Текст книги ""Фантастика 2026-127". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)"

Автор книги: Геннадий Борчанинов

Соавторы: Юлианна Винсент,Елена Дриим,Илья Савич,Сергей Измайлов,Владимир Босин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 180 (всего у книги 333 страниц)

Глава 15

Пока в лаборатории ведущего научного центра по исследованию Аномалий бушуют страсти, свидетелем которых мне быть вовсе не обязательно, я решил выйти прогуляться, а заодно сходить до нашей амбулатории. Убью сразу двух зайцев: развеюсь, немного отдохну, а для пользы дела посмотрю, как у них там дела обстоят.

Все же про них тоже не стоит забывать. Пусть в лаборатории заняты делом исследования воздействия целительской энергии на местных монстров, в амбулатории занимаются схожим процессом, но в рамках людей и тех болезней, с которыми мы неизбежно сталкиваемся из-за долгого нахождения в Аномалии.

В приёмном отделении было тихо, спокойно. Уборщица старательно отмывала полы, протирая тряпкой последнее оставшееся пятно крови у стены, здесь иногда бывает, действительно, жарко. Двое уставших практикантов сидели в креслах в дальнем углу, что-то тихо обсуждали. Василий Анатольевич, убрав руки за спину, медленно прохаживался, уставившись в окно мечтательным взглядом. Увидев меня, он улыбнулся и пошёл навстречу.

Даже немного неожиданно увидеть от него именно такую реакцию, особенно вспоминая довольно стойкую неприязнь в отношении меня. Интересно, что больше сыграло роль в перемене отношения: что я теперь князь или то, что он увидел знакомое лицо?

– Как тут у вас дела? – поинтересовался я у Василия Анатольевича, пожимая ему руку. – Молодёжь справляется?

– Да как сказать… – мужчина махнул рукой. – Прислали вот очередных новичков. Толку от них чуть. Мы как раз только закончили с партией раненых охотников, большую часть из которых пришлось исцелять самому. Эти двое, можно сказать, были больше на подхвате.

– Но хотя бы стремятся к чему-нибудь? – тихо спросил я.

– Да вроде стараются, просто так не сидят, – задумчиво кивнул Василий Анатольевич, покосившись на молодых парней в халатах. – Только почти ничего не умеют. Хорошо хоть у нас в запасе есть эликсиры, так с них больше толку.

– Ну, хорошо хоть стараются, – улыбнулся я. – Если у человека есть интерес, он быстрее приобретёт опыт, чем тот, которому всё равно. А практики в этом месте более чем достаточно, не заскучаешь.

– Здесь я согласен, – вздохнул Василий Анатольевич. – Но порой уже устаёшь от желторотых и бестолковых новичков. Хочется работать в слаженной бригаде, где каждый знает своё место и каждый знает, что делать, не нужно никому ничего по пять раз объяснять.

– Без новичков не получится и расширение, – заметил я. – Старым составом вы бы не справились. Особенно учитывая, что население теперь более охотно потянулось за помощью целителей, а не как раньше отсиживались дома с мыслью «само пройдет». А ещё эта амбулатория на территории Аномалии.

– Силами одной старой гвардии не получится, – кивнул Василий Анатольевич. – Поэтому приходится терпеть и страдать. Надо отметить, когда за помощью обращаются по одному или двое раненых, они вроде неплохо справляются. Пыхтят, пищат, но работают. Даже уже научились залечивать небольшие раны без эликсиров. Правда, хватает их ненадолго…

Я смотрел сейчас на коллегу, которого столько времени считал самовлюблённым вредным нарциссом и не узнавал. Хоть он и ворчит, что достали новички, но скорее всего, именно их появление, ответственность за них, что легла на его плечи, наложили на его характер свой отпечаток. Стал более ответственным, терпимым. Мне кажется, что он в какой-то мере даже получает удовольствие, занимаясь с молодняком, просто не хочет подавать вида.

– Ну как говорится, бог в помощь, Василий Анатольевич, крепитесь, – сказал я на прощание. – Терпения вам и спокойствия, молодые подрастут, возмужают, станут самостоятельными, и тогда всё будет хорошо.

