Текст книги ""Фантастика 2026-96". Компиляция. Книги 1-30"

Автор книги: Максим Куропятник

Соавторы: Наталья Егорова,Макс Вальтер
сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 348 страниц)

Глава 8
Безопасность

Я не без удивления обнаружил, что на воротах в мой гараж висит замок. На проверку он оказался ещё и запертым. За каким-то хреном я несколько раз его потеребил, будто ожидал, что он после этого откроется. Естественно, ничего подобного не произошло.

– Ну ты чего там залип? – нетерпеливо спросил Заварзин.

– Закрыто, – тупо ответил я.

– Только не говори, что у тебя нет ключа.

– У меня его и быть не может, это не мой замок, – снизошёл до объяснений я и направился к прицепу с металлоломом.

Универсальная отмычка в виде полуоси снова пошла в дело. Поймав упор, я взял замок на рычаг, и дужка послушно выскочила из зажима. Внутренний запор остался незамкнут, а потому дверь я распахнул без дополнительных сложностей. И в этот момент на моё лицо наползла кривая ухмылка. На яме стоял «мерс».

– Ну спасибо тебе, Шавкад, – пробормотал я.

– При чём здесь это гастарбайтер? – Пихнув меня плечом, участковый вошёл в гараж первым.

– Олежа, а ты не приборзел часом? – огрызнулся я.

– А чё? – обернулся ко мне он.

– Придурок, – буркнул Колян, протискиваясь внутрь с двумя пакетами в руках.

Я вздохнул, но продолжать бесполезную перепалку не стал. В полумраке добрался до аккумулятора, к которому была подключена резервная лампочка, и накинул на него провод. Вспыхнул свет, выхватывая из темноты очертания мастерской. И только после этого я прикрыл калитку и зафиксировал её на мощный засов.

Заварзин уже развалился в кресле, наблюдая за моими действиями. Колян распахнул дверь «Мерседеса» и рухнул на задний диван. А я продолжил обустраивать наш быт и полез на верхнюю полку стеллажа, где у меня хранилось различное дерьмо, которое редко требуется в повседневной работе. Там как раз лежали вещи для отдыха на лоне природы. Это дело я очень любил, вот только в последний раз выбирался, даже и не вспомню когда.

– Вот ты где, – улыбнулся я и протёр рукавом старую керосиновую лампу.

Само топливо хранилось на средней полке, так как часто использовалось для очистки особо ржавых болтов. Керосин отлично проникает в поры и размачивает ржавчину. Гораздо лучше, чем хвалёная ВДшка.

Заполнив ёмкость, я подождал, пока напитается фитиль, и, чиркнув зажигалкой, поджёг его. А когда установил поверх стеклянную колбу, в гараже сразу стало намного уютнее.

Отключив ламу от аккумулятора, я полез в холодильник. Электричество отсутствовало уже вторые сутки, но в морозилке всё ещё оставалось довольно прохладно. Хотя положенного минуса, конечно, уже не было. И если с водкой вряд ли что-нибудь случится, то вот пельмени наверняка уже слиплись в один сплошной комок. Впрочем, меня интересовал брикет сала, который расположился рядом с вмиг запотевшей бутылкой.

– Пиво кто будет? – спросил я и распахнул нижнюю дверцу.

– Какие-то ты вопросы задаёшь, – хмыкнул Олег, – Ясен пень: все будут!

– Я не буду, – донёсся приглушенный голос из салона машины.

– Ну и дурак, – констатировал Заварзин.

Я кинул ему банку пенного, ставшего уже тёплым, и, подхватив ещё одну, сунулся в машину, но на своё законное место. Уже там с характерным пшиком открыл пиво и тут же влил в себя едва не половину.

– На, глотни, – протянул я жестянку брату. – Полегчает.

– Угу, – буркнул он. – Бухать сейчас – точно самое подходящее время.

– Душнила, – отмахнулся я и допил остатки.

В этот момент со стороны кресла прозвучала мощная отрыжка.

– Кайф, – добавил Заварзин и швырнул пустую банку прямо на пол.

– Олежа, я тебе сейчас челюсть сверну, – предупредил я участкового. – Ты чё себя ведёшь как свинота⁈

– А он и есть, – едва слышно добавил Колян.

– Понял, не дурак, виноват – исправлюсь, – отозвался участковый и, поднявшись с кресла, подхватил пустую тару и выбросил её в ведро. – Так?

– Типа того, – кивнул я. – Ладно, надо пожрать сообразить, пока на улице светло.

– Самая правильная мысль за сегодня, – воздев палец, произнёс Заварзин.

Я выбрался из салона, влил в рот последние капли пива и мастерски, прямо с места, забросил банку в мусорное ведро. Затем, вооружившись ключом, обошёл машину и вставил его в личинку багажника. А когда распахнул, снова ухмыльнулся, глядя на два пакета с крупой и консервами. Плюс две упаковки воды, что пришлись как нельзя кстати.

– Живём, – прокомментировал Заварзин, который заглядывал мне через плечо.

– Слюни подбери, – намекнул я на то, что это ему не принадлежит.

В одном из пакетов обнаружилась записка: «Надеюсь, ты выжил и нашёл свою долю. Извини, думаю, ты понимаешь, почему мы уехали. В бардачке – пистолет и патроны. Спасибо за всё».

– Что пишут? – поинтересовался Олег.

– Не твоего ума дело, – огрызнулся я. – И положи на место свинину.

– Тебе жалко, что ли?

– Жалко. Это не для того, чтобы жрать.

– Серьёзно?

– Более чем. Сядь куда-нибудь и успокойся, пока я тебе в лоб не закатал.

– Грубый ты, Генка, и неженственный.

– Я ему постоянно об этом говорю, – добавил Колян и наконец-то выбрался из машины. – Помочь?

– Да, картошку почисть. – Протянув ему складной нож, я указал на пакет. – Постарайся воду тратить по минимуму.

– Разберусь, – ответил брат и, подтянув пакет с корнеплодами к наковальне, уселся на неё с ножом в руке.

Заварзин же открыл вторую банку пива.

– Ты не ублюёшься, родной? – поинтересовался я.

– Не должен, – с ухмылкой ответил он. – Это из-за крахмала было.

– Или от жадности, – добавил Колян.

– Ой, много ты понимаешь, – поморщился участковый. – Мал ещё, чтоб меня жизни учить.

– Ну-ну… – Брат всё же оставил последнее слово за собой.

Я старался не заострять внимания на их перепалке. Пусть себе тешатся. Пока это не переросло в откровенную агрессию или того хуже – драку. Иногда такие пустые взаимные упрёки помогают отвлекаться от реальности.

Переместив стремянку, я в очередной раз забрался на верхнюю полку и выудил оттуда чугунный казан, крышку которого можно было использовать как сковородку. Собственно, ради неё всё и затевалось. Ещё у меня была сделана специальная тренога, в которой я из куска трубы сообразил специальный держатель для газовой горелки.

Да, изредка, за отсутствием возможности выбраться на природу, я развлекался готовкой нехитрых блюд прямо возле гаража. Кто бы мог подумать, что всё это добро пригодится в нашей ситуации, которая ну никак не тянет на пикник!

Нарезав сало мелкими кусочками, я бросил его на сковородку и присыпал щепоткой соли, чтобы оно побыстрее отдало жирок. Как только оно подзолотилось, я выудил его при помощи шумовки и принялся нарезать лук.

Заварзин наблюдал за моими действиями, периодически шмыгая слюнями.

– Шкварочки мог бы и оставить, – не удержался и посоветовал он. – А лучок вообще в серединку, между слоями картошки надо резать, чтобы он не подгорел.

Я промолчал и принялся нарезать поверх лука картошку, эдакими дольками. И участковый снова не смог с собой совладать:

– А я вот больше соломкой люблю.

– На. – Я протянул ему нож и картофелину.

– Да чё ты сразу начинаешь-то?

– Режь, говорю! – с напором добавил я. – Хочешь – соломкой, хочешь – кубиками.

– Ну и пожалуйста, – пробормотал он и принял у меня из рук инструмент.

Я взял ещё один нож и уселся рядом, продолжая нарезать картофель так, как мне было удобно. Заварзин повозился со своей соломкой, пока до него не дошло, что на весу такой метод – не самый удобный. И уже на втором корнеплоде он прибег к моему методу.

– Чё? – заметив мою ухмылку, спросил он. – Неудобно просто.

– Не хрен было с самого начала умничать, – ответил я.

Волшебный аромат жареной картошки на сале, распространился по гаражу. И наверняка его без проблем можно было учуять на улице. Всё-таки герметичностью данное строение не обладало, да и зачем? Однако с этим нужно было что-то делать, и идеи на этот счёт у меня имелись. Я просто отложил их на потом, решив для начала набить живот.

Когда картошка была уже практически готова, я вернул в неё шкварки и, перемешав, накрыл крышкой от эмалированного бачка. Снаружи она была покрыта толстым слоем пыли, но внутренняя часть оставалась чистой. Впрочем, сейчас нам совсем не до брезгливости, и тратить воду на подобную чушь – жалко.

– Ну чё там? Скоро уже жрать-то? – нетерпеливо пританцовывая у сковороды, спросил Заварзин. – Давай уже, горячее сырым быть не может.

– Впервые в жизни я с ним согласен, – судорожно сглотнув, добавил Колян. – У меня уже желудок сам себя жрать начал.

– Тогда налетай, – разрешил я, протягивая им алюминиевые вилки.

– А ложки нет? – снова закапризничал участковый.

– Вот ты нудный, – огрызнулся я и поднялся с табурета, чтобы выдать приятелю другой инструмент.

А когда вернулся, на меня смотрели две хитрые рожи. Картошку в сковороде поделили на три части, две из которых были примерно равны, а та, что расположилась напротив моего места, совсем крохотная. При этом оба юмориста уже набили рты.

– Ну сейчас прям животик надорву, – усмехнулся я и уселся возле блюда.

А картошечка и впрямь удалась. Пропитанная салом, она буквально таяла во рту, а хрустящие шкварки были особым удовольствием. Жаровня опустела в считаные минуты. Колян даже свою порцию не доел, пожертвовав её участковому. За что не получил даже спасибо. Впрочем, я его тоже не удостоился. Утолив голод, Заварзин вернулся в кресло и развалился в нём, вытянув ноги.

– Всё, – выдохнул он. – Не кантовать, при пожаре выносить первым.

– Тюлень, – Колян тут же наградил его почётным званием.

– Ой, – вяло отмахнулся Олег, – ты меня хоть хреном назови, только облизывай почаще.

– Пожрал? – уперев руки в бока, я навис над бывшим одноклассником.

– Да что опять не так-то? – недовольно покосился на меня он.

– Жопу поднимай, пойдём следы заметать.

– В смысле?

– В прямом. Мы здесь жратвой на весь район навоняли. Или ты хочешь, чтобы после заката к нам гости явились?

– А чё я-то сразу? Вон Колян пусть идёт, он помоложе.

– Олежа, не надо меня нервировать, ладно? Я и без того на взводе.

– Пф-ф-ф, – с шумом выдохнул он. – Да ты дохлого достанешь. Чё делать-то?

– Хватай вон ту канистру и вдоль рядов разбрызгивай содержимое. Ты пойдёшь влево, а я – вправо.

– А чего там?

– Солярка. Много не лей, просто на ворота и стены побрызгай. Она должна все посторонние запахи отбить.

– Да понял я, не дурак.

Мы выбрались наружу, и Олег первым делом плеснул на стену прямо из канистры, вылив не меньше пол литра.

– Ты это специально, что ли? – тут же завёлся я. – Я же тебе специально кисточку дал.

– Да я-то откуда знаю, за каким хреном ты мне её всучил⁈ – попытался оправдаться он. – Сам же сказал на стены побрызгать.

– Ну не так же! Кисточку смочи и ей брызгай.

– Молитву до кучи прочитать⁈ – сострил он.

– Голову для начал включи, – отмахнулся я и взялся за дело.

Может, оно и не так плохо, что Заварзин залил соляркой всю стену прямо у нашей берлоги. Вонища теперь здесь стоит знатная, даже намёка на запах еды не осталось.

Управились мы минут за десять, и теперь весь ряд гаражей благоухал дизельным топливом, как ему и положено. Надеюсь, это поможет отвести от нас тварей. Как ни крути, а рисковали мы сильно, оставаясь в черте города, даже под защитой железных ворот. В случае необходимости эти ублюдки смогут без труда проникнуть к нам через крышу. Да и сами ворота можно выдернуть, используя машину или трактор.

– А чё не бензином? – спросил Заварзин, когда мы закончили и вернулись обратно, воняя, как комбайнёры. – От него вонища – вообще будь здоров.

– Бензин быстро выветрится. Соляра в этом плане фонит дольше.

– Голова, – похвалил меня за находчивость он.

– Слушай, я чего спросить хотел, – наконец-то завёл я интересующий меня разговор. Мне, конечно, никто не мешал начать его раньше, но сытый человек становится добрее и отзывчивее. – А где у вас в ментовке оружие хранится?

– В оружейке, ясен пень, – неопределённо ответил Олег.

– А оружейка эта где?

– Тебе зачем? – с подозрением покосился на меня участковый.

– Блин, догадайся с восьмидесяти попыток! – не выдержал Колян, который опять развалился в салоне на заднем диване.

– Э, нет, пацаны, там так просто не получится. Во-первых, оружейка находится за железной дверью, под замком и круглосуточным наблюдением дежурного. Мимо него вам ни за что не пройти…

– Олег, ты нормальный, нет? – Я в очередной раз засомневался в его умственных способностях. – Какой ещё, на хрен, дежурный⁈

– А, ну да, – смутился Заварзин. – В любом случае там всё под замком. Но это ещё не всё. Оружие внутри не лежит на полках, как в кино. Там всё поделено на ячейки, как в банковском хранилище. Оружие выдаёт под роспись дежурный, у него все ключи.

– А запасных нет?

– Да-а! – чуть не подскочил он. – У всех подряд дубликаты имеются! Иногда мы их даже прохожим раздаём. Брак, ну чё за тупые вопросы⁈

– Ну, может, их вскрыть как-то получится?

– Может, и получится, – пожал плечами Олег. – Если у тебя найдётся генератор и болгарка.

– С этим проблем нет. – Я кивнул на волшебный стеллаж. – Есть большая, а маленьких даже две. Генератор тоже имеется.

– Вот ты заряженный, – хмыкнул Заварзин. – Шумно ведь будет.

– И чё? – резонно заметил я.

– Да так-то пофигу… – Он задумчиво почесал подбородок. – Просто у меня есть идея получше.

– Жги.

– Я же участковый, и в мои обязанности много чего входит. Например, проверять охотников на предмет правильного хранения инвентаря с последующим выписыванием штрафа в случае нарушения.

– Или хапанья взяток, – добавил Колян.

– А ты варежку захлопни, – вернул ему Олег. – Много ты в жизни понимаешь…

– Да уж побольше некоторых.

– Слышь, ты чё такой дерзкий-то, а⁈

– А ты меня арестуй.

– Заткнулись оба! – рявкнул я. – А ты давай ближе к делу.

– Да я вроде и так всё сказал. Я же все адреса наизусть знаю. Часто с проверками хожу.

– За взятками, – поправил его Колян.

– Коль, завались уже. Сам ведь провоцируешь.

– Ой, да идите вы оба, – буркнул брат и зашуршал, переворачиваясь на живот. – Я спать.

– Я бы тоже покемарил, – с надеждой посмотрел на меня участковый.

– Так, вас обоих касается. – Я пнул по ногам брата. – Ты слышишь там, нет?

– Ну чего тебе ещё? – Он выглянул из машины.

– Ссать или срать – вот в это ведро. – Я продемонстрировал оцинкованный инвентарь. – Поставлю вот здесь, в дальнем углу. Здесь оставлю фонарик, чтоб вы ночью башку себе не разбили. Лампу ночью не зажигать. Как поняли?

– Так точно, тащ генерал, – козырнул Заварзин.

Колян обошёлся молчаливым кивком.

– Ты таблетки выпил? – спросил его я.

– Угу, – ответил брат.

– Чувствуешь себя как?

– Пока обезбол работает – терпимо.

– Вылезай, тебя нужно нормально перевязать и всё обработать.

Колян послушно выбрался из машины и уселся на табурет. Я снял с его шеи грязное полотенце. Оно присохло к ране, и та сразу закровоточила, когда я её побеспокоил. Оторвав кусок чистой старой простыни, которые лежали в коробке в качестве ветоши, я смочил лоскут водой и принялся смывать засохшую кровь и грязь с раны.

– Ни хрена себе, – прокомментировал Заварзин. – Ты теперь из нас самый красивый.

– Иди в жопу, – огрызнулся брат и продемонстрировал участковому средний палец.

– Да я подбодрить хотел, – оскорбился Олег и снова развалился в кресле. – Шрам и вправду останется знатный, а они мужчину красят.

– Могу тебе такой же сделать, если хочешь.

– Да чё вы цепляетесь друг к другу, как дети малые? – буркнул я.

– Чтобы на тебя не срываться, – с ухмылкой ответил брат. – У тебя здесь зеркало есть?

– А ты слепой? – Я покосился на верстак, на котором стояло круглое зеркало, притом с эффектом увеличения на одной из сторон.

– Дай посмотреть.

– Ща.

Я поднялся и передал его брату. Тот долго рассматривал уродливый кривой порез на шее, а затем поморщился и тяжело вздохнул.

– Можно зашить, – предложил я. – Или суперклеем залепить, так шрам тоньше будет.

– Не, пусть останется, – покачал головой он. – Как напоминание, что никому нельзя доверять.

Закончив фразу, Колян выпучил глаза в сторону Заварзина, однозначно намекая, кого он имеет в виду. Я на это лишь поморщился и покрутил пальцами в воздухе, мол: может, и нельзя, но хрен с ним.

Аккуратно вскрыв пузырёк с зелёнкой, я принялся обрабатывать рану.

Колян зашипел.

– Подуть? – спросил я.

Заварзин ехидно хмыкнул, лёжа в кресле с закрытыми глазами.

– Не надо, – тут же отказался брат. – Потерплю.

– Мужик, – добавил Олег.

Но на сей раз брат предпочёл промолчать, хотя я видел, что его так и подрывало отпустить какую-нибудь колкость в ответ. Значит, и впрямь взрослеет.

Сложив из бинта плотный тампон, я прижал его к ране и замотал остатком. Край закрепил пластырем, чтобы не вязать узлов, которые вряд ли удержат повязку и скорее будут только мешать.

– Всё, иди спать.

– А ты? – спросил Колян.

– А я устроюсь лучше вас обоих, – хмыкнул я и снова полез на верхнюю полку, откуда выудил старинную раскладушку.

– Мажор, – прокомментировал Заварзин, подсматривая за мной одним глазом.

– А ты не завидуй. У тебя, кстати, кресло раскладывается.

– Серьёзно? – тут же подорвался он. – А чё ты молчал-то? Видишь же, что я страдаю.

– Тебе полезно, – усмехнулся я и разложил спальное место.

Гараж у меня большой, специально такой купил, чтобы было где развернуться. Ремонт машин – дело такое, иной раз приличный размах кувалды требуется. А сейчас вот опять пришлось как нельзя кстати.

В качестве подушки я бросил под голову старую куртку, вывернув её наизнанку, чтобы лежать на чистом. И не успел даже как следует угнездиться, как моментально уснул.

На этот раз пробуждение было безопасным, хоть и приятным его не назовёшь. Кто-то настойчиво молотил в нашу дверь и умолял пустить его внутрь. Судя по голосу, это была девчонка. Заварзин боролся с Коляном у двери и было не ясно, кто из них зачинщик драки, а главное – почему? Я, конечно, догадывался, что кто-то из них собирался открыть дверь, а другой не позволял.

Пришлось срочно вмешиваться. Хоть их возня и не производила сильного шума, но всё же могла привлечь ненужное внимание. А стук в ворота, сопровождаемый мольбами о помощи, даже не думал прекращаться. Мне даже стало любопытно, почему она выбрала именно мой гараж и с чего вдруг уверена, что внутри кто-то есть?

Накинув борцам по увесистому подзатыльнику, я приник к скважине, чтобы рассмотреть гостью. На вид это была обыкновенна девушка, скорее всего, лёгкого поведения. Такие часто тёрлись у складов в надежде поймать клиента-дальнобойщика с тугим кошельком. И да, кажется, я её здесь уже видел. Видок у неё сейчас ещё тот, но в целом очень даже миленькая. Если не брать в расчёт прошлые заслуги, я бы с такой даже повстречался.

– Ты что делаешь⁈ – зашипел Колян, глядя на то, как я потянулся в задвижке.

– Да она сейчас сюда весь район станет, – ответил я. – К тому же на улице ещё светло, а значит, она нормальная.

– Как она нас нашла вообще? – озвучил мой вопрос Заварзин.

– Вот заодно и выясним, – ответил я, открывая калитку.

Девушка влетела внутрь, едва не сбив меня с ног, и тут же шмыгнула в дальний угол, где уселась, сжавшись в комок. Заперевшись, я снова зажёг керосиновую лампу и уставился на гостью.

– Ты кто? – спросил я.

– Катя, – представилась она.

– Откуда ты узнала, что здесь кто-то есть?

– Я не знала, – выдала она странный ответ, а затем поправилась: – В смысле, точно не знала, надеялась. А вы кто?

– Я Гена, это Олег и Колян.

– Ясно, а почему здесь вы?

– Что-то я тебя не понимаю, – усмехнулся Олег. – Ты нам не рада, что ли? Тогда зачем стучалась?

– Да нет, – помотала головой она. – Я не это имела в виду. А где тот, другой?

– Кто-нибудь, вызовите пояснительную бригаду, – в тон участковому произнёс Колян.

– Да подождите вы, – осадил обоих я и уставился на гостью. – Ты здесь уже была?

– Угу. Здесь до вас другой мужчина прятался, узбек или таджик, я в них не разбираюсь. Он склад овощной через дорогу держит. С ним молодой парень был и женщина. Они позволили мне здесь заночевать, а утром выгнали. Я не знаю, куда мне идти, они повсюду…

Девушка вдруг разревелась, заставляя трёх здоровых мужиков поплыть. Есть в женских слезах какая-то сила, которая напрочь разоружает даже самого закоренелого мужлана. При этом ещё и заставляет чувствовать себя растерянным, будто это я виноват в том, что она сейчас плачет.

Колян сдался первым и выдал совсем уж нелепую фразу:

– Ты это, – буркнул он, – вообще-то возле нашего туалета сидишь.

– П-хах, – не выдержал и усмехнулся Заварзин. – Да ты прямо герой спаситель.

– Кстати, а кто из вас собирался дверь открыть? – покосился на них я.

– Ну, я, – тут же признался участковый. – И чё⁈

«Щёлк!» – раздался удар, и бывший одноклассник осыпался на пол. А я склонился над ним, схватил на отворот и ещё дважды добавил ему кулаком в рожу.

– За что? – возмутился он, пытаясь отползти, но машина позади не позволила. – Ты чё, совсем псих⁈

– Я вроде ясно дал понять, что без моего участия в моём гараже ничего не происходит! – Я угрожающе занёс руку для очередного удара, и Заварзин весь сжался, прикрывая лицо руками.

– Да хорош уже, я всё понял! – взвизгнул он.

Странно, но наше поведение успокаивающе подействовало на нашу новую соседку. Катя всё ещё хлюпала носом, но плакать уже прекратила, с любопытством посматривая на меня. Кажется, я ей понравился, а может, в её тупой и симпатичной головке созрел другой план: охмурить меня, как вожака стаи, и таким образом проникнуть в нашу компанию.

– Так, слушай меня внимательно, – строгим голосом произнёс я. – Касается всех! Сидим тихо, как мыши. Если ещё раз кто-нибудь попытается без моего ведома что-то отчебучить, пеняйте на себя. Ты меня услышал⁈ – Я наклонился к Заварзину.

– Ты мне теперь что, до конца дней это будешь припоминать? – пробормотал он.

– Не уловил ответа, – добавил я, в том числе и пинка.

– Да понял я, понял, хорош уже! – крикнул он.

– Я теперь базар убили и чтоб до утра не отсвечивать, – добавил я и вернулся на раскладушку.

Сон уже не шёл. Девушка снова начала всхлипывать, а Заварзин – скрипеть креслом в попытке найти удобную позу.

– Потише можно? – добавил я в темноту. – А ты кончай реветь. Если нас здесь обнаружат, подохнем все.

Гараж погрузился в тишину, от которой даже в ушах загудело. Мир вокруг вообще сделался очень тихим, по крайней мере, днём.

Ночью всё изменилось до неузнаваемости. Мимо нас постоянно проезжали машины, а где-то вдалеке короткими очередями работал автомат. Вскоре к нему присоединилось и другое оружие, громкие хлопки которого разносились по округе. А затем грохнуло так, что с крыши на рожу пыль полетела. И грохот оружия слился в единую канонаду, будто совсем рядом проходила линия фронта.

Бой был нешуточный. Продлился он около часа, и всё это время периодически что-то взрывалось, заставляя нас вжимать головы в плечи.

Слава богу, у Кати хватило мозгов не вскрикивать каждый раз, когда это случалось. Она свернулась калачиком на старом матрасе, который я бросил для неё на единственно свободном пятачке у оцинкованного ведра, предназначенного для туалета. Девушку трясло от страха, но она стоически терпела и даже больше не плакала.