Текст книги "Защитники Шаннары (ЛП)"

Автор книги: Терри Брукс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 67 страниц)

22

АРКАННЕН ПРОКЛАДЫВАЛ СЕБЕ ДОРОГУ ПО УЛИЦАМ ГОРОДА ВЭЙФОРД, сначала без цели, но потом постепенно с пунктом назначения на уме. Его первостепенной реакцией было втянуть друида и мальчишку в оживлённую погоню, прежде чем двинуться к лётному полю и кораблю, который перевезёт его в безопасное место. С этой целью он выбрал кружной путь, ведущий через переулки, дворами, через парки и участки травы, и наконец через здания так кучно сгруженные вместе, что никто не смог бы понять, в какую дверь он вошёл или вышел.

Тем не менее погоня продолжалась. Она зашло до того, что в какой-то момент он увидел чёрную мантию друида из окна здания, в котором скрывался. Все эти трюки и уловки подводили его, и становилось всё понятнее, что ему придётся предпринять что-то более радикальное чем просто побег.

Противостояние было последним средством. Друид легко может оказаться равным ему в магическом сражении, особенно такой так безусловно опытный, каким кажется этот. Рисковать всем выходом один на один всё равно не было его излюбленным методом боя. Уловки и хитрость были намного более предпочтительней. Побег и увёртливость были средствами выживания, которые он понимал и принимал, когда имел дело с теми, кого не хотел недооценивать.

К тому же могут быть последствия за убийство друида, которые он не слишком хотел проверять. Последствия за подобные действия имеют тенденцию серьёзно разрушить твою жизнь.

И у него кончались варианты. Если сейчас он отступится от своей схемы побега, друид наверняка поймёт, что он пытается добраться до аэродрома, и запросто может найти туда дорогу прежде него. Ему нужен был план, как запереть где-нибудь друида на достаточное время, чтобы обеспечить себе чёткий путь побега и время для этого.

Поэтому пока он бежал, его разум тоже лихорадочно работал, придумывая способ прекратить преследование. Но всё, приходящее на ум, было в лучшем случае ненадёжным и безрассудным в худшем. Он был вынужден полагать не только что друид имел те же навыки и опыт что и он, но и что тот мог также предчувствовать его. Поэтому какое бы решение он ни выбрал, оно должно быть достаточно хитроумным, чтобы друид не смог распознать его, пока не будет поздно.

Это также должно быть что-то, что он может быстро установить и задействовать, потому что погоня сжималась.

Он выбежал с задней части своего последнего здания через запасный выход, повернул на улицу и увидел зернохранилище. Внезапное вдохновение наполнило его, и он понял, как может остановить друида раз и навсегда. Он продолжал бежать, продумывая свой план, затем замедлился как раз настолько, когда достиг входа в строение, чтобы убедиться, что друид, выходящий из здания позади, заметил его.

Тогда он сломал замок и поспешил внутрь.

Быстрый осмотр выявил деревянные резервуары, полные зерна, стоявшие на платформах под загрузочными желобами. Аппарели разбегались на всю длину помещения в обе стороны, а вентиляционные окна были раскрыты наружу высоко на стенах, чтобы впустить свет и воздух. Он проверил, убедившись, что на корзинах есть сливные дверцы рядом с полом, затем начал сплетать невидимые нити, крепящиеся к щеколдам.

Собрав свободные концы нитей, он переместился к самой задней части комнаты и скрылся в тенях последнего резервуара слева. Когда друид войдёт в комнату, он потянет за нити, выпустив несколько тон зерна на пол хранилища. Друида похоронит за секунды, мёртвым или достаточно пострадавшим, что тот не сможет сразу же преследовать его.

Если всё сработает так как он задумал, это будет выглядеть как инцидент, случайное высвобождение содержимого, возможно вызванное самим друидом. Он сойдёт со сцены и никак не будет сопричастен этому.

Он терпеливо ждал, удерживая глаза на двери.

Но ничего не происходило.

Когда он начал думать, что что-то пошло не так, то услышал небольшой шум за собой и повернулся, обнаружив друида, глядящего на него.

