Текст книги "Панцироносица. Наука против волшебства (СИ)"

Автор книги: Сашка Серагов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 56 (всего у книги 71 страниц)

Но далеко им уйти не удалось. Коридор был перегорожен телевизионным экраном, и с него на девушек взирал смуглый бородатый человек в белых одеждах и с чалмой на голове.

– Вот я и явился, – сказал он, – хоть и не лично, но всё-таки вы можете созерцать моё счастливое и честное лицо.

Панцироносицы застыли на месте. Первой заговорила Хлоя:

– Насчёт честного – это перебор. Да и счастьем от тебя не сильно пахнет.

– Вам хочется узнать причину моей настойчивости, – усмехнулся Лукас, – а ларчик просто открывается… я всего лишь хочу предупредить, что на этот раз вам не уйти. Вы в моих руках. Я следил за вами с того самого момента, когда вы, капитан Пи, устанавливали в подъезде свои электронные штучки. Я мог бы забрать их себе, но передумал. Вы видели моих помощников? Конечно же, видели. Впрочем, это неважно. Я мог бы десятки раз от вас избавиться. Или завести вас в неведомые таинственные дебри, или раскидать поодиночке, но я поступил иначе. Я позвонил Адаму Кинзи, который некоторым из вас уже очень хорошо знаком, и просветил его о вашем бедственном положении. Вы не можете превратиться, у вас ограничен запас оружия, если вы попытаетесь бежать – я с удовольствием, одну за другой, оторву вас друг от друга, а потому – мой вам совет: как только Кинзи и его люди войдут в подпространство, вы, по моей команде, бросите оружие и встанете лицами к стене. Больше я ничего не могу обещать.

Инкоп помолчал немного и продолжил:

– А если вы будете упорствовать, я отдам ещё несколько приказов. Я высажу команды охотников в Петряшино, в Андреаполе, в Заборье, в Сакмаре, на Поречной, Старобитцевской, Ключевой, а так же в Барвихе. Я познакомлю ваших родных, в первую очередь самых маленьких, с удивительнейшими образцами генной инженерии, которые в совершенстве владеют искусством причинять невыносимую боль. Но даже если и это вас не проймёт – Кинзи без особого сожаления отправит ваших родных в конвертер. А может, в разделочный цех. Прогрессоры тоже хотят кушать…

По лицу Хлои ничего нельзя было прочесть. Кира же почувствовала, как кровь отливает от её лица, а в животе словно возник кусок льда. Остальные девушки чувствовали себя едва ли лучше. По лицу Раяны градом бежали капли пота, Эммочка осела на пол – ноги отказались ей служить…

– Впрочем, вашу участь можно и облегчить, – улыбнулся Лукас, – для этого одна из вас… пока не скажу, кто – должна зачитать на телекамеру обращение, в котором жители Мидгарда поздравляются с наступившей демократией, а террористы сурово осуждаются за убийства женщин, стариков, детей и призываются к прекращению своих вылазок. Затем вы все отдаёте нам свои «Панцири» и показываете проходы на ваши террористические базы, расположенные в пределах Солнечной системы. Кроме того, та, что будет зачитывать мидгарианам поздравления, должна будет поучаствовать в инсценировке половой близости с одним из моих людей. Только на этих условиях мы согласимся вернуть вас на Землю живыми и не будем знакомить ваших маленьких братишек и сестрёнок с клювоносыми и щупальцеголовыми созданиями.

– Что, опять дашь честное джентльменское слово? – исподлобья глядя на экран, спросила Хлоя.

– На сей раз нет. Кинзи и его люди очень злы и горят желанием рассчитаться с вами за то, что вы постоянно путались у них под ногами. Я думаю, они согласятся отпустить вас, но прежде они сполна выместят на вас все свои огорчения и неудачи. Вам предстоит много чего узнать и испытать… – инкоп покосился куда-то по левую сторону от себя, – много такого, до чего и Донасьен де Сад не додумался.

