гнойными струпьями руки. Чуют ли они страх вблизи от себя? Гермиона была уверена, что да: теперь они двигались быстрее, шумно втягивая воздух – как она ненавидела эти звуки! – вынюхивая страх, надвигаясь… Гарри, поднял волшебную палочку: поцелуй дементора его не коснется, что бы там ни было потом! Гарри думал о Роне, Драко и Гермионе, когда шептал:

– Экспекто патронум! – Серебряный олень вырвался из его палочки и взмыл в воздух. Дементоры бросились врассыпную, а откуда-то из мрака раздался торжествующий вопль:

– Это он, вон там, там, я видел его Патронуса, это олень!

– Придурок! – Рон отвесил ему подзатыльник, – твой олень нас выдал.

– Лучше бы было, если бы нас убили? – огрызнулся Гарри.

– Харе орать, – шикнул Драко, – если вы не заткнётесь, нам всем конец!

Дементоры отступили, в небе снова загорелись звезды, а шаги Пожирателей смерти стали громче. Гермиона в панике не знала, на что решиться, как вдруг позади, громыхнул засов, одна из дверей на левой стороне переулка отворилась, и грубый голос сказал:

– Поттер, сюда, скорее! – Гарри, на удивление, без колебаний повиновался. Вчетвером они протиснулись в приоткрытую дверь. – Идите наверх, мантию не снимать, тихо! – проговорил высокий человек, проходя мимо них на улицу и захлопывая за собой дверь.

Ребята не сразу сообразили, куда они попали, но сейчас, в тусклом свете единственной свечи, разглядели неопрятный, засыпанный опилками зал в «Кабаньей голове». Ребята бросились за стойку, ко второй двери, за которой вела наверх, скрипучая деревянная лестница. Со всех ног взбежав по ней, они оказались в гостиной с потертым ковром и камином, над которым висела большая картина маслом – портрет светловолосой девочки, глядевшей в пространство рассеянными ласковыми глазами.

– Я уже где-то видела этот портрет… – прошептала Гермиона.

Снизу, с улицы, послышались громкие голоса. Не снимая, мантии-невидимки, они подползли к запыленному окну и поглядели вниз. Их спаситель, в котором Гарри узнал теперь владельца «Кабаньей головы», был единственной фигурой без капюшона.

– И что? – выкрикивал он в одно из закрытых капюшонами лиц. – И что? Вы посылаете дементоров в мой переулок. Я и еще раз Патронуса на них напущу! Я не потерплю их рядом с собой, слышите? Не потерплю!

– Это был не твой Патронус! – ответил Пожиратель смерти. – Это был олень – Патронус Поттера!

– Олень! – проревел трактирщик, доставая волшебную палочку. – Олень, как же, кретин ты этакий. Экспекто патронум! – Из палочки вырвалось что-то огромное и рогатое, сломя голову пронеслось по направлению к Главной улице и скрылось из виду.

– Нет, тот был другой… – проговорил Пожиратель смерти неуверенно.

– Кто-то нарушил комендантский час, ты ведь слышал, какой поднялся вой, – сказал один из его товарищей, обращаясь к трактирщику. – Кто-то вышел на улицу, несмотря на запрет…

– Если мне нужно выпустить на улицу кошку, я ее выпущу, и плевать мне на ваш комендантский час.

– Так это ты запустил Воющие чары?..

– А если и я? Вы отправите меня в Азкабан? Казните за то, что я высунул нос из-за собственной двери? Давайте, приступайте, раз вам так неймется. Я только надеюсь ради вашего же блага, что вы еще не похватались за свои Черные Метки и не вызвали его. Ему не понравится, что его гоняют тудасюда ради меня и моей старой кошки, а, как вы думаете?

– За нас не беспокойся! – сказал один из Пожирателей смерти. – Побеспокойся лучше о себе, нарушитель комендантского часа!

– И где же вы станете сбывать свои зелья и отравы, если мой трактир закроется? Что станется с вашим приработком?

– Ты нам угрожаешь?

– Я держу язык за зубами, поэтому вы сюда и приходите, правда?

– А все-таки я видел Патронуса оленя! – громко заявил первый Пожиратель смерти.

– Оленя? – просипел трактирщик. – Это козел, кретин!

– Ладно, мы обознались, – сказал второй Пожиратель смерти. – Попробуй только еще раз нарушить комендантский час – уж тогда ты так легко не отделаешься! – И Пожиратели смерти зашагали обратно к Главной улице.

