Текст книги ""Фантастика 2026-127". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)"

Автор книги: Геннадий Борчанинов

Соавторы: Юлианна Винсент,Елена Дриим,Илья Савич,Сергей Измайлов,Владимир Босин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 201 (всего у книги 333 страниц)

Глава 8

Фрея

– Кто это? – спросила я у Элариана, глядя на портрет.

– Где? – уточнил мальчик.

– Вот, – показала я пальцем. – На картине.

– На какой картине? – непонимающе смотрел на меня Элик, хлопая длинными ресницами. Его брови поползли вверх от удивления.

– Элариан, ты смеешься надо мной? – начиная злиться, спросила я и скрестила руки на груди. – Эта картина размером со слона. Как ее можно не заметить?

– Что такое «слона»? – еще более удивленно посмотрел на меня мальчик. Его взгляд стал совсем растерянным.

– Животное такое, – пояснила я. – Здесь разве не водится?

– Я о таком не слышал никогда, – пожал плечами Элариан, в смятении глядя на меня. – Но можно спросить у бабушки Яги или поискать в библиотеке.

– Так, ладно! Со слонами потом разберемся, – махнула я рукой и вернулась к своему вопросу. – Ты, правда, не видишь этот портрет?

Я указала на стену за своей спиной, а после и повернулась сама, но картины на стене уже не обнаружила.

– Что за? – почти выругалась вслух я, оглядываясь по сторонам… – Тут же только что была картина⁈

Элик смотрел на меня с сочувствием и кажется думал, что я того… тронулась умом. Честно говоря, я сама была близка к этой мысли, особенно, после всего того, что со мной произошло за последние несколько дней.

Дальше экскурсию мы решили не продолжать. Я чувствовала себя все более измотанной. Элариан любезно проводил меня до комнаты, в которой я забралась с ногами на кровать и сама не заметила как уснула, решив, что если какие-нибудь драконы и решат меня арестовывать, то пущай несут сами в камеру. Я не проснусь!

Снилось мне все подряд. Мои воспоминания перемешались с воспоминаниями Фреи и я уже не понимала, где она, а где я. Ее эмоциональная незрелость без оружия побеждала весь мой жизненный опыт и я не могла с этим ничего поделать. Я металась в постели, пытаясь отделить свои мысли от ее чувств.

Казалось, что я главная героиня фильма «Маме снова 16». Фрее, правда, было побольше. Ближе к двадцати, но ситуации это особо не меняло.

Я в свои бывшие почти сорок и с двумя разводами за плечами, понимала, что то, что этот железный ящер благородно на ней женившись, ни разу ее и пальцем не тронув, обеспечивая по всем фронтам, решил сослать в дальнее поместье – это лучшее, что может случиться.

Вы только представьте: большой дом со слугами, полный пансион, работать не надо, удовлетворять мужа-самодура не надо, живешь себе за городом, свежим воздухом дышишь, крестиком вышиваешь, иногда принимаешь гостей и веерочком обмахиваешься – красота!

Скука смертная, конечно, но красота. А главное, никто не ходит и тебя не бесит. Носки по дому не разбрасывает, ночами не храпит под ухо и зубами не скрипит. Георгины твои не топчет, в конце концов и на эмоциональных качелях не раскачивает выдавая это за романтику и флирт.

А эта балбесинка урыдалась вся в подушку. Причитала, что он ее не любил. Слезы и сопли заполонили мой сон.

– Да, не не любил он тебя! – пыталась я образумить Фрею внутри своей головы, когда сон про неразделенную любовь пошел на третий круг и порядком мне поднадоел. – Он просто не знал, что с тобой делать. Он взрослый мужик, а ты лялька для него.

Фрея на минуту замолчала, осознавая сказанные мной слова, а затем зарыдала с новой силой.

– Да, ядреный сандаль! – выругалась я. – Ты мне дашь поспать сегодня или нет? Он козел и урод, потому что не нашел другого способа поговорить с тобой и все по-человечески объяснить, но это не меняет того, что он тебе ничего не обещал. И ты сама себе это все выдумала. А теперь спи! Я стиснула зубы, чувствуя, как во мне закипает злость.

С успокоением других людей у меня всегда выходило не очень, потому что эмоциональной я была, примерно как топор. Но в этот раз сработало. Рыдания стихли, и в моей голове воцарилась тишина.

