Текст книги "Панцироносица. Наука против волшебства (СИ)"

Автор книги: Сашка Серагов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 28 (всего у книги 71 страниц)

Хлоя подошла к пульту, что-то нажала, и модель Земли покрылась мигающими в беспорядке красными точками. Их было около двухсот в Западном полушарии и столько же – в Восточном. Чтобы узнать, как обстоят дела во всех пунктах назначения, сил шестерыхпанцироносиц действительно было недостаточно. Одна только география ложных каналов чего стоила – от Кавказа до Камчатки, от Средиземноморья до Мдагаскара, от Аляски до Огненной Земли…

– Значит, они будут по прежнему охотится на людей, есть их, похищать, а мы ничего не сможем сделать? – с тревогой в голосе поинтересовалась Кира.

– Сможем, – успокоила девушку Хлоя, – хотя они и чувствуют себя хозяевами положения, но мы тоже не лыком шиты, и надеюсь, всё-таки заставим их убраться с Земли. Я могу подключаться отсюда к каналам тревожных служб и прослушивать их. Перевод машинный, разумеется, не лучшего качества, но иногда я попадаю прямо в центр событий.

– И как? – спросила Стешка, – есть результаты?

– Тот человеко-кузнечик, что лежит в криокамере, выслежен в Павлодаре. Он там очень сильно нашумел…

– Послушайте, – воскликнула Раяна, – если у них такая обширная география, то получается, что на их базе действительно готовится целая армия… всё прямо так, как Кирушка говорила…

– Я только предполагала, – поправила Раяну Кира.

– Но как бы то ни было, версия Киры должна быть близка к истине, – заметила Эммочка, – и что интересно… посмотрите на то место, где Москва стоит. Они продолжают крутиться вокруг неё, как будто их туда тянет что-то…

– Ясно что, – вставила Надя, – Церену ищут. Знать бы, где она и кто она… тогда нам бы было спокойнее. И легче было бы её защитить.

– А почему мы всё время говорим о противниках – «они»? – спросила Стешка, – надо как-то определиться – кто именно эти они… если с Ванахема, то кто? Кинзи? Рубеус? Или тот цэрэушник Нефри, с которым Хлоя танцевала?

– Они с Ванахема, – отозвалась Хлоя, – выяснить это не составило труда. Достаточно было сделать анализ металла от заколки для галстука, которую я изъяла у экстрасенса Заклёпкина…

– А их настоящие личности можно вычислить?

– Увы, Стеша… данных маловато. Скажу лишь одно – если бы Рубеус узнал о местонахождении Церены, он бы не стал сооружать тайные базы. Он бы просто прилетел сюда со всем Ванахемским термоядерным арсеналом на борту и выжег Землю от полюса до полюса.

– Из-за одного-единственного человека???

– Церена – не простой человек, Стеша. Её сила не только в том, что она принадлежит роду Сегнуссена и является наследницей Мидгарианского Трона. И даже не в том, что она носит «Панцирь». Но об этом у нас разговор впереди. Сейчас же я хочу сделать одно предложение Эмме…

Эммочка не сразу отозвалась на слова Хлои. Она получила подтверждение, что Церена – панцироносица, и многозначительно взглянула на Киру – вот, мол, я же говорила… Кира поймала этот взгляд и едва заметно кивнула в ответ. То, о чём они вчера только лишь подозревали, стало ясно из уст самой Хлои. Церена скрывается среди них. И в своём новом состоянии она, конечно, даже не подозревает, кем была четырнадцать лет назад.

– Какое предложение? – отозвалась самая умная ученица.

– Ты знаешь математику не хуже меня, а может, со временем и превзойдёшь меня. Мне нужна помощница, которую можно обучить управляться с постом внешнего наблюдения. И которая будет, по мере сил и возможностей, меня замещать, потому что у меня могут быть и другие дела. Это смотря как всё сложится. Ну так как, Эмма?

