Текст книги ""Фантастика 2026-127". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)"

Автор книги: Геннадий Борчанинов

Соавторы: Юлианна Винсент,Елена Дриим,Илья Савич,Сергей Измайлов,Владимир Босин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 216 (всего у книги 333 страниц)

Глава 15

Паулина

Знаете, есть такая эмоция – улыбка разочарования. Когда ты пытаешься скрыть горечь и досаду за натянутой гримасой, чтобы никто не догадался, что тебя только что предали. Нет, не сказать, что я уж очень сильно очаровалась этим подонком, но не буду скрывать: где-то в глубине души мне хотелось поверить в эту чертову сказку, в которой я – прекрасная принцесса, а он – мой отважный рыцарь. Глупая, наивная мечта из детства.

Третье правило любых переговоров – никогда не показывай оппоненту, что что-то идет не по плану. Держи лицо, сохраняй хладнокровие и не давай ему понять, что тебя задели за живое. Иначе ты проиграла.

Хотелось ли мне сейчас задушить Блэкторна? Более чем. Голыми руками растерзать его на мелкие кусочки. Вынуть из него все органы, перемешать их, а потом вставить обратно, да еще и поменять голову с пятой точкой. Все равно он их по прямому назначению не использует. Эмоции захлестывали, хотелось кричать, топать ногами и крушить все вокруг. Но я сдержалась. Стиснула зубы и улыбнулась. Холодно и отстраненно.

Пауза затянулась, и я стала лихорадочно соображать, как выпутаться из этой ситуации, сохранив лицо и, по возможности, выйдя из неё единственной победительницей.

“Герард… – прокрутила я в голове имя, словно пробуя его на вкус. – Где-то я уже его слышала… Ах да, в завещании! Так вот в чем дело! Они братья… Развел меня, как наивную девчонку, с этим ужином. Ну ничего! Я выросла в девяностых, поверь, разводить и я умею!”

В голове тут же созрел дерзкий и рискованный план. Осталось только его осуществить.

Блэкторн сделал резкий шаг вперед и встал почти впритык к этому Тристану, схватив его за грудки. Его глаза метали молнии, а челюсть ходила ходуном.

– Закрой свой поганый рот, младшенький брат! – процедил он сквозь стиснутые зубы, нарочито коверкая последнее слово. – А то мне придется его тебе с мылом вымыть, как в детстве. Вряд ли твоим гостям понравятся такие конкурсы.

Я видела, как Тристан нагло ухмыляется, наслаждаясь произведенным эффектом. Он словно ждал этой реакции.

– Милый, не стоит, – нежно придержала я Блэкторна за руку, решив сыграть роль любящей и заботливой спутницы. Прямо как Кристина. – Не надо устраивать скандал.

Герард посмотрел на меня, слегка нахмурившись. В его взгляде читалось понимание игры и какое-то… восхищение? Но больше я не поведусь на это.

– Милый? – удивленно воскликнул бывший муженек. – То есть он тебя сюда притащил не для того, чтобы меня позлить, а потому что вы – пара?

– Идем, Герард, – ласково сказала я, проигнорировав растерянный взгляд Тристана. – Не стоит об него руки марать.

Я ощутила, как Блэкторн напрягся всем телом под моей рукой. Эта игра в любящую пару, кажется, давалась ему не легче, чем мне. Но я не собиралась отступать. Мой план только начал набирать обороты.

– А тебя вообще не должна волновать судьба твоей бывшей и… – я сделала театральную паузу, –  ах да, мертвой жены.

Вокруг послышалась новая волна шепота и я поняла, что приглашенные не были в курсе того, как выглядела жена Тристана, раз не узнали во мне Паулину.

– Милый, что она здесь делает? – вклинилась в разговор Жозефина. – Ты же сказал, что разобрался с ней.

– Заткнись, дура! – прорычал сквозь зубы бывший муж, а я лишь хихикнула в ответ, подтверждая свои предположения о том, что покушение на меня той ночью – это его рук дело.

– Жози, ты не переживай, – обратилась я к ней. – Он разобрался. Но только сделал это не очень качественно. В принципе, как и все, что он делает.

Блэкторн метнул в меня вопросительный взгляд, но я не стала акцентировать на этом внимания.

– Ты зря приехал, Герард, – начав заметно нервничать, заявил Тристан. – Я выполнил все условия завещания отца. Наследство мое. Ты его не получишь!

