Текст книги ""Фантастика 2026-30". Компиляция. Книги 1-13 (СИ)"

Автор книги: Евгений Капба

Соавторы: Олег Дмитриев
сообщить о нарушении

Текущая страница: 178 (всего у книги 204 страниц)

Эля открыла форточку и крикнула:

– Иди сюда! Что ты тут устроил?

– Мяв? – повернул голову котик. – М-р-р-р?

В два прыжка он достиг стены и там, цепляясь когтями за обшивку здания и водосточную трубу, полез к нам, чтобы уже через несколько секунд оказаться на руках у Кантемировой.

– Дай, морду вытру, – строжилась девушка. – Устроил безобразие! Развел кровищу! Знаю я тебя, собаконенавистник! И не делай вид, что почуял угрозу, это у тебя ксенофобия и предрассудки! Не сметь поедать собак без повода, понял?

– Мя, – сделал невинную рожицу котейка и стал вылизываться.

Все-таки яогай – это яогай. Чудище то еще!

Выходили в главный зал мы уже приодетые и с оружием. Только броники оставили наверху, тут они были ни к чему. Сергей Ивушкин от барной стойки одобрительно покивал, разглядев наши шмотки:

– Серьезные у вас подвязки, знатный подгон прислали! Круто и неброско? То, что доктор прописал! Давайте уладим формальности – и за стол. Вы в Общество хтонической самопомощи вступать будете?

– О, да! – решительно кивнула Эля. – Иначе вы ведь продолжите делать вид, что у вас тут самая обычная гостиница пополам с баром, и не подумаете продавать нам пулемет и дробовик?

– А вы хотите пулемет и дробовик? – брови Ивушкина взлетели на лоб.

– Да, – сказал я и сунул руки в карманы. – Нам нужен компактный ручной пулемет, лучше всего – РПТ со складным прикладом, и автоматический дробовик, 12-го калибра. Без электроники, чтобы в Васюгане работали.

И высунул руки из карманов и поставил на стойку перед Ивушкиным два столбика монет.

– Тут должно хватить.

– Хва-а-атит… – усмехнулся Серый. – Я еще и боеприпас толковый подберу. Вот вам устав, но там все понятно: помогать друг другу, не отжимать хабар, вступаться, вести себя адекватно… Можете почитать. А потом под протокол на камеру скажете, что вступаете, согласны, готовы. В Орду не зову… Не пойдете ведь?

– Не пойдем, – синхронно кивнули мы. Я пояснил: – Идеалы «Орды» нам близки, но мы – сами по себе. «Жизнь принадлежит Орде», и вот это все – не про нас. Мы хотим, чтобы наша жизнь принадлежала нам. Ну, и Государю, и Отечеству, это само собой.

Эля согласно кивнула.

– Ну, попытаться стоило, – пожал плечами он. – Адекватные маги – большая редкость, к нам в «Орду» ваш брат-чародей больше от безысходности приходит, а не по зову сердца… Ладно. Ручной пулемет и дробовик. И патроны, верно? По весу что? Какой максимум?

– Вес – не беда. Главное – по объему смотреть, чтобы компактно было, чтобы не бегали мы, как те пингвины, обвешавшись подсумками. И нам нужен транспорт, – добавил я.

– Решим, – кивнул Ивушкин. – Читайте пока документацию.

Документация была вменяемая, на самом деле. Ничего такого, что расходилось бы с основным христианским принципом «поступай с другими так, как хочешь, чтобы поступали с тобой». И еще одним принципом, обратным этому – «поступай с другими так, как они с тобой». Типа, помогать – хорошо, и за своих вписываться – обязательно, но если падла хабар стырила или какую-то подставу устроила, под когти монстров, например, подвела, то такому гаду вполне справедливо будет навалять как следует, вплоть до умерщвления. Мы никого кидать не собирались, поэтому вполне уверенно под протокол записали заявление на прием в Общество Хтонической Самопомощи.

