Текст книги ""Фантастика 2026-127". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)"

Автор книги: Геннадий Борчанинов

Соавторы: Юлианна Винсент,Елена Дриим,Илья Савич,Сергей Измайлов,Владимир Босин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 52 (всего у книги 333 страниц)

Глава 11

Новое поступление раненых было не особо большим. Возможно, благодаря войсковым целителям подоспевшего подкрепления, может быть, они забрали на себя основную часть исходящих из аномалии монстров, но нам работалось чуть полегче. Ну и я сам уже стал привыкать вот к таким временным авралам.

В воздухе всё так же чувствовалось сгущение энергии, он был словно более вязким, но не физически, а именно из-за избытка энергии Аномалии, которая создавала такое ощущение давления. Для меня это было даже хорошо, круги маны наполнялись быстрее, медитация была эффективнее, но для населения города – не очень. Это вызвало усиленный поток пожилых людей, у которых стали обостряться хронические болячки и стало появляться поражение негативной энергией Аномалии даже у тех, кто не ходил в сопряжённые территории за грибами, как некоторые местные.

В голове промелькнуло слово «метеочувствительность». Это присуще людям с разными заболеваниями, а порой, и здоровым. То, что наблюдалось сейчас, можно обозвать чем-то типа «аномалиечувствительность». Все ведь на одно и то же реагируют по-разному.

Такие люди шли в госпиталь постоянно в течение дня. Хорошо хоть их исцеление не занимало много времени. Я их очищал от негатива чаще всего сразу по двое.

Вроде и ерундой занимаюсь, но заодно руку набиваю и укрепляю четвёртый круг маны. Чем больше вылечил, тем лучше. Главное – следить за уровнем энергии и не забывать медитировать. Заодно базы данных нейроинтерфейса пополнялись статистикой всех моих пациентов и после обработки попадали на сервера рода. Как бы то ни было, все эти данные должны достаться роду.

Наконец-то обед, я уже успел проголодаться. Учитывая ночные похождения, организм требовал восстановления. Главное – не заснуть прямо во время обеда с ложкой во рту. Но, во время поедания довольно посредственного, но вполне питательного рассольника, шеф сообщил нам ободряющую новость.

– Уважаемые коллеги, спешу вас обрадовать, скоро в наших рядах пополнение! – сказал Герасимов и принялся за гречку с курицей.

– Нам дают ещё одного целителя в усиление? – образовался Василий Анатольевич. – Давно пора, а то эти наплывы пациентов из-за повышения активности Аномалии с каждым разом всё больше.

– Ну, не то чтобы целителя, – усмехнулся Анатолий Фёдорович, продолжая с аппетитом уплетать свою порцию. – Девушку-зельевара.

– Чего? – удивился Василий Анатольевич, раззявив рот и чуть не уронив ложку. – Нам целители нужны, на кой-нам зельевар?

– А чего ты у меня спрашиваешь? – пожал плечами Герасимов. – Иди у главного спроси. Я что узнал, то и рассказал. Вот скоро и узнаем, зачем нам все эти микстурки. Сегодня должна приехать.

– Значит, девушка, вы говорите? – довольно улыбнулся Василий Анатольевич. – С одной стороны, это лучше, чем парень-зельевар. Симпатичная хоть?

– Не поверишь, понятия не имею, – отмахнулся Герасимов, доедая второе. – Вот скоро придёт и сам узнаешь. Меня самого это несильно волнует, лишь бы помогала, а не мешала.

– Ну, посмотрим, – вздохнул в предвкушении Василий Анатольевич и тоже принялся уничтожать гречку.

– Здравствуйте, господа! – прозвучал довольно звонкий и властный молодой женский голос со стороны входа в ординаторскую. – Прошу прощение за опоздание, поезд пришёл утром, но возникли временные трудности с жильём.

Я обернулся на голос и увидел довольно молодую блондинку с прямо-таки королевской осанкой. На вид она была ненамного старше меня, максимум на год или на два, сложно определить. Но важности у неё было с большим запасом.

– Мне пообещали квартиру поближе к госпиталю, но поселили чуть ли не в километре отсюда, – сказала она, усаживаясь в кресло, как на трон и обводя нас вопросительным взглядом. – А где заведующий отделением? У него сегодня выходной?

