Текст книги ""Фантастика 2026-96". Компиляция. Книги 1-30"

Автор книги: Максим Куропятник

– Да, поехали, – согласился я. – Сейчас соорудим вам волшебные шапки, а затем вернёмся и нормально осмотримся.

– В смысле – вернёмся⁈ – не понял Ворон.

– В прямом, пернатый, в прямом, – ответил я. – Это же сердца…

– Так, стоп! – осадила мой пыл Полина. – Ты ведь помнишь, что больше нельзя убивать изменённых только ради сердец? Мы охотимся только на тех, кто нападает на людей.

– Это вы охотитесь на таких, а я – браконьер, – усмехнулся я и защёлкнул дробовик в крепления, не забыв предварительно поставить оружие на предохранитель.

– Брак, я думала, что мы договорились. – Полина уставилась мне пряма в глаза, не давая при этом захлопнуть дверь. – Мы не знаем, кто они и что здесь делают. Давай не будем всё усложнять.

– Как по мне, это ты сейчас усложняешь. Если люди и есть выродки. У последних в груди бьётся чёрное сердце, которое способно вернуть с того света практически мертвеца.

– Ну хорошо, давай! – Она выпятила грудь. – Убей тогда и меня тоже. Ведь я выродок. Тварь, которая не имеет места под солнцем!

– Поль, не начинай, а?

– Нет уж, это ты завёл эту тему! Или что, я как-то от них отличаюсь?

– Да, Поль, отличаешься! – рявкнул я. – Или ты забыла, что они сделали с пленными там, в бункере госрезерва? Как они рвали твоих друзей и близких? Или что, когда тебя обращают, всё это моментально выветривается из головы?

– Не выветривается, – тихим голосом ответила она. – Но и перестаёт быть только чёрным или белым. Это не они убивали тех людей в бункере. С теми ублюдками мы разобрались, разве нет? Здесь может жить обычная семья, которая скрывается от таких, как ты, чтобы просто выжить.

– А может и не обычная, – немного успокоился я.

– Ни ты, ни я этого не знаем. – Она покачала головой. – Так что давай для начала разберёмся с нашими делами.

– Я разве предлагал не то же самое? – усмехнулся я и оттолкнул девушку от проёма. – Садись в машину, время жмёт.

– Козёл! – фыркнула она и полезла в салон.

Притом специально села не на пассажирское сиденье, а заняла место рядом с Вороном.

Я стрельнул в её сторону гневным взглядом, захлопнул дверь и запустил двигатель. По пути к гаражу проехал через центральную улицу, где у нас (впрочем, наверняка как и в любом другом городе страны) сосредоточились все торговые точки.

Тогда, ещё в мирное время, здесь располагался магазин, который торговал всяческими сезонными вещами: зонтиками, шапками, сумками… В общем, всеми необходимыми мелочами. И, возможно, только благодаря этому держался на плаву, даже когда на рынок пришли маркетплейсы. Иногда требовалось купить шапку, или те же перчатки, прямо здесь и сейчас, а не дожидаться когда это прибудет на ПВЗ. Притом ещё не факт, что подойдёт тебе с первого заказа. То же самое и с зонтами, и другой мелочовкой, на которую обращаешь внимание только в момент необходимости.

Я очень надеялся, что до этой лавки никому не было дела, и она до сих пор стоит цела и невредима. Ну кому в постапокалиптическом мире может срочно понадобиться шапка или зонт? Тем более что этого добра в любой квартире завались. Да и основное мародёрство началось уже тогда, когда люди вокруг были заряжены всем необходимым. Последним аргументом я считал то, что в наши дни больше внимания уделялось совсем другой одежде. А её в избытке нашлось на военных складах и всевозможных бункерах.

Так и вышло. Магазин, конечно, вскрыли. И даже несколько раз тщательно перевернули содержимое вверх дном. Но товаров здесь валялось более чем достаточно. А в подсобке их обнаружилось ещё больше. Я забрал несколько двухслойных флисовых шапок, предварительно проверив их на растяжимость и плотность. Вроде должны натянуться так, чтобы скрыть лицо полностью. В крайнем случае можно одну распороть и нашить на другие. Колхоз, конечно, но всё же лучше, чем ничего.