– Спасибо, Иван Владимирович, – снова улыбнулся мой собеседник. Прощаясь, он крепко пожал мне руку.

Выходя из амбулатории, я находился в смешанных чувствах. Раньше к этому целителю была довольно стойкая неприязнь, но людям свойственно меняться. И хорошо, что меняется он в лучшую сторону, не усугубляя своей репутации сложного и скандального человека. Кто знает, может, у него просто тогда был период жизни такой. Все равно влезать в это я не собираюсь, и других забот хватает.

Я вернулся в лабораторию. Анатолий Фёдорович и Фридрих Стефанович совершенно мирно сидели за компьютером, анализировали поток данных, что-то отмечали себе в блокнотах и выборочно записывали в большой журнал наблюдений.

Однако, приглядевшись, я заметил, что они практически друг с другом не разговаривают. Видимо, в моё отсутствие успели сказать друг другу всё, что думают, что накопилось. Фридрих Стефанович старательно изображает обиду на Анатолия Фёдоровича. Однако, увидев меня, герцог едва заметно улыбнулся.

– Где это ты был, Иван Владимирович? – довольно строго и едко спросил меня Герасимов.

– Ходил в лес, спас Красную Шапочку от волка, – сказал я.

– Шутник, – усмехнулся Анатолий Фёдорович, – тоже мне. И у кого только подобного набрался? А ну, иди сюда, поговорить надо.

Кажется, на данный момент всё почти в порядке, надеюсь, что их спор завершился конструктивно.

– Значит, смотри, Ваня, – начал Анатолий Фёдорович, отвернувшись наконец от мониторов. – Это были данные с датчиков всех, кого ты исцелил вчера и сегодня. Что я могу уверенно сказать, с лисами полный порядок, их сегодня же отвезут в лес. Сегодняшние волки и лешие, то есть медведи, тоже стабильны. В общем и целом, результат хороший, признаков обратного смещения морфологии не выявлено, фон негативной энергии не растёт. Так что, я думаю, вполне возможно приступать к экспериментам с Красным медведем. Практически уверен, что ты должен его осилить.

– Значит, будем работать, – сказал я. – Остаётся только один вопрос: где достать Красного медведя?

– Охотники его обходят стороной. Тем более, что его сейчас довольно далеко видать, – нарушил наконец молчание профессор.

– Тогда пусть они его просто отслеживают, – предложил я. – А я отправлю отряд подготовленных магов для отлова.

– Так мы уже знаем, где парочка таких упитанных особей шатается, – сообщил довольный Анатолий Фёдорович.

– Ну и отлично, – сказал я с улыбкой. – Вы мне точку на карте укажите, тогда завтра утром пойдут ловить.

* * *

В конце рабочего дня я заехал в расположение батальона и собрал руководящий состав на совещание в кабинете Гранкина.

– Господа, – начал я, обведя присутствующих взглядом. – Вам предстоит интересное и очень необычное задание. До этого мы ходили в Аномалию, чтобы зачистить от монстров. Теперь же нам монстр нужен живым.

– Я так понимаю, вы имеете в виду не Спрутолиса? – с ухмылкой сказал командир отряда магов. – Иначе мы бы тут не собрались, верно?

– Совершенно верно, – ответил я, не обращая внимания на сарказм. – В этот раз цель будет посерьёзнее. Для научных экспериментов нужно изловить Красного медведя. И да, я понимаю, как это звучит.

У командира магов от удивления приподнялись брови. Остальные командиры слегка отпрянули и не менее удивлённо посмотрели на меня.

– Прошу прощения, ваше сиятельство, – начал маг. – Но вы ведь сами знаете, что это огромный мощный зверь, довольно опасный не только физической силой, но и ментальной атакой. Его проще убить, чем изловить.

– Вы правы, я прекрасно знаю, что собой представляет этот монстр, и приходилось его убивать, так что не сгущайте краски. Если уж Лешего удалось притащить, – сказал я и сделал многозначительную паузу. – То и Красного медведя вполне возможно. Сначала парализовать молниями в ключевые точки, добавить снотворное, что используют ветеринары, а потом можно будет применить наш эликсир. Возьмите несколько багги, чтоб тросами дотащить его до грузовой платформы с манипулятором, а там уже в кузов погрузите без вопросов. Потом привезёте его в научный центр.