– Я буду стараться изо всех сил, но… – Эммочка запнулась. Её не пугала незнакомая техника – напротив, любая трудность только ещё больше распаляла её рвение, – я вдруг подумала – каких могу натворить дел по ошибке…

– Об этом не беспокойся. Если у нас останется время, то начнём сегодня же.

Хлоя подошла к одному из столов и взяла странный предмет, чем-то похожий на игрушечную модель самолёта.

– Это так называемый «облачный глаз», – сказала она, – он помогает мне более точно отслеживать ситуацию в предполагаемых точках назначения. И если там происходит что-то подозрительное, я отправлялась следом за ним. Так я выследила противника на одном островке на Филлиппинах… и в прочих местах.

– Вы отправляли его через телепортер? – догадалась Эммочка.

– Да. Я нашла на базе точно такой же портативный телепортер, модель которого мы носим на руках… не знаю, правда, как он попал сюда. Может, кто забыл в спешке. Пришлось кое-что приделать к нему – и получился беспилотный «шпион». Возвращается он так же мгновенно, как и отправляется. Так что мы можем и следить за противником, и наносить ему ответные удары…

– А можно ли выследить нас в тех случаях, когда мы пользуемся своими телепортерами?

– Исключено. Не забывайте, что мы – панцироносицы. И только мы – если знаем, как – можем видеть друг дружку. Наши приборы спрятаны под слоями нескольких иномерных экранов. По сути мы, пока на нас «Панцири», являемся многомерными объектами… теперь нам надо прогуляться до медицинского сектора.

– Там будут уколы? – обеспокоенно спросила Кира.

Словесница потрепала девушку за хвостики и сказала:

– Не бойся. Не будет ни уколов, ни дрели, ни щипцов…

Панцироносицы уже знакомыми коридорами прошли в жилой блок и достигли медицинского сектора. Кира, несмотря на заверения Хлои, сильно волновалась и начала рассказывать – как, будучи ещё маленькой, она боялась ходить с мамой в поликлинику.

–… И вот мы заходим в кабинет, – говорила она, – взяли у нас карточку… я сижу и меня прямо всю трясёт…

– С чего это тебя трясло? – полюбопытствовала Раяна, – неужели игла на шприце была метровой длины?

– Там на столе была куча пузырьков и бутылочек, и я боялась, что сейчас меня заставят всё это пить.

– Я в шестилетнем возрасте боялась того же самого, – вставила Надя, – что меня напоят бумажным клеем…

В проходной возле самой дальней комнаты Хлоя вынула из шкафа спортивную сумку и извлекла из неё три пары купальников-бикини.

– Тестируемый панцироносец обычно раздет донага, – сказала она, – но сейчас у нас особый случай… надеюсь, я не ошиблась с размерами… переодевайтесь. Кира и Эмма, вам за дверь. Переоденетесь снаружи.

Две подруги покорно вышли в коридор. Они были не только самыми молодыми панцироносицами, но являлись ещё и ученицами в школе, где преподавала Хлоя. А словесница не могла позволить, чтобы вверяемые ей школьницы переодевались в её присутствии. И Кира, и Эммочка невольно задались одним и тем же вопросом – кто сумел так хорошо воспитать капитана Пи? Должно быть, в её семье вопросам такта и целомудрия отводилось много времени. На Земле это уже пройденный забытый этап…

В комнату девушки вошли уже переодетыми. Хлоя провела их к уложенному посередине большому металлическому предмету, похожему на цинковый гроб.

– Вот это и есть тестовый блок, – объяснила Хлоя, – давайте-ка вскроем его…

Вшестером они управились с не слишком тяжёлой, но довольно громоздкой крышкой и прислонили её к стенке. Внутри блока располагалась выемка, повторяющая форму человеческого тела. За изголовьем крепилась небольшая клавиатура.

– С помощью этого аппарата нам подсоединили «Панцири»? – спросила Эммочка.

– Да, – кивнула Хлоя.

– И здесь же его можно извлечь?

– Верно.

Хлоя взяла со стола блокнотик с ручкой и что-то написала в нём. Затем подошла к клавиатуре и нажала несколько клавиш. Тестовый блок едва слышно загудел.