Запрыгнув обратно в машину, я тут же дал по газам. Время действительно шло уже на минуты. Горизонт предательски светлел, грозя явить миру светило. Да и мои попутчики уже заметно нервничали, поглядывая на фланелевые одеяла, на головах с которыми они покидали тот злосчастный дом, где нас пытались прижать горе-охотники за головами.

Но они им так и не понадобились. До гаража мы домчали буквально за три минуты. Дороги были пустыми и, в отличие от тех, которые часто использовались, всё ещё оставались ровными, без выбоин.

Но внутри нас ожидал неприятный сюрприз. Я как-то совсем забыл, что перед отъездом оставил там два трупа. Нет, вонь разложения уже давно выветрилась, да и сами тела успели истлеть до костей. Но всё же мало приятного жить по-соседству с двумя телами. А вынести их одним разом, целиком, тоже не получилось. Так что за работу взялись все, чтобы сэкономить время.

Ворота мы закрыли как раз в тот момент, когда первые лучи прижгли щёку Ворона. Правда не сильно, даже без видимых последствий. Но он всё равно нашёл повод поныть и пожаловаться.

Подсвечивая себе фонарём, я собрал кое-какие инструменты, подхватил тюбик герметика и выскочил наружу. Внутри было слишком темно, чтобы ковыряться с шапками. Тем более что конструкция должна получиться максимально надёжной.

Первым делом я примерил на себя шапку. Как я и думал, на всё лицо она раскаталась без проблем, но вот шею прикрывать отказывалась. На помощь пришёл рюкзак, в котором хранился швейный набор. Ну а как? Дырки от пуль штопать приходилось часто. Да и не только от них. В нашем деле постоянно случались какие-нибудь казусы: то за гвоздь какой зацепишься, когда перелезаешь через забор, то в лесу за невесть откуда взявшуюся ветку. В общем, в хозяйстве вещь незаменимая.

Развернув одну из шапок, я распорол ножом внутреннюю часть и приложил её к лицу. И снова не то. Слишком тонкая получается, и свет через неё проникает. Испорченная шапка полетела на заднее сиденье. Возможно, она ещё может пригодиться. А пока я взялся сшивать между собой две другие шапки, получая эдакий мешок без горловины. Ну, это ничего, потом у одной из них макушку отрежу и отдам Полине, пусть обметает. У неё это хорошо получается. Сейчас бы собрать хоть один прототип и проверить его на практике. А то, может, вся эта возня того не стоит.

Покончив с швейными делами, я взял электрическую бормашину с зажатым в цанге алмазным тоненьким пером. Одно время я искал такие специально, облазил все магазины и даже пытался заказать. Но увы, ничего подобного не нашлось даже в области. А когда обнаружил их на известном маркетплейсе, радовался, словно ребёнок, получивший неожиданный подарок без повода. Такими очень удобно засверливать трещины на лобовом стекле, чтобы они не расползались. А теперь вот снова пригодились, но уже для другой цели.

Аккуратно работая бокорезами, я пооткусывал от очков всё лишнее, оставив только стёкла в оправе, и принялся сверлить в них небольшие отверстия. И вроде работа не тяжёлая, но очень нервная. Я каждый раз боялся, что могу всё испортить, или не дай бог – разбить.

Но дело шло, и отверстия появлялись в стёклах одно за другим. Я не частил, но и редкими их старался не делать. Всё же они должны плотно прилегать к ткани и держаться там как можно крепче.

Затем я снова натянул на себя шапку и прикинул, где у меня находятся глаза. Хотел было уже сделать прорези, но решил перестраховаться. Быстро вернулся в гараж и натянул получившееся изделие на голову Полины. Мелом отметил места гляделок и снова выскочил наружу, заставляя Ворона шипеть и материться. Как бы я ни старался делать всё быстро, свет внутрь гаража всё равно проникал.

И снова, прежде чем сделать прорези, я вначале пришил стёкла к шапке, посмотрел на то, что получилось, и не сдержал улыбки. Дерьмище, конечно, редкостное. Но если сработает, можно будет задуматься о более качественном исполнении.