Как-Вас-Там рассмеялся на весь бальный зал, чем ввел в замешательство всех окружающих.

– Ты как был глупым, жадным мальчишкой, – разочарованно сказал Герард. – Так им и остался. Мне плевать на твое наследство. Мне нужно то, что принадлежит мне по праву!

– У тебя нет никаких прав! – взорвался Тристан, подскакивая к Блэкторну. Со стороны это выглядело, конечно, комично. Словно Моська лающая на слона. И это при том, что Тристан не был маленьким, ни по росту, ни по ширине. – Ты меня слышал! Ни на что у тебя нет прав! И ты ни черта не получишь!

Герард смотрел на него с какой-то отеческой снисходительностью и братской неприязнью одновременно.

– Я не собираюсь ничего доказывать, Тристан, – негромко сообщил он. – Либо ты отдашь мне мое, когда получишь наследство, либо ты его не получишь!

Тристан наигранно рассмеялся ему в лицо и отойдя на пару шагов, повернувшись к присутствующим, сказал:

– Дорогие гости! – торжественно начал он. – Этот человек бастард моего отца. Его мать…

– Не совершай того, о чем потом будешь сильно жалеть, – низким рыком предупредил Блэкторн.

– Его мать никогда не была замужем за моим отцом, – сказал Тристан, но это было явно не то, что он собирался сказать вначале. – А теперь он требует от меня что-то там свое по праву! У него нет никаких прав! Вот!

Он достал из внутреннего кармана пиджака сверток и показал его гостям.

– Вот завещание моего отца! – уже почти перейдя на крик, провозгласил Тристан. – И там не сказано ни слова о том, что Герард Блэкторн имеет хоть какое-то право хоть на что-то! Про него там вообще ничего не сказано!

Он театрально раскрыл сверток и стал читать текст завещания. И, правда, там не было ни слова ни о трех детях до тридцати пяти лет, ни о том, что все уйдет Герарду.

Закончив свои показательные выступления, Тристан поднял голову и, посмотрев, каждому присутствующему в глаза, сказал с придыханием:

– Уважаемые гости! Вы свидетели! Я чист перед законом и перед памятью отца!

Тишину бальной залы нарушили громкие аплодисменты, производимые, как оказалось, мной.

Честное слово, я не удержалась.

– Браво! Браво! – продолжая хлопать, произнесла я, чем заставила Тристана еще больше нахмуриться, а Герарда изумленно выгнуть бровь. – Какая драматургия! А слог какой! Это было великолепно, Тристан! Но есть один вопрос. Куда ты дел настоящее завещание своего отца?

Глава 16

Паулина

По залу вновь прошелся удивленный шепоток, словно стая вспорхнувших птиц, а Тристан прожигал меня взглядом, полным ярости.

“А ты, что думал, сладенький мой, – скрестив руки на груди и с вызовом смотря на бывшего мужа, – у меня никаких козырей в рукаве нет?”

Четвертое правило любых переговоров – всегда имей пару-тройку козырей, но никогда не раскрывай их все разом.

Этот упырь уже хотел было ринуться ко мне, но его остановила Жози.

– Милый, церемония начинается, – пропела она елейным голосочком, убивая меня взглядом. – Нам пора.

Её пальцы вцепились в его рукав, словно клещи.

– Совет да любовь вашему дому! – ехидно улыбаясь, я слегка поклонилась и уже собиралась покинуть этот цирк, чувствуя, как внутри закипает ярость. Но Тристан настиг меня, схватив за руку. Его пальцы больно сжали мою кожу.

– Я уже один раз выставил тебя из дома и сделал мертвой, – шипел он мне на ухо, натянуто улыбаясь гостям. Меня передернуло от его прикосновения. – Неужели ты думаешь, что если ты легла под моего брата, я не смогу это сделать во второй раз, но уже по-настоящему?

– Фу, Тристан, – скривилась я, ни одной мышцей на лице не показывая, что меня хоть как-то задели его слова. – Что за текст? Тебя разве не учили, что высказывать угрозы вслух может караться законом? А ты себе и так уже на три срока наговорил.

– Руки от нее убрал! – тихо, но очень угрожающе, процедил Герард, который схватил своего братишку за шкирку и подтолкнул в сторону новобрачной. – Мы не закончили, но сейчас, иди, тебя ждут!

Его глаза метали молнии, но адресованы они были не мне.