– Сейчас вы увидите «Панцирь» со стороны, – сказала она и взобравшись на блок, легла в выемку, – Эмма, возьми блокнот и набери на клавиатуре то, что я написала.

Отличница сделала всё так, как ей было велено. Какое-то время девушки потратили на разглядывание букв незнакомого алфавита. Всего их было тридцать четыре, и они не очень отличались от аналогичных букв из латинской и кириллической азбуки, хотя было заметно преобладание латиницы. Эммочке нужно было набрать слово «Хелхем», число 10 и нажать одну из отмеченных словесницей клавиш.

– Ну вот и всё, можете смотреть, – сказала Хлоя, соскакивая на пол. Было видно, что процедура избавления от «Панциря» прошла без всяких болезненных или неприятных ощущений…

То, что осталось лежать в выемке, совсем не походило на стекловидное одеяние, появляющееся на теле хозяина после активации. Подруги увидели сложную металлическую конструкцию, чем-то похожую на скелет, разве что с большим количеством деталей.

– Значит, эта штука полностью взаимодействует с организмом? – потрясённо молвила Раяна.

– Именно так. «Панцирь» имеет смещённое значение по отношению к материальному пространству, потому он абсолютно незаметен. Он же формирует защитные слои и позволяет владельцу прятать в теле оружие или любые другие подходящие по объёму вещи… впрочем, полный список функций вы уже знаете.

– А ваш пистолет? – вспомнила Кира, – где он сейчас? По-прежнему у вас внутри?

– Нет. Я ещё дома избавилась от всего лишнего. Кстати, этот тестовый блок позволяет выявить наличие спрятанных предметов в теле, да и вообще – состояние здоровья у человека…

– И теперь вы не можете превращаться?

– Не могу.

Хлоя, помолчав немного, проговорила:

– Хелхем, дай мне силу…

Снятый «Панцирь» едва заметно засветился и тут же погас.

– Как видите, он реагирует на мой голос, но не разворачивается. Потому что не может меня обнаружить.

– Ну так давайте скорее поставим его на место, – взволновалась Эммочка, – а то вдруг случится что, а вы, можно сказать, раздеты…

Кира внезапно подумала, что словесница неспроста решилась снять с себя «Панцирь». Ведь сейчас она совершенно беззащитна. Если Кира, или кто-нибудь ещё – попытается напасть на неё, то вряд ли она даст серьёзный отпор. Вдруг, неровен час, кто-то из девушек решит, что своим появлением на Земле Хлоя расстроила чью-то тихую и мирную жизнь, тогда избежать драки точно не удастся…

Кира искоса поглядела на подруг. Не было похоже, чтобы кто-то из них вынашивал в голове коварные планы. Эммочка, следуя указаниям Хлои, набрала что-то на клавиатуре – и вскоре словесница вновь сделалась «панцироносной».

Затем Хлоя лично проверила каждую девушку. Её интересовало – не появилось ли на исследуемых «Панцирях» каких-либо дефектов и не дают ли они сбоев. Ничего подозрительного обнаружено не было. Поиск каких-либо спрятанных предметов тоже ничего не давал, до тех пор, пока очередь не дошла до Нади – её словесница проверяла последней.

Все заметили, что лицо Хлои как-то странно напряглось, и она, велев Наде сойти с выемки, вышла из-за клавиатуры и указала на углубление в том самом месте, где находилась верхняя половина спины испытуемой. Кира тоже взглянула на это место – и её глазам предстала позолоченная коробочка, точь-в-точь как та, что вручил ей Мирослав…

– Это было у неё внутри груди? – удивилась она. Никому из подруг, и Хлое в том числе, Кира не рассказывала о коробочке с любопытным содержимым, что лежит у неё дома… Теперь таких коробочек стало две. Что же именно хранила Надя в своём теле?

– Именно так, – Хлоя взяла найденную вещь и внимательно осмотрела её, – не думаю, что Надя знает, что здесь лежит… или знает?

Надя тоже выглядела удивлённой и растерянной.

