Текст книги "Защитники Шаннары (ЛП)"

Автор книги: Терри Брукс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 67 страниц)

6

КОГДА РЕЙН СНОВА ОЧНУЛСЯ, БЫЛО УТРО. ЯРКИЙ СВЕТ лился через прореху между занавесками в его комнате, хотя свет был больше серым и смутным нежели чем солнечным. Он лежал в своей кровати в мансардной комнате в задней части таверны, прислушиваясь к голосам, идущим снизу. Он немедленно вспомнил, что случилось, и провёл несколько дополнительных мгновений проверяя себя, выискивая травмы.

Их не было.

Не на нём, по крайней мере. Но двое Фортранов подверглись такого рода травмам, от которых ты не восстанавливаешься. И он был причиной. Рейн закрыл свои глаза под внезапным напором образов, заполонивших передней план его разума: Борри, разорванный на части из костей и кусков мяса; Янсель, лишённый рук и истекающий кровью; его эллрину, её изломанные остатки, разбросанные по земле; его самого, выпавшего из мира, проваливающегося в бездну небытия, всё причинённое им и оставленное в прошлом.

Он закрыл свои глаза. Значит, это случилось снова, как он и боялся в те последние разы, когда сталкивался с братьями. Как это случалось все те предыдущие разы. Его спровоцировали, он лишился выдержки и самообладания, поддался своим эмоциям и выместил это с помощью своего смертоносного голоса. В мгновение ока он всё испортил.

Противоборствующие вопросы возникали порывом. Почему он не смог предотвратить это? Почему не нашёл способ остановить? Если он мог управлять модуляцией своего пения, почему не смог сделать то же самое во время крика? Светлая и тёмная сторона его голоса – разве он не должен управлять обоими, а не одной?

Он протянулся к стакану воды у кровати и выпил его. Он чувствовал себя опустошённым. Двое убитых; ещё двое призраков, которые будут преследовать его вечно. Не имело значения, что они презирали его и что он ничего хорошего к ним не чувствовал. Не важно, что они спровоцировали его таким образом, который эффективно лишил его любого другого выбора, если он собирался остаться в живых. Для призраков ничего не являлось настолько важным кроме как продолжать преследовать его, пока те не найдут покой, а для Борри и Янселя Фортранов нельзя было найти никакого покоя.

Ни для кого из них.

Ему нельзя оставаться в Портлоу. Ему придётся сейчас же уходить. Фортраны были здесь повсюду, и они будут охотиться на него. И даже если нет, городские придут в ужас от того, что он сделал. Не важно, как сильно они любили его музыку или восхищались пением. То что он совершил, расправившись с двумя людьми в подобной манере – пусть даже они и не будут знать, как точно он это сделал – будет за пределами их понимания. По правде, это было и за пределами его собственного. Он не мог объяснить это никоим образом лучше чем они. Он едва мог принимать это как часть того, кем и чем он является.

Он встал и одевался, когда Гаммон вошёл через дверь. Он мгновенно увидел настороженность в глазах того и ощутил стыд.

– Сейчас лучше? – Спросил владелец таверны, закрыв за собой дверь. – Кажется, ты не ранен.

Он покачал головой. – Нет, меня не ранили. Я прикончил их прежде, чем они смогли что-то сделать.

– Самозащита, значит. Нашёл нож Борри. Все его знают. Поэтому никаких сомнений на счёт того, что случилось. Но нож был весь разбит на части. Как ты это сделал?

– Камнем.

– Ты воспользовался камнем на нём и его брате? Выглядят так, будто их пропустили через измельчитель.

– Так и было. Образно говоря. Слушай, Гаммон, я не буду говорить об этом. Просто не буду. Знаю, что мне нужно уехать, и мне жаль, что так случилось. Я не любил этих двоих, но я не хотел, чтобы до этого дошло. Мне здесь нравилось. Мне нравилось петь в таверне. Хотелось бы, чтобы всё можно было вернуть. – Рейн вздохнул. – Ты был добр ко мне, и я ценю это.

Гаммон подошёл к нему. – Слушай, Рейн, это твои дела. Даже с этим. На тебя напали, а ты защищал себя. Они разбили твой инструмент, пытались лишить тебя жизни. Все это понимают. Никто не любит Фортранов, поэтому потеря Борри и Янселя не вызовет большого переполоха. – Он помолчал. – Но дело в том, как это было сделано, понимаешь же? Если бы ты мог хотя бы как-то … объяснить это немного …

Мальчик улыбнулся. “Не могу это сделать. Я едва могу объяснить это самому себе, а попытки объяснить это кому-либо ещё не помогут. Мне нужно уходить. Так лучше для всех. Остальные Фортраны придут за мной. Это данность. Если меня здесь не будет, то больше не повторится произошедшего прошлой ночью. А это случится, Гаммон, если я останусь и попытаюсь объясниться.