– Тебе стоило лучше подумать нежели чем ожидать, что этот старый трюк сработает, – заметил тот.

Колдун встал, выпустив концы невидимых нитей на пол. Нет смысла держаться за это. Он кивнул друиду. – Полагаю, ты хочешь, чтобы я пошёл с тобой?

– Точно. Нам надо разъяснить, что стало с Хрисаллин. Встреча с Ард Рис может помочь разобраться в этом. Ты даже можешь научиться чему-нибудь на счёт границ дозволенного и соответствующего поведения.

Арканнен пожал плечами. – Мне нечего скрывать.

Когда он проходил мимо друида, его рука забрела почти по собственной воле в карман внутри его одеяний, где был спрятан Стихл – движение исподтишка, скрытое от бдительных глаз другого. Ему нужно быть быстрым. Он сомкнул свои пальцы на оружии и подождал, пока они не достигли дальней двери зернохранилища. Затем, без всякой спешки или внезапности, он замедлился. Стихл был вынут и готов к использованию, когда он повернулся, его плоский чёрный клинок был стремительной порченной тенью. Он ударил в друида, и хотя защитный барьер магии уже был на месте, Стихл прошёл прямо через него в назащищённое тело другого.

Друид резко крякнул и быстро отступил. Но Арканнен последовал за ним, ударяя снова и снова, пока друид не оказался на полу, а всё вокруг в его крови. Не переставая, пока тот не перестал двигаться, а его глаза замерли открытыми и выпученными.

Колдун заключительно взглянул на него, затем повернулся и поспешил через дверь зернохранилища.

Ко времени как Паксон Ли добрался до сестры и её спутников, они выбрались из укрытой аллеи и собрались на всё ещё тёмной улице, сбившись в кучу у стены близлежащего здания. Девушка с серебряными прожилками в волосах была в крови и без сознания, а Хрисаллин практически в кататонии. Только Грелин был в хоть каком-то состоянии говорить с ним, и мальчик пытался объяснить, что случилось, пока Паксон держал за руку свою сестру и ожидал, пока та вернётся хоть к какому-то уровню осознанности.

– Она странно себя вела, с тех пор как я забрал её из жилья Мики, – закончил Грелин. – Она продолжает говорить, что её пытали, что у неё все болит, что она вся изодрана и поломана. Но взгляни на неё. На ней ни отметины. И она продолжает говорить о серо-волосой эльфийской женщине, ответственной за это.

– Это дело рук Арканнена? – Надавил Паксон.

– Мика работает на него, поэтому что бы она ни делала с твоей сестрой, это было по велению колдуна. Я видел, как они вместе входят и выходят из здания, где держали Хрисаллин. Вот что привело меня к ней. – Он помолчал. – Из-за чего всё это?

Паксон не знал. Он предполагал, что Арканнен забрал Хрис, чтобы вынудить его отдать меч Ли. Но если он пытал её до такой степени, что та поверила в увечья, которых на ней нет, причина может быть более сложной. Что бы не было сделано с его сестрой, это определённо включало контроль над разумом.

– Хрис, – прошептал он, склонившись ближе, – слышишь меня? Это Паксон. Я здесь. Теперь ты в безопасности.

Её глаза были открыты и глядели вдаль. Если она слышала его, то никак не показывала это. На её лице было потрясённое выражение, а руки сжаты в кулаки.

Он снова взглянул вверх. – Что только что случилось? – Спросил он мальчика. – Я видел, как старуха идёт за вами. Это была ведьма?

Грелин подошёл к Льюфар и счищал кровь с её лица и рук куском ткани, оторванном от своей рубахи. – Хрисаллин не могла больше вынести; она была готова упасть. Поэтому мы спрятались в этой аллее. У Льюфар было это оружие – что-то вроде переносного разрывателя. Она уже дважды пользовалась им на том существе, выслеживающем нас. Что-то вроде зверя. Ты видел его где-нибудь, пока шёл за нами?

– Я видел, и тебе больше не нужно о нём беспокоиться. Продолжай. Расскажи остальное.