– Нет, я это впервые вижу… – выдавила она из себя.

Остальные девушки были поражены случившемся не меньше, чем виновница происшествия. Особенно сильно случившееся поразило Киру. Она не могла взять в толк – почему у неё самой такая же коробочка вывылилась из груди или откуда-то ещё – без всякого тестового блока? И вообще, почему их две? Откуда они взялись?

– Во всяком случае, эта вещь безвредна – взрывчатки или яда внутри нет, – сказала Хлоя, – сейчас же я хочу сказать, что наши «Панцири» не повреждены и исправно работают. Ещё я добавлю пару слов о вас… точнее, вашем здоровье. Серьёзных заболеваний, аномалий развития ни у кого нет. Стеша, Рая и Надя достаточно хорошо развиты физически, а вот вам… – она повернулась к Кире и Эммочке, – предстоит поработать над своими телами. Ваши мышечные корсеты слишком слабы, но надеюсь, что совместными усилиями мы исправим все недочёты к концу года. Мы будем учиться пользоваться «Панцирями» в полную силу… учиться преодолевать реки, обрывы, прыгать с крыши на крышу…

– Ой… мне каюк, – Кира опустила голову, так как её успехи по части физической подготовки оставляли желать лучшего. После круга по стадиону она буквально падала, плавала кое-как, «по собачьи», а во время игры в волейбол или баскетбол постоянно нарушала правила и мяч отскакивал от её рук в любом произвольном направлении, в том числе и по собственному носу…

– Это же не химия, – ответила ей Эммочка.

По возвращении в кабинет Хлоя известила девушек о предстоящем обучении.

– Вы покамест несовершеннолетние, – сказала она, – у вас учёба, семьи и всё такое, и это нас несколько сковывает. Мне многое следовало бы вам показать, многому обучить, но… не всё сразу. Хотя кое-что вы должны освоить уже в ближайшее время. Спокойно, в пределах разумного, реагировать на выстрелы и взрывы, не бояться человеческих трупов, лучше ориентироваться в городе… – она оглядела каждую девушку, – да, страх перед подземными коммуникациями придётся вытравлять. И перед ледяной водой – тоже, – она кивнула Наде; та не решилась возражать – лишь слегка поёжилась.

По замыслу капитана Пи, девушкам предстояло непосредственно пронаблюдать вскрытие трупов в моргах, пронаблюдать вживую за сценами смертных казней в Китае и Саудовской Аравии, выучить профессиональный жаргон криминальных элементов (наркоторговцев, сутенёров, воров и проч.)и работников правоохранительных служб, научиться без инструментов или с наличием оных выводить из строя транспортные средства… Зачитанный список всего того, что следовало знать и уметь городскому партизану, был по известным причинам сокращён, но всё равно девушкам он показался слишком длинным.

– Это программа-минимум, – закончила Хлоя, – после пробуждения вашей памяти она не будет играть большой роли…

Девушки переглянулись. Многообещающее заявление… должно быть, в глубинах их памяти и впрямь таится что-то гораздо хуже того, что они услышали сейчас.

– А помните, вы вчера говорили о Герении Йоспи? – напомнила Кира, – что-то о её исчезновении? Куда она ушла из подземной Петры?

– Ах, эта… – кивнула капитан Пи, – это странный случай – настолько странный, что я и сама с трудом верю в то, что он имел место. Скажите для начала вот что – вы верите в возможность путешествий во времени?

Кира пожала плечами. Всё её знакомство с проблемой перемещения во времени сводилось к просмотру двух фильмов, в одном из которых какой-то придурковатый старшеклассник метался из прошлого в будущее и обратно на пару с каким-то сумасшедшим учёным. А в другой картине герои оказывались в прошлом, пролетев на самолёте через какую-то временную дыру, и добрую половину всей картины они провели в пустом здании аэровокзала… Этот фильм Кире никогда не нравился. Особенно отец одного из героев, в пух и прах изругавший сына за полученную тройку с минусом.

