Текст книги ""Фантастика 2026-127". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)"

Автор книги: Геннадий Борчанинов

Соавторы: Юлианна Винсент,Елена Дриим,Илья Савич,Сергей Измайлов,Владимир Босин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 333 страниц)

Грядущая работа, о которой упоминал Пирс, меня немного тревожила, я не очень-то любил неизвестность. Вряд ли он позвал меня, чтобы просто поговорить по душам, нет, он явно хотел что-то мне поручить, и снова деликатное и непростое.

Я бросил фуражку на вешалку, стянул ботинки, растянулся на тюфяке, чувствуя жуткую усталость. Работа с «добровольцами» и ИРБ отнимала сил не меньше, чем махание кувалдой в порту. А порой и больше. Хотя усталость здесь была совсем иного рода, раньше я мог отпахать смену и забыть обо всём до следующего дня, спокойно заниматься домашними делами, отдохнуть, выпить, а вот революционная борьба всегда была со мной. И днём, и ночью голова была загружена планами и мыслями. Покой нам только снится.

Хотя примерно так же я работал в будущем, лишь изредка вырываясь на короткий отдых куда-нибудь за границу. Когда работаешь на себя, а не на дядю, всегда так.

Теперь же моим делом была революция. Даже смешно. Всю свою жизнь я был противником революций и вооружённых переворотов, небезосновательно считая, что они приносят только хаос и кровь, что ничего хорошего из них получиться не может, а теперь сам планировал разрушить сложившуюся систему. И других вариантов не видел, потому что в противном случае крови будет ещё больше. Не можешь предотвратить – возглавь, и вот как раз этим я и занимался.

Просто чтобы сделать всё, как надо. Исправить то, что я могу исправить, избежать тех провалов, что допустили нынешние лидеры. И пусть это гораздо опаснее и рискованнее, чем просто сидеть на месте и ходить на работу, как простой обыватель, в случае моего бездействия последствия могут быть ещё хуже.

А жизнь научила меня, что предотвратить что-либо гораздо проще и дешевле, чем разгребать последствия. И неважно, что это, заклинивший двигатель, переполненный септик или революция.

Глава 18

От Пирса я ожидал чего угодно, но не этого. Когда я пришёл к нему в кабинет поутру, он закрыл дверь на ключ, прошёл к столу и достал из ящика телеграмму, приклеенную для сохранности на кусок картона.

– Он договорился, – хищно блеснув глазами, сообщил Пирс.

– Что? Кто? О чём? – не понял я.

Саму телеграмму он мне прочитать не дал.

– Кайзер даст нам оружие, – понизив голос, произнёс лидер восстания. – Винтовки, пулемёты, патроны. Это… Это меняет дело.

Я лишь задумчиво хмыкнул в ответ.

– Проблема лишь в доставке? – спросил я после небольшой паузы.

– Строго говоря, доставка это лишь одна из проблем, но зато самая масштабная, – сказал он. – Сами понимаете, это не чемодан и даже не ящик, это забитый под завязку трюм. Такое не пронесёшь мимо таможенника, пока он смотрит в другую сторону.

– А в чём ещё? – спросил я, уже догадываясь, к чему он клонит.

– Груз нужно встретить, принять, разместить, – загибая пальцы по одному, сказал поэт. – Раздать по батальонам, в конце концов, но это уже перед самим действием. Дело крайне сложное и ответственное.

Куда уж ответственней. От этого груза фактически зависит всё. Даже если исключить моё вмешательство в подготовку и организацию, удачный рейс немецкого парохода сам по себе мог перевернуть всю игру.

– Я понял. Нужны люди, нужен бюджет на организацию, – без раздумий ответил я. – Людей подберу я сам, а вот с деньгами придётся попросить помощи.

Пирс усмехнулся. Бюджет у «Добровольцев» был крайне ограниченным и скудным, на одних только взносах от участников и пожертвованиях заокеанских меценатов далеко не уедешь. Приходилось порой вкладывать в кассу гораздо больше, чем положено было по уставу.

А если приходилось брать из кассы, то потом отчитываться за каждый потраченный пенни. Нет, пространство для мутных схем имелось, куда же без них, но лично мне было противно запускать волосатую лапу в кассу организации. Возможно, это я один такой щепетильный.

