сообщить о нарушении
Текущая страница: 45 (всего у книги 129 страниц)
— Не спрашивай… — накидывая линии и штрихи на бумагу, прошептала Ульяна мрачно, будто кот о чем-то её спрашивал. — «Со мной ты словишь передоз, а без меня умрешь от ломки». Попсовенько звучит, да? А точнее и не выразиться.
Судя по включившемуся моторчику, кота такой расклад вполне устраивал.
Вспомнила про Юльку, схватилась за телефон.
22:01 Кому: Юлёк: Спасибо! Спасла меня!
22:02 От кого: Юлёк: Ну, надеюсь, время ты провела хорошо. Хорошо же?
«Слишком…»
22:02 Кому: Юлёк: Ох, Юль… Просто отлично!
22:02 От кого: Юлёк: Даже так?
Рука продолжала механически, не чувствуя сомнений ни в одном движении, прорабатывать рисунок.
«…Нет, обойдемся без расстегнутой рубашки и намеков на тату на ребрах, пусть футболка, вообще пусть лучше рубашку застегнём, а то ведь понесет мыслями куда-нибудь в далекую даль… …Шрамик скроем под воротом: он же под левой ключицей, а если там ворот, то видно его быть не должно, как и веснушек... …Вихры самую малость пригладим. …Взгляд, которым нас тогда окатили, нужно попытаться передать – постараемся… А на подушке в спальне у него книжка какая-то, название незнакомое…»
Постеснялась посмотреть. И вообще постеснялась рассмотреть комнату повнимательнее. Понимание, что он там спит, перышком щекотало нервишки.
Вспомнила про товарища по «несчастью». Интересно, как он там со своими внезапными жизненными открытиями? Башкой еще не поехал? А то она вот уже.
23:30 Кому: Том: Привет! Как там твой человек в голове поживает?
23:41 От кого: Том: Привет. Засел и обустроился. А твой как? Удалось протрезветь?
23:42 Кому: Том: Нет, я в беспробудном запое. Минута молчания по здравому смыслу превратилась в 100500 минут.
23:45 От кого: Том: =))) Знакомо. В субботу я в Москве, вечером можно повидаться. Что скажешь?
…Нет, тот взгляд не выходит, выходит другой – тот, что она видела на парковке у Академической, когда спросила о родителях. До сих пор стоит перед глазами. Она никогда, никогда больше его не оставит, как бы её ни крутило, как бы ни полоскало. Никогда не откажется. Ну какого же черта?.. Как же так?..
Что скажет Ульяна?
00:15 Кому: Том: Я согласна.
Комментарий к XVI. Станция «Конечная»
Дорогие мои, тут буквально пару дней назад выяснилось – к моему ужасу! – что предыдущую главу читатели с обычным аккаунтом с мобильных телефонов видели курсивом... с прижатым к правому краю текстом. В Safari, Chrome и других браузерах. У меня улучшенный – все выглядело идеально.
Боги!
1) Я в огромной печали, кривыми путями добилась приемлемого вида главы и написала в поддержку (но ждать от них ответа можно долго, неизвестно, когда они пофиксят и пофиксят ли вообще)
2) Это не диверсия против вашего зрения. Мне очень, очень жаль, что вам пришлось столкнуться с этим кошмаром. Читатели сообщили, что, оказывается, еще и «Am-Dm-E» так выглядит, остальные 13 выложенных глав в порядке. Я же хочу, чтобы тут вы получали удовольствие, а не мучились. Абсолютно все главы оформлялись, оформляются и будут оформляться привычным шрифтом. Прижатый к правому краю курсив сверху донизу – это баг =((
3) Если вы видите этот баг прямо сейчас, пожалуйста, дайте, прошу, знать: https://t.me/drugogomira_public/128
4) Эксперименты десятка людей показали, что если у вас обычный аккаунт, глава будет выглядеть правильно (как задумано автором) на компе/ноутбуке и планшете.
5) Спасибо, что со мной и с ребятами, несмотря на такие неприятные сюрпризы от платформы.
_____________
Музыка главы:
Валентин Стрыкало - Фанк
https://music.youtube.com/watch?v=nsfAj5wDBA0&feature=share
Unlike Pluto – Everything Black
https://music.youtube.com/watch?v=tZKe908QmIg&feature=share
========== XVII. Выход в окно – это не выход ==========
16:40 От кого: Юлёк: Ильина!!! Какого хера??? Ты хоть предупреждай в следующий раз, что тусишь со мной!!! На ходу врать в глаза я не умею!!!
«Блин! Час прошел!»
17:41 Кому: Юлёк: Юлька, прости, пожалуйста!!! Что ты ей сказала???
