Текст книги ""Фантастика 2026-127". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)"

Автор книги: Геннадий Борчанинов

Соавторы: Юлианна Винсент,Елена Дриим,Илья Савич,Сергей Измайлов,Владимир Босин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 182 (всего у книги 333 страниц)

Глава 18

Новый рабочий день начался ещё до того, как я вошёл в научный центр. Обогнув угол здания, я с удивлением обнаружил, что возле крыльца нетерпеливо мнётся стайка сотрудников с кейсами и чемоданами, а по ступенькам спускаются Анатолий Фёдорович и Фридрих Стефанович.

– О, ты очень вовремя, – махнув рукой, окликнул меня Герасимов. – Заводи свой драндулет, поедем попробуем лес штурмовать.

– Лес? Может, немножко подождём? – спросил я. – Я Арсению предоставил новые кристаллы из убитых ранее Бронированных Драконов. Он обещал сделать более мощный артефакт.

– Можно и подождать, – пожал плечами Фридрих Стефанович. – Мы пока что не настолько сильно торопимся.

– Подождать-то можно, – сказал Герасимов, покосившись на профессора, – но не будем же мы ждать, сидя на диване сложа руки. Так что едем всё-таки попробуем с тем, что имеем в распоряжении. Для нас сейчас самое важное – отследить все изменения с почвой, флорой и фауной Аномалии при воздействии по методике Ивана.

– Ну, как скажете, – ответил я и направился к закрытому чехлом багги с артефактом.

Специальный чехол сшили для машины не только для того, чтобы защищать окна Герасимова от разноцветного сияния (на что он поначалу жаловался в своей привычной ехидной манере), но, и чтобы уберечь машину от непогоды в виде дождя и снега, кабриолет как никак. Хотя, мне теперь кажется, что эти усилия были напрасны, заказывать надо было не чехол, а хотя бы гараж-ракушку. Так техника будет недоступна не только снегу и дождю, но и монстрам, которые могут порвать сиденья или испортить оборудование.

Вглубь Аномалии мы решили всё же не ехать, а пройти по краешку леса вдоль границы, которая к нему к этому времени вплотную придвинулась. Выбрав исходную точку, мне обозначили маршрут, а Герасимов и Лейхтенбургский, как обычно, расположились вдали за раскладным столиком перед мониторами компьютера. Младшие сотрудники бегали по опушке и расставляли датчики, чтобы фиксировать изменения и интенсивность воздействия целительной энергии на Аномалию.

Анатолий Фёдорович поднял руку, и я медленно тронулся, стараясь подъезжать как можно ближе к крайним деревьям.

Я хотел в этот раз попробовать ослабить напор целительной энергии, подаваемой в грунт, но потом решил отложить этот эксперимент на другой раз. Сейчас нужно максимально мощное воздействие, чтобы попытаться изменить деревья. Наверняка это гораздо затратнее, чем трава и кустарники.

Я медленно продвигался, тщательно объезжая стволы, и наблюдал за тем, как стремительно, прямо на глазах, меняются деревья, особенно молодые. Кора вместо серо-чёрной, словно изодранной, становилась нормальной. Изуродованные деревья с кривыми толстыми ветками превращались в обычные сосны, берёзы и осины. В основном, конечно, преобладали хвойные, это характерно для данного региона. Глаз радовался, когда на месте страшных колючек появлялась зелёная хвоя.

За мной буквально по пятам шли несколько младших научных сотрудников, которые тут же брали пробы грунта, образцы лесной подстилки, коры деревьев, осторожно срезали вернувшиеся к первоначальному виду веточки.

Особенно приятно было видеть, как красновато-рыжая почва превращается в обычный чернозём и глинозём. Если энергии хватило для трансформации самой почвы, значит, и для населяющих её микроорганизмов и насекомых её тоже будет вполне достаточно.

Только теперь я обратил внимание, что даже дышать становится легче. Атмосфера вокруг артефакта тоже менялась. Исчезло давящее ощущение присутствия Аномалии и тягостного воздействия негативной энергии.