– В будущее – нет, а прошлое… – начала Эммочка, – в прошлое – да, но лишь в качестве наблюдателя, не способного ни на что повлиять. Например, если минувшие события каким-то образом сохраняются, то, попадая в пласт всего прошедшего, мы сами меняемся, и нас никто не видит, не слышит, не ощущает… мы в роли зрителей, которые ни на что не могут повлиять. Я думаю, что невозможность изменить уже случившееся путём влияния на предшествующие обстоятельства должна быть закреплена в виде какого-то фундаментального закона…

– Ты, Эмма, – сказала Хлоя умной ученице, – повторила то, что говорила мне королева Серенити. На Мидгарде велись работы по проникновению в слой пространства, содержащий прошедшие события. Военные очень хотели заглянуть туда… и им это удалось.

– Я поняла, – подхватила Кира, – вы хотели отправиться в прошлое для того, чтобы предотвратить войну до того, как она началась?

– Если бы всё было так просто, мы бы с вами не сидели на Земле. Реальность, как всегда, преподнесла свои сюрпризы… хотите, я вам опишу, что можно сделать, имея в своём распоряжении машину времени?

– Конечно, хотим, – ответила за всех Эммочка.

– Итак… вы берёте с собой бомбу с часовым механизмом и устанавливаете время до взрыва – час десять минут. Отправляетесь в прошлое на один час. Этого времени вам должно хватить, чтобы пробраться на звездолёт противника и заминировать его. Вы уходите, по прошествии часа ваше субъективное настоящее накладывается на точку отправления, и вы – в реальном настоящем. А десять минут спустя заминированный звездолёт взрывается, ибо с бомбой произошли те же процессы, что и с вами. Она материализовалась на борту ровно через час.

– И точно так же можно доставить группу диверсантов? И даже целую дивизию?

– Правильно. Машина времени находилась в убежище Серенити, и мы совершили небольшое путешествие… хотели получше ознакомиться с противником.

– А почему вы не пытались с помощью этой машины бежать? – поинтересовалась Кира.

– Потому что как бы далеко в прошлое мы не ушли, мы вернулись бы в точку отправки, то есть, в наше реальное настоящее. Да и куда бежать? Нас везде ждали. А обнаружив нас и проанализировав ситуацию, противник раскрыл бы секрет побега. И заполучив машину времени, Светоносцы имели бы в своём распоряжении уникальный инструмент для разведки и диверсий, а попади такой инструмент к инкопам… одни словом, эта возможность начисто исключалась. Поэтому машина времени была уничтожена. Удастся ли когда-нибудь изобрести её заново – даже не знаю…

– А Герения? – напомнила Раяна, – что с ней случилось? Неужели вы выкинули её в прошлое и ушли в своё настоящее?

– Да, именно это Серенити и сделала. Она потеряла терпение и дала волю гневу. Сами понимаете – Герения уговаривает её сдаться, затем транслируется выступление Бешеного Джо, и сразу же начинается бомбардировка… Серенити спровадила Герению на восемь тысяч лет назад, на другой конец континента, и бросила её там дожидаться возвращения в исходный временной отрезок. Если она не погибла при бомбардировке, то, должно быть, до сих пор находится где-то на Мидгарде…

– Каково это – находиться в прошлом? – полюбопытствовала Кира.

– Это похоже на вневременной карман. Жажды нет, голода – тоже нет, ты не можешь заболеть или умереть. Ты – наблюдатель, не могущий на что-либо повлиять…

Хлоя вздохнула, собираясь с мыслями.