Глаза у инкопа повлажнели, и он трагическим тоном воскликнул:

– Как же мне вас жаль! Вы ничего о себе не помните, да и о своей нынешней жизни знаете так мало… например: известно ли вам, что капитан Пи, прежде чем будить вашу память, на протяжении недели с лишним слушала ваши телефоны и читала переписку в «аське»? Знаете ли вы, что некая Лидия Дмитриевна Зандберг, преподаватель русской грамматики, заболела по вине всё того же капитана Пи? Знаете ли вы, сколько богатеньких мажоров из Сан-Диего побывало в её постели?

Лукасу никто не отвечал. Раздавленные страхом девушки не могли даже глаз на экран поднять.

– Между прочим, – говорил Лукас, – капитан Пи далеко не всё рассказала о Мидгарде. Например, чем она занималась с принцессой и её кузиной вдали от берега, в открытом море на черепашьем панцире. Что Азек Нефри не только пригласил её на прогулку, но и сделал предложение, от которого нельзя было отказаться. Что именно она передала Герении образец ДНК королевы Серенити. А вы, мои маленькие девочки… у одной из вас мачеха отравила отчима, продала его квартиру и на вырученные деньги построила довольно неплохой бизнес. А у другой мать сделала аборт и в приступе отчаяния послала супруга в палату отказников… запоздалое раскаяние, знаете ли. А ты, Рая… тебе я особенно сильно сочувствую. Дважды потерять матерей, тысячи людей погибли ради того, чтобы ты…

Инкоп неожиданно осёкся и растерянно оглядевшись, спросил:

– Кстати, что случилось с телефонами? Я нигде их не вижу. Что вы сделали с ними? Это какой-то новый вид колдовства? Почему я не могу разглядеть, как вы их уничтожили, и почему остальные Прогрессоры этого не видели?

Два выстрела заглушили слова Лукаса, брызнули искры, и на пол посыпалось стекло. Экран погас, и Эммочка, опуская оружие, повернулась к подругам:

– Долго вы ещё собирались слушать всё это дерьмо?

Перепуганные до полуобморока девушки глядели то друг на друга, то на застывшую камнем Хлою. Откровения Лукаса сделали своё дело. Панцироносицы превратились в неуправляемую группу охваченных страхом и недоверием людей.

– Вы нас слушали? – говорила Стешка, подходя к Хлое, – но как же вы… почему вы скрывали это после того, как нашли всех нас?

– Что вы ещё от нас утаили? – спрсила Надя.

– Я действительно прослушивала вас, – ответила наконец словесница, подняв глаза на девушек, – в моём положении без этого нельзя было обойтись.

Раяна утёрла волосами взмокшее лицо. Она оказалась крепким орешком и не потеряла способности связно и трезво мыслить.

– Может, вы перестанете выёживаться? – резко бросила «золотая» девочка, – вас что, задело, что кто-то прочёл ваши девчачьи секретики? Вы вроде не маленькие, так что…

– А тебе, похоже, всё равно… – фыркнула Стешка.

– Ну хорошо, – скривилась Раяна, – Хлоя видела, как я моюсь. Дальше что?

– А как насчёт всего остального? – вмешалась Надя, – эта самая Зандберг или кто она там, потом Сан-Диего, ДНК королевы? Может, побег с дисколёта тоже был подстроен, и гибель Джедиса – всего лишь инсценировка?

– Ты дура, что ли? – выпалила в сердцах Раяна.

Хлоя, не говоря ни слова, исподлобья наблюдала за спорящими девушками. Эммочка молча подошла к ней, вложила свою маленькую ручку в пальцы женщины и осторожно сжала их. А Кира с отчаянием и мольбой переводила взгляд со Стешки на Надю, Раяну и обратно. Чем сильнее распалялись подруги, тем явственнее слышался запах скорой гибели. На это и рассчитывал Лукас, когда к небольшой крупице правды, пусть и ставшей неприятным открытием, присовокупил целые горы лжи. Старый, много раз испытанный на практике приём – разобщить и уничтожить противника поодиночке – сработал и в этот раз…

– Девочки… – всхлипнула Кира, протискиваясь между тремя панцироносицами и тем самым мешая им хлестать друг друга колкими и злыми обвинениями, – девочки, прекратите… прошу вас… вы что, все поверили ему?