В этот раз я настолько увлекся, что запаса энергии в артефакте не хватило даже на сто метров езды. Я проехал максимум метров семьдесят, зато за моей спиной остались десятки нормальных деревьев, привычных глазу в обычных лесах.

Но я не стал останавливаться на достигнутом и продолжил ехать по кромке леса, продолжая отправлять в почву уже заметно меньшее количество целительной энергии. Теперь в дело шло только то, что успевали выдавать артефактные трансформаторы, забиравшие негативную энергию из земли.

Остановить процедуру пришлось из-за первых признаков истощения. Когда я понял, что это именно оно мне мешает. Появились тёмные круги перед глазами, начинает неметь язык. Я резко оборвал воздействие и убрал руку с артефакта. Голова внезапно закружилась, и я буквально повис на руле. Надо было остановиться чуть раньше, но увлекся процессом – тут сам виноват.

Приподняв голову, я увидел, как ко мне со стороны сидящих за столом коллег бегут младшие сотрудники. Анатолий Фёдорович и Фридрих Стефанович тоже встали из-за стола и быстро пошли в мою сторону.

– Иван Владимирович, вы в порядке? – спросил молодой парень, поравнявшись со мной.

– К сожалению, не совсем, – честно признался я, покачав головой и выдавив из себя жалкое подобие улыбки. – Но скоро всё будет в порядке, придётся только несколько минут посидеть отдышаться.

– Ну что, Ваня, довёл себя до белого каления? – немного ехидно спросил подошедший Анатолий Фёдорович. – Наверняка хотел как лучше. Я прав?

– Как и всегда, – усмехнулся я.

– Послушайте, господа, – вмешался герцог Лейхтенбургский, – эксперименты экспериментами, а себя тоже надо жалеть. Иван Владимирович, больше так не рискуй. Нам не нужна победа такой ценой.

– Я сам виноват, – махнул я рукой. – Немного увлёкся, но мне уже полегче. Правда.

– Правильно, полегче, – усмехнулся Герасимов. – Ты же выкатился с исцелённой зоны и здесь негативную энергию трансформируешь в целебную. Тоже ведь хитрец.

– Есть немного, – улыбнулся я, чувствуя, как проясняется зрение. Да и в отражении я стал выглядеть более бодрым.

Головокружение уже отступило, и я смог наконец выйти из машины.

– Судя по пройденному пути, снова вливал на полную катушку? – спросил Анатолий Фёдорович, посматривая на ближайшую часть исцелённого участка. – Мы же вроде договаривались уменьшить подачу энергии из резервуара хотя бы на четверть, если не на треть.

– Договаривались, – кивнул я. – Но я решил, что для деревьев такого количества не хватит.

– Может, и хватит, а может, не хватит, скоро посмотрим, – сказал профессор. – Материалов набрали уже достаточно. Ну, ты залезай обратно за руль, веди машину к центру. Мы тебя уже там догоним.

Младшие сотрудники принялись складывать датчики и артефактные индикаторы в чемоданы, рассаживаться по машинам. Когда я развернулся и поехал в сторону центра, заметил, как плавно смещается граница Аномалии, смещаясь к лесу. Теперь ближайшие деревья окажутся за её пределами. Оставалось только сложить пальцы крестиком, чтобы всё не вернулось обратно.

Вернувшись в научный центр, все дружно устремились в лабораторию для изучения собранного материала. Фридрих Стефанович отвёл меня и Герасимова за отдельный стол, устроив прямо на месте небольшое совещание. Сотрудники занимались изучением грунта, растений и насекомых, но спокойно поговорить было всё же вполне возможно.

– Процесс, конечно, невероятно энергозатратный, – сказал герцог Лейхтенбургский, следя за работой сотрудников. – Даже с седьмым кругом, которого Иван достиг с таким трудом, ему не хватает энергии для длительной работы, что уж там говорить о средних целителях. До полной разрядки артефакта в результате непрерывного воздействия он может очистить участок размером меньше половины футбольного поля. Это же капля в море, понимаете? Такими темпами у нас на борьбу с Аномалией уйдут годы работы.