– Льюфар собиралась воспользоваться оружием на ведьме. Но как-то ведьма обманула её и всё взорвалось прямо ей в лицо, и она упала. Затем Мика пришла за Хрисаллин и мной. Она насмехалась над Хрис на счёт пыток и серо-волосой эльфийки. И затем эльфийская женщина оказалась там – просто появилась. Она сказала что-то – я не смог расслышать что – и Хрисаллин кажется потеряла над собой контроль. Она начала кричать. Это не было похоже на что-то, что я когда-либо слышал. Это было ужасно! Эльфийскую женщину просто разорвало на части. Затем Мику прижало к стене и раздавило. От неё ничего не осталось!

Паксон взглянул вниз на свою сестру. Как она смогла стать причиной всего этого? Что происходит? Он крепко обнял Хрис, пытаясь заверить как себя, так и достучаться до неё, но ответа не последовало. Она просто преклонилась там, прижимаясь к нему, глядя в пустоту.

Молодая девушка, которую Грелин звал Льюфар, уже шевелилась, очухиваясь, тихо стоная и держась за голову, пока садилась. Она взглянула вокруг, увидела Паксона с Хрисаллин, кивнула ему и сказала: – Ты Паксон.

– Ты Льюфар, – ответил он. – Ты в порядке?

Она взглянула на себя, пробежавшись пальцами по рукам и телу, и кивнула. – Что случилось с Микой?

– Мы точно не знаем, – ответил Грелин. – Ты уверена, что всё хорошо?

– Я в порядке. Что ты имеешь ввиду: вы не знаете?

– Хрисаллин что-то с ней сделала. Она закричала на неё, и Мику размазало по стене здания в переулке. Ничего не осталось.

Льюфар сомнительно взглянула на него. – Помоги мне подняться.

Мальчик сделал так, как она попросила, и когда она оказалась на ногах, то начала возвращаться к аллее, немного прихрамывая при ходьбе.

– Ты пытаешься убедиться? – Окликнул её Грелин, отправляясь за ней.

– Мне нужно вернуть разрыватель, – бросила она через плечо. – Хочешь помочь найти его?

Он тут же пошёл за ней, и она остановилась, чтобы позволить ему догнать. Когда они скрылись, Паксон ближе склонился к сестре и начал шептать.

– Послушай меня, Хрис. Не знаю, что здесь происходит. Ты должна очнуться и рассказать мне. Тебе не нужно беспокоиться о Мике. Она мертва. Теперь ты со мной. Ты в безопасности. Ничто не причинит тебе вреда. Я не позволю. Я заберу тебя в Паранор и буду держать там, где никто не сможет добраться до тебя. У нас есть целители, которые очень хороши в помощи людям, подвергшимся тому, что и ты. Они могут помочь тебе. Понимаешь меня?

Нет ответа.

Он крепче обнял её, поглаживая по волосам. – Я люблю тебя, Хрис. Мне так жаль, что это случилось. Я бы сделал всё, чтобы изменить это. Я ненавижу себя, что не смог лучше приглядеть за тобой. Но не оставляй меня. Вернись оттуда, где ты сейчас. Всё будет хорошо, если вернёшься.

Грелин и Льюфар вернулись из развалин аллеи и шли к нему. Льюфар несла странное оружие, которого он никогда раньше не видел. Она называла его разрывателем, но насколько ему было известно, никто ещё не видел такого маленького разрывателя. Это заставило его задуматься, какие другие виды оружия можно найти в Федерации, о которых даже друиды могут не знать.

– Как она? – Спросила Льюфар, преклонившись рядом с ним. Она выглядела уже лучше, её голос окреп, взгляд стал твёрдым, пока она смотрела на него.

Он покачал головой. – Я не могу добиться ответа. Она не говорит со мной.

Молодая девушка уверительно улыбнулась ему. – Дай этому время. Она через многое прошла, но она очень решительная девушка. Она сильней, чем ты думаешь.