– Полсотни фунтов стерлингов вам хватит? – спросил Пирс.

Некисло, более чем.

– Должно хватить, – кивнул я. – И желательно бы получить левые документы, например, те паспорта.

– Без проблем. Но потребуются фотографии. Любые, – сказал Пирс.

Вот с этим, наверное, будут затруднения, лично у меня никаких фотографий не имелось. Подозреваю, что и у Шеймуса Маккормика, которого я хотел взять на это дело, тоже.

– Сроки? – спросил я.

– Корабль выходит завтра из Любека, – сказал Пирс. – Если всё пройдёт по плану, двадцатого он будет у берегов Ирландии, в Фените, графство Керри, так что вам тоже пора выдвигаться. Кейсмент прибудет примерно в то же время.

– А связь с этим кораблём будет? – хмыкнул я. – Радио, или ещё как-нибудь?

Ага, по спутниковому телефону созвонимся, как ещё.

– Гм… Вот это я затрудняюсь сказать, – задумался Пирс. – Уточню сегодня же.

– Если связи не будет, мы можем и не договориться о встрече, мало ли что произойдёт. В море или здесь у нас, – произнёс я.

Патрик Пирс понимающе кивнул, наличие связи всегда лучше её отсутствия.

– Что касается людей… Нужен водитель, я бы взял Уилсона, мы с ним уже работали, – сказал я. – Только вместо его тарантаса желателен грузовик, они же у нас есть?

– Найдётся, – сказал Пирс.

– Грубая сила, пара человек, например, Маккормик, из моей роты… Головой за него ручаюсь, – добавил я. – И кто-нибудь половчее… Мистер Коллинз, например, я думаю, мы бы с ним сработались.

– У него свои задачи, но так и быть, это важнее, – сказал Пирс. – Вчетвером, получается? Справитесь?

– Если не справимся, можно сразу стреляться, не дожидаясь суда и приговора, – фыркнул я. – Приложим все усилия, мистер Пирс.

– Вся страна на вас рассчитывает, мистер О’Хара, – сказал он, пытаясь подбодрить, но вышло скорее наоборот. Груз ответственности придавил ещё сильнее.

Ничего, сдюжим. Предчувствие, правда, говорило, что будет непросто, но где уж наша не пропадала.

– Так, паспорта… – пробормотал он, порывисто метнувшись к столу.

Пара секунд поисков, и на столе очутились четыре документа, куда нам предстояло вклеить наши фотографии и заполнить словесное описание. Да, здесь словесным описаниям внешности доверяли больше, чем фотографиям, а вклеить можно было вообще любую имеющуюся фотокарточку, хоть в пляжном костюме, хоть в пальто и с зонтиком в полный рост.

Лидер и вождь черкнул несколько строк пером на бумажке, поставил размашистую подпись, протянул мне.

– Дуй к О’Рахилли, он выдаст тебе деньги, – сказал он. – Только будь понастойчивей, он может начать упираться. За полпенни глотку перегрызёт.

– Значит, казначей из него – что надо, – ухмыльнулся я.

Опыт общения с прижимистыми материально ответственными лицами у меня имелся богатый, начиная от армейских прапорщиков и заканчивая инвесторами. Так что и к этому найдётся подход. Тем более, что приказ выдать пятьдесят фунтов стерлингов исходил от самого Пирса, а значит, обсуждению не подлежал.

К счастью, кабинет его располагался здесь, в этом же здании, далеко идти не пришлось.

Мистера О’Рахилли пришлось даже немного подождать, у него был посетитель. Когда незнакомый парень в офицерской форме вышел из кабинета, зашёл я, сжимая в руке записку. Казначей добровольцев оказался сухопарым усатым мужчиной, внешне напоминающим Эдгара По или Гоголя, он сидел за письменным столом, обложившись гроссбухами.

– Добрый день, мистер О’Рахилли, – поздоровался я. – Майкл О’Хара, по особому поручению, от Пирса.

И я протянул ему записку.

– Ага, – хмыкнул казначей, не отрываясь от заполнения очередного столбца в большой книге. – Положи пока.

Он не сказал, куда именно, так что я положил записку прямо перед его лицом, на гроссбух, и он едва не капнул чернилами на чистый лист.