– Аномалия занимает многие сотни квадратных километров, – вставил Герасимов.

– Вот именно, – продолжил Фридрих Степанович. – Ждём новые артефакты от Арсения, посмотрим, что можно сделать с ними. Считаю, что нужно назначить посменную работу с уже имеющимся. По моим наблюдениям, артефакт заряжается несколько часов, максимум четыре или пять, а не целые сутки. Значит, можно использовать это оборудование за сутки несколько раз. Уменьшать площадь Аномалии надо прямо сейчас, чтобы было что показать императору в оправдание столь больших расходов.

– Только Ваню, пожалуйста, в это не надо впутывать, – тут же вставил Герасимов. – У него, между прочим, и свои дела есть. Он уже забыл, когда последний раз на своём рабочем месте на заводе показывался.

– Так ведь у меня там есть надёжные помощники, которым я доверяю, – ответил я с улыбкой.

Однако было очень приятно, что шеф за меня заступается.

– Полностью с тобой согласен, – сказал профессор, медленно кивая. – Моей племяннице нужен живой и здоровый муж, а не еле живой, передвигающийся по стеночке.

– Если вы по поводу моего сегодняшнего магического истощения, то не переживайте, – сказал я. – Такого больше не повторится, обещаю.

– Вот-вот, – вставил Герасимов. – Не за жизнь, чай, бьёмся, а пробуем варианты.

С этого дня было решено обойтись без героических подвигов. Проходить на машине ровно столько, насколько хватает энергии в накопителях, так как продолжение работ менее эффективно и более энергозатратно для самого оператора машины.

* * *

Новый, увешанный артефактным оборудованием багги Арсений предоставил нам через пять дней. Мы уже и не надеялись на такую скорость производства – как-никак совершенно новое направление, в котором еще никто не достигал успеха, а тут парень, по сути, все тянет на себе. Причём он пригнал его к научному центру лично сам, сидя за рулём, чего я от него никак не ожидал.

– Всё-таки не любите вы меня, Иван Владимирович, – нарочито плаксивым голосом сообщил Арсений, вылезая из-за руля. – На такие подвиги вынуждаете идти. Работали, можно сказать, денно и нощно.

– Не прибедняйся, – ответил я парню с улыбкой, осматривая новую установку, которая даже визуально смотрелась гораздо мощнее предыдущей.

В этот раз проседания шин задних колёс я не заметил. Возможно, ему удалось как-то облегчить конструкцию. Лишь потом пригляделся, что сзади стоят спаренные колёса, как в своё время предлагал Лейхтенбургский.

– Красивая штуковина, – сказал Герасимов, спускаясь с крыльца. – На такой не Аномалию лечить, а на парады ездить надо. Вместо всяких этих ракетниц, гаубиц и танков.

– Жалко, что это не оружие, – сказал я.

– Это оружие, направленное против Аномалии, – усмехнулся Фридрих Стефанович. – А всё, что угнетает Аномалию, работает на нашу пользу.

– Значит, сегодня едем испытывать, – сказал с довольным выражением лица Герасимов, потирая руки. – Уже ох как не терпится!

– Бог вам в помощь, господа, а я, пожалуй, пойду, – сказал Арсений и направился было в сторону выхода из Аномалии пешком.

– Постой, дружище, ты куда это собрался? – рассмеялся я. – Тебе же идти несколько километров.

Герасимов тем временем подозвал одного из младших сотрудников. Тот вывел со стоянки штатную машину и остановился возле артефактора.

– Прошу вас, сударь, – сказал я, указывая на машину Арсению. – Карета подана, можете выезжать.

Сеня благодарно улыбнулся и помахал рукой на прощание. Багги ядовито-зелёного цвета тронулся и покатился прочь.

– Ну что, приступим? – снова спросил меня Герасимов, любуясь новой конструкцией артефакта.

– А чего ждать? – усмехнулся я.

– Сейчас Фридрих там стаю своих орангутангов мобилизует и выдвигаемся, – сказал Герасимов, кивнув в сторону входной двери.

