Текст книги ""Фантастика 2026-96". Компиляция. Книги 1-30"

Автор книги: Максим Куропятник

Глава 16
Шпионы

Как бы мне ни хотелось сделать всё побыстрее, но ситуация требовала деликатного подхода. Слишком много переменных присутствовало в операции. Но самым поганым было то, что к мукомольному приковано много внимания. Однако мы не сдавались и рыли носом землю, и с каждым днём информации о врагах становилось всё больше.

Сильно мешала основная работа, но отказаться я от неё не мог. Всё же присутствие внутри системы сильно облегчало задачу. Всю неделю мы двигали по цеху огромные циклонные установки, которые были призваны очищать зерно от всякого мусора. Мне казалось: вот ещё немного – и всё, с тяжёлой работой будет покончено. Вот только это было лишь началом. Вскоре мы взялись за монтаж воздушных магистралей, по которым зерно должно транспортироваться между оборудованием.

Сложность заключалась в том, что готовых секций у нас не было, и всё приходилось собирать буквально на коленке. Гнуть листовое железо, сворачивая его в трубы. Приваривать к ним фланцы и делать это так, чтобы соединения оставались герметичными. Да и самого железа как такового у нас тоже не было. По крайней мере, заводского проката. Всё необходимое мы собирали из вторичного сырья, где-то разбирая, а где-то – внаглую вырезая необходимые куски.

Время шло, а основное дело не двигалось с места, и я уже откровенно психовал. Нет, базовую информацию удалось заполучить быстро. То есть мы уже точно знали, кто причастен к исчезновению людей. Правда, без прямых доказательств. И да, мы всё ещё не видели, как к ним подобраться. Главный инженер, тот, который альфа, очень грамотно перекрыл все пути подхода к своей персоне. Он практически никогда не оставался один. Гнездо так же находилось под контролем и круглосуточной охраной часовых. Ублюдок словно чувствовал, что мы устроили на него охоту.

Всё изменилось в один вечер.

Я сидел дома и готовил завтрак, чтобы не скакать с утра. Жилище уже не походило на притон бомжей. Разбитые окна я заколотил листами ДСП, для которых пришлось экспроприировать и разобрать мебель у соседей. Света стало меньше, зато моим друзьям здесь было очень комфортно.

Впрочем, наши встречи пришлось сократить до минимума, чтобы не спалиться раньше времени. Чаще мы общались записками, которые оставляли в укромном месте на территории мукомольного. Ну и пару раз Полина сбегала ко мне в пересменок, для процедур, о которых не принято говорить в приличном обществе.

В очередной тихий вечер, когда тишину разорвал настойчивый стук, я грешным делом подумал, что моя белоснежная принцесса снова жаждет уединения в спальне. Отложив ложку, которой помешивал кашу, я направился к двери и, распахнув створку, замер на пороге с выражением удивления на роже. На крыльце стояли оба моих партнёра, и с ними был кто-то третий. Руки связаны за спиной, на голове плотный мешок и, судя по невнятному мычанию, с кляпом во рту.

– Шагай, – подтолкнул его Ворон.

– М-м-м… М-м, – выдал что-то пленник.

– Это кто? – спросил я, подавив раздражение. – И за каким хреном вы его ко мне притащили?

– Язык, – гордо ответила Полина. – Поймали у кабака. Он там за девкой одной следил.

– Ну и? – нетерпеливо бросил я. – А мне он на кой чёрт сдался? Сами бы и допросили.

– Нам на смену через полчаса, так что не рычи, – буркнул Ворон. – Пусть пока у тебя посидит.

– Чё у нас на ужин? – Полина первым делом заглянула в кастрюльку.

– Не у вас, а у меня. И это, вообще-то, завтрак.

– Ясно, – вздохнула она и плюхнулась на стул.

– Так, может, вы наконец объясните, кто он такой и зачем вы его спеленали?

– Я же тебе говорю: у кабака поймали, буквально с поличным, – ответил Ворон.

– Это я понял, – кивнул я. – Прок с него какой?

– Ну как? – ощерилась Полина. – Это же, можно сказать, левая рука нашего инженера.

– О как! – Я вскинул брови. – Ладно, оставляйте. Буду с ним контакт налаживать.

– Может, нас лучше дождёшься? – поморщился Ворон.

– Ты чё, пернатый, право от лево не отличаешь?

– В смысле? – не понял посыла он.

– В прямом, – огрызнулся я. – Берега попутал. Всё, свалили отсюда, оба. Твою мать! Каша из-за вас пригорела!