– Можешь сделать кое-что для меня? – Спросил он её вдруг. – Можешь сопроводить Грелина к аэродрому и выяснить, сбежал ли Арканнен из города? Или по крайней мере там ли ещё его личное судно? Мне нужно знать, где он сейчас. И поспрашивай, не видел ли кто друида. Я пришёл сюда с друидом, чтобы разыскать Хрис. Его имя Старкс и он гнался за Арканненом, когда я в последний раз видел его. Не могли ли вы узнать, не знает ли кто-нибудь, что с ним случилось? Если найдёте его, расскажите, где я сейчас.

– Я могу сделать это сам, – мгновенно объявил Грелин. – Льюфар ранена. Она может остаться с тобой.

– Я ни на минуту не сомневаюсь, что ты можешь сделать это сам, – быстро сказал Паксон. – Кажется, существует мало того, чего ты не можешь. Но не повредит иметь кого-то с портативным разрывателем, чтобы прикрывать спину.

– Он прав, – согласилась Льюфар. – Я иду с тобой.

– Если заметите Арканнена, не приближайтесь к нему, – добавил Паксон. – Не пытайтесь остановить его, даже не позвольте ему увидеть вас. Просто сразу же возвращайтесь и сообщите мне.

Они кивнули в ответ и пошли вместе, и быстро скрылись из виду. Паксон подобрал Хрисаллин и отнёс её к дверному проходу, где они были частично скрыты ото всех, идущих по улице. Не то чтобы кто-нибудь мог пойти по ней; до рассвета был ещё час или два. Но не повредит быть осторожным. Не тогда, когда он не знает, куда делся Арканнен.

Он обнаружил, что сожалеет о том, что опустил Старкса одного. Паксону полагалось быть защитником друидов. Именно этому его обучали, и в этом случае он оставил свой долг, чтобы отправиться за сестрой. Ему не нравилось, что Старкса не было так долго. Он уже должен был вернуться, с Арканненом или без.

Он знал, что неразумно об этом беспокоиться. Старкс был более чем способен позаботиться о себе. Он был лучше подготовлен и более опытен чем Паксон, и за время, проведённое ими вместе, случалось чаще, что это друид защищал Паксона, а не наоборот.

Время проходило медленно, пока он сидел в тенях прохода, качая Хрисаллин в руках. Она так и не изменила выражение, но в конечном счёте заснула, её голова опустилась ему на грудь, её тело провисло. Тогда он замер, надеясь, что сон сделает то, что не смогли его слова и утешения. Когда она проснётся, возможно она станет снова собой, кошмар оставит её и отсутствие узнавания чего-либо вокруг себя останется делом прошлого.

Прибыл рассвет с пасмурным свечением на восточном небе, отгоняя сопротивляющиеся тени сантиметр за сантиметром. Горстка людей вышли из дверей по улице, некоторые проходили мимо не видя их, другие замедлялись бегло взглянуть. Никто не заговорил с ними. Никто не спросил, не нужна ли им помощь.

Затем появился Грелин, выйдя из ниоткуда, и преклонился около них с напряжённым юным лицом.

– Есть что? – Прошептал Паксон, не желая пробудить свою сестру, которая ещё спала.

Мальчик кивнул. – Немного. Арканнен прибыл на аэродром незадолго до нас. Мой отец видел его. Он пересёк поле к своему судну, разбудил команду и те сняли швартовочные и взлетели. Он ничего не сказал моему отцу, куда направляется.

– Старкс?

– Льюфар отправилась выяснять про него. Он не показывался на аэродроме. Я ждал до недавнего времени, чтобы убедиться. Она даст нам знать, когда найдёт его.

– Она даже не знает где искать, – рассеянно проговорил Паксон, забеспокоившись сильней чем прежде.

– Ей не нужно знать, – быстро сказал Грелин. – Другие люди узнают, а она знает всех. Она поспрашивает вокруг, и кто-то сообщит, где он находится.

Мальчик уселся спиной к стене напротив него, глядя на Хрисаллин. Никто не говорил ничего долгое время. Утро начало набирать яркость, а тени меркнуть. Больше людей заполнили улицы за пределами их алькова, двигаясь группами, начиная свою дневную работу. Занимая своё убежище, они пребывали на острове спокойствия посреди постоянного движения и звуков лишь в метрах от них. Но их беспокойство было ощутимым.