Кучка младших сотрудников с кейсами и чемоданами высыпала на крыльцо. Люди тут же ловко расселись по машинам. Я сел за руль нового творения Арсения. В этот раз решили немного поработать с опушкой леса в восточном направлении.

Управляя багги с новым, более внушительным артефактом, я сразу почувствовал, что он идёт тяжелее, медленнее. Для транспортировки более мощных артефактов придётся делать специальный транспорт, этот уже не подойдёт

Точка старта назначена, начальство заняло позицию в конце маршрута. По моему настоянию они расположились чуть дальше.

– Новая попытка самоистязания? – с усмешкой спросил Герасимов.

– Ни в коем случае, – замотал я головой. – Не дождётесь. Просто Арсений сказал, что мощи тут как минимум вдвое больше и резервуар вместительнее.

– Который у тебя сейчас практически пустой, – напомнил Анатолий Фёдорович.

– Зато стоят более мощные преобразователи энергии, – высказал я контраргумент.

– Ну смотри, – пригрозил мне шеф пальцем. – Евгения мне не простит, если ты сляжешь.

Все на исходных позициях, датчики расставлены, сигнал поступил. Я нажал на педаль газа, придерживаясь рекомендуемой скорости. В этот раз волна регенерации была более заметной, чем со старой модификацией – Арсений потрудился не зря. И не зря мои бойцы истребили Каменных Василисков в пещерах. Зона восстановления распространялась в стороны от машины явно не менее, чем на двадцать метров.

Продвигаясь вперёд, я заметил подкравшегося и засевшего в ближних к опушке кустах Игольчатого волка. Когда я подъехал ближе, зверь начал меняться вместе с кустами и соснами, стоявшими рядом. Сначала осыпались иголки, монстр припал к земле и закрыл морду передними лапами.

Я даже специально остановился рядом с ним. Ещё через пару минут в лесу скрылся вполне нормальный волк. Жаль, что он таким теперь не останется.

– Ты чего там застрял, Ваня? – раздался из динамиков голос Герасимова. – Тебя прийти подтолкнуть?

– Спасибо, не надо, – рассмеялся я в ответ. – Просто я тут волка за пару минут трансформировал.

– Мощная хреновина, – довольно усмехнулся Анатолий Фёдорович. – Давай, езжай. И смотри там, чтобы без геройства.

– Принял, – ответил я и двинулся дальше.

Хоть резервуар машины успел зарядиться лишь частично, я остановился через те же сто метров, что были пределом для предыдущей. Я остановил воздействие, когда понял, что резервуар пуст.

* * *

В следующие несколько дней мы продолжали эксперименты с «оздоровлением» новых Территорий Аномалии. На вторую машину, что была функционально послабее, посадили теперь целителя, что до этого занимался трансформацией Леших. Я сразу объяснил ему, чтобы на меня не равнялся и прекращал работу сразу после опорожнения резервуара и переключения в автономный режим.

За день мы делали по два выезда. Посменную работу так и не запустили, для этого требуются более высокоранговые целители, чем те, что на данный момент у нас имелись. Один раз, правда, и сам Герасимов пожелал участвовать.

Граница Аномалии медленно, но верно смещалась, мы отвоёвывали лес, не торопясь, метр за метром. Занятие трудное, муторное, но успехи окрыляли, несмотря на ничтожность по сравнению с общей площадью Аномалии. По крайней мере, теперь будет что показать императору или его представителям, когда они надумают приехать и посмотреть. Да и так можно посмотреть потом на очищенную территорию в перспективе, а не в моменте.

К концу недели на утренней планёрке было устроено небольшое итоговое совещание.

– Ну что я могу сказать, дорогие коллеги, – медленно произнёс Лейхтенбургский, листая отчёты. – Мы уже неплохо продвинулись, можно сказать показательно. Но, даже учитывая, что в течение месяца в нашем распоряжении будут несколько таких машин, всё равно для успешной борьбы с Аномалией это слишком мало.