– Видите, сколько проблем сразу? – сказала она, – надо искать Церену, разрешить вопрос – кто и зачем высадился на Землю со своими инкопами, найти четверых оставшихся панцироносцев, о которых вообще ничего не известно… кроме того – когда у нас проснётся память, мы, среди прочего, поймём, что не сможем вернуться. У нас нет межпространственного портала, хотя я надеюсь, что у противника он есть. Мы могли бы захватить его. И, быть может, когда-нибудь мы воссоздадим машину времени заново и попробуем прорваться домой. Знаете, что мы могли бы сделать в этом случае? Спуститься в прошлое лет на сто вместе с космолётом, стартовать в космос, залечь во вневременном кармане в спячку и долететь до Пегаса-51, а затем вынырнуть в системе Ацтлана. С тамошними армейцами у меня есть некоторые завязки, плюс бабушкина родня, и связи в мидгарианской диаспоре. Нам бы там точно помогли…

– Безнадёга полная, – поморщилась Раяна, – мы теперь земляне. Что я дедушке скажу? Дескать, летим в космос, прощайте? Да и когда ещё это будет? И при каких обстоятельствах? Придётся земной родне открыться – кто мы. Если вы настаиваете на том, чтобы слинять незаметно – я на это не пойду.

– Я не настаиваю, – ответила Хлоя, – я уже почти смирилась с тем, что никуда мы с Земли не денемся.

Она встала, прошлась вокруг стола, села и сказала:

– Теперь я расскажу вам всё то немногое, что я помню о Серебряном Кристалле. Вы уже знаете, при каких обстоятельствах королева Серенити использовала его. Меня здесь уже спрашивали – что изображено на флаге Мидгарда. Я ответила, что эта сдвоенная запятая символизирует Серебряный Кристалл. Что это такое? Это своего рода символ того, что род людской не забыт и не брошен на произвол судьбы. В вероисповедании, имеющем на Мидгарде и планетах Союза наибольшее распространение, Серебряный Кристалл как религиозный символ играет третью роль после непосредственно Творца и одного из его Посланников…

Но опять же, напомню, что я пришла на Землю не для того, чтобы собирать паству, поэтому углубляться в богословские споры мы не будем. Придёт время – вы сами сделаете выбор… скажу лишь, что Посланника считают строителем общества того типа, что существовало на Мидгарде последние две с половиной тысячи лет. Считается – и теперь я полностью разделяю это мнение – что в ходе его просветительской работы жители Мидгарда запретили в своих племенах полигамию, каннибализм, начали бороться с сексопатологиями и колдовством, научились исцелять одержимых, перестали считать планеты божествами или обителями для этих божеств… тогда же религиозные реформаторы отвергли идею о мире мёртвых как составной части Мироздания, и выделили его, назвав Надвселенским миром, куда после смерти уходят души людей.

История обретения Серебряного Кристалла довольно длинная, поэтому мы остановимся лишь на том, что существует храм в Хрустальной Петре. Он построен около тысячи лет назад, заложен в день первой космической экспедиции на Ванахем… поэтому в народе его называют Звёздным Храмом. В нём есть главный алтарь… точнее, был – его сорвали с места и увезли на Ванахем. И Серебряный Кристалл почти тысячу лет пролежал там же, где его впервые нашли – в небольшом углублении на плоской верхней стороне гранитной глыбы, которой придали форму куба и таким образом превратили в алтарь. Сама же эта глыба была знаменита тем, что именно на ней стоял Посланник, когда общался со своими слушателями.

– Этот Кристалл обладал некой силой, – догадалась Стешка.

– Причём огромной. На первый взгляд – просто кусок горного хрусталя, но… очень часто имели случаи, когда люди, находившиеся рядом с ним, излечивались от смертельных заболеваний буквально за считанные часы. Ещё чаще исцелялись те, кто попадал в наркотическую зависимость или страдал тяжёлыми формами душевных заболеваний. А ещё были отмечены случаи – совсем уж редкие, можно по пальцам пересчитать – когда Серебряный Кристалл уничтожал магические способности экстрасенса, который наконец осознал всю пагубность своих паранормальных экспериментов.

– Я поняла, – оживилась Кира, – этот Серебряный Кристал мог лишить Светоносца возможности контактировать с Прогрессорами, а ещё…

– Ну? – поощрительно кивнула Хлоя.

– Он мог уничтожить инкопа и превратить клон в прежний живой труп?