Наконец-то! Я перевернулась на другой бок и провалилась в глубокий, безмятежный сон.

Примерно, по моим внутренним ощущениям, минут на пять. Потому что только Морфей расчехлил свои крылья и приготовился унести меня на них в свое сонное царство, как раздался громкий стук в дверь.

Я подскочила на кровати от неожиданности и пошла открывать, хотя сама еще толком даже не проснулась. На пороге стояла баба Яга.

– Дрыхнешь? – спросила она, проходя внутрь.

– Хотелось бы, – буркнула я.

– Давай, продирай зенки, красавица, – скомандовала Ядвига. – И потопали. Работка для тебя имеется.

Все еще плохо понимая, что от меня хотят, я изобразила неопределенную реакцию на лице, за что получила строгое:

– А ты чавой думала? – возмущенно спросила бабушка. – Бесплатно жить будешь тутова?

– Пять минут назад я думала поспать, – честно призналась я, открывая дверцу ванной комнаты, чтобы привести себя в порядок.

– А, так ты это передумай, – подбодрила меня Яга. – Работка сама себя не отработает. Да и потом рагу отрабатывать тоже надо. Да, и завтрак кстати тоже.

Оставаясь в полудремотном состоянии, я умылась, но это не помогло и отправилась вслед за Ядвигой. Для бабульки с тросточкой она довольно резво передвигалась.

Мы дошли до кухни, где я уплела за обе щеки рисовую кашу и пару бутербродов, а потом вышли и пошли в противоположную сторону. Туда, где я вчера чуть не разбила старинную антикварную вазу.

Вазы кстати на месте не было.

«Что за чертовщина?» – отвлеклась я на мысли в своей голове и трижды обернулась, пока мы не вошли в лазарет и я не увидела лежащего на кровати Дариана, который был окутан какими-то магическими нитями. Чем-то похожими на те, что вчера вились из пальцев Элариана.

– Вот, – показала на мужчину Ядвига. – Он – твоя работа, пока не очнется!

Глава 9

Фрея

– И что мне с ним делать? – не поняла я, опасливо косясь на мужчину без сознания.

Он лежал на довольно комфортабельной больничной койке, весь в бинтах, словно мумия, и зрелище это оптимизма не внушало. Его лицо, обычно надменное и холодное, сейчас было бледным и осунувшимся.

– Как что? – удивилась Ядвига, вскинув брови. Она стояла, подперев бок рукой, и смотрела на меня, как на полную идиотку. – Раны перевязать. Разговаривать. Помыть там, побрить. Как еще ухаживают за больными?

– Помыть, побрить? – возмутилась я, отступая на шаг… – А что нельзя это с помощью магии сделать? У вас же тут магический мир.

Я обвела руками вокруг себя, надеясь, что бабуля поймет всю абсурдность ситуации.

– А не надо было бросать его одного раненого в поле, деточка, – пристально взглянув мне в глаза, укоризненно заметила бабушка Яга. Ее взгляд прожигал меня насквозь, заставляя почувствовать себя виноватой, как нашкодившая девчонка.

– Откуда вы… – хотела было спросить я, но она меня перебила:

– Я старая, но не глупая. И хорошо умею выстраивать причинно-следственные связи, – в ее голосе звучала легкая насмешка, и я почувствовала, как краснею.

– Он вез меня в тюрьму не разобравшись, – решила пожаловаться я, надеясь вызвать хоть немного сочувствия.

– Было за что? – подозрительно посмотрела на меня старушка, прищурив один глаз.

– Лично я никого не убивала, если вы об этом, – скрестив руки на груди насупилась я. – Очнулась в этом вашем чудесном мире в окровавленной рубашке и с ножом в руках. А та, чье это тело ничего не помнит, поэтому я не знаю, было за что или не было. И почему я вам это все рассказываю, тоже не знаю. Чертовщина какая-то!

Я махнула рукой, чувствуя, как во мне поднимается волна раздражения.

«Зачем ты ей все это рассказываешь? – возмутилась Фрея внутри меня. Ее голос был полон страха. – Откуда ты знаешь, что ей можно доверять?»

«А кому еще, если не ей? – недовольно осадила я голос в моей голове. – Если бы эта бабуля хотела, она бы уже давно сдала нас хозяину этого места. А мы, как видишь, все еще здесь. Так что, будь другом, помолчи хоть немного! Я на тебя еще за ночные рыдания зла!»