Далее в ход пошёл ацетон, которым я обезжирил края стёкол и, дождавшись, когда он улетучится, принялся наносить герметик. Материал это эластичный, да и к ткани прилипнет так, что ничем не оторвать. Уж я точно знаю, о чём говорю. С моей рабочей одежды он не отстирывался никакими средствами.

Осмотрев получившуюся шапку, я аккуратно положил её на капот и закурил. Пусть герметик как следует встанет, и тогда можно будет смело прорезать отверстия для глаз. Ну и испытать заодно. Желательно – на Вороне.

Ждать пришлось долго. Почти два часа. А чтобы не сидеть без дела, я пока подготовил всё для второй шапки. Сшил, примерил, просверлил второй комплект стёкол, который так же оставил в оправе. Пока возился, герметик застыл. Я даже попробовал ковырнуть его пальцем. Сидело надёжно, по крайней мере – пока. Ну а практика уже выявит слабые места, если они здесь имеются.

Вывернув изделие наизнанку, я не спеша сделал прорези в ткани и в очередной раз поморщился. Нужно было сделать это сразу. Теперь края будет очень сложно обметать, чтобы они не распускались и не лохматились. Впрочем, пока и так сойдёт. Теперь нужно проверить, работает ли моя задумка.

– Э, пернатый! – крикнул я, вваливаясь обратно в гараж. – На-ка, примерь!

– А чё сразу я⁈ – засопротивлялся он.

– Ты нормальный вообще? – Я удивлённо уставился на него. – Ты мужик или погулять вышел? Надевай, говорю, и вперёд на амбразуры. Или ты хочешь даму вперёд пропустить?

– Я не это имел в виду, – насупился он.

– Да, да, мы все поняли, – хмыкнул я. – Натягивай уже.

Ворон тяжело вздохнул, словно шёл на какую-то повинность, но всё же натянул шапку на голову. Края он заправил под майку и немного походил взад-вперёд. Зачем-то нагнулся, попрыгал и тут же выдал вердикт:

– Херня, – заявил он. – Из-под майки постоянно края вылезают. Нужно какие-нибудь липучки продумать.

– Ну улицу иди, липучка! – возмутился я, – Мы их даже в деле не проверили. Может, всё это вообще зря.

– Может, вначале доработать? – уточнил он.

– Я тебе сейчас в клюв отработаю! – разозлился я. – Бегом наружу!

– Да иду я, иду… – Ворон подошёл к двери и обернулся к Полине: – Накинь на себя что-нибудь.

Девушка послушно кивнула и накрыла голову одеялом. И только после этого изменённый наконец распахнул створку. Некоторое время он стоял с закрытыми глазами, видимо, боялся, что дневной свет сделает его слепым. А может, вначале проверял действие солнца на веках. Всё-таки обжечь их куда проще, чем спалить роговицу.

Момент, когда он открыл глаза, я угадал без лишних слов. Ворон попросту застыл на месте и некоторое время крутил головой, рассматривая мир при солнечном свете. Ведь в отличие от меня, он не видел его таким долгие шесть лет.

А затем он без опаски выбрался наружу полностью.

– Это… Это… Это какое-то чудо! – наконец выдохнул он. – Офигеть можно! Я могу ходить днём! Юу-у-ху-у-у! – заорал он во всю мощь своих лёгких. – Поль, да ты только посмотри!

– Ага, сейчас, – с ухмылкой, которую можно было распознать, даже не видя её лица, ответила девушка. – Бегу аж волосы назад.

– Ладно, всё. Наигрался – отдавай на доработку. – Я подтолкнул Ворона обратно к гаражу.

– Может, тебе помочь с чем? – тут же оживился он.

– Ага, посиди в гараже, – кивнул я. – Это будет отличной помощью. Поль, короче, тут кое-что обметать нужно. Ты пока займись, а я вторую шапку соберу.

Глава 7
Судья и палач

С шапками было покончено. Я всё же внял критике Ворона и даже проверил заявленные им недостатки, на себе. Края действительно выскакивали из-под майки, при любом резком движении. Да, если спокойно сидеть в машине или просто куда-то идти, это не сильно напрягало. Но в случае боевого столкновения, где дорога каждая секунда, подобное неудобство могло привести к непоправимым последствиям. А потому было решено это исправить.