Владелец таверны кивнул, на его лице было смиренное выражение. – Ты принял решение, как погляжу. Но возможно уйти будет не так просто. Фортраны уже присматривают за дорогами. Они знают, что ты собрался делать, и попытаются остановить тебя. Поэтому не делай им одолжений. Останься ещё ненадолго. Дай пройти некоторому времени. Можешь оставаться в этой комнате. Некоторым из нас ты нравишься достаточно, что мы решили приглядеть за тобой, пока не найдём способ тайком вывести тебя. Что скажешь?

Рейн закончил одеваться, затем собрал свою оставшуюся одежду и сложил её в походный мешок. – Скажу, что ты хороший друг, и я обрёл дом в Портлоу, который мне не хочется покидать. Но я не рискну тобой и другими, кого ты убедил помочь тебе. Я захвачу что-нибудь съестное и отправлюсь своей дорогой. Пойдём же, расскажи, кто обнаружил меня прошлой ночью. Это был ты?

– Старый толстый пёс. Он услышал вой за дверью и распахнул её как раз вовремя, чтобы обнаружить Фортранов – или то что от них осталось – на земле и тебя, стоявшего и глядевшего в пространство, будто ты лишился разума. Он не смог заставить тебе говорить или как-либо ответить, поэтому занёс внутрь и поднял в твою комнату, оставив тебя здесь. Я пришёл позже и проверил тебя на травмы. С тобой было всё в порядке, но ты продолжал пялиться в пустоту. Поэтому я укрыл тебя и оставил. Думаю, в какой-то момент ты вернулся и заснул.

Мальчик пожал плечами. – Не знаю. Я ничего из этого не помню. Я сражался, чтобы остаться в живых, а затем я проснулся в своей постели. Всё между тогда и сейчас – чёрная дыра в моей памяти. Можем спуститься и что-нибудь съесть? Я хочу уйти прямо сейчас.

Они покинули комнату и спустились по лестнице вместе. Ступени окончились у заднего входа, и они свернули на кухню через вторую дверь, которая миновала большой зал. Там не было бы много посетителей в такой час, но даже одного было бы достаточно, чтобы вызвать тревогу. Гаммон направил его к столу повара и отправился наложить ему немного вчерашнего рагу из говядины, которое медленно кипело в котле над пламенем очага с низким жаром.

– Тебе правда стоит переждать денёк, – сказал он, но Рейн не ответил. Он заканчивал с остатками своего рагу, когда послышался стук в дверь кухни, ведущей в большой зал. Он выжидательно поднял взгляд. Он не мог вспомнить последний раз, когда кто-то стучался в эту дверь. В основном ею пользовался персонал, а для них не было причин стучать.

Гаммон подошёл и открыл дверь. Незнакомец в чёрном плаще из прошлой ночи стоял там.

Его глаза упали на мальчика. – Не будешь ли против уделить мне несколько мгновений своего времени? – Когда Рейн засомневался, он добавил: – Я могу посидеть с тобой прямо тут. Тебе не придётся перемещаться. Лишь несколько мгновений.

Рейн хотел сказать нет. В действительности, он был полностью готов сказать нет, но что-то остановило его. Может это из-за того, как странник глядел на него, или может быть просто из-за своего любопытства. Незнакомец знал, что он обладает магией. Мог ли он вероятно научить Рейна большему на этот счёт, как управляться с ней, чтобы ему не приходилось жить в страхе утраты контроля? Он кивнул и поманил того к себе.

Странник занял стул напротив него. “Ты определённо полон сюрпризов. Все только и говорят о тебе.

– Что ты хочешь? – Спросил Рейн, стремясь побыстрее разобраться с этим.

– Собираешься уходить?

Как он про это узнал? Рейн пожал плечами. – Звучит как хорошая мысль.

– Мне бы хотелось, чтобы ты остался на пару дней. У меня есть дела, которые требует моего непосредственного внимания, но я не хочу потерять тебя из виду. Я смогу вернуться достаточно быстро, когда закончу с этим.

– Не думаю, что у меня есть два дня. Сомневаюсь, что у меня есть и два часа.

– Фортраны?

– Кажется, ты неплохо осведомлён о моей ситуации.

– Я хорошо осведомлён на счёт многих вещей, включая твоё пение.

Рейн помедлил. – Знаешь, на что я способен?