– Зачем ему теперь натравливать на нас своих подельников, если мы сами друг друга перестреляем? – подала голос молчавшая всё это время Эммочка.

– Он врал и в тот раз, – глотая слёзы, говорила Кира, – наверняка наврал и сейчас… – она подбежала к Хлое и нырнула под её плечо. Раяна тоже отошла к словеснице и повернувшись к оставшимся в паре Стешке и Наде, сказала:

– Я верю Хлое, а вы… – она помолчала секунду и со злой усмешкой продолжила, – вы… вы что, до сих пор не поняли, с кем мы имеем дело? Кто он, этот Лукас Серёжевич? Это существо, живущее сплошными наёбками. Это наёбщик с тысячелетним стажем. Он сеет страх, панику, апатию, отчаяние, недоверие и подозрения, заставляет людей видеть врагов в самых близких людях… что он сейчас нам и показал. Вы же видели, что он был загримирован под бен Ладена. Догадываетесь – почему?

Стешка и Надя стояли, насупившись и глядя в пол. Кира, Эммочка и Раяна подошли к ним вплотную, и вскоре подруги, сев на пол и покрепче сомкнув объятия, на несколько минут разразились слезами.

Первой опомнилась Кира. Поднявшись на ноги и утерев лицо хвостиками волос, она подошла к Хлое и сказала:

– Вы слышали Лукаса? Он говорил, что пошлёт своих в Петряшино, Заборье… надо уходить отсюда. И побыстрее, не то…

– Он блефовал, – спокойно ответила словесница, – никого из Стешиной родни сейчас в Петряшино нет. Они уехали к дальним родственникам на правый берег Ангары. И на Ключевой – никого. Мама Эммы – на работе.

– Я как-то даже забыла об этом, – смущённо молвила Стешка, – они и впрямь хотели уйти подальше от городов и от железки…

– Лукас, – напомнила Надя, – мне казалось, что он был чем-то испуган, когда говорил, что не видит спаленные Киркой телефоны…

– А это что такое? – воскликнула Эммочка, указывая на пол. Девушки поглядели туда, куда указывала отличница – на неправильной формы пятно, похожее на оставленный кислотой след. Вскоре они заметили целую цепочку таких пятен, тянущихся вдоль всего коридора.

– Похоже на следы чьих-то ног, – сказала Раяна, – и провалиться мне на месте, если они оставлены кем-то другим, а не одной из нас…

– Кирка, признавайся, – Надя дёрнула девушку за хвостики, – это твои фокусы? Ты ломаешь подпространство?

– Я? – вытаращилась Кира.

– Ну не я же. Это ты у нас можешь сжечь волшебные документы и телефоны, а я за собой такого не замечала…

Кира посмотрела себе под ноги и сделала пару шагов. Прямо под её подошвами остались въевшиеся в металл язвы, на сей раз они проникли вглубь пола на значительное расстояние и покрылись паутинкой трещин.

– Девочки, – возбуждённо заговорила Хлоя, – сейчас нам надо любой ценой вывести Киру отсюда. Идём по её следам обратно. Уверена, что это единственная верная дорога в подпространстве, которую Прогрессоры не сумеют перекрыть.

– Значит, Лукас испугался потому, что всё его волшебство начало давать сбой, – догадалась Надя, – Кирка глушит им все каналы для связи, и они не видели, как она жгла телефоны…

Панцироносицы последний раз проверили оружие, убедились в надёжном креплении гранат и запасных обойм, Раяна собрала разъединённый на куски гравитонобой, и все они, стараясь двигаться быстро и бесшумно, прислушиваясь к малейшему звуку, пустились в обратный путь.

Язвы на металле и бетоне с каждым пройденным участком ширились, росли в глубину и вскоре превратились в пористые, похожие на лопнувшие чирьи, дыры. От некоторых таких дыр шли трещины. Они удлиннялись и углублялись, забирлись на стены и даже на потолки. Перекладины и ступеньки на иных лестницах прогнулись, повисли и разорвались, как будто их нагрели до температуры плавления, а в одном из коридоров девушки увидели вместо круглого люка широкую рваную дырку. Прогрессоры действительно пытались отрезать панцироносицам выход из своего рабочего полигона, но в силу непонятных покамест причин каждое Кирино прикосновение рукой или ногой сохраняло проход нетронутым, превращая железо, пластик и бетон в подобие лохмотьев, оставшихся от съеденной молью шубы.