– Ничего не перепутал? – возмутился казначей.

– Это важно, – сказал я.

– У всех всё важно! Что там у тебя⁈ – записку он схватил, не скрывая раздражения, вчитался, нахмурился ещё больше.

Записку он отбросил небрежным жестом, откинулся назад на стуле, покрутил кончики усов. Посмотрел на меня задумчиво, чуть снисходительно.

– Ты, выходит, займёшься вооружением? – хмыкнул О’Рахилли.

– Выходит, что так, – сказал я.

– Всё-таки решились на эту авантюру… – проворчал он, наклоняясь к ящику стола. – Пара советов тебе от меня лично.

Я посмотрел на него, ожидая продолжения. Советы могут оказаться полезными.

– Я организовывал провоз наших нынешних «маузеров» сюда. В Хоуте, – сказал он. – И если бы не местные, которые прикрыли нас от полиции, ничего бы не вышло. Так что совет тебе, заручись поддержкой местных.

Разумно, более чем.

– Постараюсь, – сказал я.

– Но и слишком рано прибывать на место не рекомендую, – добавил казначей. – Возникнут лишние вопросы, привлечёте внимание. В деревне же все на виду.

Точно, мы же поедем в провинцию. И до графства Керри нам предстояло добираться через весь остров. К юго-западному побережью. Дублин располагался на восточном. А так как скоростных поездов тут не ходит, автобанов не проложено, а на местные самолёты я не полез бы даже под дулом пистолета, придётся ехать медленно, на грузовичке. Сколько там до него, километров триста? За несколько дней доберёмся.

– Понял вас, спасибо, – сказал я. – Звучит разумно.

О’Рахилли отсчитал из пачки полсотни фунтов, но выдавать не спешил, наоборот, нарочито медленно достал ещё одну книгу, обмакнул стальное перо в чернила.

– Вашу членскую карточку, пожалуйста, – потребовал он.

Уверен, если бы она не лежала у меня в нагрудном кармане, он бы отправил меня за ней.

– Конечно, – я протянул ещё и карточку.

Казначей принялся переписывать моё имя в книгу. Порядок во всём, строгий учёт выданных средств. Мне это, пожалуй, нравилось.

– По возвращению отчитаешься за каждый шиллинг, – сказал он.

Куда же без этого. Ладно здесь кассовые чеки ещё не выдают, а то пришлось бы привозить целую пачку.

О’Рахилли наконец-то закончил, захлопнул тяжёлую книгу, протянул мне деньги. Я взялся, но казначей не отпустил, придержал, заглядывая мне в глаза.

– Не обделайтесь с этим, – строго напутствовал он.

Я кивнул, и только тогда казначей отдал мне фунты, которые я немедленно убрал во внутренний карман кителя. Полсотни фунтов стерлингов, сумма солидная, примерно годовой доход простого горожанина.

Но принадлежат они не мне, и я это прекрасно осознавал. Все пойдут на благое дело. Или не слишком благое, но это с какой стороны посмотреть.

Теперь следовало найти людей, которые отправятся со мной в это небольшое путешествие, и подготовить всё необходимое. Насчёт Шеймуса Маккормика я не сомневался ни секунды, этот здоровяк всегда за любой движ. Работа грузчиком его подождёт, сгонять до западного края острова не составит для него никакого труда. А вот насчёт остальных возникали вопросы. Коллинза я хотел позвать для того, чтобы к нему присмотреться в дороге, немного притереться, взглянуть на его методы работы, всё-таки он талантливый малый, настолько, что развязал целую партизанскую войну на острове. Пока, впрочем, ещё не развязал, находясь в тени старших товарищей.

Но пошёл я сперва во двор, к Уилсону. Шофёр обычно находился там, поблизости от своего железного коня. И сегодня тоже.

Капот этой самобеглой коляски был открыт, Саймон Уилсон задумчиво ходил вокруг автомобиля, гоняя папиросу из одного уголка рта в другой.

– Привет! – поздоровался я.

– Ага, – он махнул рукой, подошёл к автомобилю, уставился в подкапотное пространство.

Я, кажется, не совсем вовремя.

– Сегодня никуда не едем, – мрачно произнёс шофёр. – Не заводится.