– Отлично. Отправлю в головной офис – в Сан-Себастьян, Вере Павловне… – Сергей увидел удивление в моих глазах и тут же среагировал: – Да чего ты так смотришь? Ордынская база – в Паннонии, но Паннония – вне юрисдикции Государства Российского, нам иноагентами прослыть не улыбается, потому Общество в Сан-Себастьянском сервитуте и зарегистрировано. Вот вам шевроны с тремя буквами, цепляйте. Обычно у нас еще белую длань на брониках и шлемах малюют, но поскольку вы так, временные попутчики – вам без надобности. И – к столу, к столу!

Закончив с формальностями, мы прошли в главный зал.

Уруки расстарались там вовсю, стол просто ломился от вкусностей! Шаурму не крутили, а вот шашлык, лаваш, куча невесть откуда взявшейся свежей зелени, сыр – овечий, козий и обычный, коровий, печеная картошка, овощи на гриле и прочее – простое и вкусное, вкупе с огромными кувшинами холодного пива и кваса, и горячего взвара – вот это вот все было в невероятном изобилии. Ну, мы так думали, пока Лурц с Варганом жрать не начали. Уруки вообще постоянно жрут, как в последний раз, со страшной силой.

– За встречу! – поднял стеклянную кружку с пивом Сергей.

Мы чокнулись с ним квасом: работы впереди много, да и вообще, пить пиво с девушкой -оно как-то вроде и можно, но вроде и не прикольно. А вот хорошо кушать вместе с девушкой – это очень правильно. Тем более, поле для приложения усилий в этом направлении тут было великолепное!

– Шашлык – что надо! – отсалютовала вилкой с куском мяса Элька и ухватила его белыми зубками.

– Охренительный, правда? – радостно оскалился Варган. – Хочешь, рецепт расскажу? Тут все дело в маринаде, мозырский метод!

– А давай! Я запишу, есть бумажка с ручкой? – заинтересовалась Кантемирова. – Деда потом угощу, у них в горах шашлык – первое дело!

Варган сбегал за блокнотом и карандашом и громким шепотом принялся что-то пояснять, делая такие жесты, как будто планирует штурм опричной части Братска. Эля что-то переспрашивала и чиркала на бумажке. А Лурц спросил:

– Так что там с транспортом? Чего хотели-то? В Васюгане основной транспорт – гужевой! Ослики там, конячки, олени, может, верблюды еще. Мы не скотобаза, у нас такого нет.

– А у кого есть? – задал я логичный вопрос.

– У казачков, – вздохнул Ивушкиин. – В Крылатом.

– В Крылатом! А нас приглашали в Крылатый… – задумчиво проговорил я.

– Это кто это? – удивились ордынские.

– Волошин и Радцевич, – пояснил я и увидел странные выражения на лицах мужчин. – А что с ними не так?

– Да все так. Мы типа это… Делаем одно дело разными методами. Вроде и не враждуем, но и не дружим особо. Ну, понимаешь, казаки – это тема человеческая, даже прямо скажем – русская, а у нас тут каждой твари по паре… – расплывчато проговорил Лурц. – В общем, без нужды предпочитаем не пересекаться. Примерно как и с таборными уруками, вот! Но вы-то русские?

– Я – наполовину аланка, – тут же заявила Эля.

– А я – понятия не имею кем по национальности были родители, – пожал плечами я. И усмехнулся: – Может – уйгуры? Или дауры?

– Точно – оба русские, – усмехнулся Лурц. – Однозначно.

– До Крылатого я вас завтра подброшу, – сказал Ивушкин. – Утречком. Там и подберете себе животинок… А пока – давайте еще по одной… Варган – обнови!

И Варган обновил, и мы сидели, ели, пили и общались, обсуждали местное братское житье-бытье и Васюганские ужасы, и Ингрийскую Хтонь, и всякое другое – разное. И было нам хорошо!