Естественно, никаких липучек в гараже не было и в помине. Но я не сдавался и устроил мозговой штурм. Вначале предложил нашить шнурки, которые можно просто завязывать, но Полина тут же отмела эту идею. Удобного в этом мало, к тому же они имеют свойство развязываться. И я вынужден был с ней согласиться.

Затем возникла мысль выпороть молнию из куртки и воспользоваться ей. Но здесь тоже было полно нюансов. Замки старые, и особой надёжностью не отличаются. Любое резкое движение – и молния может разойтись. В общем – тоже мимо. Как и пуговицы, хотя с ними всё было бы более-менее надёжно.

Вот только для них пришлось бы делать прорези, через которые внутрь мог попасть свет. В принципе, можно было обойтись и петлями, нашитыми непосредственно на майку, но у Полины на сей счёт было своё мнение. И пока я ломал голову над тем, как бы понадёжнее закрепить шапку на одежде, она попросту пришила одну из них сразу к майке.

– А чё, так можно было, что ли? – пошутил мемной фразой я, глядя на получившееся изделие.

– Ну, как видишь, – усмехнулась она и выудила из своего рюкзака ещё одну, заставив меня нахмуриться.

Подсказок не требовалось. Судя по размеру, одежда принадлежала Ворону. И какого хрена она делает в сумке у Полины?

– Почему ты таскаешься с… этим? – Я кивнул на спящего изменённого.

– А с кем? – как-то грустно улыбнулась она. – Люди ко мне не особо тянутся. Вон, даже Стэп не горел желанием бежать тебе на выручку. А Ворон пошёл.

– Как понял, вы с ним вместе все эти три года, – продолжил допытываться до правды я.

– Плюс-минус, – кивнула Полина и перекусила кончик нитки, на котором завязала узелок. – А что?

– Да так, интересно, – пожал плечами я. – И что, за всё это время не возникло желания переспать?

– Брак, ну ты уже реально достал, – нахмурилась она. – Он просто друг – и всё.

– Не верю я в такую дружбу, – буркнул я и покосился на спящего.

– Ну, я не отрицаю, что он испытывает ко мне симпатию, – спокойно ответила она. – Но и взаимностью не отвечаю. И вообще, хватит об этом. Я, между прочим, ждала тебя, вот только ты ни хрена не спешил.

– Ты сама ушла, – напомнил я.

– Да. И тогда это было оправданно. Но потом…

– Суп с котом, – прервал её я. – Ты закончила?

– Почти. – Она надула губы. – Какой же ты всё-таки козлина.

– И заметь, – усмехнулся я, – меняться не собираюсь. Завязывай с кружком шитья и кройки. Пора выдвигаться, пока солнце не село.

– Это ещё зачем? – не поняла Полина.

– Затем, – хищно оскалился я. – Хочу то гнездо отыскать.

– Брак! – Нахмурив брови, она ставилась на меня. – Мне казалось, что мы договорились.

– Вот именно: тебе показалось, – ответил я. – На месте разберёмся.

– Знаю я, как ты разбираешься, – фыркнула Полина. – Давай только без нервов, хорошо? Мы с Вороном войдём первыми, и говорить с ними тоже будем мы. А ты просто постой в сторонке, ладно?

– Я сказал, на месте разберёмся, – буркнул я и распахнул ворота.

Полина тут же зашипела и прикрыла лицо майкой. Я прикрыл за собой дверь и закурил. Пока было время, успел пополнить портсигар самокрутками, но табак уже подходил к концу. А я точно не знал, могу ли входить на территорию крепостей? Пока официально обвинений с меня не снимали. С другой стороны, теорию о моём чудесном освобождении Полина уже подтвердила. Всё это было частью шоу. Однако и подлинной цели пока не назвала. Я был уверен, что она явилась за мной не просто так, по доброте душевной.

Обвинения в том, почему я не пытался её отыскать весь прошедший год, были взаимными. Только я свою претензию не озвучивал, хотя и собирался задать ей тот же вопрос. Когда война закончилась и изменённые получили доступ к синьке, почему она не дала о себе знать? А ведь я пытался её найти. И даже говорил с выродками, которых повально начали пускать в крепости.