– Сейчас она выглядит лучше, когда спит, – наконец высказался Грелин. – Думаю, она будет в порядке, когда проснётся.

Паксон не был так уверен, но знал, что мальчик просто пытается помочь. Поэтому он согласно кивнул. – Ты был очень храбрым, когда спасал её, – сказал он.

Грелин пожал плечами. – Я не знал, во что ввязываюсь. Я просто думал, что что-то неправильно. Затем, когда я увидел её, понял, что это работа Арканнена, снова пытающегося добраться до тебя. Он хочет твой меч, так ведь?

Паксон кивнул. – Откуда ты знаешь?

– Все хотят что-то подобное. Особенно кто-то как он. Магический инструмент, наверное считает он. Он проводит всё своё время, собирая подобные вещи. В основном он крадёт их. Но что бы ни потребовалось, чтобы заполучить их, он пойдёт на это. Он однажды рассказал мне всё это. Он сказал, что в этом мире так всё и происходит – если ты что-то хочешь, ты находишь способ заполучить это несмотря ни на что.

– Но ты не согласен?

Грелин смог принять оскорблённое выражение. – Конечно нет. А ты?

– Нет.

– Иначе я и не думал.

После этого они снова затихли, всё ещё ожидая Льюфар. Хрисаллин проснулась и снова уставилась в пространство. Оба Паксон и Грелин пытались говорить с ней, задавать ей вопросы, предоставлять ей дальнейшие заверения, что она в безопасности и что никто больше её не тронет. Но она всё равно не отвечала.

Приближалось середина утра, когда Льюфар наконец вернулась. Она свернула с другого направления, в которое ушла раньше с Грелином, застав их обоих врасплох. Она приближалась быстрой ходьбой, удерживая глаза на них, её осанка была вертикально прямой.

Она остановилась перед Паксоном и сделала глубокий вдох.

– У меня вести о твоём друге. Очень плохие.

Он тут же понял, какие они. Он знал это по тону её голоса и взгляду её лица, не только по словам. Когда она произнесла их, он уже знал, что она собирается сказать. Он поднял руку в запоздалом жесте, чтобы прекратить выслушивать это. Но было слишком поздно. Она говорила, и слова резали по нему словно ножи.

23

НЕРВЫ АРКАННЕНА НЕ ПРОЯВИЛИ СЛАБОСТИ ПЕРЕД лицом того, что он совершил, пока тот не достиг своего воздушного корабля, разбудил команду и взлетел. Затем одновременно он задрожал и покрылся потом. Он убил друида. Он совершил то деяние, против которого предостерегал сам себя, деяние, которое несомненно навлечёт на него наихудшие беды. Теперь друиды будут охотиться за ним, пока не найдут и не прикончат. Он мог сколько угодно возражать, почему этого не случится – течение времени убавит остроту настойчивости его розыска, изменения в ордене выведут на повестку дня иное, и его наказание станет меньшей заботой, или что угодно ещё. Но правда неизбежна: рано или поздно ему придётся ответить за то, что он совершил.

Он проклинал друида, что тот был столь упорный, что продолжал выслеживать его, когда любой другой здравомыслящий человек сдался бы. Он проклинал себя за веру, что его засады будет достаточно, чтобы остановить второго. Ему стоило продолжать бежать, стоило совершать лучшие выборы, ему вовсе никогда не стоило давать другому возможность подобраться к нему.

Но всё это было теперь водой под мостом, не так ли? Это всё зашло так далеко, что он уже не был в положении что-либо с этим сделать. Он увяз в том, что есть сейчас. Сожаления, перебирание прошлого и недовольство являлись кандалами, угрожающими замедлить его и в конечном счёте погубить. Ему нужно было помнить, что если он сохранит ясную голову и будет действовать достаточно быстро, он всё ещё может найти способ разгрести этот бардак. Как никак он не в первый раз подвергает себя опасности. Не в первый раз он совершил ошибку, грозящую ему лишением всего.