– Нет, деточка, у меня сегодня не выходной, – чуть ли не по слогам произнёс Герасимов, стараясь всем своим видом показать, что с ним так разговаривать не надо.

– Я вам не деточка, – так же отчеканила блондинка и выпрямилась ещё сильнее и приподняв подбородок. – Я Евгения Георгиевна Лейхтенбургская, дочь герцога, которого вы все, разумеется, знаете.

– Впервые слышу, – бросил Герасимов, что было явно неправдой, эта фамилия у всех была на слуху, хоть и не слишком часто. – И заведующий приёмным отделением здесь я, а не вы, так что не пытайтесь на меня давить статусом вашего родителя, здесь это не поможет. И сразу предупреждаю, или мы сработаемся и вы остаётесь, или не сработаемся, тогда вы отсюда уходите, способ я найду.

Девушка открыла рот, но, видимо, нашла в себе силы, чтобы промолчать, лишь залились румянцем щёки и благородные уши. А может, здесь только я знаю, кто такой Лейтенбургский, а остальные не в курсе? Может, скажи им мою настоящую фамилию, и никто не отреагирует? Тут ведь совсем другая жизнь, другой темп, другие проблемы.

Так что этот вариант я тоже так сразу отбрасывать не стал.

– Анатолий Фёдорович, ну чего вы сразу так на человека напираете? – подхватился Василий Анатольевич, вскочив со своего стула. – Пойдёмте, Евгения Георгиевна, я вас к сестре-хозяйке отведу, чтобы халатиком обеспечила и покажу вам, где плиты стоят, чтобы травы варить всякие.

– В смысле плиты? – пролепетала блондинка. Глаза её так расширились, словно ей предложили унитазы чистить собственной зубной щёткой. – Я сюда не чай вам приехала заваривать, мне лаборатория нужна! Полноценная!

Удивлению и возмущению юной герцогини не было предела. Весь румянец тут же превратился в мертвенную бледность, губа задрожала, но не от обиды, а от накатывающей ярости, которую она сдерживала из последних сил.

– Я алхимик с дипломом, а не зельевар! Вы в каком веке живёте? Алхимия – это серьёзная наука! – резко выдала она явно лишь часть того, что вихрем кружилось у неё в голове. Отголоски этого вихря так и читались в её взгляде. – Я не делаю шампуни от перхоти, типа бабушки Аглаи, мои зелья и эликсиры спасают человеческие жизни не хуже любого целителя!

– Ну ладно, – Василий Анатольевич примирительно вытянул ладони вперёд. Уже наверно пожалел, что встрял в напряжённую беседу. – Раз нужна лаборатория, значит, будет вам лаборатория, с этим вопросом к Анатолию Фёдоровичу, он этим вопросом занимается, а халатик-то всё равно получить надо, идёмте, я провожу.

– Сама дойду, не маленькая, – буркнула блондинка, начиная понимать, что королевой ей тут не стать, хоть по её социальному статусу было бы логично. – Куда идти?

– Из ординаторской налево почти до конца коридора, – спокойным голосом сказал Олег Валерьевич, который до этого молча и с интересом наблюдал за всей словесной баталией. – По правой стене второй от окна кабинет.

– На нём написано, что это сестра-хозяйка? – ледяным тоном спросила девушка, порывистым шагом подходя к двери.

– Денежек на табличку не хватило, – горестно произнёс Герасимов и вздохнул, как сирота на паперти. – Придётся сосчитать до двух.

Девушка молча вышла из ординаторской и довольно чувствительно хлопнула дверью. Мне почему-то кажется, что это она ещё и сдержалась, была бы её воля, разнесла бы её в щепки. Аристократка всё же, а там вполне могла проходить через такие тренировки, которые сделали ее сильнее. Тем более, что правильный подбор алхимических средств мог творить чудеса.

Правда, в моем роду их не сильно-то приветствовали, так что я с этим направлением деятельности магов был знаком, к сожалению, весьма поверхностно.

– М-да-а-а, ребята, – протянул Анатолий Фёдорович, когда стук каблучков стал уверенно удаляться по коридору. Только не в ту сторону. – Чувствую, натерпимся мы с этим алхимиком.