– Умница, – улыбнулась капитан Пи, – все инкопы, как показала практика, теряли боеспособность, если в их поле зрения попадал Серебряный Кристалл или его аналог – выточенный в виде монетки кусочек горного хрусталя, который чисто символически прикладывался к оригинальному кристаллу. В подземной Петре Рубеус сначала завалил десятками тысяч живых трупов – бывших инкопов – все проходы до потолков, а мы получили возможность пополнить свой боезапас. Но потом он начал что-то понимать и впредь, расчистив проходы, посылал в бой только настоящих людей. И ещё роботов.

– Мощная вещь, – покачала головой Эммочка.

– Инкопы вообще боятся религиозной символики. Известно, почему.

– И что, любой, кто возьмёт Серебряный Кристалл, мог попросить о чём угодно, и это сбывалось? – недоверчиво спросила Раяна.

– Нет, – ответила Хлоя, – как следует из священных книг, просить можно, лишь желая кому-то добра, или в том случае, если ты жертвуешь собой. Потому что Серебряный Кристалл – это не кинофильмовый джинн, который всё делал именно так, как слышал, или начинал творить что вздумается, если желание было высказано невнятно и расплывчато.

– Я, кажется, поняла, – заговорила Эммочка, – ведь каждый может просить у Творца? Ведь говорилось… примерно так – «если именем моим прикажете горе сойти с места – она сойдёт… »

– Не совсем, но близко к оригиналу.

– Так вот, – продолжала рассуждать отличница, – у нас на Земле, для тех, кто жил две тысячи лет назад на Ближнем Востоке, было очевидно, что никто именем Бога не станет сдвигать горы ради потехи или просто от скуки. Для них было ясно, что всё должно иметь цель и для всякого действия нужно рассчитать последствия. Потому и тот, у кого в руках Серебряный Кристалл, мог поплатиться, если бы попытался сотворить с его помощью какой-нибудь сногсшибательный трюк на потеху публике. Или ради своего обогащения…

– Это похоже на рассказ, который мне мама читала, когда я маленькой была, – сказала Раяна, – там говорилось о купце, который пошёл в церковь молиться о том, чтобы голод продлился подольше и цена на зерно выросла.

– И что с ним случилось? – спросила Кира.

– Приехал он домой, а вместо дома и амбаров с зерном – груда углей и головешек. Вот так-то просить что ни попадя. Да, а кстати… были ли до войны с Ванахемом случаи, когда кто-то что-то просил с помощью Серебряного Кристалла?

– Да, был случай, ещё до того, как Мидгард вышел в космос, – ответила Хлоя, – однажды на планете началась пандемия какого-то заболевания, симптоматика которого чем-то напоминала сифилис. Многие учёные связывали начало пандемии с падением кометы, которая, мол-де, принесла на Мидгард инопланетную заразу. Подробностей я не помню, но от болезни погибло и пострадало очень много людей. И кто-то из отчаявшихся врачей решился воспользоваться Серебряным Кристаллом с тем, чтобы попросить для учёных помощи в разработке вакцины…

– И у них получилось?

– Получилось, и болезнь была побеждена. Впоследствии разного рода «строители новой жизни» и «независимые эксперты» пытались доказать, что открытие вакцины – просто удачное стечение обстоятельств, но никто из них так и не смог объяснить – каким образом открытие было сделано одновременно в пятнадцати разных местах, находящихся на приличном расстоянии друг от друга.

– То есть, все открытия были сделаны независимо?

– Отметки на телеграфных лентах указывали на то, что именно так всё и было… в год, когда имела место пандемия, радиосвязи ещё не существовало. Одно только печально – что врач, воспользовавшийся Серебряным Кристаллом, умер. Говорили, что он не выдержал соприкосновения с Вечностью, и его организм погиб.

– Но послушайте, – вмешалась Стешка, – если через Серебряный Кристалл проходит столько могущества, то почему Серенити не остановила войну? Почему она спасла только нас и вас?