«Бе-бе-бе!» – очень по-взрослому отозвалась Фрея и затихла, обиженно засопев. Я закатила глаза, чувствуя себя словно в цирке.

– Ладно, деточка, – похлопала меня по плечу Ядвига. – Давай, завязывай свои увлекательные внутренние диалоги и обработай раны этому доходяге.

– Вы умеете читать мысли? – удивилась я, оглядываясь по сторонам в поисках медицинского инвентаря.

– Вот оно надо мне сто лет? – отмахнулась Яга, скривив губы… – У тебя ж на лбе все написано. А за этого не переживай, очнется он еще не скоро. Он, конечно, дракон, но кто-то очень постарался, чтобы избавиться от него, так что процесс регенерации затянется. Ладно, не маленькая, справишься.

С этими словами бабушка Яга радостно покинула лазарет, а я осталась там с одним коматозным драконом и абсолютно невменяемой влюбленной дурочкой в моей голове.

И поверьте, в этой истории, дракон, молча лежащий и истекающий кровью, был гораздо привлекательнее, даже не смотря на свои прошлые заслуги. Я вздохнула, обреченно глядя на беспомощное тело на койке. Подошла ближе, еще раз взглянула на бледное лицо. Слева виднелся свежий длинный шрам пересекающий бровь и щеку до середины.

«Вот с него то я и начну,» – решила я мысленно.

«Какой же он все-таки красивый! – томно вздохнула внутри меня Фрея. – Мой Дариан!»

«Или нет!» – о, Боги! Я даже комментировать не стала, просто закатила глаза и взяла лоток для того, чтобы снять и сложить туда пропитанные бурой кровью повязки. Придвинула табуретку к кровати и села на нее.

Руки налились тяжестью и я не могла их поднять, чтобы начать обрабатывать раны. Словно между нами был какой-то невидимый, но непреодолимый барьер.

– Кому же ты так насолил, что тебя решили взорвать? – спросила я у Дариана, понимая, что он мне не ответит. – Да, еще каким-то фендибоберным способом.

Я взяла пинцет и аккуратно убрала марлю с руки Дариана. Помимо довольно глубоких царапин, я обратила внимание на то, как выглядела его рука. Она была сильной, с крупными, четко очерченными костяшками. Кожа сейчас казалась бледной, почти прозрачной, сквозь нее проступали синие вены, как тонкие ручейки на мраморной плите.

Эта рука привыкла держать меч, управлять гарнизоном, но я внезапно вспомнила другое – она могла нежно обнимать.

В голове всплыли обрывки одного единственного воспоминания Фреи, в котором Дариан хоть как-то к ней прикасался:

Дариан шагнул вперед.

– Лорд Корбин… – произнес он низким, глубоким голосом, – погиб в битве. Он сражался до последнего, как настоящий герой.

Мир вокруг меня перевернулся. Папеньки больше нет? Этого не может быть… Я покачнулась, и Дариан успел подхватить меня, не давая упасть. Его сильные руки обвили меня, и на миг я почувствовала себя в безопасности, даже в этом горе.

Я невольно сглотнула, почувствовав странное волнение. Помотала головой, стряхивая странное наваждение.

«Так, Даша, соберись! – дала я себе мысленного леща. – Ты здесь по делу. Делай то, что надо и шуруй на обед!»

С горем пополам обработав верхнюю часть дракона, стараясь не смотреть на его рельефный торс и выдающиеся, даже в таком состоянии, бицепсы, я отправилась в общую столовую. Благо, Элариан вчера успел мне рассказать, что она находится недалеко от кухни.

Помещение для приема пищи было наполнено звуками и запахами. Дети галдели, стоя у раздачи, каждый просил, чтобы ему положили побольше. В толпе я заметила Элика и помахала ему рукой. Он в ответ мне задорно улыбнулся и жестом предложил встать к нему без очереди, но я вежливо отказалась, приложив ладонь к груди и чуть наклонившись вперед.

При виде Элариана у меня внутри разливалось тепло, но я не хотела сильно с ним сближаться, потому что понимала, что рано или поздно я покину это место и вряд ли мы когда-нибудь еще удивимся. И если я с этим расставанием справлюсь, то для мальчика, который каждую ночь зовет маму, это будет тяжелый удар.

Под эти невеселые мысли, я взяла себе суп, по цвету очень похожий на наш борщ и второе и отправилась искать свободное место, держа в руках поднос.