– Да вроде нормальная девушка, – пожал плечами Олег Валерьевич. – Просто не поняла пока, куда попала. Притрётся немного, нормально всё будет.

– Можно подумать, ты таких лошадок регулярно обкатываешь, – ухмыльнулся Герасимов. – Я вот из простого народа и мне таких принцесс не понять.

– Да я вроде тоже не князь, – улыбнулся Олег Валерьевич. – Просто видел, как подобные белоручки на глазах меняются, когда эти ручки окажутся по локоть в крови. И или сбежит, или же останется с нами.

– Ну, Олежка, будем надеяться, что ты окажешься прав, – вздохнул Герасимов. – Время покажет. Главное – не прибить её к этому времени табуреткой.

– Зачем вы на себя наговариваете, Анатолий Фёдорович? – улыбнулся Олег Валерьевич. – У вас железная выдержка, когда вы захотите, я-то в курсе.

– Всё-то ты знаешь, – улыбнулся Герасимов, слушая, как каблучки простучали мимо ординаторской в другой конец коридора. – Ладно, парни, наберитесь терпения и постарайтесь на эту королевишну особо не реагировать, может, и правда, притрётся.

– Будем надеяться, – вздохнул Василий Анатольевич и покачал головой. Похоже, что от его радости по поводу вливания девушки в наш коллектив не осталось и следа. – Может, и правда, надо немного перетерпеть.

В приёмном было пока тихо, обед потихоньку начал усваиваться организмом, можно было и немного вздремнуть, но слишком яркие впечатления от встречи с нашей новой сотрудницей до сих пор держали всех в тонусе. Олег Валерьевич потянулся за коробкой с шашками, когда дверь открылась и вернулась наша новенькая. Василий Анатольевич немного странно хрюкнул, видимо, пытаясь сдержать смех. Халат ей выдали такого размера, что рядом влезет ещё одна такая же принцесса. Причём в ширину.

Давился от смеха и заведующий, даже уши покраснели, пока он тужился, чтобы не заржать. Я начал делать дыхательные упражнения – все же я аристократ и должен держать лицо, лишь Олег Валерьевич оставался спокоен.

– Снабжение у нас не очень, – сказал он, словно оправдывая этот халат и того, кто его выдал. – Таких компактных девушек тут, видимо, давно не было.

Евгения насупилась, глядя на него. Наверно пока не решила для себя, как воспринимать в свой адрес слово «компактная» – оскорбление это или комплимент.

– Идёмте со мной, – сказал Герасимов, усиленно изображая серьёзный вид. – Покажу вам, где лаборатория.

Заведующий вышел из ординаторской, девушка ещё раз окинула нас холодным оценивающим взглядом и подалась вслед за ним. Когда дверь закрылась, все с облегчением выдохнули.

– Была бы она таким же крутым алхимиком, насколько из себя королеву строит, – усмехнулся Василий Анатольевич. – Цены бы ей не было. Очень надеюсь на прямую корреляцию этих двух величин.

– Наверное, так и будет, – спокойно произнёс Олег Валерьевич, расставляя шашки на доске.

– Да откуда ты всё знаешь? – всплеснул руками Василий Анатольевич. – Прямо провидец нашёлся!

– Знаю, – ухмыльнулся его оппонент. – Давай, студент, партеечку, пока тихо.

Мы сыграли уже партий десять, когда дверь открылась и вошёл Герасимов.

– Ну что, бездельники, забавляетесь? – усмехнулся он, с ходу падая на диван. – А я вот полчаса выслушивал, в каком отвратительном состоянии у нас реактивы и сколько всего у нас не хватает. Как вы, мол, с этим вообще работаете. Ещё список составили, какие ингредиенты заказывать надо в срочном порядке.

– Я ж говорил, дельный алхимик, – сказал Олег Валерьевич, безжалостно снося мои шашки одну за одной. – Давно пора в реактивах порядок навести.

– А тебя что там не устраивает? – недовольно буркнул Анатолий Фёдорович, оторвав голову от подушки. – Ты вроде алхимией особо не страдаешь.

– Так я же месяц назад эликсир делал для прорыва пятого круга, – пояснил Олег Валерьевич. – Долго разбирался. Вы тогда пообещали помочь, а к вам какой-то чин пришёл побеседовать.