* * *

Глава 9
Казаки

Ивушкин подбросил нас до Крылатого на фудтраке. Как оказалось, этот автономный анклав располагался на склонах горы Пихтовая, на берегу Ангары, чуть в стороне от Братска. Выглядела казачья база внушительно: черепа хтонических тварей на высоком частоколе из толстенных бревен, массивные деревянные же ворота, окованные стальными полосами и наверняка зачарованные, дозорные вышки с пулеметами, здания – самые обычные, кирпичные и деревянные, в два-три этажа, на вид – цивильные, но со странными приспособлениями на крышах, от которых исходило потустороннее свечение.

И через эфир не посмотришь: напрочь отрублена такая возможность проклятыми колечками… Зараза!

Мы с Элькой шли по обочине хорошо вычищенной от снега дороги прямо к этим самым воротам. На створках с обеих сторон красовались эмблемы в виде восьмиконечных крестов и двух скрещенных шашек под ними. Надпись над воротами гласила на латинице и кириллице сразу:

«Братское Казачье Общество. Иркутское Казачье Войско».

Только я прочел надписи, как за нашими спинами послышался топот копыт и хриплые крики:

– Хэй, хэй! – бородатые всадники в теплой одежде и воинской экипировке и меховых шапках, с автоматами на груди и шашками у бедра вели своих скакунов рысью, заставляя их сбавлять ход постепенно. – Тр-р-р-р-р!

Что это были за кони! Просто демоны, а не кони! Мне было с чем сравнивать, я видал демонов в колеснице у Келбали-хана. Вот и эти кобылки-жеребчики напоминали исчадий преисподней. По крайней мере, глаза у них горели алым цветом, из ноздрей вырывались клубы не то дыма, не то – пара, а зубы, которыми они грызли стальные удила, напоминали скорее оскал динозавра, чем подобающие непарнокопытному резцы, моляры и премоляры. Да и телосложением своим лошадки походили на эдаких культуристов от животного мира…

– У них шерсти нет! – ткнула меня в плечо Эля. – У них – чешуя!

Похоже, казацкие кони были продуктом химерологии! И мне стало еще более стремно на таких тварюшках кататься. Я ж и на обычных-то не очень, а тут – такие чудища. С другой стороны – я на лягушке катался, по Черной Угре! Кто этим может похвастать? Может, и с этими справлюсь. В конце концов, есть для особенно буйных животинок Печать Смирения, есть необходимый инструментарий… Да, да, негаторная практика, конечно, конечно…

Обдав нас снегом из-под копыт, казаки проследовали к открытым воротам. Мы подождали немного и пошли прямо за ними.

– Чего ты улыбаешься? – снова потыкала меня Элька. – Что тут такого смешного?

– А я вот думаю: нам тут негаторную практику замутили, а я вместо того, чтобы решать вопросы, как обычный человек, планирую, как бы эффективнее воспользоваться знаниями из учебника Пепеляевых! – не переставал ухмыляться я.

– Так и я тоже! – хихикнула Эля. – Например – укладка! Что мне – лак с собой возить, что ли, и всякие расчесочки? Дура я, что ли, пакет с дамскими штучками в хтонь тащить? И маникюр-педикюр, и прочее всякое, женское! Ядвига Сигизмундовна точно в учебник всерьез вложилась, там дамский раздел – у-у-у, очень полезный!

Действительно, я как-то и не задумывался, как она со своими кудрями управляется? Я вон, если не постригусь пару месяцев – то раковина волосами забиваться начнет, то еще какая зараза… А девчонки вон, какие хитрые! С другой стороны: магией чесать волосы, серьезно? Нет, определенно, ни одному нормальному пацану такое бы в голову не пришло. И ногти стричь и красить магией тоже – нафига? Можно же садовыми ножницами, гы!