Нашла и уже почти шла к победе, как запнулась, взмахнула руками, все, что стояло на подносе полетело вверх, а я вперед. И уже приготовилась встретиться лбом с полом, но столкновения не произошло, потому что меня поймали чьи-то сильные руки. Я подняла глаза и вместо каменного пола встретилась взглядом с недовольным мужским лицом, с которого медленно стекал суп, очень похожий на наш борщ.

Глава 10

Фрея

Постепенно реальность вернулась звуками хихикающих детей и я смутившись отвела взгляд:

– Простите, – тихо проговорила я. – Я не хотела. И спасибо, что не дали мне упасть.

– Вроде как, не за что, – сдержанно ответил высокий кареглазый брюнет, пытаясь стряхнуть с себя остатки супа, но я видела, как ходили ходуном его желваки. Он злился. – Вы новенькая? Я раньше вас здесь не видел.

– Можно и так сказать, – неопределенно пожав плечами, ответила я.

Смущение обжигало щеки, и я изо всех сил старалась не смотреть на последствия своего внезапного полета. Пятна супа на белоснежной рубашке, кажется, нисколько не умаляли внушительности мужчины передо мной.

– Вы правы, – наконец, собравшись, ответила я. – Я недавно здесь.

Он приподнял бровь, как будто само мое присутствие здесь было чем-то немыслимым.

– Натаниэль Эвергрин, – представился он, скрестив руки на груди, что только подчеркнуло напряжение в позе. – Артефактор. Преподаю у старших. И… – он многозначительно оглядел себя. – … временный объект для ваших экспериментов.

Артефактор? Я попыталась вспомнить, рассказывал ли мне Элариан что-то об этом и поняла, что – нет.

– Эксперименты? – переспросила я, нахмурившись. – Это вы о чем? Я просто… споткнулась.

В глазах Натаниэля мелькнула тень недоверия.

– Споткнулись? На ровном месте, в центре столовой? Простите, но я слишком давно преподаю в этой школе, чтобы понимать, здесь просто так не спотыкаются. Здесь вообще ничего не происходит просто так.

Я почувствовала, как во мне закипает раздражение. Какое ему дело? И почему он решил, что я непременно должна быть виновата?

– И что же? – с вызовом спросила я. – По-вашему, я сделала ЭТО не просто так?

Он на секунду замолчал, словно обдумывая ответ.

– Понятия не имею. Но, учитывая, что вы здесь новенькая, могу предположить, что вам еще предстоит многому научиться. И в частности – контролировать свою магию.

– Контролировать магию? – я невольно усмехнулась. – Вы меня с кем-то путаете. Я совершенно обычная.

Выражение лица Натаниэля не изменилось. Он продолжал смотреть на меня с подозрением, и в его взгляде я вдруг увидела что-то еще. Не только гнев, но и… интерес?

– Обычная? – повторил он, медленно покачав головой. – В этой школе «обычных» не бывает. И поверьте, я знаю, о чем говорю.

– Я уже сказала, – отрезала я, – Я просто споткнулась. И прошу прощения за это недоразумение. Если хотите, я могу забрать вашу рубашку, после того, как вы смените ее на чистую и постирать ее, в качестве дополнительных извинений.

– Постирать? – еще более удивленно посмотрел на меня мужчина и на его суровом лице мелькнула легкая ухмылка.

– Да, постирать, – повторила я, сильнее раздражаясь. – Знаете, это когда берут грязную одежду, мылят ее и трут руками друг об друга, чтобы она была чистая.

– Нет, – Натаниэль достал из кармана брюк какую-то пластину, дважды притронулся к ней большим пальцем руки и в следующую секунду его окутали магические огоньки, а когда они пропали, его рубашка была кристально чистой, как и его нагло ухмыляющееся лицо.

– Чудно, – процедила я, натянуто улыбнувшись. Чувствовала я себя отправтительно, потому что сначала из меня хотели сделать виноватую, а теперь и вовсе высмеяли мое искреннее желание помочь. – Раз инцидент исчерпан, приятного аппетита, лорд артефактор.

Не то, чтобы я не запомнила его имя, но особого желания обращаться к этому позеру по имени не было. Поэтому я сунула ему в руки свой поднос, который продолжала держать и развернулась, чтобы уйти, чувствуя, как краснею еще больше, но в этот раз уже от злости и раздражения, а не от вины и смущения.