Но никто ничего не знал. Не сказать, что я прям старался, но и обвинять меня в бездействии тоже нельзя. А вот Стэпа я действительно ни разу не навестил. И даже ни у кого не поинтересовался, как у него дела. Здесь мой косяк, согласен.

Впрочем, суть не в этом, а в том, что целый год от Полины не было никаких вестей. Как вдруг она объявилась в самый ответственный момент. Зачем? Что заставило её начать мои поиски?

И этот момент стоит прояснить.

За спиной тихо скрипнула дверь, и на улицу выбрались… Как бы их попроще назвать, чтоб они не обиделись. На клоунов не особо похожи, хотя в этих шапках выглядят довольно комично. Ещё и оружием обвешались. Ну прямо отряд призраков из детского сада «Ромашка».

– Ну как? – с трудом сдерживая улыбку, спросил я.

– Душно и жарко, – ответила Полина. – К закату буду вонять, как потная лошадь. Но вообще, очень круто. Я уже и не думала, что когда-нибудь ещё смогу увидеть солнце.

– Гнездо через шапку почуять сможешь? – уточнил я.

– Легко, – ответила она и оказала знак «ок».

– Тогда лезьте в тачку, выдвигаемся.

* * *

Мы вернулись обратно, к дому, в котором я родился и вырос. Но на этот раз нас интересовало гнездо. Выбравшись из машины, Полина тут же начала принюхиваться и внимательно осматривать территорию. Ворон не отставал. Не в том смысле, что он двигался за моей подругой как хвостик. Скорее наоборот. Они разошлись в разные стороны, обыскивая каждый свой участок. И я был несколько разочарован, когда «пернатый» первым подал голос.

– Кажется, есть! – крикнул он и поднял руку, привлекая наше внимание.

Мы подошли и уставились на него, ожидая, когда он наконец даст информацию о том, что увидел, ну или учуял. Однако он не спешил, просто стоял и молча буравил Полину взглядом, который ощущался даже через стёкла очков. Впрочем, они были слегка прозрачными, в том смысле, что глаза Ворона я всё-таки видел.

Я уже понял, что происходит, а потому не вмешивался и не торопил. Сейчас я хоть немного, но начал вникать в смысл их совместного путешествия. Он её учил.

Полина тут же принялась крутиться на месте, двигаясь по эдакой спирали и каждый раз расширяя зону поиска. Это один из принципов работы следопытов. Не помню где, но где-то я об этом читал. Да я и сам не раз так делал, когда требовалось отыскать то же гнездо или направление, в котором могли уйти выродки. Хотя в моём стиле большее предпочтение отдавалось приманке. Так надёжнее, и не нужно бегать по городу целый день в поисках гипотетических следов.

– Здесь! – вдруг оживилась девушка, указывая пальцем на подъезд.

– Правильно, – кивнул Ворон.

На всякий случай я приотстал и тоже походил по кругу, желая увидеть то, что обнаружила Полина. Но, видимо, моего зрения или обоняния было недостаточно, потому что я не увидел ничего, что говорило бы о присутствии выродков в данном районе. Хрен знает, как они это делают?

Своих я нагнал уже в подъезде, около двери, ведущей в подвал. Здесь бы и я догадался, где искать, без всяких подсказок. Окна в квартирах не зашторены, а часть из них вообще вынесена напрочь вместе с рамами. Зачем и кому это понадобилось – большой вопрос. Но речь не об этом. А о том, что в квартирах никакой лёжки нет, она точно расположена в подвале.

С другой стороны, знай я, что где-то поблизости есть гнездо, то в первую очередь начал бы обыск с подземных убежищ. Здесь всего четыре дома, расположенных в форме квадрата который образует внутренний двор. Так что много времени на осмотр у меня бы не ушло. Другой вопрос: смог бы я почувствовать присутствие выродков? Скорее всего, нет.

Полина с Вороном смело спустились в тёмный подвал, при этом даже шапки не сняли. Нет, понятно, что они пришиты к майкам и сделать это не так просто. Но ведь они и фонарями не воспользовались, в отличие от меня.