Я бросился к кастрюле, от которой уже исходил противный запах. Снял её с огня и в попытке спасти хоть часть варева принялся вываливать всё в тарелку. На дне осталось прилипшее месиво коричневого цвета. Полина задумчиво наблюдала за моими действиями. Взяв тарелку, она понюхала содержимое и сморщила нос.

– Ну и хрю́чево, – усмехнулась она. – Ты реально это жрать будешь?

– Ёпт, вы ещё здесь? – нахмурился я.

– Пойдём отсюда, – окликнул Полину Ворон. – Что-то наш командир сегодня не в духе.

– Да он всегда не в духе, – отмахнулась девушка, но всё же подалась на выход.

Я проводил гостей, покосился на пленника и, подняв миску с кашей, тоже понюхал содержимое.

– Вот ведь… коза, – буркнул я и вывалил завтрак в мусорное ведро.

Немного подумав, отправил туда же кастрюлю с пригоревшей кашей. А ведь было время, когда я за подобное кощунство мог и башку проломить. Крыс сырыми жрал и не икал. Да уж, а жизнь-то, похоже, налаживается…

Задвинув ведро под раковину, я повернулся к пленнику. Показалось очень странным, что он продолжал спокойно сидеть на полу и даже не дёргался. Не пытался сбежать или оказывать сопротивление. Ведь ноги у него оставались свободными. И вряд ли это из-за мешка на голове, который перекрывал ему обзор.

Я подошёл к нему и замер, внимательно рассматривая то, что мне досталось. С виду самый обычный, щупловатый. Рост тоже средний, около ста семидесяти с хвостиком. Возраст, конечно, без взгляда на лицо определить сложно. А потому я стянул с головы пленника мешок.

Выродок подобрался и попытался отстраниться, несмотря на то, что за его спиной находилась несущая стена. В его глазах я увидел неподдельный страх. Это что же мои приятели ему такое сказали?

Привычным движением я вытянул нож и срезал с его лица плотно намотанный скотч, который фиксировал во рту кляп. Изменённый снова дёрнулся и мотнул головой, уворачиваясь от ножа, чем лишь сделал себе только хуже. Пришлось действовать резче, и теперь, на его лице красовался глубокий кривой порез. Он что-то замычал, и я влепил ему ладонью по уху. А когда он уставился на меня испуганными глазами, наконец-то смог аккуратно вытянуть из его пасти кляп. Больше всего я боялся, что он попытается меня укусить, но пленник был очень сильно напуган и не решился на столь отчаянный шаг.

– Имя у тебя есть? – спросил я, присев перед ним на корточки, поигрывая ножом в руке.

– Ваня, – прохрипел он.

– Ну что, Ваня, побазарим? – хмыкнул я. – Я хочу знать всё о твоём боссе. Кто он, откуда, что планирует делать?

– Я ничего не знаю… – начал он, и его голова резко дёрнулась от удара в челюсть.

– Неправильный ответ, – покачал головой я. – Ещё раз выдавишь из себя нечто подобное, и я тебе череп табуреткой разобью. Да, знаю, тебя это убьёт ненадолго, но… Ты когда-нибудь подыхал сотню раз подряд? Мне даже интересно, а найду ли столько способов превращения твоей тушки в труп?

– Я не понимаю! – взвизгнул он. – За что вы так со мной⁈ Я всего лишь обычный работяга, электрик. Я ничего не…

– Хрусть! – отозвалась его черепушка оттого, что мой нож вошёл ему в висок по самую рукоятку.

Тело выродка обмякло, а я зашипел, мотая рукой в попытке успокоить боль в указательном пальце, в который больно впился ограничитель в момент удара. Но не будь его там, я бы распорол себе руку до костей. А так отделаюсь лишь синяком.

Попытка вытянуть клинок из черепа изменённого успехом не увенчалась. Я толкнул труп ногой, наступил ему прямо на ухо и враскачку, с чавкающим звуком извлёк оружие. Подойдя к раковине, полил на нож из ковша, смывая с него кровь. Затем добавил в посуду ещё немного воды и, поставив на конфорку, занялся приготовлением завтрака, периодически посматривая на мёртвого пленника.

Видимо, он был сыт, потому как очнулся буквально через десять минут. Я почувствовал его взгляд на спине и, даже не обернувшись, бросил:

– Хреновая идея. – Я слегка отодвинул пистолет, чтобы пленник смог его видеть. – Пулю ты всё равно не обгонишь. Так что лежи спокойно, а лучше – начинай говорить.

– Да я не понимаю! – выкрикнул он и снова умер.