Пару раз Кирины следы упирались в глухие стены, но никакое волшебство Прогрессорам и Реаниматорам не помогало – коррозия, или что бы это ни было, ломала все преграды, пробивала любые стены, размягчала какие угодно решётки и сети.

– Кирушка, ты – наше всё, – стараясь отдышаться, молвила Раяна, – тебя в самом деле надо беречь как зеницу ока. Боюсь только, что от твоих следов скоро пойдёт цепная реакция, и мы просто не успеем добежать до квартиры…

– Меня другое беспокоит, – вмешалась Хлоя, – скоро они поймут, что никакое волшебство нам не препятствует, и вышлют по наши души вооружённых до зубов людей. И вот тогда нам предстоит повозиться…

– С профессиональной армией мы не справимся, – заметила Эммочка, – кто мы и кто они… это просто смешно…

– Без паники, девочки, – сказала капитан Пи, – не так страшен чёрт, как его малюют. И помните, что тот, кому достался смертельный выстрел, никогда его не чувствует.

Девушки ничего на это не ответили. Сейчас они во всём полагались на Хлою и её боевой опыт. Им всем было страшно, ибо прежде они сталкивались с солдатами противника, являясь при этом настоящими панцироносицами. Сейчас же они могли получить выстрел в спину, без надежды на благоприятный исход…

Они остановились на минуту передохнуть на одной из развилок, когда дала о себе знать погоня, высланная кем-то из Реаниматоров. Из коридора хорошо просматривался холл с несколькими лифтами, и один из них – это было видно по загоревшимся индикаторам – подал признаки жизни.

– Друзей у нас тут по определению быть не может, – сказала Хлоя и взяла на изготовку гранатомёт, – любой посторонний человек или кто другой – должен быть убит.

Они отступили в неосвещённую часть коридора и залегли. Долго ждать не пришлось – дверцы разъехались, и стала видна кабина с тремя вооружёнными людьми в сером обмундировании, в бронежилетах и шлемах. Никто из них покинуть кабину не успел – выстрел Хлои пришёлся им на уровне колен. Грянул взрыв, и гостей вышвырнуло в холл. Девушки лишь мельком взглянули на изуродованные тела и поспешили продолжить своё отступление.

– Пока преимущество на нашей стороне, – сказала девушкам Хлоя, – но это не надолго. Противник был уверен, что мы сразу напугаемся и побежим сдаваться, но скоро они убедятся в обратном. Тем более инкопы хорошо знают здесь все ходы. Они могут перехватить нас и впереди…

– Но перехватить нас они могут только на Киркиных следах, так ведь? – уточнила Стешка.

– Именно, – кивнула Хлоя.

Девушки немного сбавили темп и стали более внимательно вслушиваться в тишину подпространственных коммуникаций. На одной из развилок они задержались – Хлоя закрепила в не слишком приметном месте осколочную мину направленного действия, способную при взрыве рассечь и искалечить не меньше десятка человек. Затем они прошли в заводской цех и затаились на галереях и путепроводах.

Минуты через две послышался отрывистый грохот, и до ушей панцироносиц донеслись крики и ругань. Хлоя удовлетворённо кивнула самой себе и сказала:

– Ну вот кого-то набило шрапнелью. Теперь они будут более внимательны, а нам следует подумать – повторять ли один и тот же приём дважды, или изобрести что-нибудь новое…

– Может, попробуем подорвать зажигалку? – с этими словами Стешка хлопнула по лямке рюкзака с зажигательными гранатами.

– Нельзя. Пространство замкнутое, мы не меньше врага рискуем попасть в зону поражения.