Но это было первым разом, когда он действительно, по-настоящему чувствовал угрозу.

Тем не менее решение его проблем уже подталкивало его локтем, шепча ему в уши – план, который обезопасит его от непосредственной угрозы возмездия друидов. Это пришло к нему – как и множество других вещей – когда он меньше всего этого ожидал. Он бежал с места преступления, ещё не будучи замеченным жителями Вэйфорда, не обнаруженный, не разоблачённый в своём деянии. Это дало ему возможность и время сбежать из города, и это случилось, когда он выходил к лётному полю и брал направление к кораблю, когда идея начала обретать форму.

Если он сможет найти способ переключить внимание с себя, у него может быть шанс исчезнуть, пока дело не уляжется. Если он мог бы отвлечь орден друидов, чтобы занять их время делом, которое было бы более неотложным чем его розыск – угроза настолько безотлагательная и тревожная, что члены ордена не помедлят сфокусировать свои усилия на её решении – он смог бы выйти из этого фиаско.

И под фиаско он подразумевал свои расстроенные планы по захвату контроля над орденом друидов через Паксона и Хрисаллин Ли.

План в своём первоначальном замысле уже давно развалился. Цель, тем не менее, осталась прежней: найти способ прибрать к рукам орден, затем развратить его достаточно, чтобы направить на собственные нужды. В начале, когда он обнаружил, что Паксон Ли непроизвольно владеет талисманом, считавшимся потерянным, который скорее всего наделён экстраординарной магией, его цель была проста – он приберёт его себе. Его первым порывом было просто украсть его. Но тогда он вспомнил, что у него не достаёт средств раскрыть его магию, что только член дома Ли может сделать это. По этой причине он забрал Хрисаллин Ли, чтобы втянуть её брата в торги.

Но эта попытка провалилась, когда Паксон Ли обнаружил силу меча, и сделав это нашёл способ спасти свою сестру. Некоторое время казалось, что ему придётся забыть о всей затее с использованием мальчишки; после этого тот оказался в пристанище друидов, проживая в Параноре, и вероятно не собираясь возвращаться для второго противостояния без помощи.

Затем ему пришла в голову идея захватить девочку во второй раз и воспользоваться ею другим способом. Она лучше подходила для того, что он изначально хотел, и может быть мальчишка также мог бы поучаствовать. Используя Мику, чтобы подорвать её разум, он сделал бы её своей пешкой – такой, которая была бы в состоянии совершить одно единственное действие без промедления, когда у той появится такая возможность.

Она убила бы Ард Рис.

С первого взгляда такая вещь казалась невозможной. Но Мика была талантливой, и она превратила более чем одного несговорчивого субъекта в покорных слуг. Дай Хрисаллин Ли достаточный повод, наполни её достаточной ненавистью, подвергни её достаточным эмоциональным и психологическим страданиям, и она отреагирует инстинктивно против той, в ком видит непримиримого врага. Пытка не обязательно должна происходить на самом деле; это не обязательно физически навредит ей. Она лишь должна восприниматься жертвой настоящей, чтобы достичь значимого результата – сделать её настолько одержимой обретением свободы и возмездием над её якобы мучителем, что та применит смертоносную силу при первой же возможности.

Всего этого, как сейчас утверждала Мика, она уже добилась. Хрисаллин Ли была в ужасе от серо-волосой эльфийской женщины, которая стояла поблизости и направляла её бесконечные мучения – женщина, которой там даже не было, но которая казалась настоящей девочке, как и испытываемая ею боль. Женщина, которая выглядела точно также как Афенглу Элесседил. Когда Хрисаллин Ли в первый раз увидится лицом к лицу с Ард Рис, то попытается убить её. Она не сможет справиться с собой. Она воспользуется любым оружием, которое сможет найти, что бы ни оказалось под рукой, чтобы положить конец предводителю друидов.