На этот раз от пули, которая пробила его черепушку. Я поморщился и поковырялся в ухе мизинцем, убирая противный звон. Да, оглохнуть от дозвукового патрона не выйдет, но в замкнутом пространстве он всё равно прозвучал очень громко.

Пока клиент отдыхал, я слегка подсолил воду и не спеша всыпал в нее пшено. Завтра придётся тащиться на рынок, потому как запасы таяли прямо на глазах.

На этот раз прошло не менее получаса, прежде чем покойник вернулся к жизни. Экспансивная пуля – это не шутка. Раскрываясь после удара, она наносит огромные повреждения внутри. Наверняка, мозги этого идиота превратились в мутную жижу, и на их восстановление ушло немало сил и энергии. Скоро эта тварь проголодается и захочет крови.

Впрочем, на этот случай у меня припасена полторашка синьки. Я как раз и добивался того самого момента, когда выродок начнёт сходить с ума от жажды и готов будет продать хоть родную мать за глоток спасительного зелья. Правда, в этом случае я очень сильно рисковал, ведь искушение в моём лице тоже было неслабым. Но, надеюсь, страх переборет ломку.

– Ну что, попробуем ещё раз? – усмехнулся я, нависая над пленником с табуретом в руках. – Или всё-таки ты что-нибудь вспомнил?

– Я на тебя заяву напишу! – перешёл к угрозам он. – Лига тебя…

– Ясно, – кивнул я и опустил табурет на голову изменённого.

Бил специально углом, но мне всё же потребовалось несколько ударов, чтобы пробить его череп. Кровь брызнула на штаны, и пленник в очередной раз затих. А у меня как раз появилось занятие, чтобы скоротать время ожидания.

Сняв штаны, я принялся застирывать кровавые брызги. Табурет не выдержал надругательства и рассыпался в руках на последнем ударе, поэтому я просто вышвырнул его на улицу. Я даже успел убрать лужу, которая натекла из тупой башки изменённого.

Закурив, я крепко задумался. Вот вроде бы три самых очевидных способа убийства я только что испытал. Можно ещё топором чердак прорубить. А что дальше? Вешать? Ну допустим, на пару минут я его успокою. Может, притопить? Да тоже такое себе, не в ведре же это делать? М-да, с сотней – это я как-то погорячился. С десяток казней бы придумать…

Едва я затушил окурок, как пленник распахнул глаза. Я поднялся со стула, и он тут же попытался отползти, вонзив в меня щенячий, умоляющий о милосердии взгляд, который то и дело срывался на топор в моих руках.

– Надеюсь, вопросы ты помнишь, – произнёс я, поигрывая топором. – А то я уже начинаю входить в азарт. Хочется проверить: сколько раз ты сможешь подохнуть за ночь?

– Не надо, – выдохнул он. – Хватит, пожалуйста…

– Тюк! – удар вышел глухим. Топор так и остался торчать в черепе, а пленник обмяк у стены сломанным манекеном.

– Ой, – поморщился я. – Это я что-то погорячился.

Оружие вновь пришлось доставать враскачку, а затем отмывать с него кровь. Правда, на этот раз я справился гораздо быстрее.

Пришлось снова закурить и задуматься ещё крепче. Последний, самый очевидный способ убийства я использовал только что и теперь шарил глазами по кухне в поисках очередного инструмента. На глаза попалась вилка, но её я сразу отбросил. Ей я буду до утра тыкать, и не факт, что добьюсь нужного результата. А вот чугунная сковорода вполне подходит. Правда, грязи будет…

Я взял в руку сковороду и удовлетворённо крякнул. Спустя ещё полчаса выродок снова распахнул веки и уставился на новое орудие убийства в моих руках. Вздохнул с эдакой обречённостью и перевёл усталый взгляд на меня. И в этот момент я наконец увидел то, чего ждал: голодный блеск в глазах. Пленник облизнул пересохшие губы, но броситься на меня не решился.

– Что, проголодался? – криво ухмыльнулся я. – Могу синькой угостить, хочешь?

Изменённый коротко кивнул, не сводя глаз со сковородки.

– Ну так и ты пойди мне навстречу. Расскажи то, что я хочу знать.

– Ты ведь всё равно меня убьёшь, – произнёс он.

– Скорее всего, – не стал обманывать я. – Но я могу сделать это быстро и окончательно. При этом ты сдохнешь сытым.