– Постойте, – сказал он, перегородив мне дорогу. – Вы меня тоже простите. Хотел немного разрядить обстановку. Не получилось.

Я молча смотрела на него, скрестив руки на груди и всей своей позой подтверждая его мысль о том, что, да, не получилось!

– Может, вам нужна помощь, чтобы освоиться? – не отступал мужчина, его голос приобрел мурлыкающие нотки, а в глаз появился едва различимый игривый огонек. – Все-таки, я здесь давно. Могу показать вам… библиотеку, например. Или учебные лаборатории.

Предложение прозвучало как-то… двусмысленно. Поэтому я решила сразу обозначить свою позицию по данному вопросу. Я подошла чуть ближе и глядя мужчине в глаза негромко произнесла:

– Если вы пригласили к себе в гости девушку, чтобы покормить рыбок, а аквариума у вас отродясь не было – откройте ей хотя бы банку шпрот. Через некоторое время крошения туда хлеба, девушка начнет понимать, зачем вы ее пригласили.

– Я ничего не понял, – также шепотом признался Натаниэль. – Но звучало очень соблазнительно.

– На звучании и закончим, – сказала я в полный голос и оставив его без ответов, а себя без обеда, покинула столовую.

Проходя мимо того места, где я вчера видела портрет со своей физиономией, я остановилась для того, чтобы проверить, не почудилось ли мне.

Но на стене ничего не было. Абсолютно. Пустая стена между двух окон.

– Да, как так-то? – пробубнила я себе под нос. – Я же видела.

«Ты уверена, что тебе не показалось? – подала голос Фрея внутри моей головы. – Потому что я тоже ничего не видела».

– Это и неудивительно, – буркнула я, подходя ближе к стене. – Ты, в принципе, дальше собственного носа ничего не видела.

«Я обижусь и не буду тебе больше помогать», – фыркнула в ответ Фрея.

– Детский садик «Тормозок», – недовольно закатила я глаза, исследуя стену на предмет двойного дна, оптических иллюзий и прочих логично объяснимых вещей того, что я сначала видела картину, а потом уже не видела. – Наш девиз – педалька вниз.

«Ты невыносимая! – капризно заявила Фрея. – Понятно, почему от тебя твои два мужа ушли!»

– Вот, негодяйка! – негодовала я, простукивая стену и приставляя к ней ухо. – На больное подавить решила? А ты уверена, что Риджина тебе мачеха? А то как-то оттуда гнилым ветром повеяло.

Бунтарка-самоучка задохнулась внутри меня от возмущения, но я этого уже не услышала, потому что у меня почти над ухом прозвучало мужское вкрадчивое:

– Фрея, что ты здесь делаешь?

Глава 11

Фрея

Я воровато обернулась, словно меня только что застали на месте преступления и увидела высокого мужчину. Сердце бешено заколотилось, отдавая глухими ударами в висках. Он смотрел на меня со смесью удивления и непонимания. Его черные брови были нахмурены, а голубые глаза проницательно заглядывали мне в самую душу. Меня будто просветили рентгеном, отчего стало не по себе.

Этот мужчина обратился к нам по имени, значит, он нас знает и это сильно осложняет ситуацию. А еще его голос мне был смутно знаком, но я никак не могла вспомнить, где я его слышала.

«Фрея, ты знаешь, кто это?» – задала я мысленный вопрос, начиная нервничать, потому что пауза затягивалась.

В ответ мне была тишина.

«Фрея!» – мысленно шикнула я на нее.

«Я знаю, кто это, – послышался скучающе-наглый голос внутри моего сознания, а я еле удержалась, чтобы не закатить глаза. – Но тебе не скажу! Выкручивайся, как хочешь!»

– Вот же… – хотела было выругаться я, но слишком поздно поняла, что сказала это вслух.

– Фрея, у тебя все в порядке? – задал новый вопрос брюнет и протянул ко мне руку, от которой я отпрянула, как от огня.

– Да, все в порядке, – поспешила заверить я незнакомца. – Я просто задумалась.

– Настолько сильно задумалась, что пришла в место о существовании которого никто не знает? – ехидно прищурившись, спросил мужчина.

– Потерялась я, – беспомощно разведя руками, призналась я. Если уж и косить под дурочку, то полноценно. – И потеряла то место, где потерялась.

Незнакомец озадаченно почесал затылок и посмотрел на меня с сочувствием, сделав вид, что поверил мне. Но я-то видела его скептический взгляд.