Чтобы помочь ей в этом, Арканнен устроил так, чтобы Мика оставила Стихл там, где Хрисаллин сможет его найти. Но когда она сбежала, то даже не потрудилась забрать клинок с собой. Он с самого начала беспокоился, что Хрисаллин может отреагировать не так, как верила Мика – что она может просто сломаться и быть не способной на действия, обратившись беспомощной жертвой. Но ведьма говорила, что девочка очень сильна и упорна, и когда та освободится от заключения, то ею будут двигать воспоминания о том, что, как она считала бы, с ней делали, и будет действовать быстро и целенаправленно. Она не будет считать себя беспомощной. Она будет видеть необходимость предотвратить какую-либо возможность когда-нибудь опять стать пленником своего врага. Ею будет двигать поиск мести за деяния, которые вонзятся в её память подобно шипам.

Нужно только свести Ард Рис и девчонку вместе в одной комнате. И это было бы организовано, если бы девочка как-то не смогла бы сбежать благодаря беспечности Мики. Конечно, это ещё может случиться. Если её брат нашёл её прежде ведьмы – что было вполне возможно – он заберёт её с собой в Паранор, чтобы обезопасить. Он захочет, чтобы Ард Рис взглянула на неё. Он не будет осознавать опасность своих действий. Пока не окажется слишком поздно.

Это был амбициозный и несомненно ненадёжный план, но его стило предпринять и поэтому он выполнил его. Теперь, конечно же, исход стал намного менее вероятным, учитывая масштабы произошедшего краха. Мика могла верить во что ей угодно, но он был реалистом и знал, что шансы на то, что Хрисаллин сделает предназначенное ей, существенно упали.

Хотя он собирался подождать и поглядеть, прежде чем бесповоротно списывать эти шансы.

А с мёртвым друидом и полномасштабной охотой по его поимке с неизбежным наказанием, его планы по обретению контроля над орденом друидов развивались в другом направлении. Возможность всё ещё присутствовала. Его лазейка к архивам друидов и их коллекции талисманов и магии всё ещё была для него открыта. Её только нужно немного расширить, сгладить всё до такой степени, чтобы доступ был гарантирован.

Теперь он считал, что знает, как этого добиться. Не так, как планировал в начале, но таким образом, как он теперь считает необходимым.

Новый план, новое начало.

Это начнётся в городе Федерации Аришейге.

*

В другой части небес, где-то несколько часов спустя, Паксон Ли летел на запад к Паранору. Он находился на борту воздушного корабля друидов, на котором прилетел в Вэйфорд, перевозя свою сестру, всё ещё пребывающую в кататонии, и своего друга и спутника, Старкса, обратно в четвёртый орден друидов. Он намеревался полететь назад один, подумывая собственноручно управлять воздушным кораблём.

Но полёт на воздушном корабле размера клиппера друидов был рискованным в любом случае, тем более сейчас, когда его отвлекало произошедшее с ним и постоянная необходимость обращать внимание на сестру. Это Льюфар Рай указала на это и Грелин, который мгновенно её поддержал. Ему не стоит лететь одному; она и мальчик будут сопровождать его, обеспечивая необходимой помощью как в управлении воздушным кораблём, так и в заботе и общении с Хрисаллин. Когда её безопасно вернут в Паранор, они найдут обратную дорогу домой. В конце он увидел мудрость в их предложении и неохотно согласился.

Это его нежелание позволять кому-либо быть рядом с ним в этот момент заставило его противиться предложению в первую очередь. Он всё ещё пребывал в шоке от произошедшего со Старксом, и не считал себя подходящей компанией. Утрата своего друга была чем-то, от чего он считал, что никогда не оправится. Вина, которую он ощущал, была чудовищно огромной. От части он винил себя, что не отправился с друидом в погоню за Арканненом. От части это было его чувство повторного провала – шаблонное упущение, которое, кажется, знаменовало всю его короткую карьеру в качестве защитника друидов. Только в этот раз заплатить пришлось жизнью.

Его тяготило это во время полёта на север, не важно стоял ли он у рычагов или сидел со своей сестрой. Другие двое не пытались вступить с ним в разговор, очевидно понимая, что если бы он захотел поговорить с кем-то, то дал бы им знать. Ни один не совершил никакой попытки отвлечь его от тёмных мыслей. Они просто были здесь, чтобы помогать по мере возможности, делая необходимое, чтобы удерживать его на пути к завершению возвращения в Паранор и к тем, кто может быть лучше способен разобраться в случившемся.