Блэкторн подставил мне локоть, на который я оперлась, но не от всей души и мы, развернувшись, покинули бальный зал. Сердце бешено колотилось, а в голове роились проклятия в адрес обоих братьев.

На улице было немного зябко и я поежилась, чувствуя, как мурашки пробегают по коже.

– Злишься на меня? – спросил Герард, его голос звучал почти виновато.

Я резко остановилась и выдернула свою руку.

– Я злюсь на то, что я повелась на твое резко изменившееся отношение ко мне, – честно призналась я. Играть в оскорбленную невинность смысла не было, тем более, что я, действительно, на себя злилась больше, чем на него.

С другой стороны, какие у меня были варианты сейчас? Я в чужом мире, в чужом теле, из средств к существованию у меня только ежедневное жалование Как-Вас-Тама. Да, довольно неплохое, но недостаточное для того, чтобы начать самостоятельную жизнь, тем более, что неустойка по договору явно превышает размеры накопленных у меня сбережений.

Могу я его сейчас послать? Естественно. Но что дальше? Нужно быть хитрее.

У меня есть настоящее завещание Тристана, которое очень нужно, как самому Тристану, так и Герарду.

И тот и другой сделают все, чтобы его получить. Вопрос в методах и беспринципности.

Оставалось сделать так, чтобы не остаться у разбитого корыта. Поэтому, натягиваем на лицо улыбку и переходим в режим наблюдательной язвительности. Потому Герард не дурак, если я буду с ним любезничать, он сразу же заподозрит неладное, а мне это не выгодно.

– Мое отношение к тебе, действительно изменилось, – начал было Блэкторн, делая шаг ко мне, но я не хотела сейчас слушать еще больше лживых речей, поэтому слегка отступила назад, выставляя руки чуть-чуть вперед.

– Ты обещал мне ужин, который буду готовить не я, – напомнила я ему, слегка прищурившись. – Давай на этом и остановимся.

Блэкторн сделал знак рукой и нам подали экипаж. Он помог сесть мне, забрался сам и мы тронулись. Я была уверена, что умом.

Минут через десять пути, экипаж остановился и Герард помог мне выйти на улицу. Перед нами возвышалось небольшое, но очень красивое здание. Я невольно засмотрелась на его фасад и чуть не упала оступившись. Но благородный рыцарь Как-Вас-Там успел меня подхватить и не дать случиться конфузу.

“Вот, кстати, еще по этой причине я не носила такие платья, – подумала я про себя. – Потому что они жутко не безопасные в плане ходьбы. А глава крупного строительного холдинга не может упасть в грязь лицом, ни в прямом, ни в переносном смысле этого слова”.

Мысли о моей прошлой жизни навеяли на меня еще больше грусти, чем было до этого, поэтому, когда мы зашли в ресторан и сели за стол, у меня не было ни аппетита, ни желания разговаривать с Как-Вас-Тамом.

Чего не скажешь о Блэкторне. Он был на редкость общителен и даже почти не хмурился своим суровым лицом, чем, естественно, меня неимоверно бесил.

Я взяла меню и стала его усердно рассматривать, периодически ловя на себе внимательные взгляды своей спутника.

Когда заказ был сделан и возможности прятаться за брошюрой с блюдами у меня больше не было, я задала Герарду вопрос, который меня мучил с того момента, как я услышала его с Тристаном диалог.

– Какое у тебя условие? – подперев подбородок рукой и пристально взглянув Блэкторну прямо в глаза, спросила я.

– Условие чего? – сдвинув брови на переносице, не понял Как-Вас-Там.

– Условие получения наследства, – пояснила я, продолжая наблюдать за реакцией. – Если Тристан не станет трижды отцом к тридцати пяти годам, то он потеряет наследство и оно перейдет к тебе. Ты ведь знаешь про это условие.

Я не спрашивала, а утверждала. И по ехидной ухмылке возникшей на лице Герарда, поняла, что не ошиблась.

– Но если бы все было так легко, – продолжила я свою мысль, – то ты мог бы просто подождать еще год. Тристану стукнет тридцать пять, он даже одного раза еще не отец и вряд ли успеет им стать за оставшееся время, а значит, наследство твое. Но нет. Значит, у тебя тоже есть какое-то условие, которое ты не рвешься исполнять, поэтому требуешь у него, чтобы он сам отдал тебе твое по праву. Так, что это за условие?

– И как такая умная женщина оказалась замужем за таким придурком, как Тристан? – в его глазах заплясали какие-то озорные огоньки и они опять начали светиться зеленым.