– Я не только знаю на что, но и почему. Я говорил правду прошлой ночью. У твоего таланта есть история, и я всё могу тебе об этом рассказать. Я могу дать тебе лучшее понимание того, что это означает, и возможно снабдить способом этим управлять.

– Но не сейчас?

– Мои дела поджимают, а необходимость разобраться с ними неотложна. Я должен отправляться сейчас же. Но я вернусь, и тогда мы сможем поговорить. Подробно, если захочешь.

– Тогда, может, ты можешь рассказать, как тебя найти?

– Или не могу. Ты собираешься исчезнуть где-либо, где Фортраны и их род никогда тебя не найдут. Возможно, в одном из городов Южной Земли? Что ж, мне тоже необходимо скрываться. Поэтому мне нужно, чтобы ты дождался меня прямо здесь.

Он замолчал, его острые черты приняли хитрый вид. – Что если я дам тебе гарантию, что Фортраны оставят тебя в покое, пока я не вернусь? Что если я могу убедиться, что они не попытаются навредить тебе? Или вообще не заявятся в деревню?

Рейн одарил его сомнительным взглядом. – Думаю, ты предлагаешь больше, чем способен дать. Фортраны не из тех, кто прислушивается к разумным доводам.

Странник поднялся. – Я поговорю с ними немедля. Я обеспечу время. Тебе не нужно будет беспокоиться. Ожидай меня два дня. Ты будешь рад, что дождался. Я сделаю так, чтобы это стоило твоего времени во многих отношениях.

И вот так, не дожидаясь дальнейшего ответа от юноши, или даже не обратив на него ещё одного взгляда, он встал со своего стула и ушёл.

Арканнен быстро покинул Кабанью Голову, пребывая в нетерпении закончить дела в Портлоу, чтобы отправиться на встречу в Стёрне. Он уже наперёд размышлял о том, что будет делать, когда доберётся туда, его планы принимали форму, пока он перебирал свои варианты. Но сейчас необходимо внести некоторые корректировки. Мальчик заинтересовался достаточно обещанием Арканнена раскрыть больше о природе его магии, чтобы оставаться на месте в течение двух дней. Хотя по возращении назад, Арканнен знал, ему потребуется больше чем несколько обещаний, чтобы привлечь того на свою сторону.

Ему потребуется что-то, чего нет у мальчика, но что тот захочет, даже если не будет знать, что это такое.

К счастью, таланты колдуна позволяли ему предугадывать нужды и желания других. Он смог сделать это сейчас, и теперь ему необходимо было только дать то, что требуется. Проблемы, которые это создаст, в конце концов окупятся. В десять раз окупятся, если он сможет сделать мальчика своим союзником.

Но сперва нужно разобраться с Фортранами.

Он вызнал немного их семейной истории, поговорив с горожанами в тактичной и на первый взгляд неформальной манере, чтобы не вызвать подозрений. На их счёт не было ничего сложного. Их главой являлся Коста Фортран, человек, который вроде как никому не нравился, и которого все боялись. Он был тем, кто мог управлять остальными, а остальных было множество, если учесть всех дальних родственников и прихлебателей. Много больше сотни.

Но Арканнен сталкивался с подобными ситуациями прежде, и не растерялся, решая, что нужно сделать.

Он забрал свой спринт оттуда, где оставил его в укрытии в окружающих лесах – модифицированное двухместное судно, обтекаемое и быстрое. Это являлось всем, что осталось от его некогда могучего флота воздушных кораблей, но сейчас он также лишился и практически всего остального. Его неудавшаяся попытка развратить отпрысков Ли и покончить с Афенглу Элесседил стоила ему всего, и он всё ещё пытался выяснить, как вернуть всё назад. Ирония, конечно же, была в том, что если бы он просто подождал пять лет, эта женщина всё равно бы умерла. Разбираться с Изатурином в качестве Ард Рис было бы гораздо менее проблемно, чем разбираться с Афенглу, но возможность заполучить немедленный контроль над орденом была слишком заманчивой. Что ж, всё это теперь утекло как вода под камень, и он как можно лучше старался на зацикливаться на том, как всё вышло.

За исключением Арброкса. Это было слишком свежим, а эмоциональный ущерб, понесённый им в результате, ощущался таким же свежим и болезненным как и в тот день, когда свершилось это зверство. Это нельзя было забыть.

Он пролетел лишь небольшое расстояние, прежде чем добрался до подворья Фортранов, раскинувшегося комплекса домов и хозпостроек – некоторые являлись амбарами, некоторые хранилищами еды и того, что как он догадывался, являлось украденным добром – располагавшегося на лугу с хорошим обзором во всех направлениях. Он пересёк область несколько раз, чтобы все могли заметить его, затем направил спринт вниз поблизости от главного дома и выбрался из него.