Я тут же щёлкнул клавишей, и под стволом дробовика вспыхнул мощный луч света, пробивающий темноту. А этим двоим хоть бы что. Идут себе вразвалочку, даже оружие в руки не взяли. Словно не в логово людоедов спускаются, а осматривают помещение на пригодность к складским площадям.

Теперь и я уже чувствовал запах, говорящий о том, что здесь кто-то живёт. Он был не то чтобы резким, но явно намекал на присутствие кого-то живого и напоминал… Да, было похоже на аромат, который неизменно присутствует в каждом спортзале. Эдакая смесь застарелого пота, впитавшегося в стены и инвентарь. Похоже, наши клиенты давненько не принимали душ. Да и где бы им его взять, в разрушенном и заброшенном городе. Хотя если как следует пошарить по округе, где у нас полным-полно частных домов, отыскать баню труда не составит. Вот только им то ли было лень, то ли они здесь проездом. Я делал ставку на второй вариант.

Мы прошли немного вперёд и очутились в коридоре, который пронизывал весь дом. Вправо и влево отходили ответвления, в которых располагались маленькие кладовки. По четыре штуки в каждой нише. В своё время за них шла натуральная война между соседями, но сейчас, естественно, все они были брошены, взломаны и вычищены.

В одной из них мы и обнаружили искомое.

Гнездившимися здесь оказалась парочка, в смысле юноша и девушка. Они спали в обнимку на полке одного из стеллажей, накрывшись грязным одеялом. И спрашивается: ради чего такие жертвы, когда война между нашими видами закончена и они вполне себе могут дрыхнуть в нормальной постели? Но нет же, оба воняют как бомжи, валяются здесь, на нестроганых досках, под кучей какого-то тряпья. И вряд ли потому, что у них вдруг возникла тяга к бродяжничеству. Да любой нормальный человек и даже выродок будет стремиться к благу, а не вот такому жалкому существованию.

– Подъём! – рявкнула Полина, и изменённые тут же подскочили как ужаленные.

Похоже, они знатно вымотались. Да и выглядят уставшими. Лица осунулись, щёки впали… Стоп! А ведь я их знаю! Матерь божья! Да это же мои старые знакомые, соседи! Те самые, из-за которых меня Заварзин в подъезде тормознул в тот злосчастный день, когда случилось непоправимое. Молодая семья Никитиных: Дашка и Санёк. Я тогда ещё всю голову сломал, кто из них кого убил и за каким хреном?

Я направил луч фонаря им в лица, чтобы получше рассмотреть и убедиться, что это они. Выродки сразу заёрзали, прикрывая глаза руками от яркого света.

– Вы кто? – наконец-то спросила Дашка.

– Служба контроля Лиги, – ответил Ворон и сунул им в рожу какие-то корочки.

А я в очередной раз убедился, что наша встреча и моё чудесное спасение вовсе не случайны. Теперь я точно знал, на кого они работают и чем занимаются. Осталось выяснить детали, и этот день не за горами. Главное, не спешить, и они всё мне расскажут, никуда не денутся. К слову, скоро для этого разговора будет очень подходящий момент.

– Мы ничего не нарушаем, – пробормотал Санёк, пытаясь рассмотреть меня за светом от фонаря.

Естественно, я ему этого не позволил, снова направив луч, прямо в глаза и заставив выродка отвернуться.

– Да в чём дело⁈ – перешла на командный тон Дашка.

Из них двоих в этой семье именно у неё были яйца. Санька, по большому счёту, тот ещё подкаблучник и мямля.

– Обычная проверка, – сухим, казённым тоном произнёс Ворон. – Как давно вы здесь проживаете?

– П-пару дней, – ответил Санёк. – А что?

– Ничего, – вступила в беседу Полина. – Чем питаетесь?

– В смысле? – Сашка сделал вид, что не понял вопроса. – Разным. Тушёнка, картошка… Да как все.

– Ты дурачка-то из себя не строй! – строго заметил Ворон. – Жажду чем утоляете?

– А! – довольно ощерился бывший сосед. – Так это, у нас «синька» есть! Могу пок-А-зать… – На букве «а» он дал явного петуха, и это вдруг показалось мне странным.