– Наверное, много эликсира для наркоза понадобится ваше сиятельство, – предположил командир магов.

– С этим у нас нет проблем, – ответил я. – Возьмите целый штатив с пробирками. Мне кажется, на его массу одной пробирки вполне достаточно.

– Да, но это всего полчаса, – добавил маг, понимая, что на его отряд в основном ляжет ответственность.

– Полчаса, – подтвердил я. – Как только он начнёт подавать первые признаки пробуждения, дадите ему ещё. Рисковать вашими жизнями я не собираюсь.

– Во сколько выходим? – спокойно спросил Федулов, как человек, не привыкший обсуждать приказы.

– В идеале к девяти утра спящий Красный медведь должен быть на столе в научном центре, – ответил я.

– Хорошо, управимся, – кивнул Борис Аркадьевич. – Багги только надо взять хотя бы штук шесть. Возможно, столько хватит для буксировки туши этой довольно увесистой твари.

– Наверное, стоит подпустить его поближе к дороге, – предложил я. – А может, и выманить. Нужно, чтобы платформа могла подъехать к зверю как можно ближе.

– Значит, решено, завтра в шесть утра входим в Аномалию, – подвёл итог главный маг.

– Думаю, вы и быстрее справитесь, – сказал я. – Нам известно приблизительное местонахождение пары особей нужного вида.

– Скорее всего, даже быстрее, – кивнул маг. – Но лучше иметь время в запасе. Может быть, в самом деле, удастся выманить его ближе к дороге. Тащить его тросами через лес – сомнительное удовольствие. Вам ведь зверь нужен невредимым, а при такой буксировке большой риск его ранить, к тому же может застрять где-нибудь между деревьями. Потом возись с этой тушей, еще и внимание привлечем к себе.

– Справедливо, – согласился я. – Я вам подготовил распечатку карты этой части Аномалии. Здесь отмечена зона, где последние несколько дней наблюдали пару Красных медведей.

– А если обоих поймаем? – спросил Федулов, испытующе глядя на меня.

– Тем лучше, – улыбнулся я. – Рад вам сообщить, что у нас неплохо получается превращать мутантов в обычных зверей. Сегодня из крупного Лешего в итоге получился вполне обычный медведь. Завтра хотели попробовать с Красным медведем, надеемся, что получится.

– Мне не совсем понятно, зачем это нужно, – пожал плечами главный маг. – Уменьшение Аномалии – это одно, но зачем вокруг плодить такое количество диких зверей?

– Для восстановления баланса живой природы, – уклончиво ответил я. – Это вполне достаточная причина.

* * *

Новый рабочий день начался, как всегда, с планёрки и нетерпеливого ожидания предстоящего эксперимента. Мои бойцы прекрасно справились с необычным заданием, ещё до восьми в центр привезли двух Красных медведей, к ним сразу подключили поглотители негативной энергии и сейчас первого уже должны транспортировать в помещение лаборатории.

Анатолий Фёдорович подвёл все итоги по цифрам. Фридрих Стефанович доложил о состоянии здоровья вчерашних медведей и волков. Негативной энергии в животных нет, угрозы возвратных мутаций не выявлено. Значит, зверей можно вполне отпускать на волю.

Когда совещание уже заканчивалось, дверь без стука распахнулась и ворвался взволнованный младший сотрудник, пытаясь восстановить дыхание. Парень обратился именно ко мне.

– Привезли ваше сиятельство, – сказал он, довольно улыбаясь.

– Что именно? – на всякий случай уточнил я.

– Его! – довольно кивнул сотрудник. – Здоровенный, гад! С платформы манипулятором снимали, а тут нам на самой большой тележке пришлось везти!

– Поспокойнее, молодой человек! – высказал Анатолий Фёдорович. – Мы уже в курсе. Дальше вы свою работу знаете, фиксируйте как следует и поддерживайте сонное состояние, сейчас мы им займёмся.