– Молодая была, – недовольно подняв вверх правую бровь, буркнула я. – Глупая. За сегодняшнюю подставу, ты как минимум должен мне ответы, так что с темы не съезжай.

Блэкторн рассмеялся низким грудным басом, продолжая стрелять в меня горящими глазами.

– Мне нравится твой боевой подход, – вернув себе серьезный вид, сообщил Герард.

Я скрестила руки на груди, давай понять, что я все еще жду, когда он перестанет дурачиться и ответит на мой вопрос.

– Хорошо, – поднимая руки вверх, показывая, что сдается, ответил Как-Вас-Там. – Моим условием было – жениться на Кристине, но…

Он сделал паузу и пожал плечами.

– Это условие действовало до того, как она бросила меня и ушла к другому, – пояснил Блэкторн.

– Значит, сейчас нет условия? – уточнила я, внутренне раздражаясь от того, что мне приходится клешнями вытягивать из него каждое слово, а он, поганец, это понимает и наслаждается этим.

– Есть, но оно еще более невыполнимое, чем предыдущее, – тяжело вздохнув, ответил Герард. – Поэтому мне остаются только шантаж, угрозы и вымогательство.

– А ты прямо таки расстроился, что такими нечестными методами приходится пользоваться, – съязвила я, не удержавшись.

– Конечно, – чуть наклонившись вперед, заверил меня Блэкторн. – Знаешь, какие муки совести меня мучают по ночам?

– Хвала богам, нет! – фыркнула я.

– А хочешь узнать? – хитро прищурившись, спросил он.

– А хочешь я тебе снова спою? – парировала я.

– Все, понял!

– Так, что там с другим условием? – уточнила я, решив дальше не разводить эту перепалку.

Как-Вас-Там вновь тяжело вздохнул и на его лице промелькнула гримаса боли, которую он тут же спрятал за ехидной улыбкой.

– Я должен найти свою истинную, – было видно, что каждое слово дается ему с трудом, – полюбить ее и потерять…

Глава 17

Паулина

Пояснить, почему отец так решил поиздеваться над ним, Герард отказался, сказав, что он и так уже слишком откровенен со мной.

А я думала о том, что их папаша либо абсолютный безумец, либо чертов гений, потому что это же надо было такие условия придумать. И что там за наследство такое, ради получения которого они должны были так извернуться? Вряд ли просто деньги.

Если в итоге окажется, что, действительно, просто деньги, я очень сильно разочаруюсь. Пока что мне думается, что это какая-то фамильная реликвия очень значимая для Герарда.

Всеми этими мыслями была заполнена моя голова, когда мы ехали обратно в поместье.

Как-Вас-Там пару раз пытался со мной заговорить, но каждый раз натыкался на мой отсутствующий взгляд и бросил это гиблое занятие.

Поднявшись к себе, я с грустью сняла это великолепие и бережно определила его в шкаф. Достала из своего саквояжа завещание Тристана, в надежде, что если я прочитаю его еще раз, то это внесет хоть какую-нибудь ясность в происходящее. Но все, что я там нашла дополнительного – это была фамилия Герарда, которую я не успела прочитать в прошлый раз.

Если бы успела, то ничего этого могло бы и не быть.

Про особое условие для Блэкторна тоже не было сказано, значит папаша-затейник не хотел, чтобы Тристан знал про него.

Так много вопросов и так мало ответов. И не понятно, где эти самые ответы искать.

Приняв душ и смыв с себя весь сегодняшний день, я забралась в постель и накрылась одеялом с головой.

Хотелось спрятаться от всего происходящего вокруг. Эта мысль промелькнула и ошпарила меня изнутри. Перед тем, как в мой офис ворвались бандиты, которых на меня натравил Борюсик, я думала ровно о том же. И что в итоге получилось? Я очнулась черт знает где в чужом теле. Спряталась, называется!

Все эти раздумья сморили меня и я уснула.

Мне снилось, что я бегу… бегу по длинному темному коридору поместья и он не заканчивается.

…Коридор тянулся и тянулся, словно резиновый, поглощая мою надежду на спасение. Каждый мой выдох эхом отдавался где-то вдали, множась и превращаясь в злобный шепот.