– Он найдёт тебя и вырвет тебе глотку, – с нескрываемым презрением выплюнул изменённый. – Ты даже не узнаешь, когда и откуда он явится. Это тебе не простой…

И снова договорить я ему не дал. Ребро сковороды с треском вошло в череп, и выродок обмяк. А я с удивлением посмотрел на инструмент в руке. Не ожидал, что это будет так быстро. Плюс смерть вышла гораздо чище, чем я себе представлял. Чугун проломил череп, но не пробил голову. На ней осталась приличных размеров вмятина. Небольшая кровавая струйка тянулась из уха – вот и вся грязь.

А у меня начался очередной мозговой штурм. Я даже из кухни вышел, медленно осматривая различные предметы в доме и оценивая их смертоносность.

Взгляд задержался на одинокой гантели, но я посчитал это повторением предыдущего манёвра. Нет, на будущее можно иметь в виду, но, пожалуй, вначале стоит применить пару нестандартных способов, чтобы не выглядеть совсем уж необразованным. Всё же я обещал ему более креативный подход.

А затем вспомнил, что в сенях, выходящих на заднюю сторону дома, у меня лежит молоток, при помощи которого я забивал окна. Там же остались и гвозди, некоторые из которых имели приличный размер. Хотя вряд ли он позволит спокойно вогнать их себе в череп. Но пройтись по макушке молотком вполне подходит.

Взвесив его в руке, я вернулся на кухню и, положив инструмент на стол перед собой, принялся дожидаться возвращения выродка. На всякий случай достал из рюкзака бутылку с синькой, так сказать: в качестве психологического давления. Может быть, её вид, заставит его язык развязаться.

Нет, я знал способы, которые позволяли развязать язык гораздо быстрее. Например – серебряный пруток в глазное яблоко или под ноготь. Но вся беда в том, что это бы его рано или поздно убило и, возможно, на самом интересном месте. Да и шумное это дело. Крик в ночной тишине разлетается на километры. Сразу меня, конечно, не обнаружат, но съезжать всё же придётся. А я только начал привыкать к этому дому.

Прошло чуть больше часа. Я уже откровенно начал клевать носом. А завтра ещё рано вставать, снова идти на работу и ворочать эти чёртовы трубы, пытаясь состыковать их на высоте в несколько метров. Я уже начал задумываться о том, чтобы оставить в башке этого урода топор, чтобы он не спешил оживать, и отправиться на боковую.

– Ну что, не решился ещё? – спросил я, демонстрируя выродку молоток. – Следом пойдут вилы, а там ещё что-нибудь придумаю. В конце концов, просто вздёрну тебя на собственных кишках и посмотрю, как долго ты сможешь продержаться.

– Хватит, – прохрипел Ваня. – Я всё скажу. Только дай хоть глоток сделать. – Он уставился на бутылку с синей жидкостью.

– Дам, как только услышу от тебя информацию, – кивнул я. – Что вы задумали?

– Дождаться запуска завода и во время официальной части убить всех, кто будет присутствовать на открытии, – затараторил он. – На следующей неделе к нам должно прибыть подкрепление. По легенде это будущие работники мукомольного, но по факту – боевые единицы госпожи.

– Ну, как-то так я и думал, – усмехнулся я. – А теперь расскажи мне про своего босса. Кто он? Что из себя представляет? Только не нужно мне сейчас вкручивать, что он непобедимый альфа. Одного такого я уже прикончил.

Выродок судорожно сглотнул и снова покосился на бутылку с синькой.

– Лучше не дёргайся, – покачал головой я, уже предугадывая его следующее действие.

– И что ты хочешь от меня услышать, если и сам всё знаешь? – спросил Ваня.

– Я хочу знать, чем он живёт, – пожал плечами я. – Что любит, а что нет. Есть ли у него слабые места?

– Нет.

– Не гони, – отмахнулся я. – Слабости есть у всех. Вот я, к примеру, никак не брошу курить.

С этими словами я извлёк из портсигара самокрутку и вставил её в губы. Прикурил, выпустил густой клуб дыма и снова уставился на пленного выродка.

– В чём его слабость? Как его выманить из логова?

– Разве что кровью, – усмехнулся Иван. – Других способов я не знаю. Он отправил меня выбирать очередную жертву, а значит, скоро случится ночь охоты.

– Кстати, о птичках, – задумался я. – А куда вы трупы дели?

– Да мало, что ли, способов, как избавиться от тел? – ощерился он, и я едва сдержал порыв, чтобы не раскроить ему череп. – Кого-то закопали, кого-то утопили. Ты ведь понимаешь, что меня будут искать?