– А, ну да, – махнул рукой Герасимов и снова уронил голову на подушку. – Я и забыл уже. Так чего же ты сразу не сказал?

– Да вроде разобрался и ладно, мне там не работать, – пожал целитель плечами.

– А эта мадам мне там сейчас порядок наведёт, – простонал Анатолий Фёдорович, утыкаясь носом в подушку. – Я теперь и сам там хрен что найду. Теперь в собственной лаборатории буду себя гостем ощущать. Шут с ней, пусть трудится. Скоро в деле на неё посмотрим, стрельба вроде снова усилилась. Далеко, правда, не как раньше.

Заведующего не подвели ни слух, ни чутьё. Отголоски далёкого боя доносились всё отчётливее. Вскоре послышался и приближающийся вой сирен машин скорой помощи.

– Отдохнули и будет, – сказал Анатолий Фёдорович, нехотя поднимаясь с дивана. – Там ни у кого мяса для собаки не осталось? Может, поест бедолага. Не прогонять же.

– Я специально немного оставил, – сказал я, собирая остатки курицы в пакет, чтобы предложить прочно обосновавшемуся недалеко от крыльца сторожевому псу.

Пёс уже не сидел, а лежал, но на том же месте, положив морду на вытянутые вперёд передние лапы. Безразличный взгляд переполнен вселенской тоской. Лишь на мгновение пёс приподнял голову, но, поняв, что хозяина среди выходивших нет, опять положил на лапы. На предложенное мной угощение он никак не отреагировал, как и на принесённую Олегом Валерьевичем миску с водой.

Жалко собаку реально, но насильно накормить такую грозную зверюгу не получится, а собачьего психотерапевта у нас нет. Остаётся надеяться, что он не зачахнет с тоски окончательно. Пёс снова разрешил себя погладить, но это длилось недолго – приехали три скорых и два броневика, пошла основная движуха.

Раненых привезли рекордное количество. Даже не думал, что такое количество может влезть в пять машин. Создалось ощущение, что сейчас ещё и из-под капотов полезут. Самых тяжёлых не стали кантовать, а расставили носилки прямо на площадке перед крыльцом. Кто мог передвигаться самостоятельно или с помощью друзей, заходили внутрь и располагались там, кто где мог.

– Так, братцы, – оценив обстановку и потирая руки, сказал Анатолий Фёдорович. – Студент и Олег Валерьевич идут в приёмное и лечат там, а мы с Василием Анатольевичем займёмся тяжёлыми. Приступить!

Уходя, я заметил гордость в глазах у старшего ординатора. Гордился, что шеф признал его более ценным и эффективным сотрудником – ну что поделать, людям не чуждо тщеславие, а этому так тем более. Олег Валерьевич быстрым шагом направился в холл приёмного отделения. На лице лишь озабоченность количеством предстоящей работы, не более того.

Как шеф применял открывшиеся ему с прорывом шестого круга новые технологии исцеления я увидеть не смог, но скучно не было. Мы с напарником быстро перемещались от пациента к пациенту, останавливая кровотечения, сращивая переломы, заживляя ожоги и рваные раны, очищая от негативной энергии.

В самый апофеоз действа я заметил на фоне тёмного коридора фигуру в белом халате. Никак наш алхимик решил поинтересоваться, чем это мы так все заняты, ведь позвать её никто и не подумал. Увидев живописную картину, девушка убежала в сторону лаборатории и через пару минут вернулась с парой колбочек в руках.

Пока я занимался очисткой от негативной энергии Аномалии двух пациентов одновременно, у меня была возможность немного понаблюдать за её действиями. Олег Валерьевич поручил ей пациента, а сам занялся другим. Евгения поставила свои колбочки на пол, присев возле раненого на корточки и начала снимать пропитанную кровью повязку с его кисти.

В один прекрасный момент из раны брызнула кровь ей прямо в лицо. Я ожидал, что девушка распластается на полу в обмороке, но не тут-то было. Она, будто даже не заметив этого, подхватила с пола одну из колбочек и плеснула её содержимого в рану. Кровотечение тут же прекратилось и рана начала медленно затягиваться. Я так и застыл, открыв рот.