– Сегодня и не надо, – сказал я. – Но вообще, ты мне скоро понадобишься. На дальние расстояния ездил?

– В Корк, пару раз… – пыхнул дымом шофёр. – А что?

– Надо будет съездить кое-куда… Груз забрать, – сказал я, намеренно не вдаваясь в подробности. – Грузовик водить умеешь?

Может статься, что мне придётся искать другого водителя. Так что лучше не озвучивать ненужные пока детали вроде места назначения и тому подобное.

– Я на всём умею, – не без гордости ответил Уилсон.

– Отлично, – улыбнулся я.

– А ехать когда? – спросил он, словно ему уже не сиделось на месте.

Хороший вопрос. Судно с оружием ещё даже не покинуло немецкий порт. Пока можно вообще не дёргаться.

– На той неделе, наверное, не раньше, – пожал я плечами.

– Понял, понял… А грузовик чей будет? – спросил он.

– Без понятия, – признался я. – Пирс сказал, что найдут.

С такими деньгами в кармане я мог быть купить подержанный или взять в аренду, но лучше бы обойтись без подобных трат. Начальство пусть выделяет транспорт, нам и без этого хватит головной боли. На одно только топливо неизвестно сколько денег уйдёт.

– Если так, то я в деле, – зарываясь под капот своего пепелаца, сказал Уилсон.

Я ухмыльнулся и хлопнул его по плечу.

Майкла Коллинза вот пришлось поискать по штабу, поспрашивать у парней, где он есть. Персона пока не того масштаба, чтобы каждый о нём знал, но очень скоро мне указали путь. Капитан Коллинз пребывал рядом со своим прямым начальником, Джозефом Планкеттом. И с этим чахоточным я предпочёл бы вообще не пересекаться. Не только из-за опасности заразиться туберкулёзом, но и вообще в целом, с ним у нас как-то не заладилось взаимодействие. Он явно считал меня выскочкой и быдлом, я считал его некомпетентным идиотом, так что неприязнь была взаимной.

Но отношение отношением, а работать придётся с тем, кто есть, выбирать не приходится. И я постучал в дверь кабинета.

Планкетт сидел за столом, склонившись над картой, Коллинз нависал над ним, разглядывая из-за его плеча то, что начальственный перст ему показывал. Оба одеты были в гражданское, это я щеголял зелёным кителем к месту и нет, формируя себе имидж.

– Мистер Планкетт, разрешите обратиться к мистеру Коллинзу? – с порога попросил я. – На пару слов.

Оба уставились на меня с удивлением.

– Да, пожалуйста… – хмыкнул Планкетт. – Мик, продолжим попозже.

Коллинз кивнул и выпрямился. Это был совсем юный парнишка, румяный, с широким открытым лицом, невольно вызывающим симпатию.

– Чем-то могу помочь, мистер О’Хара? – спросил он, выбираясь из-за стола.

– Да, на пару слов, – я позвал его в коридор.

Лучше бы поговорить в более уединённом месте, но вряд ли Планкетт соизволит покинуть собственный кабинет, чтобы мы могли спокойно побеседовать. А при нём обсуждать такое дело я не хотел.

На Лиама Нисона из фильма парень не был похож даже близко. Мне он напоминал скорее школьника-выпускника, выглядел он моложе своего возраста, но во взгляде ясно читался характер, сильный и несгибаемый.

Он закрыл дверь в кабинет и уставился на меня вопросительным взглядом, мол, чего надо. Не удивлюсь, если Планкетт ему уже накапал на мозги, передавая своё отношение ко мне. Лично мы с Коллинзом не слишком часто пересекались.

– Мне поручено организовать доставку оружия, – тихо сказал я. – Я бы хотел, чтобы вы поехали с нами.

– Я? – удивился Коллинз. – Почему я?

– Потому что у вас есть все необходимые качества для столь деликатного и опасного дела, – сказал я.

Ну и потому что я хотел во время поездки донести до него передовые методы борьбы. Перетянуть его на свою сторону. В своих полководческих качествах я не сомневался, они посредственные, и выезжать я смогу только за счёт послезнания, а вот Коллинз во время гражданской справлялся и так, бил англичан, а затем и противников договора в хвост и в гриву. Нам такие люди нужны.