Следом за всадниками мы прошли к воротам, которые еще не успели закрыться. Навстречу нам шагнул казак в точно такой же меховой шапке, как и у всадников:

– А вы кто такие? – хриплым с мороза голосом спросил он.

– А нас Волошин в «Ком» пригласил, – тут же нашелся я. – И Радцевич – тоже. Мы в Васюган планируем выход, нам бы лошадок…

– Лошадок?.. Ну-ну. Но раз в «Ком» – проходите. Браслеты? – поднял бровь он. – Покажите?

Видеть тоненький высокотехнологичный планшет в руках бородатого мужика в такой шапке было странно, мне казалось – он должен потребовать подорожную грамоту или там челобитную, ан нет – использовал вполне себе модный гаджет. Прибор пиликнул, оповещая о завершении идентификации, и казак глянул на нас снова.

– А, так вы из сервитута… – его взгляд немного потеплел, после того, как казак увидал информацию на экране. – Титов, Кантемирова… А чего надо? Зачем лошадки?

– Мы по научной части. Пробы воды из Оазисов взять, – пояснила Эля.

– Сейчас – самое время. Нынче в Васюган только ленивый не лезет! – степенно кивнул привратник. – Если вы не за ингредиентами – то проблем не будет, там почти безопасно… Насколько вообще в Хтони может быть безопасно. Но это вы к Саламандровой подойдите, она сегодня там за главную, обсудите с ней, что и как, посоветует. И расскажите, что Волошина видели, это для нее лучшим подарком будет. Давайте, прямо во-о-он туда, ориентируйтесь на зеленую крышу. Заведение называется «Снежный Ком».

– «Снежный Ком», Саламандрова, сказать, что видели Волошина, спросить про лошадок… – кивнул я, и мы прошли внутрь.

Что такое Крылатый? Что-то среднее между форпостом «Бельдягино», полевым лагерем Орды на Стрелке в Ингрии и кампусом Пеллинского колледжа. Пока шли – увидели много интересного, даже пару раз останавливались, чтобы рассмотреть в деталях!

Например, на круглом ипподроме тренировался десяток всадников с шашками в руках. На скаку они рубили лозу, потом – палили из автоматов по мишеням… Химерические лошадки показывали чудеса выдержки, двигались, как заведенные, совершенно не пугаясь громкой стрельбы, резких выкриков всадников и блеска клинков. Ловкость конников поражала, с такими умениями им бы в цирке выступать! Хотя кто видел Хтонь, тот в цирке не смеется, а эти, похоже, постоянно жили на ее границе и воевали – тоже…

Хотя, конечно, казаки были в первую очередь теми, кто оборонял наше богохранимое отечество от врагов внешних, но и к внутренней службе привлекались, уже почти полтысячи лет как… Вот и теперь по одной из улиц шла колонна молодых парней: в боевой экипировке, с оружием, они шагали в ногу, и я услышал обрывки строевой песни:

– … Этих дней не смолкнет слава

Не померкнет никогда!

Государевы заставы

Занимали города!

Эти тоже были готовы боронить рубежи и рубать супостатов за Веру, Государя и Отечество.

Под навесом у стены одного из кирпичных зданий разделывали туши каких-то тварей, которые висели на огромных крюках, женщины в теплых кожушках, валенках и бердских платках выбивали на снегу половики, дети – строили крепость из снега, катали снежные комы. Пахло баней, порохом, травяным чаем и кровью, да.

Наконец мы добрались до «Снежного Кома» – того самого здания с зеленой крышей. Очень странно было прочитать здесь, в середине этого очень странного места, слово «антикафе», но именно так оно и называлось – «Антикафе » Снежный Ком"! Казачье антикафе, одуреть можно…

На входе нас остановил приземистый робот на колесиках:

– Сударь и сударыня, за вход – двадцать денег, после чего доступ к самоварам и прилавку с пирожками – безлимитный, – сообщил вежливый привратник и подмигнул проекцией глаза со своей квадратной мордочки. – Бильярд, настольные игры и игровые автоматы – без ограничений!