Хлоя велела девушкам спрятаться в одной из ниш с уходящими в неё кабелями, а сама выбрала место, с которого хорошо просматривался каждый закоулок огромного помещения. Ей хотелось хоть немного понаблюдать за действиями противника. А он не замедлил появиться. Трое человек, осторожно проскользнув по коридору, с двух разных сторон ворвались в цех, расстреливая из гравитонобоев всё, что казалось им укрытиями или огневыми точками. Единственное место, по которому они не стреляли, было отверстие вентиляционного шхера с двигателем для продува каналов. Оттуда и раздалось два тихих хлопка. Первый солдат упал с пулей в горле, второму пуля раздробила челюсть, а третий попал под луч Раяниного гравитонобоя и растянулся на полу, получив с добрый десяток различных переломов и обширных гематом.

Хлоя издала губами серию из нескольких свистов, и молодые панцироносицы, отсвистевшись в ответ, поспешили вместе со своей наставницей покинуть цех.

– Судя по манере поведения, это бывшие легавые, пристроившиеся в какую-то частную лавочку, – сказала Хлоя после того, как цех остался далеко позади, – не знаю, сколько у Кинзи людей, и есть ли у него отряды спецназа, но… чем больше потери, тем больше вероятность того, что к погоне подключатся инкопы. А они стоят любого спецназа.

– Вы не забывайте, что подпространство разрушается, – напомнила Эммочка, – и чем дольше мы здесь торчим, тем быстрее это происходит. Дыр становится всё больше, и трещины расширяются. Я уже два раза ногой туда чуть не улькнула…

Замечание умной ученицы было вполне справедливо, ибо панцироносицам приходилось соблюдать максимум осторожности, чтобы не получить травму, или, хуже того, провалиться в бездну.

Они со всей возможной скоростью продолжили бег к выходу, останавливаясь лишь для того, чтобы подстроить своим преследователям какую-нибудь новую пакость. В одном месте Хлоя заложила под ступеньку довольно мощное взрывное устройство, составленное из двух трёхсотграммовых шашек тротила и неизвлекаемого детонатора, реагирующего на изменение светонасыщенности. Взрыв прогремел, когда девушки были уже достаточно далеко, и кто бы за ними ни гнался – люди ли, инкопы – все они были бесспорно мертвы, или сильно изувечены. На каком-то перекрёстке Хлоя раскидала в трёх направлениях газовые гранаты. Едва ли инкопов остановит ядовитый газ, но люди не имели никаких шансов пройти сквозь загазованные коридоры.

А затем они встретили металлического инфантропа.

Произошло это на мосту. Мост соединял две стороны ущелья, разделяющего два подпространственных сектора. Девушки видели две стены высотой в несколько километров, напомнившие им багрово-оранжевые уступы и обрывы Большого Каньона, и мост, на который они взбежали, был не единственным – десятки ему подобных зависли над неподвижным водным простором. Неожиданно один из пролётов соседнего моста затрещал и повис, роняя куски перил и разъеденного настила. А из тоннеля на противоположной стороне вышел уже знакомый им по видеозаписи инфантроп – сложенное из гвоздей демоническое существо.

– Кажется, всё самое интересное только начинается, – горько усмехнулась Раяна.

– Не ной, – Хлоя, не оборачиваясь к «золотой» девочке, извлекла из Стешкиного рюкзака зажигательную гранату и закрепила её над выходом из тоннеля, – у тебя ведь гравитонная пушка есть.

– А зачем вы крепите зажигалку на его же глазах? – удивилась Стешка, – он ведь предупредит своих…

– А вот это мы сейчас и выясним – предупредит или нет, – усмехнулась капитан Пи, – надо изучить врага, только и всего…

Девушки медленно двинулись навстречу инфантропу. Тот двигался совершенно как человек, повторяя все привычные человеческие движения, совершаемые при ходьбе. Вытканное из гвоздей лицо не было приспособлено дл передачи эмоций посредством мимики, но панцироносицы были уверены, что существо смотрит на них, причём с любопытством.

– Здесь прохода нет, – заговорил инфантроп, останавливаясь в тридцати шагах от девушек, и его голос был не скрежещуще-металлическим, а самым обыкновенным мужским баритоном, разве что без интонаций, – разворачивайтесь и идите назад, в противном случае я применю силу.