– Кинули клич по всей империи, – вставил слово Герасимов. – К нам едут высокоранговые целители отовсюду. Так что наконец-то сможем наладить работу посменно. Каждая бригада будет выполнять по два выезда, потом меняться.

– Хорошая новость, Анатолий Фёдорович, – сказал профессор, всё равно продолжая хмуриться. – Дело двинется быстрее, но всё равно этого мало.

– Я тут недавно общался со своим артефактором, – взял я слово, воспользовавшись паузой. – У нас есть интересное предложение.

– И какое же? – Лейхтенбургский заинтересованно поднял голову, оторвавшись от бумаг.

– Сделать какое-то количество стационарных артефактов, которые будут без участия целителей заниматься терраформацией, – сказал я. – Процесс без участия человека, скорее всего, будет очень медленным, но он будет. Надо будет только регулярно перемещать установки дальше на загрязнённую территорию, после того как предыдущий участок будет обработан. Ну и надо понимать, что даже если собрать целителей со всей империи, то достаточно сильных все равно много не наберется, это же не боевые маги.

– А что, Анатолий, парень дело говорит, – сказал профессор, повернувшись к коллеге.

– Дело, – кивнул шеф. – Только я даже боюсь представить, в какую копеечку это обойдётся, чтобы сыграло погоду.

– Давайте я для начала дам задание сделать такой хотя бы один, – предложил я. – А там уже по результатам будем решать, как лучше.

– Дерзай! – махнул рукой Анатолий Фёдорович. – По крайней мере, хуже точно не будет.

Глава 19

Прошла неделя, в течение которой мы делали регулярные выезды с новым мобильным артефактом Арсения, пробовали оздоравливать разные участки, включая болотистую местность. Результаты были разными, так как разными была и степень изменений грунта, растений и находящихся здесь животных, которых порой даже не было видно, но показывали особые сканеры. Что в целом было вполне ожидаемо, но все равно всё необходимо было подтвердить на практике.

Думаю, немалое количество энергии забирали на себя какие-нибудь крупные черви типа Огненных и им подобных или другая нечисть, которая водилась ранее в этих болотах и глубоко под землёй. Несмотря на периодически возникающие сложности, всё равно мы потихоньку продвигались, очищая всё новые территории и делая новые выводы из показаний детекторов.

Первая машина, которую сделал Арсений, тоже не простаивала. На ней параллельно со мной работал целитель с пятым кругом, что до этого лечил Лешего. Но тут имели место два фактора: более слабый целитель и более слабая машина, которые заставляли его остановиться гораздо раньше, чем делал это я. Но всё же решили, чтобы машина не простаивала, тоже её регулярно задействовать.

К концу недели было итоговое совещание по работе на территории Аномалии. В нём принимали участие не только я, Герасимов и Лейхтенбургский, но и несколько ведущих специалистов, работающих в нашем научном центре.

– Что, господа, я могу сказать, – начал свою речь Анатолий Фёдорович. – Данных накопилось уже немало. Картина, конечно, неоднозначная, но обнадёживающая. Главное, что я могу сказать точно: методика работает, в этом мы убедились. Нам удаётся эффективно очищать Аномалию от негативной энергии. Дело в том, что наши возможности пока что, к сожалению, очень ограничены, – Герасимов вдруг вздохнул. – Даже Иван Владимирович с седьмым кругом довольно-таки недолго может продолжать работу, буквально десять-пятнадцать минут, за которые он полностью истощает запас энергии в накопителе машины и своей собственный. Да, очистили мы уже довольно приличный кусок, но, к сожалению, по сравнению с масштабом всей Аномалии, очищенная площадь ничтожна. Если мы будем продолжать работать в том же темпе, на даже неполную очистку одной только Каменской Аномалии уйдут долгие годы непрерывной работы. Это при условии, что негативная энергия не будет восстанавливаться, чего никто пока не может гарантировать.

– Ну, несколько аппаратов и обученные операторы сдвинут процесс быстрее, – сказал я, воспользовавшись паузой. – Арсений Ксенофонтович уже активно работает ещё над несколькими автомобилями, обещал предоставить сразу партией.