Сотрудник убежал выполнять указания, Анатолий Фёдорович взял в руки бумаги с отчётами, неохотно полистал, потом бросил их на стол и махнул рукой.

– Надоело уже заниматься этой ерундой, – сказал Герасимов в сердцах, поднимаясь со стула. – Идём уже в лабораторию, нас ждут великие открытия, Ваня.

– Например, удостоверимся, что Красный медведь – самка? – спросил я, направляясь за ним.

– Это без вариантов, – сказал мужчина с довольной улыбкой. – Я уверен на сто процентов, даже практически на двести. Ну не может их преобразование заходить настолько далеко, чтобы менять даже такие показатели.

В лаборатории, в которой вчера трансформировали игольчатых волков, на столе лежал прикрученный как следует тяжёлыми цепями огромный Красный медведь. Даже пребывая в сонном состоянии, зверь выглядел довольно грозно.

– Эта тварь почти пять метров ростом, – сказал один из сотрудников, увидев, как я внимательно разглядываю монстра.

– Наверное, самый крупный, – кивнул я, покосившись на его огромные чёрные рога на голове.

Народу сегодня в лаборатории было как никогда много. Большая часть в эксперименте не участвовали, пришли просто поглазеть. Трое младших сотрудников под чутким руководством Анатолия Фёдоровича устанавливали на монстре датчики, Фридрих Стефанович тут же выводил параметры на экраны компьютера.

– Мы готовы, Иван Владимирович, – довольно провозгласил Герасимов. – Можете приступать.

Я тем временем залюбовался огромным монстром. Передо мной лежал совершенно беспомощным большой сильный зверь, который представляет собой огромную опасность для охотников и случайно заблудившихся в зоне Аномалии. Можно сказать, машина для убийства в несколько тонн весом. Каждый его коготь был длиннее моей ладони. Кроме того, стоит учесть, что это не самое главное его оружие, основное кроется в его рогах и ментальной атаке.

– Залюбовался? – несколько раздражённо, но в то же время с пониманием спросил Анатолий Фёдорович, выдёргивая меня из размышлений.

– Даже в какой-то степени жалко, – задумчиво ответил я, не отрывая взгляда от монстра. – Природа такого сделать не смогла бы, справилась лишь Аномалия. Такого идеального зверя даже жалко трансформировать. Особенно жалко его рога, они мне пригодились бы в оранжерее.

– Не грусти, есть у меня несколько штук в заначке, – сказал Герасимов, подойдя ближе и чуть склонившись ко мне. – Так что могу отдать, пусть поработают на пользу твоим кустарникам.

– Откуда же у вас такая роскошь? – удивился я. – Вы ведь на охоту не ходите.

– А это уже мой личный секрет! – с важным видом заявил Герасимов. – Да и вообще, какая разница? Главное – результат. Ну всё, хватит болтать, начинаем работать. А вы, дорогие товарищи, – сказал Анатолий Фёдорович, обведя взглядом праздных зрителей, – вместо того, чтобы просто глазеть, идите по своим рабочим местам и начинайте заниматься монстрами поменьше, набивайте руку.

Я надел на шею тяжёлый медальон, взял в руку жезл и приступил. Анатолий Фёдорович и Фридрих Стефанович тем временем уткнулись в экраны компьютеров, отслеживая меняющиеся показатели.

Монстр крупный, энергии потребуется очень много. Если бы не артефакт Арсения, я бы даже и пытаться не стал. А ещё, хорошо, что зверя успели очистить от негативной энергии. Скорее всего, полученного электричества хватит на пару суток работы всего научного центра.

Я поднёс жезл к грудной клетке монстра и направил в область сердца мощный поток целительной энергии. Прекрасно понимая, что это даже далеко не Леший, я направлял поток энергии волевым усилием, распределяя её по всему организму.

В этот раз я старался особенно рьяно, магические каналы напряжены на полную, вплоть до лёгкой болезненности, но, вопреки всему, процесс обратной трансформации ускорился не сильно. Видимо, за счёт накопления большого количества негативной энергии Красные медведи изменились гораздо сильнее, чем их, как оказалось, собратья Лешие.