Я слышал раньше, что хорошие алхимики на многое способны, но это довольно редкий дар, который требует колоссального объема знаний, и лично сталкиваться с подобным мне не приходилось. Похоже, что Олег Валерьевич окажется в итоге прав, он предвидел, что девушка – не пустое место.

Продолжая исцелять пациента за пациентом, я поглядывал на действия юной герцогини. Она действовала спокойно и уверенно, несмотря на то, что её халат украшали гирлянды бурых пятен, а макияж загублен окончательно. Вполне достойно уважения, не растерялась и действовала уверенно.

Скорее всего, для неё это не в первый раз. Но количество раненых девушку всё-таки поразило. Я заметил удивление и лёгкую панику у неё в глазах, когда она впервые выглянула в коридор. Когда всё закончилось, голубые глаза блондинки отображали пустоту и безразличие. Скорее всего, это последствия переваренного внутри шока.

Высокомерия и царственности сейчас заметно не было. Поняв, что нуждающихся в помощи пациентов больше нет, она молча развернулась и ушла.

Герасимова и его напарника я пока не видел и решил выйти на крыльцо, посмотреть, как там дела. К моему удивлению, здесь тоже не осталось ни одного пациента, а эти двое сидели на корточках перед псом и пытались с ним о чём-то договориться. Но если от наставника я мог ожидать что-то подобное, то от Василия Анатольевича никак. Возможно, я его недооценивал.

– Там герцогиня наша не появлялась? – спросил, обернувшись в мою сторону, Анатолий Фёдорович. – Надо было её позвать, чтобы поняла, куда попала.

– Она сама пришла, – сказал я и третьим присел на корточки перед псом, который смотрел на нас с немым вопросом в глазах: «Где мой хозяин?».

– Быстро её откачали? – усмехнулся Василий Анатольевич.

– Вообще не пришлось, – сообщил я удивительную новость. – Она довольно неплохо поработала, её эликсиры хорошо помогают, я видел, как заживали раны.

– Да? – спросил Герасимов, лицо его вытянулось от удивления. Правда, я так и не понял, чему он удивился больше. – Значит, сработаемся. Хочет гордиться – пусть гордится, главное, чтобы на работу вовремя приходила и толк от неё был. А толк от неё, судя по всему, будет.

– Я вообще не ожидал, что она что-то сделает, – добавил Василий Анатольевич. – Думал, увидит кучу раненых и море крови и сразу приляжет на пол отдохнуть.

– А аристократка-то наша покрепче оказалась, – ухмыльнулся Герасимов. – Ну что, ребята, наберитесь терпения, будем потихоньку обкатывать. Помощь нам не помешает.

Глава 12

До конца рабочего дня я нашу новенькую блондинку больше не видел. Герасимов отправил меня домой даже чуть раньше, чтобы отоспался как следует. Когда пришёл домой, Матвея ещё не было. В холодильнике я нашёл очень даже неплохие щи, надо поздравить слугу с удачным дебютом в приготовлении первых блюд. А нет, он как-то борщ варил, значит, не впервой.

В любом случае, когда еда есть – это хорошо. Определенно хорошо.

Я разогрел себе щи в железной миске и сел за стол, стараясь не заснуть, пока ем. Именно за пищевой медитацией и застал меня Матвей.

– Во, ты уже дома! – сказал он, вваливаясь в грязных доспехах в комнату. – Я уж начинал думать, что ты теперь надолго завяз там с военными.

– Не, – помотал я головой, – это была разовая акция. Под утро меня привезли обратно в госпиталь. А ты откуда такой грязный? Решил покувыркаться в полном обмундировании по чьим-то грядкам? На крота охотился?

– Ага, – усмехнулся Матвей. – На Крабокрота и всякую прочую нечисть.

– Ну а если серьёзно? – спросил я, сонливость уже как рукой сняло, разбирало любопытство.

– Ребята позвали на зачистку, – сказал Матвей, стаскивая с себя доспехи и роняя на пол комья грязи. – Часть волны монстров проскочила между расположением наших военных и приезжими. Было бы там что-то крупное, они бы не пропустили, а всякая мелкая гадость начала нападать на сёла в окрестности. Стас позвонил, сказал, что нужны добровольцы. Ну мы и студентов тоже позвали, предложив лёгкую охоту.