– Что ж, это неплохо, – с лёгкой улыбкой кивнул Анатолий Фёдорович. – Но это, к сожалению, не решит проблему так быстро, как хотелось бы. Быстрее, конечно, но не настолько, чтобы говорить о каком-то супердостижении.

– Есть ещё один вариант, – снова вставил я своё слово. – Ненамного эффективнее, но зато будет работать постоянно, практически круглосуточно.

– Вот с этого места поподробнее, – насторожился Герасимов, посмотрев на меня внимательным взглядом. – Уже даже интересно, что ты знал и скрывал до этого момента.

– Я разговаривал буквально вчера с Арсением Ксенофонтовичем, своим артефактором, – начал пояснять я. – Мы пришли к общему мнению, что можно попробовать создать автономные излучатели, способные работать без постоянного присутствия целителя. Они, конечно, будут хоть и медленно, но зато стабильно очищать территорию день за днём. Единственное, что понадобится, так это люди, которые будут переставлять артефакты дальше, когда на прежнем месте они уже отработают. Даже если один такой артефакт будет очищать не больше сотки в сутки, сотни таких устройств, расставленных по периметру Аномалии, дадут ощутимый эффект.

– Ну да, так получится за день уже целый гектар, если поставить сотню, – кивнул Анатолий Фёдорович. – Ты хочешь сказать, это много? Теперь уже гектар за один заход ты один обрабатываешь, значит, надо создавать намного больше таких артефактов.

– Какие-нибудь образцы уже есть? – спросил Фридрих Стефанович.

– Пока что предоставить не могу, – ответил я. – Они в стадии разработки. Вполне возможно, что скоро уже будут.

– Вот когда будут, тогда и посмотрим, – заявил Герасимов. – И не забывай, что надо учитывать не только их эффективность, но и стоимость. Если это обойдётся казне в огромную сумму, тогда это тоже не лучший вариант. И надеюсь, что для их изготовления не придётся для начала перебить всех живущих в Аномалии монстров.

– Итак, какой мы подведём итог? – спросил с некоторой иронией Лейхтенбургский, вызвав на себя прожигающий взгляд коллеги.

– Для ускорения работы и более эффективного продвижения понадобятся лучшие умы империи, – сказал после некоторой паузы Анатолий Фёдорович. – Уже очевидно, что необходимы огромные финансовые вложения, а также терпение и вера в результат. Даже тот небольшой успех, которого мы смогли достичь на данный момент, уже играет большую роль. Люди видят, что Аномалия отодвинулась дальше от города. Конечно, ещё не было очередной волны повышенной активности, чтобы говорить уверенно, но я думаю, что оборону города можно будет в ближайшее время несколько ослабить. Если, а точнее, когда наше с вами дело получит достойное развитие, то империя, соответственно, получит действенный инструмент для контроля над Аномалиями. Мы ведь боремся не только за снижение площади самой Аномалии, что тоже немаловажно, но и за снижение угрозы от неё для проживающего рядом населения. Это уже даст нам стратегическое преимущество, ради которого стоит вкладывать такие ресурсы.

– Это, конечно, красивые слова, – начал Фридрих Стефанович. – Хотя, порой не такие уж они и красивые. Лично я считаю, что мы сделали огромный прорыв, просто у нас было слишком мало времени довести его до совершенства. Считаю, что императору уже можно доложить о положительных результатах, хоть они пока и не такие, как хотелось бы. Можно предложить увидеть воочию те перемены, которые здесь уже произошли. Я поручил своим сотрудникам отметить флажками старую границу Аномалии, где она была до начала нашего вмешательства, и вчера после работы я проехал вдоль неё. Поверьте, это уже довольно впечатляющее зрелище. Обратите внимание: наш научный центр всё ещё находится в зоне Аномалии, но… практически, этот участок выдаётся полуостровом в нормальные, исцелённые нашими усилиями земли.