Процесс шёл медленно, долго и мучительно. Периодически я другой рукой сканировал ткани и органы, дабы определить оставшиеся очаги мутации. Полное превращение пятиметрового монстра в обычного медведя заняло у меня около полутора часов. В результате я был порядком измождён, практически на грани истощения. Запас целительской энергии из медальона ушёл полностью.

Передвигаясь на ватных ногах, я ещё раз прошелся вдоль тела монстра, сканируя на наличие остаточных очагов мутаций. К собственному удивлению, обнаружил, что в этот раз ничего плохого не осталось. Медведь был чист и, как и говорил мне Герасимов, это была на самом деле медведица.

– Ты как-то неважно выглядишь, Ваня, – с тревогой в голосе произнёс Герасимов, вставая из-за стола с компьютером и подходя ко мне. – Помощь нужна?

– Спасибо, я в порядке, – ответил я, невольно упершись в край стола, чтобы меня перестало качать. – Почти в порядке.

– Знаем мы твоё «в порядке», – сказал Герасимов, подхватывая меня под руку. – Иди-ка, вон, присядь, отдохни, помедитируй. Сегодня до обеда больше никаких экспериментов, ясно? Ты должен сначала как следует восстановиться.

– Надо усиливать медальон, – сказал я, охотно опускаясь в кресло и стараясь в него не упасть. – Энергии оказалось в самый притык, еле хватило. Если трансформацию будет пытаться производить кто-то другой, то её вполне может и не хватить.

– Но Арсений же сказал, что доработка серьёзно утяжелит медальон, – подумал вслух Герасимов.

– Думаю, это не страшно, – сказал я, качнув головой. – Нам же с ним не по Аномалии ходить. Можно придумать какое-нибудь поддерживающее устройство или класть рядом с собой на столик для инструментов, на колёсиках, чтобы оставался контакт с артефактом и в то же время не оттянуть шею до пола.

– А что, это неплохая идея, сказал Фридрих Стефанович, – подходя ближе к медведице, которой только что добавили дозу эликсира. – Какая красотка из-под твоих рук вышла, Ваня, ты только посмотри!

– Красотка, – кивнул я, улыбаясь.

А ведь так и хотелось ляпнуть что-нибудь про предпочтения мужчины, но это я от усталости. В общем, иногда лучше промолчать, умнее казаться будешь. Вот и я промолчал.

Да уж, тяжко такую тушку обрабатывать.

Глава 16

К следующему Красному Медведю, а точнее, к медведице, Герасимов подпустил меня только после обеда и, только убедившись, что я, действительно, готов к этому и не работаю на износ. К этому времени я успел хорошо отдохнуть, неплохо подкрепиться и полностью восстановить свои силы с помощью медитации, но пусть лучше проверяет – спокойнее будет.

Тем временем полностью разряженный полупудовый медальон снова зарядили, использовав для этого следующую испытуемую и её негативную энергию. Большой мохнатый красный монстр даже не подозревал, что его собственный резерв используется для превращения его в обычное животное. В этом и была прелесть этого мудреного артефакта.

Когда я вернулся в лабораторию, с удовлетворением отметил, что этот монстр немного меньше. Значит, сил мне точно хватит на полное исцеление огромного чудовища, скорее всего, даже без истощения, как в прошлый раз.

Могучий красный медведь, находясь в сонном состоянии, был прочно зафиксирован на столе, и я приступил к работе, попутно отслеживая локальные особенности процесса трансформации.

В этот раз времени ушло так же около полутора часов. Зато теперь ушла лишь половина моей энергии, а вот из медальона практически вся, осталось совсем немного. Отсюда следует прямой вывод: от объёма и массы трансформируемых тканей зависит и количество необходимой на это энергии. Вполне логично. Следует ещё и учесть глубину мутации, это тоже играет не последнюю роль в энергозатратах. Но постепенно, думаю, наработаем нужную статистику, которая облегчит задачу в целом.