Я бежала, не чувствуя под собой земли, легкие горели, но страх гнал меня вперед. Тень! Она была везде, скользила по стенам, дразнила, опережала. Я отчаянно пыталась разглядеть ее источник, вытянуть шею, напрячь зрение, но тщетно. Только холодный, липкий ужас проникал в каждую клетку моего тела.

– Александра… – шептал кто-то, и этот голос казался одновременно знакомым и чужим.

Он то звучал совсем рядом, то уплывал в бесконечность коридора.

– Александра… вернись…

Вернуться? Куда? Зачем? Я не понимала, о чем он говорит, но этот призыв саднил где-то глубоко внутри, причиняя невыносимую боль. Голова раскалывалась, словно от удара, сердце бешено колотилось, пытаясь вырваться из груди.

Я пыталась проснуться, ущипнуть себя, закричать, но все тщетно. Я застряла в этом кошмаре, как муха в паутине.

– Что тебе надо? – прорычала я в темноту коридора, пытаясь отдышаться. Мне было жутко страшно, но параллельно с этим внутри поднималась дикая злость. – Кто ты?

– Мне нужна ты… – прошептал зловещий голос у меня над самым ухом. Я резко развернулась, но никого рядом не было.

Вспомнив, что такие фокусы проворачивал Как-Вас-Там, я закричала в пустоту:

– Блэкторн, это не смешно! Заканчивай свои шуточки!

Пустота ничего не ответила мне, лишь тени на стенах заплясали активнее.

– Проснись, Саша! – взмолилась я. – Проснись, пожалуйста! Это сон, всего лишь сон!

Но слова мои тонули в гулкой тишине коридора, лишь тень продолжала свое зловещее скольжение.

– Это не со-о-о-н… – пропел зловещий голос и я усомнилась в том, что это был Как-Вас-Там. – Твое время придет…

Ноги подкашивались, я споткнулась и упала, ударившись о холодный каменный пол. Боль пронзила колено, но я тут же поднялась, полная решимости продолжать бежать. Нельзя останавливаться! Нельзя сдаваться! Нужно вырваться из этого ада!

И вдруг коридор закончился. Я выбежала в огромный зал, залитый лунным светом, проникающим сквозь высокие арочные окна. В центре зала стояла фигура… высокая, темная, неподвижная. Страх сковал меня, парализовал. Я не могла ни пошевелиться, ни закричать. Фигура медленно обернулась ко мне и…

…Я проснулась от леденящего душу звериного рыка. Сердце колотилось, словно птица, бьющаяся в клетке. Я попыталась сориентироваться в темноте и оказалось, что я, действительно стою посреди огромного зала, а на меня пристально смотрит кто-то отдаленно похожий на Герарда.

Его глаза светились ярко-зеленым и были с вертикальными зрачками, словно у змеи или дракона. А часть лица была покрыта чешуей. Его и без того огромные руки с острыми когтями на пальцах впивались в мои плечи, а из приоткрытого рта проступали клыки.

– Что ты такое? – прошептала я, еле сдерживаясь, чтобы не закричать от боли.

Он угрожающе прорычал и в его голосе звучала дикая, нечеловеческая ярость:

– Я же предупреждал, чтобы ты не совалась в левое крыло!

Глава 18

Герард

Не сказав ни слова, она молча развернулась и пошла к себе. Я смотрел вслед укоризненно удаляющейся спины и думал о том, что я круглый идиот.

Я мысленно рычал на себя и этот рык не просто вырывался из моей груди, он разрывал меня изнутри. Ярость, да, ее было предостаточно. Но была еще и примесь... чего-то иного? Интерес?

Да, черт возьми, интерес, граничащий с наваждением. Я недооценил ее женскую силу притягательности.

Упал в кресло в гостиной, закрыл глаза в надежде хоть немного остыть и отвлечься от мыслей об это й женщине. Но не тут-то было!

Она стояла перед моим внутренним взором, такая хрупкая, такая чертовски... настоящая. И разочарование в ее глазах не было истерикой, оно было моим наказанием.

Когда-то я уже видел такой взгляд и это воспоминание резануло острым ножом по моей памяти и самолюбию.

Всю ночь я курсировал по кабинету, словно угорелый. Хаос! Вот что творилось в моей голове. События последних дней – бешеная карусель, не дающая сосредоточиться на главном: завещании.

Паулина… Эта женщина перевернула все с ног на голову. Вместо слезливой девицы – четкие вопросы, скрупулезный анализ, который читался в ее взгляде выверенные действия, бьющие в цель.