– Я тоже думал над этим вопросом, Фридрих Стефанович, – уже менее эмоционально произнёс Герасимов, задумчиво глядя в окно, за которым виднелись вполне обычные зелёные сосны. – И поддерживаю инициативу воздействия на Аномалию дальше от научного центра, а здесь оставить пока всё как есть, ведь не секрет, что негативная энергия кормит это здание и всё, что внутри. Я, кроме всего прочего, составил долгосрочную программу исследований, где расписаны все этапы, необходимое финансирование и требуемые специалисты. Всё это находится здесь, – Анатолий Фёдорович приподнял над столом довольно толстую папку.

– Род Демидовых тоже готов помочь финансово и людьми, – сказал я, чтобы они понимали, что мы более чем заинтересованы во всем этом. – Поговорю с отцом, чтобы он согласовал усиление финансирования с императорским двором. Такой проект не может быть частной инициативой одного рода, это практически дело государственной важности, да и не только. Никто и не примет его, если за это дело возьмется только один род.

– Абсолютно верно, друг мой, – с совершенно серьёзным видом кивнул Анатолий Фёдорович. – Дело государственного масштаба.

После короткой паузы он добавил:

– И не только.

* * *

Стоит упомянуть, что после ареста князя Салтыкова мы всё ещё продолжали соблюдать серьёзные меры предосторожности. Это и усиление охраны заводов, совершенствование охранных систем, усиление патрулей, бдительность максимальная, так как нам неизвестно, есть ли ещё его сторонники, которые захотят нам помешать. И что-то в сердце подсказывало, что они есть и вполне могут напасть, стоит только немного увлечься текучкой и расслабиться.

Сегодняшний день начался с визита в лабораторию артефакторов. На площадке рядом с лабораторией уже стояли накрытые чехлами пара багги, практически готовых к работе. Ещё два я увидел, войдя внутрь. Вокруг них, как муравьи, крутились сотрудники Арсения, сам же руководитель лаборатории вышел ко мне навстречу. Судя по его испачканному халату и чёрным полосам на щеке, он не просто руководил, а тоже активно участвовал в производстве.

– Надеюсь, ты не с новым заказом? – спросил Арсений с усталой ухмылкой. – А то мы тут за вами уже не успеваем, хоть домой не уходи.

– Новые заказы я тебе могу приносить хоть каждые пять минут, – рассмеялся я. – Но я же понимаю, что ты не железный. У нас в научном центре, кстати, расширяется артефактная лаборатория. Если ты не возражаешь, было бы неплохо несколько готовых образцов для стационарной обработки территории Аномалии и чертежи предоставить сотрудникам центра. Так хотя бы от этой проблемы тебя избавим.

– Не поверишь, с огромным удовольствием, – вздохнул Арсений, потом, призывно махнув мне рукой, направился в сторону входа.

В углу возле входа стояли накрытые чехлами две треноги порядка двух метров высотой. Каждая оказалась опирающимся на три стойки довольно массивным прибором, смотрящим жерлом вниз.

– Вот эти уже готовы, – сказал Арсений, похлопав один из приборов по металлическому корпусу. – Только под мышкой их точно не унесёшь. Лучше присылай сюда грузчиков. Мы переставляли их с места на место с помощью лебёдки.

– Так, это замечательно, конечно, – задумчиво рассматривая трёхногий агрегат, сказал я. – Но как их переставлять на территории Аномалии?

– Хм, об этом я что-то не подумал, – протянул Арсений, тоже внимательно разглядывая своё внушительное изделие. – Наверное, стоит поставить их на какое-то шасси, чтобы они могли передвигаться самостоятельно.

– И сколько же весит эта прелесть? – поинтересовался я.

– В районе трёхсот килограмм, – сказал Арсений.

– Ну да, одному егерю такое не поручишь, тут понадобится целая бригада, – сказал я. – Человек шесть, по идее, пыхтя, смогут переставить его на несколько метров. Ладно, над шасси мы подумаем, – махнул я рукой. – Эти два агрегата в ближайшее время у тебя заберём, начнём работать на месте.

– Тут, кстати, для тебя есть приятный сюрприз, – сказал Арсений и снова махнул мне рукой, чтобы я следовал за ним.