– Лёгкую? – усмехнулся я, представив, как он кувыркался в обнимку с Туманным ежом, и только сейчас я заметил бинтовую повязку на правой голени и левом предплечье. – А это что?

– Да в принципе пустяки, – сказал Матвей и собрался выйти на улицу, чтобы почистить доспехи. – Думал, что тебя снова дома нет, а я сниму доспехи и схожу в госпиталь.

– Положи пока свои доспехи, давай я тебе раны обработаю – не дело это так оставлять, – сказал я и потянулся за рюкзаком, где у меня лежала походная аптечка.

Под повязкой на голени оказалась неглубокая, но длинная ссадина словно провели с нажимом корявым камнем. Кровь уже не текла. Я промыл рану перекисью и приложил ладонь, которая засветилась мягким светом.

– Кто это тебя так? – спросил я.

– Не поверишь, Спрутолис! – усмехнулся Матвей. – Мы с полчаса ходили искали, где всё это прячется, потом нас внезапно окружила целая стая. Я даже не подозревал, что их может быть так много.

– Чем-то напоминает массовую миграцию Кошачьих Василисков, на которых мы тогда наткнулись, – сказал я, убедившись, что рана зажила полностью. – Влад же сказал, что никогда столько не видел. С рыжими, наверное, происходит такая же ситуация. Давай теперь руку посмотрю.

– Да там то же самое, – небрежно бросил Матвей, но руку всё же протянул.

– Что-то я не совсем понимаю, чем он тебя так поранил? – спросил я, размотав бинт и увидев похожую рану. – Я бы не удивился, увидев укусы.

– Не, это от щупалец, – почесав затылок свободной рукой, ответил Матвей. – Мне теперь одежду латать придётся, вдрызг разодрал. Представляешь, у них на щупальцах оказывается тысяча мелких крючьев, которыми они, наверное, удерживают добычу, чтобы не выскользнула.

– Они там тебя распяли, что ли? – спросил я, нахмурившись. Фантазия рисовала печальную картину.

– Ну почти, – усмехнулся Матвей. – Стас вовремя подоспел и поотрубал им головы. Да расслабься ты, всё нормально же! Ну, подумаешь, пара царапин.

– Это не просто пара царапин, – возразил я. – Из-за активизации Аномалии все подобные раны ведут себя намного хуже, чем если бы ты о гвоздь кожу разодрал, много негативной энергии в рану попадает и ткани быстро начинают изменяться. Сам понимаешь, чем это в итоге может обернуться.

– Ох ты ж! – выдохнул Матвей, озабоченно глядя на свежие едва заметные рубцы. – Как же мне повезло, что мой господин такой талантливый целитель. А я уже думал, вообще завтра в госпиталь пойти, а то сегодня уже что-то уже подустал.

– Так не пойдёт, – покачал я головой. – Надо как можно быстрее с этим бороться.

– Да я уж понял, – сказал Матвей, опуская разорванную штанину и бросив взгляд на мой ужин. – Как, кстати, щи получились, нормально?

– Очень даже, – ответил я, возвращаясь к ужину.

– Пожалуй, я и себе погрею, есть хочу, как Спрутолис, – произнёс мой слуга и напарник, открывая холодильник. – Тут ещё миска холодца есть, будешь? Вчера купил, тебе специально оставил.

– Давай, – кивнул я. – Я тоже голоден не меньше Спрутолиса, который решил отхватить себе такой лакомый кусок, как ты.

– Да уж, – ухмыльнулся Матвей. – Кусок бы им достался немаленький. Только всё равно на всех бы не хватило. Их там было реально много. Они выскочили буквально рыжей рекой из травы и бросились на нас. И откуда только столько взялось…

– Ребят много пострадало? – спросил я, остановив ложку с холодцом прямо перед ртом.

– Все пострадали в разной степени, – грустно улыбнулся Матвей, ставя миску разогретых щей на стол. – Хорошо хоть тяжёлых не было. Всё равно пришлось скорую на себя вызывать. Я, правда, от них смотался, когда мимо дома проезжали, а ребят в госпиталь повезли.

– В смысле, мимо дома проезжали? – спросил я, удивлённо вскинув брови. – А вы откуда вообще ехали?