Они летели на протяжении остатка дня и в ночь, зажигая путевые фонари корабля, прокладывая путь через темнеющий ландшафт под безоблачным небом, освящаемом практически полной луной и миллионами звёзд. Они не повстречались с другими суднами и с какой-либо деструктивной погодой, и до рассвета ещё было несколько часов, когда они добрались до места назначения.

Тролли из Стражи Друидов встретили их на посадочной платформе, соединяющейся с северной башней, и без промедления унесли Старкса. Из-за времени Паксона отправили в свои покои, а Хрисаллин забрали в лечебный центр, Грелина с Льюфар в комнаты на этаже для посетителей. Будет множество времени, чтобы отчитаться, после того как они отдохнут. Ард Рис поставят в известность. Сейчас сон был именно тем, что нужно. Вопросы были решены в обычной и эффективной манере, и все четверо были отправлены по койкам.

Паксон проспал до полудня. Его сон был глубоким и бессонным, а когда он проснулся, Себек ожидал встречи с ним, томясь прямо за его комнатой.

– Пойдём со мной, – сказал он. – Ард Рис не терпится увидеть тебя. В данный момент она разговаривает с мальчиком и только что закончила опрос молодой девушки. Льюфар, так ведь? Я отведу тебя посидеть вместе с ней, пока не настанет твоя очередь отчитываться перед Госпожой.

Он молчал, пока они шли к обеденному залу. – Мне очень жаль на счёт Старкса. Знаю, что тебе сильно будет не хватать его.

Паксон ничего не сказал. Нечего было говорить.

Затем он вдруг остановился. – Я должен узнать о Хрисаллин.

Себек замедлился, но повертел головой. – Пожалуйста, повремени с этим, Паксон. Целители как раз сейчас работают с ней, пытаясь найти способ вывести её из кататонии. Она под сильным влиянием самоиндуцированной абстиненции, и пока всё, что было сказано и сделано, не оказалось достаточным, чтобы вернуть её. Может быть лучше не прерывать их усилия.

Хотя ему не нравилась идея не отправляться мгновенно увидеть Хрис, он понимал аргументы Себека и позволил вопросу сойти на нет. Но он заставил молодого друида пообещать сообщить ему в тот же момент, когда целители закончат работу с сестрой – пусть даже это будет лишь на короткое время – чтобы он смог отправиться к ней. Она всё ещё может не узнавать его, но он всё равно думал, что его присутствия может оказаться достаточно для её восстановления.

Минутами спустя он обнаружил, что сидит с Льюфар Рай в обеденной зале. Себек вернулся к Ард Рис, а они вдвоём остались в углу сами по себе.

– Ты спала? – спросил он её, зная, что та будет ожидать, чтобы он заговорил первым.

Она кивнула, её волосы с серебристыми прожилками колыхались в солнечном свете. – Лучше, чем мне казалось, после всего произошедшего.

– Твоим ранам лучше?

– Хорошо. Заживают.

Он смотрел вниз минуту. – Я не могу отблагодарить тебе достаточно, за то что ты сделала. Взяв Хрис в свой дом, укрыв её, даже зная, как это опасно, сразившись против той чёрной твари, выступив против ведьмы – не могу представить, как должно быть это было сложно.

– Конечно можешь, – сказала она. – Ты сделал не меньше. В итоге оказалось, что ты спас нас от зверя Мики, а Хрисаллин спасла нас от ведьмы. Мы прошли через это, потому что мы все не сдались, когда это было важно.

– Всё же, я обязан тебе за это.

Она покачала головой. – Ты ничего мне не должен. Никто из нас.

То, как она сказала это, озадачило его. – Так ты знала Грелина, когда он был намного младше?

– Я помогала его отцу растить его немного больше четырёх лет. Хочешь чего-нибудь поесть? Я довольно голодная.