Только сейчас, идя за ним следом, я понял, как парень похудел. Увидел, как обвис на нём халат. Движения стали резче, походка бодрее. Похоже, такой интенсивный труд идёт парню только на пользу. Главное, чтобы он с этим не переборщил.

Арсений уверенно прошёл до конца зала и направился вниз по лестнице в свою индивидуальную лабораторию. Оказалось, что уже здесь у него теперь тоже есть помощник. Это был один из тех первых парней, которых относительно недавно мой приятель называл безрукими. Услышав наши шаги, парень даже не повернулся, продолжал что-то неторопливо ковырять специальным инструментом, глядя на миниатюрный артефакт через лупу с мощной подсветкой.

– Уже доверяешь особые дела? – спросил я Арсения, кивнув на парня.

– Отличился особой ловкостью и усидчивостью, – усмехнулся артефактор. – Поэтому сидит здесь, выполняет спецзаказ.

Меня одолело жуткое любопытство, чем же таким особенным он там занимается. Уже собирался спросить, но в это время Арсений положил на главный рабочий стол кейс и открыл его. В нём лежал набор из трёх медальонов и столько же жезлов, очень похожих на те, что он изготавливал для лечения территории Аномалии и крупных монстров. Но эти были чувствительно меньше и, соответственно, легче.

– Догадываешься, для чего это? – спросил Арсений с гордым видом.

– Помощь юным и неопытным целителям в госпитале? – предположил я.

– С тобой даже неинтересно, – нахмурился парень. – Ничем тебя не удивишь.

– Отчего же? – усмехнулся я. – На самом деле я приятно удивлён, просто чисто случайно догадался. Ну, хотя логично: если надо вылечить человека, а не огроменную зверюгу, тогда и артефакт можно сделать поменьше.

– Именно так, – кивнул Арсений. – И с такой штуковиной даже начинающий целитель со вторым кругом может залечить перелом костей голени, почти как ты. Правда, потом ему всё же придётся отдыхать. Это, так скажем, больше, как оружие судного дня, то есть если сильно припечёт.

– Понятно, – сказал я, любуясь практически ювелирной работой. – Стало быть, таким пользоваться постоянно ни к чему, иначе так и останется со своим вторым кругом.

– Верно, – кивнул Арсений. – Поэтому всё это оборудование я вручаю тебе, а ты уж найдёшь подходящее словцо, чтобы всё доходчиво до них довести.

– Спасибо тебе, – от души сказал я, протягивая парню руку. – И за эти артефакты, и за то, что нашёл для меня повод сходить в госпиталь, где меня, возможно, уже забыли.

– Да ладно, забыли, – махнул рукой приятель. – Я же знаю, что ты всё равно периодически навещаешь. Слышал, про Олега Валерьевича хорошо отзываются. Он заведующий не хуже Анатолия Фёдоровича.

– Нет, – покачал я головой. – Анатолий Фёдорович такой один, похожего на него ещё поискать.

– Каждый из нас в каком-то роде такой один, так ведь? – улыбнулся Арсений.

– Всё так, – кивнул я.

Я похлопал приятеля по плечу, забрал кейс и направился к лестнице.

К сожалению, на самом деле в госпитале я появлялся не так часто, как он подумал. Иногда бывали короткие визиты, например, когда род Демидовых поставлял какое-либо новое оборудование или нужно было узнать, не нужна ли какая-то помощь. Единственным знакомым человеком, с которым хотелось там общаться, был именно Олег Валерьевич. Хотя Василий Анатольевич стал уже более контактным и приветливым, но всё равно как-то не то. Вспоминая его прежнего, душа особо не лежала, а может, и зря.

В лаборатории трудились совершенно другие люди. Установки работали непрерывно, изготавливая эликсиры. В ординаторской и приёмном отделении теперь молодые, новые лица. В госпиталь привлекали преимущественно молодёжь с прицелом на дальнюю перспективу. Род Демидовых гарантировал им дополнительные выплаты, чтобы стимулировать материально. Ну уж Олег Валерьевич не давал им спуску и заставлял трудиться как следует, чтобы они не расслаблялись.