17:42 От кого: Юлёк [аудиосообщение]: Нет, ты, будь добра, сначала меня послушай! Ильина, я просто охренела, когда она подошла ко мне в магазе и спросила: «Юля, а где Уля? Вы разве не на выставке должны быть?»! Я смотрела на неё, вылупив зенки, как идиотка! Я и чувствовала себя идиоткой! И судорожно придумывала, почему это я в последний момент соскочила! Откуда там? С выставки? С какой хоть выставки-то? Куда там мы с тобой собирались? Просвети! Я вообще не удивлюсь, если она не поверила ни одному моему слову! Но знаешь что? Виновата в этом в случае чего будешь ты! Не я!
17:43 От кого: Юлёк [аудиосообщение]: А что я ей сказала, я тебе отвечу только после того, как ты скажешь мне, с кем ты там шатаешься, пока я твою задницу прикрываю! Ясно?! Один раз – ладно, ну, даже сто один раз, тысячу один! Я тебя прикрою! Но Ильина, поимей совесть, мне бы хоть понимать ситуацию! В одни ворота я играть не собираюсь! Мы с тобой подруги или как? По ходу, уже никак! И не ври! На уровне два плюс два я складывать умею! А еще у меня глаза есть, представь себе! И знаю я тебя двадцать лет, Ильина! Понятно тебе?!
Яростное шипение Новицкой говорило само за себя. От загривка вниз по позвонкам пробежал мороз, ушатом кипятка окатило, а сразу после будто в прорубь бросили. Таких интонаций в голосе подруги, такой ярости Уле еще слышать не доводилось, всё было очевидно: она действительно обидела Юлю глухим молчанием, нежеланием поговорить. Обидела… Но… Как делиться наболевшим с той, кто хоть и сказал, что «рад» налаживающемуся общению, но предупреждений при этом на голову высыпал… пару КАМАЗов? Прямо как мать, только выражения выбирает помягче. Выбирала…
А результат-то закономерный и винить в происходящем нужно лишь себя. Раз промолчала – Юлька проглотила, два промолчала – Юлька проглотила. Десять раз промолчала – …
17:45 Кому: Юлёк: Я с Егором, учусь водить мотик. А потом у меня встреча с Томом. Прости, Юль! Последнее время каша в голове.
17:45 От кого: Юлёк: Заметно!
17:46 От кого: Юлёк: Я сказала ей, что у меня прорвало стояк и что пришлось оставаться дома и вызывать сантехника. Успехов в учёбе. Пламенный привет Тому.
Ну всё, дело труба. «Нормальная» Юля засы́пала бы её сейчас вопросами, ведь про вождение она впервые услышала вот только что, да и про встречу с Томом тоже. Но это «нормальная» Юля. А Юля, задетая до глубины души, демонстрирует, что раз заслужила к себе такое пренебрежительное отношение, то больше не задаст ни одного… Нет, не простит её Юлька. В ближайшие лет сто точно. Сама виновата. Не тот это оказался случай, когда молчание – золото. Не тот.
Ульяна покосилась на Егора, который, заключив, что она взяла короткую паузу, решил проверить возможности байка на полигоне, куда более для приспособленном для покатушек, чем пустырь на окраине их района. Сегодня они выехали в Тушино, и здесь действительно нашлось где разгуляться: пространство, природа, воздух, река Сходня и вообще – свобода! Глаза неотрывно следили за тем, как, оседлав «Ямаху», сосед вдарил по газам: уже спустя пару секунд стало понятно, что скорость из байка выжата максимальная, еще через несколько мгновений мотоцикл достиг искусственной горки, установленной здесь ну точно для таких вот идиотских фокусов, взлетел в воздух и, пролетев чёрт знает сколько, встал на заднее, а затем и переднее колёса. Твою ж...
«Твою мать!!!»
Кажется, какое-то время её сердце не билось, потому что следующий удар Ульяна ощутила особенно остро – наверное, так чувствуют себя люди, которых возвращают к жизни разрядом тока из дефибриллятора. Какого хрена?!
«… … … … … …
Так… Юлька…»
Новицкая задета и справедливо обижена, Чернов до инфаркта решил довести, руки трясутся, внутри взрывается тротил и совладать с клавиатурой нет никаких шансов.
17:49 Кому: Юлёк [аудиосообщение]: Ю-ю-юль… Ну, прости меня… Я не знаю, что еще сказать, — дрожащим голосом зашептала Уля, неотрывно следя взглядом за приближающейся «Ямахой». — Я с тобой согласна – веду себя, как последняя чмошница. Давай поговорим.
17:49 От кого: Юлёк: С мужиками своими разговаривай. Явно поважнее будут.