Коллинз недоверчиво хмыкнул и сложил руки на груди.

– У меня полно другой работы, я не могу бросить всё и поехать чёрт знает куда, – произнёс он.

– С вашей нынешней работой может справиться кто-нибудь другой, а вот с этой поездкой… Мне хотелось бы видеть именно вас в команде, – сказал я. – Патрик Пирс разрешил мне брать людей на своё усмотрение, так что замена на ваше нынешнее место найдётся быстро.

Мой тёзка крепко задумался.

– Впрочем, отказ я тоже пойму, – добавил я. – Но это шанс показать себя в настоящем деле, от которого зависит не просто судьба добровольцев. Судьба всей Ирландии.

Наверное, я чуть переборщил с пафосом. Но это сработало.

Коллинз медленно кивнул, посмотрел мне в лицо, словно пытаясь понять, не шучу ли я, но я оставался предельно серьёзным.

– Хорошо… Когда выдвигаемся? Мне нужно ещё кое-что уладить, – сказал он.

– Не сегодня, – усмехнулся я. – Пока ещё рано, требуется кое-какая подготовка. От вас нужна фотография, мистер Коллинз, для паспорта…

– Можно просто Мик, – сказал он.

– Майкл, – я протянул ему руку.

Рукопожатие у него оказалось крепкое, уверенное, сильное.

– Значит, договорились, – сказал Коллинз. – Пойду, сообщу начальству…

Кажется, кого-то ждёт неприятный разговор. Но я бы тоже предпочёл заниматься реальным делом, а не кабинетной работой, и неважно, что об этом подумают отцы-командиры.

– Завтра встретимся здесь, в штабе, – сказал я напоследок. – Сообщу все детали.

Он кивнул и скрылся за дверью. Я немного постоял в коридоре, ожидая услышать недовольные вопли Планкетта, но не услышал ничего, кроме короткого приступа кашля. Да и хрен с ним.

Я ещё немного побродил по штабу, перекинулся парой слов с офицерами добровольцев. Общее настроение у всех было чуть приподнятое, все чего-то ждали. В воздухе витало ощущение, что скоро что-то будет, что-то очень важное, но вслух про восстание никто не говорил, и посторонние могли только догадываться. Предполагаю, полицейские информаторы, которых здесь тоже хватало, тоже догадывались. Но никакой конкретики у рядовых членов организации не было.

Через некоторое время я вышел на Доусон-стрит и пошёл в сторону центра, искать какое-нибудь фотоателье. Полароидов тут нет, цифровой фотографии тоже, так что готовые фотки придётся ждать, значит, тянуть с этим не стоит.

На набережной нашлось одно, и у фотографа я сделал снимок за три шиллинга, причём у него даже нашёлся приличный костюм, который я надел вместо военной формы. Магниевая вспышка разлетелась белыми искрами, и фотограф запечатлел меня в полный рост.

SS Libau, замаскированный под норвежский пароход, на нём перевозились винтовки.

Глава 19

Паспорта сделали всем, и мне достался паспорт на имя Джеймса Чейза. Маккормик стал Райаном Хэнли, Коллинз – Эндрю Гилмором. Уилсон превратился в Крейга Хэмилтона. Ирландских имён и фамилий намеренно избегали, благо, рожи у нас у всех от британских не слишком-то отличались. Выговор – да, без акцента говорить могли только я и Коллинз.

Грузовик нам тоже раздобыли, побитый жизнью «Лейланд», трёхтонный уродец с жестяной кабиной и деревянными бортами. Одного такого точно не хватит, чтобы доставить весь груз в Дублин, но это и не требовалось, шутка ли, сорок тонн одних только винтовок. Часть груза уедет в Корк, часть – в Белфаст, Голуэй и другие города. Добровольцы не ограничивались одним только Дублином и окрестностями, мы были повсюду. И даже на английском берегу имелись сочувствующие нашему делу ирландцы.

Но для нас главное – встретить и спрятать груз. Доставка – уже дело десятое, с ней помогут добровольцы из Трали и Килларни, местные. Там найдутся и другие грузовики, и телеги, и крепкие парни, которые будут всё это грузить. И не только грузить, но и стрелять потом из этих винтовок.