– Ну, а если мы всё-таки попытаемся пройти? – Раяна скосила глаза на подруг, на стены, на серое туманное небо. Где-то справа с грохотом и плеском рухнул ещё один мост. А слева, на водной глади, была видна закручивающаяся воронка, причём вода определённо проваливалась в бездну…

– Не стоит пытаться, – ответил инфантроп, – и опустите стволы вниз. Это оружие вам не поможет. Я неразрушаем, потому что во мне нет белковых молекул.

Существо вытянуло руку в направлении Раяны – со своим гравитонобоем девушка казалась ему самой опасной. Больше никаких разговоров не последовало – после едва заметного кивка Хлоя бросилась в сторону, сгребая девушек в охапку и роняя их на настил, а Раяна опрокинулась назад и выстрелила в металлическое создание.

Инфантроп успел-таки выпустить в ответ очередь гвоздей, но в следующее мгновение его сорвало с места и вышвырнуло за перила. На сером дорожном покрытии осталась лишь горстка извивающихся, подобно змеиному клубку, гвоздей, но девушкам было не до них. В несколько прыжков добежав до тоннеля, они остановились передохнуть и стали свидетелями появления нескольких человек, подорвавшихся на зажигательной гранате.

– Ну вот, – сказала Хлоя, – эта тварь никого ни о чём не предупредила, хотя могла бы…

– И что это может означать? – поинтересовалась Кира.

– Пока не знаю, но количество людей у Кинзи сильно сократилось. Ему приходится всё больше полагаться на инкопов, а раз так, то наш знакомый Лукас может попросту избавиться от своего номинального хозяина и занять его место.

Панцироносицам оставалось только гадать – какие интриги разворачивались в стане противника. Хлоя даже не догадывалась, насколько точно ей удалось разгадать замысел Лукаса. Он действительно убедил Кинзи бросить все силы на поимку девушек, да и сам немало потрудился, имея цель заманить в подпространство как можно больше живых, настоящих людей. Он рассудил так – кто не будет убит панцироносицами, тех он уничтожит лично, заманивая подразделения солдат в различные ловушки. Разрушение подпространства отчасти даже помогло ему – десятки людей погибли в бездонных провалах, но его беспокоило то, что в тоннелях и камерах скопилось слишком много инкопов, занятых терроризированием населения Земли. Их гибели он не хотел, но делать было нечего – следовало выполнять приказы вице-адмирала. Во всяком случае, пока. А ещё Лукас досадовал из-за того, что Кинзи, Зойсман и Госкат не захотели посетить подпространство лично. Пойди они на это – тогда Лукас без особых сожалений убил бы всех троих и смог бы отметить свою победу…

Кинзи же в это время рвал и метал. Его подчинённые гибли один за другим. Подразделение Имсайда уничтожено в полном составе, Джерома Одри контузило и его едва успели вынести на базу, из сорока солдат, находящихся в подчинении Рэя Петсайда, в живых осталось лишь одиннадцать…

А панцироносицы уже вышли к знакомым местам – тому самому «собачьему» сектору, которого так опасалась Стешка. Хлоя уже израсходовала весь запас мин и гранат, но было похоже, что они всё-таки оторвались от погони. Но расслабляться было ещё рано. Разрушение подпространства стремительно ускорялось – коридоры и тоннели начали искривляться, дверные проёмы дали перекос, лестницы стали шататься, местами целые куски пола уходили вниз…

– Я больше не слышала ни одного взрыва, – обернувшись к Хлое, сказала Надя, – неужели они всё-таки упустили нас?

– Они сейчас озабочены тем же, чем и мы – сломя голову несутся к выходам, – усмехнулась капитан Пи, – может, кому и повезёт… тем, у кого длинные ноги. Или заранее проторенная дорожка наружу.

Несколько раз панцироносицы снова натыкались на преграды вроде стен и решёток, которых прежде не было, но теперь эти стены и решётки были не твёрже воска и держались на своих местах буквально на честном слове. Вот уже показался знакомый тоннель, из которого они вышли, а в его конце замаячил тусклый отсвет, падающий из окна «нехорошей квартиры»…

– Рая, – выкрикнула на бегу словесница, – как только заскочим в комнату, превращайся и жарь прямо в тоннель так сильно, как только можешь!

– Да, капитан, – выдохнула «золотая» девочка.