Люди сошлись к нему со всех сторон, многие несли портативные разрыватели и пружинные пистолеты, другие арбалеты и клинки. Они приближались осторожно, но не проявляли признаков опасения. Он стоял на месте, пока они приближались, окружая себя защитной магией на случай, если один или несколько окажутся небрежными в обращении со своим оружием. Он явился сюда не для того, чтобы пасть жертвой чьего-то чрезмерно недалёкого поступка.

– Коста Фортран! – Дерзко выкрикнул он, высматривая лица вокруг него. – Желаешь ли поговорить со мной?

Наступила недолгая тишина; затем входная дверь главного дома распахнулась и огромный человек, похожий на медведя, прошагал на свет. Он был в мехах и коже, а на ремнях и в ножнах свисали клинки по всему его телу. Он воззрился на Арканнена, потом прогромыхал по ступеням постройки и подошёл. Когда он оказался в десяти шагах, то остановился. Ручной разрыватель появился в одной большущей руке.

– Кто ты такой? – Проревел он.

– Моё имя Арканнен.

Здоровяк повертел головой. – Никогда не слышал о тебе. – Что тебе здесь надо?

Колдун проигнорировал его. Он указал на оружие других. – Кажется ты хорошо обеспечен нелегальной продукцией. Те разрыватели предназначены только для армии.

Коста Фортран рассмеялся, его живот затрясся, его густая борода выдалась вперёд. – Армия не будет по ним скучать. Ты явился сюда попытаться забрать их у нас? Ты должностное лицо Федерации?

Колдун покачал головой. – Едва ли. Они хотят моей смерти. Вероятно, и твоей смерти тоже. Поэтому у нас есть кое-что общее.

– У нас нет ничего общего. На мой взгляд ты похож на друида.

– Может так казаться, но я не друид – хотя умею пользоваться магией. Я проходил Портлоу, и наткнулся на кое-кого, кого желал найти очень долгое время. Проблема в том, что ты хочешь прикончить его.

Брови другого человека сошлись вместе, когда он нахмурился. – Имеешь ввиду того мальчишку? Того, который прикончил Янселя и Борри? Может, ты будешь его другом? Пришёл вымаливать его жизнь?

Арканнен помотал головой. Ему не нравились мрачные взгляды, которые он получал от остального сборища. – Я хочу кое-что прояснить, прежде чем мы продолжим. Если хоть один член твоей семьи решит использовать против меня оружие, это плохо для него закончится. Я здесь только ради разговора.

Коста Фортран взглянул на мужчин и женщин, окружавших их, и помотал головой. – Опустить оружие! – Взревел он. Реакция последовала незамедлительно, когда все сделали шаг назад. Здоровяк взглянул на Арканнена. – Никто ничего не сделает, если я им не прикажу. Говори, что должен сказать. Но не трать моё время.

– У меня есть предложение. – Арканнен удерживал защитную магию на месте. – Мне нужен мальчишка живым, потому что тот может мне пригодиться. Я собираюсь забрать его с собой. Когда я это сделаю, вы больше его не увидите. Но мне нужно, чтобы вы пообещали, что ничего с ним не сделаете до того времени. Два дня, может три от сегодняшнего.

Патриарх Фортранов воззрился на него. – Он убил двух моих сыновей. Меня не волнует, для чего или почему он тебе нужен. Он должен заплатить за то, что сделал. Я никогда не позволю ему свободно уйти.

– Я предполагал, что ты можешь так считать, но должен предупредить тебя, – продолжил Арканнен. – Он не совсем тот, кем выглядит. Он намного более опасен чем ты. Ты или вся твоя семья целиком. Он не просто случайно убил твоих пацанов. Он обладает могущественной магией, и если ты отправишься за ним, с тобой тоже случится что-то плохое.

– Это не имеет значения. Он всё равно помрёт.

– Есть все причины полагать, что если я заберу его, он всё равно погибнет. Так почему бы не подождать и не выяснить? Таким образом мы оба получим то, что хотим. Если он переживёт то, что я для него запланировал, ты всегда сможешь явиться за ним позже.

– Ты бормочешь чепуху, колдун! Говоришь словно глупец.

Это был не Коста Фортран, кто заговорил в этот раз. Это был молодой человек, который шагнул вперёд среди остальных, подняв и нацелив разрыватель. Мальчик был молод, но его злобное и жёсткое лицо подсказывали, что он был стар в других отношениях.

– Антрисс! – Рявкнул на него Фортран. – Разве я не сказал опустить всё оружие? Кто глава этой семьи?