– Ну что, Иван Владимирович, третью потянешь или выносливости в молодом теле не хватит? – с ухмылкой спросил меня Анатолий Фёдорович. – У нас бы тогда получилось три медведицы, почти как в сказке.

– В сказке было три медведя, – усмехнулся я, разглядывая плоды своих трудов.

– Да какая разница! Этих сказок придумано… – отмахнулся Герасимов. – Ну что, потянешь? Отдохнёшь немного и в бой?

– Нет уж, Анатолий Фёдорович, – ответил я, покачав головой. – Давайте на сегодня закругляться. А я лучше пока съезжу к Арсению, обсудим с ним усиление амулетов, которое он предлагал. У нас же их всего три, чего точно будет маловато для наших планов. Давайте один пока оставим на месте, а два я отвезу ему.

– Подожди-ка, ишь разогнался, – развёл руками Герасимов, уставившись на меня исподлобья. – Один амулет уже в жёстком режиме используется коллегами в другой лаборатории. Нам и так приходится делать большие перерывы между превращениями Леших и Игольчатых волков для подзарядки. Второй понадобится здесь. Так что для усовершенствования можем пожертвовать только одним.

– Ну хоть один, – кивнул я. – Всё легче будет с такими гигантами.

Попрощавшись с коллегами, я ушёл с работы немного пораньше и, как и обещал, прямой наводкой направился в лабораторию нашего гения-артефактора. На моих коленях лежал увесистый кейс с жезлом и медальоном. Девушкам такое с собой на работу таскать точно не стоит.

Андрей остановил машину прямо возле двери лаборатории. Я вышел, подхватил кейс и постучал в дверь. Открыл помощник Арсения, совсем молодой парень из новеньких, его я видел впервые. Я уже был наслышан, что в лаборатории трудились почти десяток артефакторов, съехавшихся со всех концов Российской империи (и, разумеется, проверенные специалистами рода на лояльность), но, конечно же, самым сильным и почётным здесь был наш дорогой Арсений Ксенофонтович.

– Добрый день, ваше сиятельство, – сказал парень, глянув на мои родовые гербы на кармане пиджака. – Чем могу быть полезен?

– На данный момент самая большая польза – это впустить меня внутрь, – сказал я, улыбаясь.

– Да, конечно, – тут же засмущался парень, застенчиво улыбнулся и отошёл в сторону, освобождая проход.

Я перешагнул порог, вошёл в лабораторию и увидел «это». Прямо посреди свободного пространства стоял переделанный багги. Словно таран, на полтора метра вперёд от капота торчал гипертрофированный жезл с несколькими крупными камнями в навершии. Заднюю часть машины мне пока было плохо видно, но я заметил, что там как раз копошится Арсений.

Когда я подошёл ближе, приятель поднял голову, мигом расстроился и отчаянно всплеснул руками.

– Вот так всегда! Пропал такой сюрприз! – грустно запричитал парень. – Куда ты всё время торопишься? Ведь практически всё готово было. Последние штрихи и потом я хотел тебя позвать.

– Ну прости, дружище, откуда же я знал? – улыбнулся я, подойдя ближе к видоизменённому автомобилю.

На месте остались только два передних сидения, а всю заднюю часть занимала хитро сплетённая конструкция из медных, бронзовых и серебряных прутьев, в которые были вплетены с десяток разноцветных кристаллов. Это было похоже на огромный вариант медальона порядка полутора метров в диаметре. Артефакт полностью вытеснил заднее сиденье, перекрывал небольшой багажник и даже немного выступал сзади над фаркопом.

– Ты даже не представляешь, сколько энергии сюда можно вместить, – с гордостью сказал Арсений, похлопав по сложной конструкции рукой, да так, что та загудела. – То, что у тебя сейчас в чемоданчике, по сравнению с новинкой – лишь детская игрушка.

– Уже представляю, – кивнул я, глядя на сплетение металлических прутьев. – Я только не представляю, как всё это заряжать. Пару недель сидеть с ним рядом, не выходя из медитации?

– Откуда такие старомодные представления? – усмехнулся Арсений, качая головой. – Фридрих Стефанович работает не только с тобой, но и со мной. И он поделился, в том числе установками и технологиями, трансформирующими негативную энергию в целительскую, но я их немного модифицировал на свой лад, получилось неплохо.