– На этот вопрос смогла бы ответить только сама королева, – горько улыбнулась Хлоя, – признаюсь честно, я и сама какое-то время пребывала в растерянности и негодовании. Но четырнадцать лет в полном одиночестве заставили меня многое переосмыслить. Восемь миллиардов человек погибло, и я надеюсь, что виновные в их смерти заплатят своё сполна, но… я много раз думала о соприкосновении с Вечностью… о том, что происходит с теми, кто решился воспользоваться Серебряным Кристаллом. Размышляла и над тем, почему к Серенити пришли сразу трое сотворников. И теперь я думаю, что могу кое-что объяснить, хотя и прошу вас не принимать мои слова на веру, не обдумав их как следует. Я уверена, что во время соприкосновения с Вечностью человек видит все последствия, к которым приведёт исполнение его просьбы. Возможно, он может изменить свою просьбу, сформулировать её иначе, а может, на самом деле он и сам не знает, что именно хочет… возможно, он может выбирать какую-то цепь последствий… кто знает. Но Серенити – я в этом уверена – никогда бы не решилась посредством Серебряного Кристалла расправляться с миллионами живых людей. Ведь к планете двигались десятки эскадр ВКС, с сотнями транспортов, а на них – сотни тысяч человек, большинство из которых заведомо не являлись законченными злодеями. Вздумай она даже не уничтожить их, а просто вывести из строя двигатели на кораблях – и что тогда будет? Люди съедят всё продовольствие, затем начнут есть друг друга, а потом разгерметизируют отсеки, чтобы не умирать от кислородного голодания? Повторю ещё раз – мы не имеем права, сидя в тепле, при свете, в сытости и безопасности, судить королеву. Но справедливости ради я добавлю, что Серенити перед смертью успела нанести и непосредственным противникам, и всем, кто предпочёл стоять в сторонке и отмалчиваться – удар такой силы, что Союз до сих пор не может оправиться от его последствий.

– Это как? – удивилась Кира, – она что, пожелала, чтобы все заводы, строящие звездолёты, рухнули?

– Нет. Я не слышала, о чём Серенити говорила с сотворниками, но знаю, что случилось в первые два часа после её смерти.

Всё началось с того, что находящиеся в распоряжении Рубеуса инкопы начали гнить. Они сгнивали без всяких видимых причин и растекались в чёрные зловонные лужи, и мало того, что от их запаха любого нормального человека вывернуло бы наизнанку – этот запах не выветривался и не отстирывался в течении нескольких месяцев. Им пропиталось буквально всё – одежда, еда, оружие. Мидгарианское Сопротивление буквально находило врагов по запаху. Точно так же арабы находили в пустыне лагеря крестоносцев по запаху говна.

Затем сообщения о гибели инкопов начали поступать от находящихся на пути к Мидгарду эскадр и соединений Коалиционного флота. Многим кораблям пришлось из-за невыносимой вони, вызывающей у людей головные боли, отёки и галлюцинации, разворачиваться на обратный курс или садиться на других планетах.

Кстати, о планетах. Почти на каждой из них находились лаборатории и целые заводы, изготовляющие клонов. На двух планетах – Ванахеме и Немезисе – находились также гигантские лагеря и полигоны с инкопами. Всюду и везде клоны и инкопы сгнили и погибли. Заводы и лаборатории пришлось закрыть – опять же из-за неистребимой вони. А спустя какое-то время началось самовозгорание всей той слизи, что осталась от клонов. Учёные-рипликаторы потеряли свои производственные площади, а корпорации, эксплуатировавшие их, понесли невосполнимые убытки. Серьёзно пострадали и звездолёты. И это ещё не всё. Вся информация на электронных носителях, имеющая отношение к клонированию, оказалась стёрта.

Затем начались чудеса в области военной робототехники. Для изготовления электронных элементов, как вы, должно быть, знаете, применяются очень дорогие и редкие материалы – рений, гафний, палладий, рутений и другие… так вот, компоненты, входящие в состав электронной начинки боевых роботов, непонятным образом заменились на их аналоги – радиоактивные изотопы. В итоге вся военная робототехника в Союзе погибла. И информация о ней – тоже. Теперь военным кибернетикам и рипликаторам придётся начинать всё с нуля. Впрочем, уже начали, судя по событиям на Земле…