– Я больше не буду выслушивать ещё сколько-нибудь болтовни этого человека, пап! – Огрызнулся Антрисс. – Он никуда не заберёт этого навозного музыкантишку!

Он подталкивал себя воспользоваться этим разрывателем, и Арканнен беспокоился, что если тот сделает это, это подстегнёт всех остальных. Его магия была значительной, но она была не всемогущей. Однако он предполагал, что что-то подобное может случиться, поэтому был подготовлен. Он знал, что ему придётся сделать из кого-нибудь пример.

– Стоять! – Бросил он мальчишке, подняв одну руку, раскрыв ладонь.

Антрисс мгновенно застыл на месте, когда магия чародея окутала его. Он боролся, чтобы освободиться, но узы были слишком сильны. Арканнен оставил его в таком виде и повернулся обратно к отцу.

– Как много у тебя сыновей? – Спросил он, продолжая держать руку направленной в сторону Антрисса.

Здоровяк заколебался. – Трое, теперь когда Борри и Янселя не стало. Отпусти его.

– Тогда он твой младший?

– Да. Теперь отпусти его или пожалеешь об этом.

Арканнен улыбнулся. – И в половину не так сильно как ты, если перейдёшь мне дорогу. Так удовлетворишь мою просьбу? Или предпочтёшь лишиться очередного сына? Или … хочешь в подробностях поглядеть, что я могу сделать?

Он слегка повернул свои вытянутую руку. Медленно, болезненно, будучи не в состоянии предотвратить это, Антрисс поднял разрыватель и направил его ствол себе в глотку. – Отец! – Прохрипел он.

– Прекрати это! – Заорал Коста Фортран на Арканнена. – Пусти его!

Арканнен не пошевелился, надёжно удерживая мальчика и оружие, глядя на здоровяка, ожидая его следующего ответа. – Мы пришли к пониманию? – Надавил он.

Патриарх Фортранов кипел, едва сдерживая себя. Затем он кивнул. – Пришли. Отпусти его!

– Твоё слово, пожалуйста? Пообещай, что ни ты, никто иной из твоей семьи не навредят мальчишке, прежде чем я не заберу его. Пообещай, что никто из вас вообще не сунется в Портлоу до того времени. Произнеси это.

Поднялся крик и возгласы со стороны оставшихся членов семьи, некоторые были страдальческими, некоторые взбешёнными, все были направлены на него. Арканнен не обратил никакого внимания, его взор был прикован к их лидеру.

– Ладно! – Завыл здоровяк, его лицо стало красным, его тело напряглось от ярости и негодования. – Даю тебе моё слово! Про всё, что ты только что сказал!

Арканнен снова сделал жест и Антрисс опустил разрыватель. Он молча стоял, на его лице ошеломлённое выражение.

– Обещание, сделанное под принуждением, не обязывает! – Коста Фортран ядовито выплюнул слова. Его оружие поднялось. – Ты осознаешь это, так ведь?

Арканнен не ответил. Вместо этого он снова сделал жест в сторону Антрисса, который поднял разрыватель во второй раз, направил его на членов семьи, стоявших прямо позади него, и застрелил мужчину в шести шагах. Заряд орудия прожёг дыру в средней части туловища и обрушил его там же, где тот стоял.

– Уверен в этом? – Спросил колдун. Второе движение его руки снова направило оружие Антрисса на его горло. – Непременно уверен?

– Довольно! – Здоровяк побледнел. – Я понял тебя. Даю слово. Я сдержу его. Мальчик будет в безопасности. Теперь убирайся с моей земли!

Арканнен кивнул. – Только запомни. Если с этим мальчиком что-то случится – вообще что угодно – я приду за тобой. Если я сделаю это, твоя семья перестанет существовать. Каждый мужчина, женщина и ребёнок. Не сомневайся в этом. Плохо делать меня врагом, Коста Фортран. Намного хуже, чем ты думаешь.

Удерживая защитную магию надёжно поднятой, колдун отступил к спринту, перебирая глазами окружавших его, выискивая любое вероломство. Но все, судя по всему, основательно были потрясены тем, что он только что сказал, и никто ничего не делал, лишь наблюдали.

Он добрался до спринта без осложнений и забрался обратно на борт. Он ощутил сносную уверенность, что убедил Фортрана сделать так, как ему нужно. Мальчик будет в безопасности до его возвращения. Не было ничего лучше наглядного урока, чтобы донести свою точку зрения. Действия на самом деле говорили лучше слов.

Если нет, это станет наихудшей ошибкой, что они когда-либо совершали.

Арканнен запитал диапсоновые кристаллы, а мгновения спустя полетел по направлению к Стёрну.