Во всей этой суматохе, у меня даже не было времени придумать себе какую-то более-менее правдоподобную легенду, которую я бы могла рассказывать тем, кто в этом мире знал Фрею.

«Ладно, будем активно изображать выборочную амнезию,» – решила я про себя и приступила к реализации своего гениальнейшего плана.

– Вы меня извините, но я в последнее время страдаю провалами в памяти, – сделав грустное лицо, сообщила я незнакомцу. Мой голос слегка подрагивал от наигранной печали. – Если вы обо мне что-то знаете, расскажите, пожалуйста. Это так ужасно не помнить саму себя.

«Оскара мне! За лучшую женскую роль!» – с самоиронией подумала я, а Фрея лишь вредно фыркнула.

– Ты помнишь, как ты здесь оказалась? – задал вопрос мужчина, приглашая жестом меня пройти вместе с ним по коридору.

Я посмотрела на него настороженно, но все-таки пошла рядом, понимая, что особо сильных подозрений вызывать не стоит.

– Я помню, что очнулась в лесу, – начала я свой жалостливый рассказ. – Вся в крови. Вокруг ни души. Мне было так страшно. Я шла и шла, не разбирая дороги. Потом не помню. Дальше помню, как открыла глаза у того фонтана.

«Складно сочиняешь,» – подтрунивала надо мной Фрея.

«Не передумала мне помочь?» – уточнила я на всякий случай.

«Извинись за то, что сказала про меня и эту подлую змею Риджину, – выдвинула свое требование Фрея. – И может быть, передумаю!»

«А ведь с виду божий одуванчик, – не осталась в долгу я. – Так и не скажешь, что злостная шантажистка!»

«Как хочешь,» – как можно безразличнее заявила Фрея.

«Ладно, ладно, – мысленно поднимая руки вверх в сдающемся жесте, подумала я. – Извини, что заподозрила тебя в родстве со змеей Риджиной. Ты меня подколола про мужей, я тебя подколола в ответ. Один – один. Мир?»

– А до того, как ты очнулась в лесу, – ворвался в мой внутренний диалог брюнет, про которого я уже успела забыть, поэтому даже вздрогнула от неожиданности, когда услышала рядом его голос. – Что-нибудь помнишь?

«Мир, – нехотя ответила Фрея. – Это Аластор Дракмор, верховный инквизитор короля и единственный друг Дариана. Я видела его только однажды, на нашей свадьбе».

Я сделала глубокий вдох-выдох. Это был вздох облегчения и обречения одновременно. С одной стороны хорошо, что я сейчас знаю, кто это. А с другой…

А с другой – я сейчас вешала лапшу на уши верховному инквизитору и как выкручиваться из этой ситуации, даже близко не представляла.

«Что ж мне везет-то как утопленнику?» – задалась я мысленным риторическим вопросом.

– Я помню фрагментами, – решила все-таки ответить я, а то пауза опять затянулась и Аластор уже начал смотреть с подозрением.

За всеми этими внутренними перепалками с Фреей и размышлениями о своей судьбе-судьбинушке, я не заметила, что двигались мы именно в сторону лазарета, где преспокойно отдыхал в коме мой якобы муж.

– Смерть отца, я в белом платье, – стала перечислять я, доставая из памяти чужие воспоминания. – Потом много одиночества.

Аластор смотрел на меня с пониманием, но в то же время в его глазах плясали едва различимые огоньки хитрости. Он что-то задумал, но я не могла его раскусить. Мурашки пробежали по коже. Я не могла определить для себя, могу я ему доверять или нет.

– Ваше лицо мне кажется смутно знакомым, – решил я играть на опережение, еще пока не понимая, что мне это может дать. – Но я не могу вспомнить, где я могла вас видеть.

Я посмотрела мужчине прямо в глаза, стараясь выглядеть искренней. Дракмор слегка улыбнулся уголком губ, пропуская меня внутрь лазарета.

– Говорят, чтобы память вернулась, – начал он, улыбаясь шире. – Нужно увидеть того, кого больше всего любишь.

С этими словами он провел меня чуть дальше, туда, где лежал Дариан и взмахнув рукой, словно фокусник, смотря на меня, сказал:

– Вот.

Я выглянула из-за его руки и вместо израненного Дариана, увидела пустую кровать. Сердце бешено заколотилось.

Куда он делся?