В путь с собой собрали весь набор ключей, запчастей и горюче-смазочных материалов, Уилсон готовился основательно, чтобы никакая неполадка не застала нас врасплох в чистом поле. Лично я бы не рискнул ехать три сотни километров на здешней технике, но наш шофёр сказал, что машина надёжная, и должна пробежать туда и обратно без приключений.

Я ему не слишком-то верил.

Да и «пробежать» – слишком сильно сказано,максимальную скорость этот грузовик развивал довольно скромную. Каких-то тридцать километров в час. По ровной дороге, само собой. В горку пятилитровый движок, обладающий солидным табуном в тридцать шесть лошадей, тянул откровенно слабо.

Но даже это в разы лучше, чем ехать верхом или на телеге. Смотреть несколько дней на лошадиный зад… Удовольствие не для всех.

Выдвинулись без спешки. Залили полный бак бензина с неясным октановым числом, который даже пах как-то иначе, видимо, без присадок и прочих ароматизаторов, проверили всё напоследок. Я взял револьвер, у Коллинза тоже имелся свой, просто на всякий случай. Лучше бы обойтись без пальбы, но в дороге может случиться всякое.

Маккормик завёл мотор с кривого стартера, Уилсон принялся дёргать рычаги. Я, глядя на его действия, понял, что управлять подобной техникой не смог бы точно. Даже угол опережения зажигания тут выставлялся вручную. Естественно, никаких синхронизаторов в коробке передач, никакого комфорта и эргономики. Я даже зауважал Уилсона ещё больше.

Мне, как руководителю этого бродячего цирка, досталось место в кабине, слева от водителя. Маккормику и Коллинзу пришлось ехать в кузове, сидя на лавке, но я даже не был уверен, что в кабине ехать комфортнее. За рулём ехать и вовсе – тяжкий труд.

Выехали от одного из дублинских складов, сравнительно быстро добрались до окраины города. Хорошая дорога кончилась практически сразу, мы выехали на грунтовку, не самую хорошую. Лужи и грязь стали нашими постоянными спутниками, «Лейланд» мотало в колее, мотор надрывно рычал на каждом подъёме, благо, было их пока не так много. Уверенности в том, что мы вообще доедем до Манстера, у меня изрядно поубавилось, а вот остальным вроде бы было нормально.

Хотя постепенно и я привык. Даже начал в какой-то мере наслаждаться поездкой и видами ирландской природы, просыпающейся после долгого зимнего сна. Начинала зеленеть травка, на деревьях и кустах набухали почки, весна наступала с той же неотвратимостью, что и наша революция.

Периодически обгоняли конные повозки, пешеходов, один раз пришлось подождать, пока через дорогу перегонят стадо овец. За пределами Дублина весь остров жил точно так же, как жили сто лет назад, без электричества, автомобилей, ватерклозетов и прочих прелестей цивилизации. Я, конечно, преувеличиваю, но не слишком.

Когда у меня от тряски на неудобном сиденье заболела спина, я спросил Уилсона, сколько мы проехали.

– Чего⁈ – проорал шофёр. – А, ну миль десять, наверное, одолели!

То есть, фактически мы ещё находились в предместьях Дублина. Помнится, я мог десять часов провести в дороге, за рулём, и не почувствовать почти никакой усталости. Но это было в немецком премиальном внедорожнике, а не в жестяной кибитке.

Пришлось молча вцепиться обеими руками в пассажирскую ручку, подпрыгивая на кочках вместе с грузовиком. Узкие колёса не очень-то хорошо выгребали из грязи, наоборот, «Лейланд» мог застрять там, где я смело проезжал на пузотёрке.

Но наш шофёр справлялся. Крутил баранку, как заведённый, ругался матом, дёргал рычаги, давил педаль в пол, но справлялся. Ехали, в основном, молча, автозвук тут ещё не придумали, а популярные песенки по радио не транслировались. А для разговоров в кабине было слишком шумно. Ревел двигатель, отделённый от кабины только металлическим щитом без какой-либо шумоизоляции, ветер свистел в ушах. Короче говоря, на таком антиквариате ездить – сплошное приключение, хотя для нынешнего времени этот «Лейланд» вполне себе современный и востребованный автомобиль.