– То есть этот багги надо просто припарковать в Аномалии и немного подождать? – спросил я.

– Почти, – загадочно улыбнулся Арсений. – Здесь дело обстоит несколько лучше. К сожалению, не вся мощь медальона и жезла направлена только на исцеление земли. Пришлось немного пожертвовать этой мощностью и встроить сюда же трансформатор энергии.

– То есть получается, что этот огромный жезл сам поглощает негатив? – спросил я с довольной улыбкой.

– Именно так, – ответил Арсений. – Отсюда такое усложнение конструкции, а так я бы справился раньше. Вот этот торчащий впереди набалдашник собирает негативную энергию, передаёт в основную рабочую часть, трансформирует в целительную, а затем возвращает обратно. Ты направляешь энергию в землю, трансформируя её в нормальную.

– Получается, что этой штуковиной может управлять кто угодно? Теперь необязательно нужен именно целитель? – спросил я.

– Вот в этом загвоздка, – развёл руками Арсений. – Никто другой, кроме целителя, никак не сможет им управлять. Для интереса попробовал сам, у меня ничего не получилось. Здесь необходимо именно воздействие твоей целительной энергией для запуска всех этих процессов, а также для их контроля. Причём, боюсь, целитель третьего или четвёртого круга с этим тоже не справится – слишком сложно пока что.

– А жаль, – сказал я, вновь обводя сложнейшую конструкцию взглядом. – А ты это всё сможешь ещё раз повторить?

– Смогу, понадобится несколько дней, – вздохнув, кивнул Арсений. – Только получится вместо рабочего устройства музейный экспонат. Можно поставить в центре экспозиции и водить сюда экскурсии.

– Почему? – удивился я.

– Я же уже говорил: нужных для этого камней не хватает, здесь я использовал последние.

– Надо идти в кратер, – кивнул я, вспомнив наш разговор.

– Когда пойдёшь, завтра? – спросил артефактор, взглянув на меня.

– Завтра меня никто не отпустит, – покачал я головой. – Да я и сам не захочу. Сначала надо испытать твой новый трансформатор, – сказал я, похлопав автомобиль по короткому капоту. – Когда я завтра приеду на этой штуковине в научный центр, все в обморок упадут от этой красоты.

– И не говори, – довольно заулыбался Арсений. – Самому нравится. Жалко только, что потом на выставку его не отправим, вы теперь это из рук не выпустите.

* * *

На следующий день я поехал в научный центр на новом багги-трансформаторе. Теперь от въезда в Аномалию до научного центра было всего порядка пятидесяти шагов, настолько мы смогли приблизить границу, а с новым оборудованием сможем продвинуться и дальше, но будем делать это чуть в стороне. Научный центр останется внутри зоны.

Я рассчитывал на бурный, радушный приём, удивлённые лица и аплодисменты. Но на улице перед центром, к сожалению, никого не оказалось. Поэтому я остановил багги прямо напротив входа и вошёл внутрь.

Время нашей утренней пятиминутки ещё не наступило, но Фридрих Стефанович уже сидел в кабинете Герасимова за столом рядом с ним. Они о чём-то неспешно разговаривали, регулярно тыкая пальцами в мониторы и вороша груду бумаг, попутно заполняя журнал.

– Доброе утро, господа, – сказал я, входя в кабинет. – Так печально, что меня никто не встречает.

– А ты чего хотел? – удивился Герасимов, подняв на меня глаза. – Чтобы каждый раз на входе на работу тебя встречал оркестр, цветы и дамы в воздух чепчики бросали?

– Нет, конечно, – усмехнулся я. – Просто сегодня особенный день.

Анатолий Фёдорович, который было снова уставился в монитор, вновь отвлёкся и посмотрел на меня.

– Чем же он такой особенный? – насторожился учёный.

– Если выйдете на улицу, то узнаете, – сказал я, так и не отходя от двери.

– Кажется, я уже догадываюсь, – хитро улыбнулся Лейхтенбургский, который пусть и немного, но был в курсе некоторых вещей. – Идём, Анатолий.