– Нет проблем, куда монеты отдавать? – поинтересовался я.

– Мне! – у робота на пузе отодвинулась дверца, куда я и сунул деньги. – Держите чек! Хорошего дня, проходите.

Эльвира, заходя в зал, звонким девичьим голосом произнесла:

– Здорово дневали! – и потом шепнула мне: – Не знаю, как тут, на Дону и Кубани так говорят.

– Слава Богу! – откликнулось несколько голосов.

Тут, в уютной обстановке, среди диванов, самоваров, связок с баранками, сушеными грибами и травами, гоняли чаи три компании казаков постарше. Они обернулись на нас, осмотрели с ног до головы и вернулись к своим важным разговорам.

А за стойкой-прилавком скучала казачка – в цветастом платке, с чуть восточными чертами лица, волнистыми каштановыми волосами и большими серьгами-кольцами в ушах. О возрасте ее судить было сложно, такие женщины одинаково хорошо выглядят и в двадцать пять, и в сорок пять, одно было понятно – нас с Элей она точно опытнее.Она развлекалась тем, что щелкала пальцами, зажигая над ними небольшой огонек, который некоторое время выплясывал в воздухе, а потом ярко вспыхивал и рассыпался разноцветными искрами. Она точно была магичкой, скорее всего – пустоцветом. Завидев нас, она преобразилась: легким движением поправила волосы, чуть по-другому запахнула платок, улыбнулась – и от хандры не осталось и следа.

– Добро пожаловать в «Снежный ком»! У нас тут чай, кофе, горячий шоколад, иван-чай, цикорий и прочее, и прочее, и прочее… – она рассмеялась. – И пирожки. Вы попить-покушать, или так, время провести?

– От чая не откажемся, – дипломатично кивнул я. – Давно хотел попробовать иван-чай.

– С липой, с грушей, с мятой и мелиссой… – она очень обаятельно закатила глаза, перечисляя.

– На ваш выбор! – улыбнулась в ответ Эля. – А мы вам привет от Волошина привезли и от Радцевича. Это они нас к вам отправили.

– Волошин! Э-э-э-эх! – ее вздох был красноречивее любых слов, и мы с Элькой понимающе переглянулись. – И что Волошин говорит?

– Вчера говорил, что в течение пары дней будет! – уверенно заявил я. – И очень советовал нам сюда к вам зайти, мол, если и искать его где-то, то только здесь. Ну, и по нашим вопросам обращаться тоже советовал только сюда. Видно – прикипел к этому месту, любит-уважает.

– Вот как? – в ее глазах появились искорки. – Значит, через пару дней? Давайте, рассказывайте, в чем у вас беда? А я пока вам чаечку соображу.

И мы рассказали этой весьма интересной казачке о нашем задании – в рамках, обоснованных легендой, конечно. Про институт, воду и подработку. Она слушала внимательно, не перебивая, а потом щелкнула пальцами, и в воздухе снова вспыхнули искорки.

– Вот ведь оно как работает! – всплеснула Саламандрова руками. – Еще позавчера я бы и вправду могла бы вам помочь: есть у меня три мула, просто волшебные животинки! Послушные, покладистые, выносливые, едят что угодно, хоть ветки с хтонических растений… Но – выбыли мои животинки из строя. Мне и самой огорчительно – я с Волошиным в Аномалию пойти хотела, верхами, трав там подсобрать, грибочков разных, ягодок зимних… А теперь что делать – ума не приложу. Был бы природный маг или целитель – мигом бы разобрался, а вы… А что с вами не так, ребята?

К этому мы были точно не готовы. Она явно смотрела через эфир, и что там видела – мы понять не могли.