Я перевёл взгляд на Дашку, которая совсем не выглядела напуганной. Напротив, её лицо выражало решимость и даже, кажется, злость. Взгляд напряжён, смотрит на нас исподлобья, будто оценивает. А ещё она явно понимает, что я человек. Но это и не удивительно, учитывая то, что мне рассказали Полина с Вороном о том, каким образом они видели меня, когда их лица и глаза были плотно закутаны одеялами. Другое дело, что она всё ещё не видела моего лица. И, кажется, настал момент раскрыть свою личность.

Я сместил свет фонаря, направив его в потолок, и тем самым высветил приличных размеров пятачок. Лицо Саньки тут же приняло удивлённый вид, и это не ускользнуло от моих спутников.

– Вы знакомы? – Полина не менее удивлённо перевела взгляд на меня и снова уставилась на молодую семью.

– Д-да, – запнувшись, выдал Сашка. – Мы раньше соседями были.

– Тогда ты знаешь, кто он такой, – утвердительно произнёс Ворон, и сделал это эдаким насмешливым тоном.

И тут на лице Александра произошли очередные изменения. Удивление моментально сменилось страхом. Лицо вытянулось, а глаза увеличились в размерах, его моментально начало трясти. Да уж, похоже, моя слава среди выродков действительно превратилась в хорошую страшилку.

– Бра-а-ак… – едва слышно выдохнул Санёк.

– Угадал, – криво ухмыльнулся я и задал совсем другой вопрос, о котором мои напарники почему-то даже не подумали: – Вы какого хрена тут забыли?

– В смысле? – окончательно растерялся бывший сосед и бросил короткий, испуганный взгляд на супругу.

– Без смысла, ёпт, – огрызнулся я. – У вас что, внезапный приступ ностальгии? Я спрашиваю ещё раз: что вы здесь делаете? Зачем пришли сюда?

– Да мы это… – замялся Санёк и снова поморщился, будто от боли.

И от моего внимания уже не ускользнуло, как Дашка дёрнула пальцами, крепко сжимая руку супруга. Этот жест мог означать только одно: «заткнись, придурок».

А дальше, что для меня уже не стало сюрпризом, рот открыла она.

– Мы раньше здесь жили, вообще-то, – язвительным тоном произнесла Даша. – Хотели посмотреть на то, что осталось от нашего дома.

– Хорошо, – усмехнулся я и склонил голову набок. – Показывайте.

– Что? – Она уставилась на меня таким взглядом, будто я ей денег задолжал.

– Синьку. – Я пожал плечами. – Вы ведь ей питаетесь, правильно?

По лицу Дарьи пробежала тень. С этим синтетическим заменителем явно было что-то не так. Или рядом с ним хранилось нечто недостойное нашего внимания. Ведь не просто так она не дала мужу договорить, как и в случае с их причиной появления здесь. Об этом же говорило выражение Сашкиного лица, на котором отразилась вся палитра эмоций, что он испытывал. Начиная от страха и заканчивая обречённостью. М-да, за покерный стол ему лучше не садиться.

И в этот момент Дашка наконец перешла к действию. Невесть откуда в её руке появился ствол, который она направила в лицо Ворону. А я впервые в жизни смог наблюдать драку изменённых во всей красе.

Девушка вдавила спуск, но в этот момент головы Ворона уже не было на траектории полёта пули. Он резко ушёл в сторону и сделал это с такой скоростью, что его силуэт на мгновение размазался в поле зрения. Оказавшись сбоку, он зарядил Дашке такой хук слева, что я отчётливо услышал хруст костей. Её голова дёрнулась и впечаталась в стену, но на этом Ворон не остановился и тут же пробил девушке не менее мощный апперкот, от которого её ноги оторвались от пола, а голова с хрустом встретилась с низким потолком. Из носа, глаз и ушей брызнула кровь, и Дашка сложилась на полу сломанной куклой.

Пожалуй, нужно быть с этим парнем поосторожнее.

Полина тоже на месте не стояла и начала действовать одновременно с выстрелом. Но её противник оказался ещё более никчёмным. Поймав грудью ботинок моей подруги, Санёк отлетел к стене и сполз по ней, даже не помышляя о сопротивлении. Он зажмурился и выставил руки перед лицом, будто мог таким образом прикрыться от пули. Ствол в руках Полины уже смотрел ему в голову, но я успел сбить его в сторону, и пула с визгом заметалась по кладовке, отражаясь от бетонных стен.