– Да мне насрать, – усмехнулся я. – Пусть приходят, мне есть чем их встретить.

– Думаешь, мы не знаем, кто ты и зачем приехал? – покачал головой он. – И про кореша твоего, кочегара, тоже все в курсе. И сучку твою уже выкупили, с кудрявым дружком. Ваша смерть – лишь вопрос времени.

– Встань в очередь, – оскалился я и, отложив молоток, взял в руки пистолет, который предварительно зарядил серебряным боеприпасом.

– Ты обещал, что я утолю жажду, – попытался выиграть время Иван.

Но меня волновал вовсе не он, точнее, не его жизнь и мои обещания. Я заметил, как выродок изменился в лице и резко сменил тему, забалтывая меня пустыми угрозами. Перед этим он словно к чему-то принюхался и навострил уши, хотя старался выглядеть непоколебимым.

За мной пришли, и я пока не знал, сколько их и с какой стороны ожидать нападения. Бесшумно в дом не проникнуть, я об этом позаботился. Валить меня из крупняка они тоже вряд ли посмеют. Слишком много шума. Это не втихую ночью пьяную девку у кабака умыкнуть, возникнут вопросы. Тем более в криминале я здесь не замечен и прекрасно исполняю роль обычного слесаря, который желает найти тихую гавань. А что до прошлого, так оно сейчас у всех душком.

Видимо Иван, воспринял моё молчание как-то неправильно. Он вдруг резко подобрался и рванул на меня, явно намереваясь вцепиться в глотку. Вот только, несмотря на свой задумчивый вид, я был готов к чему-то подобному и оказался быстрее. К тому же руки, связанные за спиной, прыти не добавляют. Плюс стол, разделяющий нас, сыграл как препятствие, выиграв для меня драгоценные доли секунды.

Выродок уже распахнул пасть, когда я надавил на крючок. У него будто провод питания отрезали. Он так и рухнул на стол, не добравшись до меня всего каких-то полметра.

И в этот момент щеколда на двери с хрустом вылетела из проушины, а полотно грохнуло о стену. Меня решили атаковать в лоб, что казалось полным идиотизмом после прозвучавшего выстрела. Тот, кто стоял на пороге, умер быстрее, чем сумел войти в дом. Его не спасла даже каска. Второй попытался сунуться следом и тоже остался лежать на крыльце с аккуратным входным отверстием в черепе. А в следующую секунду я уже держал в руках автомат, быстро смещаясь в угол, из которого была видна дверь в спальню.

Однако на этом атака остановилась. Я в полном недоумении смотрел на три трупа, один из которых всё ещё оставался связанным. Они ведь точно знали, кто я. Об этом прямо сказал Иван. И после этого отправили за мной всего двоих идиотов? Что-то здесь явно не сходится…

– Оружие на пол! – снаружи раздался властный крик. – Выходи с поднятыми руками. Считаем до трёх! Раз… Два…

– А вот и ответ, – буркнул я, а затем рявкнул во всё горло: – Не стреляйте, я выхожу.

Отбросив автомат, я заложил руки за голову и шагнул на крыльцо. Вот уж с кем-кем, а с дружиной шутки плохи. Эти точно шутить не станут и попросту разберут дом на щепки из крупного калибра. И шуметь они точно не побоятся.

– На землю, падла! Лёг, я сказал! – выскочил вперёд бравый боец в полной выкладке.

Стараясь не делать резких движений, я исполнял его приказ, но ему это показалось слишком медленным. О чём он тут же поспешил намекнуть, вонзив в мои рёбра носок ботинка. Я не сопротивлялся, когда мене вязали ласты за спиной, но всё равно ещё пару раз получил по рёбрам и один раз – по роже. Видимо, ради острастки, чтоб неповадно было.

До боли знакомая ситуация. Только тогда меня выдернули прямо из постели. И ведь отпираться нет никакого смысла. В моём доме лежит связанный, мёртвый выродок, и два его дружка на пороге. И что-то мне подсказывает, оружия при них не найдут. А легенда будет простая: злобный дядька Браконьер похитил работягу изменённого, чтобы обогатиться за счёт ценного чёрного сердца. Эти двое пришли ему на выручку и были убиты на месте. И что бы я ни говорил на допросе, ситуация перевернёт все мои слова с ног на голову.

Но самое обидное в том, что даже если меня оправдают, если выпустят из околотка, вся наша операция пущена псу под хвост. Мы раскрыты. Надеюсь, Полина с Вороном уже это поняли и сейчас во всю прыть улепётывают из города. А заодно думают, как вытащить из этой задницы меня.