– Вы не цивильные, не маги, не нулевки, не… А-а-а-а! Индивидуальные негаторы! – она была особой проницательной, эта Саламандрова, и дальнейшие ее предположения только доказывали этот тезис. – Это что – условие по контракту? Или поражение в правах? Опала? Нет, не опала… На самом деле – не важно. Вариантов-то у вас все равно немного: купить лошадок или взять в аренду.

– А что, если мы посмотрим ваших мулов? – вдруг спросил я. – Что с ними не так?

– Да как будто все-таки сожрали что-то не то, утробы ненасытные. Все признаки налицо: тремор, в ногах заплетаются, тахикардия, скрежет зубами, мышечная слабость, синюшность слизистых оболочек, сосуды почернели… Но наши крылатские мулы не могут отравиться! Разве что специально кто-то постарался, но это бред уже полный…

– А давайте посмотрим, – оживился я. – Слушайте, не хочу хвалиться, но кое-что в отравлениях я смыслю.

– Ми-и-иха? – удивленно глянула на меня Эля, а потом сообразила. – А! Как с аспидами?

Умница, девочка. Нечего всем подряд про Жабий Камень рассказывать.

– Что – с аспидами? – заинтересовалась Саламандрова.

– Получилось кое-кого подлечить от укусов, я метод знаю, – туманно пояснил я. – Давайте попробуем, хуже-то не будет? Если вылечу – будет точно понятно, что у них токсикация, и вы сами уж делайте выводы.

– О-о-о-ох, если ты мне моих животинок подлечишь, я вам Бибу и Бобу одолжу. А Карамельку не дам, я с Волошиным тогда поеду… Маршрут у вас недалекий, десять дней… – она уже принялась рассуждать так, будто это было дело решенное. – Даже если вас убьют – они ко мне вернутся.

– Что-о-о? – глаза Эли стали круглыми.

– Что? – лицо Саламандровой стало совершенно невинным. – А вы как думаете? Мало того, что в аномалию едете, а там дряни всякой предостаточно, так сейчас в Васюгане еще и тесно от всяких любителей легкой наживы… А на вас большими буквами не написано, что вы опасные и страшные. На вас глянешь – так зайчик и зайчишка, просто лепота и загляденьице!

– Ла-а-адно, – мне было смешно до ужаса. Зайчик и зайчишка, ну надо же! Это два настоящих мага-то! – Мы придумаем, как выглядеть более грозно. Наденем страшные маски на лица, например!

– Это, кстати, неплохая идея, – кивнула Саламандрова. – Пойдемте уже конячек смотреть?

– Нет проблем, – бодро заявил я. – Где можно вещи сбросить?

– А давайте – в каморку? Тащите их за мной!

И только тут она обратила внимание на наши вещи: ее взгляд остановился на рунах, которыми мы размалевали рюкзаки – для облегчения веса, на автоматический дробовик «Маргач» с барабаном на 32 патрона, который был приторочен к элькиному багажу, на ручной пулемет РПТ-16 за моей спиной. А еще – на наши броники и снаряжение… И на мой дюссак, и на кантемировский кинжал.

– Ага, – сказала Саламандрова. – Так вы не зайчата. Вы – волчата. Как-то я сразу из виду упустила ваше упоминание Ингрии и последнего инцидента. Нормально вы там так наварились, как я смотрю, раз на такую красоту денег хватило. Ла-адно!

Скинуть вещи было минутным делом, и уже спустя пару минут мы шагали куда-то по задворкам, навстречу запахам сена и конского пота. Конюшня – заснеженное деревянное строение – находилась метрах в трехстах от «Кома».

– Люся! – увидев Саламандрову, нам на встречу кинулся толстый дядька – бородатый, в распахнутом на груди к кожухе. – Все кони теперь такие! Квёлые! Точно – кто-то гадость нам сделал, Христом-Богом клянусь! Это ордынцы или эльфийские диверсанты с Ород-Рава!