Теперь панцироносицы мчались со всех ног, уповая на то, что подпространство не успеет схлопнуться прямо перед самым носом… Эммочка поскользнулась на инее и весьма чувствительно приложилась коленями и локтями о бетон; Стешка без лишних церемоний ухватила подругу за воротник, и последний десяток метров отличница не бежала, а ехала седалищем по полу.

– Сиф, дай мне силу! – завопила Раяна, едва вскочив в комнату. «Панцирь», уловивший необходимый источник питания, развернулся, и уже в преображённом виде девушка подскочила к пробитой в ткани пространства дыре, сформировала на руках гигантский сгусток голубой плазмы и выстрелила им в тоннель. Вслед за ним последовал ещё один сгусток, затем третий, четвёртый… Проход медленно сжимался, и что происходило в этот момент по другую его сторону – никто так и не увидел. Кое-как, не без лёгкого рукоприкладства, Хлое удалось остановить «золотую» девочку, в противном случае она бы выпустила плазму на балкон и сожгла весь дом с детским садом в придачу…

Когда проход полностью свернулся и растаял в воздухе, панцироносицы внимательно оглядели друг друга, будучи не в силах поверить, что им всё-таки удалось выбраться. Девушки, то заходясь в приступах веселья, то впадая в апатию, потянулись к выходу из квартиры. Постепенно шок начал проходить, и на смену ему пришла усталость. Эммочка растирала ушибленные локти и колени, Раяна жаловалась, что чувствует себя так, словно целую ночь верхом на ней катались ведьмы, а Кира ужасно хотела домой, в Заборье.

– Как быть теперь с угрозами Лукаса? – вспомнила Надя, – он там что-то говорил про нашу родню… надо бы поскорее отправляться, хоть посмотреть, всё ли там в порядке…

– Конечно, только давайте уйдём для начала из этой дыры, – сказала Хлоя, – хочется на небо посмотреть, листики потрогать…

Девушки вышли на лестницу и заспешили вниз, даже не обратив внимания на поднимающуюся им навстречу интеллигентного вида старушку в очках и шляпке. Женщина немало повидала за свои семьдесят с лишним лет, но вооружённых до зубов шестерых девушек (двое из которых держали в руках гранатомёты)в стенах родного дома, да ещё в брошенной и заваленной мусором квартире, ей встречать пока ещё не доводилось. Постояв немного и недоуменно пожав плечами, старушка с глубокомысленным видом изрекла:

– Ну и молодёжь нынче пошла… и куда только милиция смотрит?

А девушки после недолгих раздумий подошли к красному «БМВ», вскрыли дверцы, расселись на дорогих кожаных сиденьях, стоимость которых была сопоставима с годовым доходом среднестатистического сельского агропредприятия, и выехали на Люблинскую. Хлоя всё ещё никак не могла совладать с нервами, поэтому машина под её управлением то резко трогалась, то резко тормозила, но, к счастью, никто их не остановил, и они без происшествий доехали до парковки у остановки «Братеево».

– Надо будет уладить Кирушкины дела с земляникой, – сказала Хлоя, – а то нехорошо вышло – пошла за ягодами, пришла без ничего…

– Я помогу, только сгоняю к дедушке – и потом сразу в Заборье, – откликнулась Раяна, – а вы идите домой и лягте. Вы сейчас просто сплошной комок нервов, а не капитан…

– А машина? – подала голос Надя, – она вроде Лукасу принадлежит?

Девушки наскоро обыскали автомобиль, но не нашли ничего интересного. Перед тем, как выйти из салона, они приняли облик иных несуществующих девушек – чтобы при случае их нельзя было опознать – и Хлоя установила под сиденьем на таймер последнюю уцелевшую зажигательную гранату, ибо принадлежавший инкопу транспорт никого из них больше не интересовал.

– С такой поклажей не жаль расставаться, – хмыкнула Хлоя, захлопывая дверь.

– А жечь такую красоту не жаль? – спросила Надя, когда они перешли Борисовские Пруды.