– Со стороны южных ворот, друг, – улыбнулся Матвей. – Да-да, они уже настолько далеко забрались. Так что железные ставни у нас стоят не зря, вполне могут прийти гости ночью.

– Да уж, – буркнул я, качая головой. – Если такое вдруг ещё раз повторится, езжай сразу в госпиталь, а то вдруг меня дома не будет.

– Понял, – кивнул Матвей, усиленно налегая на щи.

После ужина я лёг на кровать и взял в руки книгу, сделав вид, что читаю, а на самом деле я изучал материалы, обработанные нейроинтерфейсом. И больше всего меня по понятным причинам интересовала военно-полевая медицина – все же как бы я сильно ни был погружен в эту тему, многие нюансы мне еще незнакомы, поэтому и требовалось изучать новое. На этом увлекательном занятии я и отрубился.

Даже приблизительно не готов сказать, во сколько я заснул, зато утром проснулся настолько бодрым и полным сил, что готов был не только горы свернуть, но и намотать Спрутолиса на руку.

Матвей ещё спал, пуская пузыри изо рта, я старался собираться максимально тихо, чтобы его не разбудить. Однако, выходя из душа, где вдоволь наплескался под бодрящими струями воды, увидел напарника стоящим у плиты и мешающим ложкой в кастрюльке какое-то варево, в ноздри потянулся знакомый запах.

– Овсянка, сэр! – торжественно объявил Матвей, выливая кашу в тарелку. – Я вон там яблоко покрошил, советую высыпать прямо в кашу, очень вкусно будет!

– И когда ты успел всё это сделать? – удивился я, добавляя в кашу рекомендованный фруктовый компонент.

– Да ты так долго мылся под душем, – усмехнулся напарник. – Я думал, что ты уже кожу смываешь. Ешь давай, не возмущайся, а я, пожалуй, ещё немного вздремну. А то я вчера пока доспехи отчистил, пока штаны залатал. Умаялся.

Он снова рухнул на кровать и залез под одеяло, довольно быстро засопел. Я ему даже немного позавидовал в скорости засыпания, хотя и сам уже почти так же научился.

Стараясь производить как можно меньше шума, я надел доспехи, накинул рюкзак, взял протазан и отправился на работу.

Никогда бы не подумал раньше, что буду ходить на работу в госпиталь, как на войну, в полном снаряжении. Точнее, почти в полном, забыл спросить у Матвея, что там у нас с куртками из жабьей кожи. Такую Спрутолис своим щупальцем разодрать не должен. Теперь вечером спрошу.

Подходя к госпиталю, я обомлел. Передо мной входила наша аристократичная блондинка, но сегодня её было не узнать. Вчера на ней было элегантное платье, а сейчас она напоминала натуральную валькирию. Блестящие доспехи полностью закрывали тело, руки и ноги. За спиной висел узкий меч-полуторник, по размерам мало уступавший оружию Матвея, но был намного изящнее. Видимо, ей тоже сказали вооружиться, поэтому сегодня пришла при полном параде. И стоит сказать, снаряжение это явно было мастерское.

Евгения мельком глянула в мою сторону и, увидев моё вытянувшееся лицо, улыбнулась одними уголками губ. Любит производить впечатление, получает от этого удовольствие.

Я должен был бы зайти сразу за ней, но я сначала подошёл к остававшемуся на своём посту псу. Кажется, он всё-таки не хочет сдаваться и понял, что если будет и дальше отказываться от еды и питья, то не сможет дождаться хозяина. Жаль, что невозможно объяснить собаке, что хозяина больше нет.

Я потрепал пса за ухом. Он посмотрел на меня с благодарностью и надеждой. Только сейчас заметил, что на ошейнике есть металлический жетон, на котором была обозначена его кличка.

– Ого! – воскликнул я, глядя в глаза псу, который ответил мне вопросительным взглядом. – Так ты у нас Зевс! Бог-громовержец!

Услышав своё имя, пёс пару раз довольно вильнул хвостом. Я ещё погладил его и пошёл сообщать коллегам приятную новость. Все трое почему-то стояли перед дверью в ординаторскую с недовольными минами. Причину этого неожиданного флешмоба я уже понял.