– Ордынцы сейчас все в Васюгане, – заявила Эльвира. – Ну, почти все. В «Орде» остались два урука и председатель филиала. Да и вообще – это слишком тонко для них, коней травить. Они б скорее морды бить пришли.

Мне не очень понравилось, что Эля так запросто всё высказала, но с другой стороны – ни Серый, ни Варган, ни Лурц не просили нас держать что-то в тайне. Напротив, кажется – они специально несколько раз повторили что с казаками не враждуют, и что сейчас все силы Братского филиала Орды брошены на сбор эксклюзивных ингредиентов, которые появляются только во время Бабьего Лета в Васюганской Хтони.

– Председатель? Глава филиала! Ивушкин парень толковый, да… Не подлый! – признал старый казак. – Пойдемте конячек смотреть.

Я сунул руку в карман и сжал в кулаке Жабий Камень. Борис Борисович показал мне, как сбрасывать из него всякую гадость, так что по размерам он снова стал маленький и удобный, на коней и мулов хватить его заряда должно было.

– Вы мои бедненькие… – Саламандрова подошла к крайнему стойлу.

Три животинки – черные, с горящими тусклым огнем глазами – стояли там, трясясь и роняя пену изо… ртов? Пастей? С этими химерами ни в чем нельзя быть уверенными. Ну, мулы выглядели гораздо более мирными, чем казацкие жеребчики. По крайней мере – без чешуи! И уши. Уши у них были очень клевые!

Казачка гладила химер, а у Эльки из кармана разгрузки выглядывал яогай. Он щурил глаза и присматривался, облизываясь то на одного ушатого-копытного, то на другого. Девушка погладила ему плюшевый лобик пальчиком, и котик спрятался. Это что он – сожрать их хотел, что ли? Он же голем! Куда ему?

– Не укусят? – я шагнул вперед. – Дайте гляну.

– Не укусят, не в этом состоянии… – вздохнула Саламандрова и шагнула в сторону.

Я, делая вид, что глажу мулу гриву, коснулся его Жабьим Камнем. И тут же почувствовал – не эфиром, нет, просто тактильно, как внутри организма мутанта что-то начало меняться.

– Мбрбрбрбр! – фыркнул мул и затоптался на месте.

А потом навалил кучу. И еще одну. И еще. Кучи эти были величиной с Фудзияму, не меньше! Мул сказал:

– Ого-го!

Прозвучало это чуть ли не радостно, и задышал ушастый работяга гораздо ровнее, и пена изо рта у него идти перестала.

– Работает! – обрадовался казак в кожухе. – Парень, а остальных посмотришь? Может, сработает твой метод? Мы ж соображаем, заплатим, как положено.

– Не, – сказал я. – Мне не надо. Вы вот с сударыней Саламандровой будете рассчитываться, это она нам мулов двух даст покататься, и она нас сюда привела. А потом мы с ней уже сочтемся, ага?

Саламандрова прищурилась, прям как тот яогай, и казак жалобно проговорил:

– Может, все-таки напрямую? Ну, с вами-то договориться хоть можно будет, а эта-то…

– Я работаю? – уточнил я, и шагнул к следующему мулу.

– Работай-работай, – сказала казачка и повернулась к конюшенных дел мастеру. – А мы тут с Авдеем про оплату поговорим! И вот что, Михаил, не сомневайся – твоя доля там тоже будет…

Спустя час все скакуны были здоровы – по крайней мере, детокс был проведен полный, Жабий Камень – увеличился в размерах на полсантиметра, а вся конюшня оказалась засрана полностью и окончательно. Ну, а я испытывал чувство некоего внутреннего удовлетворения, почти Гераклом себя ощутил. Только тот Авгиевы конюшни чистил, а я с Авдеевыми конюшнями обратным образом поступил, но – ради благой цели! Животинкам помогать – это всегда хорошо, даже если они на исчадий ада смахивают. В конце концов – они в этом не виноваты!