Гермиона даже застонала от облегчения, выбралась из-под мантии и села на колченогий стул. Гарри поплотнее задернул занавески и сбросил мантию с себя, Драко и Рона. Они слышали, как трактирщик внизу задвигает засов, потом ступеньки заскрипели под его шагами. Гарри вдруг бросился в глаза предмет на каминной полке: маленькое прямоугольное зеркало, стоявшее прямо под портретом девочки. Трактирщик вошел в комнату.

– Идиоты безмозглые! – сказал он сердито, переводя взгляд с одного на другого. – Зачем вас сюда принесло?

– Спасибо, – ответил Гарри. – Нет слов, чтобы выразить нашу благодарность. Вы спасли нам жизнь. – Трактирщик фыркнул. Гарри подошел к нему, глядя прямо в лицо и стараясь мысленно отвлечься от длинных спутанных седых волос и бороды. Очки. Глаза за помутневшими линзами светились пронзительной, яркой синевой.

– Это ваш глаз я видел в зеркале. – В комнате стало тихо. Гарри и трактирщик глядели друг на друга. – Вы послали Добби. Трактирщик кивнул и поискал глазами эльфа.

– Я думал, он с вами. Где вы его оставили?

– Он погиб, – сказал Драко. – Беллатриса Лестрейндж убила его.

– Как жаль, он был неплохой эльф, – сказал трактирщик.

– Это так, но… – Гермиона покосилась на портрет девушки. – Эта девушка, могу поклясться, что я где-то её уже видела.

– Это Ариана, – спокойно ответил мужчина.

«Герми, он тебе Дамблдора не напоминает?» – подумал Гарри. Гермиона услышала его мысли.

– Вы – Аберфорт, – произнесла Гермиона ему в спину. Трактирщик не ответил. Нагнувшись, он зажигал огонь в камине.

– Откуда это у вас? – спросил Гарри, подходя к зеркалу Сириуса, двойнику того, что он разбил два года назад.

– Купил у Наземникуса с год назад, – ответил Аберфорт. – Альбус объяснил мне, что это такое. Я старался приглядывать за вами.

– Альбус? Так вы, знаете Дамблдора? – воскликнул Рон. Драко подошёл ближе к Гарри, который стоял недалеко от Аберфорта, когда тот повернулся, Драко не мог своим глазам поверить.

– Вы его точная копия… – сказал Драко, – вы очень на Дамблдора похожи.

– Как я могу быть непохож на родного брата?

Через 5 минут, под давлением студентов, Аберфорт рассказал всё, что знал о Дамблдоре, о Дарах Смерти и даже сказал, почему Гермиона узнала портрет Арианы. Этот портрет висел в Выручай-комнате, потому что Дамблдор перенёс его туда, таким образом, трактир Аберфорта связан со школой тесной связью. То, что ребята узнали о Дамблдоре, перевернуло их мнение с ног на голову. Им удалось выяснить, каким образом Гиллерт Грин-де-Вальд связан с Дамблдором и его семьей. Оказывается, в далеком прошлом, Грин-де-Вальд стал причиной гибели младшей сестры двух Дамблдоров – Арианы, именно после этого, директор не появлялся в отцовском доме, и не мог смотреть брату в глаза. Гермиона чувствовала, что Аберфорт будто вжимается в пол, когда упоминает сестру, и даже мысленно попыталась его успокоить.

– Мне так… так жаль, – прошептала Гермиона.

– Ее не стало, – прохрипел Аберфорт. – Навсегда. – Он утер нос рукавом и откашлялся. – Конечно, Грин-де-Вальд поспешил смыться. За ним уже тянулся кое-какой след из его родных мест, и он не хотел, чтобы на него повесили еще Ариану. А Альбус получил свободу, так ведь? Свободу от сестры, висевшей камнем у него на шее, свободу стать величайшим волшебником во всем…

– Он никогда уже не получил свободы, – сказал Гарри.

– Как ты сказал? – переспросил Аберфорт.

– Никогда, – продолжал Гарри. – В ту ночь, когда ваш брат погиб, он выпил зелье, лишающее разума. И стал стонать, споря с кем-то, кого не было рядом. Не тронь их, прошу тебя…. Ударь лучше в меня. – Драко, Рон и Гермиона глядели на Гарри во все глаза. Он никогда не вдавался в подробности того, что произошло на острове посреди озера. Случившееся с ним и Дамблдором по возвращении в Хогвартс полностью затмило все предшествовавшие события. – Ему казалось, что он снова там с вами и Грин-де-Вальдом, я знаю. – Гарри вновь слышал мольбы и рыдания Дамблдора. – Ему казалось, что перед ним Грин-де-Вальд, разящий вас и Ариану. Это было для него пыткой. Если бы вы видели его тогда, вы не говорили бы, что он освободился. – Аберфорт сосредоточенно рассматривал свои узловатые руки с набухшими венами. После долгой паузы он произнес: