Текст книги ""Фантастика 2026-96". Компиляция. Книги 1-30"

Автор книги: Максим Куропятник

Глава 16
Гнев и хаос

Я не успел всего на какие-то секунды, и когда ворвался в кабинет, где были обнаружены материалы, вынесенные из лаборатории, Гром уже бросил на них зажигательную шашку. Похоже, предварительно он щедро облил их соляркой, так как полыхнули они мгновенно и довольно сильно. Спасти из этого пламени хоть что-то уже нереально.

– На хрена⁈ – выкрикнул прямо в лицо командиру я. – Какого хрена, Сугроб⁈

– У нас есть приказ, – совершенно спокойно ответил он. – Понятно, что для вас, гражданских, это слово мало что значит…

– Да кончай ты гнать эту пургу, оставь её для своих! – огрызнулся я. – Тебе сложно было дать мне на них взглянуть?

– Эти данные должны были исчезнуть, – продолжил гнуть своё Сугроб. – Ты видел, что стало с теми, кто над этим работал? Думаешь, просто так? А что, если там информация, которая способна уничтожить всех нас? Ты об этом думал?

– Я бы не стал её распространять, – буркнул я, уже понимая, что он прав.

– Один укус, – усмехнулся Сугроб. – Всего один. И всё, что хранится в твоей голове, станет общим достоянием изменённых.

– Пф-ф-ф, – с шумом выдохнул я и как-то сразу успокоился. – Гром, сможешь сложить этот бункер?

– Вряд ли, – покачал головой тот. – Нужно очень много взрывчатки, а у нас едва на лабу хватит.

– Кто стрелял? – перебил подчинённого Сугроб.

– Да там… Короче, лучше тебе самому посмотреть, – отмахнулся я. – Мы пленных нашли.

– Где?

– В морозилке, – ответил я. – Их на мясо разделали.

– Ясно. – Он помрачнел. – Ладно, уходим. Здесь мы закончили.

Я ещё раз посмотрел на пылающую кучу и тяжело вздохнул. Информация, что там хранилась, наверняка была очень ценной. Но Сугроб прав: нельзя, чтобы она вышла отсюда. С другой стороны, мы не можем быть уверены, что успели вовремя. Как знать, возможно, выродки уже всё изучили. Ведь за каким-то хреном они полезли в офис «Росатома», а значит, пытались отыскать недостающие куски. Вполне может быть, что подобная лаборатория не одна, и информация о других хранится где-то в тех бумагах. Но теперь Старый наверняка заметёт все следы.

Сугроб с Громом уже покинули кабинет, а я так и стоял, глядя на огонь и гоняя все эти мысли. Дышать было тяжело. Несмотря на приточную вентиляцию, огонь сжирал кислород гораздо быстрее, чем он поступал.

И ступора меня вывел какой-то странный шорох. Активные наушники из-за гробовой тишины вокруг уловили его, выкрутив на максимум громкость. Он исходил как раз от вентиляционной решётки, расположенной у пола.

Вначале я подумал, что это крыса. Этим тварям плевать на то, что бункер расположен под землёй, на глубине двести с лишним метров. Ведь здесь есть еда, а уж как до нее добраться, они знают получше нашего.

Когда-то давно я испытывал к ним отвращение. Нет, не боялся, но и брать в руки брезговал. Но проведя полгода в состоянии, близком к голодному обмороку, изменил к ним отношение. Только благодаря им, мы иногда могли забыть об этой тянущей пустоте в брюхе. И нет, я не собирался сейчас её жрать, предаваясь очередной волне нахлынувших воспоминаний. К решётке я двинулся по другой причине.

Мне не понравилось то, как она прилегала. Словно кто-то открыл её, в спешке забрался внутрь и не сумел (а может, и не успел) вставить на место, как оно было. И свалить побоялся, так как его могли услышать. Бойцы здесь так себе, сомневаюсь, что их вообще учили воевать. Ну что входило в их обязанности? Охранять слабых, едва способных передвигать ноги пленников? Да вломить пару раз за непослушание. Вот и все их таланты.

– Ку-ку, ёпта, – хищно оскалился я, присев у вентиляционной решётки.

До выродка наконец-то дошло, что его заметили, и он тут же попытался улизнуть. Всё это время он стоял на четвереньках, всматриваясь в то, что происходит в кабинете. Да и пространство, в которое он себя загнал, не очень то подходило для быстрого манёвра. А потому максимум, что ему удалось сделать, – так это слегка попятиться, когда я вырвал и отбросил решётку.

На этот раз гнев затмил мой разум. Мозги перемкнуло, а перед глазами всплыла картина с выпотрошенными человеческими телами. Впрочем, кроме неё, я больше ничего и не видел. Разве что животный ужас, застывший в глазах изменённого. Вот только мне не было его жаль, напротив, я желал его крови и страданий.

Я выволок его из этой норы прямо за волосы. Левая рука привычно нырнула в карман, и пальцы скользнули в проушины серебряного кастета. Я уж и забыл, когда в последний раз им пользовался. Самое время вспомнить.

Сочный щелчок по лицу звонко прозвучал в полупустом помещении, а затем наушники быстро прибрали громкость. Выродок завизжал, словно свинья, которую неумело пырнули ножом, не достав с первого удара до сердца.

Изменённый попытался сбежать, но я подправил его траекторию мощным пинком по роже. У меня даже голеностоп заломило. Ублюдок клюнул носом в пол, и я ещё раз добавил ему ботинком в ухо. Последнее не выдержало такого варварского отношения и порвалось. Но регенерация у этих тварей очень быстрая, если, конечно, не прижечь рану серебром. Что я и сделал, прижав к рваному уху кастет. Очередная порция свинячьего визга патокой влилась в мои уши. Я перекинул кастет в правую руку и с деревенского размаха зарядил ублюдку оплеуху.

– Твою мать! – раздался возглас за спиной. – Ты где его взял⁈

Прозвучал сочный лязг автоматного затвора…

– Не лезь! – взревел я. – Он мой!

Я обернулся на явившегося на шум драки Сугроба, и тот отпрянул, взглянув на моё перекошенное от гнева лицо. Спорить он не решился и, опустив оружие, отступил, но не ушёл. Вскоре за его спиной возникли остальные. Я слышал их голоса и шаги, но всё свое внимание сосредоточил на выродке.

Тот уже успел очухаться и стоял на четвереньках. Правда, недолго. Футбольный пинок в лицо снова заставил его прилечь, и поза оказалась очень удобной для продолжения экзекуции. Пару раз я сунул ему ботинком в бок, заставляя скрючиться, а затем снова приложил кастетом в рваное ухо. Только благодаря серебру этот ублюдок чувствовал каждый мой удар. А я бил и бил, пока его визг не превратился в тихий хрип. Впрочем, и тогда я не остановился, продолжая метелить изменённого что было сил. А их я не жалел, лишь рассчитывал таким образом, чтобы он оставался живым как можно дольше.

Но итог был предрешён. Вскоре очередной мор удар сломал выродку лицевую кость, и кастет погрузился слишком глубоко в рваную рану. Кровь на серебре зашипела, словно я сунул его в кислоту, а ублюдок выгнулся дугой в последний раз и затих. Но для верности я уселся на него верхом и продолжил рихтовать ему харю, делая её вогнутой. А затем вдруг резко успокоился. Уселся на труп и, похлопав себя по карманам, отыскал портсигар. Выудил из него самокрутку и закурил.

– Что? – спросил я, глядя на рожи свои товарищей.

– Не, ничё, всё нормально, – покачал головой Стэп. – Вот думаю: есть ли у них в аптечке галоперидол?

– Ой, да иди ты в жопу, – поморщился я.

– Ты закончил? – совершенно спокойным голосом спросил Сугроб.

Я покосился на мёртвого выродка, приподняв его голову за волосы. С разбитой вдребезги рожи соскользнул кусок кожи, оголяя окровавленное мясо. Может, я и в самом деле псих? Это зрелище вызвало во мне тёплые, приятные ощущения, хотя должно быть наоборот.

– Да, – кивнул я, отпуская безжизненную голову. Она с чавкающим звуком плюхнулась на бетонный пол.

– Может, тогда уже свалим отсюда? – спросил командир.

– Можно мне покурить спокойно? – спросил я.

– М-да, – задумчиво протянул Гром. – Да по тебе реально дурка плачет.

– Вы до морозилки дойдите, – посоветовал я. – А потом уже выводы делайте.

«Бах!» – звонко хлопнул пистолетный выстрел, и голова выродка слегка дёрнулась. Все обернулись на Полину, которая держала ствол.

– Чё? – в тон мне спросила она. – Я так, на всякий случай.

– Два сапога… – усмехнулся Стэп. – В натуре, Брак, давай уже валить отсюда.

– Да вы мёртвого защекочете, – буркнул я и поднялся с трупа. – Ну пошли, чего вмёрзли?

Обратный путь много времени не занял. Двигались мы без утайки, освещая путь фонарями. Лишь ближе к концу скорость пришлось снизить из-за сужения тоннеля.

Лис прихватил из бункера выродков ноутбук, при помощи которого собирался оживить систему безопасности лаборатории. Уж не знаю, как он хотел это сделать, но, видимо, имел какой-то план. Я плёлся в хвосте, подсвечивая фонарём под ноги приятеля, и едва не вписался ему в спину, когда тот резко притормозил.

– Пс-с, – с ехидной ухмылкой привлёк моё внимание он. – Смотри, чё есть.

Он слегка оттянул подсумок, намекая на то, что мне следует в него заглянуть. Я направил луч фонаря внутрь и тут же отвёл в сторону, опасаясь, что содержимое заметит кто-нибудь ещё.

– Ты нормальный вообще? – уставился на напарника я.

– Это мне говорит человек, который только что изображал маньяка, – хмыкнул он.

– Ты как вообще его… Ладно, не хочу знать, по крайней мере, пока. На хрена он тебе вообще?

– Без понятия, – пожал плечами приятель, – Но, скорее всего, на нём что-то важное. Не стали бы нас из-за херни в такую жопу посылать. И я хочу знать, что творилось в этой сраной лаборатории.

– Скорее всего, он зашифрован.

– Да по фигу. Найдём того, кто сможет открыть.

– Ладно, только не свети.

– Чё я, дурак совсем? – ощерился Стэп.

– Шевели копытами давай, мы и так отстали, – подтолкнул приятеля я.

Вот ведь хомяк. И как только умудрился умыкнуть целый жёсткий диск? Это ведь не флешка какая, которую в кулаке зажать можно. А тот факт, что он внешний, как раз говорит о том, что на него сливалась самая важная информация, которую боялись потерять в случае какого-нибудь сбоя. Пф-ф-ф, надеюсь, у нас не будет из-за этого проблем.

В лаборатории мы проторчали несколько часов. Лис копался с ноутбуком, который так и не смог подключить к общей системе. И причин тому было несколько, в том числе и разбитые сервера. Зато Гром сумел отыскать заложенную в стены взрывчатку и даже сообразил, как этим воспользоваться, чтобы уничтожить лабу. А это значило, что у нас освободились наши устройства.

Вот только как я ни просил вернуться в бункер госрезерва и заодно уничтожить его, Сугроб наотрез отказался от этой затеи. Единственное, с чем он согласился, – так это обрушить часть тоннеля, ведущего к лабе. Но смысла в этом не было никакого, ведь скоро она сложится, и проникнуть внутрь будет попросту невозможно.

Часть взрывчатки мы разместили на металлоконструкциях в шахте, ведущей на поверхность. Гром указывал на слабые места и те, что играли роль несущих, то есть основных опорных точек. Таймер установили на час и, забравшись в лифт, наконец-то отправились наружу.

Мы как раз успели добраться до машин, когда задрожала земля под ногами. Вот и всё, задание выполнено. Теперь можно смело возвращаться к нашим делам.

– Сугроб, – вызвал командира по рации я.

– На связи, – отозвался он.

– Не против, если мы в одно место завернём? Хочу тебе кое-что показать.

– Да без проблем, ведите.

– Стэп, давай к Fashion Gallery. – Я хлопнул по плечу приятеля.

– А чё там? – покосился на меня он.

– Сейчас сам всё увидишь.

Напарник лишь кивнул в ответ и, указав поворот идущему позади нас микроавтобусу, свернул на широкий проспект. А минут через двадцать мы уже высаживались на стоянке, где совсем недавно мной и Полиной, был обустроен кукольный театр из манекенов.

– Что это? – поинтересовался Сугроб, рассматривая дырку от пули в голове пластиковой имитации человека.

– Да мы тут пытались воссоздать обмен нас на серебро. Короче, это примерный макет.

– Ясно, – усмехнулся командир. – А почему здесь?

– Ну так, – пожал плечами я. – Просто из-за того, чтобы кукол далеко не таскать. Но я думаю, место встречи будет мало чем отличаться. Засаду здесь не устроить, широкое открытое пространство, где решает количество бойцов.

– Допустим, – кивнул Сугроб, обходя баррикаду из автомобилей. – А почему тридцать?

– Ну а сколько?

– А что, если их будет пятьдесят?

– Тогда нам конец, – развёл руками я.

– Не обязательно, – качнул головой Сугроб и указал на прямоугольник, начертанный осколком кирпича. – А это что?

– Микрик, – пояснил я. – Ну, наша позиция.

– Угу… – Он задумчиво почесал подбородок и окинул взглядом окружающие строения. – А там вы наверняка обустроили снайперскую позицию.

– Мы так подумали, – вступила в беседу Полина, – что лучше всего будет работать в тыл.

– Это да, – не стал спорить Сугроб. – Только она слишком очевидная.

– В принципе… – Девушка тоже осмотрелась. – Вот из тех домов тоже будет хороший вид. Хотя часть стоянки окажется в слепой зоне, особенно ближе к зданию.

– А что, если посадить стрелков с фланга? – с ухмылкой посмотрел на Полину Сугроб.

– Да можно, наверное, – как-то неуверенно ответила она.

– Нужно, – сухо бросил он и перешёл к прямоугольнику. – А мы, значит, все дружно будем кучковаться возле тачки, так?

– Примерно, – кивнул я. – Марк будет на позиции, Стэп тоже. А остальные… Да хрен его знает. Мы пытались воссоздать ситуацию, и ни хрена не получилось.

– Всё потому, что вы думаете, как бандиты из девяностых, – ощерился командир, – Но по факту всё будет не так, как ты здесь изобразил.

– А как?

– Скорее всего, нас попросят выбросить тебя из машины где-то на проезжей части. Притом одного и связанным. Никто не станет организовывать стрелку с пальбой в упор.

– И где гарантии, что они не кинут вас на серебро?

– А где гарантии, что мы выбросим из машины того человека? Ну или не попытаемся его отбить во время сделки? Ах да, мы ведь как раз этим и собираемся заниматься.

– Кончай ёрничать, – поморщился я. – Что делать-то?

– Для начала – отдохнуть и пожрать. Затем отыскать контакт, который займётся переговорами между нами. И уже тогда обсуждать детали сделки. А пока мы просто тыкаем наугад пальцем в небо.

– Ну допустим, что расклад будет похож на тот, что мы обустроили. Тогда как выйти отсюда победителями? Я не говорю, что мы сейчас бросимся прогонять ситуацию и оттачивать её до автоматизма. Просто хочу понимания, что ты и твои парни знаете что делать.

– А бункера тебе было недостаточно?

– Там находились не бойцы, а вертухаи, которые даже с крыс не смогли бы победить. За моей головой явятся настоящие профи.

– Знаешь, почему мы с парнями до сих пор живы? – Сугроб внимательно посмотрел мне в глаза. – Потому что профи – это мы. Среди выродков таких, как мы, нет. Надеюсь, не нужно объяснять почему?

– Намёк понял, – кивнул я. – Но вопрос всё ещё открыт. Как бы вы поступили в такой ситуации.

– Хорошо, – ухмыльнулся Сугроб и пустился в объяснения: – Во-первых, мы бы ни за что не стали подъезжать сюда всей толпой, это как минимум тупо. Я бы высадил четверых за пару кварталов и отправил сюда с двух сторон. Во-вторых, не стал бы ехать на встречу на вашем корыте. Я бы взял свой броневик.

– Броневик? – неподдельно удивился я.

– Да, у нас инкассаторский «форд», с ним хотя бы воевать не страшно. Семёрку он, скорее всего, не удержит, но энергию точно погасит, а броник справится с остальным. Итак, мы подъезжаем и выгружаем вас. В этот момент мои парни заходят с флангов и открывают огонь без предупреждения. Я от машины закидываю две хлопушки, а Федя накрывает остатки плотным огнём. Снайперы разбирают особо шустрых. Бой будет выигран секунды за три.

– Это реально? – Я посмотрел на Полину.

– Более чем, – кивнула она. – Ситуация, конечно, может измениться, но, вероятнее всего, мы победим. Броня действительно меняет всё в корне. Плюс две подвижные группы… Да, это точно сработает.

– Но я повторюсь, – вставил своё слово Сугроб, – ничего этого не будет, потому что так никто делать не станет. И почему ты хочешь, чтобы с тобой пошла она?

– Это не я так хочу. Она сама решила.

– Очень тупо с твоей стороны. – Сугроб посмотрел на Полину. – Ты хороший стрелок, и тебя лучше использовать на позиции.

– Я владею навыком быстрого огня, – парировала Полина.

Сугроб как-то странно на неё покосился, а затем мгновенно выхватил пистолет и расстрелял шесть целей, стоящих вокруг него, всего за какие-то полторы секунды.

– Таким? – спросил он, убирая оружие в кобуру.

– Д… да, – кивнула девушка.

– Давайте так, – продолжил командир. – Вы занимаетесь тем, что умеете вы, а нашу работу оставьте нам. Хорошо? Я подумаю, как лучше всего обеспечить прикрытие и при этом не потерять серебро. Но для начала нам нужно знать условия и место. Уверен на девяносто процентов, что нас попросят привязать вас к какому-нибудь столбу, или просто выбросить посреди пустой трассы. А серебро передадут после того, как убедятся, что вы – это вы.

– Слишком рискованно, – задумчиво пробормотал я.

– Так и есть, – согласился Сугроб. – Поэтому мы будет торговаться и обсуждать все детали. Но сделать это нужно так, чтобы они ничего не поняли. Я к тому, что условия передачи вас в руки выродков, скорее всего, останутся неизменны. А вот что касаемо серебра, здесь мы можем диктовать условия. Ведь нас интересует именно оно, а не благополучие пленников.

– Я понял, – не стал спорить я.

– Очень хорошо, – улыбнулся Сугроб и хлопнул меня по плечу. – Не ссы, эта работа нам знакома. А теперь мы можем ехать?

– Да, погнали, – ответил я и направился к нашему «прадику».

Стэп забрался на место водителя и запустил движок. Некоторое время сидел молча, наблюдая за тем, как рассаживаются в микрике бойцы Сугроба.

– Вы занимайтесь тем, что умеете, а нашу работу оставьте нам, – передразнил командира ОМОНа он и сплюнул. – Ну не козлина, а?

– А по-моему, он дело говорит, – оспорила мнение приятеля Полина. – Не удивлюсь, если он окажется прав, и вас просто привяжут к столбу где-нибудь за пределами города.

– Вас? – обернулся на неё приятель.

– Ну, со мной, вроде, вопрос решён, – пожала плечами она. – Я остаюсь на позиции, буду вас прикрывать.

– Час от часу не легче, – вздохнул Стэп. – И почему мне всё это резко перестало нравиться?

– Вариантов у нас нет, – ответил я. – Если, конечно, мы всё ещё хотим стать счастливыми обладателями ста пятидесяти килограммов серебра.

– Ста тридцати, – поправил приятель. – Двадцатка уйдёт Сугробу с Макаром. Слушай, может, мы сами всё разрулим, а?

– Нельзя быть таким жадным, – пожурила напарника Полина. – Без них нас точно прикончат.

– Я больше переживаю за то, что они нас кинут.

– Нет, – уверенно отмёл эту теорию я. – Сугроб – человек слова. Он не станет рисковать репутацией. Они живут за счёт найма.

– Чё стоим вообще? Ребята уже давно укатили. – Девушка толкнула Стэпа в плечо. – Поехали, жрать уже охота, как не знаю что.

– Тебе бы только жрать, – хмыкнул приятель и, включив передачу, тронул машину с места.

* * *

Но по прибытии отдохнуть нам не удалось. Хотя кому это – нам? Мне. Я сразу отправился в комнату связи, докладывать об успешной операции. Ну, может, не совсем, учитывая то, что часть бумаг и других носителей информации мы обнаружили в стане противника. Вряд ли эти новости обрадуют Старого, но лучше о них доложить. Пусть дальше сам решает, как поступить и какие шаги предпринять. Предупреждён – значит вооружён.

Однако на связь с ним лично выйти не удалось. Но меня соединили с центром на лайнере, где я в подробностях описал всё, что увидел. Ну и об уничтожении документов, соответственно. Само собой, что о внешнем жёстком диске, который стянул Стэп, я не сказал ни слова. Мою информацию приняли и обещали донести до начальства. На этом сеанс связи закончился, но не мои дела.

Пока на дворе день, я собирался отыскать кого-нибудь, кто способен передать информацию выродкам. И вроде дело простое, но как его преподнести? Ведь в здравом уме никто не признается, что у них есть какие-то дела с изменёнными. Тут нужен был именно Старый, а я понятия не имел, как до него достучаться. Дёргать по этому поводу Макара я тоже не хотел. Да и вряд ли он нам с этим поможет на расстоянии. Здесь нужен кто-то свой, кто-то рядом, чтобы потрудиться в качестве связного. Всё-таки мы собирались менять условия. Да и лично мне на свободе светиться нежелательно. Как знать, каким образом передадут наши слова? А вдруг выродков предупредят, что всё это фикция и готовится кидок? Нет, здесь нужно подходить иначе.

Так, с задумчивым видом, я завалился домой, где и застал довольно любопытную картину.

За столом сидел Стэп, над его плечом нависла Полина, и они оба внимательно всматривались в монитор ноутбука, который непонятно откуда взялся.

– Надеюсь, ты его не купил? – спросил у приятеля я.

– Я что, на идиота похож? – хмыкнул он. – Украл.

– Это как?

– Пока вы там на улице по манекенам стреляли, я в торговый центр заглянул. Он там под прилавком валялся.

– А включили как?

– Двадцатку комендантше сунул, она генератор на час запустила.

– Ясно. Что-то нашли?

– Да так, – пожал плечами Стэп. – Здесь всё таким языком написано, что без переводчика хрен разберёшь. Но у них был какой-то нулевой пациент, от которого они и плясали. Некий Максим, пацан лет шести.

– О нём что-нибудь есть?

– Да полно всего, но хрен разберёшь, о чём речь. Термины эти… Эх, сейчас бы интернет.

– Вот интересно, – указала пальцем в экран Полина. – Мать парня болела раком в момент зачатия. У неё как раз была обнаружена та самая тератома, которая и переродилась.

– Ты хочешь сказать, что этот Макс – раковая опухоль? Что за бред? Она что, рак родила?

– На него повлиял какой-то вид бактерий с непроизносимым названием, – продолжила Полина. – Именно они, в смысле бактерии, и изменили его ДНК, переплели живое и неживое. Я хрен знает, как это всё работает, но оно как-то сработало. Кстати, эти бактерии не существуют в природе, их вывели искусственно и, скорее всего, не здесь.

– В смысле – не здесь? – не понял уточнения я.

– Да я-то откуда знаю⁈ – возмутилась она. – Здесь так написано: «имеют внеземное происхождение».

– А⁈ – Стэп едва не подпрыгнул. – Что я вам говорил? Это всё инопланетное вторжение!

– Да успокойся ты со своим вторжением, – толкнула его Полина. – Вот написано, что они могли попасть на Землю с каким-нибудь метеоритом.

– Да, но выведены искусственно, – резонно заметил приятель. – Вот, чёрным по русскому: имеет следы вмешательства в последовательность ДНК.

– Капец тут документов, – произнесла Полина, кликая по тач-паду. – Да нам года не хватит, чтобы всё это изучить.

– А диск что, не зашифрован был?

– Не-а, – помотал головой Стэп. – Сразу открылся, как только подключили. Во, вот этот давай посмотрим.

– Я так понимаю, жрать никто не идёт?

– Чё это? – округлила глаза Полина. – Я пойду.

– А я посижу пока, всё равно энергия оплачена, – ответил Стэп. – Потом сгоняю, после вас.