– Постой здесь, их высочество изволят переодеваться, – выдавил из себя Герасимов, скрестив руки на груди. – Пожалуй, выселю её в лабораторию, пусть сюда только обедать приходит. Бесцельное торчание в коридоре два раза в день мне как серпом по… кхм, м-да.

– Ну не будет же девушка при нас переодеваться, – попрекнул его Олег Валерьевич.

– А я бы не возражал, – протянул Василий Анатольевич, мечтательно улыбаясь. – Она симпатичная.

– Так, а ну, прекратить мне тут вот это всё! – недовольно проворчал Герасимов. – Решено, выселю её в лабораторию! – потом немного подумал и добавил: – Теперь сам туда буду как в гости ходить.

– Так можете теперь вообще не ходить, – осторожно произнёс Василий Анатольевич. – Ей поручения давайте, она сама всё сделает.

– Тоже верно, – кивнул Герасимов, призадумавшись. – Ты только один момент не учёл. Медитативная релаксация в процессе разглядывания всякой хрени под микроскопом.

– Так вы микроскоп один в ординаторскую заберите и медитируйте, сколько влезет! – с довольной физиономией предложил ему Василий Анатольевич.

Анатолий Фёдорович строго глянул на него, собираясь ответить поострее, но в этот момент открылась дверь и вышла наша алхимичка. Сегодня на ней был халат по фигуре, а не вчерашний безразмерный мешок. И когда только успела? Она окинула холодным взором всю нашу компанию, развернулась и пошла в лабораторию, провожаемая четырьмя парами глаз.

– А она ничего, – пробормотал Василий Анатольевич.

– Вася, угомонись, а то расскажу твоей благоверной! – резко одёрнул его Герасимов. – А ты, студент, иди сюда, к тебе разговор есть.

– Я весь внимание, – сказал я, накидывая халат поверх доспеха.

– Халат можешь не надевать, – остановил меня Анатолий Фёдорович. – Через полчаса за тобой приедет машина, если ты, конечно, не возражаешь, майор мне звонил. Или перезвонить и сказать отбой?

– Никак нет, – по-военному ответил я. – А чего они хотят на этот раз? В прошлый раз была ночная операция, а сейчас только утро.

– Не имею ни малейшего понятия, – немного грубовато ответил заведующий. – Так ты едешь или нет?

– Еду, – кивнул я, уже предвкушая новую порцию опасных приключений.

– Тогда вешай свой халат на место и иди пока пса покорми, он вроде есть начал.

– Пса, кстати, Зевс зовут, – ответил я. – На ошейнике прочитал.

– Остаётся только научить его молнии метать, – усмехнулся Герасимов. – Тогда идеальный охранник будет у госпиталя. Надо бы хозяйственникам сказать, чтобы какую-нибудь конуру для него сколотили.

Я взял со стола специально заготовленный всеми понемногу для собаки провиант и вышел на улицу.

– На вот, ешь, свергнутый с Олимпа, – сказал я, высыпая перед ним содержимое пакета.

Пёс благодарно завилял хвостом и приступил к завтраку. Воду в миске ему видать только что обновили медсёстры из приёмного. Мои поглаживания Зевс принял благосклонно, не отвлекаясь при этом от еды, об этом говорил его виляющий хвост, главный инструмент немой собачьей речи.

В положенное время за мной приехал армейский броневик. Дверь распахнулась и уже знакомый мне боец призывно махнул рукой.

– Иван Николаевич! – услышал я позади бодрый девичий голос. – Подождите!

Я остановился возле броневика и оглянулся. Ко мне величественной походкой и осанкой настоящей королевы шла Евгения Георгиевна собственной персоной. Остановившись в метре от меня, она торжественно, словно вручает почётную грамоту, протянула мне сложенный вчетверо лист бумаги.

– Это список ингредиентов, которые вы должны привезти из Аномалии, – сказав это, она так же величественно развернулась и пошла обратно. Я ей даже слова не успел сказать.

– Должен привезти, – пробубнил я себе под нос, пихая сложенный лист за пазуху.

Так, она сказала, что этот нехилый список я должен привезти из Аномалии? А с какого перепугу она вообще взяла, что я туда полезу во время «волны»? Или тут все что-то знают, чего только я не знаю?