Профессор похлопал приятеля по плечу. Они дружно поднялись со своих мест и направились вслед за мной на выход.

– Батюшки! – воскликнул Анатолий Фёдорович, когда мы вышли на крыльцо научного центра. – Ты что за передвижной гиперболоид привёз?

– А то непонятно, – хмыкнул Фридрих Стефанович. – Посмотри сюда.

Он похлопал по выступающей вперёд детали из сплетённых хитрым образом металлических прутьев.

– Камешки ничего не напоминают?

– Интересно, – сказал Герасимов, подходя ближе. – Похоже на наш жезл, но такое впечатление, что я сейчас разглядываю его через огромную лупу.

– Так он и есть, – сказал я, довольно улыбаясь.

– А это что? – спросил Фридрих Стефанович, переходя к задней части автомобиля, где находился полутораметровый медальон.

– Да такую штуковину даже Красный медведь на шее не утащит или далеко не уйдёт, – сказал Герасимов, переключившись на основную часть артефакта.

– Даже шины пришлось подкачать, – сказал я. – А то сильно просели.

– Наверное, стоит сзади спаренные колёса поставить, – предложил Фридрих Стефанович. – Тогда машинке полегче будет, ну и поустойчивее.

– Или сделать новый багги помощнее, – предложил Анатолий Фёдорович.

– Неправильное у тебя предложение, – махнул рукой профессор. – Пока под это оборудование будут разрабатывать новую машину, сам же будешь изнывать в ожидании. А так у нас уже всё готово. Можно в прямом смысле слова руками пощупать.

– Так, Иван Владимирович, – с деловым видом сказал Герасимов, потирая руки, – значит, на сегодня трансформация монстров отменяется, пусть этим займутся другие, а мы сегодня штурмуем Аномалию. Будем считать, что планёрка уже состоялась.

– Сейчас позову своих, пусть готовят оборудование, – усмехнулся профессор, шустро юркнув в дверь научного центра.

Вот вроде бы оба мужчины в возрасте, а получили в свои руки новую «игрушку» – и всё туда же.

Примерно через четверть часа мы уже выдвинулись на испытания нового массивного агрегата. Герасимов и Лейхтенбургский по пути живописно мечтали о том, как сегодня уменьшают Аномалию чуть ли не вдвое.

Слушая их пламенные речи, я лишь скептически улыбался. Площадь Аномалии составляет несколько сотен квадратных километров, если не тысяч. Даже такой огромный «медальон» с этим не справится.

Начать испытания решили в стороне от научного центра, я должен ехать вдоль границы Аномалии, постепенно уменьшая её площадь, что выглядело вполне разумно.

Остановившись на исходной позиции, я ещё раз обвёл взглядом сложную конструкцию, в которой уже мерцали кристаллы, отвечающие за трансформацию негативной энергии в целительную, процесс шёл сам по себе, без постороннего вмешательства. Резервуар целительской энергии уже начал наполняться, причём довольно интенсивно. Всё-таки неплохо Арсений придумал, именно такая комбинация должна быть наиболее эффективной.

– Ну что, Ваня, зададим жару Аномалии? – спросил Анатолий Фёдорович, подняв вверх правый кулак.

– Зададим, – кивнул я, включая пониженную передачу.

Коснувшись рукой переплетения металлических прутьев, я активировал артефакт. Кристаллы вспыхнули, словно цветные фонари на дискотеке. Я сразу представил, как это будет смотреться ночью, особенно, когда опустится туман. Практически праздничное световое представление.

Центральный кристалл на вершине огромного жезла начал светиться ярче. Поток рассеянной целительной энергии вибрирующим зелёным туманом направился вниз, расползаясь по поверхности и тут же впитываясь в грунт.

Я плавно нажал педаль газа и медленно двинулся вперёд, намного медленнее средней скорости пешехода. Пучки травы, ещё не завядшей, редкие кустарники, менялись прямо на глазах, принимая нормальный вид и цвет. Жаль, что уже облетела листва и не представляется возможным увидеть изменения во всей красе.