«Боже… Ты ведь не поймешь… Я не смогу объяснить тебе так, чтобы ты меня поняла…»
17:49 Кому: Юлёк [аудиосообщение]: Разговаривать сейчас у меня только с Коржиком выходит…
«Он молчит…»
17:49 От кого: Юлёк: Ильина, знаешь что? Катись ты на хер с такими заявлениями!
Приплыли, всё. Двадцать лет общения, но до «на хер» у них еще не доходило. Неужели это конец? Не может быть… И что ей теперь делать? Дать Юле время остыть?
Меж тем Егор благополучно вернулся на точку, поднял визор и будничным тоном поинтересовался:
— Попробуешь?
И без того тошно – внезапная и болезненная ссора с Новицкой в считанные мгновения выбила почву из-под ног, а тут еще и этот! Они все сегодня решили её довести?
— Егор, ты чё творишь?! Жить надоело?! — накинулась Ульяна на соседа. Если бы маленькой была, поколотила бы кулачками, а так только и оставалось, что пялиться на него глазами навыкате, гневно раздувать ноздри, вспоминать про себя трехэтажный матерный, чувствовать, как сердце проламывает стенки, проклинать его любовь к экстриму и… Похоже, начинать вспоминать молитвы. Уже пора.
— Малая, очень мило, что ты волнуешься, но опыт в мотокроссе у меня неплохой, так что истерику прекращай, — стягивая шлем, беззаботно усмехнулся Егор. — Этот байк, конечно, для полётов не приспособлен, тяжеловат. Но должен же я был проверить.
«Иди в пень, ясно тебе?!»
На этот мысленный посыл он лишь хмыкнул и, поджав губы, головой помотал, показывая, что по данному адресу отправляться не намерен. Как и по всем другим адресам, точные координаты которых прямо сейчас светились на её лбу. Ему и тут хорошо, мол.
— Ладно, больше не буду. По крайней мере, при тебе. Буду ползать раненой улиточкой. Только лицо попроще сделай, — задористо подмигнул он ей.
Вот зачем он так подмигивает? Он вообще отдает себе хоть малейший отчёт, что с ней делает?! Кипяток, лаву, наркоту по венам пускает! Напустив на себя самый безгрешный вид! А ведь только что прибить его хотелось... А теперь...
«“Лицо попроще”… Боже, как вынести?.. Дай мне сил...»
Закатив глаза к розовеющему небу, безоблачному и ко всему равнодушному, Уля рвано вздохнула:
— Кажется, на сегодня впечатлений мне хватит. Как отсюда добраться до метро?
— Всего-то километров пять-шесть, — склонив голову к груди, уставился на неё Егор исподлобья. В голосе слышалось неподдельное удивление. — Держи курс на горизонт. На закатное солнышко.
— Очень смешно…
Ей не смешно. Ей вообще не смешно, когда он так пристально смотрит. Душа плавится, как от огня плавится воск. И всё, о чём в эти моменты способна думать её голова, – это... Ни о чем. Ни. О. Чем. Заставлять себя спокойно стоять на месте, не сделать шаг вперед – то еще испытание. Точно не для её нервной системы.
Егор вскинул подбородок, недоуменно поднял брови и усмехнулся:
— Не, малая, ты серьезно? Довезу я тебя до метро, без проблем. Куда намылилась на ночь глядя?
— Да так… — спрятала она глаза. Невозможно выдержать! Вата в голове! Эта пытка уже вечность длится! — У меня встреча с одним товарищем. Надо еще где-то переодеться успеть, не ехать же в таком виде…
Сосед окинул её оценивающим взглядом и снова хмыкнул. Вот что он постоянно ухмыляется? Она кажется ему смешной? Ну да, так и есть... Маленькой смешной девочкой…
— Вид очень даже, в таком к твоему товарищу на встречи точно ещё не являлись. Что за товарищ, кстати? — прищурился Егор.
Знает она этот лёгкий прищур: он означает, что в чьей-то вихрастой голове запускается режим «Сбор и запись информации для возможного последующего анализа». Когда она ему на задир всяких жаловалась, он ровно с тем же выражением лица слушал. А потом задиры как по волшебству меняли мировоззрение.
— Из интернета, — нехотя призналась Уля. Казалось бы, а что такого? В современном мире знакомиться и общаться онлайн – обычное дело, все так делают. А некоторые вообще давно перестали признавать другие способы знакомств. Но именно с Егором обсуждать каких-то мужиков не хотелось. Если бы не необходимость попасть к метро, фиг бы она ему про Тома что рассказала!