Да меня просто восхищало ее умение держать себя в руках, ориентироваться в ситуации и при любых обстоятельствах быть на высоте!

Боже, женщины моего круга… пустышки, гремящие бриллиантами и перемывающие кости. Про ту же самую Кристину я даже и думать не хочу.

А она... она смотрела прямо в суть. И этот взгляд… этот взгляд проникал куда-то в самую душу, отчего-то заставляя чувствовать себя… грязным?

Интерес, перерастающий в навязчивую идею, разгорался с каждой минутой, как костер в сухой осенней листве.

– Ну и влип, ты, Блэкторн! – саркастично проворчал я себе под нос, наворачивая пятый круг по кабинету. –  Почему она появилась именно сейчас? В самый неподходящий момент!

Но что-то внутри цеплялось, удерживало от падения в эту чертову пропасть влечения.

Стыд! Стыд за эту проклятую свадьбу душил, не давал дышать. Я поступил как последний подонок, потащив ее туда без предупреждения.

“– Ты обещал мне ужин, который буду готовить не я, – напомнила она мне, слегка прищурившись, как бы давая понять, что для того, чтобы она меня простила за это мне придется очень сильно постараться. – Давай на этом и остановимся”.

Она не захотела слушать мои жалкие оправдания. И знаете что? Она была права. Я заслужил ее гнев, каждое ее не сказанное вслух слово.

“Как извиниться? – этот вопрос терзал меня, словно клещ. – И как, черт возьми, получить это проклятое завещание без насилия и грязных трюков?"

Вот два вопроса, которые терзали меня сейчас изнутри.

Я чувствовал, что завещание у нее. Не стала бы она упоминать его при Тристане, если бы не была уверена, что не сможет им воспользоваться. Но я не хотел пугать ее, рыться в ее вещах… Нет, я не опущусь до этого.

Но время… Время утекало сквозь пальцы, словно песок и играло не на моей стороне.

Внезапный удар в солнечное сплетение, заставивший меня на миг дезориентироваться и потерять способность дышать. Зверь внутри проснулся, затребовал свое.

Оборот! Я должен был идти в зал, готовиться к превращению. Забыть о Паулине хотя бы на несколько часов. Как будто это было возможно.

Луна… огромная, холодная, равнодушная… Я стоял у окна, как завороженный. Напряжение росло с каждой секундой. Кожа горела, кости ломило, зрение обострилось до предела. И тут я почувствовал ее приближение.

– Нет, – запротестовал я самому себе, отрицательно мотая головой. – Я же предупредил ее…

Паулина… Она двигалась, словно во сне, глаза ее были открыты, но казалось они сейчас не видят ничего, лицо бледное, как полотно. Вокруг нее клубился какой-то странный, потусторонний свет.

"Какого черта она здесь делает?" – пронеслась мысль в голове, перебивая приближающуюся трансформацию.

Рык вырвался из меня против воли. Предупреждал же! Нельзя ей соваться в левое крыло! Опасно. Для нее. Для меня. Для всех!

Я развернулся, понимая, что процесс уже запущен и я не в силах его остановить.

– Что ты такое? – прошептала она, держась рукой за сердце.

“Слишком ужасный для нее… слишком отвратительный”, – эта мысль в отношении Паулины почему-то отозвалась тупой давящей болью в груди и разозлила меня еще больше. Не контролируя себя, я вцепился в ее плечи и вложив в голос всю свою ярость прорычал:

– Я же предупреждал, чтобы ты не совалась в левое крыло!

Она что-то пролепетала, глаза широко распахнулись, наполненные ужасом… и вдруг – бац! – рухнула в моих руках, как подкошенная, а в моей голове раздался злорадный смех…

– Глупе-е-ец, – пророкотал зловещий голос, которого я давненько не слышал. – Тебе не спасти ее… Она моя! Моя-я-я! Я для себя ее берегу! Ты – Чудовище! Она никогда не полюбит тебя!

– Прочь из моей головы! – прорычал я, бережно поднимая хрупкое женское тело на руки.

– Твоя голова теперь бесполезная пустышка, – рассмеялся голос. – Я нашел себе более лакомый кусочек.

Голос исчез, а я замер, прислушиваясь. Тишина. Слишком тихо. Не было слышно ее дыхания, не чувствовалось биение сердца. Черт! Перенеся всю ее на одну руку, коснулся шеи дрожащими пальцами. Ничего. Пустота.

– Твою мать! Что я наделал?!