– А кому она нужна, – махнула рукой словесница, – дедушке из Осоргино? Знал бы этот дедушка, на кого выписывает доверенность – семь раз подумал бы… а Лукас бросил её, поскольку она засвечена ещё со вчерашнего вечера. И он это знал с того момента, как я установила радиомаркер.

– А стекло, которое я хотела забрать, пропало, – вздохнула Эммочка, заглядывая в пустой спичечный коробок.

Они уже входили в Хлоин подъезд, когда со стороны парковки донёсся хлопок, и салон «БМВ» запылал тёмно-оранжевым пламенем. Приехавшие по вызову пожарные смогли лишь чисто символически окатить пеной обгоревший корпус иномарки, ибо тушить, по сути, было уже нечего…

А Кира в этот момент буквально купалась в похвалах. Подруги не знали причины, по которой их сладкоежка и любительница долго спать имеет столь сильный иммунитет против разного рода магии, но сейчас, когда они вернулись из подпространства живыми, это удивительное свойство со своей владелицей заслуживали самого пристального внимания.

У самой Киры на душе было неспокойно. Её хвалили на все лады и обещали чуть ли не с головой похоронить в воздушной кукурузе и выкупать в апельсиновом соке, а она ломала голову, спрашивала и не могла найти удобного для себя ответа на вопрос – кто она на самом деле, раз любые волшебные ухищрения летят прахом от одного лишь её присутствия?

Существовал лишь единственный ответ на этот вопрос, но Кире он не нравился, и она упорно пыталась убедить себя, что целью поисков капитана Пи является какая-то другая девушка…

====== 37 ======

37

На следующий день после возвращения панцироносиц из похода в подпространство аналитические службы военных, разведывательных и полицейских ведомств отметили, что количество терактов на объектах топливно-энергетического комплекса резко и необъяснимо пошло на спад.

Произошло и другое странное событие, касающееся личности «террориста номер один» Усамо бен Ладена. Он выпустил на просторы Интернета видеоролики, в которых брал на себя ответственность за теракты, которые так и не произошли. Мало кто задумался над несоответствием сказанного с реальными событиями. Мировая общественность – точнее, те, кто взялся вещать от её имени – не утруждала себя поисками настоящих организаторов террора, предоставив копаться в подробностях дотошным, но задвинутым на десятые роли журналистам и самоучкам-конспирологам из бульварных газет.

Представители армий и тайных полиций повсеместно и единодушно молчали. То ли они не знали о готовящихся зверствах, а может, знали, но их это нисколько не смутило – сей вопрос остался открытым.

Пока в мире кипели страсти, вице-адмирал Кинзи почти сутки просидел взаперти в своём кабинете, отрешившись от всего и никого к себе не впуская. Все его затеи грозили провалом, и всему виной была мидгарианская принцесса Церена. Её было нелепо сравнивать даже с банальным гвоздём в ботинке – ну разве что только с очень большим гвоздём, приколовшим к полу и ботинок, и ступню…

Кто ещё, кроме неё, мог уничтожить подпространственный лабиринт, выстраиваемый в течении долгих месяцев? Вместе с лабиринтом погибло немало солдат из числа людей, несколько экстрасенсов, и это не говоря уже об инкопах. Две из сорока тысяч особей канули в небытие. Развоплотились. Прогрессоры, с которыми Кинзи регулярно общался, начали проявлять признаки недовольства, а лидеры самых могущественных планет СНМ устроили своему слуге выволочу, пообещав прислать эскадру под командованием Бешеного Джо, если в течении оставшегося полугодия не будет никаких сдвигов…

– Так дело не пойдёт, – сказал себе Кинзи, обдумав как следует ситуацию, – если на орбите Земли появится Рубеус со своими инфернолётами, то Церены мне уже не видать. Итак… пора заканчивать эту жалкую постановку. Пусть Азек попробует пленить Церену. Она его точно прикончит, мне же в сем случае меньше достанется хлопот. А затем я начну выдвигать свои условия, благо у меня есть копия Индаса, живой настоящий Индас, невоплощённый клон Церены… и образцы ДНК на Ванахеме. И нечего тянуть – сегодня же я инициирую клон принцессы. И пошлю Азека на убой. Станет он Прогрессором, не станет – чёрт бы с ним…