— Tinder?.. — с каким-то то ли недоверием, то ли брезгливостью, то ли разочарованием уточнил он. Брови снова поползли – туда, откуда их никогда не видно, – на лоб.
Ульяна вспыхнула. Какой еще к чертям собачьим Tinder? Он за кого её держит? Хотя… Если такими темпами продолжать, совсем скоро и до Tinder дойдет. Будет ходить на свиданки с кем попало! Каждый грёбаный вечер! И выбивать из головы некоторых там. Язв.
— Кружок по интересам, — пробормотала она, чувствуя, как щеки заливает предательский румянец. — Давно общаемся…
— А. Ясно. Меня обычно на полдня хватает, а потом всё, до свидули. Одно и то же… Скука, — задумчиво протянул Егор. Нахмурился и опасливо покосился на неё. — Надеюсь, вы не в пустынном парке встречаетесь?
«До свидули», — болезненно поморщившись, мысленно передразнила его Ульяна. Строчки «Фанка» сами полезли в голову: «Это было вчера, а теперь дверь вон там, до свидания…»
— Нет, в центре… — ответила она рассеянно. Где они с Томом встречаются, кстати? Рядом с Егором из черепной коробки всё напрочь вылетает. Уля, честно говоря, до сих пор не понимает, как нюансы управления байком умудрились отложиться в голове? Там же перекати-поле катится, когда он так близко.
— Могу подбросить, мне тоже в город, в пару мест надо заскочить. А вообще, давай-ка ты…
Раздавшаяся телефонная трель не дала ему закончить начатую мысль. Чертыхнувшись, Егор полез в карман, изъял смартфон, уставился на экран, извинился и, ответив коротким: «Да», отошел в сторону. Уля, проводив его долгим взглядом, выдохнула, достала свой и проверила переписки. Глухо. Юлька молчала, как партизан. Всё плохо. Нет, «плохо» – неправильное слово. Это – катастрофа.
Судя по тому, что сосед вернулся мрачнее грозовой тучи, в его жизни тоже что-то резко разладилось.
— Баб Нюра загремела в больницу, — напряженно сообщил он. — До метро я тебя довезу, а потом, видимо, туда. Когда там у нас часы посещений?
— С шести до семи? — предположила Ульяна озадаченно. Черт знает, на самом деле, но вроде так. — Ты, наверное, уже не успеваешь… Что-то серьезное?
— Я, если честно, не понял, связь барахлит. Ладно, посмотрим. Поехали.
Как же быстро способно меняться настроение. Только-только улыбался и подтрунивал, и вот уже, считай, лица нет. А про неё и говорить нечего: если попробовать перечислить состояния, через которых она сегодня благодаря ему прошла, пальцы на руках закончатся. От эйфории до желания уничтожить за испытанный страх, от подъема сил до паралича. Потеющие ладошки, учащенное сердцебиение, горящие щеки, дрожь в коленках. Добавь к этому потерю аппетита и головы, добавь неоправданно сильное беспокойство, и... Похоже на болезнь. Возможно – неизлечимую.
— Да… — глубоко вздохнув, согласилась Ульяна. — Поехали…
***
Очередь в этих местечковых супермаркетах под вечер собирается – на ползала. И, как специально, работает единственная касса. Уже половину пути до заветного выхода из магазина преодолел, но, как назло, впереди какая-то бабуля, а лента с горкой завалена пакетиками с картошкой, морковкой и луком. В общем, всё колом встало. Народ вокруг начал роптать, требуя позвать еще одного кассира.
Егор чувствовал, как и сам заводится. Перед тем, как разъехаться каждый по своим адресам, они с малой притормозили у кафешки, куда заглядывали за кофе перед полигоном. Ульяна все же решила, что рассекать по Москве в мотокомбезе не комильфо и что на эту свою не терпящую отлагательств встречу она должна явиться в более презентабельном виде. Стесняшка, блин! А он решил не терять времени в ожидании и направился в ближайший магазин за сигаретами и чем-нибудь съестным для баб Нюры. И встрял. Честно говоря, сейчас желание Егор испытывал лишь одно: бросить чертову корзинку с апельсинами и водой посреди зала и выместись на улицу. Но упрямо выстаивал, вдыхая и выдыхая на четыре счета и то и дело сбиваясь, потому что мысли уводило в сторону.
В основном, в сторону баб Нюры – последние лет десять человека глубоко одинокого и потому не рассчитывающего ни на кого. Только на «мальчика» из соседнего подъезда, с которым она знакома еще со времён переезда его семьи в Москву и который периодически навещает старушку в попытке немного скрасить её одинаковые тоскливые будни. Попав в больницу, она позвонила ему, потому что… Ну, потому что больше некому.