В Ньюбридже пришлось остановиться. Это пятилитровое ведро жрало бензин как свинья – помои, и даже при том, что мы запаслись канистрами, я решил, что лучше бы нам заправляться как можно чаще. Неизвестно, как с заправками обстоят дела на юго-западе, в глухой провинции. Скорее всего, никак. В больших городах-то они точно есть, а вот в деревнях и посёлках, подобных нашему пункту назначения, очень вряд ли.

Ярко светило солнце, атмосфера ирландской глубинки навевала какое-то странное настроение, одновременно приподнятое и немного грустное. Мы выпрыгнули из грузовика почти синхронно, все, как один, принялись трясти ногами и потягиваться. Если в кабине настолько неудобно, не представляю, каково ехать в кузове на лавке. Подвеска у «Лейланда» определённо жёстче, чем у «КАМАЗа», в котором таким макаром доводилось ездить мне.

– Да уж… Далеко нам ещё ехать? – спросил Маккормик.

– Далеко, – проворчал я. – Весь вечер и ещё пару дней.

– Надо было на поезде ехать. Через Корк, до Трали, а оттуда бы уже на машине, – выдал запоздалую мудрость Коллинз.

Пока Уилсон возился с канистрами, мы отошли в посёлок, чтобы купить еды. Я с тоской вспоминал корндоги с наших заправок, с горчицей и кетчупом, с кофе в бумажном стаканчике… Здесь придётся обходиться чем-нибудь попроще, хлебом и варёными яйцами, например. Ладно, голодными всё равно не останемся, тем более в провинции, в аграрной стране. Да, Ирландия была страной аграрной, фактически колонией Британии, которая жила по принципу – производство в метрополии, ресурсы в колониях. Собственно, и отношение к населению Ирландии было точно таким же, как к папуасам.

После заправки, нехитрого обеда и похода в ближайшие кусты мы продолжили путь.

Я всё размышлял над словами Коллинза о том, что надо было ехать поездом, и пришёл к выводу, что так мы оставим меньше следов. Полиция наверняка не спит, как и контрразведка, и радиосообщения с большой вероятностью были перехвачены и расшифрованы. А значит, за кораблём будут охотиться. Это, конечно, не «Бисмарк», за которым охотились целой эскадрой, но тут хватит и одного боевого корабля. В конце концов, обычному пароходу достаточно будет одного попадания.

Монотонные деньки потекли один за другим, мы ехали, потом снова ехали, останавливались в безликих одинаковых деревушках, заправляли грузовик, покупали жратву у местных производителей, ночевали в кузове «Лейланда», ехали дальше. Как ни странно, с грузовиком ничего не случилось за всё время пути, ни гвоздя, ни жезла. Мастерство шофёра, конечно, тоже играло свою роль, Уилсон избегал неприятностей, словно чуя их за версту.

Спустя пару дней мы подъехали к окраинам Лимерика.

– Предлагаю заехать к местным добровольцам, – сказал Коллинз. – Да и вообще, тут можно снять номер в отеле. Хотя бы помыться, бельё в стирку отдать, и так далее…

– Первое исключено, второе принимается, – сказал я. – Чем меньше народа знает о нашем присутствии в городе, тем лучше.

Третий по численности город Ирландии, не какая-нибудь там дыра, промышленный город, рабочий. Провинция, но здесь всё равно можно было получить весь спектр требуемых услуг. Кажется, здесь даже провозглашали советскую республику во время войны за независимость. Точно, одна из пяти европейских советских республик, помимо Баварской, Бременской, Эльзасской и Венгерской. Лимерикская советская республика.

Отсюда уже было не так далеко до пункта назначения, всего лишь проехать чуть дальше на запад. Мы остановились в одном из городских отелей, я сгонял на телеграф, отправил в Дублин зашифрованное послание, мол, всё идёт по плану. Ответа не ждал, просто дал знать о себе.

Двое суток провели здесь, в Лимерике, отдыхая от дороги, и перед выездом я снова сходил на телеграф. Проверить, не пришёл ли ответ от Пирса или его подручных, и да, на имя Джеймса Чейза имелось послание, что дедушка отправился в путешествие, а его глухота так и не прошла. Значит, пароход уже идёт по Северному морю, так и не обзаведясь радиостанцией.