– Ты чего? – уставилась на меня она.

– Успеется, – сухо ответил я и нарочно не спеша прошёл мимо неё и до усрачки перепуганного Саньки.

Я поставил дробовик к стене, чтобы свет от фонаря продолжал бить в потолок, освещая место действия. Вытянул из петли на поясе топор и поморщился, вспоминая свой утраченный инструмент. Этот, конечно, тоже годился для моих целей, хоть и работать им в тесном пространстве было не очень удобно. Мешала длинная рукоять. Однако примерно с третьего удара я всё же отделил голову Дашки от тела и пинком отправил её в кладовую. Санёк, глядя на мои манипуляции, побледнел так, что стал белее извести, которой были покрыты стены подвала, защищая её от плесени. Но я специально производил все манипуляции так, чтобы он видел каждую деталь.

Два следующих точных удара рассекли грудную клетку поперёк, прорубая сросшиеся в единую пластину рёбра. Скелет выродков немного отличался от человеческого, но их анатомию я успел изучить покруче, чем любой мясник, ежедневно разделывающий свиные туши.

Отставив топор, я взял нож и, отступив примерно семь сантиметров от середины груди, приставил его к грудине и хлопнул по пятке ладонью. Отточенный до состояния бритвы клинок с лёгкостью прошил хрящевую ткань, позволяющую рёбрам оставаться подвижными. А иначе выродки не смогли бы дышать.

Так, отделяя ребро за ребром, я продвинулся до продольного разруба и отвёл защищающую сердце костную пластину, словно дверцу в шкатулке. Вырезав кусок лёгкого, прикрывающего доступ к сосудам, я швырнул его к ногам Сани, и тот моментально подобрал их под себя. Будто боялся, что случайно прикоснётся к запчасти от своей супруги.

А я спокойно продолжил своё грязное дело. Вытянул из груди сердце и в несколько движение отсёк его от сосудов. Точно так же, не выражая никаких эмоций, срезал с мёртвой девушки майку и аккуратно, как можно плотнее завернул в неё свой трофей. Отложил его в сторонку и, снова присев возле выпотрошенного тела, вытер окровавленные руки о куртку. Затем поднялся и направился к Александру.

Он, кажется, попытался сделаться ещё меньше. Весь сжался, словно воздушный шарик, из которого выпустили воздух, и смотрел на меня глазами, полными ужаса.

С тех пор, как выродков отключило от какого-то гипотетического контроля, они стали более человечны. По крайней мере, раньше им было чуждо чувство страха, будто кто-то невидимый отключил в них инстинкт самосохранения. Теперь они стали испытывать эмоции, которые были им присущи с рождения. Я даже слышал, что некоторые вновь обрели совесть и теперь проклинали себя за те зверства, которые совершили, подчиняясь чужой воле. И до сегодняшнего дня считал всё это сказками. Но глядя в глаза бывшего соседа, начал осознавать, насколько они правдивы.

Я присел перед Сашкой на корточки и уставился в его наполненные животным ужасом глаза.

– Ну давай, рассказывай, – спокойным, будничным тоном произнёс я.

И, пожалуй, это выглядело ещё более ужасающим после того, что я сотворил с его благоверной.

– Ш-ш… Что расс…казы…вать? – заикаясь, спросил Санёк.

– Да всё, – улыбнулся я. – Хотя меня больше всего интересует, что вы оба здесь забыли. Зачем пришли сюда? Что искали?

– Нич…чего, – замотал головой он. – Ч-честно…

– Я тебе сейчас башку отрежу, – пообещал я.

И тут парня прорвало. Он довольно шустро сменил позу, оказавшись на коленях, и заныл так, что мне стало противно на него смотреть, не то что прикасаться.

– Дядь Ген, не убивай, пожалуйста! – затараторил он. – Дядь Ген, не надо, я всё скажу, только не убивай!

– Говори, – согласился я и на всякий случай отстранился, чтобы Санёк не заляпал меня соплями. – Может, я и оставлю тебя в живых.