Я отправил в ответ короткую телеграмму, что дедушку будем встречать на вокзале. То есть, в условленном месте.

А затем мы поехали дальше, к городку Трали, столице графства. Оттуда двинем уже к финишу.

И, кажется, спокойная поездка расслабила всех нас.

Мы проезжали через старый мост, перекинутый через какую-то безымянную местную речку. Не слишком широкую, но довольно бурную, места здесь холмистые. И под колесо в этот момент что-то попало.

Грузовик подпрыгнул, его мотнуло в сторону, к ограждению, Уилсон растерялся, вдарил по тормозам. Я схватился за руль и крутанул на себя, уводя тяжёлую машину от края. Ещё немного, и мы свалились бы в реку, и я вдруг вспомнил, что говорил экскурсовод, рассказывая о причинах провала этой операции. Машина со встречающими попала в аварию, в которой трое из четырёх добровольцев погибли, и встречать пароход стало просто некому.

Мы с Уилсоном переглянулись, он полез в карман за папиросами, заглушил двигатель.

– Не надо так делать, Майк, – проворчал он.

– Первый и последний раз, – сказал я. – Что там такое попало-то?

Уилсон молча зажёг спичку дрожащими руками, прикурил, выпрыгнул из кабины. Что бы то ни было, мы слетели бы с моста, как дерьмо с лопатки.

– Вот же… Полено какое-то, мать его! – воскликнул он. – Как я его так не заметил⁈

– Скинь его нахрен! – крикнул Маккормик, высунувшись из кузова.

Шофёр откатил его пинками, сбросил в реку, внизу гулко плеснуло. Окурок папиросы отправился следом, Уилсон забрался в кабину, хлопнул дверью, вновь посмотрел на ограждение моста. Грузовик остановился всего в паре сантиметров от него, и если бы не моё вмешательство, то он точно пробил бы хлипкие деревянные перила.

– Запустите мотор кто-нибудь, – глухо произнёс шофёр.

Я выбрался из кабины, привычным уже движением крутанул стартер. Опасливо, так как может переломать пальцы при особом везении, но сильно. Двигатель заворчал. Сама по себе машина ещё ни разу не подвела. А вот люди, пожалуй, да, но Уилсон и так заметно сердился сам на себя, прекрасно понимая, что мы вылетели бы в реку по его вине. Поэтому я не стал ему ничего больше говорить.

– Поехали, немного осталось, – сказал я, возвращаясь на своё место. – До темноты успеть бы.

– Успеем, – ответил шофёр, сдавая назад, чтобы вернуться на прежнюю траекторию.

До самого Трали он ехал максимально сосредоточенно и аккуратно, пожалуй, даже медленнее обычного. Теперь оставался только последний рывок до Фенита.

За всё время, пока мы ехали по острову, полиция ни разу нас не остановила. Отдельной дорожной полиции пока ещё не существовало как класса, а у обычных констеблей к нам никаких вопросов не возникало. Документы у нас были в полном порядке, комар носа не подточит, и на машину тоже.

На окраине Трали мы сняли номер в придорожной гостинице, сразу на несколько дней. В самом Фените лучше не мелькать слишком часто, деревушка эта маленькая, мы будем там в центре внимания сразу же, как только заедем туда на грузовике. Все окрестные мальчишки сбегутся посмотреть на такую технику, и о конспирации придётся забыть. А здесь, в посёлке покрупнее, мы выделялись уже не так сильно.

Собственно, до нужного участка побережья отсюда оставалось километров десять, если верить картам и словам местных жителей, можно доехать в любой момент. Да и пешком дойти можно, если приспичит.

План был такой, что корабль причалит в Фените, одновременно с этим подлодка высадит Кейсмента чуть севернее от него, и дальше координировать операцию будет уже он. В конце концов, это была его идея, выцыганить оружие у кайзера.

Конечно, слабых мест в этом плане было полно. Особенно с учётом того, что британская контрразведка не спит, и за сотрудничество с Германией нам всем грозит смертная казнь. В конце концов, корабль мог банально попасть в шторм, один из лютых весенних штормов в Северном море, мог наскочить на мину или мель, встретиться в море с английской эскадрой или, наоборот, с немецкими охотниками на конвои. Да и здесь, на берегу, опасностей было предостаточно.